Постановление от 16 сентября 2020 г. ФАС СКО (ФАС Северо-Кавказского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А53-11610/2014
г. Краснодар
17 сентября 2020 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 сентября 2020 года

Постановление в полном объеме изготовлено 17 сентября 2020 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Андреевой Е.В. и Калашниковой М.Г., при участии в судебном заседании арбитражного управляющего ФИО1, от акционерного общества «МТС-Банк» (ИНН <***>, ОГРН <***>) – ФИО2 (доверенность от 27.12.2019), ФИО3 (доверенность от 27.12.2019), в отсутствие конкурсного управляющего акционерного общества «Кагальницкий молокозавод» (ИНН <***>, ОГРН <***>), иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу акционерного общества «МТС-Банк» на постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 июня 2020 года по делу № А53-11610/2014 (судьи Сурмалян Г.А., Сулименко Н.В., Стрекачев А.Н.), установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ОАО «Кагальницкий молокозавод» (далее – должник) ПАО «МТС-Банк» (далее – банк) обратилось в арбитражный суд с жалобой на бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1, выразившееся в нарушении им положений пункта 2 статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве): отсутствии действий по розыску и истребованию единственного экземпляра материального носителя, содержащего сведения о секрете производства «Инновационная технология производства молочных напитков», включению материального носителя в инвентаризационную опись, оценке и его реализации (уточненные требования), а также с ходатайством об отстранении ФИО1 от исполнения возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве должника.

Определением Арбитражного суда Ростовской области от 4 февраля 2020 года признано незаконным бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1, выразившееся в: непринятии мер к розыску и истребованию единственного экземпляра материального носителя, содержащего сведения о секрете производства «Инновационная технология производства молочных напитков». В остальной части заявления отказано. ФИО1 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Постановлением апелляционного суда от 30 июня 2020 года определение суда

от 4 февраля 2020 года отменено, в удовлетворении требований отказано.

В кассационной жалобе банк просит отменить постановление апелляционного суда, удовлетворить требования. По мнению заявителя, несмотря на необходимость инвентаризации, оценки возможность реализации исключительного права на секрет производства (ноу-хау) «Инновационная технология производства молочных напитков» подтверждена судебными актами, конкурсный управляющий ФИО1 отказался от истребования у ликвидатора должника материального носителя «Инновационная технология производства молочных напитков», не произвел дальнейших действий по розыску и истребованию материального носителя, не отразил в инвентаризационной описи объекта стоимостью 134 млн рублей, не оценил и не передал на реализацию.

В отзыве на кассационную жалобу арбитражный управляющий ФИО1 просит отказать в удовлетворении жалобы.

В судебном заседании представители банка поддержали доводы жалобы, арбитражный управляющий ФИО1 поддержал доводы отзыва на жалобу.

Изучив материалы дела, доводы кассационной жалобы и отзыва на жалобу, выслушав пояснения лиц, участвующих в обособленном споре, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Как видно из материалов дела, решением суда от 26.08.2014 должник признан несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Сведения о введении процедуры конкурсного производства опубликованы в газете «Коммерсантъ» 30.08.2014 № 155.

Определением суда от 22.07.2015 ФИО4 отстранен от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника.

Определением суда от 19.01.2016 конкурсным управляющим должника утвержден ФИО1

Банк обратился в арбитражный суд с жалобой на бездействие конкурсного управляющего должника ФИО1, а также заявил ходатайство об его отстранении. В заявлении конкурсный кредитор просил признать незаконным бездействие конкурсного управляющего, выразившееся в нарушении пункта 2 статьи 129 Закона о банкротстве.

Банк указал, что конкурсному управляющему должника ФИО4 в период исполнения его обязанностей стало известно о заключении ОАО «Имени Ленина» (правообладатель) и должником (приобретатель) договора от 04.03.2013 об отчуждении исключительного права на секрет производства, по условиям которого правообладатель передает приобретателю исключительное право на секрет производства, а приобретатель обязуется уплатить правообладателю обусловленное договором вознаграждение в размере 134 млн рублей.

Поскольку материальный носитель, содержащий секрет производства, не передан ФИО4, он обратился в арбитражный суд с заявлением об истребовании его у ликвидатора должника – ФИО5 в целях формирования конкурсной массы должника.

Определением суда от 20.06.2016 заявление ФИО4 удовлетворено, суд установил факт неисполнения ФИО5 обязанности по передаче конкурсному управляющему материального носителя секрета производства.

Не согласившись с определением суда, ФИО5 обжаловал его в апелляционном порядке.

На дату рассмотрения апелляционной жалобы конкурсным управляющим должника являлся ФИО1, который в ходе судебного заседания заявил отказ от истребования единственного экземпляра материального носителя секрета производства.

