Решение от 27 августа 2018 г. по делу № А65-8136/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ ТАТАРСТАН

ул. Ново-Песочная, д.40, г. Казань, Республика Татарстан, 420107

E-mail: info@tatarstan.arbitr.ru

http://www.tatarstan.arbitr.ru

тел. (843) 533-50-00


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

г. Казань Дело №А65-8136/2018


Дата принятия решения – 27 августа 2018 года

Дата объявления резолютивной части – 24 августа 2018 года


Арбитражный суд Республики Татарстан в составе судьи Бадретдиновой А.Р., при ведении протокола судебного заседания с использованием средств аудиозаписи секретарем судебного заседания ФИО1,

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску акционерного общества «Лизинговая компания «КамАЗ», г. Набережные Челны, к обществу с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт ойл», г. Югорск, о взыскании 11 724 724 рублей 40 копеек неосновательного обогащения,

с участием:

от истца – представитель ФИО2;

от ответчика – представители не явились, извещены;



УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Лизинговая компания «КамАЗ», г. Набережные Челны (далее - истец), обратилось в Арбитражный суд Республики Татарстан с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт ойл», г. Югорск (далее - ответчик), о взыскании 4 237 067 рублей 71 копейка неосновательного обогащения.

Определением арбитражного суда от 08.06.2018 принято уменьшение размера иска до 3 742 006 рублей 27 копеек.

Определением арбитражного суда от 27.07.2018 принято увеличение размера иска до 12 046 600 рублей 89 копеек.

Ответчик в судебное заседание не явился, о месте и времени судебного разбирательства извещен надлежащим образом.

В порядке, предусмотренном частью 3 статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражным судом определено рассмотреть дело без участия указанного лица.

Представитель истца в судебном заседании заявил об уменьшении размера иска до 11 746 558 рублей 21 копейка.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уменьшение размера до 11 746 558 рублей 21 копейка арбитражным судом принято.

Представитель истца измененные исковые требования поддержал.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом объявлен перерыв в судебном заседании с 20.08.2018 по 24.08.2018, о чем вынесено протокольное определение.

После перерыва представитель истца не явился, представил посредством подачи документов «Мой арбитр» ходатайство об уменьшении размера иска до 11 724 724 рублей 40 копеек.

В порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации уменьшение размера иска до 11 724 724 рублей 40 копеек арбитражным судом принято.

В порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражным судом определено рассмотреть дело без участия истца.

Как следует из материалов дела, 26.01.2016 между истцом (лизингодатель) и ответчиком (лизингополучатель) заключен договор финансовой аренды (лизинга) автотранспортных средств № Л-22760/16/ЛК/СРФ, предметом которого являлось передача в лизинг самосвалы в количестве десяти единиц.

Сумма договора составила 47 235 400 рублей.

За предоставленное право владения и пользования переданным в лизинг имуществом лизингополучатель обязался уплачивать лизингодателю лизинговые платежи согласно графику лизинговых платежей.

По актам приема-передачи предметы лизинга в количестве 10 единиц переданы лизингополучателю.

В период действия договора ответчик ненадлежащим образом исполнял принятые на себя обязательства, что явилось основанием для обращения в арбитражный суд с иском о расторжении спорного договора и возврате предмета лизинга.

Вступившим в законную силу решением арбитражного суда от 03.07.2017 по делу № А65-10171/2017 исковые требования удовлетворены, договор финансовой аренды (лизинга) автотранспортных средств от 26.01.2016 № Л-22760/16/ЛК/СРФ расторгнут, на ответчика возложена обязанность по возврату истцу предмета лизинга.

Предметы лизинга возвращены истцу 31.08.2017, 04.09.2017 и 05.10.2017, что подтверждается актами возврата имущества.

Письмом от 23.11.2017 № 86007/891 истец просил ответчика уплатить сумму неосновательного обогащения в результате прекращения договорных обязательств и подведения сальдо взаимных обязательств.

Оставление требования истца без удовлетворения явилось основанием для подачи настоящего иска в арбитражный суд.

Исследовав материалы дела, арбитражный суд пришел к следующим выводам.

Арбитражный суд на основании пункта 1 статьи 133, пункта 1 статьи 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с учетом обстоятельств, приведенных в обоснование иска, самостоятельно определяет характер спорного правоотношения, возникшего между сторонами по делу, а также определяет нормы законодательства, подлежащие применению.

