Постановление от 24 сентября 2018 г. по делу № А47-12811/2016

/


АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-5747/18

Екатеринбург

24 сентября 2018 г.


Дело № А47-12811/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 20 сентября 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 24 сентября 2018 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Соловцова С.Н.,

судей Шавейниковой О.Э., Рогожиной О.В.,

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром Добыча Оренбург» на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.01.2018 по делу № А47-12811/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2018 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Газпром Добыча Оренбург» – Андреев К.И. (доверенность от 02.11.2017 № 532, паспорт);

общества с ограниченной ответственностью «УНГП Менеджмент» – Сазонов В.В. (доверенность от 29.12.2017, паспорт), Лагвилава Р.П. (доверенность от 29.12.2017 № 664, паспорт), Лисицына А.В. (доверенность от 29.12.2017, паспорт);

акционерного общества «УНГП» – Сучков А.В. (доверенность от 28.12.2017 № 676, паспорт).

В судебном заседании в течение дня объявлялся перерыв до 15 часов 40 минут. После перерыва судебное заседание продолжено в прежнем составе суда и с участием тех же представителей сторон.

Общество с ограниченной ответственностью «Газпром добыча Оренбург» (далее – общество «Газпром добыча Оренбург», заявитель) в интересах акционерного общества «Уралнефтегазпром» (далее – общество «УНГП», общество) обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью «УНГП Менеджмент» (далее – общество «УНГП Менеджмент», ответчик) о признании договора о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества «УНГП» от 22.12.2015 недействительным с учетом дополнительных соглашений к нему.

Определением суда от 29.05.2017 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено публичное акционерное общество «Петрарко» (далее – общество «Петрарко», третье лицо).

Решением арбитражного суда от 09.01.2018 (резолютивная часть от 25.12.2017) (судья Калитанова Т.В.) в удовлетворении иска отказано.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2018 (судьи Хоронеко М.Н., Ершова С.Д., Румянцев А.А.) решение суда первой инстанции оставлено без изменения.

Общество «Газпром добыча Оренбург» обратилось с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на нарушение судами норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела, просит указанные решение и постановление отменить и, не передавая дело на новое рассмотрение, принять по делу новый судебный акт об удовлетворении искового заявления.

Заявитель считает, что заключенный между юридическими лицами договор возмездного оказания услуг, содержащий в себе условие о том, что обязанности исполнителя выполняет сотрудник заказчика, является ничтожным по смыслу статей 10, 168 и 170 Гражданского кодекса Российской Федерации. При рассмотрении дела заявитель указывал не просто на значительное совпадение полномочий и функционала директора общества «УНГП» и ответчика, а на то, что условиями спорного договора, в частности его пунктом 2.1.1., исполнение обязательств ответчика возложено не на ответчика, а на директора общества «УНГП». За 2015 год общество «УНГП» оплатило выполненную работу на сумму 136 290 000 руб., то есть по максимально возможной согласно условиям договора ставке. Заявитель указывает, что фактически одна и та же работа оплачивалась обществом дважды: сначала как работа, выполненная директором общества в рамках своих трудовых обязанностей, а затем как работа ответчика, выполненная по спорному договору.

Заявитель в кассационной жалобе, ссылаясь на положения статей 779, 780, 1, 10, 168, часть 2 статьи 170 Гражданского кодекса Российской Федерации, указывает на невозможность толкования права сторон договора привлекать соисполнителя в том смысле, что таковым оказывается сам заказчик, в то время как в данном деле общество и ответчик осознанно рассчитывали на это, в связи с чем не могут быть признаны действовавшими добросовестно при заключении договора, а спорный договор должен быть признан ничтожным как притворная сделка, прикрывающая дарение. Кроме того, в своем отзыве ответчик признал тот факт, что предъявлял обществу к оплате работу, в действительности выполненную сотрудниками общества.

