Решение от 27 февраля 2018 г. по делу № А40-81250/2017

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А40-81250/17-176-775
28 февраля 2018 года
г.Москва


Полный текст решения изготовлен 28 февраля 2018 года

Резолютивная часть решения объявлена 12 февраля 2018 года

Арбитражный суд города Москвы

в составе: судьи Рыбина Д.С.

при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению ТУ Росимущества в городе Москве

к ответчику: ООО «Квартал»

третьи лица, не заявляющие самостоятельных требований относительно предмета спора: Управление Росреестра по Москве, ГУ МЧС России по г.Москве

о признании права собственности Российской Федерации, об истребовании из чужого незаконного владения

с участием: от истца – ФИО2 по дов. от 28.11.2017 № И22-02/23741;

от ответчика – ФИО3 по дов. от 27.04.2016;

от ГУ МЧС России по г.Москве – ФИО4 по дов. от 26.01.2017 № 10-1-3;

от Управления Росреестра по Москве – неявка, уведомлено;

УСТАНОВИЛ:

ТУ Росимущества в городе Москве (далее по тексту также – истец) обратилось в Арбитражный суд города Москвы с исковым заявлением о признании права собственности Российской Федерации на нежилое помещение – объект гражданской обороны (подвал пом.III комн.54,56-64) площадью 117,4 кв.м, расположенный в здании по адресу: <...>, об истребовании из чужого незаконного владения ООО «Квартал» (далее по тексту также – ответчик) нежилого помещения – объекта гражданской обороны (подвал пом.III комн.54,56-64) площадью 117,4 кв.м, расположенного в здании по адресу: <...>, и передаче его в освобожденном виде истцу.

Дело рассмотрено судом в порядке, установленном ст.ст.123, 156 АПК РФ, в отсутствие Управления Росреестра по Москве, извещенного в соответствии со ст.121 АПК РФ надлежащим образом о дате, месте и времени рассмотрения дела.

Истец поддержал исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в исковом заявлении, со ссылкой на то, что спорный объект недвижимости является объектом гражданской обороны, представляет собой защитное сооружение (встроенное убежище), принятое в эксплуатацию в 1955 году и предназначенное для укрытия населения, имеет особый статус и условия использования, создан исключительно для защиты населения и ценностей от опасностей военного, природного и техногенного характера в рамках единой системы защитных мероприятий на территории Российской Федерации, что подтверждается паспортом убежища № 02939-77, техническими характеристиками убежища (инвентарный номер убежища 02939-77), и в силу п.2 раздела 3 Постановления ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» относится исключительно к федеральной собственности, что подтверждается выпиской из реестра федерального имущества от 26.08.2015 № 2576/7. Истцом решений о передаче спорного объекта в собственность ответчика не принималось.

Ответчик представил письменные пояснения, возражал против удовлетворения исковых требований в полном объеме по основаниям, изложенным в письменных пояснениях, со ссылкой на то, что истцом документально не доказан тот факт, что часть (площадью 117,4 кв.м) принадлежащего истцу на праве собственности нежилого помещения, расположенного в здании по адресу: <...>, является объектом гражданской обороны. При этом выписка из реестра федерального имущества, представленная истцом, сама по себе не является правоустанавливающим или правоудостоверяющим документом, и ее наличие не исключает необходимости представления истцом документов, подтверждающих возникновение права собственности в порядке, установленном Постановлением ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность». Ответчик также ссылается на пропуск истцом срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

ГУ МЧС России по г.Москве представило отзыв, подержало исковые требования в полном объеме по основаниям, изложенным в отзыве.

Управление Росреестра по Москве не воспользовалось предоставленными ему АПК РФ процессуальными правами, отзыв или иную письменную позицию по спору не представило.

Рассмотрев материалы дела, выслушав доводы представителей явившихся в судебное заседание сторон и ГУ МЧС России по г.Москве, оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности на основании ст.71 АПК РФ, суд установил, что требования истца заявлены необоснованно и не подлежат удовлетворению в полном объеме по следующим основаниям.

Из материалов дела следует, что истцу на праве собственности принадлежит нежилое помещение (подвал комн.и1,И,и,к,М, пом.XI комн.1-17,19-27,30-40,42, пом.XII комн.1-9; 1 этаж комн.М, пом.VII комн.1-5,5а,5б,6-10,10а,11-17,17а,17б,18; антресоль пом.IV комн.1-4,4а,5-13, пом.IVа комн.1-3) общей площадью 1.297,8 кв.м, расположенное в здании по адресу: <...>.