Аналогичная правовая позиция изложена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 16.11.2010 № 8467/10.

Исходя из предмета и условий заключенного между сторонами договора, арбитражный суд пришел к выводу об его правовой квалификации как договора, подпадающего в сферу правового регулирования параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1102 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами и сделкой оснований приобрело или сберегло имущество за счет другого лица, обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество.

Из содержания данной статьи следует, что для возникновения обязательства вследствие неосновательного обогащения необходимо наличие одновременно двух обстоятельств: приобретение или сбережение имущества ответчиком без предусмотренных законом, правовым актом или сделкой оснований и обогащение ответчика за счет истца.

Доказывание данных обстоятельств входит в предмет доказывания истца по настоящему делу.

Спорный договор лизинга прекращен, предметы лизинга возвращены истцу, спор между сторонами по данному обстоятельству отсутствует.

Из содержания параграфа 6 главы 34 Гражданского кодекса Российской Федерации и Федерального закона «О финансовой аренде (лизинге)» следует, что специальными нормами предусмотрены особые последствия расторжения договора лизинга. Указанные правовые последствия расторжения договора лизинга отличаются от тех последствий, которые установлены в Гражданском кодексе Российской Федерации.

В пункте 3 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» даны следующие разъяснения.

Если полученные лизингодателем от лизингополучателя платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного ему предмета лизинга меньше доказанной лизингодателем суммы предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков лизингодателя и иных санкций, установленных законом или договором, лизингодатель вправе взыскать с лизингополучателя соответствующую разницу.

Если внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи (за исключением авансового) в совокупности со стоимостью возвращенного предмета лизинга превышают доказанную лизингодателем сумму предоставленного лизингополучателю финансирования, платы за названное финансирование за время до фактического возврата этого финансирования, а также убытков и иных санкций, предусмотренных законом или договором, лизингополучатель вправе взыскать с лизингодателя соответствующую разницу.

Таким образом, расторжение договора выкупного лизинга порождает необходимость соотнести взаимные предоставления сторон по договору, совершенные до момента его расторжения (сальдо встречных обязательств), и определить завершающую обязанность одной стороны в отношении другой.

Истец, предъявляя настоящее исковое требование, по существу требует завершить существующий между ним и ответчиком спор путем определения сальдо встречных обязательств и завершающей обязанности одной стороны в отношении другой.

Всего по договору лизинга, как следует из его содержания, подлежали оплате платежи в сумме 58 764 877 рублей 11 копеек.

Внесенные лизингополучателем лизингодателю платежи, в том числе, взысканные на основании вступивших в законную силу судебных актов, за вычетом авансового платежа составили 21 741 163 рублей 74 копеек.

Сумма предоставленного лизингодателем лизингополучателю финансирования (закупочная цена предмета лизинга за вычетом авансового платежа лизингополучателя и субсидии) составляет 37 788 320 рублей.

В пункте 9.10 договора лизинга сторонами согласовано, что процентная ставка платы за финансирование в процентах годовых составляет: с даты передачи в лизинг по 24.03.2017 – 32 %, с 25.03.2017 по 24.03.2018 – 10 %, с 25.03.2018 по 24.03.2019 – 1,01 %.

Плата за финансирование в денежном эквиваленте в первый год составила:

37 788 320 * 32 % = 12 092 262 рублей 40 копеек.

Плата за финансирование в денежном эквиваленте во второй год (до момента возврата имущества) составила:

37 788 320 * 10 % / 365 * 194 = 2 008 475 рублей 09 копеек.

Итого сумма расходов лизингодателя составила 51 889 057 рублей 49 копеек (37 788 320 + 12 092 262,40 + 2 008 475,09).

В связи с расторжением договора лизинга истцом понесены убытки, связанные с его возвратом, обеспечением его сохранности и определения рыночной стоимости лизингового имущества, на общую сумму 86 600 рублей 65 копеек.

В пункте 3.6 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации» от 14.03.2014 № 17 «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» даны следующие разъяснения.

Убытки лизингодателя определяются по общим правилам, предусмотренным гражданским законодательством.

В частности, к реальному ущербу лизингодателя могут относиться затраты на демонтаж, возврат, транспортировку, хранение, ремонт и реализацию предмета лизинга, плата за досрочный возврат кредита, полученного лизингодателем на приобретение предмета лизинга.

