Постановление от 30 ноября 2023 г. по делу № А14-210/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ЦЕНТРАЛЬНОГО ОКРУГА




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

кассационной инстанции по проверке законности

и обоснованности судебных актов арбитражных судов,

вступивших в законную силу

Дело № А14-210/2017
30 ноября 2023 года
город Калуга



Резолютивная часть постановления объявлена «23» ноября 2023 года.

Постановление в полном объеме изготовлено «30» ноября 2023 года.


Арбитражный суд Центрального округа в составе:


председательствующего

ФИО1,

судей

ФИО2,

ФИО3

при участии в судебном заседании:

от ФИО4:


от ФИО5:


ФИО6 представителя по доверенности от 09.02.2022 № 36 АВ 3688641 ;

ФИО7 представителя по доверенности от 25.07.2023 № 36 АВ 4093926;

от иных участвующих в деле лиц:

не явились, извещены надлежаще;

рассмотрев в открытом судебном заседании путем использования систем видеоконференц-связи при содействии Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Богучарский завод растительных масел» ФИО8 на определение Арбитражного суда Воронежской области от 04.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2023 по делу № А14-210/2017,

УСТАНОВИЛ:

ФИО9 09.01.2017 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) общества с ограниченной ответственностью «Богучарский завод растительных масел» (ООО «Богучарский ЗРМ», должник).

Общество с ограниченной ответственностью «САН» (ООО «САН») 17.01.2017 обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) (о вступлении в дело о несостоятельности (банкротстве)) ООО «Богучарский ЗРМ».

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 25.01.2017 заявление ООО «САН» от 13.01.2017 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Богучарский ЗРМ» принято как заявление о вступлении в дело о банкротстве № А14-210/2017.

Акционерное общество «Российский Сельскохозяйственный банк» (АО «Россельхозбанк») 26.01.2017 обратилось в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Богучарский ЗРМ».

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 02.02.2017 заявление АО «Россельхозбанк» от 25.01.2017 исх. № 014-38-11/1962 о признании несостоятельным (банкротом) ООО «Богучарский ЗРМ» принято как заявление о вступлении в дело о банкротстве № А14-210/2017.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 03.04.2018 (резолютивная часть определения оглашена 02.04.2018) производство по заявлению ФИО9 о признании ООО «Богучарский ЗРМ» несостоятельным (банкротом) прекращено.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 10.04.2018 заявление ООО «САН» принято к производству, возбуждено производство по делу, судебное заседание по проверке его обоснованности назначено на 21.05.2018.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 21.05.2018 произведена замена заявителя по делу ООО «САН» на общество с ограниченной ответственностью «Продвижение» (ООО «Продвижение»).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 05.09.2018 (резолютивная часть оглашена в судебном заседании 29.08.2018) в отношении ООО «Богучарский ЗРМ» введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО10.

Решением Арбитражного суда Воронежской области от 16.07.2019 (резолютивная часть от 09.07.2019) ООО «Богучарский ЗРМ» признано несостоятельным (банкротом), открыто конкурсное производство сроком на шесть месяцев, конкурсным управляющим утвержден ФИО11.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 20.09.2021 (резолютивная часть от 13.09.2021) ФИО11 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Богучарский ЗРМ», конкурсным управляющим ООО «Богучарский ЗРМ» утвержден ФИО12.

В ходе процедуры конкурсного производства 20.04.2022 арбитражный управляющий ФИО12 обратился в Арбитражный суд Воронежской области с заявлением о привлечении ФИО4 (ФИО4) и ФИО5 (ФИО5) солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам ООО «Богучарский ЗРМ» и приостановлении производства по заявлению до окончания расчетов с кредиторами.

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 22.04.2022 (резолютивная часть от 18.04.2022) ФИО12 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ООО «Богучарский ЗРМ», конкурсным управляющим ООО «Богучарский ЗРМ» утверждена ФИО13 (конкурсный управляющий, заявитель).

