Постановление от 15 марта 2022 г. по делу № А56-308/2020

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

дело №А56-308/2020
15 марта 2022 года
г. Санкт-Петербург
/сд.1.1

Резолютивная часть постановления оглашена 09 марта 2022 года

Постановление изготовлено в полном объёме 15 марта 2022 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего Морозовой Н.А.,

судей Будариной Е.В., Титовой М.Г.,

при ведении протокола судебного заседания секретарём ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от ФИО2: ФИО3, доверенность от 01.07.2019;

финансовый управляющий ФИО4, определение суда от 27.07.2020,

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-1831/2022) ФИО2 на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.12.2021 по делу № А56-308/2020/сд.1.1, принятое по заявлению финансового управляющего ФИО4 к ФИО2 о признании сделок недействительными и применении последствий недействительности сделок по делу о несостоятельности (банкротстве) гражданина ФИО5,

установил:

гражданин ФИО5 (далее – должник, ФИО5) обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании его несостоятельным (банкротом).

Определением суда от 20.02.2020 возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) ФИО5

Определением суда от 27.07.2020 (резолютивная часть от 22.07.2020) в отношении должника введена процедура реструктуризации долгов гражданина, финансовым управляющим утверждён ФИО4.

Названные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» от 01.08.2020 №136, а также 28.07.2020 включены в Единый федеральный реестр сведений о банкротстве.

Финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением (с учётом его уточнения) о признании недействительными сделками договоры дарения между должником и ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик), а именно: договора дарения доли в праве общей собственности на нежилое помещение от 03.03.2018, договора дарения от 07.09.2018, договора дарения доли земельного участка и 1/2 доли жилого дома от 16.05.2018, а также о применении последствий недействительности сделок в виде возврата должнику следующего имущества: 36/726 долей в праве общей собственности на нежилое помещение, находящееся по адресу: Санкт-Петербург, ул. 2-я Советская, дом 27/2, литера А, помещение 60-Н, кадастровый номер 78:31:0001492:1219, 1/2 доли в праве собственности от целого земельного участка, кадастровый номер: 4708:0103001:3359 и 1/2 доли в праве собственности от целого дачного дома, кадастровый номер: 47:08:0103001:6258, находящихся по адресу: Ленинградская область, Всеволожский муниципальный район, массив «Белоостров», ДНП «Памир», участок №341а; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 47:03:1205002:220 и расположенную на нем; 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером 47:03:1205002:380, находящиеся по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Сосновское сельское поселение, <...>.

Определением суда от 15.12.2021 заявленные требования удовлетворены.

В апелляционной жалобе ФИО2, ссылаясь на несоответствие выводов суда обстоятельствам дела, просит определение суда от 15.12.2021 отменить и принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления. По мнению подателя жалобы, факт совершения группы сделок, объединенных единой целью не доказан. Апеллянт полагает, что кредитор ФИО6 не утратил возможности удовлетворения своих требований. ФИО2 считает недоказанным наличия у него умысла причинить вред интересам кредиторов. Кроме того, ответчик настаивает на необходимости проведения товароведческой экспертизы имущества, принадлежащего на праве собственности должнику, а также об истребовании сведений об имуществе должника и его супруги.

В судебном заседании представитель ФИО2 настаивал на удовлетворении апелляционной жалобы, а финансовый управляющий против её удовлетворения возражал.

Протокольным определением от 09.03.2022 суд апелляционной инстанции отказал апеллянту в удовлетворении ходатайств об истребовании у Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии, Управления ГИБДД МВД России по Санкт-Петербургу и Ленинградской области сведений о зарегистрированных правах и переходе прав на все объекты недвижимости на территории Российской Федерации, выписок из государственного реестра транспортных средств о зарегистрированных правах и переходе прав на транспортные средства в отношении должника и его супруги, а также в назначении товароведческой экспертизы имущества, принадлежащего должнику, так как не выявил правовых и фактических оснований для этого, признав полноту имеющихся в деле документов.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел». Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного заседания иные лица, участвующие в деле, своих представителей не направили, в связи с чем жалоба рассмотрена в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения суда проверены в апелляционном порядке.

Как усматривается из материалов дела, финансовый управляющий выявил заключение должником (даритель) с ФИО2 (одаряемый) следующих договоров:

- от 03.03.2018, согласно которому даритель подарил одаряемому принадлежащие ему по праву общей долевой собственности 36/726 долей в праве общей собственности на нежилое помещение, находящееся по адресу: Санкт-Петербург, ул. 2-я Советская, дом 27/2, литера А, помещение 60-Н, кадастровый номер 78:31:0001492:1219;

- от 07.09.2018, по которому даритель подарил одаряемому 1/2 доли в праве собственности от целого земельного участка, кадастровый номер: 4708:0103001:3359 и 1/2 доли в праве собственности от целого дачного дома, кадастровый номер: 47:08:0103001:6258, находящихся по адресу: Ленинградская область, Всеволожский муниципальный район, массив «Белоостров», ДНП «Памир», участок №341а;

- от 16.05.2018, в соответствии с которым даритель подарил одаряемому 1/2 доли в праве общей долевой собственности на земельный участок с кадастровым номером 47:03:1205002:220 и расположенную на нем 1/2 доли в праве общей долевой собственности на жилой дом с кадастровым номером 47:03:1205002:380, находящиеся по адресу: Ленинградская область, Приозерский район, Сосновское сельское поселение, <...>.