Податель кассационной жалобы обращает также внимание на нарушение процессуальных норм права, что, по его мнению, выразилось в неправомерном возложении на истца бремени доказывания отрицательного факта и отсутствии оценки доказательствам «не рыночности» спорного договора. Не опровергнув довод истца о том, что ответчик не представил достаточных доказательств оказания им услуг обществу, суды фактически предложили истцу самому доказать, что директор Агамалов Г.Б. и другие должностные лица общества при реализации своих полномочий и подготовке документов действовали исключительно своей волей без указания и контроля со стороны управляющей организации. То есть суды возложили на истца бремя доказывания «отрицательного факта», что противоречит статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и принципам справедливого судебного разбирательства, закрепленным в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.07.2017 по делу № А40-11314/2015).

Помимо указанного заявитель полагает, что судами неправомерно отклонен довод о нерыночной стоимости услуг ответчика, поскольку при одинаковом функционале ответчика и Агамалова Г.Б. (как прежнего генерального директора общества) стоимость услуг последнего для общества была в 13,5 раз ниже, что очевидно свидетельствует о нерыночной стоимости услуг, а значит и о убыточности спорного договора. В случае же если в обоснование значительно более высокой стоимости своих услуг ответчик ссылается на значительно более высокое их качество, то именно на ответчике лежала обязанность доказать данное обстоятельство.

В представленном отзыве общество «УНГП Менеджмент», ссылаясь на необоснованность доводов заявителя, просит оставить судебные акты без изменения, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судами, общество «УНГП» (до переименования – закрытое акционерное общество «Уралнефтегазпром») зарегистрировано в едином государственном реестре юридических лиц за основным государственным регистрационным номером 1025601018431.

Общество «Газпром добыча Оренбург» является акционером общества «УНГП», владеющим 37,73% акций. Вторым акционером общества «УНГП», владеющим 62,27% акций, является общество «Петрарко».

Собранием членов совета директоров общества «УНГП» большинством голосов принято решение, оформленное протоколом от 07.11.2014 № 60, о рекомендации общему собранию акционеров общества передать полномочия единоличного исполнительного органа управляющей организации – обществу «УНГП Менеджмент» (пункт 1.1 повестки дня), а также одобрены условия договора с обществом «УНГП Менеджмент» о передаче полномочий единоличного исполнительного органа сроком с 01.01.2016 по 31.12.2016 и общей стоимостью 101 480 000 рублей (приложение № 1 к протоколу) (пункт 1.2 повестки дня).

Внеочередным общим собранием акционеров общества «УНГП», оформленным протоколом от 22.12.2015 № 60, принято решение о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества управляющей организации – обществу «УНГП Менеджмент» (пункт 1.1 повестки дня), наделении председателя собрания акционеров полномочиями по заключению договора с обществом «УНГП Менеджмент» о передаче полномочий единоличного исполнительного органа сроком с 01.01.2016 по 31.12.2016 и общей стоимостью услуг – 101 480 000 руб. (пункт 1.2 повестки дня).