Определением Арбитражного суда Воронежской области от 04.05.2023, оставленным без изменения постановлением Девятнадцатым арбитражного апелляционного суда от 03.08.2023, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего ООО «Богучарский завод растительных масел» ФИО8 о привлечении ФИО5 и ФИО4 солидарно к субсидиарной ответственности по денежным обязательствам должника отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, конкурсный управляющий ФИО8 обратился в Арбитражный суд Центрального округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на неправильное применение норм материального и процессуального права, просит обжалуемые судебные акты отменить, принять по делу новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на то, что суды не дали надлежащей правовой оценки доводам конкурсного управляющего и представленным в материалы дела доказательствам, судами не дана оценка действиям бывшего генерального директора; судами неверно определен срок исковой давности привлечения ответчиков к субсидиарной ответственности; довод бывших руководителей, что конкурсному управляющему переданы все документы, несостоятелен, судами не установлены обстоятельства, нахождения документов должника у иных лиц, не установлен факт реального наличия (отсутствия) документации в отношении дебиторской задолженности.

В соответствии с правилами статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) суд кассационной инстанции рассматривает кассационную жалобу, исходя из заявленных доводов и возражений относительно жалобы, в связи с чем законность и обоснованность определения суда первой и постановления апелляционной инстанций проверяются только в обжалуемой части.

Ответчик ФИО4 в отзыве указал на необоснованность доводов кассационной жалобы, просил обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представители ответчиков поддержал судебные акты, считают доводы кассационной жалобы необоснованными.

Представители иных лиц, участвующих в деле, надлежащим образом извещенных о времени и месте судебного разбирательства, не явились.

Дело судом рассмотрено в отсутствие неявившихся лиц в порядке, предусмотренном статьей 284 АПК РФ.

Проверив в порядке статьи 286 АПК РФ правильность применения судами первой и апелляционной инстанций норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, заслушав представителей ответчиков, обсудив доводы кассационной жалобы и возражения на нее, судебная коллегия не находит оснований для ее удовлетворения в связи со следующим.

Рассматривая спор по существу и отказывая в удовлетворении заявленных требований в части привлечения ФИО4 и ФИО5 к субсидиарной ответственности, суды обоснованно руководствовались следующим.

В силу статьи 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и части 1 статьи 223 АПК РФ дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным настоящим Кодексом, с особенностями, установленными федеральными законами, регулирующими вопросы несостоятельности (банкротства).

В качестве оснований для привлечения к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал неподачу заявления (ст. 61.12 Закона), по ст. 61.11 Закона приводит доводы о не передаче документов управляющему.

Как следует из материалов дела, ООО «Богучарский ЗРМ» зарегистрировано в качестве юридического лица 17.10.2012. Генеральным директором с 24.10.2013 до 01.10.2018 являлся ФИО4, с 01.10.2018 по 24.07.2019 – ФИО5

В обоснование заявленных требований конкурсный управляющий ссылался на не передачу конкурсному управляющему бывшими руководителями должника ФИО4 и ФИО5 документов бухгалтерского учета, в том числе сведений о дебиторской задолженности и возникновении в связи с этим ответственности, предусмотренной подпунктом 2 пункта 2 статьи 61.11 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)». Отсутствие указанных документов не позволяет конкурсному управляющему в полном объеме сформировать конкурсную массу, надлежащим образом взыскать дебиторскую задолженность и затрудняет проведение процедуры банкротства.

Для целей удовлетворения заявления о привлечении бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности конкурсному управляющему необходимо обосновать, что отсутствие документации должника, либо отсутствие в ней полной и достоверной информации, существенно затруднило проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве. При этом под существенным затруднением понимается, в том числе, невозможность выявления активов должника или совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы (пункт 24 постановления № 53).

Непредставление ответчиком доказательств добросовестности и разумности своих действий в интересах должника должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументировано со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент (конкурсный управляющий). Участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (статья 9 АПК РФ).

Привлекаемое к ответственности лицо вправе опровергнуть названные презумпции, доказав, что недостатки представленной управляющему документации не привели к существенному затруднению проведения процедур банкротства, либо доказав отсутствие вины в непередаче, ненадлежащем хранении документации, в частности, подтвердив, что им приняты все необходимые меры для исполнения обязанностей по ведению, хранению и передаче документации при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась.

