Постановление от 16 февраля 2023 г. по делу № А33-22257/2015

812312341/2023-2965(2)



Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ул. Чкалова, дом 14, Иркутск, 664025, www.fasvso.arbitr.ru тел./факс (3952) 210-170, 210-172; e-mail: info@fasvso.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А33-22257/2015
16 февраля 2023 года
город Иркутск


Резолютивная часть постановления объявлена 14 февраля 2023 года. Полный текст постановления изготовлен 16 февраля 2023 года.

Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в составе: председательствующего Парской Н.Н., судей: Бронниковой И.А., Первушиной М.А.,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу акционерного общества «Богучанский Алюминиевый Завод» на определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 июля 2022 года по делу № А33-22257/2015, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2022 года по тому же делу,

установил:

решением Арбитражного суда Красноярского края от 02 декабря 2015 года ликвидируемый должник – закрытое акционерное общество «Электромонтажная фирма «Каскад» (ИНН <***>, далее – должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыта процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим утверждена арбитражный управляющий ФИО1 (далее – конкурсный управляющий).

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Красноярского края с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности, о взыскании в порядке субсидиарной ответственности солидарно: с ФИО2 (далее – ФИО2), ФИО3 (ранее – ФИО4, далее по тексту – ФИО3) – 221 577 рублей 93 копейки; с ФИО2, ФИО5 Марка Игоревича (далее – ФИО6), ФИО3, ФИО7 (далее – ФИО7) – 2 335 551 рубль 78 копеек; с ФИО2,


ФИО6 – 1 785 385 рублей 35 копеек; с ФИО7 – 350 000 рублей; с ФИО6 – 18 598 920 рублей 98 копеек.

Определением Арбитражного суда Красноярского края от 19 июля 2022 года, оставленным без изменения постановлением Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2022 года, в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, акционерное общество «Богучанский Алюминиевый Завод» (далее – ЗАО «БоАЗ», кредитор, заявитель) обратилось в Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель указывает на несоответствие выводов судов об отсутствии оснований для удовлетворения заявления фактическим обстоятельствам дела и представленным доказательствам, на неправильное применение судами норм материального и процессуального права

Кредитор полагает, что имеются основания для привлечения к субсидиарной ответственности ФИО2 за неподачу заявления о признании должника банкротом, ФИО6 на основании абзаца 3 пункта 4 статьи 10 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), ФИО7 за не передачу бухгалтерской и иной документации должника.

В отзыве на кассационную жалобу ФИО2 указал на отсутствие оснований для его привлечения к субсидиарной ответственности за несвоевременную подачу заявления о банкротстве должника, просил оставить обжалуемые судебные акты без изменения.

Отзыв на кассационную жалобу, поступивший от ФИО6, к материалам дела не приобщается, ввиду непредставления доказательств заблаговременного направления отзыва в адрес лиц, участвующих в деле (часть 1 и часть 4 статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); фактический возврат отзыва на бумажном носителе не производится, поскольку документ представлен в электронном виде через систему «Мой Арбитр»,

Кассационная жалоба рассматривается в порядке, предусмотренном главой 35 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Заинтересованные в рассмотрении кассационной жалобы участвующие в деле лица о времени и месте судебного заседания извещены по правилам статей 123, 186 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (определение о принятии


кассационной жалобы к производству и назначении судебного заседания выполнено в форме электронного документа, подписанного усиленной квалифицированной электронной подписью судьи, в связи с чем направлено лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» и информационной системе «Картотека арбитражных дел» – kad.arbitr.ru), однако в судебное заседание не явились и не направили своих представителей, что в соответствии с положениями части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не препятствует рассмотрению дела в их отсутствие.

Проверив в пределах, установленных статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, правильность применения судами норм материального и процессуального права, а также соответствие выводов судов установленным по делу обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа пришел к следующим выводам.

Как следует из материалов дела и установлено судами, ФИО2 являлся единственным акционером должника, с 10.02.1998 до 28.10.2013 – его директором; ФИО6 с 28.10.2013 до 01.07.2014 являлся директором должника; ФИО3 являлась ликвидатором должника с 01.07.2014 по 19.05.2015; ФИО7 являлся ликвидатором должника с 19.05.2015.

Конкурсный управляющий, указывая на то, что ФИО3 и ФИО2 не исполнена обязанность по обращению (принятию мер к обращению) в арбитражный суд с заявлением о банкротстве должника, ФИО2, ФИО6, ФИО3 и ФИО7 совершены сделки, причинившие существенный вред имущественным правам должника, а кроме того, ФИО7 в установленные сроки не передана бухгалтерская документация должника, обратился в арбитражный суд с заявлением о привлечении указанных лиц к субсидиарной ответственности.