Факт несения указанных расходов на заявленную сумму и связанность данных расходов именно в связи с расторжением договора лизинга материалами дела подтвержден и ответчиком надлежащими доказательствами не оспорен.

Доказательства того, что истец действовал недобросовестно и неразумно, данные расходы являются чрезмерными, стоимость этих услуг завышена, ответчиком не представлены.

Соответственно, расходы истца в связи с расторжением договора лизинга в размере 86 600 рублей 65 копеек подлежат учету при расчете сальдо взаимных обязательств.

Доводы ответчика о том, что не было необходимости для хранения имущества до конца 2017 года и несения расходов на оценку, арбитражным судом не принимается. Имущество хранилось на протяжении четырех месяцев, данный срок является разумным, доказательства иного ответчиком не представлены, равно как и чрезмерности расходов на хранение имущества, тем более, истцом не были предъявлены расходы на хранение за весь его период. Расходы на оценку понесены истцом обоснованно, действия истца соответствуют требованиям закона и изложенным разъяснениям высшей судебной инстанции, их несение было обусловлено необходимостью определения завершающей обязанности одной стороны перед другой, стоимость оценки соответствует средним ставкам за аналогичные услуги. Истцом направлена в адрес ответчика претензия о выплате суммы неосновательного обогащения, рассчитанного на основании оценки, проведенной истцом. Однако требования истца не были удовлетворены, что явились основанием для подачи им настоящего иска.

Таким образом, общая сумма расходов лизингодателя составляет 51 975 658 рублей 14 копеек.

В пункте 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» разъяснено следующее.

Стоимость возвращенного предмета лизинга определяется по его состоянию на момент перехода к лизингодателю риска случайной гибели или случайной порчи предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга в разумный срок после получения предмета лизинга или в срок, предусмотренный соглашением лизингодателя и лизингополучателя, либо на основании отчета оценщика.

Как следует из материалов дела и не оспаривается сторонами, возвращенный по договору лизинга реализованы истцом обществу с ограниченной ответственностью «Ренстройдеталь» по договорам купли-продажи от 03.07.2018 № К-28303/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28302/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28301/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28304/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28307/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28306/18/ЛК, от 11.07.2018 № К-28361/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28305/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28300/18/ЛК, от 03.07.2018 № К-28099/18/ЛК.

Из приведенного пункта постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга» следует, что лизингополучатель может доказать, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон. В таком случае суду при расчете сальдо взаимных обязательств необходимо руководствоваться, в частности, признанным надлежащим доказательством отчетом оценщика.

Таким образом, бремя доказывания, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон, лежит именно на лизингополучателе.

Не соглашаясь с ценой продажи, ответчиком заявлено ходатайство о назначении экспертизы по делу для определения рыночной стоимости предмета лизинга.

В соответствии с частью 1 статьи 82 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации для разъяснения возникающих при рассмотрении дела вопросов, требующих специальных знаний, арбитражный суд назначает экспертизу по ходатайству лица, участвующего в деле, или с согласия лиц, участвующих в деле.

На основании части 2 статьи 64, части 3 статьи 86 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации заключения экспертов являются одним из доказательств по делу и оцениваются наряду с другими доказательствами.

Таким образом, судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы права нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания, а, следовательно, требование одной из сторон договора о назначении судебной экспертизы не создает обязанности суда ее назначить.

В данном случае арбитражный суд, оценив имеющиеся в деле доказательства, пришел к выводу об отсутствии необходимости и возможности проведения экспертизы.

Истцом представлены договоры купли-продажи, из которых следует, что истцом после изъятия предметы лизинга реализованы на общую сумму 18 509 770 рублей. Денежные средства в счет оплаты стоимости предметов лизинга покупателем истцу оплачены.

Ответчик необходимость проведения экспертизы по настоящему делу не обосновал, сам факт несогласия с ценой реализации не свидетельствует о наличии оснований для назначения экспертизы.

Более того, заявив ходатайство о назначении по делу судебной экспертизы ответчиком реальность намерения не была подтверждена внесением на депозитный счет суда денежных средств в счет оплаты стоимости экспертизы.

При этом ответы экспертных организаций о стоимости экспертизы в материалы дела поступили.

В пункте 22 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 04.04.2014 № 23 «О некоторых вопросах практики применения арбитражными судами законодательства об экспертизе» разъяснено следующее.