Под существенным затруднением проведения процедур банкротства понимается, в том числе невозможность выявления всего круга лиц, контролирующих должника, его основных контрагентов, а также: невозможность определения основных активов должника и их идентификации; невозможность выявления совершенных в период подозрительности сделок и их условий, не позволившая проанализировать данные сделки и рассмотреть вопрос о необходимости их оспаривания в целях пополнения конкурсной массы; невозможность установления содержания принятых органами должника решений, исключившая проведение анализа этих решений на предмет причинения ими вреда должнику и кредиторам и потенциальную возможность взыскания убытков с лиц, являющихся членами данных органов.

Ответственность руководителя должника является гражданско-правовой, в связи с чем, возложение на это лицо обязанности нести субсидиарную ответственность осуществляется по правилам статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Для наступления гражданско-правовой ответственности необходимо доказать противоправный характер поведения лица, на которое предполагается возложить ответственность; наличие у потерпевшего лица убытков; причинную связь между противоправным поведением нарушителя и наступившими вредоносными последствиями; вину правонарушителя. При недоказанности любого из этих элементов в удовлетворении заявления должно быть отказано.

Ответственность руководителя предприятия-должника возникает при неисполнении им обязанности по организации хранения бухгалтерской документации и отражении в бухгалтерской отчетности достоверной информации, что повлекло за собой невозможность формирования конкурсным управляющим конкурсной массы или ее формирование не в полном объеме и, как следствие, неудовлетворение требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 2 статьи 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего обязан обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Материалами дела установлено, что в рамках дела о банкротстве ООО «Богучарский ЗРМ» конкурсный управляющий обращался в арбитражный суд с заявлением об истребовании у бывших руководителей должника ФИО4 и ФИО5 сведений и документов, касающихся деятельности должника.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Воронежской области от 18.11.2022 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего ООО «Богучарский ЗРМ» об истребовании документов у бывших руководителей ООО «Богучарский ЗРМ» ФИО5 и ФИО4 отказано.

В обоснование заявленных требований об ответственности за непередачу документов конкурсный управляющий ссылался на то, что согласно бухгалтерской отчетности должника за 2018 год, внеоборотные активы должника составляли 49 817 тыс. руб., основные средства - 28 110 тыс. руб., дебиторская задолженность - 350 248 тыс. руб., прочие оборотные активы - 430 186 тыс. руб., при этом руководителями должника документы, подтверждающие указанные выше данные, не переданы, информация о дебиторской задолженности не раскрыта. В результате указанных бездействий бывших руководителей должника, существенно затруднено проведение процедуры банкротства и формирование конкурсной массы.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее -Постановление № 53), привлечение контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности является исключительным механизмом восстановления нарушенных прав кредиторов. При его применении судам необходимо учитывать как сущность конструкции юридического лица, предполагающей имущественную обособленность этого субъекта (пункт 1 статьи 48 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), его самостоятельную ответственность (статья 56 ГК РФ), наличие у участников корпораций, учредителей унитарных организаций, иных лиц, входящих в состав органов юридического лица, широкой свободы усмотрения при принятии (согласовании) деловых решений, так и запрет на причинение ими вреда независимым участникам оборота посредством недобросовестного использования института юридического лица (статья 10 ГК РФ).

В силу части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Материалами настоящего обособленного спора установлено, что согласно приказу ООО «Богучарский ЗРМ» № 59 от 10.07.2018 прекращено действие трудового договора № 704 от 16.10.2013. 10.07.2018 ФИО4 уволен с должности генерального директора ООО «Богучарский ЗРМ».

В соответствии с приговором Богучарского районного суда Воронежской области от 19.04.2018 по делу № 1-п1/2018 ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 1 статьи 176 УК РФ, и ему назначено наказание в виде трех лет лишения свободы с отбыванием наказания в колонии-поселении.

Решением единственного участника ООО «Богучарский ЗРМ» от 18.09.2018 на должность генерального директора ООО «Богучарский ЗРМ» назначена ФИО5 с 18.09.2018 сроком на пять лет.

В соответствии с приказом № 1 от 18.09.2018 ООО «Богучарский ЗРМ» ФИО5 переведена на должность генерального директора с 18.09.2018.