Между обществом «УНГП» и обществом «УНГП Менеджмент» подписан договор от 22.12.2015 о передаче полномочий единоличного исполнительного органа общества «УНГП» (далее - договор от 22.12.2015), согласно которому управляющая организация обязалась оказывать услуги по осуществлению полномочий единоличного исполнительного органа общества в пределах, предусмотренных Федеральным законом, Уставом общества в порядке и на условиях, установленных договором с учетом дополнительного соглашения от 05.09.2016 № 1. Управляющая организация обязалась самостоятельно решать все вопросы, связанные с текущей деятельностью общества, отнесенные к ее компетенции действующим законодательством, Уставом общества и договором от 22.12.2015. Стороны гарантировали соблюдение прав и законных интересов друг друга. Управляющая организация обязалась обеспечивать соблюдение разграничения компетенции управляющей организации и других органов управления общества в соответствии с действующим законодательством, Уставом общества и договором (пункт 1.2). Общество является стороной всех сделок, заключенных управляющей организацией на основании договора от 22.12.2015. Общество самостоятельно отвечает по сделкам всем своим имуществом (пункт 1.3). В соответствии с пунктом 4.1 договора от 22.12.2015 за выполнение обязанностей по настоящему договору Общество выплачивает управляющей организации вознаграждение на основании выставленных управляющей организацией счетов. Сумма выплаченного вознаграждения не может превышать сумму в размере 101 480 000 руб., в том числе НДС 15 480 000 руб. (пункт 4.3. договора). Стоимость вознаграждения управляющей организации может быть пересмотрена по соглашению сторон (пункт 4.2). Ежеквартально, не позднее 10 числа месяца, следующего за отчетным кварталом, стороны производят сверку исполнения обязательств и взаиморасчетов, результат которой оформляется актом сверки взаиморасчетов, подписанным обеими сторонами по договору (пункт 4.6). Акт сдачи-приемки оказанных услуг составляется на основании отчета управляющей организации и расчета стоимости оказанных услуг. Указанные документы направляются управляющей организацией в адрес общества не позднее 6-го числа месяца, следующего за кварталом оказания услуг. Представленные акты, отчет и расчет стоимости управляющей организации должны быть рассмотрены обществом в течение 2 (двух) рабочих дней с момента их получения. Если в указанный срок акт сдачи-приемки обществом не подписан и не представлены мотивированные возражения, услуги считаются принятыми. На основании подписанного двумя сторонами акта сдачи-приемки оказанных услуг управляющая организация выставляет счет-фактуру в соответствии с законодательством РФ (пункт 4.7). В случае наличия возражений по результатам оказанных услуг общество направляет их управляющей организации в письменном виде с указанием сроков устранения. Акт приемки-передачи оказанных услуг в этом случае подписывается после устранения замечаний общества (пункт 4.8). Договор вступает в силу с «1» января 2016 года и действует по «31» декабря 2016 года (пункт 6.1). Приложениями к договору от 22.12.2015 являются: форма акта сдачи-приемки оказанных услуг (приложение № 1), форма отчета управляющей организации (приложение № 2), перечень отчетности (приложение № 3).

Услуги управления, оказанные по договору от 22.12.2015 в течение 2016 года, принимались обществом ежеквартально по актам сдачи-приемки оказанных услуг. Общая стоимость оказанных услуг составила 101 480 000 руб., оплата услуг произведена в полном объеме.

На основании соответствующих решений общего собрания акционеров общества «Уралнефтегазпром» аналогичные договоры управления заключались: на период с 09.10.2012 по 31.12.2012 – договор от 09.10.2012, на 2013 год – договор от 10.12.2012, на 2014 год – договор от 27.12.2013.

По итогам 2014/2015 годов выручка составила 1 573 миллиона рублей/ 1575 миллионов рублей, чистая прибыль – 121 миллион рублей/443 миллиона рублей, чистые активы на конец отчетного периода 1 379 миллиона рублей/1 821 миллиона рублей соответственно.

Полагая, что договор от 22.12.2015 является недействительной сделкой в силу пункта 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, общество «Газпром добыча Оренбург», действуя в интересах общества «УНГП», обратилось в арбитражный суд с соответствующим иском.

Суд первой инстанции, отказывая в удовлетворении исковых требований, исходил из отсутствия правовых оснований, предусмотренных пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, для признания спорного договора недействительным.

Суд апелляционной инстанции с выводами, изложенными в решении, согласился, признал их законными и обоснованными.

В соответствии с пунктом 1 статьи 69 Федерального закона от 26.12.1995 № 208-ФЗ «Об акционерных обществах» руководство текущей деятельностью общества осуществляется единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) или единоличным исполнительным органом общества (директором, генеральным директором) и коллегиальным исполнительным органом общества (правлением, дирекцией). Исполнительные органы подотчетны совету директоров (наблюдательному совету) общества и общему собранию акционеров. По решению общего собрания акционеров полномочия единоличного исполнительного органа общества могут быть переданы по договору коммерческой организации (управляющей организации) или индивидуальному предпринимателю (управляющему).

Пунктом 1 статьи 65.2 Гражданского кодекса Российской Федерации участникам корпорации (участникам, членам, акционерам и т.п.) предоставлено право оспаривать, действуя от имени корпорации (пункт 1 статьи 182), совершенные ею сделки по основаниям, предусмотренным статьей 174 Гражданского кодекса Российской Федерации или законами о корпорациях отдельных организационно-правовых форм, и требовать применения последствий их недействительности, а также применения последствий недействительности ничтожных сделок корпорации.

