Постановление от 23 марта 2025 г. по делу № А19-2430/2020

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru

тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Ф02-580/2025

Дело № А19-2430/2020
24 марта 2025 года
город Иркутск



Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 24 марта 2025 года.


Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Волковой И.А.,

судей: Варламова Е.А., Парской Н.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Самцовым А.В.,

при участии в судебном заседании конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «БайкалМАЗцентр» ФИО1 (паспорт), представителя ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 26.08.2021, паспорт), представителя ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 21.03.2023, паспорт),

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 марта 2024 года по делу № А19-2430/2020, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 09 января 2025 года по тому же делу,

установил:

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «БайкалМАЗцентр» (ИНН <***>, ОГРН <***>; далее – ООО «БайкалМАЗцентр», должник) его конкурсный кредитор ФИО2 обратился с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника, а также о привлечении к субсидиарной ответственности ФИО6 и ФИО7 в пределах стоимости принятого наследственного имущества, оставшегося после смерти ФИО8.  

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 29 марта 2023 года произведена замена ответчиков ФИО6 и ФИО7 на ФИО8 в лице финансового управляющего ФИО9.

Определением Арбитражного суда Иркутской области от 07 марта 2024 года, оставленным без изменения постановлением Четвертого арбитражного апелляционного суда от 09 января 2025 года, заявление удовлетворено частично, с наследственной массы ФИО8 в пользу ООО «БайкалМАЗцентр» взысканы убытки в размере 8 524 317 рублей 23 копеек. В остальной части заявления отказано.

ФИО2 обратился в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права, просит отменить определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 марта 2024 года и постановление Четвертого арбитражного апелляционного суда 09 января 2025 года, направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Заявитель кассационной жалобы выражает несогласие с выводами судов об отсутствии правовых оснований для привлечения ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в порядке статей 61.11 и 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве).

ФИО2 настаивает на наличии у должника по состоянию на 31.12.2017 признаков объективного банкротства, ввиду превышения обязательств ООО «БайкалМАЗцентр» над его активами; указывает, что данное обстоятельство обязывало руководителя должника подать заявление о банкротстве ООО «БайкалМАЗцентр», однако вместо этого ФИО8 дофинансировал деятельность общества за счет займов, заключенных должником с самим ФИО8, а также с ФИО2 По мнению ФИО2, оспаривание ФИО4 в судебном порядке задолженности ООО «БайкалМАЗцентр» перед ФИО2 не является основанием, исключающим обязанность руководителя обратиться с заявлением о банкротстве должника в установленные Законом о банкротстве сроки; выводы судов об обратном находит не основанными на нормах права.

В кассационной жалобе ФИО2 также приводит перечень совершенных ответчиками сделок и действий, повлекших, по мнению заявителя, невозможность расчетов с кредиторами:

- снятие ФИО4 под отчет с расчетного счета должника в период с 15.01.2016 по 28.12.2018 денежных средств на общую сумму 6 765 000 рублей без предоставления надлежащего документального обоснования расходования денежных средств на нужды ООО «БайкалМАЗцентр»; несвоевременное проведение  ФИО4 инвентаризации имущества должника и утрата в связи с этим имущества на сумму 1 837 523 рубля 73 копейки; заключение ФИО4 с обществом с ограниченной ответственностью «СибНедра» соглашения об отступном, в результате которого должнику причинены убытки на сумму 469 000 рублей; получение ФИО4 денежных средств в размере 2 690 000 рублей в качестве возврата заемных денежных средств по договору займа от 05.06.2018, заключенному с ФИО8; получение ФИО4 от ФИО8 за период с 26.04.2016 по 06.08.2018 денежных средств на общую сумму 3 400 000 рублей;

- невнесение в кассу должника или зачисления на его расчетный счет денежных средств в размере 4 900 000 рублей, полученных ФИО8 от ФИО2 по договору займа от 22.05.2018; снятие ФИО8 под отчет с расчетных счетов должника в период с 14.01.2016 по 22.01.2019 денежных средств на общую сумму               9 139 000 рублей без предоставления надлежащего документального обоснования расходования денежных средств на нужды ООО «БайкалМАЗцентр»; невнесение в кассу должника и незачисление на его расчетный счет денежных средств в размере 5 135 000 рублей, полученных ФИО8 по договорам купли-продажи сортиментовоза от 05.06.2018, а также денежных средств в общем размере 12 862 000 рублей по договорам купли-продажи транспортных средств, реализованных должником 11.02.2012, 26.07.2012, 28.02.2018, 04.07.2014, 26.02.2015, 09.03.2016.