Банк указал, в ходе рассмотрения обособленного спора о признании недействительным договора об отчуждении исключительного права на секрет производства от 04.03.2013 (определение суда от 19.06.2016, постановление апелляционного суда от 15.08.2016, постановление суда округа от 24.10.2016) конкурсный управляющий должника ФИО1 представил в материалы дела отзыв, согласно которому он осмотрел производство должника, опросил сотрудников предприятия, отвечающих за технологический процесс, и установил, что молочные продукты производятся должником по технологии, приобретенной у ОАО «Имени Ленина», с помощью секрета производства должник обеспечивает исполнение обязательств по договору на переработку давальческого сырья – молока № 1 перед ООО «Молочный завод "На Лугу"». В отзыве ФИО1 указал, что рассмотрел заключение специалиста

от 17.04.2015 № 14150/04-15, представленное в материалы дела, где специалист с июня 2014 года по март 2015 года включительно усматривает снижение затрат на

57 986 214 рублей 71 копейку ввиду внедрения новой технологии производства.

По мнению банка, указанное подтверждает то, что ФИО1 знал о факте внедрения секрета производства и о том, что единственный экземпляр материального носителя, содержащий сведения о секрете производства предшествующему конкурсному управляющему не передавался.

Банк указал, что передача документации и имущества произведена конкурсному управляющему не в полном объеме, о чем ФИО1 осведомлен, однако никаких мер, направленных на поиск и истребование материального носителя, содержащего сведения о секрете производства, не принял, не включил данные о секрете производства в инвентаризационную опись, не принял мер к его оценке и реализации. Отчеты конкурсного управляющего не содержат сведений о принятых мерах, направленных на выявление и истребование носителя секрета производства у третьих лиц. Изложенное повлияло на невозможность формирования конкурсной массы должника в полном объеме и привело к нарушению прав и законных интересов должника и его кредиторов, в частности, заявителя, сделало невозможным удовлетворение его требований и требований иных кредиторов в рамках дела о банкротстве должника.

Ходатайствуя об отстранении конкурсного управляющего, банк указывает на то, что у ФИО1 отсутствуют намерения проводить меры, направленные на поиск и возврат в конкурсную массу имущества должника, что подтверждается ходатайством конкурсного управляющего о завершении производства по делу о банкротстве должника, в котором указано об абсолютной полноте проведенных им мероприятий.

Отказывая в удовлетворении требований банка, апелляционный суд сослался на положения статей 32, 60 и 129 Закона о банкротстве, Федерального закона от 29.07.2004

№ 98-ФЗ «О коммерческой тайне», постановление Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве».

Суд апелляционной инстанции установил, что определение суда от 20.06.2016, которым суд установил факт неисполнения ФИО6 обязанности по передаче конкурсному управляющему материального носителя секрета производства отменено постановлением апелляционного суда от 12.08.2016, принят отказ конкурсного управляющего должника ФИО1 от заявления в части возложения на ФИО6 обязанности передать конкурсному управляющему договор беспроцентного займа 01.01.2007 № 02/01-2007, заключенный должником и

ООО «Маршал», соглашение о зачете встречных денежных требований от 20.03.2013

№ 1, заключенное должником и ОАО «Имени Ленина», единственный экземпляр материального носителя, содержащего сведения о содержании секрета производства «Инновационная технология производства молочных напитков». Суд установил, что отказ от заявления в данной части не противоречит закону, а также не нарушает права и законные интересы других лиц.

Лица, участвующие в деле, в том числе банк, не обжаловали постановление апелляционного суда от 12.08.2016 в части принятия отказа от заявленных требований.

Определение суда от 20.06.2016 не подтверждает наличие у ФИО6 материального носителя секрета производства, либо наличие материального носителя секрета в натуре у иного лица, не исполнившего свои обязательства по его передаче конкурсному управляющему должника. Постановлением апелляционного суда от 12.08.2016 установлено, что отказ от истребования материального носителя секрета производства не нарушает права и обязанности лиц, участвующих в деле.

Апелляционный суд пришел к выводу о том, что оспариваемое бездействие ФИО1 в данной части также не может быть признано как нарушающее права и обязанности лиц, участвующих в деле о банкротстве должника.

Кроме того, банк не привел доводов, позволяющих прийти к выводу о реальной возможности пополнения конкурсной массы и удовлетворения требований кредиторов за счет материального носителя секрета производства и не доказал возможность реализовать материальный носитель секрета на торгах, с учетом того, что такие действия безусловно повлекут раскрытие сведений о секрете производства и фактическое прекращение его существования.

