Решение от 22 сентября 2017 г. по делу № А09-9831/2017

Арбитражный суд Брянской области

241050, г. Брянск, пер. Трудовой, д.6 сайт: www.bryansk.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


Решение

Дело №А09-9831/2017
город Брянск
22 сентября 2017 года
Резолютивная часть решения объявлена 21.09.2017

Решение в полном объеме изготовлено 22.09.2017


Арбитражный суд Брянской области в составе судьи Халепо В.В.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мишиной Н.В.

рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению ООО «ИФК БинВест»

к ИФНС по г.Брянску

о признании недействительными решений

при участии:

от заявителя: ФИО1 – представитель (доверенность от 12.07.2017 – постоянная),

от ответчика: ФИО2 – ведущий специалист-эксперт (доверенность № 03-08/32604 от 04.09.2017 – постоянная)

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-финансовая компания «БинВест» (далее – ООО «ИФК БинВест», Общество) обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании недействительным решения Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Брянску (далее – ИФНС по г.Брянску) № 129 от 29.05.2017 о принятии обеспечительных мер (дело № А09-9831/2017).

Кроме того, ООО «ИФК БинВест» обратилось в Арбитражный суд Брянской области с заявлением о признании недействительными решений ИФНС по г.Брянску №99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 о приостановлении операций по счетам налогоплательщика в банке (дело № А09-9999/2017).

Определением арбитражного суда от 18.09.2017 указанные дела объединены в одно производство для их совместного рассмотрения.

Ответчик с заявлением не согласен по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Заслушав объяснения представителей сторон, изучив материалы дела, суд установил следующее.

ИФНС по г.Брянску в порядке статьи 89 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) была проведена выездная налоговая проверка ООО «ИФК БинВест» по вопросам соблюдения налогового законодательства, по результатам которой 24.05.2017 начальником ИФНС было вынесено решение № 129 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, которым Обществу были доначислены налоги, пени, штрафы на общую сумму 273 021 366 рублей.

После принятия решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения заместителем начальника ИФНС 29.05.2017 было вынесено решение №129 о принятии обеспечительных мер в виде запрета на отчуждение (передачу в залог) без согласия налогового органа иного имущества (мебели, оборудования) на сумму 2 596 413 рублей, а также в виде приостановления операций по счетам ООО «ИФК БинВест» на сумму 270 424 953 рубля (с учетом исправления опечатки от 04.07.2017).

В дальнейшем 06.06.2017 ИФНС по г.Брянску были приняты решения №99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 о приостановлении операций по счетам налогоплательщика в банке на сумму 270 424 953 рубля.

Решения ИФНС № 129 от 29.05.2017, №99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 были обжалованы Обществом в Управление Федеральной налоговой службы по Брянской области.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Брянской области от 06.07.2017 жалоба ООО «ИФК БинВест» на решение ИФНС № 129 от 29.05.2017 оставлена без удовлетворения.

Решением Управления Федеральной налоговой службы по Брянской области от 07.07.2017 жалоба ООО «ИФК БинВест» на решения ИФНС № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 также оставлена без удовлетворения.

Полагая, что решения ИФНС по г.Брянску № 129 от 29.05.2017, № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 не соответствуют закону, нарушают права и законные интересы налогоплательщика, ООО «ИФК БинВест» обратилось в арбитражный суд с вышеуказанным заявлением.

В обоснование своих требований Общество ссылается на отсутствие оснований для применения налоговым органом обеспечительных мер, а также на допущенные инспекцией процессуальные нарушения, поскольку запрет на отчуждение имущества и приостановление операций по счетам налогоплательщика произведены одновременно, а совокупная стоимость имущества, на которое наложен запрет, не определена по данным бухгалтерского учета.

Кроме того, заявитель указывает на то, что Инспекцией не был объявлен запрет на отчуждение всего имущества, находившегося в собственности налогоплательщика на момент принятия решения № 129 от 29.05.2017, а именно на долю в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 32:28:0014740:33.

В отношении решений № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 Общество ссылается на нарушение порядка их принятия, установленного статьей 76 НК РФ, а именно на принятие указанных решений до вступления в силу решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и до принятия решения о взыскании налога, пени, штрафа за счет денежных средств налогоплательщика.

Заслушав доводы лиц, участвующих в деле, исследовав представленные доказательства, суд находит заявление ООО «ИФК БинВест» не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

В соответствии с пунктом 10 статьи 101 НК РФ после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения руководитель (заместитель руководителя) налогового органа вправе принять обеспечительные меры, направленные на обеспечение возможности исполнения указанного решения, если есть достаточные основания полагать, что непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение такого решения и (или) взыскание недоимки, пеней и штрафов, указанных в решении. Для принятия обеспечительных мер руководитель (заместитель руководителя) налогового органа выносит решение, вступающее в силу со дня его вынесения и действующее до дня исполнения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения либо до дня отмены вынесенного решения вышестоящим налоговым органом или судом.

