Постановление от 2 июня 2024 г. по делу № А65-23979/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru   e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-16591/2022

Дело № А65-23979/2020
г. Казань
03 июня 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 21 мая 2024 года.

Полный текст постановления изготовлен 03 июня 2024 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Зориной О.В., Ивановой А.Г.,

при участии:

конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» ФИО1 – лично, паспорт,

представителя ФИО2 – ФИО3, по доверенности от 15.03.2023,

представителя ФИО4 – ФИО3, по доверенности от 13.05.2022,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» ФИО1

на определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024

по делу № А65-23979/2020

по заявлению конкурсного управляющего обществом с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой» ФИО1 к ФИО6, ФИО2, ФИО4 о привлечении к субсидиарной ответственности по обязательствам должника в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью ЖКО «Теплоэнергострой».

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 15.10.2020 возбуждено производство по делу о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Жилищно-коммунальный отдел «Теплоэнергострой» (далее – общество «ЖКО ТЭС», должник).

Определением от 24.02.2021 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утверждена ФИО7.

Решением арбитражного суда от 07.06.2021 должник признан банкротом, в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утверждена ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении ФИО6, ФИО2, ФИО4 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23.01.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 27.03.2023, заявление конкурсного управляющего удовлетворено в части: ФИО2, ФИО4 и ФИО6 привлечены к ответственности в размере 1 477 616, 50  руб.   на основании пункта 1 статьи 61.12 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве). Признано доказанным наличие оснований для привлечения ФИО6 к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве; производство по заявлению в этой части приостановлено до окончания расчетов с кредиторами.

Постановлением Арбитражного суда Поволжского округа  от 07.06.2023 судебные акты первой и апелляционной инстанций в части привлечения к ответственности ФИО2 и ФИО4 в размере 1 477 616, 50  руб. отменены, обособленный  спор в этой части направлен на новое рассмотрение в Арбитражный суд Республики Татарстан. В остальной части судебные акты первой и апелляционной инстанций оставлены без изменения.

При новом рассмотрении спора определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023, оставленным без изменения постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о  привлечении   ФИО2 и ФИО4  к субсидиарной ответственности на основании пункта 1 статьи 61.12   Закона о банкротстве отказано.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, конкурсный управляющий, ссылаясь на неправильное применение судами норм материального и процессуального права,  неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, а также на несоответствие сделанных судами выводов фактическим обстоятельствам дела, просит определение суда первой инстанции от 04.12.2023 и постановление апелляционной инстанции от 19.02.2024 отменить,  принять новый судебный акт о привлечении  ответчиков  к субсидиарной ответственности за неисполнение обязанности по обращению в суд с заявлением общества «ЖКО ТЭС» о его банкротстве.

По мнению заявителя кассационной жалобы, при наличии устойчивого отрицательного финансового результата деятельности должника и отсутствии экономического обоснованного плана выхода из кризиса  ФИО2 и ФИО4    обязаны были  обратиться в суд с заявлением о банкротстве общества «ЖКО ТЭС». Утверждает, что  имеющихся активов общества «ЖКО ТЭС»  (даже с учетом просроченной дебиторской задолженности)  в период руководства ФИО4  очевидно  не хватало для погашения  кредиторской задолженности.    Указывает, что  неисполнение ответчиками соответствующей обязанности привело к сокрытию  от кредиторов информации о неудовлетворительном имущественном положении должника, подобное поведение ФИО2 и ФИО4 повлекло за собой принятие несостоятельным должником дополнительных долговых реестровых обязательств в ситуации, когда не могли быть исполнены существующие обязательства. Ссылается на то, что в силу разъяснений, содержащихся в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее – постановление Пленума № 53), имеющиеся обязательства должника перед ресурсоснабжающими организациями, являющимися  недобровольными кредиторами, подлежат учету при определении размера субсидиарной независимо от того, что договоры с указанными организациями были заключены до  заявленной даты объективного банкротства.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО4, ссылаясь на законность и обоснованность принятых судебных актов, просит   оставить их без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, письменные отзывы на кассационную жалобу не представили.