В случае неисполнения лицами обязанности по внесению на депозитный счет суда денежных сумм в установленном размере суд выносит определение об отклонении ходатайства о назначении экспертизы и рассматривает дело по имеющимся в нем доказательствам.

В силу статьи 3 Федерального закона «Об оценочной деятельности в Российской Федерации» рыночная цена отражает лишь вероятную стоимость имущества без учета реальной возможной ее продажи по такой цене в конкретных обстоятельствах, что показало в отчетах, которые были представлены истцом.

В свою очередь, отчет представленный ответчиком не может быть принят арбитражным судом, поскольку оценка имущества произведена без осмотра транспортных средств, то есть оценщиком не было учтено техническое состояние имущества после его возврата истцу.

То обстоятельство, что при определении рыночной стоимости имущества оценщиком, привлеченным ответчиком, использовались акты с указанием технического состоянии, не может свидетельствовать о том, что отчет ответчика является надлежащим документов. Поскольку все недостатки, в том числе, невидимые, могут быть определены и учтены только компетентным лицом при проведении им оценки имущества, каковыми не могут быть лица, осуществляющие приемку-передачу возвращаемого имущества.

Тем более отчет проведен ответчиком по состоянию на май 2018 года, по истечении значительного времени после изъятия имущества.

Реальная продажная стоимость предмета лизинга составила 18 509 770 рублей.

Ответчик не согласился с продажной ценой имущества, посчитав, что истцом занижена указанная цена.

Между тем данные доводы не принимаются арбитражным судом, поскольку надлежащими доказательствами в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не подтверждены, возражения ответчика носят голословный характер.

Так, ответчик указывал, что в актах возврата имущества замечания к техническому состоянию имущества отсутствуют.

Однако техническое состояние возвращаемого имущества, в том числе, имеющиеся у него недостатки, отражены в актах возврата имущества.

То обстоятельство, что в актах на передачу имущества на хранение не отражено техническое состояние имущество не свидетельствует об отсутствии недостатков предметов лизинга, поскольку на хранение было передано имущество в том состоянии, в котором было получено от ответчика после его изъятия.

Другим доводом ответчика было то, что после изъятия предметов лизинга данное имущество было реализовано спустя длительное время, полагает, что в отношении истца имело место бездействие по не принятию мер по продаже имущества в разумный срок.

Вместе с тем указанные возражения не могут быть приняты арбитражным судом по следующим основаниям.

Предметом лизинга является специальные транспортные средства (самосвалы), которые используются только определенными лицами в определенной сфере деятельности. То есть данное оборудование могут использовать только профессиональный круг лиц в четко определенной сфере деятельности.

Соответственно, в рассматриваемом случае сроки реализации предметов лизинга не равны срокам продажи имущества, не имеющих указанных ограничений, оборотоспособность которых не имеют жестких ограничений (например, легковые транспортные средства, самоходная техника).

При этом истцом представлены убедительные доказательства принятия мер по реализации предметов лизинга (организованы аукционы на электронной торговой площадке В2В).

Из данных документов усматривается, что истцом всего было проведено семь аукционов с двукратным понижением стартовой цены реализации (первый раз цена реализации понижена 30.01.2018, во второй раз – 09.04.2018).

Доказательства того, что при продаже предмета лизинга истец действовал недобросовестно или неразумно, ответчиком не представлены, равно как и не представлены надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих о продаже имущества по заниженной цене.

Ссылка ответчика на то, что на сайте истца в сети Интернет размещена информация о продаже аналогичного имущества по цене более высокой, чем настоящее имущество, при этом первое имущество имеет более ранний год выпуска, чем имущество, которое было предоставлено ответчику в лизинг, арбитражным судом отклоняется. Поскольку на стоимость имущества влияет не только год его выпуска, но и ряд других параметров (в частности, техническое состояние, комплектация, условия использования).

Доказательства того, что указанное имущество (с более ранним годом выпуска) по параметрам, которые влияют на его стоимость, было выше, чем спорное имущество, ответчиком не представлены.

В то же время, заявляя возражения относительно неразумности сроков реализации истцом предметов лизинга, ответчик, в свою очередь, не представил документы, свидетельствующие о возможности продажи имущества в те сроки, в которые ответчик полагал возможным реализовать это имущество.