ФИО2 считает, что его доводы о том, что данные действия и сделки явились причиной невозможности полного погашения требований кредиторов, не получили надлежащей оценки судов.

ФИО4 представил письменный отзыв на кассационную жалобу, в котором  указал на необоснованность ее доводов, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

В судебное заседание явился представитель ФИО2, поддержавший доводы кассационной жалобы.

Конкурсный управляющий ООО «БайкалМАЗцентр» ФИО1 в письменном отзыве на кассационную жалобу, а также в судебном заседании  выразил согласие с правовой позицией ФИО2

Представитель ФИО4 просил отказать в удовлетворении кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем, направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационной системе «Картотека арбитражных дел» - kad.arbitr.ru), однако своих представителей в судебное заседание не направили, что в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы без их участия.

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, установленном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Проверив исходя из доводов кассационной жалобы, в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным ими по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к следующим выводам.

Как установлено судами и следует из материалов дела, руководителем               ООО «БайкалМАЗцентр» до 25.01.2019 являлся ФИО8, а после указанной даты - ФИО4

С 25.12.2015 ФИО4 являлся участником ООО «БайкалМАЗцентр» с долей участия в уставном капитале в размере 65 %. ФИО8 являлся участником должника с долей участия в уставном капитале в размере 35 %, которая после его смерти  (28.01.2019) перешла к его наследникам: ФИО6 - 23,3 % доли в уставном капитале, ФИО7 - 11,7 % доли в уставном капитале.

Следовательно, в заявленный период времени и ФИО8, и ФИО4 являлись контролирующими должника лицами.

Решением Арбитражного суда Иркутской области от 02 июля 2021 года по делу     № А19-4421/2021 в отношении имущества умершего гражданина-должника         ФИО8 введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден арбитражный управляющий ФИО9

Конкурсный кредитор ООО «БайкалМАЗцентр» ФИО2 обратился с заявлением о привлечении ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности в соответствии со статями 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности заявитель обосновал следующим:

1) Неисполнение ФИО4 и ФИО8 обязанности по обращению в суд с заявлением должника о банкротстве в установленные статьей 9 Закона о банкротстве сроки. По мнению заявителя, указанная обязанность должна была быть исполнена ФИО4 не позднее 25.07.2018, а ФИО8 - не позднее 01.02.2018.

2) Совершение ФИО4 противоправных действий (бездействия), которые привели к наступлению банкротства ООО «БайкалМАЗцентр», а именно: безосновательное снятие с расчетного счета должника денежных средств, отчуждение автомобиля должника по заниженной стоимости, утрата товарно-материальных ценностей.

3) Совершение ФИО8 противоправных действий (бездействия), которые привели к наступлению банкротства должника, а именно: безосновательное снятие с расчетного счета должника денежных средств, невнесение в кассу или на расчетный счет должника денежных средств, поступивших от контрагентов должника.

Арбитражный суд Иркутской области, отказывая в удовлетворении заявления о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности, руководствовался статьями 61.10, 61.11, 61.20 Закона о банкротстве, статьями 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, а также разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - постановление Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53), и  исходил из недоказанности наличия у ФИО4 и ФИО8 обязанности по обращению в суд с заявлением о признании должника банкротом в указанные заявителем даты; из отсутствия причинно-следственной связи между вмененными в вину ответчикам действиями (бездействием) и наступлением объективного банкротства ООО «БайкалМАЗцентр».

При этом суд первой инстанции пришел к выводу о недобросовестности действий бывшего руководителя ФИО8 при возникновении обязательств должника перед ФИО2, в связи с чем взыскал с наследственной массы ФИО8 в пользу ООО «БайкалМАЗцентр» убытки в размере 8 524 317 рублей 23 копеек.

Четвертый арбитражный апелляционный суд согласился с выводами суда первой инстанции и постановлением от 09 января 2025 года оставил без изменения определение суда первой инстанции от 07 марта 2024 года.

Суд округа не усматривает оснований для удовлетворения кассационной жалобы ввиду следующего.

Закон о банкротстве предусматривает два юридических состава для привлечения к субсидиарной ответственности по обязательствам должника-банкрота: невозможность полного погашения требований кредиторов и неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника. В связи с этим причинение субсидиарным ответчиком вреда кредиторам должника-банкрота происходит при наступлении объективных признаков составов этих правонарушений, обозначенных в статьях 61.11 и 61.12 Закона о банкротстве.

Вместе с тем, судебное разбирательство о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности по основанию невозможности погашения требований кредиторов должно в любом случае сопровождаться изучением причин несостоятельности должника. Удовлетворение подобного рода исков свидетельствует о том, что суд в качестве причины банкротства признал недобросовестные действия ответчиков, исключив при этом иные (объективные, рыночные и т.д.) варианты ухудшения финансового положения должника (определение Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079).

