Постановление от 30 октября 2023 г. по делу № А40-252030/2022

ПОСТАНОВЛЕНИЕ


г. Москва

30.10.2023

Дело № А40-252030/2022


Резолютивная часть постановления объявлена 26.10.2023

Полный текст постановления изготовлен 30.10.2023

Арбитражный суд Московского округа

в составе: председательствующего-судьи Цыбиной А.В.,

судей Кочергиной Е.В., Петровой В.В.,

при участии в заседании:

от истца: общества с ограниченной ответственностью «Каркаде» - ФИО1 по дов. от 01.12.2022,

от ответчика: общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Тяжмаш» - неявка, извещено,

рассмотрев 26 октября 2023 года

в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение Тяжмаш»

на решение Арбитражного суда города Москвы

от 10 апреля 2023 года

и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда

от 20 июля 2023 года

по иску общества с ограниченной ответственностью «Каркаде»

к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Тяжмаш»

о взыскании,

УСТАНОВИЛ:

общество с ограниченной ответственностью «Каркаде» (далее – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Научно-производственное объединение «Тяжмаш» (далее – ответчик) о взыскании 6 359 872, 98 рублей задолженности, неустойки по договору лизинга от 28.12.2021 № 40513/2021, начисленной на сумму задолженности 3 036 581,34 рублей, за период с 05.11.2022 по дату фактической оплаты, исходя из 4 554,87 рублей в день, неустойки по договору лизинга от 13.01.2022 № 314/2022, начисленной на сумму задолженности 3323291,64 рублей, за период с 05.11.2022 по дату фактической оплаты, исходя из 4 984, 93 рублей в день.

Решением Арбитражного суда города Москвы от 10.04.2023, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 20.07.2023, исковые требования удовлетворены частично: с ответчика в пользу истца взыскано 6 359 872,98 рублей задолженности, неустойка по договору лизинга от 28.12.2021 № 40513/2021, начисленная на сумму задолженности 3036581,34 рублей, за период с 05.11.2022 по дату фактической оплаты, исходя из 4 554,87 рублей в день, неустойка по договору лизинга от 13.01.2022 № 314/2022, начисленная на сумму задолженности 3 323 291,64 рублей, за период с 05.11.2022 по дату фактической оплаты, исходя из 4 984,93 рублей в день. В удовлетворении остальной части исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми по делу судебными актами, ответчик обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой просил названные решение и постановление отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новый судебный акт, указывая на неверное определение существенных обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения дела, неправильные выводы судов.

Истец представил отзыв на кассационную жалобу, в котором против ее удовлетворения возражал, считает принятые решение и постановление законными и обоснованными.

В судебном заседании суда кассационной инстанции представитель истца возражала против удовлетворения жалобы.

Ответчик в судебное заседание не явился, считается извещенным в соответствии со статьями 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о времени и месте судебного разбирательства; дело в соответствии с частью 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассматривается в его отсутствие.

Обсудив доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, заслушав объяснения представителя истца, проверив в порядке статей 284, 286, 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов, содержащихся в обжалуемых судебных актах, установленным по делу фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела, в соответствии с заключенными договорами лизинга истец (лизингодатель) приобрел по договорам купли-продажи от 28.12.2021 № 40513/2021, от 13.01.2022 № 314/2022, и передал ответчику (лизингополучатель) в лизинг в комплектации согласно спецификациям к договорам купли-продажи и договорам лизинга следующее имущество:

- SHANTUI SD16 Бульдозер, 2021 года выпуска, цвет: серо-желтый, VTN: I6AAEM1049663 (договор лизинга от 28.12.2021 № 40513/2021);

- SHANTUI SD16 Бульдозер, 2021 года выпуска, цвет: серо-желтый, VTN:С6ААСМ1049776 (договор лизинга от 13.01.2022 № 314/2022).

Предметы лизинга были приняты лизингополучателем, что подтверждается соответствующими актами приема-передачи и не оспаривается ответчиком.

Согласно п. 4.1 договоров лизинга, договор состоит из самого договора лизинга, приложений, дополнительных соглашений к нему и Общих условий договора лизинга, которые являются неотъемлемой частью договора лизинга. Получение лизингополучателем Общих условий договора его согласие с содержанием и условиями сделки закреплено в п. 4.2 договоров лизинга.