Несмотря на то, что ноу-хау не относится к исключенным из оборота объектом гражданских прав, его реализация на публичных торгах в ходе конкурсного производства может существенно снизить ликвидность, а фактически - обесценить секрет производства. Реализация же секрета производства на торгах без его разглашения (частичного разглашения) заведомо нецелесообразна, так как не образует покупательского спроса.

Апелляционный суд установил, что конкурсный управляющий должника ФИО4 обратился в Управление экономической безопасности и противодействия коррупции ГУ МВД России по Ростовской области с заявлением о рассмотрении вопроса о привлечении к уголовной ответственности ФИО7, ФИО8, ФИО9, ФИО10 Как следует из заявления ФИО4, в нем он приводит информацию о признаках преднамеренного банкротства посредством анализа сделок, в том числе по приобретению секрета производства, и просит рассмотреть вопрос о наличии в действиях виновных лиц признаков состава преступления, предусмотренного статьей 196 Уголовного кодекса Российской Федерации (далее – Уголовный кодекс).

Согласно ответам следователя СУ УМВД России по г. Ростову-на-Дону

от 09.12.2019, от 09.01.2020 и от 14.07.2015 по заявлению предыдущего управляющего ФИО4 в отношении ФИО10 и ФИО7 возбуждено уголовное дело Э№ 2015478025 по части 4 статьи 159 Уголовного кодекса.

В целях установления данных обстоятельств, имеющих значение в целях разрешения вопроса о рациональной необходимости принятия мер по поиску и возврату ноу-хау в конкурсную массу определением апелляционного суда от 26.03.2020 на

Следственное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по

г. Ростову-на-Дону возложена обязанность представить сведения о том, у кого находился или может находиться ноу-хау, копии протоколов допроса, в ходе которых рассматривались вопросы, связанные с местонахождением ноу-хау, копии постановлений о признании обвиняемыми ФИО10 и ФИО7, копии выемок и других следственных действий, осуществленных в рамках указанного уголовного дела.

Следственное управление Министерства внутренних дел Российской Федерации по г. Ростову-на-Дону сообщило, что в ходе производства предварительного следствия по уголовному делу № 2015478025 предпринимались и предпринимаются меры к розыску материального носителя секрета производства, полученного должником по договору от 04.03.2013 об отчуждении исключительного права на секрет производства (единственный экземпляр материального носителя, содержащего сведения о секрете производства «Инновационная "Коммерческая тайна"»), заключенному с ОАО «Имени Ленина»: проведены оперативно-розыскные мероприятия, направленные на установления местонахождения единственного экземпляра материального носителя, содержащего сведения о секрете производства «Инновационная "Коммерческая тайна"», а именно обыски по месту жительства ФИО10, ФИО7, ФИО9, ФИО11, ФИО12 ФИО13, а также в офисах должника и связанных с ним предприятий, расположенных по адресу:

<...>, <...> а,

<...> а, Ростовская обл., Кагальницкий р-н,

ст. Кагалъницкая, ул. Почтовая, 162, <...>.

Однако до настоящего времени, несмотря на проведенные оперативно-розыскные мероприятия и следственных действий, единственный экземпляр материального носителя, содержащего сведения о секрете производства «Инновационная технология производства молочных напитков», на котором нанесен гриф «Коммерческая тайна», не обнаружен, его местонахождение не известно.

Представлены копии протоколов допросов свидетелей, копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого в отношении ФИО10 и копия постановления о привлечении в качестве обвиняемого в отношении ФИО7

Из копии постановления о привлечении в качестве обвиняемого ФИО7

от 05.08.2020 следует, что ФИО7 дал указания ФИО10 о необходимости заключить с ОАО «Имени Ленина» договор об отчуждении исключительного права на секрет производства на сумму 134 млн рублей, согласно которому ОАО «Имени Ленина» осуществляет передачу должнику исключительного право на секрет производства (ноу-хау) на указанную сумму, заранее осознавая, что данного секрета не существует, а сделка носит исключительно фиктивный характер.

Из копии протоколов допросов свидетеля ФИО5 установлено, что на вопрос следователя о том, кто принимал участие в процессе внедрения в технологический процесс должника секрета производства «Инновационной технологии производства молочных напитков», приобретенного у ОАО «Имени Ленина», ФИО5 пояснил, что он комплектовал и монтировал цех, технолог ФИО14 осуществляла контроль технологического процесса, заведующая лаборатории ФИО15 осуществляла лабораторный контроль, директор завода ФИО10, закупал ингредиенты (сухую сыворотку).

На вопрос следователя о том, передавал ли свидетель ФИО1 или иному арбитражному управляющему оригинал материального носителя «Инновационной технологии производства молочных напитков», ФИО5 пояснил, что не помнит. Указал, что передал сшив документов ФИО4, однако что именно там находилось, не знает.

