Постановление от 11 марта 2021 г. по делу № А03-21829/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ЗАПАДНО-СИБИРСКОГО ОКРУГА


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

город Тюмень Дело № А03-21829/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 10 марта 2021 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 11 марта 2021 года.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего Доронина С.А.,

судей Мелихова Н.В.,

Шаровой Н.А. -

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационную жалобу конкурсного управляющего Шишина Артёма Юрьевича на определение от 27.08.2020 Арбитражного суда Алтайского края (судья Ивина И.А.) и постановление от 19.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда (судьи Фролова Н.Н., Зайцева О.О., Иванов О.А.) по делу № А03-21829/2018 о несостоятельности (банкротстве) Хабарского муниципального унитарного предприятия «Многоотраслевое коммунальное хозяйство» (ИНН 2286004301, ОГРН 1162225085890; далее – предприятие, должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего Шишина Артёма Юрьевича о признании недействительным договора уступки права требования от 25.01.2018 № 21 (далее – договор уступки права), применении последствий его недействительности.

Суд установил:

в рамках дела о банкротстве предприятия конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании недействительным договора уступки права требования, применении последствий его недействительности в виде взыскания с индивидуального предпринимателя Шутенко Михаила Михайловича (далее - предприниматель) в конкурсную массу денежных средств в размере 113 291,50 руб.

Определением от 27.08.2020 Арбитражного суда Алтайского края, оставленным без изменения постановлением от 19.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда, в удовлетворении заявления отказано.

В кассационной жалобе конкурсный управляющий просит определение суда от 27.08.2020 и постановление апелляционного суда от 19.12.2020 отменить, направить обособленный спор на новое рассмотрение.

Податель кассационной жалобе настаивает на недобросовестном осуществлении должником своих прав и обязанностей в гражданском обороте; полном расчёте предпринимателя с предприятием в рамках правоотношений по которым произведена уступка права и последующий зачёт, то есть отсутствии задолженности, которая могла быть положена в основу зачёта; наличии у должника на дату заключения оспариваемой сделки признаков неплатежеспособности и осведомлённости об этом предпринимателя.

Кроме того, кассатор указывает на то, что оспариваемая сделка не проверена судом на предмет соответствия бюджетному законодательству.

Изучив материалы обособленного спора, доводы, изложенные в кассационной жалобе и отзывах на неё, проверив в соответствии со статьями 286, 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) законность обжалуемых определения и постановления, суд округа не находит оснований для их отмены.

Как следует из материалов дела, между предприятием (цедент) и предпринимателем (цессионарий) заключён договор уступки права, по условиям которого должник уступил предпринимателю право требования к третьему лицу в размере 113 291,50 руб. (оплата по муниципальному контракту от 01.01.2017 № 97), расчёт за указанное право требования осуществляется путём компенсации предпринимателем должнику имеющейся у него задолженности в размере 113 291,50 руб. (оплата по договору поставки каменного угля).

Конкурсный управляющий, полагая, что договор уступки права совершён при неравноценном встречном предоставлении с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, повлёк оказание предпринимателю предпочтение в удовлетворении его требований, обратился в арбитражный суд с настоящим заявлением.

Суды двух инстанций, отказывая в удовлетворении заявления, исходили из недоказанности обстоятельств наличия у должника на дату заключения оспариваемой сделки признаков неплатёжеспособности, осведомлённости об этом предпринимателя, преференциальности удовлетворения требования последнего, ординарности действий должника.

Суд округа считает выводы судов первой и апелляционной инстанций правильными.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), сделки, совершенные должником или другими лицами за счёт должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее – ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

В подпункте 1 пункта 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Постановление № 63) разъяснено, что по правилам данной главы могут оспариваться, в частности, действия, являющиеся исполнением гражданско-правовых обязательств (в том числе наличный или безналичный платеж должником денежного долга кредитору, передача должником иного имущества в собственность кредитора), или иные действия, направленные на прекращение обязательств (заявление о зачёте, соглашение о новации, предоставление отступного).

Статья 61.2 Закона о банкротстве предусматривает возможность признания сделки должника недействительной, если она совершена при неравноценном встречном исполнении (пункт 1), с целью причинения вреда кредиторам (пункт 2).

Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве (неравноценность встречного исполнения обязательств другой стороной сделки), в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учётом пункта 6 Постановления № 63).

Таким образом, для правильного разрешения вопроса о наличии у договоров уступки права пороков (признаков недействительности), предусмотренных положениями пунктов 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, необходимо установить факт совершения сделки в определенный период времени до возбуждения дела о банкротстве (три года), причинение вреда имущественным правам кредиторов (по существу - неравноценность встречного предоставления), наличие у должника на дату совершения сделки признаков неплатёжеспособности, осведомлённость об этом другой стороны сделки (недобросовестность контрагента).

В случае недоказанности хотя бы одного из указанных обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию (пункт 5 Постановления № 63).

Исходя из статьи 65 АПК РФ, а также из приведенных разъяснений обязанность доказывания осведомленности кредитора о причинении вреда имущественным правам кредиторов должника возлагается на оспаривающее сделку лицо - конкурсного управляющего.

