Решение от 25 октября 2017 г. по делу № А10-3070/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ БУРЯТИЯ

ул. Коммунистическая, 52, г. Улан-Удэ, 670001

e-mail: info@buryatia.arbitr.ru, web-site: http://buryatia.arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А10-3070/2017
25 октября 2017 года
г. Улан-Удэ


Резолютивная часть решения объявлена 18 октября 2017 года.

Полный текст решения изготовлен 25 октября 2017 года.

Арбитражный суд Республики Бурятия в составе судьи Кушнаревой Н. П., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению индивидуального предпринимателя ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия (ОГРН <***>, ИНН <***>) об отмене предупреждения от 10 апреля 2017 года №05-18/12-2017,

при участии в судебном заседании:

от заявителя: не явился, извещен (расписка от 19.09.2017);

от ответчика: ФИО3 –представителя по доверенности от 10.05.2017;

от третьих лиц:

ООО Автобаза «Спецмашин»: не явился, извещен (возврат заказного письма №67000814873727 с отметкой органа связи «истек срок хранения»);

ООО «Центральное Промышленное Агентство-Бурятия»: ФИО4 - директора, ФИО5, представителя по доверенности от 10.01.2017;

установил:

Индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – ИП ФИО2, предприниматель) обратился в арбитражный суд заявлением к Управлению Федеральной антимонопольной службы по Республике Бурятия (далее – Управление, УФАС по РБ) о признании недействительным предупреждения от 10 апреля 2017 года №05-18/12-2017 «О прекращении действий, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства».

Определением суда к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью Автобаза «Спецмашин» и общество с ограниченной ответственностью «Центральное Промышленное Агентство – Бурятия» (далее – ООО «ЦПА-Бурятия»).

Представители заявителя, ООО Автобаза «Спецмашин» в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в связи с чем, суд считает возможным рассмотреть дело в их отсутствие.

Из заявления ИП ФИО2 известно, что Управление усмотрело в действиях заявителя признаки нарушения пунктов 5 и 8 части 1 статьи 10 Федерального закона «О защите конкуренции», выразившегося в необоснованных отказах от заключения с ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» договоров купли-продажи талонов на утилизацию твердых бытовых отходов на 2017 год и создании дискриминационных условий. Оспариваемым предупреждением УФАС по РБ потребовал от предпринимателя прекратить нарушение антимонопольного законодательства и в срок до 24 апреля 2017 года заключить договоры купли-продажи талонов на утилизацию твердых бытовых отходов и отзыва уведомлений о запрете ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» приема от собственников твердых коммунальных отходов денежных средств за услугу захоронения отходов на полигоне. Обжалуемое предупреждение является незаконным, поскольку положения Федерального закона от 30 декабря 2004 года №210-ФЗ "Об основах регулирования тарифов организаций коммунального комплекса" не распространяются на ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия». Данные организации не имеют права собирать денежные средства с потребителей за захоронение отходов. Предприниматель не занимает доминирующего положения на рынке соответствующих услуг. Требование о заключении договоров купли-продажи талонов на захоронение противоречит гражданскому законодательству, поскольку с названными лицами могли быть заключены договоры на оказание услуг по захоронению твердых коммунальных отходов.

Представитель УФАС по РБ заявленные требования не признал и пояснил, что в Управление поступили обращения ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» об отказе предпринимателя в заключении договоров купли-продажи талонов на захоронение твердых бытовых отходов и запрете приема от собственников отходов денежных средств за услугу их захоронения на полигоне. Третьи лица оказывают услуги по вывозу твердых коммунальных отходов на территории г. Гусиноозерска. Полигон по захоронению твердых бытовых отходов передан в аренду предпринимателю и является единственным в Селенгинском районе. Положение хозяйствующего субъекта – ИП ФИО2 на рынке услуг по захоронению твердых коммунальных отходов признано доминирующим. Результатом действий заявителя может быть ущемление законных прав и интересов третьих лиц. Доказательства того, что ИП ФИО2 предлагал третьим лицам заключить договоры на оказание услуг по захоронению твердых коммунальных отходов, отсутствуют.

Представитель ООО «ЦПА-Бурятия» возражал против удовлетворения заявленных требований, сославшись на законность и обоснованность выданного предупреждения.

Из материалов дела следует, что 01 июня 2005 года ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя (л.д.11).