Разрешая вопрос о возможности привлечения к субсидиарной ответственности ввиду наличия объективных признаков составов правонарушений, необходимо также принимать во внимание, что обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве. Этот момент определяется тем, когда разумный и добросовестный руководитель, оказавшийся в той же ситуации, что и руководитель должника, должен был осознать такую степень критичности положения подконтрольной организации, которая объективно свидетельствовала о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования (абзац первый пункта 9 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Суды пришли к выводу об отсутствии у ООО «БайкалМАЗцентр» в 2017-2019 годах имущественного кризиса. Как указали суды, в 2012-2019 годах должник вел активную хозяйственную деятельность в сфере торговли грузовыми и коммерческими автотранспортными средствами, в указанный период времени у него отсутствовала просроченная кредиторская задолженность перед поставщиками и банками; из выписки по расчетному счету не следует, что исполнение обязательств перед внешними кредиторами осуществлялось исключительно за счет заемных средств учредителей или третьих лиц, а не за счет выручки от реализации товаров и услуг.

Суды установили, что деятельность ООО «БайкалМАЗцентр» была прекращена в конце 2019 года в связи с наличием судебных споров, обеспечительных мер, принятых в рамках гражданского дела № 2-1915/2019 по иску ФИО2 к должнику о взыскании денежных средств, корпоративного конфликта между ФИО4 и ФИО6, ФИО7 При этом ФИО4 отрицал наличие у ООО «БайкалМАЗцентр» задолженности перед ФИО2

Производство по делу о банкротстве ООО «БайкалМАЗцентр» возбуждено на основании заявления должника, которое поступило в Арбитражный суд Иркутской области 10.10.2020, после вступления в законную силу решения Октябрьского районного суда г. Иркутска по гражданскому делу № 2-1915/2019 о взыскании с ООО «БайкалМАЗцентр» в пользу ФИО2 заемных денежных средств.

Приняв во внимание установленные обстоятельства, суды отклонили доводы заявителя о наличии у ответчиков обязанности по подаче в суд заявления должника о банкротстве в указанные заявителем даты, отметив, что само по себе наличие неисполненного денежного обязательства таким основанием не является.

Не усмотрели суды и оснований для привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности за совершение указанных заявителем сделок, приняв во внимание разъяснения, данные в абзаце шестом пункта 23 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53, и придя к выводу о недоказанности совершения ответчиками сделок, одновременно отвечающим двум квалифицирующим признакам: сделки являлись значимыми для должника (применительно к масштабам его деятельности) и существенно убыточными.

Как указали суды, совершенная ФИО4 от имени должника сделка по отчуждению автомобиля BMW 740 Li Drive на основании соглашения об отступном от 31.10.2019 по цене 1 000 000 рублей, а также оплата юридических услуг по соглашению об оказании юридической помощи от 13.11.2019 в размере 860 000 рублей не являются значимыми относительно масштабов деятельности должника.

В отношении сделки с автомобилем суды отметили, что при совершении сделки ФИО4 действовал добросовестно, устанавливая стоимость имущества в соответствии с отчетом об оценке.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Иркутской области от 10 июля 2024 года отказано в признании недействительным соглашения об оказании юридической помощи от 13.11.2019 и о применении последствий его недействительности в виде взыскания с адвоката Лучко Елены Александровны в пользу должника денежных средств в размере 860 000 рублей.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Иркутской области от 14 марта 2023 года отказано в признании недействительными перечислений должником денежных средств на расчетный счет ФИО4 в период с 02.03.2017 по 14.08.2019 на общую сумму 5 910 000 рублей.

В удовлетворении данных заявлений отказано, ввиду недоказанности причинения оспариваемыми действиями вреда имущественным правам кредиторов с учетом представленных ФИО4 доказательств возмездности сделок.

Указывая на причинение должнику убытков в размере 2 690 000 рублей в результате перечислению ФИО4 денежных средств в период с 20.02.2019 по 14.08.2019, ФИО2 не учитывает, что вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Иркутской области от 09 октября 2023 года данные действия признаны недействительными и применены последствия их недействительности в виде взыскания с ФИО4 в пользу конкурсной массы названной суммы.

Правовые основания для взыскания с ФИО4 той же суммы, но в качестве убытков отсутствуют, поскольку причиненный кредиторам вред был возмещен посредством применения реституции по недействительной сделке.

По доводу заявителя об утрате ФИО4 товарно-материальных ценностей вследствие несвоевременного проведения инвентаризации суды указали на отсутствие причинно-следственной связи между сроком проведения инвентаризации и недостачей товарно-материальных ценностей, выявленной при ее проведении.