Обеспечительными мерами могут быть:

1) запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества налогоплательщика без согласия налогового органа. Предусмотренный настоящим подпунктом запрет на отчуждение (передачу в залог) производится последовательно в отношении:

недвижимого имущества, в том числе не участвующего в производстве продукции (работ, услуг);

транспортных средств, ценных бумаг, предметов дизайна служебных помещений;

иного имущества, за исключением готовой продукции, сырья и материалов;

готовой продукции, сырья и материалов.

При этом запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества каждой последующей группы применяется в случае, если совокупная стоимость имущества из предыдущих групп, определяемая по данным бухгалтерского учета, меньше общей суммы недоимки, пеней и штрафов, подлежащей уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения;

2) приостановление операций по счетам в банке в порядке, установленном статьей 76 настоящего Кодекса.

Приостановление операций по счетам в банке в порядке принятия обеспечительных мер может применяться только после наложения запрета на отчуждение (передачу в залог) имущества и в случае, если совокупная стоимость такого имущества по данным бухгалтерского учета меньше общей суммы недоимки, пеней и штрафов, подлежащей уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

Приостановление операций по счетам в банке допускается в отношении разницы между общей суммой недоимки, пеней и штрафов, указанной в решении о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решении об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, и стоимостью имущества, не подлежащего отчуждению (передаче в залог) в соответствии с подпунктом 1 настоящего пункта.

Целью принятия обеспечительных мер является сохранение существующего имущественного состояния налогоплательщика с целью последующей возможности удовлетворения интересов бюджета за счет активов налогоплательщика, на которые эти меры накладываются.

Обеспечительные меры принимаются в случае, если у налогового органа после вынесения решения о привлечении (об отказе в привлечении) к ответственности за совершение налогового правонарушения имеются достаточные основания полагать, что непринятие этих мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение указанного решения.

Как следует из материалов дела, ИФНС при анализе показателей финансово-хозяйственной деятельности ООО «ИФК БинВест» за 2012 – 2014 годы (то есть за период, охваченный выездной налоговой проверкой) установила, что у Общества в 2014 году наблюдается рост кредиторской задолженности по сравнению с 2013 годом, коэффициент обеспеченности собственными средствами ООО «ИФК БинВест» в 2014 году уменьшился по сравнению с 2012 и 2013 годами; выручка, полученная организацией в 2014 году, снизилась по сравнению с 2013 годом.

Указанные выводы ИФНС заявителем не опровергнуты, вместе с тем суд находит, что при вынесении решения о принятии обеспечительных мер 29.05.2017 налоговый орган должен был учитывать показатели финансовой деятельности Общества и в 2015 – 2016 годах и 1 квартале 2017 года.

Анализ финансовых показателей за указанные периоды в оспариваемом решении ИФНС отсутствует.

Вместе с тем из представленного в материалы дела бухгалтерского баланса по состоянию на 30.06.2017 следует, что в течение 2015 – 1 полугодия 2017 года происходит уменьшение стоимости активов Общества с 962 512 413 руб. (на 31.12.2015) до 533 038 361 руб. (на 30.06.2017), при этом стоимость основных средств уменьшилась более чем в 200 раз - с 26 097 752 руб. (на 31.12.2015) до 120 606 руб. (на 30.06.2017), а стоимость внеоборотных активов уменьшилась более чем в 1000 раз – с 178 043 283 руб. до 123 245 руб. При этом за указанный период наблюдается рост пассивов в целом (с 11 678 763 руб. до 14 595 779 руб.)., в том числе и увеличение кредиторской задолженности – с 10 557 891 руб. (на 31.12.2015) до 13 474 907 руб. (на 30.06.2017), а в сравнении с показателями 2016 года кредиторская задолженность в 1 полугодии 2017 года выросла в 2,5 раза.

Таким образом, вышеприведенные данные подтверждают вывод ИФНС об отрицательной динамике финансового положения Общества и сокращении стоимости его активов.

Кроме того, при принятии оспариваемого решения налоговой инспекцией правомерно было учтено следующее.

