Решение от 31 июля 2023 г. по делу № А40-549/2023

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-549/23-17-5
г. Москва
31 июля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 17 июля 2023 года

Полный текст решения изготовлен 31 июля 2023 года


Арбитражный суд города Москвы в составе: судьи Поляковой А.Б. (единолично)

при ведении протокола судебного заседания секретарем Еляном Н.Ж., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению Общества с ограниченной ответственностью "Фрутимпэкс" к Центральной электронной таможне

о признании незаконным решений от 21.09.2022г. по ДТ № 10131010/170622/3290373 и

от 03.04.2023г. по ДТ № 10131010/170622/3290373,

в судебное заседание явились: от заявителя: Хмара И. (доверенность от 15.12.2022 №153/2022); от заинтересованного лица: Нагаев А.М. (доверенность от 29.12.2022 №03-20/0100)

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью "Фрутимпэкс" (далее – заявитель, Общество) обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с заявлением о признании незаконным решения Центральной электронной таможни (далее – таможенный орган, заинтересованное лицо) от 21.09.2022г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров по ДТ №10131010/170622/3290373, возврате ООО «Фрутимпэкс» таможенных платежей, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины, проценты и пени, взысканные за счет денежного залога по таможенной расписке №10131010/180622/ЭР-1263730 в счет КДТ № 10131000/210922/3290373/3 от 21.09.2022 в сумме 1.331.545,87 руб. (код платежа 5010).

В ходе рассмотрения дела от Общества поступило заявление об изменении требований, в котором оно просит суд признать незаконными и отменить вынесенные Центральной электронной таможней в отношении ООО «Фрутимпэкс» решение б/н от 21 сентября 2022 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10131010/170622/3290373, после выпуска товаров и решение б/н от 03 апреля 2023 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары (в части ДТ № 10131010/170622/3290373), возложить на Центральную электронную таможню обязанность в десятидневный срок с момента вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав и законных интересов ООО «Фрутимпэкс» путем возврата излишне уплаченных таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней, доначисленных и взысканных за счет денежного залога по ДТ № 10131010/170622/3290373 в размере 669 167,19 руб. (с учетом частичного возврата согласно Уведомлению №10131000/2023/0002369 от 04.04.2023г., осуществленного таможенным органом на дату вынесения решения суда).

Указанное заявление было принято судом в порядке ст. 49 АПК РФ протокольным определением от 17.05.2023.

Заявитель в судебном заседании поддержал заявленные требования по доводам, изложенным в заявлении и письменных пояснениях с учетом принятого судом уточнения требований.

Заинтересованное лицо возражало против удовлетворения заявленных требований по доводам отзыва, письменных пояснений.

Как следует из заявления и материалов дела, решением таможенного органа от 21 сентября 2022 года были внесены изменения (дополнения) в сведения, заявленные ООО «Фрутимпэкс» в декларацию на товары №10131010/170622/3290373 (далее - «ДТ»).

Указанное решение мотивировано тем, что при проведении контроля таможенной стоимости заявленных к декларированию товаров таможенным органом было установлено наличие следующих признаков недостоверного определения таможенной стоимости товаров: выявление более низкой цены ввозимых товаров по сравнению с ценой идентичных/однородных товаров при сопоставимых условиях их ввоза; выявление несоответствий в представленных декларантом документах и пояснениях; предоставленные Обществом в соответствии с пунктами 4, 6, 15 ст. 325 ТК ЕАЭС документы не устраняют основания для проведения проверки, не подтверждают соблюдение декларантом условий, удовлетворяющих п.1 ст. 39 ТК ЕАЭС, в связи с чем, таможенная стоимость товаров изменена таможенным органом в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС на основании ценовой информации по однородным товарам (ДТ №10012020/311221/3024073).

Общество уведомлено о произведенном взыскании таможенных платежей, специальных, антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней за счет денежного залога по таможенной расписке №10131010/180622/ЭР-1263 730 в счет КДТ №10131000/210922/3290373/3 от 21.09.2022 в сумме 1.331.545,87 руб. (код платежа 5010).

Между тем, заявитель считает решение таможенного органа от 21 сентября 2022 года незаконным с ссылкой на следующие обстоятельства.

Согласно оспариваемому решению, таможенным органом анализировался товар, наименование и характеристики которого не соответствуют задекларированному Обществом по ДТ товару.

Таким образом, как указывает Общество, таможенным органом при анализе ценовой информации и сопоставлении индекса таможенной стоимости идентичных/однородных товаров фактически произведена подмена ввезенного Обществом товара - фисташки натурального открытия, на товар с иными качественными характеристиками - фисташки натуральные механического открытия. По мнению Общества, такие действия таможенного органа не основаны на положениях ТК ЕАЭС и свидетельствуют о нарушении при вынесении оспариваемого решения таможенного законодательства.

Также, как указывает Общество, таможенный орган в оспариваемом решении ссылается на то, что заявителем представлены противоречивые сведения о согласовании между контрагентами существенных условий сделки, что свидетельствует об отсутствии документального подтверждения согласования сторонами существенных условий договора.

В то же время, по мнению Общества, данная изложенная в оспариваемом решении от 21.09.2022 информация является не точной, а следовательно, недостоверной.

Также, по мнению Общества, довод таможенного органа о несогласованности сторонами сделки ее существенных условий не основан на материалах таможенной проверки.