Суд первой инстанции, пришел к выводу об отсутствии оснований для удовлетворения заявления конкурсного управляющего о привлечении ответчиков к субсидиарной ответственности по обязательствам должника.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованными выводы суда первой инстанции.

Суд кассационной инстанции считает, что выводы судов первой и апелляционной инстанций основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу,


соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и положениям действующего законодательства.

Поскольку в обоснование поданного после 01.07.2017 заявления о привлечении контролирующих должника лиц к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий привел обстоятельства, которые имели место в 2014-2016 годах, согласно разъяснениям, изложенным в пункте 2 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 27.04.2010 № 137 «О некоторых вопросах, связанных с переходными положениями Федерального закона от 28.04.2009 № 73-ФЗ «О внесении изменений в отдельные законодательные акты Российской Федерации», судами верно определено, что к спорным правоотношениям подлежат применению нормы материального права в редакции Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), действовавшей до дня вступления в силу Федерального закона от 29.07.2017 № 266-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон № 266), то есть статья 10 Закона о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ и процессуальные нормы, предусмотренные Законом № 266-ФЗ.

Согласно пункту 2 статьи 10 Закона о банкротстве нарушение обязанности по подаче заявления должника в арбитражный суд в случаях и в срок, которые установлены статьей 9 названного Закона, влечет за собой субсидиарную ответственность лиц, на которых названным Законом возложена обязанность по принятию решения о подаче заявления должника в арбитражный суд и подаче такого заявления, по обязательствам должника, возникшим после истечения срока, предусмотренного пунктами 2 и 3 статьи 9 названного Закона.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Закона о банкротстве, руководитель должника обязан обратиться с заявлением должника в арбитражный суд, в том числе, в случае, если: удовлетворение требований одного кредитора или нескольких кредиторов приводит к невозможности исполнения должником денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей и (или) иных платежей в полном объеме перед другими кредиторами.

Поскольку Закон о банкротстве в редакции от 28.06.2013 № 134-ФЗ не предусматривал ни права, ни обязанности учредителя обращаться в суд с заявлением о банкротстве должника, суды правомерно отказали в привлечении ФИО2 к субсидиарной ответственности за неисполнение такой обязанности в порядке пункта 2 статьи 10 Закона о банкротстве.


Для применения субсидиарной ответственности по основаниям, предусмотренным пунктом 2 статьи 10 Закона о банкротстве, заявитель обязан обосновать, по какому именно обстоятельству, предусмотренному пунктом 1 статьи 9, должник должен был обратиться в суд, когда именно он обязан был обратиться с заявлением, поскольку субсидиарная ответственность руководителей должника – юридического лица или членов ликвидационной комиссии (ликвидаторов), предусмотренная названной статьей, возможна лишь перед кредиторами, обязательства которых возникли после истечения срока на подачу заявления в арбитражный суд о банкротстве должника, а не до истечения этого срока.

Как указано в статье 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества понимается превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника; а под неплатежеспособностью – прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

В пункте 19 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 1, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 07.04.2021, указано, что неоплата долга кредитору по конкретному договору сама по себе не свидетельствует об объективном банкротстве должника, в связи с чем, не может рассматриваться как безусловное доказательство, подтверждающее необходимость обращения его руководителя в суд с заявлением о банкротстве. Ошибочно отождествлять неплатежеспособность с неоплатой конкретного долга отдельному кредитору. Для целей разрешения вопроса о привлечении бывшего руководителя к ответственности по упомянутым основаниям установление момента подачи заявления о банкротстве должника приобретает существенное значение, учитывая, что момент возникновения такой обязанности в каждом конкретном случае определяется моментом осознания руководителем критичности сложившейся ситуации, очевидно свидетельствующей о невозможности продолжения нормального режима хозяйствования без негативных последствий для должника и его кредиторов.

В отсутствие доказательств, однозначно свидетельствующих о наличии у должника на указанную конкурсным управляющим дату (05.10.2014) признаков неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества, доказательств наличия иных обозначенных в пункте 1 статьи 9 Закона о банкротстве обстоятельств, учитывая, что конкурсным управляющим не установлены кредиторы, обязательства перед которыми


возникли после указанной им даты, суды пришли к последовательному выводу об отказе в привлечении ФИО3 к субсидиарной ответственности за неподачу заявления о банкротстве должника.

В соответствии с пунктом 4 статьи 10 Закона о банкротстве, если должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц, такие лица в случае недостаточности имущества должника несут субсидиарную ответственность по его обязательствам.