Согласно пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации сделка, совершенная представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску представляемого или по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в их интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для представляемого или для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя или органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого или интересам юридического лица.

В пункте 93 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрены два основания недействительности сделки, совершенной представителем или действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица.

По первому основанию сделка может быть признана недействительной, когда вне зависимости от наличия обстоятельств, свидетельствующих о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки, представителем совершена сделка, причинившая представляемому явный ущерб, о чем другая сторона сделки знала или должна была знать. О наличии явного ущерба свидетельствует совершение сделки на заведомо и значительно невыгодных условиях, например, если предоставление, полученное по сделке, в несколько раз ниже стоимости предоставления, совершенного в пользу контрагента. При этом следует исходить из того, что другая сторона должна была знать о наличии явного ущерба в том случае, если это было бы очевидно для любого участника сделки в момент ее заключения.

По этому основанию сделка не может быть признана недействительной, если имели место обстоятельства, позволяющие считать ее экономически оправданной (например, совершение сделки было способом предотвращения еще больших убытков для юридического лица или представляемого, сделка хотя и являлась сама по себе убыточной, но была частью взаимосвязанных сделок, объединенных общей хозяйственной целью, в результате которых юридическое лицо или представляемый получили выгоду, невыгодные условия сделки были результатом взаимных равноценных уступок в отношениях с контрагентом, в том числе по другим сделкам).

По второму основанию сделка может быть признана недействительной, если установлено наличие обстоятельств, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях представителя и другой стороны сделки в ущерб интересам представляемого, который может заключаться как в любых материальных потерях, так и в нарушении иных охраняемых законом интересов (например, утрате корпоративного контроля, умалении деловой репутации).

Наличие решения общего собрания участников (акционеров) хозяйственного общества об одобрении сделки в порядке, установленном для одобрения крупных сделок и сделок с заинтересованностью, не препятствует признанию соответствующей сделки общества, совершенной в ущерб его интересам, недействительной, если будут доказаны обстоятельства, указанные в пункте 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации.

По результатам исследования и оценки доказательств судами установлено, что оказание услуг по спорному договору подтверждается актами выполненных работ, отчетами, аудиторским заключением по итогам деятельности в 2016 году, поквартальными отчетами с приложением соответствующих доказательств выполнения работ. При подписании отчетов и актов услуги были приняты без возражений, замечаний и разногласий по их объему и качеству.

Довод о завышенном размере вознаграждения по спорному договору судами первой и апелляционной инстанций отклонен с учетом наличия обстоятельств, позволяющих считать соответствующее условие спорного договора экономически оправданным. Судами принималось во внимание, что договор от 22.12.2015 не устанавливает твердых расценок либо тарифов на оказываемые услуги, а предусматривает оплату лишь услуг, фактически принятых обществом по актам сдачи-приемки, что предполагает, в частности и возможность оплаты в меньшем размере (например, при наличии разногласий по объему, качеству услуг, либо не полного оказания услуг). Ответчиком подготовлено экономическое обоснование условий договора: указано на наличие ограничения стоимости услуг – не более 5% валюты баланса предыдущего года; представлена сравнительная таблица валюты баланса за 2014-2017 годы и определенный в зависимости от валюты баланса размер вознаграждения; отмечена положительная динамика финансовых показателей деятельности управляемой компании. Из письменных пояснений общества также следует, что основанием для заключения договора с управляющей компанией явилось то обстоятельство, что новым акционером после внутреннего аудита выявился ряд недостатков и проблем, которые ставили под вопрос не только получение прибыли, но и всю деятельность общества, а именно: в сфере геологии и лицензирования – невыполнение лицензионных соглашений по всем месторождениям; в сфере технологий – низкий технологический уровень и устаревшие основные средства; в сфере реализации продукции – использование посреднических схем, для решения данных проблем следовало создать целую группу управляющих менеджеров.