При этом Общество ссылается на то, что представленные им в таможенный орган документы, сведения и пояснения исчерпывающим образом подтверждают, что таможенная стоимость определена декларантом по методу 1 по стоимости сделки с ввозимыми товарами (ст. ст. 39-40 ТК ЕАЭС) на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Также Общество указывает, что в соответствии с актом проверки документов и(или) сведений после выпуска товаров и(или) транспортных средств № 10131000/211/030423/А0270 от 03.04.2023, в отношении ООО «Фрутимпэкс» в период с 10.03.2023 по 03.04.2023 на основании ст. ст. 326, 340 ТК ЕАЭС проведена проверка документов и сведений, представленных при таможенном оформлении. По итогам проверки, решением Центральной электронной таможни от 03.04.2023г. о внесении изменений и (или) дополнений в сведения, указанные в декларации на товары, внесены изменения в ДТ №№ 10131010/170622/3290373, 10131010/060722/3317998, 10131010/120722/3327283, 10131010/190722/3337029, 10131010/190722/3336580, 10131010/290722/3352827.

При этом, статус ранее принятого Центральной электронной таможней решения от 21.09.2022г., оспариваемого в рамках настоящего дела, не определен, поскольку ведомственный контроль не проводился.

Общество сообщает, что 05.04.2023 им в электронном виде получено уведомление №10131000/2023/0002369 от 04.04.2023г. о частичном возврате ранее взысканных таможенных платежей в размере 662 378,68 руб. Таким образом, на дату подачи настоящего заявления нарушение прав и законных интересов ООО «Фрутимпэкс» не прекращено.

В связи с изложенным, в уточненном заявлении, принятом судом в порядке ст. 49 АПК РФ, Общество также просит суд признать незаконным решение таможенного органа б/н от 03 апреля 2023 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары в части ДТ № 10131010/170622/3290373.

Изложенные выше обстоятельства послужили основанием для обращения Общества в суд с настоящим заявлением.

В соответствии с ч. 1 ст. 198 АПК РФ граждане, организации и иные лица вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании недействительными ненормативных правовых актов, незаконными решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц, если полагают, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действие (бездействие) не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают их права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагают на них какие-либо обязанности, создают иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

По смыслу приведенной нормы необходимым условием для признания ненормативного правового акта, действий (бездействия) недействительными является одновременно несоответствие оспариваемого акта, действия (бездействия) закону или иному нормативному акту и нарушение прав и законных интересов организации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта, действий закону или иному нормативному правовому акту, законности принятия оспариваемого акта и обстоятельств, послуживших основанием для его принятия, в силу части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации возлагается на орган или лицо, которые приняли соответствующий акт.

Исследовав материалы дела, оценив имеющиеся в деле доказательства в совокупности, арбитражный суд первой инстанции приходит к выводу о том, что требование заявителя о признании незаконным решения таможенного органа б/н от 21 сентября 2022 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары №10131010/170622/3290373, после выпуска товаров не подлежит удовлетворению, исходя того, что установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок его обжалования заявителем пропущен.

Так, согласно ч. 4 ст. 198 АПК РФ заявление может быть подано в арбитражный суд в течение трех месяцев со дня, когда гражданину, организации стало известно о нарушении их прав и законных интересов, если иное не установлено федеральным законом. Пропущенный по уважительной причине срок подачи заявления может быть восстановлен судом.

Между тем с учетом того, что заявление поступило в суд 09.01.2023, установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок оспаривания решения таможенного органа б/н от 21 сентября 2022 г. заявителем пропущен.

Обществом заявлено ходатайство о восстановлении установленного ч. 4 ст. 198 АПК РФ срока обжалования решения таможенного органа от 21.09.2022.

В обоснование ходатайства заявитель ссылается на то, что не оспаривает факт получения решения от 21.09.2022 г. Поповым В.А. 21.09.2022, на который ссылается таможенный орган.

В то же время заявитель утверждает, что Попов В.А. не является сотрудником либо представителем заявителя.

В подтверждение того, что Попов В.А. не являлся и не является штатным сотрудником ООО «Фрутимпэкс», декларирование товаров осуществлялось таможенным представителем, заявителем представлены следующие пояснения и доказательства: копия информационного письма исх. № 131 от 23.06.2023 г., как подтверждение отсутствия в штате ООО «Фрутимпэкс» Попова Владимира Александровича. К письму приложен скриншот из программы 1С: Бухгалтерия - «Анализ субконто Контрагенты за 01.01.2017-23.06.2023 г. Отбор по значению Попов»; на скриншоте видно, что физическое лицо Попов Владимир Александрович отсутствует в справочнике в программе 1С; УПД № 312 от 20.06.2022 г. в подтверждение того, что услуги по организации таможенного оформления товаров по ДТ 10131010/170622/3290373 были оказаны экспедитором ООО «РЕСУРСЛОГИСТИКА» с привлечением таможенного представителя. Так, в графе 7 УПД №312 от 20.06.2022 г. числится услуга «Комплекс консультационных услуг по таможенному оформлению а/м 19АА657/19АА658, 54АА279/54АА280 (ДТ 10131010/170622/3290373)».

Как указывает заявитель, в ходе проведенного им служебного расследования, было выяснено, что Попов В.А. является должностным лицом таможенного представителя, осуществлявшего декларирование товара, однако в связи с тем, что, исходя из сложившейся практики, решения о внесении изменений дополнений в сведения, заявленные в ДТ, поступающие через систему обмена электронными документами с таможенным органом, загружаются в личный кабинет декларанта ООО «Фрутимпэкс» таможенный представитель, получив данное решение, не счел необходимым направить его заявителю (декларанту).