Из представленных в материалы дела протоколов обыска (выемки) от 25.01.2017, 25.05.2018, 05.03.2019, протокола осмотра места происшествия от 21.06.2017 усматривается, что документы, касающиеся деятельности ООО «БЗРМ», в том числе бухгалтерские документы, налоговые декларации, оборотно-сальдовые ведомости, учредительные документы, приказы, трудовые договоры, штатное расписание, кассовые книги, а также иные документы, перечень которых указан в протоколах были изъяты сотрудниками правоохранительных органов. При этом из указанных протоколов усматривается, что обыск (выемка), осмотр места происшествия производился по месту нахождения ООО «Богучарский ЗРМ».

Из пояснений ФИО4, изложенных в отзыве, усматривается, что к моменту избрания ФИО5 генеральным директором должника все документы и имущество находились по месту нахождения ООО «Богучарский ЗРМ» (Богучарский район, с. Залиман) и новому руководителю общества не передавались.

По акту приема-передачи от 07.08.2019 ФИО5 передала конкурсному управляющему ФИО11, а ФИО11 принял документы согласно перечню из 27 пунктов, в том числе сведения в отношении дебиторской задолженности, а также печать ООО «Богучарский ЗРМ».

Суды также отметили, что ФИО4 в письменном отзыве ссылался на то, что документы финансово-хозяйственной деятельности должника у него отсутствуют и не могли быть переданы вновь назначенному руководителю должника ФИО5 и конкурсному управляющему в связи с их изъятием правоохранительными органами.

Ссылка конкурсного управляющего на отсутствие возможности взыскания дебиторской задолженности, которая по сведениям бухгалтерского баланса ООО «Богучарский ЗРМ» за 2018 год составляла 350 248 тыс. руб., вследствие не передачи руководителями должника первичных документов, подтверждающих данную задолженность, является, по мнению суда, не состоятельной, поскольку из вышеуказанного акта приема-передачи документов следует, что ФИО5 передала арбитражному управляющему ФИО11 все сведения об имеющейся дебиторской задолженности.

Доказательств обратного в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

В нарушение требований статьи 65 АПК РФ, надлежащих и достоверных доказательств, свидетельствующих об умышленном сокрытии ФИО4 и ФИО5 какой-либо документации, относящейся к деятельности должника и действительно повлекшее в дальнейшем невозможность формирования конкурсной массы, в материалы настоящего обособленного спора не представлено.

Принимая во внимание, что документы, имевшиеся в наличии у ФИО5 были переданы арбитражному управляющему ФИО11, а иные документы, касающиеся деятельности должника были изъяты правоохранительными органами, что исключает возможность исполнения участниками обособленного спора обязанности по передаче документации конкурсному управляющему, арбитражные суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии вины ФИО5 и ФИО4 в непередаче документов конкурсному управляющему.

Доказательства того, что во владении ФИО4 и ФИО5 остались какие-либо иные документы и материальные ценности должника (не изъятые правоохранительными органами), в материалы настоящего обособленного спора не представлено (статьи 9, 65 АПК РФ).

Конкурсный управляющий как лицо, осуществляющее полномочия руководителя должника и иных органов управления (пункт 1 статьи 129 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»), для решения задач, возложенных на него этим Законом, имел возможность обратиться в суд с требованием о выдаче копий изъятых документов, а при отказе - просить содействия в получении документации у суда, рассматривающего дело о банкротстве, применительно к правилам части 4 статьи 66 АПК РФ.

Также обоснованно указание судов, что конкурсный управляющий предпринял меры по получению документов должника, изъятых правоохранительными органами в ходе обыска в рамках уголовного дела № 1-п1/2018, лишь при рассмотрении настоящего обособленного спора, что подтверждается ответами следственного отдела УФСБ России по Воронежской области от 18.07.2022, от 06.12.2022 на запросы ФИО8 о предоставлении документов, изъятых в ходе обыска в ООО «Богучарский ЗРМ» 25.01.2017, а также постановления от 20.10.2017.

Учитывая, что арбитражные управляющие ФИО11, ФИО12 в течение длительного времени не заявляли о препятствиях в исполнении своих обязанностей ввиду отсутствия в их распоряжении каких-либо сведений, документов, не обращались в арбитражный суд с требованием к понуждению бывших руководителей передать документацию, материальные и иные ценности должника, суд обоснованно заключил, что неисполнение бывшими руководителями обязанности, установленной в статье 126 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», не могло воспрепятствовать проведению мероприятий, предусмотренных в процедуре конкурсного производства.