Согласно справке об имуществе, принадлежащем налогоплательщику на праве собственности по состоянию на 01.10.2016, в собственности ООО «ИФК БинВест» находилось следующее имущество:

- нежилое помещение по ул. 3 Интернационала, <...> этаж, доля в праве 1808/23256, кадастровый номер 32:28:0014740:36, номер государственной регистрации 32-32-01/040/2005-245;

- нежилое помещение по ул. 3 Интернационала, <...> этаж, доля в праве 2550/23256, кадастровый номер 32:28:0014740:36, номер государственной регистрации 32-32-01/040/2005-246;

- нежилое помещение по ул. 3 Интернационала, <...> этаж, доля в праве 760/27661, кадастровый номер 32:28:0014740:40, номер государственной регистрации 32-32-28/023/2005-30;

- нежилое помещение по ул. 3 Интернационала, <...> этаж, доля в праве 3600/27661, кадастровый номер 32:28:0014740:40, номер государственной регистрации 32-32-28/023/2005-31;

- пристройка к зданию универмага, находящаяся на первом этаже шестиэтажного здания общей площадью 610,5 кв. м, кадастровый номер 32:28:0014740:37, расположенная по адресу: <...>;

- земельный участок по ул. 3 Интернационала, доля в праве 1428/17193, кадастровый номер 32:28:0014740:31;

- земельный участок по ул. 3 Интернационала, доля в праве 300/4150, кадастровый номер 32:28:0014740:33.

В марте 2017 года, то есть после окончания выездной налоговой проверки и до принятия решения по ее результатам, Общество произвело отчуждение указанного имущества (доли в праве), за исключением доли в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 32:28:0014740:33, в пользу других лиц.

Доля в праве собственности на земельный участок с кадастровым номером 32:28:0014740:33 была отчуждена 20.06.2017, то есть после принятия оспариваемых решений.

Довод заявителя о том, что отчуждение имущества и последующее использование денежных средств были обусловлены необходимостью добросовестного исполнения гражданско-правовых обязательств Общества (погашение займа ООО «Квантум» по требованию заимодавца), не может быть принят судом во внимание, исходя их следующего.

Как следует из материалов дела, 23.08.2016 между ООО «Квантум» и ООО «ИФК БинВест» был подписан договор денежного займа без процентов № КВ2308/3/16, согласно которому ООО «Квантум» (заимодавец) не позднее 5 дней с момента подписания договора передает ООО «ИФК БинВест» (заемщик) 114 330 000 руб.

На момент подписания указанного договора ООО «Квантум» и ООО «ИФК БинВест» являлись взаимозависимыми лицами – руководителем указанных организаций являлось одно лицо – ФИО3

21 марта 2017 года ООО «ИФК БинВест» было получено требование ООО «Квантум» о возврате части займа в сумме 44 162 297 руб.

24 марта 2017 года ООО «ИФК БинВест» возвратило ООО «Квантум» денежные средства в размере 44 162 297 руб., из них 34 423 000 руб. составляли денежные средства, полученные ООО «ИФК БинВест» от реализации недвижимого имущества.

Согласно пункту 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) договор займа считается заключенным с момента передачи денег или других вещей.

Доказательств передачи денег заимодавцем заемщику Обществом в материалы дела не представлено.

Пунктом 1 статьи 810 ГК РФ установлено, что заемщик обязан возвратить займодавцу полученную сумму займа в срок и в порядке, которые предусмотрены договором займа.

В случаях, когда срок возврата договором не установлен или определен моментом востребования, сумма займа должна быть возвращена заемщиком в течение тридцати дней со дня предъявления займодавцем требования об этом, если иное не предусмотрено договором.

В соответствии с пунктом 2.2 договора займа № КВ2308/3/16 от 23.08.2016 устанавливалось, что возврат суммы займа может происходить как одной суммой, так и по частям, но не позднее 30 дней с момента предъявления заимодателем требования о возврате суммы займа, но не ранее 23 августа 2016 года.

Таким образом, указанным договором срок пользования заемными денежными средствами устанавливался в 10 лет и до истечения указанного срока право требования досрочного возврата займа у ООО «Квантум» отсутствовало.

Кроме того, из материалов дела следует, что требование ООО «Квантум» было получено Обществом 21.03.2017, а уже 24.03.2017 ООО «ИФК БинВест» заключило с ООО «Гранд Парк» и ООО «Триорика» договоры купли-продажи № 4-222, № 4-223 и № 4-224, а также получило от покупателей денежные средства в размере 34 423 000 руб.

Как отмечено судом выше, 24 марта 2017 года ООО «ИФК БинВест» возвратило ООО «Квантум» денежные средства в размере 44 162 297 руб., из них 34 423 000 руб. составляли денежные средства, полученные ООО «ИФК БинВест» от реализации недвижимого имущества.