26.05.2022 истец, руководствуясь пунктом 1 статьи 450.1 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 2 статьи 13 Федерального закона от 29.10.1998 № 164-ФЗ «О финансовой аренде (лизинге)» (далее – Закон о лизинге), Общими условиями договора лизинга, направил в адрес ответчика уведомление о расторжении договоров лизинга.

27.06.2022 сторонами заключены соглашения о расторжении договоров лизинга, по условиям п. 2.1 которых к отношениям сторон в связи с расторжением договора лизинга подлежат применению положения раздела 5 Общих условий договора.

Предметы лизинга возвращены 27.06.2022.

Предметы лизинга были реализованы по договорам купли-продажи от 10.10.2022 № 40513/2021_I-2 и от 06.10.2022 № 314/2022_I-2, согласно которым стоимость предметов лизинга составила 7 860 000 рублей и 7 960 000 рублей соответственно.

В п. 5.9 Общих условий договоров лизинга указаны последствия расторжения договоров лизинга и порядок определения взаимных предоставлений по ним (расчет сальдо встречных обязательств).

Как указывал истец, сальдо встречных обязательств сторон по договору лизинга, рассчитанное по правилам, предусмотренным п. 5.9 Общих условий договора лизинга, сложилось в пользу истца и составило 3 036 581,34 рублей по договору № 40513/2021 и 3 323 291,64 рублей по договору № 314/2022.

Согласно п. 5.8 Общих условий договора лизинга, в случае расторжения и (или) иного досрочного прекращения договора лизинга лизингополучатель обязуется в безусловном порядке возместить расходы лизингодателя, возникшие у последнего при ведении дела о расторжении договора лизинга.

Сумма расходов по договору № 40513/2021 составила: 9 114 360,75 рублей (сумма расходов, связанных с приобретением предмета лизинга) * 1%*1,2 = 109372,33 рублей; по договору № 314/2022 - 9 409 999,50 рублей (сумма расходов, связанных с приобретением предмета лизинга) * 1%*1,2 = 112919,99 рублей.

Поскольку сумма расходов составляет менее/более 100 000 рублей, то в силу п. 5.8 Общих условий договора лизинга подлежит возмещению в полном объеме, т.е. в размере 100 000 рублей.

Из п. 5.11 Общих условий договора лизинга следует, что в случае, если сальдо взаимных оставлений, определенное в порядке, предусмотренном п. 5.9 Общих условий, складывается в пользу лизингодателя (составляет положительную величину), то лизингодатель вправе требовать с лизингополучателя оплаты неустойки, начисленной в размере 0,45 % от размера сальдо взаимных представлений, за каждый день просрочки возврата указанных сумм, с момента истечения 10 календарных дней с даты направления соответствующей претензии и до момента ее фактического исполнения.

Стороны договорились, что настоящий пункт Общих условий договора лизинга действителен и действует до фактического исполнения указанного в нем обязательства лизингополучателем вне зависимости от расторжения/ прекращения договора лизинга.

Истцом заявлено о взыскании неустойки с 05.11.2022 на сумму сальдо взаимных представлений по дату фактической оплаты сальдо взаимных представлений, исходя из 13 664,62 рублей в день по договору № 40513/2021 и 14 954,81 рублей по договору № 314/2022.

Поскольку претензия истца с требованием об оплате оставлена ответчиком без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим иском.

Разрешая спор по существу, суды первой и апелляционной инстанций, исследовав и оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные доказательства, руководствуясь положениями статей 8, 10, 314, 329, 330, 421, 425 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 2, 13 Закона о лизинге, разъяснениями пункта 77 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств», правовыми позициями, изложенными в пунктах 14, 25, 26 Обзора судебной практики по спорам, связанным с договором финансовой аренды (лизинга), утв. Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 27.10.2021 (далее – Обзор по лизингу), Постановлений Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах» (пункт 10, далее – Постановление Пленума № 16), от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» (пункты 3, 3.1, 5, далее – Постановление Пленума № 17), правовой позицией Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам от 04.08.2015 № 310-ЭС15-4563, исходили из того, что в п. 5.9 Общих условий договора лизинга сторонами согласован особый порядок определения сальдо встречных предоставлений, отличающийся от общего подхода к сальдированию обязательств, закрепленного в Постановлении Пленума № 17; установив, что финансовый результат сделки по договорам лизинга составляет убыток для лизингодателя, удовлетворили заявленные требования, взыскав с ответчика в пользу истца задолженность полностью и неустойку частично с применением статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Между тем судами не учтено следующее.