Относительно сведений, содержащихся в 54 графе ДТ 10131010/170622/3290373, заявитель сообщил следующее.

Правила заполнения ДТ регламентированы Решением Комиссии Таможенного союза от 20.05.2010 г. № 257 (в редакции от 27.12.2022 г.) «О форме декларации на товары и порядке ее заполнения (вместе с "Порядком заполнения декларации на товары") (с изм. и доп., вступ. в силу с 01.07.2023). Согласно пп. 49 п. 15 Раздела II указанного Решения в графе 54 указываются сведения о лице, заполнившем ДТ, и дата ее заполнения. Если таможенные операции совершаются таможенным представителем, в этом случае указываются:

В то же время, как указывает Общество, указание наименования таможенного представителя не предусмотрено.

Так, в 54 графе ДТ 10131010/170622/3290373 указан номер свидетельства таможенного представителя - 1096. Сведения под кодом ТДК (4) - 17/ТО от 26.04.2022 г. -номер и дата договора. Далее указаны ФИО лица, заполнившего ДТ - Попов Владимир Александрович и его паспортные данные. Также в данной графе указаны реквизиты доверенности - № 182-Д от 15.12.2021 со сроком действия до 31.12.22 г. При этом под кодом 09034/0 графы 54 ДТ указан документ о включении лица в реестр таможенных представителем № 1096 от 01.11.2019.

При этом также ООО «Фрутимпэкс» полагает, что поскольку сервис личного кабинета (далее – ЛК) участника ВЭД на сайте ФТС России предусматривает такую функцию как загрузку сообщений ФТС, связанных с декларированием товаров, осуществляемым не непосредственно декларантом, а таможенными брокерами с использованием их информационных систем, обеспечение полноты выгрузки является обязанностью таможенного органа в данном случае выполнена не была.

Как указывал заявитель в письменных пояснениях непосредственно в личный кабинет участника ВЭД уведомление № 10100000/2022/УД33/0010624 от 22.09.2022 о взыскании таможенных платежей, специальных антидемпинговых, компенсационных пошлин, процентов и пеней, доначисленных и взысканных за счет денежного залога выгружено 23.11.2022 без предварительной загрузки оспариваемого решения от 21.09.2022, что подтверждается представленными им в материалы дела скриншотами.

При таких обстоятельствах Общество полагает, что причины, по которым он направил в суд заявление о признании незаконным решения от 22.09.2022 г. позже установленного ч. 4 ст. 198 АПК РФ срока, являются уважительными.

Также заявитель отмечает, что, поскольку таможенный представитель и декларант являются самостоятельными участниками таможенных правоотношений, а функционал программного комплекса ЛК участника ВЭД по обмену документами между таможней и декларантом предусматривает информирование декларанта о ходе декларирования товаров таможенным представителем путем загрузки документов таможенным органом в соответствующий раздел ЛК декларанта на сайте ФТС, таможенный орган был обязан обеспечить полному загрузки в ЛК участника ВЭД ООО «Фрутимпэкс», в том числе загрузить обжалуемое им решение от 21.09.2022г., которое отсутствует в ЛК по настоящее время. В случае наличия технических проблем с загрузкой в соответствующий период, таможенный орган имел возможность исполнить обязанность путем отправки решения таможенного органа от 21.09.2022 декларанту на бумажном носителе почтой, что также сделано не было.

В этой связи, по мнению ООО «Фрутимпэкс», течение трехмесячного процессуального срока обжалования решения от 21.09.2022 исчисляется с 19.11.2022 (дата, когда ООО «Фрутимпэкс» из полученного уведомления о взыскании узнало о доначислении таможенных платежей), в связи с чем срок не был пропущен либо он подлежит восстановлению по указанным выше основаниям.

Между тем, суд отклоняет ходатайство заявителя о восстановлении пропущенного процессуального срока обращения в суд с требованием об оспаривании решения таможенного органа от 21.09.2023, исходя из следующего.

Законодательное установление срока на обжалование действий (бездействия) государственных органов, органов местного самоуправления призвано сохранить стабильность экономических и административных правоотношений.

В соответствии с правовой позицией, выраженной в Определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 18.11.2004 N 367-0, от 22.11.2012 N 2149-0 и от 17.06.2013 N 980-О, установление в законе сроков для обращения в суд с заявлениями о признании ненормативных правовых актов недействительными, а решений, действий (бездействия) - незаконными обусловлено необходимостью обеспечить стабильность и определенность административных и иных публичных правоотношений и не может рассматриваться как нарушающее право на судебную защиту, поскольку несоблюдение установленного срока, в силу соответствующих норм АПК РФ, не является основанием для отказа в принятии заявлений по делам, возникающим из административных и иных публичных правоотношений, - вопрос о причинах пропуска срока решается судом после возбуждения дела, то есть в судебном заседании.

Баланс между принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство должен обеспечить при установлении порядка признания ненормативных правовых актов недействительными, решений и действий (бездействия) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц незаконными реальную возможность заинтересованным лицам воспользоваться правом на обжалование указанных правовых актов, решений и действий (бездействия) в тех случаях, когда заинтересованные лица по уважительным причинам не могли в установленные законом сроки обратиться в суд с соответствующим требованием.