При этом согласно выписке операций по лицевому счету ООО «ИФК БинВест» в отделении № 8605 Сбербанка России по состоянию на 24.03.2017 входящий остаток на счете (то есть денежные средства на счете на начало банковского дня) составлял 37 442 796 руб. 83 коп., который в полном объеме для возврата займа ООО «Квантум» использован не был.

Кроме того, 27.03.2017 на счет ООО «ИФК БинВест» в отделении № 8605 Сбербанка России поступили денежные средства от ООО «Триорика» по договору купли-продажи №4-223 в размере 9 739 297 руб., которые для возврата займа ООО «Квантум» не использовались.

Доказательств того, что на счете ООО «ИФК БинВест» в банке ПАО «Банк Уралсиб» в указанный период не имелось денежных средств, заявителем суду не представлено.

С учетом изложенного суд приходит к выводу, что объективной необходимости в отчуждении шести объектов недвижимого имущества для исполнения требования ООО «Квантум» не имелось и со стороны Общества имели место целенаправленные действия по выводу своих активов.

Таким образом, у Инспекции имелись достаточные основания полагать, что непринятие обеспечительных мер может затруднить или сделать невозможным в дальнейшем исполнение решения, принятого по результатам выездной налоговой проверки.

Довод заявителя о допущенных налоговым органом процессуальных нарушениях при принятии оспариваемого решения судом отклоняется, исходя из следующего.

В силу прямого указания закона, приостановление операций по счетам в банке в порядке принятия обеспечительных мер может применяться только после наложения запрета на отчуждение (передачу в залог) имущества.

Таким образом, пунктом 10 статьи 101 НК РФ установлена определенная последовательность (очередность) применения обеспечительных мер.

Однако, из положений пункта 10 статьи 101 НК РФ не следует, что между наложением запрета на отчуждение (передачу в залог) имущества и приостановлением операций по счетам в банке должен существовать какой-либо временной разрыв.

Иными словами, налоговый орган вправе в одном решении указать две обеспечительные меры при условии соблюдения очередности их применения.

Как следует из материалов дела, в пункте 1 резолютивной части решения № 129 от 29.05.2017 ИФНС установила запрет на отчуждение (передачу в залог) без согласия налогового органа имущества (мебели, оборудования) на сумму 2 596 413 рублей.

Заявитель ссылается на то, что на момент принятия указанного решения ИФНС помимо мебели и оборудования в собственности Общества находился земельный участок с кадастровым номером 32:28:0014740:33 (доля в праве 300/4150), в отношении которого Инспекцией не устанавливался запрет на отчуждение.

Из материалов дела следует, что по сведениям Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии на момент принятия решения ИФНС № 129 от 29.05.2017 земельный участок по ул. 3 Интернационала, кадастровый номер 32:28:0014740:33 был обременен залогом в пользу ПАО Сбербанк России (Отделение № 8605).

В соответствии с пунктом 1 статьи 334 Гражданского кодекса Российской Федерации в силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

Таким образом, установление запрета на отчуждение в виде отношении заложенного имущества не будет отвечать целям применения обеспечительных мер, поскольку не обеспечит возможность исполнения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения за счет такого имущества, а также будет нарушать права залогодержателя.

Кроме того, из буквального толкования пункта 10 статьи 101 НК РФ следует, что запрет на отчуждение (передачу в залог) имущества представляет собой одну обеспечительную меру, то есть налоговый орган, устанавливая запрет на отчуждение имущества, вместе с этим должен установить и запрет на передачу этого имущества в залог.

Установление же запрета на передачу в залог имущества уже находящегося в залоге лишено всякого смысла.

На основании вышеизложенного, суд приходит к выводу, что не применение Инспекцией обеспечительной меры в виде запрета на отчуждение (передачу в залог) без согласия налогового органа земельного участка с кадастровым номером 32:28:0014740:33, обремененного залогом, не является нарушением порядка применения обеспечительных мер, установленного пунктом 10 статьи 101 НК РФ.

Доказательств наличия у Общества иного имущества, в отношении которого мог быть объявлен запрет на отчуждение, заявителем в материалы дела не представлено.

Поскольку стоимость вышеуказанного имущества (2 596 413 руб.) значительно меньше общей суммы недоимки, пеней и штрафов, подлежащей уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения (273 021 366 руб.), налоговый орган в пункте 2 резолютивной части оспариваемого решения правомерно применил обеспечительную меру в виде приостановления операций по счетам налогоплательщика в банке в отношении разницы между общей суммой доначисленных налогов, пеней и штрафов, и стоимостью имущества, не подлежащего отчуждению (270 424 953 руб).

Таким образом, при вынесении решения от 29.05.2017 №129 очередность принятия различных обеспечительных мер налоговым органом не нарушена.