03 сентября 2013 года предпринимателю выдана лицензия на осуществление деятельности по обезвреживанию и размещению отходов I-IV классов опасности (л.д.12).

09 марта 2017 года в УФАС по РБ поступило обращение ООО «ЦПА-Бурятия» о нарушении ИП ФИО2 антимонопольного законодательства, выразившимся в запрете приема денежных средств за захоронение твердых коммунальных отходов от абонентов, имеющих договорные отношения с ООО «ЦПА-Бурятия» (л.д.36).

24 марта 2017 года в Управление поступило обращение ООО Автобаза «Спецмашин» о нарушении ИП ФИО2 антимонопольного законодательства, выразившимся в запрете сбора платы за захоронение твердых коммунальных отходов на полигоне, а также отказе в заключении договора на утилизацию отходов (л.д.49).

10 апреля 2017 года руководителем Управления предпринимателю выдано предупреждение о прекращении действий, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, в соответствии с которым ИП ФИО2 предложено в срок до 24 апреля 2017 года прекратить нарушения пунктов 5 и 8 части 1 статьи 10 Федерального закона «О защите конкуренции», выразившиеся в необоснованных отказах (уклонении) от заключения с ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» договоров купли-продажи талонов на утилизацию (захоронение) твердых бытовых отходов на 2017 год и создании дискриминационных условий для указанных хозяйствующих субъектов в сфере обращения с отходами в части запрета приема от собственников твердых коммунальных отходов денежных средств за услугу захоронения отходов на полигоне, результатом которых может быть ущемление интересов ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» в сфере предпринимательской деятельности, путем заключения с ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» договоров купли-продажи талонов на утилизацию (захоронение) твердых бытовых отходов на 2017 год и отзыва уведомлений от 07 марта 2017 года о запрете ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» приема от собственников твердых коммунальных отходов денежных средств за услугу захоронения твердых коммунальных отходов на полигоне (л.д.10).

Не согласившись с предупреждением, ИП ФИО2 обратился в суд с настоящим заявлением.

Выслушав объяснения лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд считает необходимым в удовлетворении заявления отказать.

В силу части 1 статьи 198 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

Таким образом, для признания оспариваемого предупреждения незаконным суду необходимо установить совокупное наличие двух условий: его несоответствие закону, а также нарушение ими прав и законных интересов заявителей.

В силу статьи 39.1 Федерального закона от 26 июля 2008 года №135-ФЗ «О защите конкуренции» (далее – Федеральный закон №135-ФЗ) в целях пресечения действий (бездействия), которые приводят или могут привести к недопущению, ограничению, устранению конкуренции и (или) ущемлению интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо ущемлению интересов неопределенного круга потребителей, антимонопольный орган выдает хозяйствующему субъекту, федеральному органу исполнительной власти, органу государственной власти субъекта Российской Федерации, органу местного самоуправления, иным осуществляющим функции указанных органов органу или организации, организации, участвующей в предоставлении государственных или муниципальных услуг, государственному внебюджетному фонду предупреждение в письменной форме о прекращении действий (бездействия), об отмене или изменении актов, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, либо об устранении причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, и о принятии мер по устранению последствий такого нарушения. Предупреждение выдается лицам, указанным в части 1 настоящей статьи, в случае выявления признаков нарушения пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, статей 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 настоящего Федерального закона. Принятие антимонопольным органом решения о возбуждении дела о нарушении пунктов 3, 5, 6 и 8 части 1 статьи 10, статей 14.1, 14.2, 14.3, 14.7, 14.8 и 15 настоящего Федерального закона без вынесения предупреждения и до завершения срока его выполнения не допускается. Предупреждение должно содержать: 1) выводы о наличии оснований для его выдачи; 2) нормы антимонопольного законодательства, которые нарушены действиями (бездействием) лица, которому выдается предупреждение; 3) перечень действий, направленных на прекращение нарушения антимонопольного законодательства, устранение причин и условий, способствовавших возникновению такого нарушения, устранение последствий такого нарушения, а также разумный срок их выполнения.