Истец указывает на то, что согласно выписке из реестра федерального имущества от 26.08.2015 № 2576/7 нежилое помещение (подвал пом.III комн.54,56-64) общей площадью 117,4 кв.м, расположенное в здании по адресу: <...>, на основании Постановления ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 «О разграничении государственной собственности в Российской Федерации на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе Российской Федерации, краев, областей, автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственность» (далее по тексту также – Постановление ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1) является федеральной собственностью.

Согласно паспорту убежища (противорадиационного укрытия) № 2939-77 вышеуказанное нежилое помещение (подвал пом.III комн.54,56-64) общей площадью 117,4 кв.м, расположенное в здании по адресу: <...>, является объектом гражданской обороны, представляет собой защитное сооружение (встроенное убежище), принято в эксплуатацию в 1955 году и предназначено для укрытия населения, имеет особый статус и условия использования, создано исключительно для защиты населения и ценностей от опасностей военного, природного и техногенного характера в рамках единой системы защитных мероприятий на территории Российской Федерации.

Истец также указывает на то, что спорное помещение является частью принадлежащего истцу на праве собственности нежилого помещения.

Однако истцом решений о передаче спорного объекта в собственность ответчика не принималось.

Согласно п.2 раздела III (объекты оборонного производства) приложения № 1 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 защищенные рабочие помещения запасных пунктов управления всех органов государственной власти и управления, а также объекты связи и инженерной инфраструктуры, предназначенные для использования в особый период, относятся исключительно к федеральной собственности.

В силу п.1 приложения № 3 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 такие объекты государственной собственности, как жилой и нежилой фонд, находящийся в ведении соответствующих советов народных депутатов, отнесены к муниципальной собственности, собственности Москвы и Санкт-Петербурга.

Исходя из п.3 Постановления ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 объекты государственной собственности, не указанные в приложениях №№ 1 – 3, передаются в государственную собственность субъектов Федерации на основании предложений их компетентных органов власти, но до момента определения соответствующего собственника таких объектов они относятся к федеральной собственности.

Объекты в виде «защитных сооружений гражданской обороны» в приложениях №№ 1 – 3 прямо не указаны.

Общее понятие и классификация подобных объектов определяются исходя из положений иных законодательных и нормативных актов.

Так, ст.1 Федерального закона от 12.02.1998 № 28-ФЗ «О гражданской обороне» определяет гражданскую оборону как систему мероприятий по подготовке к защите и защите населения, материальных и культурных ценностей на территории Российской Федерации от опасностей, возникающих при ведении военных действий или вследствие этих действий, а также при возникновении чрезвычайных ситуаций природного и техногенного характера.

Пунктом 2 Постановления Правительства РФ от 29.11.1999 № 1309 «О порядке создания убежищ и иных объектов гражданской обороны» к объектам гражданской обороны отнесены убежища, противорадиационные укрытия, специализированные складские помещения для хранения имущества гражданской обороны, санитарно-обмывочные пункты, станции обеззараживания одежды и транспорта, а также иные объекты, предназначенные для обеспечения проведения мероприятий по гражданской обороне.

Согласно ГОСТу Р22.0.02-94 «Безопасность в чрезвычайных ситуациях. Термины и определения основных понятий», утвержденному постановлением Госстандарта РФ от 22.12.1994 № 327, под защитным сооружением понимается инженерное сооружение, предназначенное для укрытия людей, техники и имущества от опасностей, возникающих в результате последствий аварий и катастроф на потенциально опасных объектах, либо стихийных бедствий в районах размещения этих объектов, а также от воздействия современных средств поражения.

Приказом МЧС России от 15.12.2002 № 583 утверждены Правила эксплуатации защитных сооружений гражданской обороны, рассчитанные на все случаи: режим повседневной деятельности, военное время, чрезвычайные ситуации природного и техногенного характера.

Таким образом, убежище имеет особый статус – объект гражданской обороны, который не может быть отнесен к обычному нежилому фонду в силу особого предназначения и условий использования. Эти объекты создаются исключительно для защиты населения и ценностей от опасностей военного, природного и техногенного характера в рамках единой системы защитных мероприятий на территории Российской Федерации.

Наличие у объекта статуса защитного сооружения гражданской обороны не дает оснований автоматически считать его объектом инженерной инфраструктуры, подпадающим под действие п.2 раздела III (объекты оборонного производства) приложения № 1 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1.

Не относится такой объект и к нежилому фонду, на который распространяется приложение № 3 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1.