При этом федеральный законодатель уполномочен, в частности, в пределах имеющейся у него свободы усмотрения, устанавливать сроки для обращения в суд, порядок их течения во времени, момент начала и окончания, с тем, чтобы обеспечивать как реальную возможность судебной защиты прав, свобод и законных интересов граждан и их объединений, так и стабильность, определенность и предсказуемость правовых условий для субъектов соответствующих правоотношений (Определения Конституционного Суда Российской Федерации от 14.12.1999 N 220-О, от 03.10.2006 N 439-0, от 15.07.2008 N 563-0-0, от 05.03.2009 N 253-0-0, 08.04.2010 N 456-0-0 и др.).

Гарантией для лиц, не реализовавших по уважительным причинам свое право на совершение процессуальных действий в установленный срок, является институт восстановления процессуальных сроков, предусмотренный статьей 117 АПК РФ, согласно которой пропущенный процессуальный срок может быть восстановлен по ходатайству лица, участвующего в деле.

По смыслу правовой позиции, содержащейся в пункте 2 мотивировочной части Постановления Конституционного Суда Российской Федерации от 17.03.2010 N 6-П, законодательное регулирование восстановления срока должно обеспечивать надлежащий баланс между вытекающим из Конституции Российской Федерации принципом правовой определенности и правом на справедливое судебное разбирательство, предполагающим вынесение законного и обоснованного судебного решения, с тем чтобы восстановление пропущенного срока могло иметь место лишь в течение ограниченного разумными пределами периода и при наличии существенных объективных обстоятельств, не позволивших заинтересованному лицу, добивающемуся его восстановления, защитить свои права в рамках установленного процессуального срока.

В постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06 ноября 2007 г. N 8673/07 указано, что установленный частью 4 статьи 198 АПК РФ срок может быть восстановлен исключительно при наличии уважительных причин.

В определении Конституционного Суда Российской Федерации от 18 июля 2006 г. N 308-О указано, что под уважительными должны пониматься любые причины, которые действительно или с большой долей вероятности могли повлиять на возможность лица совершить соответствующее процессуальное действие.

Нормы АПК РФ не содержат перечня уважительных причин, при наличии которых суд может восстановить пропущенный процессуальный срок. Право установления наличия причин пропуска срока и их оценки в целях восстановления пропущенного для обращения в арбитражный суд срока принадлежит суду.

Между тем, как следует из материалов дела, поскольку таможенное декларирование товаров, заявленных в ДТ № 10131010/170622/3290373 и дальнейшее взаимодействие декларанта с таможенным органом в ходе проведения таможенного контроля осуществлялось в электронной форме, таможенный орган через единую государственную автоматизированную информационную систему 21 сентября 2022 г. направил оспариваемое решение в адрес ООО «Фрутимпэкс», что подтверждается представленными таможенным органом в материалы дела доказательствами и из чего следует вывод, что заявитель с 21.09.2022 располагал информацией о принятом решении.

Заявитель сообщает, что само решение от 21.09.2022 не было загружено в личный кабинет участника ВЭД; Общество получило копию оспариваемого решения письмом Центральной электронной таможни на бумажном носителе.

В то же время суд отклоняет вышеуказанные доводы заявителя как документально не подтвержденные, поскольку письмо Центральной электронной таможни с заверенной копией решения о внесении изменений ДТ № 10131010/170622/3290373 от 21.09.2022 Обществом в материалы дела представлено не было.

Также, исходя из позиции Общества трехмесячный срок на обращение в суд должен отсчитываться с 23.11.2022.

Однако, на представленных Обществом в материалы дела скриншотах указаны уведомления о взысканиях платежей за счет денежного залога, а не решение от 21.09.2022 которое является предметом обжалования. Более того, как следует из представленных Обществом скриншотов, дата 23.11.2022 года - это дата прочтения уведомления, в то время как датой создания уведомления № 1010000/2022/УДЗЗ/0010624 является 22.09.2022.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что данное уведомление было загружено в личный кабинет участника ВЭД одновременно с решением о внесении изменений в ДТ № 10131010/170622/3290373 от 21.09.2022.

Соответственно, данный довод Общества признается судом несостоятельным.

С учетом вышеизложенного, суд считает, что установленный ч. 4 ст. 198 АПК РФ срок обжалования решения таможенного органа о внесении изменений в ДТ № 10131010/170622/3290373 от 21.09.2022 был пропущен заявителем. При этом доказательств уважительности причин пропуска данного срока заявителем не представлено.

Лица, участвующие в деле в силу части 2 статьи 9 АПК РФ несут риск наступления последствий совершения или не совершения ими процессуальных действий.

Исходя из взаимосвязанных положений части 1 статьи 117 и части 4 статьи 198 АПК РФ, у арбитражного суда в отсутствие обоснованного и документально подтвержденного ходатайства не имеется законных оснований для восстановления пропущенного срока.

Пропуск срока, установленного частью 4 статьи 198 АПК РФ, на обращение в арбитражный суд с заявлением об оспаривании ненормативных правовых актов является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в удовлетворении заявленных Обществом требований (определения Верховного Суда Российской Федерации от 02.11.2015 № 303-КГ15-14803, от 30.06.2016 № 308-КГ16-7469).

При таких обстоятельствах, учитывая, что пропуск срока на обжалование решения таможенного органа является самостоятельным основанием для отказа в удовлетворении заявленных требований, суд отказывает в удовлетворении требования ООО «Фрутимпэкс» о признании незаконным решения Центральной электронной таможни № б/н от 21 сентября 2022 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № № 10131010/170622/3290373.