В пункте 3 Обзора по вопросам судебной практики, возникающим при рассмотрении дел о защите конкуренции и дел об административных правонарушениях в указанной сфере, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 16 марта 2016 года, приведена правовая позиция, согласно которой предупреждение антимонопольного органа о прекращении действий (бездействия) хозяйствующего субъекта, которые содержат признаки нарушения антимонопольного законодательства, может быть оспорено в арбитражном суде. Судебный контроль при обжаловании предупреждения как при проверке его соответствия закону, так и при оценке нарушения им прав и законных интересов должен быть ограничен особенностями вынесения такого акта, целями, достигаемыми этим актом, соразмерностью предписанных мер и их исполнимостью. Поскольку предупреждение выносится при обнаружении лишь признаков правонарушения, а не его факта (часть 2 статьи 39.1 Закона о защите конкуренции), то судебной проверке подлежит факт наличия таких признаков по поступившим в антимонопольный орган информации и документам как основаниям вынесения предупреждения.

Как видно из обжалуемого предупреждения, Управление установило наличие в действиях заявителя признаков нарушения антимонопольного законодательства, предусмотренных пунктами 5 и 8 части 1 статьи 10 Федерального закона №135-ФЗ, выразившихся в необоснованных отказах (уклонении) от заключения с ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» договоров купли-продажи талонов на утилизацию (захоронение) твердых бытовых отходов на 2017 год и создании дискриминационных условий для указанных хозяйствующих субъектов в сфере обращения с отходами в части запрета приема от собственников твердых коммунальных отходов денежных средств за услугу захоронения отходов на полигоне.

Статьей 4 Федерального закона №135-ФЗ определены основные понятия, используемые в нем. Под товаром понимается объект гражданских прав (в том числе работа, услуга, включая финансовую услугу), предназначенный для продажи, обмена или иного введения в оборот; под товарным рынком - сфера обращения товара (в том числе товара иностранного производства), который не может быть заменен другим товаром, или взаимозаменяемых товаров, в границах которой (в том числе географических) исходя из экономической, технической или иной возможности либо целесообразности приобретатель может приобрести товар, и такая возможность либо целесообразность отсутствует за ее пределами; под хозяйствующим субъектом - коммерческая организация, некоммерческая организация, осуществляющая деятельность, приносящую ей доход, индивидуальный предприниматель, иное физическое лицо, не зарегистрированное в качестве индивидуального предпринимателя, но осуществляющее профессиональную деятельность, приносящую доход, в соответствии с федеральными законами на основании государственной регистрации и (или) лицензии, а также в силу членства в саморегулируемой организации; под дискриминационными условиями - условия доступа на товарный рынок, условия производства, обмена, потребления, приобретения, продажи, иной передачи товара, при которых хозяйствующий субъект или несколько хозяйствующих субъектов поставлены в неравное положение по сравнению с другим хозяйствующим субъектом или другими хозяйствующими субъектами.

Пунктами 5 и 8 части 1 статьи 10 Федерального закона №135-ФЗ запрещаются действия (бездействие) занимающего доминирующее положение хозяйствующего субъекта, результатом которых являются или могут являться недопущение, ограничение, устранение конкуренции и (или) ущемление интересов других лиц (хозяйствующих субъектов) в сфере предпринимательской деятельности либо неопределенного круга потребителей, в том числе: экономически или технологически не обоснованные отказ либо уклонение от заключения договора с отдельными покупателями (заказчиками) в случае наличия возможности производства или поставок соответствующего товара, а также в случае, если такой отказ или такое уклонение прямо не предусмотрены федеральными законами, нормативными правовыми актами Президента Российской Федерации, нормативными правовыми актами Правительства Российской Федерации, нормативными правовыми актами уполномоченных федеральных органов исполнительной власти или судебными актами; создание дискриминационных условий.

Согласно статье 5 Федерального закона №135-ФЗ доминирующим положением признается положение хозяйствующего субъекта (группы лиц) или нескольких хозяйствующих субъектов (групп лиц) на рынке определенного товара, дающее такому хозяйствующему субъекту (группе лиц) или таким хозяйствующим субъектам (группам лиц) возможность оказывать решающее влияние на общие условия обращения товара на соответствующем товарном рынке, и (или) устранять с этого товарного рынка других хозяйствующих субъектов, и (или) затруднять доступ на этот товарный рынок другим хозяйствующим субъектам. Доминирующим признается положение хозяйствующего субъекта (за исключением финансовой организации): доля которого на рынке определенного товара превышает пятьдесят процентов, если только при рассмотрении дела о нарушении антимонопольного законодательства или при осуществлении государственного контроля за экономической концентрацией не будет установлено, что, несмотря на превышение указанной величины, положение хозяйствующего субъекта на товарном рынке не является доминирующим.