В материалы дела ответчиком представлены документальные доказательства (трудовые договоры, дипломы, аттестаты, сертификаты, свидетельства и пр., в том числе международного образца) наличия в своем штате специалистов (экономистов, управленцев, специалистов нефтяной и газовой промышленности и пр.) высокого уровня, в том числе, имеющих ученые звания, степени, занимающихся научной и практической деятельностью.

Судами также установлено, что по данным отчетности за период управления по спорному договору финансовые показатели улучшились – увеличение доходной части по сравнению с 2014 годом составило 106%, расходная часть была исполнена на 80% к уровню прошлого года; чистая прибыль увеличилась на 332 млн. руб. (+266%), EBITDA – на 239 млн.руб. (+64%). Суды не усмотрели оснований полагать, что данные результаты компании достигнуты не в связи с деятельностью ответчика по управлению делами. Ходатайство о назначении экспертизы стоимости услуг, с учетом представленных документов об объеме оказанных услуг, истец не заявлял. Оснований для вывода о том, что размер вознаграждения управляющей компании не должен превышать размер вознаграждения руководителя Агамалова Г.Б., не имеется.

Суды первой и апелляционной инстанций, учитывая совокупность вышеизложенных фактов и обстоятельств, отклонили довод общества «Газпром добыча Оренбург» о совершении сделки на заведомо невыгодных условиях и указали на отсутствие правовых оснований для вывода о явном ущербе вследствие заключения спорного договора.

Доводы о наличии аффилированности общества «УНГП Менеджмент» и общества «Петрарко», взаимосвязанность лиц, входящих в органы управления данных обществ, судом апелляционной инстанции отклонены со ссылкой на недоказанность, в кассационной жалобе данные доводы не заявлены и в судебном заседании суда округа не поддерживались.

Принимая во внимание вышеизложенное, а также недоказанность истцом наличия совокупности условий, влекущих признание оспариваемых сделок недействительными, суды пришли к обоснованному выводу об отказе в удовлетворении заявленных требований.

Отклоняя довод истца о ничтожности договора как притворной сделки прикрывающей дарение, суды исходили из возмездности договора, наличия расчета между сторонами и отсутствия свидетельств того, что услуги оказаны не управляющей организацией. При этом доводы заявителя о ничтожности спорного договора обосновываются теми же обстоятельствами, что и доводы о недействительности сделки по пункту 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, которые получили надлежащую оценку судов.

Кроме того, при наличии специального способа защиты, которым в рассматриваемой ситуации является специальный состав недействительности сделки, предусмотренный пунктом 2 статьи 174 Гражданского кодекса Российской Федерации, его применение, полноценно охватывающее своей квалификацией фактические обстоятельства дела, является приоритетным перед иными общими составами недействительности и исключает их применение.

Довод заявителя о неправильном распределении бремени доказывания суд округа находит необоснованным. Заявитель не уточняет, какой именно факт он расценивает как отрицательный и неверно распределенный судами к доказыванию истцом. Ссылка заявителя на недоказанность факта оказания услуг обществу не принимается по мотиву ее несоответствия обстоятельствам дела, установленным судами. Факт исполнения договорных обязательств по спорному договору доказывался ответчиком, на что указано в обжалуемых судебных актах. Кроме того, «не рыночность» не относится к отрицательным юридическим фактам, по сути, заявитель говорит о необходимости доказывания заключения спорного договора на заведомо невыгодных условиях либо при наличии сговора сторон сделки в ущерб интересам общества, что с учетом заявленных оснований недействительности сделки относится к процессуальной обязанности доказывания истцом.

Суд округа считает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами первой и апелляционной инстанций установлены, представленные сторонами доказательства полно и всесторонне исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нормы материального права применены к установленным по делу фактическим обстоятельствам судами первой и апелляционной инстанций правильно. Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловными основаниями для отмены принятых судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 09.01.2018 по делу № А47-12811/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.05.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Газпром Добыча Оренбург» – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий С.Н. Соловцов

Судьи О.Э. Шавейникова

О.В. Рогожина