Пока не доказано иное, предполагается, что должник признан несостоятельным (банкротом) вследствие действий и (или) бездействия контролирующих должника лиц при наличии одного из следующих обстоятельств: причинен вред имущественным правам кредиторов в результате совершения этим лицом или в пользу этого лица либо одобрения этим лицом одной или нескольких сделок должника, включая сделки, указанные в статьях 61.2 и 61.3 настоящего Федерального закона; документы бухгалтерского учета и (или) отчетности, обязанность по ведению (составлению) и хранению которых установлена законодательством Российской Федерации, к моменту вынесения определения о введении наблюдения или принятия решения о признании должника банкротом отсутствуют или не содержат информацию об объектах, предусмотренных законодательством Российской Федерации, формирование которой является обязательным в соответствии с законодательством Российской Федерации, либо указанная информация искажена, в результате чего существенно затруднено проведение процедур, применяемых в деле о банкротстве, в том числе формирование и реализация конкурсной массы.

Конкурсный управляющий в обоснование заявления в данной части указал, что перечисление обществу с ограниченной ответственностью инженерной компании «Каскад-Климат» (далее – ООО «ИК «Каскад-Климат») не отработанного аванса грозило невыполнением работ по договору подряда, заключенного между должником и ЗАО «БоАЗ», при этом бездействие ФИО6 направленное на невыполнение обязательств перед ЗАО «БоАЗ», и перечисление им не отработанного аванса в ООО «ИК «Каскад-Климат» привело к увеличению кредиторской задолженности должника, что также привело к его неплатежеспособности.

Вступившим в законную силу определением Арбитражного суда Красноярского края от 08 февраля 2016 года по настоящему делу отказано в удовлетворении заявления о взыскании убытков с ФИО6, поскольку доводы заявителя и конкурсного управляющего о том, что работы на основании заключенного договора субподряда не проводились, опровергаются представленными в материалы дела доказательствами,


в том числе первичной учетной документацией, что не позволяет сделать вывод о невыполнении подрядных работ ООО ИК «Каскад-Климат».

С учетом выводов суда, изложенных во вступившем в законную силу решении от 04 августа 2016 года по делу № А33-5260/2016, является обоснованным вывод судов об отсутствии оснований полагать, что сделки по перечислению денежных средств в пользу ООО «ИК «Каскад-Климат» заключены за пределами разумного предпринимательского риска, а действия ответчиков были направлены на причинение вреда должнику, привели к банкротству последнего.

При таких обстоятельствах, суды пришли к обоснованному выводу об отсутствии доказательств, свидетельствующих о недобросовестных или неправомерных действиях ФИО2 и ФИО6 по данному эпизоду.

По следующему эпизоду, в обоснование привлечения ФИО3 и ФИО7 к субсидиарной ответственности конкурсный управляющий указал, что ликвидаторы причинили вред кредиторам в результате непринятия мер по взысканию дебиторской задолженности с открытого акционерного общества «Красноярскэнергострой» (далее – ОАО «Красноярскэнергострой») через службу судебных приставов, а также заключением договоров уступки прав (цессии) от 20.10.2014 № 193, № 195, выбытием актива должника, ввиду утраты права требования к обществу с ограниченной ответственностью «ССО Эксперт», обществу с ограниченной ответственностью «Лайт-В», обществу с ограниченной ответственностью «ТехноИмпорт».

Решением Арбитражного суда Красноярскому краю от 09 сентября 2015 года по делу № А33-5239/2015 договор уступки прав (цессии) № 195 от 20.10.2014 признан недействительным, применены последствия недействительности путем восстановления требований должника к ОАО «Красноярскэнергострой».

Определением от 31 мая 2018 года по настоящему делу заявление о взыскании с ФИО3 убытков в пользу должника оставлено без удовлетворения, поскольку суд, с учетом результатов исследования, содержащихся в представленном в материалы дела заключении эксперта, пришел к выводу о том, что договор уступки прав (цессии) № 193 от 20.10.2014 ФИО3 не подписывался, сфальсифицирован, в связи с чем обстоятельства, послужившие основанием для обращения с заявлением о взыскании убытков в рамках настоящего обособленного спора, наступили не в результате ее действий.

При таких обстоятельствах, критически оценив довод о том, что в результате заключения договора уступки № 195 от 20.10.2014 по вине ФИО3 утрачен


актив, а также в отсутствие документальных доказательств, свидетельствующих об оформлении договора уступки прав под влиянием ФИО2 и ФИО6, правомерно исходя из того, что одно лишь предположение не может лечь в основу судебного акта, суды обоснованно отказали в привлечении последних и ФИО3 к субсидиарной ответственности по названному эпизоду (заключение договора уступки прав от 20.10.2014).

Судами всесторонне исследованы обстоятельства заключенного 10.06.2015 между должником в лице ликвидатора ФИО7 и обществом с ограниченной ответственностью «Техноимпорт» (далее – ООО «Техноимпорт») соглашения о порядке исполнения обязательств, по условиям которого цессионарий признает, что имеет задолженность перед цедентом, в том числе, по договору уступки от 20.10.2014, обязуется оплатить задолженность по установленному графику. Составлен акт приема-передачи от 23.06.2015 о передаче цессионарием цеденту в счет оплаты задолженности сварочного аппарата и арматурных ножниц на сумму 50 200 рублей. 24.07.2015 ООО «Техноимпорт» оплатило должнику 100 000 рублей.