В силу статьи 1 Федерального закона от 24 июня 1998 года № 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" под отходами производства и потребления понимаются вещества или предметы, которые образованы в процессе производства, выполнения работ, оказания услуг или в процессе потребления, которые удаляются, предназначены для удаления или подлежат удалению в соответствии с настоящим Федеральным законом; под обращением с отходами - деятельность по сбору, накоплению, транспортированию, обработке, утилизации, обезвреживанию, размещению отходов; под размещением отходов - хранение и захоронение отходов; под захоронением отходов - изоляция отходов, не подлежащих дальнейшей утилизации, в специальных хранилищах в целях предотвращения попадания вредных веществ в окружающую среду; под объектами размещения отходов - специально оборудованные сооружения, предназначенные для размещения отходов (полигон, шламохранилище, в том числе шламовый амбар, хвостохранилище, отвал горных пород и другое) и включающие в себя объекты хранения отходов и объекты захоронения отходов.

Судом установлено, что ИП ФИО2 на основании лицензии осуществляет деятельность по обезвреживанию и размещению отходов I-IV классов опасности на полигоне в г. Гусиноозерске и занимает доминирующее положение на рынке услуг по захоронению твердых коммунальных отходов в границах г. Гусиноозерска и пос. Новоселенгинск.

Данные обстоятельства подтверждаются выпиской из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей, договором аренды и аналитическим отчетом.

Из договора от 01 сентября 2008 года №58 видно, что Администрацией муниципального образования «Селенгинский район» в аренду ИА ФИО2 сроком на 10 лет передан земельный участок для устройства полигона твердых бытовых отходов (л.д.105-112).

В аналитическом отчете, составленном Управлением, содержатся выводы о том, что предприниматель занимает доминирующее положение с долей более 50% на рынке услуг по захоронению твердых коммунальных отходов в границах г. Гусиноозерска и пос. Новоселенгинск (л.д.69-74).

Оспаривая названные выводы, заявитель указал на то, что УФАС по РБ необоснованно установило его доминирующее положение на соответствующем товарном рынке.

Вместе с тем, конкретных фактов, подтверждающих свои доводы, ИП ФИО2 не привел.

В указанном отчете отмечено, что на территории Республики Бурятия действуют 4 полигона бытовых отходов – 2 вблизи г. Улан-Удэ (с. Нижний Саянтуй), 1 в пос. Заиграево и 1 в г. Гусиноозерске. Ближайшее к полигону в г. Гусиноозерске место захоронения отходов находится на расстоянии свыше 80 км, что обуславливает нецелесообразность получения потребителями г. Гусиноозерска и пос. Новоселенгинск услуги по захоронению твердых коммунальных отходов на ином объекте, чем на полигоне в г. Гусиноозерске.

Оснований не доверять названному отчету суд не находит. В связи с чем, суд находит заслуживающими внимания выводы Управления о том, что ИП ФИО2 занимает доминирующее положение на указанном товарном рынке.

Суд также учитывает, что сведения об эксплуатации названного полигона заявителем включены в Государственный реестр объектов размещения отходов на основании приказа Росприроднадзора от 25 сентября 2014 года №592.

ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» на основании лицензий осуществляют деятельность по сбору и транспортированию отходов I-IV классов опасности (л.д. 42-43, 54-55).

Деятельность по сбору и транспортированию отходов названными лицами осуществляется на территории г. Гусиноозерска, что подтверждается договорами, имеющимися в деле (л.д.44-46, 64-68).

Из Федерального закона от 24 июня 1998 года № 89-ФЗ "Об отходах производства и потребления" следует, что собранные и перемещенные отходы, не подлежащие утилизации, подлежат захоронению в специально отведенных местах.

С целью захоронения собранных и транспортируемых отходов, ООО Автобаза «Спецмашин» 20 января 2017 года обратилось к предпринимателю с письмом, в котором просило заключить договор для приобретения талонов на утилизацию (захоронение) твердых коммунальных отходов на 2017 год (л.д.52).

В ответ на указанное письмо заявитель сообщил, что решением РСТ от 15 декабря 2016 года установлены тарифы на услуги ИП ФИО2 по захоронению твердых бытовых отходов (л.д.53).

07 марта 2017 года ИП ФИО2 уведомил ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» о запрете приеме денежных средств за услугу захоронения твердых коммунальных отходов от собственников отходов, имеющих договорные отношения с третьими лицами (л.д.37).

