Постановление от 24 мая 2022 г. по делу № А50-34092/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-8989/21

Екатеринбург

24 мая 2022 г.


Дело № А50-34092/2019


Резолютивная часть постановления объявлена 17 мая 2022 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 мая 2022 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Шершон Н.В., Пирской О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Коршуновой А.В., рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО6 и ФИО1 на определение Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 по делу № А50-34092/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании в режиме веб-конференции приняли участие представитель ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 03.12.2019), а также финансовый управляющий имуществом ФИО4 (далее – ФИО4, должник) – ФИО5 лично (паспорт).


Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.01.2020 принято к производству заявление ФИО2 о признании ФИО4 несостоятельным (банкротом), возбуждено производство по настоящему делу о банкротстве.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 26.06.2020 заявление ФИО2 признано обоснованным, в отношении должника введена процедура, применяемая в деле о банкротстве граждан – реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО5

Решением арбитражного суда от 27.10.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника; финансовым управляющим имуществом должника утверждена ФИО5

В арбитражный суд 19.10.2020 обратилась финансовый управляющий ФИО5 с заявлением о признании недействительным договора дарения от 25.11.2019, заключенного между супругой должника – ФИО1 и ФИО6, применении последствий недействительности сделки в виде в виде возврата в конкурсную массу должника совместно нажитого имущества, а также восстановления права собственности ФИО1 на легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), 2017 год выпуска идентификационный номер (VIN) <***>, цвет белый.

Определением Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022, заявление удовлетворено.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО6 и ФИО1 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просят определение от 20.09.2021 и постановление от 13.01.2022 отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на неверное применение судами норм права, несоответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявители приводят доводы о том, что признание сделки недействительной причиняет ФИО6 значительный ущерб, поскольку она лишается транспортного средства и при этом у нее остаются ранее принятые по договору займа от 25.11.2019 обязательства перед ФИО7, отмечают, что все уплаченные денежные средства в счет погашения процентов за спорный автомобиль становятся бессмысленными тратами, то есть фактически убытками. Податели жалобы также утверждают, что сделка по передаче автомобиля от ФИО1 сопровождалась принятием ФИО6 на себя долга ФИО4 и ФИО1 перед ФИО7 за автомобиль, при несовершении ФИО6 данных действий, кредиторская задолженность должника лишь увеличилась бы, поскольку автомобиль в соответствии с пунктом 3 соглашения от 10.12.2018 находился в залоге у ФИО7 и обращение взыскания на него по незалоговым требованиям в любом случае не позволило бы значительно удовлетворить данные требования. Кроме этого, заявители приводят доводы о необоснованности выводов судов о мнимости сделки от 19.01.2018, указывают, что сделка никем не оспаривалась, вопрос о ее действительности не ставился, при этом вопреки выводам судов, сделка не ничтожна, ее исполнение повлекло законные правовые интересы для сторон. Помимо изложенного, заявители отмечают, что поскольку в силу статьи 34 Семейного кодекса Российской Федерации автомобиль является совместным имуществом супругов З-вых, то ФИО1 в любом случае имела все законные права распоряжаться своей частью общего имущества, обращают внимание, что с учетом нахождения автомобиля до совершения сделки в общей собственности супругов З-вых, принимая во внимание частичную уплату ФИО6 денежных средств за автомобиль ФИО7 по договору займа, принятие ФИО6, ФИО1 кредитных обязательств на ФИО6 в любом случае не может быть возложена обязанность возвратить в конкурсную массу автомобиль (или эквивалент его стоимости) целиком, так как предметом спора является только половина, принадлежащая должнику.

В своих отзывах финансовый управляющий ФИО5 и кредитор ФИО2 по доводам кассационной жалобы возражают, просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена кассационным судом в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО4 на праве собственности принадлежал легковой автомобиль марки ТОЙОТА ЛАНД КРУЗЕР 150 (ПРАДО), 2017 год выпуска идентификационный номер (VIN) <***>, цвет белый (далее – спорный автомобиль, транспортное средство), приобретенный по договору купли-продажи от 16.11.2017, заключенному с обществом с ограниченной ответственностью «Терра Авто» (далее – общество «Терра Авто»).

По договору купли-продажи от 19.01.2018 ФИО4 продал автомобиль своей супруге ФИО1 (официально зарегистрированы в браке с 18.09.1987)

В последующем, между ФИО1 (даритель) и ФИО6 (одаряемый) заключен договор дарения от 25.11.2019, согласно которому даритель безвозмездно передала в собственность одаряемому вышеуказанное транспортное средство.

Дата государственной регистрации права собственности – 26.12.2019.