Суд округа находит также заслуживающим внимание то, что решение внеочередного общего собрания участников ООО «БайкалМАЗцентр» о прекращении полномочий ФИО8 и избрании новым директором ФИО4 состоялось 25.01.2019.

 Ввиду скоропостижной смерти ФИО8 (29.01.2019), а также с учетом того, что 26.01.2019 и 27.01.2019 являлись выходными нерабочими днями, ФИО4 объективно был лишен возможности провести весь объем необходимых мероприятий по получению документации и имущества ООО «БайкалМАЗцентр», а также выявить возможную недостачу товарно-материальных ценностей и отобрать соответствующие объяснения у ФИО8

Доводы кассационной жалобы в данной части фактически направлены на переоценку исследованных судами доказательств и установление иных обстоятельств по делу, что не входит в компетенцию суда кассационной инстанции, определенную Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации.

Приведенный в кассационной жалобе довод о получении ФИО4 от ФИО8 за период с 26.04.2016 по 06.08.2018 денежных средств на общую сумму 3 400 000 рублей, не опровергает данные выводы судов о недоказанности причинения действиями ФИО4 вреда кредиторам должника.

Заявитель полагает, что получение ФИО4 и ФИО8 под отчет денежных средств без предоставления надлежащих доказательств их расходования на нужды ООО «БайкалМАЗцентр» направлено на причинение вреда имущественным правам кредиторов должника, которые могут быть восстановлены путем привлечения ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Вместе с тем, заявитель не учитывает следующее.

Заявленное в деле о банкротстве в порядке статей 10 и 61.11 Закона о банкротстве требование о привлечении к субсидиарной ответственности представляет собой косвенный иск в защиту интересов гражданско-правового сообщества кредиторов должника, который направлен непосредственно на восстановление их нарушенных имущественных прав. Из этого следует, что основанием для привлечения ответчика к субсидиарной ответственности или взыскания с него в пользу кредиторов убытков могут служить лишь действия, направленные на причинение вреда кредиторам. При отсутствии у должника кредиторов намерение причинить им вред у контролирующих должника лиц возникнуть не может.

Получение ФИО4 и ФИО8 под отчет денежных средств имело место в период январь 2016 года – январь 2019 года. Периодичность данных платежей (ежемесячно), их размер, а также установленные судами причины прекращения хозяйственной деятельности должника не позволяют сделать вывод о том, что снятие денежных средств было направлено именно на вывод активов должника.

Согласно реестру требований кредиторов ООО «БайкалМАЗцентр» кредиторами должника являются ФИО2 (определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 марта 2022 года), ФИО10 (правопреемник ФИО8 по договору цессии от 20.03.2024, определение Арбитражного суда Иркутской области от 11 июня 2024 года) и ФНС России (определение Арбитражного суда Иркутской области от 15 февраля 2022 года).

 Требование ФИО2 составляет 8 524 317 рублей 23 копейки, из них:           4 900 000 рублей - основной долг, 2 078 678 рублей 51 копейка - проценты за пользование займом, 1 545 638 рублей 72 копейки - неустойка. Данные обязательства возникли из договора займа от 22.05.2018, заключенного между должником (заемщик) и ФИО2 (заимодавец). По условиям данного договора займа от 22.05.2018 обязанность заемщика возвратить заимодавцу полученные денежные средства должна была быть исполнена не позднее 18.11.2018.

Требование Федеральной налоговой службы составляет 59 509 рублей 46 копеек, из которых: 9 863 рубля 67 копеек - недоимка по транспортному налогу за 2019 год,            780 рублей 16 копеек пени по транспортному налогу, 48 865 рублей 63 копейки - штраф.

Таким образом, за период 2016 – 2017 годы у должника не имеется неисполненных обязательств перед независимыми кредиторами.

Из положений статьи 810 Гражданского кодекса Российской Федерации следует, что обязательство возвратить денежную сумму, предоставленную по договору займа,  возникает с момента предоставления денежных средств заемщику.

Обязательства должника перед ФИО2 возникли в мае 2018 года в связи с получением заемных денежных средств. Обязанность возвратить заимодавцу полученные денежные средства к установленному договором сроку - 18.11.2018 должником не исполнена.

Вместе с тем, судами установлено, что неоплатность долга перед данным кредитором была обусловлена спором о наличии заемных правоотношений как таковых, а не недостаточностью денежных средств для расчетов с кредиторами.

