Постановление от 14 сентября 2020 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

15 сентября 2020 года

Дело №

А56-139870/2018

Резолютивная часть постановления объявлена 08.09.2020

Полный текст постановления изготовлен 15.09.2020


Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Мирошниченко В.В., судей Казарян К.Г., Колесниковой С.Г.,

при участии ФИО1 (паспорт), от ФИО2 представителя ФИО3 (доверенность от 08.02.2020),

рассмотрев 08.09.2020 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО4 – финансового управляющего ФИО1 на постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020 по делу № А56-139870/2018/тр.2,

у с т а н о в и л:

В рамках дела о банкротстве ФИО1 Холодов ФИО6 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о включении в реестр требований кредиторов должника требования (с учетом уточнений) в размере 2 892 177 руб. 48 коп.

Определением от 10.02.2020 требование ФИО7 признано обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества ФИО1, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020 определение от 10.02.2020 отменено, принят новый судебный акт, которым требование ФИО7 в размере 2 892 177 руб. 48 коп. признано обоснованным и включено в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1 с удовлетворением требований в части процентов после погашения основной суммы задолженности.

В кассационной жалобе финансовый управляющий ФИО1 ФИО4 просит постановление от 08.07.2020 отменить в части включения рассматриваемого требования ФИО7 в реестр требований кредиторов должника и вынести новый судебный акт – о признании требования подлежащим удовлетворению за счет имущества ФИО1, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Податель жалобы ссылается на то, что информация об извещении кредиторов, в том числе ФИО7, о введении в отношении ФИО1 процедуры банкротства содержится в отчетах финансового управляющего представленных в материалы дела.

Кроме того, финансовый управляющий ссылается на то, что ФИО7 было достоверно известно о введении в отношении ФИО1 процедуры банкротства, поскольку им подавался отзыв на заявление ФИО1 о признании ее банкротом, а заявление о включении в реестр требований кредиторов первоначально было заявлено 27.03.2020 и возвращено судом 22.05.2020 в связи с неустранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления его без движения.

В судебном заседании ФИО1 поддержала доводы жалобы, а представитель ФИО7 возражал против ее удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, в соответствии с частью 1 статьи 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что в силу статьи 284 названного Кодекса не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность обжалуемого судебного акта проверена судом в кассационном порядке в пределах доводов жалобы, а именно в части определения порядка удовлетворения требования ФИО7

Как установлено судами, решением от 01.04.2019 ФИО1 признана несостоятельной (банкротом), введена процедура реализации имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Объявление о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом) опубликовано в газете «Коммерсантъ» 13.04.2019.

ФИО7 обратился в суд с заявлением о включении в реестр требований кредиторов ФИО1 задолженности в общем размере 2 892 177 руб. 48 коп.

В обоснование своего заявления ФИО7 сослался на возбуждение Кировским РОСП исполнительных производств от 23.06.2017 № 101296/18/78004-ИП (задолженность в размере 79 877 руб. 28 коп.), от 28.02.2018 № 38111/18/78004-ИП (226 672 руб. 97 руб.), № 166583/16/78004-ИП от 09.12.2016 (задолженность 2 606 008 руб. 99 руб.), от 03.04.2017 № 47916/17/78004-ИП (39 618 руб. 24 коп.),

Суд первой инстанции, установив, что объявление о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом) опубликовано в газете «Коммерсантъ» 13.04.2019, и следовательно, срок заявления кредиторами своих требований истек 13.06.2019, пришел к выводу, что требование ФИО7, поданное 12.07.2019, заявлено с пропуском названного срока.

В связи с указанным суд первой инстанции признал требование ФИО7 обоснованным и подлежащим удовлетворению за счет имущества ФИО1, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Суд апелляционной инстанции не согласился с названным выводом суда первой инстанции.

Как установил суд апелляционной инстанции, исполнительные производства № 101296/18/78004-ИП, 38111/18/78004-ИП, 166583/16/78004-ИП, № 47916/17/78004-ИП окончены 15.04.2019 на основании пункта 7 части 1 статьи 47 Федерального закона от 02.10.2007 № 229-ФЗ «Об исполнительном производстве» (далее – Закон об исполнительном производстве), в связи с признанием должника банкротом. Однако доказательства уведомления ФИО7 судебным приставом-исполнителем об окончании исполнительных производств, а также финансовым управляющим о необходимости заявления требования в рамках дела о банкротстве ФИО1 в материалы дела не представлены.