Документы, подтверждающие, что имущество хранилось ненадлежащим образом, в результате чего, его стоимость понизилась, ответчиком не были представлены.

Доказательства злоупотребления истцом при продаже предмета лизинга ответчиком не представлены.

Ответчик также указывал в своих возражениях, что им были осуществлены платежи в большей сумме, чем было указано истцом.

Между тем данные доводы не могут быть приняты арбитражным судом, поскольку истцом представлены справка по поступившим лизинговым платежам с приложением платежных поручений, подтверждающие данные платежи. Данные документы не противоречат документам, представленным ответчиком.

При этом арбитражный суд отмечает следующее.

По общему правилу, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений (часть 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Однако такая обязанность не является безграничной.

Если истец в подтверждение своих доводов приводит убедительные доказательства, а ответчик с ними не соглашается, не представляя документы, подтверждающие его позицию, то возложение на истца дополнительного бремени опровержения документально неподтверждённой позиции процессуального оппонента будет противоречить состязательному характеру судопроизводства (статьи 8, 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Так, бремя доказывания, что при определении цены продажи предмета лизинга лизингодатель действовал недобросовестно или неразумно, что привело к занижению стоимости предмета лизинга при расчете сальдо взаимных обязательств сторон, лежит именно на лизингополучателе.

В рассматриваемом случае истцом в материалы дела представлены достаточные и убедительные доказательства, подтверждающие право требования к ответчику, с документами, обосновывающими расчет сальдо взаимных обязательств, соответствующего требованиям закона и разъяснениям высшей судебной инстанции.

Позиция лизингополучателя по делу, по сути, состояла в отрицании всех доводов истца и представленных им доказательств.

В частности, отрицая факт разумности сроков реализации предметов лизинга, ответчиком не представлено никаких документов, опровергающих те сроки, в которые было реализовано имущество.

Возражения ответчика не учитывали конкретные обстоятельства настоящего дела, сложившиеся правоотношения сторон, их поведение до момента и после расторжения договоров лизинга, специфику предметов лизинга и т.д.

Факт злоупотребления правом со стороны истца арбитражным судом не установлен.

В то же время гражданское законодательство исходит из принципов справедливости, добросовестности, разумности, недопустимости нарушения прав и законных интересов участников гражданского оборота, а также обеспечения баланса интересов сторон.

Стоимость возвращенного предмета лизинга принимается арбитражным судом, исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга, что соответствует положениям пункта 4 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации «Об отдельных вопросах, связанных с договором выкупного лизинга».

То обстоятельство, что предметы лизинга по договору были оценены на иную сумму, тогда как данное имущество было реализовано по договорам купли-продажи на сумму меньшую, не свидетельствует о занижении указанной стоимости. Поскольку в результате проведения мероприятий по продаже имущества сформирована его реальная стоимость с учетом технических характеристик, срока эксплуатации, года выпуска и т.д.

Действующая судебная практика исходит из того, что приоритет имеет цена реализации имущества перед оценочной стоимостью (постановление Арбитражного суда Поволжского округа от 16.04.2018 по делу № А65-3510/2017).

Следует также отметить, что датой возврата финансирования не может быть ранее даты реализации изъятого имущества, поскольку финансирование лизингополучателя лизингодателем осуществляется в денежной форме путем оплаты имущества по договору купли-продажи, соответственно, возвратом финансирования может считаться только дата фактического возврата указанного финансирования в денежной форме.

Данная правовая позиция подтверждается сформированной судебной практикой (в частности, дела № А65-1590/2016, № А65-2742/2016).

Таким образом, оценив представленные в материалы дела доказательства в совокупности, арбитражный суд пришел к выводу о том, что действия по продаже имущества истцом осуществлены в разумный срок после получения предметов лизинга. Исходя из этого, арбитражный суд считает возможным принять стоимость возвращенного предмета лизинга исходя из суммы, вырученной лизингодателем от продажи предмета лизинга.

При изложенных обстоятельствах, арбитражный суд отклоняет ходатайство ответчика о назначении по делу судебной экспертизы в связи с отсутствием оснований для ее назначения и отклоняет ходатайство ответчика об истребовании документов, подтверждающих продажу имущества, поскольку указанные документы были представлены истцом в материалы дела.