Принимая во внимание отсутствие доказательств, подтверждающих наличие причинно-следственной связи между не передачей каких-либо документов и невозможностью формирования конкурсной массы, с учетом подтвержденного факта изъятия документации должника правоохранительными органами, суд пришел к выводу о том, что оснований для привлечения ФИО14 и ФИО5 к субсидиарной ответственности за не передачу документов не имеется.

Как следует из заявления конкурсного управляющего, последний полагает, что контролирующим должника лицом ФИО4 не исполнена обязанность по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом, возникшая у него не позднее 01 ноября 2014 года.

Согласно пункту 3 статьи 4 Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и Кодекс Российской Федерации об административных правонарушениях» (далее - Закон № 266-ФЗ) заявления, поданные с 01.07.2017, о привлечении к субсидиарной ответственности должника и иных лиц в деле о банкротстве, предусмотренной ранее статьей 10 Закона о банкротстве, рассматриваются по правилам Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции настоящего Федерального закона).

В то же время применение той или иной редакции статьи 10 Закона о банкротстве, либо статей 61.11 - 61.12 Закона о банкротстве в целях регулирования материальных правоотношений, касающихся субсидиарной ответственности, зависит от того, когда имели место обстоятельства, являющиеся основанием для привлечения контролирующего лица должника к субсидиарной ответственности.

Такой же подход к действию закона во времени изложен в определении Верховного Суда РФ от 06.08.2018 № 308-ЭС17-6757 (2,3) по делу № А22-941/2006,а также в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 30.09.2019 № 305-ЭС19-10079 по делу № А41-87043/2015.

По мнению конкурсного управляющего, по состоянию на 01.10.2014 ФИО4 было достоверно известно о наличии у должника признаков неплатежеспособности, поскольку должник не исполнял обязательства перед кредиторами на сумму свыше 300 тыс. рублей в связи с недостаточностью денежных средств. При этом руководитель должника не предпринял необходимых мер для предотвращения возникновения новых обязательств, продолжал осуществлять финансово-хозяйственную деятельность и наращивать кредиторскую задолженность, а также на наличие у должника признаков недостаточности имущества, поскольку финансовый отчет за 2016 год имел отрицательные значения.

Конкурсный управляющий полагает, что ФИО4 обязан был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 01.11.2014.

Также заявитель указал, что после указанной даты у должника возникла задолженность перед кредиторами, требования которых включены в реестр требований кредиторов должника на общую сумму 666 730 334 руб. 31 коп.

В подтверждение доводов о наличии у должника признаков неплатежеспособности на 01.10.2014 конкурсный управляющий ссылался на приговор Богучарского районного суда Воронежской области от 19.04.2018 по делу № 1-п1/2018, в соответствии с которым ФИО4 признан виновным в совершении преступления, предусмотренного частью 14 статьи 176 УК РФ, а также обстоятельства, установленные приговором суда, в том числе получение руководителем организации (ФИО4) кредита путем предоставления АО «Росельхозбанк» заведомо ложных сведений о хозяйственном положении и финансовом состоянии организации; предоставление бухгалтерской отчетности за 9 месяцев 2014 года, содержащей заведомо ложные сведения.

Согласно пункту 2 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ) нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 настоящего Федерального закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых настоящим Федеральным законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 настоящего Федерального закона.

Согласно подпунктам 1, 2 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд в случае, если должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества.

Заявление должника должно быть направлено в арбитражный суд в случаях, предусмотренных пунктом 1 настоящей статьи, в кратчайший срок, но не позднее чем через месяц с даты возникновения соответствующих обстоятельств.

Согласно абзацам 33, 34 статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» недостаточность имущества - превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; неплатежеспособность - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В силу пункта 2 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федерального закона от 28.06.2013 № 134-ФЗ нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в порядке, который установлен статьей 9 Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность руководителя должника по обязательствам последнего, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 Закона о банкротстве.