Принцип свободы договора, закрепленный в статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации, не является безграничным. Сочетаясь с принципом добросовестного поведения участников гражданских правоотношений, он не исключает оценку разумности и справедливости условий договора.

Участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно при установлении гражданских прав, в том числе при заключении договора и определении его условий, и не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, что являлось бы превышением пределов осуществления гражданских прав (злоупотребления правом). В случае несоблюдения данного запрета суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункты 3 - 4 статьи 1, пункты 1 - 2 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В частности, если условия договора определены одной из сторон в формулярах или иных стандартных формах и могли быть приняты другой стороной не иначе как путем присоединения к предложенному договору в целом, то применительно к пунктам 1 - 2 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации договор не должен содержать условий, лишающих эту сторону прав, обычно предоставляемых по договорам такого вида, исключать или ограничивать ответственность другой стороны за нарушение обязательств либо содержать другие явно обременительные для присоединившейся стороны условия, которые она исходя из своих разумно понимаемых интересов не приняла бы при наличии у нее возможности участвовать в определении условий договора.

Как указано в пункте 7 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», если совершение сделки нарушает запрет, установленный пунктом 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, в зависимости от обстоятельств дела такая сделка может быть признана судом недействительной.

Сторона договора в случае существенного нарушения баланса интересов сторон также вправе на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации заявить о недопустимости применения договорных условий, являющихся явно обременительными (несправедливые договорные условия), если эта сторона была поставлена в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора, проект которого был предложен другой стороной, то есть оказалась слабой стороной договора (пункт 9 Постановления Пленума № 16).

Из приведенных положений гражданского законодательства и разъяснений Постановлений Пленума вытекает, что пределы свободы договора определяются, в том числе необходимостью поддержания добрых нравов в гражданском обороте, включая взаимоотношения участников хозяйственного (экономического) оборота.

В ситуации, когда сторона договора не имеет возможности активно и беспрепятственно участвовать в согласовании условий договора на стадии его заключения (к заключению предложена стандартная форма договора; проект договора разработан лицом, профессионально осуществляющим деятельность в соответствующей сфере, требующей специальных познаний; договор заключается с лицом, занимающим доминирующее положение на рынке или имеет место иная экономическая зависимость стороны и т.п.), суд не вправе отклонить возражения такой стороны относительно применения спорного условия договора только по той причине, что при заключении договора в отношении этого условия не были высказаны возражения.

Даже при формальном наличии права заявить возражение о включении спорного условия в договор в момент его заключения, слабая сторона зачастую не имеет финансовых и организационных возможностей оценить обременительность договорных условий на случай наступления тех или иных обстоятельств при исполнении договора, а издержки, связанные с потерей времени и финансовых ресурсов, которые должна понести эта сторона для урегулирования разногласий окажутся несоразмерными предпринятым усилиям. Использование названных обстоятельств стороной, находящейся в более сильной переговорной позиции, не соответствует принципу добросовестности.

С учетом изложенного, если спорное условие договора грубо нарушает баланс интересов сторон и его применение приводит к возникновению неблагоприятных последствий для слабой стороны договора, а сторона, в интересах которой установлено спорное условие договора не обосновала его разумность, суд в соответствии с пунктом 4 статьи 1, пунктом 2 статьи 10 Гражданского кодекса в целях защиты прав слабой стороны разрешает спор без учета данного договорного условия, применяя соответствующие нормы законодательства (определения Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.10.2023 № 305-ЭС23-12470, от 29.06.2023 № 307-ЭС23-5453, от 19.05.2022 № 305-ЭС21-28851, от 27.12.2021 № 305-ЭС21-17954 и др.).

Аналогичная правовая позиция выражена в пункте 28 Обзора по лизингу, но не учтена судами.

Как следует из материалов дела, Общие условия договора лизинга представляют собой стандартную форму договора, разработанную истцом как лицом, профессионально осуществляющим деятельность в сфере лизинга, и применяемую ко всем контрагентам.

В таком случае предполагается (пункт 1 статьи 428 Гражданского кодекса Российской Федерации), что ответчик имел возможность лишь присоединиться к условиям договора в целом. Возможность влияния на формирование условий договора для лизингополучателя, являющегося в рассматриваемых отношениях экономически слабой стороной, была ограничена.