В судебном заседании   конкурсный управляющий  должником кассационную жалобу поддержал в полном объеме, представитель  ФИО2 и ФИО4, напротив, возражал против удовлетворения кассационной жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично,  путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), обсудив доводы кассационной жалобы, отзыва на нее, судебная коллегия считает,  что кассационная жалоба удовлетворению не подлежит по следующим основаниям.

Как установлено судами,   ФИО2 в период с 01.04.2003 по 02.04.2017 являлся директором должника; с 03.04.2017 по 19.11.2018 руководителем должника являлся ФИО8

ФИО2 также являлся единственным учредителем должника в период с 01.04.2003 по 16.03.2019.

Заявленные конкурсным управляющим требования о привлечении ФИО2 и ФИО8 к субсидиарной ответственности основаны на неисполнении ими обязанностей по обращению в арбитражный суд с заявлением о признании должника банкротом.

В обоснование требований конкурсный управляющий указывал на то, что по состоянию на 01.06.2018 у должника имелась кредиторская задолженность перед АО «Татэнерго», МУП «Водоканал» и НО «Фонд ЖКХ РТ», размер которой составлял более 600 000 руб., период неисполнения обязательств - более трех месяцев. В последующем указанная задолженность увеличивалась.

По мнению конкурсного управляющего, на ФИО4, как на руководителе общества (должника), лежала обязанность по обращению в суд с заявлением не позднее 01.07.2018; на ФИО2, как на единственном учредителе, лежала обязанность по принятию решения об обращении в суд с соответствующим заявлением не позднее 01.08.2018.

Размер обязательств, возникших у должника после 01.07.2018 и до возбуждения дела о банкротстве, составил 27 061 647,30 руб.; после 01.08.2018 и по день возбуждения дела о банкротстве - 26 638 509,50 руб.

При повторном рассмотрении обособленного спора суд первой инстанции исходил из того, что само по себе формальное превышение размера кредиторской задолженности над размером оборотных активов не может являться свидетельством невозможности должника  исполнить свои обязательства, и, соответственно, не порождает у руководителя общества «ЖКО ТЭС»  и его учредителя обязанности по подаче заявления должника; ухудшение финансового состояния должника  не отнесено статьей 9 Закона о банкротстве к обстоятельствам, обязывающим руководителя обратиться в арбитражный суд с заявлением должника.

При этом суд первой инстанции учел основной вид деятельности должника - управление эксплуатацией жилого фонда за вознаграждение или на договорной основе, а также то, что основные активы должника  представлены дебиторской задолженностью - требованиями к потребителям коммунальных услуг,  а существенная доля кредиторской задолженности приходится на ресурсоснабжающие организации, которые поставляли энергетические ресурсы для оказания коммунальных услуг жителям многоквартирных домов, находящихся в управлении общества.

Суд первой инстанции отметил, что все денежные средства, полученные от собственников помещений по статьям услуг, направлялись ФИО4 на погашение существующей на тот момент задолженности перед ресурсоснабжающими организациями.

На основании  данных инвентаризации, проведенной конкурсным управляющим по состоянию на  27.08.2021, судом установлено, что общая сумма дебиторской задолженности жителей многоквартирных домов за оказанные им ЖКУ составила 8 884 304,00 руб.

Само по себе возникновение у должника по состоянию на 2018 год   убытка  в размере 2 423 355 руб. и  на конец 2019 года  -  в размере 9 756 000 руб., как  указал суд первой инстанции, в целом соответствует специфике деятельности должника. Ситуация, при которой управляющая организация имеет существенную кредиторскую задолженность одновременно с дебиторской задолженностью граждан-потребителей коммунальных услуг, является распространенной для организаций такого профиля, а потому возникновение убытка по итогам 2019 года не являлось обстоятельством, безусловно свидетельствующим о ненадлежащем исполнении ответчиками обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника. В силу сложившихся обстоятельств и сроков оплаты за потребленные жилищно-коммунальные услуги граждане постоянно имеют просроченную задолженность перед управляющей компанией. Возникновение убытка также обусловлено объективными причинами - управляющие организации не вправе самостоятельно изменять стоимость своих услуг вне зависимости от фактических расходов на содержание жилищного фонда. Указанные обстоятельства не свидетельствует о наступлении объективного банкротства управляющей организации.