На вопрос следователя о том, что известно свидетелю по поводу инновационной технологии, ФИО5 пояснил, что по инновационной технологии документы не были переданы и с ними свидетеля никто не ознакамливал. На протяжении всей трудовой деятельности, по мере необходимости вносились изменения ингредиентов, которые входили в состав молока и молочной продукции, а именно: закваски, стабилизаторы, наполнители и т. д. Таким образом, молоко и молочная продукция усовершенствовалась путем добавления, либо замены одного продукта на другой, но кардинальных изменений (изменение компонентного состава, изменение процессов) при этом не происходило. Все изменения ингредиентов, которые входили в состав молока и молочной продукции происходили по указанию генерального директора должника ФИО10 или по указанию учредителя должника ФИО7

На вопрос следователя о том, кем и каким, образом ФИО5 передавался носитель, с «Инновационной технологией производства молочных напитков» свидетель пояснил, что примерно в 2011 году заведующей лаборатории ФИО16 передана технология производства молочных напитков. Сам рецепт производства молочных напитков свидетелю не известен, он занимался технической частью данной технологии, а именно подбор оборудование, его монтаж и запуск в эксплуатацию. На стадии ликвидации завода (2014-2015 годы), ФИО5 необходимо было передать всю документацию (бухгалтерскую и организационно-правовую), в том числе и «Инновационная технология производства молочных напитков» на бумажном носителе конкурсному управляющему ФИО4. В указанный период ФИО5 являлся председателем ликвидационной комиссии. В момент передачи всей указанной документации присутствовал ФИО4, и его помощник. После передачи документации, ФИО5 и ФИО4 составили акт приема передачи всей переданной документации, копия которого имеется у свидетеля.

Из копии протокола допроса свидетеля ФИО15 установлено, что на вопрос следователя о том, что ФИО15 известно по поводу «Инновационной технологии производства молочных напитков» пояснила, что примерно в 2013 году состоялось совещание, на котором сообщено о том, что будет изменена технология производства молочной продукции. На данном совещании присутствовали: сотрудники лаборатории, главный инженер, главный технолог, директор по производству, финансовый директор, а также представители ОАО «Имени Ленина», от должника присутствовали директор ФИО10 и учредитель ФИО7

На вопрос следователя о том кто, когда и при каких обстоятельствах передал ФИО15 единственный экземпляр материального носителя, содержащего сведения о содержании секрета производства «Инновационная технология производства молочных напитков», на котором нанесен гриф «Коммерческая тайна» пояснила, что никто секрет производства ей не передавал, она его не видела, директор должника ФИО10 были переданы содержание рецептуры, технологический процесс, технологические схемы изготовления молочной продукции.

Из копии протокола допроса свидетеля ФИО17 на вопрос следователя о том, что свидетелю известно по поводу «Инновационной технологии производства молочных напитков» пояснила, что генеральный директор должника ФИО10 передал ей договор купли-продажи «ноу-хау2, при этом ФИО10 пояснил, что на основании договора купли-продажи инновационной технологии необходимо подготовить акт взаимозачета между должником и ОАО «Имени Ленина» по действующему договору поставки молока, однако, в договоре купли-продажи указана стоимость инновационной технологии 134 млн рублей, а сумма задолженности ОАО «Имени Ленина» по договору поставки, составляла более 120 млн рублей. После ФИО17, по указанию ФИО10, перечислила разницу стоимости секрета производства «ноу-хау» «Инновационная технология производства молочных напитков» стоимостью

134 млн рублей и сумму долга ОАО «Имени Ленина» в размере более 120 млн рублей. Далее, ФИО17 подготовила акт взаимозачета между должником и ОАО «Имени Ленина», согласно которому взаимные обязательства отсуттсвуют.

Апелляционный суд установил, что в рамках уголовного дела, возбужденного в 2015 году предпринимались и предпринимаются меры, в частности, по розыску секрета производства, полученного должником по договору от 04.03.2013. Однако выявить ноу-хау не представляется возможным.

Для отстранения конкурсного управляющего от исполнения возложенных на него обязанностей нужно установить наличие одновременно нескольких условий: грубое нарушение закона, причинения вреда кредиторам или должнику, неспособность вести дело о банкротстве в соответствии с теми целями и задачами, которые установлены законом.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив отсутствие оснований для удовлетворения заявления о признании незаконным бездействия конкурсного управляющего ФИО1, апелляционный суд отказал в удовлетворении жалобы банка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных апелляционным судом. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые являлись предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену или изменение постановления апелляционного суда (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда от 30 июня 2020 года по делу № А53-11610/2014 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия.


Председательствующий Ю.В. Мацко

Судьи Е.В. Андреева

М.Г. Калашникова