Иное может быть доказано лизинговой компанией, которая вправе представить доказательства, раскрывающие порядок заключения договора с конкретным контрагентом, например, преддоговорную переписку, протоколы в действительности прошедших между сторонами переговоров по условиям договора и т.п. Однако со стороны истца такие доказательства в материалы дела представлены не были.

По мнению ответчика, произведенный истцом по правилам Общих условий договора лизинга расчет сальдо встречных обязательств, влечет получение лизингодателем того, что ему не причиталось бы при надлежащем исполнении договоров лизинга, поскольку предусматривает существенно менее выгодный для него вариант определения завершающей обязанности по договорам в сравнении с общим подходом, отраженным в Постановлении Пленума № 17, и позволяющим исключить неосновательное обогащение одной из сторон договора за счет другой стороны.

Из судебных актов по делу следует, что при определении взаимного предоставления сторон (сальдо взаимных предоставлений) суды, сославшись на принцип свободы договора, руководствовались положениями п. 5.9 Общих условий договора лизинга.

Согласно п. 5.9 Общих условий договора лизинга, в случае досрочного расторжения договора лизинга по основаниям, предусмотренным Общими условиями договора лизинга, и возврата лизингополучателем лизингодателю предмета лизинга (изъятия предмета лизинга) стороны определяют взаимное предоставление сторон (сальдо взаимных представлений) по следующей формуле (все показатели формулы рассчитываются с НДС (если применим): Сальдо = СПД + С + У-Ц.

Где:

Сальдо - результат расчета взаимных обязательств сторон по договору(ам) лизинга, завершенных до момента его(их) расторжения, рассчитываемый по формуле, закрепленной в настоящем пункте Общих условий договора лизинга;

СПД - сумма прекращения договора, которая равна стоимости досрочного исполнения договора в соответствии с графиком платежей на дату лизингового платежа, следующего после расторжения договора лизинга; если договор лизинга расторгнут в период, когда его досрочное исполнение не допускается (соответствующая отметка стоит в графике платежей), то сумма прекращения договора лизинга определяется как наиболее ранняя из указанных в графике стоимость досрочного исполнения в совокупности с суммой платежей, подлежащих начислению с даты расторжения договора лизинга по дату платежа, начиная с которого возможно досрочное исполнение;

С - санкции, которые складываются из общей суммы непогашенной задолженности лизингополучателя на дату расторжения договора лизинга, включая задолженность по лизинговым платежам, пени за просрочку уплаты лизинговых платежей в соответствии с п. 2.3.4 настоящих Общих условий договора лизинга, убытки лизингодателя в связи с неисполнением и (или) несвоевременным исполнением лизингополучателем обязанности по оплате страхования предмета лизинга в соответствии с п. 4.4 настоящих Общих условий договора лизинга, начисленные штрафы, задолженность по оплате комиссии, проценты за пользование чужими денежными средствами за период с даты расторжения договора лизинга по дату реализации предмета лизинга, но не более чем до истечения шести месяцев с даты расторжения договора лизинга или с даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло позднее), а также расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга в размере, установленном в п. 5.8 Общих условий договора лизинга;

У - убытки лизингодателя, в том числе реальный ущерб лизингодателя, включающий сумму расходов лизингодателя с даты расторжения договора лизинга или даты изъятия предмета лизинга (в зависимости от того, какое из указанных событий произошло раньше), такие как затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт, реализацию предмета лизинга и другие;

Ц - стоимость возвращенного предмета лизинга. определяется как цена реализации предмета лизинга третьим лицам (если предмет лизинга реализован) или на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (если предмет лизинга не реализован), при этом: срок реализации предмета лизинга не должен превышать 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее; при этом лизингодатель вправе по своему выбору рассчитывать сальдо как на основании цены реализации возвращенного предмета лизинга, так и на основании отчета выбранного лизингодателем оценщика (в том числе ранее истечения 180 дней с даты возврата/изъятия предмета лизинга или даты расторжения договора лизинга, в зависимости от того, какая дата наступит позднее).

Из расчетов, произведенных истцом по формуле, закрепленной в п. 5.9 Общих условий, и принятых судами, следует, что по договорам от 28.12.2021 № 40513/2021, от 13.01.2022 № 314/2022 сальдо встречных обязательств сложилось в пользу истца и составило 6 359 872, 98 рублей.