Решением Арбитражного суда Пермского края от 27.10.2020 ФИО4 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации имущества гражданина-должника.

Полагая, что сделка по договору дарения совершена при наличии признаков неплатежеспособности, с целью вывода должником – ФИО4 ликвидных активов, а также с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, вследствие чего на основании пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» от 26.10.2002 № 127-ФЗ (далее – Закон о банкротстве) является недействительной, кроме того, указывая, что намерений на отчуждение транспортного средства у сторон не имелось, сделка совершена лишь для вида, в силу чего имеются основания для признания сделки мнимой в соответствии с пунктом 1 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, финансовый управляющий ФИО5 обратилась в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Удовлетворяя заявленные требования, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, в частности, если на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

В пункте 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» разъяснено, что для признания сделки недействительной по вышеуказанному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки.

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Статьей 34 Семейного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что имущество, нажитое супругами во время брака, является их совместной собственностью.

В соответствии с пунктом 1 статьи 35 Семейного кодекса Российской Федерации владение, пользование и распоряжение общим имуществом супругов осуществляются по обоюдному согласию супругов. Пунктом 2 указанной статьи установлено, что при совершении одним из супругов сделки по распоряжению общим имуществом супругов предполагается, что он действует с согласия другого супруга.

Из материалов электронного дела следует, что в реестр требований кредиторов должника включены требования следующих лиц: ФИО2 (правопреемник общества с ограниченной ответственностью Управляющая компания «Престиж» (далее – общество УК «Престиж») по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности) в сумме 11 181 513 руб. 05 коп. (определение суда от 26.06.2020); уполномоченного органа в сумме 172 034 руб. 67 коп. долга и 1 963 руб. 53 коп. пени (определение от 29.09.2020), а также в сумме 28 860 руб. (определение суда от 11.01.2022); ФИО8 (правопреемник закрытого акционерного общества «Севур» по требованию о привлечении к субсидиарной ответственности) в сумме 3 930 руб. (определение суда от 28.12.2021).

Установив, что оспариваемый договор дарения транспортного средства заключен 25.11.2019, то есть за два месяца до принятия к производству суда заявления о признании должника банкротом (20.01.2020), после направления в суд заявления о признании должника банкротом от 06.11.2019, суды признали, что сделка совершена в период подозрительности, предусмотренный статьей 61.2 Закона о банкротстве.

Как установлено судами и следует из материалов дела, на момент совершения оспариваемой сделки у должника имелись неисполненные обязательства перед кредиторами, требования которых подтверждены судебными актами и в последующем включены в реестр требований кредиторов должника.

Стороны сделки находятся между собой в отношениях заинтересованности, поскольку ФИО1 являлась супругой, а ФИО6 - дочерью должника ФИО6, следовательно, презюмируется осведомленность названных лиц о финансовом состоянии должника, в то время как надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие названную презумпцию, и, свидетельствующие об ином, не представлены.

Учитывая вышеизложенное, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все представленные в материалы дела доказательства, приняв во внимание, что наряду с оспариваемой в настоящем споре сделкой должником в соотносимый период времени совершены иные сделки по отчуждению ликвидного имущества в пользу заинтересованных лиц, в частности, 22.11.2017 был реализован автомобиль Мицубиси Паджеро, 24.10.2017 безвозмездно отчуждена квартира, расположенная по адресу: <...>, исходя из того, что иного имущества, в том числе объектов недвижимого имущества, подлежащих включению в конкурсную массу, финансовым управляющим не выявлено, права требования к закрытому акционерному обществу «Севур» на сумму более 80 млн. руб. не признаны судом апелляционной инстанции ликвидным активом в связи с нахождением общества в процедуре конкурсного производства, о чем должник, будучи одним из контролирующих указанное общество лиц, не мог не знать, суды первой и апелляционной инстанций пришли к аргументированным выводам о том, что указанные обстоятельства в совокупности свидетельствуют о том, что действительной целью совершения оспариваемой сделки являлось недопущение обращения взыскания на имущество должника по имущественным требованиям кредиторов, при том, что после отчуждения спорного автомобиля ФИО4 и ФИО1 сохраняли контроль над транспортным средством, несмотря на регистрацию органами ГИБДД права собственности за ФИО6

Кроме того, суды обоснованно приняли во внимание, что мотивы совершения сделок, обусловленные изменением жизненных обстоятельств, внутрисемейной ситуации, возникновением иных предпосылок передачи титула владения имуществом члену семьи должником перед судами в достаточной степени не раскрыты; заключение договора дарения также не имело для должника и экономической выгоды, а напротив, повлекло выбытие имущества, подлежащего включению в конкурсную массу для целей удовлетворения требований к должнику, то есть причинила вред имущественным правам кредиторов.