В связи с названным, суд апелляционной инстанции, руководствуясь разъяснениями, содержащимися в постановлении Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.07.2009 № 59 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «Об исполнительном производстве» (далее – Постановление № 59), пришел к выводу, что срок для предъявления требований в реестр требований кредиторов должника ФИО7 не пропущен.

С учетом этого суд апелляционной инстанции отменил определение от 10.02.2020 и включил требование ФИО7 в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО1

Изучив материалы дела и проверив доводы кассационной жалобы, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 24 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», по смыслу пункта 4 статьи 213.24 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) в процедуре реализации имущества должника конкурсные кредиторы и уполномоченный орган вправе по общему правилу предъявить свои требования к должнику в течение двух месяцев со дня опубликования сведений о признании должника банкротом и введении процедуры реализации его имущества (абзац третий пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве).

Согласно абзацу третьему пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве реестр требований кредиторов подлежит закрытию по истечении двух месяцев с даты опубликования сведений о признании должника банкротом и об открытии конкурсного производства.

В соответствии с пунктом 4 названной статьи Закона о банкротстве требования конкурсных кредиторов и (или) уполномоченных органов, заявленные после закрытия реестра требований кредиторов, удовлетворяются за счет оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований кредиторов, имущества должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 15 Постановления № 59, передача исполнительных документов конкурсному управляющему в соответствии с частью 5 статьи 96 Закона об исполнительном производстве не освобождает конкурсных кредиторов и уполномоченные органы, чьи требования подтверждаются исполнительными документами, от предъявления названных требований в суд, рассматривающий дело о банкротстве, на основании пункта 1 статьи 142 Закона о банкротстве.

Поскольку конкурсный управляющий обязан действовать и в интересах кредиторов, он обязан незамедлительно уведомить лиц, являющихся взыскателями, о получении им соответствующих исполнительных документов и о необходимости заявления кредиторами требований в рамках дела о банкротстве. Срок на предъявление требований такими лицами в деле о банкротстве начинает исчисляться не ранее даты направления им указанного уведомления конкурсным управляющим.

Вопреки доводам подателя жалобы, указание им в отчетах о деятельности финансового управляющего на направление уведомлений о введении в отношении должника процедуры банкротства само по себе не может служить достаточным доказательством такого уведомления, без предоставления иных подтверждающих документов (копии уведомления, документов, подтверждающих его направление в адрес кредитора).

Вместе с тем разъяснения, содержащиеся в пункте 15 Постановления № 59, направлены на защиту прав кредиторов, которые поручили исполнение судебного решения государственной службе, специально созданной для этих целей, и, соответственно, имеющих разумные ожидания того, что они будут проинформированы путем индивидуального извещения об объективной невозможности продолжения процедуры взыскания, начатой по их заявлению; возложение на таких кредиторов обязанности по самостоятельному отслеживанию публикаций о судьбе должника является чрезмерным.

В данном случае из материалов настоящего дела, в том числе отзыва на заявление ФИО1 о признании ее банкротом и непосредственно из заявления ФИО7 о включении его требования в реестр требований кредиторов должника, следует, что ФИО7 было известно о введении в отношении ФИО1 процедуры реализации имущества.

Первоначально ФИО7 обратился в суд с заявлением о включении своего требования в реестр требований кредиторов 27.03.2019, то есть еще до размещения финансовым управляющим 13.04.2019 соответствующей публикации о признании ФИО1 несостоятельной (банкротом).

Определением от 03.04.2019 названное заявление было оставлено без движения, а определением от 22.05.2019 возвращено в связи с неустранением обстоятельств, послуживших основанием для оставления его без движения.

Таким образом, с учетом обстоятельств настоящего спора положения, установленные пунктом 15 Постановления № 59, в рассматриваемой ситуации не подлежат применению.

Поскольку настоящее заявление было подано ФИО7 в суд 12.07.2019, то есть с пропуском двухмесячного срока, установленного для обращения с такими заявлениями, а ходатайство о его восстановлении заявлено не было, суд первой инстанции правомерно признал требование ФИО7 подлежащим удовлетворению за счет имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включенных в реестр требований должника.

Таким образом у суда апелляционной инстанции не имелось оснований для отмены определения суда первой инстанции от 10.02.2020 и включения требования ФИО7 в реестр требований кредиторов должника.

В связи с этим постановление от 08.07.2020 подлежит отмене, а определение от 10.02.2020 - оставлению в силе.

Руководствуясь статьями 286, 287, 288, 289 и 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.07.2020 по делу № А56-139870/2018 отменить.

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 10.02.2020 по названному делу оставить в силе.

Председательствующий

В.В. Мирошниченко

Судьи

К.Г. Казарян

С.Г. Колесникова