Однако в состав лизинговых платежей (пункт 1 статьи 28 Закона о лизинге) входит возврат финансирования и выплата причитающегося лизингодателю дохода. Посредством уплаты лизинговых платежей лизингополучатель возвращает лизингодателю предоставленное финансирование (возмещает закупочную стоимость предмета лизинга и иные связанные с его приобретением расходы) и вносит плату за финансирование (проценты), даже если в конкретном договоре названные составляющие лизинговых платежей не выделены отдельно.

Истец, опираясь на пункт 5.9 Общих условий, по сути потребовал от лизингополучателя внесения одного и того же предоставления дважды: возврата финансирования (Ф) и внесения платы за пользование финансированием (ПФ), начисленных до дня возврата финансирования (с даты начала договора лизинга до даты реализации предмета лизинга), а также задолженности по лизинговым платежам (Пр), в объем которой уже частично вошел как возврат финансирования, так и плата за пользованием им за соответствующие периоды.

Лизингодатель является профессиональным участником гражданского оборота, непрерывно распоряжается денежными средствами и предоставляет их на возмездной основе иным лицам. Следовательно, продолжая взыскивать с лизингополучателя возврат финансирования и плату за финансирование (включая в расчет сальдо задолженность по лизинговым платежам), истец получает возможность извлечь двойную выгоду: получить доход от размещения одних и тех же средств как за счет лизингополучателя по расторгнутому договору, так и за счет контрагентов по новым договорам лизинга.

Принимая во внимание изложенное, предусмотренный п. 5.9 Общих условий договора лизинга принцип определения завершающей договорной обязанности (в части включения в параметр «Пр» задолженности по лизинговым платежам) имеет характер несправедливого договорного условия, создающего искусственные основания для занижения величины встречного предоставления лизингополучателя, в связи с чем заслуживает внимания довод ответчика о получении истцом чрезмерных выгод в результате применения данного принципа.

Кроме того, без оценки судов остались положения п. 5.8 Общих условий договора лизинга, устанавливающих на случай расторжения и (или) иного досрочного прекращения договора лизинга обязательство лизингополучателя возместить расходы лизингодателя, возникшие у последнего при ведении дела о расторжении договора лизинга, в то время, как в расчет сальдо истцом включена сумма в размере 100 000 рублей, составляющая расходы на ведение дела вследствие расторжения договора лизинга.

Дополнительно кассационная коллегия отмечает, что, исходя из разных переговорных возможностей лизингодателя и лизингополучателя, принцип свободы договора не должен ущемлять права слабой стороны, необходимость проверки доводов лизингополучателей относительно несправедливых договорных условий следует из правовых позиций, изложенных в Обзоре по лизингу, а содержание рассматриваемых Общих условий договора лизинга ранее подвергалось судебной оценке, в том числе в определении Верховного Суда Российской Федерации от 18.10.2023 № 305-ЭС23-8962.

При изложенных обстоятельствах суд кассационной инстанции считает, что судебные акты не являются законными и обоснованными, в связи с чем в соответствии с частями 1 - 3 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации указанные судебные акты подлежат отмене.

Поскольку для принятия обоснованного и законного судебного акта требуются процессуальные действия, установленные для рассмотрения дела в суде первой инстанции, что невозможно в суде кассационной инстанции в силу его полномочий, дело в соответствии с пунктом 3 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежит передаче на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.

При новом рассмотрении дела суду необходимо учесть вышеизложенное, дать оценку допустимости применения положений Общих условий договора лизинга при определении сальдо встречных предоставлений с учетом предписаний пунктов 3-4 статьи 1, пунктов 1-2 статьи 10, пунктов 1-2 статьи 428, пункта 1 статьи 422 Гражданского кодекса Российской Федерации; предложить сторонам представить отвечающий требованиям действующего законодательства с учетом разъяснений Постановления Пленума № 17 и правовых позиций, изложенных в Обзоре по лизингу, расчет сальдо взаимных предоставлений; учесть доводы сторон, после чего принять законный и обоснованный судебный акт.

Руководствуясь статьями 176, 284-289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда города Москвы от 10 апреля 2023 года и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 20 июля 2023 года по делу № А40-252030/2022 отменить.

Дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд города Москвы.


Председательствующий-судья А.В. Цыбина

Судьи: Е.В. Кочергина

В.В. Петрова