Полагая, что перечисленные сделки являются подозрительными применительно к положениям пункта 2 статьи 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) и совершены с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, финансовый управляющий оспорил их в судебном порядке.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из того, что на момент совершения исследуемых сделок должник отвечал признакам неплатежеспособности, о чем ответчик как заинтересованное лицо достоверно знал. Суд указал и на то, что целью совершения сделок было причинение вреда имущественным правам кредиторов.

Апелляционный суд признал апелляционную жалобу не подлежащей удовлетворению в свете следующего.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате её был причинён вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Исходя из пункта 5 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 №63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – постановление №63), пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка).

В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств:

а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов;

б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов;

в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего постановления).

В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

Как уже приводилось выше, заявление о признании ФИО5 несостоятельным (банкротом) принято к рассмотрению определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2020.

Спорные договоры заключены 03.03.2018, 07.09.2018, 16.05.2018, то есть в срок, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Согласно абзацу 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

Договор дарения по своей правовой природе представляет безвозмездную сделку.

Как следует из материалов спора, ответчик является братом должника, и в силу статьи 19 Закона о банкротстве является заинтересованном по отношению к должнику лицом.

Суд первой инстанции установил, что в преддверии процедуры банкротства, в период с 03.03.2018 по 28.06.2019 должником совершён ряд сделок по отчуждению имущества в пользу ответчика на общую сумму 67 911 328,86 руб.

При этом, начиная с 13.04.2018, у должника имелось неисполненное обязательство перед ФИО6 в размере 18 036 799,29 руб. по договору займа от 25.10.2015, согласно которому должник был обязан возвратить кредитору денежные средства в указанном размере в течение 6 месяцев с 13.10.2017.

Финансовым управляющим выявлено 35 объектов недвижимого имущества стоимостью 147 321 014,20 руб., принадлежащих на праве собственности должнику и его супруге. С учетом того, что в конкурсную массу подлежит включению 50% денежных средств от реализации совместно нажитого имущества, стоимость имущества (активов) должника составляет 73 660 507,10 руб.

В реестр требований кредиторов должника включены требования кредиторов в общем размере 246 795 015,61 руб., что превышает стоимость активов должника более чем в три раза.

В силу правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 12.02.2018 №305-ЭС17-11710(3), по смыслу абзаца тридцать шестого статьи 2 Закона о банкротстве и абзаца третьего пункта 6 Постановления о текущих платежах обстоятельства наличия у должника задолженности перед кредитором, требования которого в последующем включены в реестр требований кредиторов, с более ранним сроком исполнения, в том числе наступившим к моменту заключения оспариваемой сделки, подтверждают факт неплатежеспособности должника для целей оспаривания сделок в деле о банкротстве.

При таком положении суд первой инстанции сделал верный вывод о наличии у должника признаков неплатежеспособности на момент совершения оспариваемых договоров.

Кроме того, апелляционный суд принимает во внимание и то, что согласно позиции, изложенной в определениях Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 12.03.2019 №305-ЭС17-11710 (4), от 01.10.2020 №305-ЭС19-20861, сама по себе недоказанность признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества на момент совершения сделки (как одной из составляющих презумпции цели причинения вреда) не блокирует возможность квалификации такой сделки в качестве подозрительной. В частности, цель причинения вреда имущественным правам кредиторов может быть доказана и иным путем, в том числе на общих основаниях (статьи 9 и 65 АПК РФ).

В этой связи апелляционная инстанция отклонила суждение подателя жалобы об отсутствии у должника на дату заключения и исполнения сделок признаком неплатежеспособности или недостаточности имущества.

При определении вреда имущественным правам кредиторов следует иметь в виду, что в силу абзаца тридцать второго статьи 2 Закона о банкротстве под ним понимается уменьшение стоимости или размера имущества должника и (или) увеличение размера имущественных требований к должнику, а также иные последствия совершенных должником сделок или юридически значимых действий, приведшие или могущие привести к полной или частичной утрате возможности кредиторов получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника за счет его имущества (пункт 5 постановления №63).

В данном случае результатом совершения оспариваемых сделок явилось уменьшение размера имущества должника, за счёт которого кредиторы могут получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника. Доказательства наличия имущества должника в соответствующем размере, за счет которого возможно погашение неисполненных обязательств перед кредиторами, в материалах спора отсутствуют.

В пункте 7 постановления №63 разъяснено, что в силу абзаца 1 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона о банкротстве) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Данные презумпции являются опровержимыми, они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

Поскольку должник и ответчик являются родственниками и по смыслу статьи 19 закона о банкротстве заинтересованными лицами, суд первой инстанции обоснованно посчитал, что ответчик знал (должен был знать) о цели должника причинить вред имущественным правам кредиторов фактом безвозмездного вывода ликвидного имущества.

Следовательно, безвозмездная передача ответчику имущества по предмету спора совершена между заинтересованными лицами, не отвечала требованиям экономической целесообразности и объективной разумности, направлена была исключительно на вывод ликвидного актива должника, за счёт которого кредиторы имели возможность получить удовлетворение своих требований по обязательствам должника.

В этой связи, суд первой инстанции обоснованно удовлетворил притязания финансового управляющего и признал оспариваемые сделки недействительными по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Учитывая изложенное, определение суда как законное и обоснованное отмене или изменению не подлежит.

Руководствуясь статьями 269-272 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.12.2021 по делу № А56-308/2020/сд.1.1 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


Н.А. Морозова


Судьи



Е.В. Бударина


М.Г. Титова