Таким образом, установив, что в рассматриваемом споре финансовым управляющим доказана вся совокупность обстоятельств, необходимых в силу пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве для признания оспариваемой сделки недействительной, суды первой и апелляционной инстанций правомерно и обоснованно констатировали недействительность договора дарения от 25.11.2019 и, руководствуясь положениями пункта 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве и пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, применили связанные с признанием данной сделки недействительной последствия в виде обязания ФИО6 возвратить в конкурсную массу должника транспортное средство и восстановить на него право собственности ФИО1

По результатам рассмотрения кассационной жалобы, изучения материалов дела, суд округа считает, что судами первой и апелляционной инстанций все приведенные сторонами спора доводы и доказательства исследованы и оценены, обстоятельства, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора, определены верно, им дана надлежащая правовая оценка, нормы законодательства о банкротстве применены апелляционным судом правильно, выводы суда о применении нормы права соответствуют установленным им обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, нарушений норм процессуального права, приведших к принятию неправильного судебного акта, не допущено.

Изложенные в кассационной жалобе доводы заявителей об отсутствии причинения оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов, поскольку спорный автомобиль приобретен на денежные средства, полученные в заем от ФИО7, о передаче спорного автомобиля в залог, судом кассационной инстанции не принимаются, поскольку являлись предметом рассмотрения судом апелляционной инстанции, получили надлежащую правовую оценку и мотивированно отклонены.

Отклоняя названные доводы о внесения ФИО7 продавцу денежных средств за автомобиль, приобретенный ФИО4, как необоснованные и опровергающиеся фактическими обстоятельствами и представленными в материалы дела доказательствами, суд апелляционной инстанции обоснованно принял во внимание представленную обществом «Терра Авто» информацию и подтверждающие документы о заключении ФИО4 самостоятельного договора купли-продажи от 16.11.2017 с указанным обществом и внесении наличных денежных средств в кассу продавца в сумме 858 000 руб. – 20.11.2017, 1 200 000 руб. – 22.11.2017, зачета денежных средств, причитающихся продавцу, путем передачи транспортного средства, принадлежащего покупателю.

При этом апелляционным судом верно отмечено, что заключение самостоятельного предварительного договора ФИО7 с обществом «Терра авто» от 01.11.2017 № ТАЗА-17/0000839 не порождает правовых последствий для ФИО4 по договору купли-продажи от 16.11.2017 № ТАРА-17/000640, поскольку ФИО7 не являлась когда-либо собственником спорного автомобиля; доказательств иного суду не представлено и материалы дела не содержат.

Судом также учтено, что надлежащих доказательств наличия договора о залоге между ФИО1 и ФИО7 не представлено, доказательства внесения соответствующей записи о залоге транспортного средства в реестр уведомлений о залоге движимого имущества Федеральной нотариальной палаты также отсутствуют.

Наряду с изложенным, апелляционный суд заключил, что с учетом фактических обстоятельств дела само по себе наличие заемных обязательства между ФИО7, ФИО4 и ФИО6 (даже при наличии таковых) не имеют какого-либо правового значения для настоящего обособленного спора и не опровергают выводов о совершении оспариваемой сделки с целью не допустить обращения взыскания на принадлежащее должнику ликвидное имущество, причиняя тем самым вред кредиторам, выразившийся в уменьшении потенциальной конкурсной массы в отсутствие реальной возможности получения удовлетворения требований к должнику за счет отчужденного имущества.

Доводы заявителей кассационной жалобы о наличии у транспортного средства статуса общей совместной собственности и принадлежности супруге 1/2 доли данного имущества не опровергает выводов судов о недействительности сделки. Согласно пункту 7 статьи 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным названной статьей. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства, причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам. Из материалов дела следует и никем из лиц, участвующих в деле, не оспаривается, что спорное транспортное средство была приобретено ФИО4 в период нахождения в браке с ФИО1, ввиду чего до его отчуждения являлось их совместной собственностью. Вопросы расчетов с супругом должника урегулированы нормами Закона о банкротстве (пункт 7 статьи 213.26) и не могут являться предметом рассмотрения обособленного спора об оспаривании сделки должника.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы также выводов судов не опровергают и не свидетельствуют о нарушении судами норм права при принятии обжалуемых судебных актов, касаются фактических обстоятельств, доказательственной базы по спору и вопросов их оценки, что выходит за пределы компетенции и полномочий суда кассационной инстанции, установленных статьями 286 – 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Пермского края от 20.09.2021 по делу № А50-34092/2019 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.01.2022 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО6 и ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



ПредседательствующийО.Э. Шавейникова


СудьиН.В. Шершон


О.Н. Пирская