Довод заявителя о том, что ИФНС при объявлении запрета на отчуждение имущества неправомерно приняла во внимание первоначальную стоимость имущества вместо его остаточной стоимости, судом также отклоняется.

По смыслу положений пункта 10 статьи 101 НК РФ стоимость имущества, в отношении которого может производиться запрет на отчуждение имущества (передачу в залог), определяется по данным бухгалтерского учета. При этом источниками информации о стоимости имущества могут служить данные, полученные, в том числе, из документов и пояснений, представленных налогоплательщиком в ходе мероприятий налогового контроля.

Как следует из материалов дела и пояснений представителей сторон, при вынесении оспариваемого решения Инспекцией на основании ведомости амортизации основных средств за май 2017 года учтена первоначальная стоимость имущества 2 596 413 руб. По данным налогоплательщика остаточная стоимость указанного имущества, определенная с учетом его амортизации составила 116 086 руб.

Следовательно, учет ИФНС первоначальной стоимости имущества не повлек за собой занижения стоимости имущества, увеличения количества и номенклатуры имущества, в отношении которого объявлялся запрет на отчуждение, а также завышения суммы, в отношении которой приостанавливались операций по счетам налогоплательщика в банке.

Таким образом, учет при установлении запрета на отчуждение (передачу в залог) имущества его первоначальной стоимости не нарушает права налогоплательщика.

Доводы заявителя о том, что решения № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 о приостановлении операций по счетам налогоплательщика в банке могли быть приняты только после вступления в силу решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения и после принятия решения о взыскании налога, пени, штрафа за счет денежных средств налогоплательщика, судом отклоняются с учетом следующего.

Обеспечительные меры, принимаемые налоговым органом в рамках процедуры взыскания (статья 46, пункт 2 статьи 76 Кодекса), и обеспечительные меры, направленные на обеспечение возможности исполнения решения о привлечении к ответственности (пункт 10 статьи 101 Кодекса), различны по своей правовой природе, имеют различные основания, цели применения и основания отмены.

Из решений ИФНС № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 прямо следует, что данные решения вынесены в целях обеспечение возможности исполнения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, содержат указание на превышение суммы недоимки, пени и штрафов, подлежащих уплате на основании решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения над совокупной стоимостью имущества, на которое решением № 129 от 29.05.2017 о принятии обеспечительных мер был наложен запрет на отчуждение.

Таким образом, из указанных решений однозначно следует, что решения № 99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 приняты Инспекцией на основании пункта 10 статьи 101 НК РФ.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 30 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации», пункт 10 статьи 101 Кодекса предусматривает возможность принятия налоговым органом после вынесения решения о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения или решения об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения мер, направленных на обеспечение исполнения названных решений. При этом подпункт 2 пункта 10 указанной статьи, называя в качестве одной из таких мер приостановление операций по счетам в банке, отсылает к порядку принятия данной меры, установленному статьей 76 Кодекса. Поэтому при применении подпункта 2 пункта 10 статьи 101 Кодекса следует учитывать, что специальные правила принятия упомянутой меры, предусмотренные абзацем вторым этого подпункта, применяются только при приостановлении операций по счетам в банке на основании статьи 101 и не распространяются на схожую обеспечительную меру, применяемую на основании статьи 76 Кодекса для обеспечения исполнения решения о взыскании налога, пеней, штрафа.

Таким образом, в силу подпункта 2 пункта 10 статьи 101 НК РФ в качестве обеспечительных мер инспекция вправе приостановить операции по счетам налогоплательщика в банке до вступления в силу итогового решения по проверке и, соответственно, до выставления на его основании требования об уплате налога (сбора, пени, штрафа) (пункт 2 статьи 70 НК РФ) и вынесения решения о взыскании налога (сбора, пени, штрафа) (пункт 3 статьи 46 НК РФ), несмотря на иной порядок, предусмотренный пунктом 2 статьи 76 НК РФ.

При таких обстоятельствах оснований для признания недействительными оспариваемых решений налогового органа у суда не имеется.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на заявителя.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

Р Е Ш И Л :

В удовлетворении заявления общества с ограниченной ответственностью «Инвестиционно-финансовая компания «БинВест» о признании недействительными решений Инспекции Федеральной налоговой службы по г.Брянску № 129 от 29.05.2017, №99 от 06.06.2017 и № 100 от 06.06.2017 отказать.

Решение может быть обжаловано в Двадцатый арбитражный апелляционный суд в месячный срок со дня его принятия. Апелляционная жалоба подается через Арбитражный суд Брянской области.


Судья Халепо В.В.