Установив, что ликвидатором ФИО7 предпринималась меры по взысканию задолженности, учитывая, что договор уступки признан недействительным 09.09.2015, применены последствия недействительности в виде восстановления требований должника к ОАО «Красноярскэнергострой», а в октябре 2015 года ФИО7 обратился в суд с заявлением о признании должника банкротом, в отсутствие бесспорных доказательств, того, что именно бездействия ФИО7 по непринятию мер по взысканию дебиторской задолженности с ОАО «Красноярскэнергострой» привели к объективному банкротству должника и невозможности удовлетворения требований кредиторов, суды пришли к обоснованному выводу об отказе в привлечении ФИО7 к субсидиарной ответственности.

Также конкурсным управляющим указано, что сумма уступаемого права требования по договору уступки № 194 от 23.10.2014 составляет 350 000 рублей, первичная документация и иные документы, подтверждающие основания возникновения задолженности конкурсному управляющему не переданы, в связи с чем, по его мнению, утрачен актив на указанную сумму, что является основанием для привлечения ФИО7 к субсидиарной ответственности на основании пункта 4 статьи 10 Закона о банкротстве.

В силу абзаца 2 пункта 2 статьи 126 Закона о банкротстве руководитель должника, а также временный управляющий, административный управляющий, внешний управляющий в течение трех дней с даты утверждения конкурсного управляющего


обязаны обеспечить передачу бухгалтерской и иной документации должника, печатей, штампов, материальных и иных ценностей конкурсному управляющему.

Указанное требование закона обусловлено, в том числе и тем, что отсутствие необходимых документов бухгалтерского учета не позволяет конкурсному управляющему иметь полную информацию о деятельности должника и совершенных им сделках и исполнять обязанности, предусмотренные частью 2 статьи 129 Закона о банкротстве, в частности, принимать меры, направленные на поиск, выявление и возврат имущества должника, находящегося у третьих лиц; предъявлять к третьим лицам, имеющим задолженность перед должником, требования о ее взыскании в порядке, установленном настоящим Федеральным законом.

Сам по себе факт вынесения определения об обязании передать документы и неисполнение последним указанной обязанности не свидетельствует о том, что непередача привела к существенному затруднению проведения процедур банкротства, и не может служить бесспорным и единственным основанием для привлечения обязанного лица к субсидиарной ответственности.

Установив, что ФИО7 на основании актов приема-передачи документации от 04.12.2015, 14.01.2016, 20.01.2016, 03.02.2016 передал конкурсному управляющему документацию должника, в том числе документы относительно договора уступки прав № 194 от 23.10.2014, согласно отзыву ФИО7 иная документация отсутствовала, в отсутствие доказательств невозможности либо существенного затруднения формирования и реализации конкурсной массы вследствие неисполнения ФИО7 обязанностей по передаче документации общества, суды обоснованно отказали в удовлетворении заявления в данной части.

Суд округа считает, что в рассматриваемом случае, вопреки доводу кассационной жалобы, судами верно установлены обстоятельства, входящие в предмет судебного исследования по данному спору и имеющие существенное значение для дела, доводы и доказательства, приведенные сторонами в обоснование своих требований и возражений, полно и всесторонне исследованы и оценены, выводы сделаны, исходя из конкретных обстоятельств дела, соответствуют установленным ими фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Иные доводы, приведенные в кассационной жалобе, отклоняются судом округа, поскольку не содержат ссылок на доказательства, которые не были проверены и учтены судами и могли повлиять на обоснованность и законность судебного акта; фактически в кассационной жалобе заявитель приводит те же аргументы, на которые ссылался


в обоснование своей позиции в суде апелляционной инстанции, полагая что они должны быть оценены судом округа иным образом.

Установление фактических обстоятельств дела, исследование и оценка представленных сторонами доказательств отнесены Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации к компетенции судов первой и апелляционной инстанций.

Заявитель фактически выражает несогласие с произведенной судами оценкой обстоятельств и просит еще раз пересмотреть обособленный спор по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции, определенные статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм процессуального права, являющихся в силу части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации безусловным основанием для отмены обжалуемых судебных актов, судом кассационной инстанции не выявлено.

По результатам рассмотрения кассационной жалобы Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа приходит к выводу о том, что обжалуемые судебные акты на основании пункта 1 части 1 статьи 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, подлежат оставлению без изменения.

Руководствуясь статьями 274, 286-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Красноярского края от 19 июля 2022 года по делу № А33-22257/2015, постановление Третьего арбитражного апелляционного суда от 14 декабря 2022 года по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.Н. Парская

Судьи И.А. Бронникова М.А. Первушина