Суды посчитали доказанным наличие совокупности условий для возложения на ФИО8 ответственности по обязательствам должника перед  ФИО2, в связи с чем удовлетворили заявление ФИО2 в данной части на основании статей 15, 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Указанный вывод судов о наличии оснований для взыскания убытков заявителем не обжалуется.

Оснований для возложения данной ответственности и на ФИО4 суды не установили, что, по мнению суда округа, является верным.

Таким образом, установив, что конкурсным кредитором не доказано, что контролирующими должника лицами были совершены действия (бездействие), которые явились причиной банкротства должника, суды пришли к выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 и ФИО8 к субсидиарной ответственности, при этом восстановили нарушенные имущественные права ФИО2 путем взыскания убытков с ФИО8

Суд округа считает, что выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на правильном применении норм материального права, при этом полагает необходимым дополнительно отметить следующее.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в материально-правовом смысле принадлежит независимым от должника кредиторам, является исключительно их средством защиты. Именно поэтому в том числе абзац третий пункта 11 статьи 61.11 Закона о банкротстве в настоящее время устанавливает правило, согласно которому в размер субсидиарной ответственности не включаются требования, принадлежащие ответчику либо заинтересованным по отношению к нему лицам.

Следовательно, сумма кредиторской задолженности перед ФИО8 не может быть включена в размер субсидиарной ответственности по основаниям статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Тот факт, что в настоящее время право взыскания данной задолженности в порядке правопреемства передано другому лицу (ввиду ее реализации на торгах в деле о банкротстве ФИО8), не трансформирует данное требование в требование независимого кредитора.

Предусмотренная положениями статьи 61.12 Закона о банкротстве субсидиарная ответственность направлена на защиту интересов тех кредиторов, что были введены в заблуждение относительно финансового состояния должника, разумно и обоснованно полагавших наличие у последнего возможности исполнить принятые на себя обязательства в установленные договором сроки (определение Верховного Суда Российской Федерации от 2 февраля 2024 г. № 305-ЭС19-27802(6,7,8,9)).

Определяя объем ответственности руководителя по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве необходимо учитывать, что, по общему правилу, не подлежат учету обязательства перед кредиторами, которые в момент их возникновения знали или должны были знать о том, что на стороне руководителя должника уже возникла обязанность по подаче заявления о банкротстве (пункт 14 постановления Пленума ВС РФ от 21.12.2017 № 53).

Требование ФИО8 возникло из договоров займа, заключенных в период, когда он являлся руководителем ООО «БайкалМАЗцентр» и в связи с этим  обладал сведениями о действительном финансовом положении должника, что исключает применение к нему презумции, установленной статьей 61.12 Закона о банкротстве.

Следовательно, сумма задолженности перед ФИО8 не может быть включена в размер субсидиарной ответственности и по основаниям статьи 61.12 Закона о банкротстве.

Требование о привлечении к субсидиарной ответственности в рамках дела о банкротстве представляет собой групповой косвенный иск и предполагает предъявление полномочным лицом в интересах группы лиц, объединяющей правовое сообщество кредиторов должника, требования к контролирующим лицам, направленного на компенсацию последствий их негативных действий по доведению должника до банкротства (определение Верховного Суда Российской Федерации от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757(2,3)).

            ФИО2, выступая инициатором настоящего спора, является лицом, которое ведет дело в интересах группы лиц (статья 225.10-1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), но фактически преследует материальный интерес по удовлетворению своего требования. Данный материальный интерес удовлетворен судом путем взыскания кредиторских убытков, которыми ФИО2  вправе распорядиться по правилам статьи 61.17 Закона о банкротстве.

           Указанный вывод основан на правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, выраженной в определении от 28 марта 2024 года № 305-ЭС23-22266 по делу № А40-169761/2018.

При таких обстоятельствах у суда кассационной инстанции отсутствуют основания для отмены обжалуемых судебных актов, принятых в пределах предоставленных судам полномочий на основании всестороннего и полного исследования доказательств.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы суд округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат оставлению без изменения, а кассационная жалоба без удовлетворения.

На основании статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по оплате государственной пошлины относятся на заявителя кассационной жалобы.

Настоящее постановление выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленными квалифицированными электронными подписями судей, в связи с чем направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

По ходатайству лиц, участвующих в деле, копия постановления на бумажном носителе может быть направлена им в пятидневный срок со дня поступления соответствующего ходатайства заказным письмом с уведомлением о вручении или вручена им под расписку.

Руководствуясь статьями 274, 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Иркутской области от 07 марта 2024 года по делу № А19-2430/2020, постановление Четвёртого арбитражного апелляционного суда от 09 января 2025 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

Судьи


И.А. Волкова

Е.А. Варламов

Н.Н. Парская