Из приведенных норм права усматривается, что возможность привлечения лиц, перечисленных в пункте 2 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», к субсидиарной ответственности возникает при наличии одновременно ряда указанных в законе условий: во-первых, возникновения одного из перечисленных в пункте 1 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» обстоятельств и установление даты возникновения обстоятельства; во-вторых, неподачи каким-либо из указанных выше лиц заявления о банкротстве должника в течение месяца с даты возникновения соответствующего обстоятельства; в-третьих, возникновение обязательств должника, по которым привлекается к субсидиарной ответственности лицо (лица), перечисленные в пункте 2 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», а также объем указанных обязательств.

При этом из содержания приведенных норм права прямо следует, что доказыванию подлежит точная дата возникновения перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, точные даты возникновения у соответствующего лица обязанности подать заявление о банкротстве должника и истечение предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», срока, точная дата возникновения обязательства, к субсидиарной ответственности по которому привлекается лицо (лица) из перечисленных в пункте 2 статьи 10 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)».

В силу пункта 9 Постановления № 53 обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Если руководитель должника докажет, что само по себе возникновение признаков неплатежеспособности, обстоятельств, названных в абзацах пятом, седьмом пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве, не свидетельствовало об объективном банкротстве, и он, несмотря на временные финансовые затруднения, добросовестно рассчитывал на их преодоление в разумный срок, приложил необходимые усилия для достижения такого результата, выполняя экономически обоснованный план, такой руководитель может быть освобожден от субсидиарной ответственности на тот период, пока выполнение его плана являлось разумным с точки зрения обычного руководителя, находящегося в сходных обстоятельствах.

Исходя из положений статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации руководитель хозяйственного общества обязан действовать добросовестно по отношению к такой группе лиц как кредиторы. Это означает, что он должен учитывать права и законные интересы последних, содействовать им, в том числе в получении необходимой информации.

Применительно к гражданским договорным отношениям невыполнение руководителем требований Закона о банкротстве об обращении в арбитражный суд с заявлением должника о его собственном банкротстве свидетельствует, по сути, о недобросовестном сокрытии от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении юридического лица. Подобное поведение руководителя влечет за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых обязательств в ситуации, когда не могут быть исполнены существующие, заведомую невозможность удовлетворения требований новых кредиторов, от которых были скрыты действительные факты, и, как следствие, возникновение убытков на стороне этих новых кредиторов, введенных в заблуждение в момент предоставления должнику исполнения. Хотя предпринимательская деятельность не гарантирует получение результата от ее осуществления в виде прибыли, тем не менее она предполагает защиту от рисков, связанных с неправомерными действиями (бездействием), нарушающими нормальный (сложившийся) режим хозяйствования.

Исходя из этого в пункте 2 статьи 10 Закона о банкротстве, действовавшем ранее, статье 61.12 Закона о банкротстве, действующей в настоящее время, законодатель презюмировал наличие причинно-следственной связи между обманом контрагентов со стороны руководителя должника в виде намеренного умолчания о возникновении признаков банкротства, о которых он должен был публично сообщить в силу Закона, подав заявление о несостоятельности, и негативными последствиями для введенных в заблуждение кредиторов, по неведению предоставивших исполнение лицу, являющемуся в действительности банкротом, явно неспособному передать встречное исполнение. Субсидиарная ответственность такого руководителя ограничивается объемом обязательств перед этими обманутыми кредиторами, то есть объемом обязательств, возникших после истечения месячного срока, предусмотренного пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

По смыслу приведенных разъяснений, неподача заявления после возникновения обстоятельств, перечисленных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве, влечет привлечение к субсидиарной ответственности исключительно в случае, если: эти обстоятельства в действительности совпадают с моментом объективного банкротства должника; и эти обстоятельства как внешние признаки объективного банкротства воспринимаются любым добросовестным и разумным руководителем, находящимся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, именно как признаки объективного банкротства.

При этом согласно пункту 4 Постановления № 53 под объективным банкротством понимается момент, в который должник стал неспособен в полном объеме удовлетворить требования кредиторов, в том числе об уплате обязательных платежей, из-за превышения совокупного размера обязательств над реальной стоимостью его активов.