Рассмотрев требование Общества о признании незаконным решения таможенного органа б/н от 03 апреля 2023 г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в декларации на товары в части ДТ № 10131010/170622/3290373, суд считает его подлежащим удовлетворению, исходя из следующего.

С 01.01.2018г. таможенная стоимость товаров определяется в соответствии положениями главы 5 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (приложение N 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза от 11.04.2017г.; далее - ТК ЕАЭС).

В соответствии с положениями п.п. 9, 10 ст.38 ТК ЕАЭС определение таможенной стоимости товаров не должно быть основано на использовании произвольной или фиктивной таможенной стоимости товаров. Таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно положениям ст.39 ТК ЕАЭС таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 настоящего Кодекса.

В соответствии с положениями ст.40 ТК ЕЭАС ограничен перечень расходов, который надлежит включать декларантам в таможенную стоимость товаров, перемещаемых через таможенную границу.

Декларантом был заявлен метод определения таможенной стоимости по цене сделки с ввозимым товаром.

Согласно п.15 ст.38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 настоящего Кодекса.

В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 настоящего Кодекса, применяемыми последовательно.

Перечень документов, представляемых таможенному органу при таможенном декларировании товаров, определен в статьях 108 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (приложение N 1 к Договору о Таможенном кодексе Евразийского экономического союза от 11.04.2017; далее - ТК ЕАЭС).

При таможенном оформлении и на этапе проведения дополнительной проверки, заявителем представлены документы, установленные данными положениями.

Однако таможенным органом не было доказано наличие каких-либо условий, не позволяющих применить метод 1, заявленный декларантом при определении таможенной стоимости.

Как обоснованно указывает Общество и следует из материалов дела, при декларировании товара по ДТ №10131010/170622/3290373 Обществом были представлены товаросопроводительные документы, содержащие информацию о характеристиках ввезенного товара.

Так, на лот 1427 при подаче первичной декларации на товары декларантом были представлены: Sertificat of Origin Form CT-3 (Сертификат о происхождении) №1012205240067 в п.8 табличной части которого Description of goods (Описание товаров) указано «RAW PISTACHIO IN SHELL N.O.F 30-32 LOT No 1427» (СЫРЫЕ ФИСТАШКИ В СКОРЛУПЕ Н.о.Ф 30-32 ЛОТ № 1427). Аббревиатура «N.O.», согласно данным декларантом пояснениям (исх. №62 от 11.08.2022), расшифровывается как «natural opened» (натуральное открытие), a «F» означает сорт Фандоги; Коммерческий инвойс №22.01/022 от 24.05.2022 с указанием номера и даты контракта Contract №01-01/2022 date: 18.01.2022, в котором в графе Description of goods (Описание товаров) указано «Raw Pistachio in Shell N.O. F SIZE 30-32», что означает «Сырые фисташки в скорлупе натурального открытия, Фандоги, размер 30-32»; а также Packing list (Упаковочный лист) №22.01/023 от 24.05.2022, Certificate of analysis №22.01/026 от 24.05.2022, Certificate of GMO №22.01/024 от 24.05.2022, Certificate of Aflatoxin №22.01/025 от 24.05.2022, содержащие аналогичное описание товаров с указанием аббревиатуры «N.O. F».

На лот 1428 при подаче первичной декларации на товары декларантом были представлены: Sertificat of Origin Form CT-3 (Сертификат о происхождении) №1032205240065 в п.8 табличной части которого Description of goods (Описание товаров) указано «RAW PISTACHIO IN SHELL N.O.F 30-32 LOT No 1428» (СЫРЫЕ ФИСТАШКИ В СКОРЛУПЕ Н.о.Ф 30-32 ЛОТ № 1428). Аббревиатура «N.O.», согласно данным декларантом пояснениям (исх. №62 от 11.08.2022), расшифровывается как «natural opened» (натуральное открытие), a «F» означает сорт Фандоги; Коммерческий инвойс №22.01/028 от 24.05.2022 с указанием номера и даты контракта Contract №01-01/2022 date: 18.01.2022, в котором в графе Description of goods (Описание товаров) указано «Raw Pistachio in Shell N.O. F SIZE 30-32», что означает «Сырые фисташки в скорлупе натурального открытия, Фандоги, размер 30-32»; а также Packing list (Упаковочный лист) №22.01/029 от 24.05.2022, Certificate of analysis №22.01/032 от 24.05.2022, Certificate of GMO №22.01/030 от 24.05.2022, Certificate of Aflatoxin №22.01/31 от 24.05.2022, содержащие аналогичное описание товаров с указанием аббревиатуры «N.O. F».

Как следует из материалов таможенной проверки, вопреки доводам таможенного органа, ни спецификацией №11 от 31.05.2022, ни спецификацией №11 от 25.05.2022 не предусмотрена поставка механически открытых фисташек. В обоих представленных документах речь идет о поставке фисташек натурального открытия.

Изложенное подтверждает обоснованность довода Общества о том, что таможенный орган в отсутствие каких-либо правовых оснований провел анализ товара, отличного от фактически ввезенного и задекларированного Обществом товара по ДТ - фисташек механического открытия вместо фисташек натурального открытия, сорт Фандоги, размер 30-32.