По мнению суда, данные действия ИП ФИО2 свидетельствуют о необоснованном уклонении от заключения договора на приобретение талонов на утилизацию (захоронение) твердых коммунальных отходов на 2017 год и создание дискриминационных условий для третьих лиц.

Статьей 421 Гражданского кодекса Российской Федерации установлено, что граждане и юридические лица свободны в заключении договора. Понуждение к заключению договора не допускается, за исключением случаев, когда обязанность заключить договор предусмотрена настоящим Кодексом, законом или добровольно принятым обязательством.

В силу статьи 426 Гражданского кодекса Российской Федерации публичным договором признается договор, заключенный лицом, осуществляющим предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, и устанавливающий его обязанности по продаже товаров, выполнению работ либо оказанию услуг, которые такое лицо по характеру своей деятельности должно осуществлять в отношении каждого, кто к нему обратится (розничная торговля, перевозка транспортом общего пользования, услуги связи, энергоснабжение, медицинское, гостиничное обслуживание и т.п.). Отказ лица, осуществляющего предпринимательскую или иную приносящую доход деятельность, от заключения публичного договора при наличии возможности предоставить потребителю соответствующие товары, услуги, выполнить для него соответствующие работы не допускается.

С учетом приведенных правовых норм, суд полагает, что договор на захоронение твердых коммунальных отходов является публичным для лица, оказывающего такую услугу.

В соответствии со статьей 1 Федерального закона от 30 декабря 2004 года №210-ФЗ "Об основах регулирования тарифов организаций коммунального комплекса" в соответствии с настоящим Федеральным законом подлежат регулированию тарифы на услуги по утилизации, обезвреживанию и захоронению твердых бытовых отходов, оказываемые организациями коммунального комплекса.

Статьей 2 названного Федерального закона установлено, что под потребителями услуг организаций коммунального комплекса по утилизации, обезвреживанию и захоронению твердых бытовых отходов понимаются лица, приобретающие по договору услуги по утилизации, обезвреживанию и захоронению твердых бытовых отходов для своих хозяйственно-бытовых и (или) производственных нужд. В отношениях, связанных с содержанием жилищного фонда, потребителями являются товарищества собственников жилья, жилищные кооперативы, жилищно-строительные кооперативы и иные специализированные потребительские кооперативы, управляющие организации, которые приобретают указанные услуги в целях содержания и ремонта жилых помещений, или непосредственно собственники помещений в многоквартирных домах в случаях, предусмотренных жилищным законодательством.

Однако данные положения не содержат запрета на заключение договора по захоронению твердых бытовых отходов с лицом, осуществляющим их сбор и транспортировку.

Как видно из материалов дела, третьи лица приобретают услуги по захоронению твердых коммунальных отходов для собственных производственных нужд, поскольку основным видом их деятельности является сбор и транспортировка отходов.

При этом ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» заключены договоры на сбор и транспортировку отходов не только с организациями, осуществляющими содержание жилищного фонда.

Следовательно, ИП ФИО2 обязан заключить договор на захоронение твердых коммунальных отходов с любым лицом независимо от того, является ли оно собственником отходов или осуществляет деятельность по их сбору и транспортировке.

Вместе с тем на момент обращения третьих лиц в УФАС по РБ соответствующие договоры предпринимателем заключены не были, что им не оспаривается.

Доказательства того, что у ИП ФИО2 отсутствовала реальная возможность (экономическая или технологическая) заключить указанные договоры, в материалах дела отсутствуют.

В ответе на обращение ООО Автобаза «Спецмашин» предприниматель без мотивов отклонил предложение о заключении договора (л.д.53), не предложив заключить его на иных условиях.

Кроме того, ИП ФИО2 в уведомлении, адресованном, в т.ч. МКУ «Управление городского хозяйства и строительства», запретил третьим лицам принимать денежные средства за захоронение твердых коммунальных отходов от собственников отходов, имеющих договорные отношения с третьими лицами, что подтверждается его письмом в адрес третьих лиц (л.д.37).

По мнению суда, данные действия заявителя направлены на создание дискриминационных условий для третьих лиц.