Суды первой и апелляционной инстанций, отказывая в признании недействительным договора уступки права и расчёта по обязательству между должником и предпринимателем взаимозачётом, правомерно исходили из недоказанности конкурсным управляющим осведомлённости ответчика о наличии у предприятия признаков банкротства на дату совершения оспариваемой сделки, а также неравноценного встречного исполнения обязательств.

Выводы судов являются правильными, сделанными в соответствии с нормами права и фактическими обстоятельствам обособленного спора, оснований не согласиться с ними у суда округа не имеется.

Довод кассационной жалобы об осведомлённости предпринимателя о неплатёжеспособности должника подлежит отклонению.

Так, при решении вопроса о том, должен ли был кредитор знать о наличии признаков неплатёжеспособности у должника, во внимание принимается то, насколько он мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. К числу фактов, свидетельствующих в пользу такого знания кредитора, могут с учетом всех обстоятельств дела относиться следующие: неоднократное обращение должника к кредитору с просьбой об отсрочке долга по причине невозможности уплаты его в изначально установленный срок; известное кредитору (кредитной организации) длительное наличие картотеки по банковскому счёту должника (в том числе скрытой); осведомлённость кредитора о том, что должник подал заявление о признании себя банкротом.

Согласно абзацу тридцать четвёртому статьи 2 Закона о банкротстве для целей данного Закона под неплатёжеспособностью понимается прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств.

Вместе с тем, само по себе размещение на сайте Верховного Суда Российской Федерации в картотеке арбитражных дел информации о наличии исков, судебных актов о взыскании с предприятия денежных средств, не означает, что у должника появились признаки неплатёжеспособности, поскольку это может быть вызвано мотивацией контрагента должника, наличием разногласий между ними, а не финансовым состоянием юридического лица, то есть иными факторами, влияющими на принятие экономически важных решений участниками гражданского оборота.

Однако это обстоятельство может быть принято во внимание, если с учётом характера сделок, личности кредитора и условий оборота проверка сведений о должнике должна была осуществляться, в том числе путём проверки его по указанной картотеке.

Доказательств, безусловно свидетельствующих о том, что на момент совершения оспариваемых сделок размер денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника превышал стоимость имущества (активов) должника (признак объективного банкротства), аффилированности лиц, в материалах обособленного спора не имеется.

Специфика деятельности должника предполагает, что ситуация, при которой должник имеет непогашенную кредиторскую задолженность перед энергоснабжающими организациями, бюджетом, поставщиками угля одновременно с дебиторской задолженностью за отпущенные энергоресурсы (в рассматриваемом случае бюджетным учреждением), является обычной в сфере коммунального хозяйства.

Доводы конкурсного управляющего об отсутствии у предприятия задолженности перед предпринимателем были предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и правомерно ими отклонены со ссылками на недоказанность обстоятельств наличия переплаты в рамках правоотношений по поставке предпринимателем должнику угля (статья 65 АПК РФ).

Ссылка кассатора на то, что в результате совершения оспариваемой сделки предпринимателю было оказано предпочтение в удовлетворении требований не имеет правового значения для правильного рассмотрения настоящего обособленного пора, поскольку договор уступки права совершен за пределами срока оспаривания сделки по мотивам её преференциальности.

Также в рассматриваемом случае заявителем не доказано, что пороки оспариваемой сделки выходят за пределы подозрительных сделок (пункт 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве), в этой связи оснований для применения положений статей 10, 168 ГК РФ, вопреки доводам кассационной жалобы, не имеется.

Утверждение подателя жалобы о несоответствии договора уступки права бюджетному законодательству (ничтожность) правильно отклонено судами со ссылкой на необходимость в каждом конкретном случае исходя из специфики рассматриваемых правоотношений определять соотношение между положениями Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее - Закон) и иными федеральными законами, входящими в систему законодательства о контрактной системе в соответствии с частью 1 статьи 2 Закона, и положениями Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), применение статьей 382, 383, 386, 388 ГК РФ с учётом их разъяснений, данных в Обзоре судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017, постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 54 «О некоторых вопросах применения положений главы 24 Гражданского кодекса Российской Федерации о перемене лиц в обязательстве на основании сделки».

Другие доводы, приведенные в кассационной жалобе, по существу направлены на иную оценку доказательств и фактических обстоятельств дела, установленных судами первой и апелляционной инстанций, переоценка которых в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, судом округа не установлено.

В связи с предоставлением отсрочки по уплате государственной пошлины она подлет отнесению на должника, в интересах которого действовал конкурсный управляющий. Исполнительный лист надлежит выдать Арбитражному суду Алтайского края в порядке части 2 статьи 319 АПК РФ.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение от 27.08.2020 Арбитражного суда Алтайского края и постановление от 19.12.2020 Седьмого арбитражного апелляционного суда по делу № А03-21829/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу конкурсного управляющего Шишина Артёма Юрьевича – без удовлетворения.

Взыскать с Хабарского муниципального унитарного предприятия «Многоотраслевое коммунальное хозяйство» в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по кассационной жалобе.

Исполнительный лист выдать Арбитражному суду Алтайского края.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий С.А. Доронин


Судьи Н.В. Мелихов


Н.А. Шарова