Также, суд учитывает, что наличие двух подписанных сторонами спецификаций к Контракту №01-01/2022 от 18.01.2022 с одним и тем же номером (№11), разными датами подписания (25.05.2022 и 31.05.2022) и разным содержанием не свидетельствует о несогласованности условий поставки по данным спецификациям. Ошибочное присвоение одного и того же номера спецификациям, подписанным сторонами Контракта примерно в один и тот же период, но относящихся к разным партиям товара, является технической ошибкой, которая не препятствует идентификации, поскольку идентификация спецификации осуществляется не исключительно по номеру, а по двум реквизитам - номер и дата. Оба представленных документа - спецификация №11 от 25.05.2022 и спецификация №11 от 31.05.2022 - являются действительными и достоверными, и выражают согласованные сторонами Контракта условия сделки, но в отношении различных партий поставляемых по Контракту товаров.

Кроме того, суд учитывает, что заявитель пояснил таможенному органу в ответе на дополнительный запрос, что представленные документы не являются различными редакциями одной и той же спецификации. Декларант объяснил представление не относящейся к задекларированному по ДТ товару спецификации №11 от 31.05.2022 ошибкой, допущенной исполнителем при сборе пакета документов по запросу таможенного органа, и представил относящийся к проверяемой ДТ документ - спецификацию №11 от 25.05.2022, содержание которой совпадает со спецификацией, представленной декларантом ранее в формализованном виде. Таким образом, у таможенного органа отсутствовали основания для отклонения пояснений декларанта и представленных им дополнительных документов.

При таких обстоятельствах довод таможенного органа о несогласованности сторонами сделки ее существенных условий отклоняется судом, так как не основан на материалах таможенной проверки.

Также, как следует из материалов дела, в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС 11.06.2022 таможенный орган запросил у заявителя дополнительные документы и сведения, подтверждающие таможенную стоимость товаров, которые были предоставлены Обществом 15.08.2022 в полном объеме в соответствии с запросом. 28.08.2022 таможенным органом у Общества были запрошены дополнительные документы и сведения, которые предоставлены Обществом в таможенный орган 06.09.2022.

При этом суд соглашается с Обществом и считает, что представленные им в таможенный орган документы, сведения и пояснения исчерпывающим образом подтверждают, что таможенная стоимость определена Обществом по методу 1 по стоимости сделки с ввозимыми товарами (ст. ст. 39-40 ТК ЕАЭС) правомерно, на основании достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Также, суд учитывает, что согласно Контракту №01-01/2022 от 18.01.2022, заключенному Обществом с продавцом SHFMSOLHODAEI (Иран (Исламская Республика)), Продавец поставляет, а Покупатель покупает товар на условиях DAP Москва Инкотермс-2010 в количестве, ассортименте, по ценам и по техническим условиям, указанным в прилагаемых Спецификациях, являющиеся неотъемлемой частью настоящего Контракта.

Иной базис поставки товара определяется Сторонами в прилагаемых Спецификациях (п. 1.1 Контракта). Цена на Товар, поставляемый по настоящему контракту, определяется для каждой партии Товара и указывается в прилагаемых Спецификациях (п.2.1. Контракта).

В цену Товара включена стоимость тары, упаковки, маркировки и транспортировки, а также иные расходы Продавца, связанные с экспортными таможенными процедурами в отношении товара в рамках избранного Сторонами базиса поставки товара (п.2.3. Контракта).

Объем отгружаемых партий согласовывается Сторонами Контракта и указывается в Спецификациях (п.2.4 Контракта). Поставки Товара по настоящему Контракту должны быть произведены не позднее 30.09.2024. Срок поставки конкретной партии товара согласовывается сторонами в Спецификациях (п.3.1 Контракта).

Расчеты за товар, поставляемый по Контракту должны осуществляться на основании Инвойса путем банковского перевода на счет Продавца (п.4.1. Контракта).

Расчеты за поставленный Продавцом Покупателю товар осуществляются в порядке, установленном п. 4.1. настоящего Контракта в течение 180 (ста восьмидесяти) дней с момента поставки Продавцом товара Покупателю и по факту получения сканов всех согласованных экспортных оригинальных документов согласно базису поставки, избранному Сторонами (п.4.2. Контракта).

Контракт содержит и иные согласованные сторонами условия, обычно включаемые в договоры международной купли-продажи / поставки товаров.

Согласно Спецификации №11 от 25.05.2022 к Контракту (далее - «Спецификация №11»), продавец продал, а покупатель купил: - 800 мешков неочищенных фисташек сырых натурально открытых, размер 30/32, вес нетто - 40 000 кг. Отгрузка товара - май 2022 г. (п.1 Спецификации №11). Цена товара определяется на условиях поставки DAP Moscow следующим образом: - 800 мешков неочищенных фисташек сырых натурально открытых, размер 30/32, вес нетто - 40 000 кг по цене 7,165 долларов за 1 кг веса нетто. Общая сумма к оплате 286 600,00 (двести восемьдесят шесть тысяч шестьсот) долларов США 00 центов (п. 2 Спецификации №11).

В рамках исполнения Контракта на партию товара, закупленную по Спецификации №11, поставщиком были выставлены: инвойс №22.01/022 от 24.05.2022г., согласно которому товар отгружен в количестве 400 мешков, вес нетто 20 000 кг, по цене 7,165 $/кг, сумма к оплате Обществом составила 143.300,00 $; инвойс №22.01/028 от 24.05.2022г., согласно которому товар отгружен в количестве 400 мешков, вес нетто 20 000 кг, по цене 7,165 $/кг, сумма к оплате Обществом составила 143.300,00 $, а всего по двум инвойсам на сумму 286.600,00 долларов США, что полностью соответствует согласованной Сторонами в Спецификации №11 цене поставки.