Ходатайство ответчика о направлении запроса в банк для получения выписки по денежным операциям между истцом и покупателем имущества, ответчиком не мотивировано. Необходимость направления указанного запроса к обстоятельствам настоящего спора арбитражный суд не усматривает, расчет между истцом и покупателем в связи с продажей имущества осуществлен, спора в этой части между данными лицами не имеется. В связи с этим арбитражный суд отклоняет указанное ходатайство ответчика.

Таким образом, при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга предоставление истца составило:

- 37 788 320 (сумма предоставленного финансирования) + 14 100 737,49 (плата за финансирование за время до фактического возврата этого финансирования) + 86 600,65 (сумма убытков), что составляет 51 975 658 рублей 14 копеек.

В то же время при расчете сальдо встречных обязательств по договору лизинга в отношении ответчика необходимо учитывать сумму в размере 43 545 860 рублей (21 741 163,74 (оплаченные лизинговые платежи без аванса, включая взысканные на основании вступивших в законную силу судебных актов) + 18 509 770 (цена приобретения имущества) + 3 294 926,26 (взысканная судебными актами задолженность, которая не была погашена в ходе возбужденных исполнительных производств)).

При этом следует отметить, что при расчете полученных истцом доходов следует учитывать взысканные арбитражным судом суммы задолженности, в случае их частичного погашения – оставшуюся сумму долга. При расчете суммы неосновательного обогащения истцом данное обстоятельство не было учтено.

Исходя из смысла приведенного постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, задолженность по лизинговым платежам, взысканная на основании судебных актов, является частью общей суммы имущественного предоставления лизингодателя по договору лизинга. Суммы, взысканные ранее по решениям суда, но фактически не оплаченные, подлежат учету при определении завершающей обязанности одной из сторон, в противном случае спор между сторонами не будет завершен.

Данная правовая позиция подтверждается постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 05.11.2015 по делу № А65-1933/2015, постановлениями Арбитражного суда Поволжского округа от 17.06.2015 по делу № А65-27557/2014, от 08.02.2016 по делу № А65-1933/2015, от 28.04.2016 по делу № А65-9857/2015, от 26.05.2016 по делу № А55-22814/2014.

При рассмотрении дела арбитражным судом установлено, что вступившими в законную силу судебными актами с ответчика в пользу истца взысканы следующие суммы задолженности:

- по делу № А65-4962/2017 – в размере 1 628 292 рублей,

- по делу № А65-10171/2017 – в размере 3 181 594 рублей,

- по делу № А65-19276/2017 – в размере 3 076 367 рублей.

В ходе возбужденных исполнительных производств истцу поступили следующие оплаты: по делу № А65-4962/2017 ответчиком полностью исполнено требование исполнительного листа; по делу № А65-10171/2017 поступила оплата на сумму 1 418 882 рублей 73 копейки, долг составил 1 762 711 рублей 27 копеек; по делу № А65-19276/2017 поступила оплата на сумму 1 544 152 рублей 01 копейки, долг составил 1 532 214 рублей 99 копеек.

Сумма произведенных ответчиком платежей по указанным судебным делам учтена в сумме лизинговых платежей, соответственно, в расчет полученных истцом доходов подлежит учету только сумма неисполненных требований исполнительного листа.

Следовательно, сальдо встречных обязательств складывается в пользу истца в размере 8 429 798 рублей 14 копеек, следовательно, на стороне ответчика имеется неосновательное обогащение в указанной сумме.

Указанная сумма признается арбитражным судом обоснованной и подлежащей удовлетворению, в остальной части требования истца арбитражный суд отказывает.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

Руководствуясь статьями 110, 112, 167 – 169, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд,



РЕШИЛ:

иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт ойл», г. Югорск (ОГРН <***>, ИНН <***>), в пользу акционерного общества «Лизинговая компания «КамАЗ», г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>), 8 429 798 рублей 14 копеек неосновательного обогащения, 44 185 рублей 33 копейки расходов по уплате государственной пошлины.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Югорскпродукт ойл», г. Югорск (ОГРН <***>, ИНН <***>), в доход федерального бюджета 14 500 рублей 12 копеек государственной пошлины.

Взыскать с акционерного общества «Лизинговая компания «КамАЗ», г. Набережные Челны (ОГРН <***>, ИНН <***>), в доход федерального бюджета 22 938 рублей 17 копеек государственной пошлины.

Исполнительный лист выдать после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок.


Судья А.Р. Бадретдинова