Следовательно, защитные сооружения гражданской обороны представляют собой отдельную категорию объектов государственной собственности, объединяемых по признаку единого назначения, которые в приложениях №№ 1 - 3 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 не упомянуты.

Поэтому защитные сооружения гражданской обороны, не отвечающие критериям объектов оборонного производства, на основании п.3 Постановления ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 продолжают оставаться в федеральной собственности до решения вопроса о возможности их передачи в собственность соответствующего субъекта Федерации в установленном порядке.

Такой порядок определен в настоящее время ст.154 Федерального закона от 22.08.2004 № 122-ФЗ (ранее действовал порядок, утвержденный распоряжением Президента РФ от 18.03.1992 № 114-рп). Положения Федерального закона № 184-ФЗ, определяющие полномочия субъектов Федерации, позволяют им иметь в собственности защитные сооружения, но не изменяют порядка передачи из федеральной собственности тех сооружений, которые созданы до вступления этого закона в силу (Постановление Президиума ВАС РФ от 26.01.2010 № 12757/09 по делу № А56-19531/2007).

Между тем с учетом обстоятельств настоящего спора и имеющихся в материалах дела доказательств суд указывает следующее.

Ответчиком во исполнение определения Арбитражного суда города Москвы от 11.09.2017 по настоящему делу совместно с ГУ МЧС России по г.Москве 28.09.2017 было проведено обследование принадлежащих ответчику на праве собственности нежилых помещений.

Актом осмотра от 28.09.2017 проверяющими подтверждено, что документация защитного сооружения гражданской обороны в отношении вышеуказанных помещений не разработана, техническое состояние проверяемых помещений как объекта защитного сооружения гражданской обороны неудовлетворительное, проверяемое помещение нормам проектирования инженерно-технических мероприятий гражданской обороны не соответствует, к приему укрываемых не готово.

Эти же обстоятельства подтверждаются представленной ГУ МЧС России по г.Москве в материалы дела инвентарной карточкой на объект – убежище (противорадиационное укрытие) № 2939-77.

При этом в качестве признаков объекта защитного сооружения гражданской обороны ГУ МЧС России по г.Москве в акте осмотра указано на наличие, с учетом фотоматериалов, вблизи дома по адресу: <...> оголовка.

Однако документальных доказательств того, что данный оголовок непосредственно соединен с исследуемыми помещениями ответчика, истцом в материалы дела не представлено.

Таким образом, доводы ГУ МЧС России по г.Москве о наличии у исследуемого нежилого помещения ответчика оголовка, указанные в акте от 22.10.2015, носят предположительный характер и документально не подтверждены.

Кроме того, в представленных истцом и ГУ МЧС России по г.Москве технических документах на объект защитного сооружения гражданской обороны имеются рукописные приписки, исправления и разночтения относительно его места нахождения и площади.

Таким образом, объект защитного сооружения гражданской обороны, как об этом указывает истец, в принадлежащих ответчику нежилых помещениях не идентифицирован и фактически отсутствует.

Субъектами права федеральной, государственной и муниципальной собственности являются Российская Федерация, соответствующие субъекты Российской Федерации, муниципальные образования на переданное в их собственность имущество в порядке, установленном Постановлением ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1.

При этом выписка из реестра федерального имущества, представленная истцом, сама по себе не является правоустанавливающим или правоудостоверяющим документом, а ее наличие не исключает необходимости представления истцом документов, подтверждающих возникновение права собственности в порядке, установленном непосредственно Постановлением ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1.

Таким образом, включение недвижимого имущества в реестр государственной или муниципальной собственности, а также нахождение имущества на балансе лица не являются доказательствами права собственности или законного владения, что подтверждается судебной практикой, в том числе, п.36 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав».

Основанием для внесения в реестр федерального имущества указано Постановление ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1. Иные правоустанавливающие документы истцом не представлены.

В соответствии с Постановлением ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 государственная собственность на имущество, созданное до 01.01.1992 в Российской Федерации разграничена на федеральную собственность, государственную собственность республик в составе РФ, краев областей автономной области, автономных округов, городов Москвы и Санкт-Петербурга и муниципальную собственности согласно приложениям №№ 1, 2, 3 к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1.

Между тем, указанные приложения к Постановлению ВС РФ от 27.12.1991 № 3020-1 не содержат сведений о конкретных объектах недвижимого имущества, а лишь устанавливают критерии отнесения имущества к той или иной форме собственности.

