Постановление от 21 сентября 2020 г. по делу № А40-72327/2018

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А40-72327/18
21 сентября 2020 года
город Москва



Резолютивная часть постановления объявлена 17 сентября 2020 года

Полный текст постановления изготовлен 21 сентября 2020 года


Арбитражный суд Московского округа в составе:

председательствующего судьи – Мысака Н.Я.,

судей: Зеньковой Е.Л., Коротковой Е.Н.,

при участии в заседании:

от финансового управляющего ФИО1 – лично, паспорт

от ФИО2 – ФИО3 – дов. от 25.03.2019

от ФИО4 – ФИО5 – дов. от 20.03.2019

от ФИО1 – лично, паспорт

от ФИО6 – ФИО7 – дов. от 14.06.2019

от финансового управляющего ФИО1 ФИО8 – ФИО9 – дов. от 03.12.2019

рассмотрев 17 сентября 2020 года в судебном заседании кассационную жалобу финансового управляющего ФИО1 – ФИО8,

на определение от 30 января 2020 года

Арбитражного суда города Москвы,

постановление от 29 июня 2020 года

Девятого арбитражного апелляционного суда

по заявлению финансового управляющего о признании недействительной сделкой договора дарения без номера от 18.05.2015 и применения последствий ее недействительности

в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ФИО1



УСТАНОВИЛ:

09.04.2018 в Арбитражный суд города Москвы поступило заявление кредитора ФИО4 о признании несостоятельным (банкротом) гражданина-должника ФИО1.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 (объявлена резолютивная часть) должник ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) введена процедура реструктуризации долгов гражданина. Финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Сообщение о введении в отношении должника процедуры реструктуризации долгов гражданина опубликовано в газете "Коммерсантъ" N 100 от 09.06.2018, стр. 157.

17.05.2019 в Арбитражный суд города Москвы поступило ходатайство финансового управляющего должника ФИО1 - ФИО8 о признании должника банкротом и введении в отношении должника процедуры реализации имущества Решением Арбитражного суда города Москвы от 24.05.2018 ФИО1 признан несостоятельным (банкротом) введена процедура реструктуризации долгов гражданина.

В Арбитражный суд города Москвы поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой договора дарения без номера от 18.05.2015 и применения последствий ее недействительности.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2019, отказано финансовому управляющему в удовлетворении заявления о признании недействительными сделок должника с ФИО2 и применении последствий недействительности сделки.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 18.09.2019 определение Арбитражного суда города Москвы от 16.04.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.07.2019 отменены, обособленный спор направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

Отменяя судебные акты и направляя обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции, суд округа указал, что, рассматривая спорный договор дарения от 26.05.2015 в контексте его недействительности применительно к специальным нормам Закона о банкротстве, судами необоснованно не было принято во внимание, что спорный договор дарения был совершен в отношении имущества, на которое распространялся режим совместной собственности, в силу положений ст. 33 Семейного кодекса Российской Федерации; делая вывод о том, что оспариваемая сделка была осуществлена не за счет средств должника, судами необоснованно не был исследован вопрос о режиме собственности спорного имущества, с учетом положений Семейного кодекса Российской Федерации, а также о возможности применения к спорным правоотношениям специальных норм Закона о банкротстве, при этом, отказ в квалификации спорного договора дарения, с учетом даты заключения указанной сделки, судами не мотивирован; судами не была дана оценка доводам финансового управляющего об экономической целесообразности заключения ряда последовательных сделок по распоряжению правами в отношении спорного имущества.

При новом рассмотрении обособленного спора определением Арбитражного суда города Москвы от 30.01.2020, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 29.06.2020, в удовлетворении заявления финансового управляющего отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, финансовый управляющий должника ФИО8 обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение и постановление отменить и направить обособленный спор на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы финансовый управляющий ссылается на нарушение судами норм материального и процессуального права, а также несоответствие выводов, изложенных в обжалуемых судебных актах, фактическим обстоятельствам по делу и имеющимся в деле доказательствам, утверждая, что судами необоснованно не применены нормы ст.ст. 10,168 ГК РФ, п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве к сделкам должника в отношении его личного имущества; на момент совершения сделок (18.05.2015, 10.02.2018 и 25.08.2018) должник являлся неплатежеспособным, что не было учтено судами по причине не применения подлежащих применению норм права (абз. 33,34 ст. 2 Закона о банкротстве); судами не дана оценка недобросовестности действий должника и ФИО2; в суд не представлено доказательств уплаты ФИО2 налога на имущество, начисленного ФИО1 и ФИО7, в отношении спорного имущества.