При рассмотрении судом требований о привлечении к субсидиарной ответственности в предмет судебного исследования входит определение конкретного момента перехода должника в состояние неплатежеспособности или недостаточности имущества. Обязанность руководителя по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный менеджер, находящийся в сходных обстоятельствах, в рамках стандартной управленческой практики, учитывая масштаб деятельности должника, должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

В соответствии с частью 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, имеющее фактическую возможность определять действия юридического лица, в том числе возможность давать указания лицам, названным в пунктах 1 и 2 настоящей статьи, обязано действовать в интересах юридического лица разумно и добросовестно и несет ответственность за убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Таким образом, для привлечения бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности по статье 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» с учетом положений статьи 9 названного Закона, применительно к рассматриваемому случаю, заявитель, в силу части 1 статьи 65 АПК РФ, обязан доказать когда именно наступил срок обязанности подачи заявления о признании должника банкротом; какие неисполненные обязательства возникли у должника после истечения срока обязанности для подачи заявления в суд и до даты возбуждения дела о банкротстве должника. Недоказанность хотя бы одного из названных обстоятельств влечет отказ в удовлетворении заявления.

Согласно пункту 2 статьи 61.12 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» размер субсидиарной ответственности за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника равен размеру обязательств должника (в том числе по обязательным платежам), возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 - 4 статьи 9 настоящего Федерального закона, и до возбуждения дела о банкротстве должника (возврата заявления уполномоченного органа о признании должника банкротом). Бремя доказывания отсутствия причинной связи между невозможностью удовлетворения требований кредитора и нарушением обязанности, предусмотренной пунктом 1 настоящей статьи, лежит на привлекаемом к ответственности лице (лицах).

Вместе с тем, ссылаясь на наличие у должника кредиторской задолженности и указывая, что ФИО4 должен был обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом не позднее 01.11.2014, заявитель не представил надлежащих доказательств наличия у ООО «Богучарский ЗРМ» на указанную выше дату признаков неплатежеспособности, под которыми законодатель в соответствии со статьей 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» понимает прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом само по себе наличие кредиторской задолженности, которая в последующем включена в реестр требований кредиторов, не означает, что удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами; обращение взыскания на имущество должника существенно осложнит или сделает невозможной хозяйственную деятельность должника; должник отвечает признакам неплатежеспособности и (или) признакам недостаточности имущества. Нарушение сроков погашения задолженности также не свидетельствует об объективном банкротстве и безусловной обязанности руководителя обратиться в суд с таким заявлением.

Доводы конкурсного управляющего о том, что срок для определения признаков неплатежеспособности должника следует исчислять с 01.10.2014, то есть с даты, когда ФИО4 передал в банк ложную отчетность, осознавая, что должник имеет признаки неплатежеспособности и заем должнику не будет предоставлен, признаны судом не состоятельными, так как они носят предположительный характер и не свидетельствуют о наличии у должника признаков объективного банкротства и обязанности руководителя должника обратиться в суд с заявлением о признании должника банкротом.

Показатели, с которыми законодатель связывает обязанность должника по подаче в суд заявления о собственном банкротстве, должны объективно отображать наступление критического для должника финансового состояния, создающего угрозу нарушений прав и законных интересов других лиц.

Наличие задолженности должника перед отдельными кредиторами само по себе не влечет риска банкротства юридического лица в связи с тем, что его активы и пассивы постоянно находятся в движении и не может рассматриваться арбитражным судом как обстоятельство, объективно свидетельствующее о неплатежеспособности должника и достаточное для обращения в суд с заявлением о признании должника несостоятельным (банкротом). Признание руководителем такой задолженности только подтверждает временный характер ее образования, с которым контролирующее должника лицо (ФИО4) надеялся справиться и без применения радикальных мер.

Довод заявителя о том, что с 2016 года должник обладал признаком недостаточности имущества, поскольку согласно данным бухгалтерского баланса ООО «Богучарский ЗРМ» за 2016 год финансовый отчет имеет отрицательные значения, судом не может быть принят во внимание, поскольку указанный факт не может свидетельствовать о том, что должник являлся неплатежеспособным и обладал признаками недостаточности имущества, поскольку для установления наличия признаков недостаточности имущества в силу положений статьи 2 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» учитывается размер всех активов должника.

Ухудшение финансового состояния юридического лица не отнесено статьей 9 ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» к обстоятельствам, обязывающим руководителя должника обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

Сам по себе момент возникновения признаков неплатежеспособности хозяйствующего субъекта может не совпадать с моментом его фактической несостоятельности (банкротства) (определение Верховного Суда Российской Федерации от 21 апреля 2016 года по делу № 302-ЭС14-1472).