Заявленная Обществом стоимость товара также подтверждается пунктом 13 Ведомости банковского контроля по Контракту УНК №22010057/3251/0000/2/1 от 20.01.2022, ДТ № 10131010/170622/3290373 и иными документами, сопровождающими данную поставку. Указанные документы не противоречат друг другу. Доказательств того, что Продавцу либо иному лицу, уполномоченному Продавцом, за поставленный товар должен быть оплачен больший размер денежной суммы, чем указанный в данных документах декларанта, таможенным органом не представлено.

Также суд учитывает, что Обществом представлен прайс-лист на условиях поставки DAP MOSCOW, содержащий в себе только декларируемую позицию.

По мнению заинтересованного лица, представленный заявителем прайс-лист невозможно признать публичной офертой, и он не может быть использован таможенным органом в целях подтверждения заявленной декларантом таможенной стоимости.

Между тем, суд отмечает, что не представление прайс-листа, являющегося публичной офертой, не может быть основанием для вынесения решения таможенного органа о корректировке таможенной стоимости, поскольку прайс-лист производителя не относится к документам, выражающим ценовое содержание сделки, не относится к обязательным документам, представляемым вместе с ДТ. Отсутствие прайс-листов, адресованных неопределенному кругу лиц, не является основанием для вывода о недостоверности заявленной при декларировании таможенной стоимости товара и для отказа в ее принятии. При этом, таможенный орган не поясняет, каким образом сведения, указанные в прайс-листах фирмы-производителя (продавца), которые не содержат каких-либо определенных гражданско-правовых обязательств и не являются обязательными для гражданского оборота, могут повлиять на достоверность цены сделки. При проведении проверки, декларантом было представлено коммерческое предложение в том виде, в каком получено от иностранного партнера на момент таможенного оформления товаров по спорной ДТ и у Общества отсутствовало право требовать от другой стороны внешнеторговой сделки представления прайс-листа с учетом требований российской таможни к его оформлению, поскольку это не предусмотрено условиями контракта.

Кроме того, суд учитывает, что экспортная декларация в настоящем случае не была предоставлена заявителем таможенному органу.

Вместе с тем, заявитель представил таможенному органу пояснения причин не предоставления, а также письмо иностранного поставщика б/н от 20.01.2022, согласно которому поставщик не может предоставить экспортную декларацию вследствие продленных условий положения об экспортных декларациях, выпущенного таможенными властями исламской республики Иран.

Также суд учитывает, что Обществом по запросу таможенного органа представлена карточка счета 41 бухгалтерского учета в разрезе аналитического учета по данной партии товара, содержащая исчерпывающую информацию о формировании себестоимости товара.

Общество сообщает, согласно декларации по налогу на прибыль за 2 кв. 2022 г., деятельность Общества является прибыльной. Таможенный орган не отрицает, что товар реализован с торговым наложением 9,11 руб./кг, что, по имеющейся у Общества информации, является обычным уровнем торговой наценки для крупнооптового звена.

Согласно п.4 ст. 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в следующих случаях: документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 настоящей статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения; таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с п. 4 ст. 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений (п.5 ст. 325 ТК ЕАЭС). Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условии сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств.

Если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока проверки, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения (п. 15 ст. 325 ТК ЕАЭС).

Согласно п. 17 ст. 325 ТК ЕАЭС, при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений таможенного законодательства, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со ст. 112 ТК ЕАЭС.

В соответствии со ст. 15 ТК ЕАЭС, основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 ТК ЕАЭС. В случае невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними таможенная стоимость товаров определяется в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС, применяемыми последовательно. При невозможности определения таможенной стоимости ввозимых товаров в соответствии со статьями 41 и 42 ТК ЕАЭС в качестве основы для определения таможенной стоимости товаров может использоваться либо цена, по которой оцениваемые, идентичные или однородные товары были проданы на таможенной территории Союза, в соответствии со статьей 43 ТК ЕАЭС, либо расчетная стоимость товаров в соответствии со статьей 44 ТК ЕАЭС. Декларант имеет право выбрать очередность применения указанных статей при определении таможенной стоимости ввозимых товаров. В случае если для определения таможенной стоимости ввозимых товаров невозможно применить статьи 39, 41 - 44 ТК ЕАЭС, определение таможенной стоимости товаров осуществляется в соответствии со статьей 45 ТК ЕАЭС.

Невозможность применения каждого из методов, предшествующих резервному методу 6 (ст. 45 ТК ЕАЭС), должна быть аргументирована таможенным органом и подтверждена достоверными и убедительными доказательствами.

Между тем, невозможность применения метода 1 по стоимости сделки с ввозимыми товарами (ст. 39, 40 ТК ЕАЭС), должным образом таможенным органом не обоснована.

Документы, представленные Обществом при таможенном декларировании и по запросам таможенного органа исчерпывающим образом подтверждают факт заключения сделки и выражают ее содержание, содержат ценовую информацию, относящуюся к количественно определенным характеристикам товара и информацию об условиях поставки и оплаты, какие-либо несоответствия сведений, влияющих на таможенную стоимость товаров в документах, представленных Обществом, отсутствуют.