Помимо этого, установив продолжение должником деятельности по обслуживанию многоквартирных домов  и после признания его банкротом (до 31.05.2022), суд  первой инстанции отметил, что   подача заявления о признании должника банкротом в указанные конкурсным управляющим даты и фактическое  прекращение в связи с этим  деятельности должника без передачи соответствующих функций иному лицу (наличие которого в спорный период не подтверждено) могло привести к неблагоприятным социальным последствиям, в свою очередь, инициирование должником процедуры банкротства не могло бы повлечь уменьшение его задолженности перед кредиторами с учетом того, что договоры поставки ресурсов носят публичный характер.

Кроме того, судом первой инстанции учтено  и то, что значительная часть  ликвидных активов должника    (на сумму 29 795 914,40 руб.) утрачена в период    руководства ФИО6, сменившего предыдущего руководителя ФИО4, в результате совершения им от имени должника сделок, признанных впоследствии недействительными, за что ФИО6     вступившим  в законную силу определением  суда от 23.01.2023 привлечен к субсидиарной ответственности по обязательствам должника на основании пункта 2 статьи 61.11 Закона о банкротстве.

Также судом отмечено, что обязательства должника перед ресурсоснабжающими  организациями после заявленной конкурсным управляющим даты объективного банкротства не являются новыми обязательствами, поскольку обязательства перед такими кредиторами  должник принял  на себя в момент заключения договоров – в 2005 и 2016 годах.

Исходя из изложенного, констатировав, что совокупность представленных доказательств не подтверждает возникновение  у ФИО2 и ФИО8  обязанности  обратиться в суд с заявлением о банкротстве должника по состоянию на указанные  конкурсным управляющим даты, суд первой инстанции,  руководствуясь положениями статей  9, 61.12 Закона о банкротстве, разъяснениями, изложенными в постановлении Пленума № 53, отказал в удовлетворении заявления конкурсного управляющего о привлечении ФИО2 и ФИО8  к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве общества «ЖКО ТЭС».

Суд апелляционной инстанции, повторно рассмотрев спор по правилам главы 34 АПК РФ, согласился с выводами суда первой инстанции и не нашел оснований для удовлетворения апелляционной  жалобы конкурсного управляющего.

Арбитражный суд Поволжского округа оснований для отмены   обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Руководитель должника может быть привлечен к субсидиарной ответственности по правилам статьи 61.12 Закона о банкротстве, если он не исполнил обязанность по подаче в суд заявления должника о собственном банкротстве в месячный срок, установленный пунктом 2 статьи 9 Закона о банкротстве.

Помимо объективной стороны правонарушения, связанной с нарушением обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, установленный статьей 9 Закона о банкротстве, исходя из общих положений о гражданско-правовой ответственности для определения размера субсидиарной ответственности, предусмотренной статьей 61.12 Закона о банкротстве, имеет значение причинно-следственная связь между неподачей в суд заявления о признании должника банкротом и невозможностью удовлетворения требований кредиторов, а также вина субъекта ответственности.

Как отмечено в определении Верховного Суда Российской Федерации от 29.03.2018 № 306-ЭС17-13670(3), по смыслу разъяснений, данных в пункте 9 постановления Пленума № 53, при исследовании совокупности обстоятельств, входящих в предмет доказывания по спорам о привлечении руководителей к ответственности, предусмотренной названной нормой (статьей 61.12 Закона о банкротстве), следует учитывать, что обязанность по обращению в суд с заявлением о банкротстве возникает в момент, когда добросовестный и разумный руководитель в рамках стандартной управленческой практики должен был объективно определить наличие одного из обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

Таким образом, для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутому основанию, момент возникновения соответствующей обязанности по обращению в суд с заявлением о банкротстве должника в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов. В связи с этим в процессе рассмотрения такого рода заявлений, помимо прочего, необходимо учитывать режим и специфику деятельности должника, а также то, что финансовые трудности в определенный период могут быть вызваны преодолимыми временными обстоятельствами.