От ФИО6, ФИО2, ФИО1 поступили отзывы на кассационную жалобу, которые приобщены к материалам дела в судебном заседании суда кассационной инстанции.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель финансового управляющего поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав представителей лиц, участвующих в деле и явившихся в судебное заседание, проверив в порядке статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Согласно статье 32 Закона о банкротстве и части 1 статьи 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы о несостоятельности (банкротстве).

Как установлено судами, ФИО2, ее супруг ФИО10 и их дочь ФИО11 с 1995 г. являлись собственниками дома, расположенного по адресу <...>, и земельного участка, на котором расположен дом.

В 2003 г. ФИО10 умер, после чего за ФИО2, ФИО7, (дочери супругов ФИО11), ФИО1 (должник в деле о банкротстве) оформлены права собственности в размере 1/3 доли у каждого.

Суд первой инстанции учел, что бремя содержания дома: оплата коммунальных расходов, ремонт несла ФИО2, включая оплату налога на имущества за ФИО1 и ФИО12, в подтверждение чего представлены квитанции на оплату коммунальных услуг, в которых потребителем указана ФИО13

При этом, сама ФИО2, как пенсионер, была освобождена от оплаты налога на имущество.

Барнаульской городской Думой 07.11.2014 было принято решение N 375 "О налоге на имущество физических лиц на территории городского округа - города Барнаула Алтайского края", вступившее в силу с 01.01.2015, были увеличены в несколько раз ставки налога на имущество.

После чего ФИО2 обратилась к ФИО1 и ФИО7 о передаче ей указанного дома и земельного участка по договору дарения, так как в противном случае, ее расходы на содержание дома, с учетом оплаты налога на имущества по новым ставкам за ФИО1 и ФИО7, выросли бы в несколько раз.

Учитывая, что ФИО1 уже длительное время проживал в г. Москве и фактически не имел отношения к спорному дому 18.05.2015 был заключен договор дарения, согласно которому ФИО7 подарила 2/3 доли, а ФИО1 1/3 доли в указанном доме и земельном участке. После чего ФИО2 стала единственным собственником дома и земельного участка и продолжила нести бремя расходов по их содержанию, что подтверждается текущими договорами с поставщикам услуг и квитанциями по оплате коммунальных услуг.

В последующем 15.02.2018 ФИО2 подарила дом и земельный участок своему несовершеннолетнему внуку ФИО6 Свои действия объяснила ухудшением состояния здоровья и тем, что внук остается работать в городе Барнауле.

Однако ее внук после окончания школы поступил в ВУЗ в городе Зеленограде и принял решение отказаться от подаренного ему дома.

В связи с этим 25.08.2018 дом подарен внуком ФИО2

Конкурсный управляющий оспорил договор дарения от 18.05.2018, в соответствии с которым должник подарил своей матери (ФИО2) 1/3 доли в праве на жилой дом и 1/30 доли в праве на земельный участок, по основаниям, предусмотренным п. 2 ст. 61.2 Закона о банкротстве.

Отказывая в признании сделки недействительным, суд первой инстанции сделал вывод о том, что спорное имущество не является общим имуществом супругов; задолженность перед ФИО4 установлена решением Хорошевского районного суда г. Москвы от 07.07.2016, доказательств наличия иных кредиторов на дату совершения сделки (18.05.2015) не представлено; передача права собственности на имущество ФИО2 была экономически целесообразна, так как позволила экономить ФИО2 более 80 000 руб. ежегодно; ФИО1 длительное время с1985 г. проживал в Москве и о его деятельности ФИО2 не было известно; ФИО1 участвовал в заключении только одной оспариваемой сделки - от 18.05.2015; ни должник, ни его имущество, в том числе совместно нажитое в период брака с супругой ФИО14 не участвовало в сделках между ФИО2, и ФИО6, заключенных в 2018 г.

Также суд первой инстанции указал, что материалы дела не содержат доказательств недобросовестного поведения ФИО2 и ФИО6, наличие у них умысла на причинение вреда.