Согласно разъяснениям в п. 9 того же Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 N 49 "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза" при оценке выполнения декларантом требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса следует принимать во внимание, что таможенная стоимость, определяемая исходя из установленной договором цены товаров, не может считаться количественно определяемой и документально подтвержденной, если декларант не представил доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар, в любой не противоречащей закону форме, или содержащаяся в представленных им документах ценовая информация не соотносится с количественными характеристиками товара, или отсутствует информация об условиях поставки и оплаты товара. В то же время выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 Таможенного кодекса.

Обществом представлены достаточные доказательства совершения сделки, на основании которой приобретен товар. Все коммерческие документы имелись в распоряжении таможни в ходе таможенного контроля таможенной стоимости партии товаров по спорным ДТ, подтверждали цену сделки, содержали сведения о наименовании, количестве и фиксированной цене товара, согласованных между сторонами внешнеэкономической сделки. Указанная Заявителем в графе 22 стоимость товаров совпадает с ценой, указанной в коммерческих документах, и, как следствие, с ценой, подлежащей уплате продавцу, согласно формулировке п. 1 ст. 39 ТК ЕАЭС.

Таким образом, из материалов проверки следует, что у таможенного органа отсутствовали реальные, документально подтвержденные основания, для определения таможенной стоимости иным нежели метод 1 способом.

Кроме того, при определении таможенной стоимости таможенным органом нарушен порядок применения резервного метода 6 (ст. 45 ТК ЕАЭС), поскольку в качестве источника информации об индексе таможенной стоимости однородных товаров таможенным органом принята ДТ №10012020/311221/3024073, выпущенная в регионе деятельности иного таможенного органа - Калининградского таможенного поста (центра электронного декларирования), что предполагает включение в цену товара более высоких транспортно-экспедиционных издержек на доставку товара из Ирана в Калининград. Кроме того, таможенным органом не раскрыты характеристики задекларированного по данной ДТ товара, не доказана его однородность с задекларированным товаром, и соблюдение всех иных условий применения резервного метода 6.

Исходя из анализа представленных в материалы дела документов, суд приходит к выводу, что заявителем в таможенный орган были представлены документы, предусмотренные перечнем документов и сведений, необходимых для таможенного оформления товаров в соответствии с выбранным таможенным режимом.

Центральной электронной таможней не представлены доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, содержащиеся в представленных обществом при таможенном оформлении документах, являются недостоверными и недостаточными для применения метода определения таможенной стоимости по стоимости сделки.

В материалах дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о том, что сведения, заявленные в спорной ДТ, основаны на недостоверной и документально неподтвержденной информации, и таможня не доказала наличие обстоятельств, препятствующих применению обществом первого метода определения таможенной стоимости, в то время как декларант надлежаще оформленными документами подтвердил правильность определения им таможенной стоимости товара по спорной декларации по первоначально заявленному методу.

То обстоятельство, что определенная заявителем таможенная стоимость товаров оказалась ниже ценовой информации таможенного органа, само по себе не влечет корректировку таможенной стоимости, поскольку различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Согласно Постановлению Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 19.04.2005 N 13643/04 различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий с целью выяснения этих обстоятельств, в том числе истребования у декларанта соответствующих документов и объяснений.

Обязанность по доказыванию наличия оснований, исключающих применение первого метода определения таможенной стоимости товара, а также невозможности применения иных методов в соответствии с установленной законом последовательностью лежит на таможенном органе (часть 1 статьи 65, часть 5 статьи 200 АПК РФ, пункт 6 постановления Пленума ВС РФ N 18).

Доказательств несоблюдения обществом установленного пунктом 4 статьи 65 ТК ТС условия о документальном подтверждении, количественной определенности и достоверности стоимости сделки с ввозимыми товарами таможенный орган не представил.

Также суд отмечает, что оспариваемое решение нарушает права заявителя, так как в соответствии с указанным решением Обществу начислены дополнительные таможенные платежи, специальные, антидемпинговые, компенсационные пошлины, проценты и пени за счет денежного залога.

Таким образом, суд признает требование о признании незаконным решения от 03.04.2023г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10131010/170622/3290373 подлежащим удовлетворению.

В соответствии с ч. 2 ст. 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие) органов, осуществляющих публичные полномочия, должностных лиц не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными.

В силу ст. 110 АПК РФ судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Таким образом, расходы по уплате государственной пошлины подлежат взысканию с Центральной электронной таможни в пользу ООО «Фрутимпэкс».

Руководствуясь ст. ст. 29, 65, 71, 75, 110, 115, 167- 170, 176, 198-201 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

Проверив на соответствие таможенному законодательству, отказать в удовлетворении заявления ООО «Фрутимпэкс» о признании незаконным решения Центральной электронной таможни от 21.09.2022г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10131010/170622/3290373.

Признать незаконным решение Центральной электронной таможни от 03.04.2023г. о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10131010/170622/3290373.

Обязать Центральную электронную таможню в течение месяца со дня вступления решения суда в законную силу устранить допущенные нарушения прав заявителя путем возврата излишне уплаченных таможенных платежей, взысканных за счет денежного залога по ДТ № 10131010/170622/3290373 в размере 669167 рублей 19 копеек.

Взыскать с Центральной электронной таможни в пользу ООО «Фрутимпэкс» расходы по уплате госпошлины в размере 3000 рублей 00 копеек.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.


СУДЬЯ: А.Б. Полякова