Доказательств совершения руководителем должника действий, направленных на недопущение расчетов с кредиторами, и причинно-следственной связи между несостоятельностью должника и действиями (бездействием) лица, контролирующего должника в материалы дела не представлено.

В рассматриваемом случае заявитель полагает, что ФИО4 должен был инициировать процесс банкротства должника не позднее 01.11.2014, на иной период возникновения обязанности по подаче в суд заявления о несостоятельности должника заявитель не ссылался и соответствующие обстоятельства не доказывал.

Учитывая изложенное, суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО4 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о признании должника банкротом.

При рассмотрении настоящего обособленного спора ФИО4 заявил о пропуске конкурсным управляющим срока исковой давности.

Согласно статье 195 Гражданского кодекса Российской Федерации исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

В силу пункта 2 статьи 199 Гражданского кодекса Российской Федерации исковая давность применяется судом только по заявлению стороны в споре, сделанному до вынесения судом решения. Истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

В рассматриваемом случае, конкурсный управляющий, обращаясь с заявлением о привлечении КДЛ к субсидиарной ответственности, ссылался на обстоятельства, имевшие место в 2014 году, в связи с чем, как правильно указал суды, при рассмотрении настоящего спора подлежат применению положения Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» в редакции Федеральных законов от 28.04.2009 № 73-ФЗ, от 28.06.2013 № 134-ФЗ.

Согласно абзацу четвертому пункта 5 статьи 10 Закона о банкротстве заявление о привлечении контролирующего должника лица к субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктами 2 и 4 настоящей статьи, может быть подано в течение одного года со дня, когда подавшее это заявление лицо узнало или должно было узнать о наличии соответствующих оснований для привлечения к субсидиарной ответственности, но не позднее трех лет со дня признания должника банкротом. В случае пропуска этого срока по уважительной причине он может быть восстановлен судом.

Данная норма содержит указание на необходимость применения двух сроков исковой давности: однолетнего субъективного, исчисляемого по правилам, аналогичным пункту 1 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 07.05.2013 № 100-ФЗ); трехлетнего объективного, исчисляемого со дня признания должника банкротом.

В данном случае управляющий полагает, что моментом начала исчисления годичного субъективного срока давности должен исчисляться с момента получения им приговора Богучарского районного суда Воронежской области от 19.04.2018 по делу № 1-п1/2018. Между тем, с октября 2018 года ФИО4 отбывал наказание по вышеуказанному приговору, следовательно, арбитражный управляющий действуя добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов имел возможность запросить приговор в отношении ФИО4, сформировать позицию о наличии оснований для привлечения последнего к субсидиарной ответственности и обратится в суд с соответствующим заявлением.

При таких обстоятельствах обоснованным является вывод судов о пропуске заявителем годичного срока обращения с заявлением о привлечении к субсидиарной ответственности, бывших руководителей должника.

Таким образом, приняв во внимание, что с заявлением о привлечении бывших руководителей должника к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий обратился 22.04.2022, то есть за пределами срока исковой давности, в отсутствие ходатайства о его восстановлении, суды пришли к выводу, об отсутствии оснований для удовлетворения заявленных требований в том числе по этому основанию.

Суд апелляционной инстанции, согласившись с выводами суда области, также отметил, что доказательства наличия причинно-следственной связи между действиями (бездействием) КДЛ и невозможностью погасить долги должника не представлены, что делает невозможным привлечение бывшего руководителя должника к субсидиарной ответственности в рамках заявленных конкурсным управляющим требований. У суда округа отсутствуют основания для несогласия с выводами судов.

Доводы заявителя кассационной жалобы не могут быть приняты во внимание, так как по существу направлены на переоценку имеющихся в деле материалов и сделанных на их основе выводов судов первой и апелляционной инстанций, что не является основанием для изменения или отмены принятых по делу судебных актов. Оснований для переоценки у суда кассационной инстанции не имеется

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289, статьей 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Воронежской области от 04.05.2023 и постановление Девятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 03.08.2023 по делу № А14-210/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий

ФИО1

Судьи

ФИО2

ФИО3