С данными выводами суда первой инстанции согласился апелляционный суд.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 15 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 05.11.1998 N 15 "О применении судами законодательства при рассмотрении дел о расторжении брака", общей совместной собственностью супругов, подлежащей разделу, является любое нажитое ими в период брака движимое и недвижимое имущество, которое в силу статей 128, 29, пунктов 1 и 2 статьи 213 Гражданского кодекса Российской Федерации может быть объектом права собственности граждан, независимо от того, на имя кого из супругов оно было приобретено или кем внесены денежные средства, если брачным договором между ними не установлен иной режим этого имущества. Не является общим совместным имущество, приобретенное хотя и во время брака, но на личные средства одного из супругов, принадлежавшие ему до вступления в брак, полученное в дар или в порядке наследования.

В статье 36 Семейного кодекса Российской Федерации приводится перечень оснований, при наличии которых имущество считается принадлежащим на праве собственности одному из супругов. Таким имуществом является имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов).

Следовательно, определяющими в отнесении имущества к раздельной собственности супругов (имущество каждого из супругов) являются время и основания возникновения права собственности на конкретное имущество у каждого из супругов (до брака или в браке, но по безвозмездным сделкам).

Указанные выводы соответствуют правовой позиции, сформированной в Определении Судебной коллегии по гражданским делам Верховного Суда Российской Федерации от 05.07.2016 N 37- КГ16-8.

Аналогичные выводы содержатся в Определении Верховного Суда Российской Федерации от 25.10.2016 N 45-КГ16-16, согласно которому юридически значимым обстоятельством при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов является то, на какие средства (личные или общие) и по каким сделкам (возмездным или безвозмездным) приобреталось имущество одним из супругов во время брака. Имущество, приобретенное одним из супругов в браке по безвозмездным гражданско-правовым сделкам (например, в порядке наследования, дарения, приватизации), не является общим имуществом супругов.

В силу пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Статьей 168 ГК РФ установлено, что сделка, не соответствующая требованиям закона или иных правовых актов, ничтожна, если закон не устанавливает, что такая сделка оспорима, или не предусматривает иных последствий нарушения.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

С целью квалификации спорной сделки в качестве недействительной, совершенной с намерением причинить вред другому лицу суду необходимо установить обстоятельства, неопровержимо свидетельствующие о наличии факта злоупотребления правом со стороны контрагента, выразившегося в заключении спорной сделки (п. 9 Информационного письма Президиума ВАС РФ от 25.11.2008 № 127 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Как разъяснено в п. 1 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. По общему правилу пункта 5 статьи 10 ГК РФ добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагаются, пока не доказано иное.

Суды обеих инстанций, исследовав и оценив все представленные сторонами доказательства, а также доводы и возражения участвующих в деле лиц, руководствуясь положениями действующего законодательства, правильно определили спорные правоотношения, и, учитывая, что материалы настоящего обособленного спора не содержат доказательств недобросовестного поведения со стороны ФИО2 и ФИО1 и наличия у них умысла на причинение вреда, суды пришли к обоснованному и правомерному выводу об отказе в удовлетворении заявления.

Отклоняя доводы финансового управляющего должника о том, что сделка совершена заинтересованными по отношению к должнику лицами, суд апелляционной инстанции справедливо указал, что указанные обстоятельства не свидетельствуют о совершении сделки за счет должника, и не являются основанием для признания сделки недействительной.

Доводы кассационной жалобы, повторяющие доводы апелляционной жалобы, подлежат отклонению, как основанные на неправильном толковании норм материального и процессуального права и направленные на переоценку доказательств, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции. Кроме того, все доводы кассационной жалобы приводились при рассмотрении дела в суде первой и апелляционной инстанции и им была дана надлежащая оценка.

Переоценка доказательств и установление новых обстоятельств находится за пределами компетенции и полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, определенных положениями статей 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены определения и постановления в соответствии с частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, также не нарушены.

Руководствуясь статьями 284, 286-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



ПОСТАНОВИЛ:

Определение Арбитражного суда города Москвы от 30 января 2020 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 29 июня 2020 года по делу № А40-72327/18 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.


Председательствующий судья Н.Я. Мысак

Судьи: Е.Л. Зенькова

Е.Н. Короткова