Суд учитывает, что третьи лица не могут взимать плату за захоронение твердых коммунальных отходов, поскольку не обладают соответствующей лицензией и объектом. Доказательства того, что ООО Автобаза «Спецмашин» и ООО «ЦПА-Бурятия» взимают плату за захоронение отходов с их собственников в деле, отсутствуют.

Вместе с тем ИП ФИО2 требует от собственников отходов вносить плату за захоронение твердых коммунальных отходов непосредственно ему и запрещает делать это третьим лицам. Тем самым заявитель создает препятствия для третьих лиц по внесению ему платы за захоронение твердых коммунальных отходов, полученных от собственников, что указывает на наличие дискриминационных условий для получения услуг по захоронению отходов и ставит третьих лиц в неравные условия по сравнению с иными лицами.

Таким образом, суд считает, что действия заявителя направлены на ущемление прав третьих лиц, поскольку в отсутствие договора на утилизацию (захоронение) твердых коммунальных отходов с ИП ФИО2, невозможности внесения платы за захоронение отходов, они будут вынуждены транспортировать отходы на иной полигон, расположенный на значительном расстоянии от г. Гусиноозерска и тем самым нести значительные необоснованные расходы.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 5 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30 июня 2008 года №30 «О некоторых вопросах, возникающих в связи с применением арбитражными судами антимонопольного законодательства», антимонопольный орган в ходе контроля за соблюдением антимонопольного законодательства, установив факт злоупотребления хозяйствующим субъектом доминирующим положением (в том числе навязывание цены при заключении договора, неверное применение регулируемых цен (тарифов)), принимает меры по прекращению соответствующего нарушения и обеспечению условий конкуренции, а также по привлечению нарушителей к административной ответственности. Однако необходимо учитывать, что, прекращая указанное нарушение антимонопольного законодательства, антимонопольный орган не вправе в рамках своей компетенции разрешать гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов. В частности, он не полномочен защищать субъективные гражданские права потерпевшего от такого нарушения путем вынесения предписания нарушителю об уплате контрагенту задолженности или о возмещении понесенных убытков.

Из данных разъяснений следует, что Управление вправе принимать меры по прекращению нарушений антимонопольного законодательства, не разрешая гражданско-правовые споры хозяйствующих субъектов.

При этом суд учитывает, что в силу статьи 23 Федерального закона №135-ФЗ антимонопольный орган вправе требовать от хозяйствующих субъектов заключения договоров, изменения условий договоров или расторжения договоров.

Следовательно, требование УФАС по РБ о заключении договора само по себе не является разрешением гражданско-правового спора по существу.

Формулировка предупреждения о заключении договоров купли-продажи талонов на утилизацию (захоронение) твердых бытовых отходов на 2017 год, а не договоров на оказание услуг по их захоронению не противоречит действующему законодательству.

В материалах дела отсутствуют доказательства того, что ИП ФИО2 извещал Управление о том, что не может по объективным причинам заключить договоры купли-продажи талонов, а также предлагал контрагентам заключить договор иного вида.

При этом в 2016 году заявитель и третьи лица регулировали свои правоотношения на основании договоров купли-продажи талонов.

Требование об отзыве уведомлений от 07 марта 2017 года также не противоречит действующему законодательству и является реально исполнимым.

При таких обстоятельствах суд считает, что обжалуемое предупреждение соответствует статье 39.1 Федерального закона №135-ФЗ и не нарушает прав и законных интересов заявителя.

В абзаце 2 пункта 3 части 1 статьи 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации указано, что по делам, рассматриваемым в арбитражных судах, при подаче физическими лицами заявлений о признании нормативного правового акта недействующим, о признании ненормативного правового акта недействительным и о признании решений и действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления, иных органов, должностных лиц незаконными государственная пошлина уплачивается в размере 300 рублей.

Таким образом, излишне уплаченная государственная пошлина по платежному поручению от 09.06.2017 №206 в размере 5700 рублей подлежит возврату заявителю из федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Возвратить индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета 5700 руб. – излишне уплаченную государственную пошлину по платежному поручению от 09.06.2017 №206.

Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Четвертый арбитражный апелляционный суд в течение месяца с даты принятия.

Решение может быть обжаловано в кассационном порядке в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в течение двух месяцев с даты вступления решения по делу в законную силу при условии, что оно было предметом рассмотрения арбитражного суда апелляционной инстанции или суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются в арбитражный суд апелляционной и кассационной инстанций через арбитражный суд, принявший решение.


Судья Н.П. Кушнарева