По смыслу приведенных выше норм права и разъяснений высшей судебной инстанции, ответственность за неподачу (несвоевременную подачу) заявления должника является следствием недобросовестного поведения контролирующих лиц, скрывающих реальное финансовое состояние подконтрольного лица от независимых кредиторов.

Наличие у должника задолженности не может рассматриваться как безусловное доказательство начала возникновения у должника какого-либо обязательства перед конкретным кредитором для целей определения необходимости обращения руководителя должника в суд с заявлением о признании должника банкротом в соответствии с абзацем вторым пункта 1 статьи 9 Закона о банкротстве.

При разрешении спора судами правомерно принята во внимание специфика деятельности должника по управлению эксплуатацией жилого фонда, при осуществлении которой большую роль играет своевременная оплата коммунальных услуг гражданами, чей жилой фонд обслуживается должником, в силу особенностей указанной деятельности кредиторская задолженность, включенная в реестр требований кредиторов должника, фактически представляет собой долги граждан по оплате коммунальных услуг, которые находятся в прямой зависимости от платежеспособности населения и не связаны с результатами экономической деятельности должника. Нахождение должника в процедуре банкротства само по себе не свидетельствует о неэффективном управлении и наличии оснований для привлечения бывших руководителей к субсидиарной ответственности по указанным основаниям.

Исследовав и оценив в порядке статьи 71 АПК РФ имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив обстоятельства, свидетельствующие о том, что, несмотря на финансовые затруднения организации, ответчики добросовестно рассчитывали их преодолеть, предпринимая меры по погашению задолженности перед кредиторами, не скрывая финансового положения организации, предпринимали попытки по взысканию задолженности за предоставленные услуги с населения, приняв во внимание специфику хозяйственной деятельности должника в отсутствие доказательств противоправного виновного действия (бездействия) руководителей и учредителя, а также то, что основной актив должника был утрачен в период руководства ФИО6, за что последний уже привлечен к субсидиарной ответственности,  суды пришли к правомерному выводу об отсутствии оснований для привлечения ФИО2 и ФИО8   к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Разрешая настоящий обособленный спор, суды действовали в рамках предоставленных им полномочий и оценили обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Доводы заявителя кассационной жалобы о необходимости  учета   требований недобровольных кредиторов - ресурсоснабжащих организаций  при определении размера субсидиарной ответственности независимо от даты вступления с должником в договорные отношения со ссылкой на разъяснения, изложенные в пункте 14 постановления Пленума №53,  в данном конкретном случае   не могут  являться основанием для отмены судебных актов, поскольку нижестоящие суды, отказывая в удовлетворении заявления конкурсного управляющего,  исходили из отсутствия у ответчиков обязанности по обращению с заявлением о признании должника банкротом с учетом специфики его деятельности как управляющей компании.

Суд кассационной инстанции не усматривает оснований не согласиться с указанными выводами судов.

Иные изложенные в кассационной жалобе доводы подлежат отклонению, так как выводов судов не опровергают, не свидетельствуют о допущении судами нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемых судебных актов, поскольку, по сути, сводятся к несогласию с произведенной судами первой и апелляционной инстанций оценкой обстоятельств спора; доводы заявителя кассационной жалобы тождественны доводам, являвшимся предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций при повторном рассмотрении обособленного спора и получивших надлежащую правовую оценку с подробным изложением мотивов отклонения.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Поскольку нарушений норм материального и процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебных актов в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, основания для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 04.12.2023 и постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 19.02.2024 по делу № А65-23979/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья                                                                  Н.А. Третьяков

Судьи                                                                                                                         О.В. Зорина

                                                                                                                         А.Г. Иванова