Распорядительных актов, иных документов, подтверждающих как первичное возникновение права собственности в результате создания, так и последующее приобретение права по одному из возможных оснований (cт.cт.218, 219 Гражданского кодекса РФ), истцом не представлено. При этом отсутствуют не только документы, указывающие о наличии государственной собственности на заявленный объект до 27.12.1991, но и ссылки на какие-либо реквизиты возможных документов.

Копия документа с планом помещений, представленная истцом, является неотносимым доказательством (ст.67 АПК РФ), поскольку не содержит адресных данных об изображенном помещении, а равно недопустимым доказательством (ст.68 АПК РФ), поскольку не позволяет определить источник своего происхождения (дата, организация, должностное лицо, подпись, печать, регистрационный номер и т.п. необходимые реквизиты).

Кроме того, истец в иске заявил сразу два отдельных, самостоятельных и взаимоисключающих способа защиты права – признание права и виндикация, что недопустимо, поскольку эти способы защиты имеют разные правовые основания для удовлетворения и, соответственно, различный предмет доказывания: для виндикации нужно иметь титул невладеющего собственника, но право собственности истца допустимыми и относимыми доказательствами не подтверждается, а для признания права – наличие фактического владения, однако истец не владел и не владеет помещениями ответчика полностью или в части.

Ответчик заявил о пропуске истцом срока исковой давности по заявленным исковым требованиям.

В соответствии со ст.196 Гражданского кодекса РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

Согласно п.1 ст.200 Гражданского кодекса РФ течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права.

Учитывая тот факт, что истец, считающий себя собственником заявленного объекта, должен был еще в 2004 году знать о наличии прав иных лиц на спорный объект, в связи с чем срок исковой давности истек еще в 2007 году (около 10 лет назад).

Таким образом, срок исковой давности начал течь, по меньшей мере, с 12.07.2004, а исковое заявление подано в мае 2017 года, т.е. за пределами срока исковой давности.

Кроме того, при применении срока исковой давности необходимо учесть следующее.

В п.57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» сказано, что к искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, применяется общий срок исковой давности, предусмотренный статьей 196 Гражданского кодекса РФ», т.е. 3 года.

Президиумом ВАС РФ по делу № А40-7912/11-28-61 было принято Постановление от 04.09.2012 № 3809/12, имеющее практикообразующее значение и в силу прямого указания в нем подлежащее применению к делам со сходными обстоятельствами на основании п.5 ч.3 ст.311 АПК РФ.

Президиум ВАС РФ указал, что в соответствии с п.57 Постановления Пленума Верховного Суда РФ № 10, Пленума ВАС РФ № 22 от 29.04.2010 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав» течение срока исковой давности по искам, направленным на оспаривание зарегистрированного права, начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о соответствующей записи в ЕГРП. Принимая во внимание контрольные функции, которые возложены на органы государственной власти, возражения истца о том, что он узнал о нарушении права только в 2015 году, подлежат отклонению.

Применимость такой позиции ВАС РФ подтверждена также Постановлением Президиума ВАС РФ от 18.06.2013 № 17630/12, в котором указано о начале течения срока исковой давности при наличии контрольных функций, возложенных на органы государственной власти. Президиум ВАС РФ подтвердил, что орган исполнительной власти, который для надлежащего осуществления этих обязанностей наделен различными контрольными полномочиями, имеет возможность в пределах срока исковой давности получить сведения о государственном техническом учете и государственной регистрации прав на объект.

Однако в настоящем деле ни кадастровый учет объектов ответчика, ни государственная регистрация права собственности ответчика, никогда не оспаривались и не имели претензий со стороны органов власти РФ.

В соответствии с абзацем 2 ст.199 Гражданского кодекса РФ истечение срока исковой давности является самостоятельным и достаточным основанием для отказа в иске.

На основании изложенного с учетом ч.1 ст.65 и ч.3.1 ст.70 АПК РФ суд пришел к выводу о том, что исковые требования удовлетворению в полном объеме не подлежат.

Судебные расходы по уплате госпошлины распределяются в порядке ст.110 АПК РФ.

На основании изложенного и руководствуясь ст.ст.8, 9, 11, 12, 209, 222, 234 Гражданского кодекса РФ и ст.ст.4, 9, 65, 70, 71, 75, 102, 110, 123, 131, 156, 167-171, 176, 180, 181 АПК РФ, суд

РЕШИЛ:

В удовлетворении исковых требований отказать в полном объеме.

Решение может быть обжаловано в месячный срок после его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.

Судья

Д.С. Рыбин