Решение от 26 октября 2025 г. по делу № А60-38266/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СВЕРДЛОВСКОЙ ОБЛАСТИ 620000, <...> стр. 1,

www.ekaterinburg.arbitr.ru e-mail: info@ekaterinburg.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А60-38266/2025
27 октября 2025 года
г. Екатеринбург


Резолютивная часть решения объявлена 20 октября 2025 года

Полный текст решения изготовлен 27 октября 2025 года

Арбитражный суд Свердловской области в составе судьи С.С. Павловой, при ведении протокола судебного заседания помощником судьи М.Е. Кравченко, рассмотрел в судебном заседании дело № А60-38266/2025 по иску индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 150 000 руб.,

при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора: общество с ограниченной ответственностью «Завод зубных щеток» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью ТД «СИМАЛЕНД» (ИНН <***>, ОГРН <***>), общество с ограниченной ответственностью «Симамарт» (ИНН <***>, ОГРН <***>),

при участии в судебном заседании от истца (онлайн): ФИО1 лично, паспорт;

от ответчика (онлайн): ФИО3, представитель по доверенности от 02.05.2025, диплом, паспорт;

от третьего лица ООО «Завод зубных щеток» (онлайн): ФИО4, представитель по доверенности от 01.10.2025, диплом, паспорт.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения заявления извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте суда.

Лицам, участвующим в деле, процессуальные права и обязанности разъяснены. Отводов суду не заявлено.

Индивидуальный предприниматель ФИО1 01.07.2025 обратился в суд с исковым заявлением к индивидуальному предпринимателю ФИО2 с требованием о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав в размере 150 000 руб.

Определением суда от 02.07.2025 дело назначено к рассмотрению в порядке упрощенного производства без вызова сторон в соответствии со ст. 228 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ). Ответчику предложено представить отзыв на заявленные требования. Лицам, участвующим в деле, предложено представить доказательства в обоснование своих доводов.

От ответчика 24.07.2025 поступил отзыв. Документы приобщены к материалам дела в соответствии со ст. 131 АПК РФ.

От ООО «Завод зубных щеток» (ИНН <***>, ОГРН <***>) поступило ходатайство о вступлении в дело в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора. В обоснование заявленного ходатайства ссылается на то, что истец и ООО «Завод зубных щеток» являются солидарными кредиторами, так как он является обладателем исключительных прав на промышленный образец «Рукоятка зубной щетки» на основании патента РФ № 124523 и лицензионного договора № 124523 от 30.03.2021 г.

От истца 13.08.2025 поступило ходатайство о переходе к рассмотрению дела по общим правилам искового производства в связи с необходимостью выяснения дополнительных обстоятельств, истребования и исследования дополнительных доказательств.

Также от истца 13.08.2025 поступили письменные объяснения и ходатайство о привлечении к участию в деле в качестве третьего лица ООО «Завод зубных щеток» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

От истца 13.08.2025 поступили возражения на отзыв ответчика.

Документы, поступившие от лиц, участвующих в деле, приобщены к материалам дела.

Суд в порядке статьи 51 АПК РФ определил ходатайства истца и ООО «Завод зубных щеток» удовлетворить, привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, общество с ограниченной ответственностью «Завод зубных щеток» (ИНН <***>, ОГРН <***>).

В ходе рассмотрения дела в порядке упрощенного производства суд (по ходатайству истца пришел к выводу о том, что имеется основание для рассмотрения дела по общим правилам искового производства, предусмотренное частью 5 статьи 227 АПК РФ, а именно: необходимо установить дополнительные обстоятельства, исследовать дополнительные доказательства.

Определением от 19.08.2025 суд перешел к рассмотрению дела по общим правилам искового производства, назначено предварительное судебное заседание на 18.09.2025.

От третьего лица ООО ТД «Сима-Ленд» 15.09.2025 поступил отзыв на исковое заявление.

От третьего лица ООО «Симамарт» 15.09.2025 поступил отзыв на исковое заявление. От ответчика 16.09.2025 поступило дополнение к отзыву.

От истца 17.09.2025 поступило ходатайство о приобщении к материалам дела квитанции о направлении искового заявления в адрес третьих лиц.

Ходатайство судом удовлетворено, дополнительные документы приобщены к материалам дела.

Документы, поступившие от лиц, участвующих в деле, приобщены к материалам дела.

Определением от 18.09.2025 назначено судебное заседание на 20.10.2025.

От третьего лица 15.10.2025 поступили письменные объяснения. Документы приобщены к материалам дела в порядке ст. 81 АПК РФ.

От ответчика 17.10.2025 поступило дополнение к отзыву. Документы приобщены к материалам дела.

Рассмотрев материалы дела, арбитражный суд

УСТАНОВИЛ:

ФИО1 (далее также - истец) является автором и патентообладателем промышленного образца «Рукоятка зубной щётки» по патенту РФ № 124523, зарегистрированного 30.03.2021 по заявке № 2019505272 от 22.11.2019 в объёме существенных признаков, нашедших отражение на следующих изображениях (далее -


промышленный образец):


Также ФИО1 с 12.12.2016 является автором и правообладателем произведения

дизайна «Рукоятка зубной щётки», практическая реализация которого нашла отражение в решении внешнего вида изделия по патенту РФ на промышленный образец № 124523 (далее - произведение дизайна).

Данное произведение дизайна было создано творческим трудом ФИО1 в программе для трёхмерного моделирования «Rhinoceros 3D» и в объективной форме выражено в компьютерном файле с именем «W&T.3dm;». Скриншоты изображений в файле «W&T.3dm;», открытом в программе «Rhinoceros 3D», содержатся в Приложении № 08 к иску.

Поскольку ФИО1 никому не передавал исключительное право на произведение дизайна, указанное исключительное право принадлежит истцу.

Дополнительными доказательствами наличия у ФИО1 исключительного права на произведение дизайна является письмо ООО «Завод зубных щёток» № 2021/01/09/1 от 09.01.2021, адресованное в Роспатент (Приложение № 06 к иску), а также макет графического дизайна № 04 от 01.12.2018 к договору о сотрудничестве № 1 от 02.07.2018, заключённому между ФИО1 и ООО «Завод зубных щёток» (Приложение № 03 к иску).

В ходе мониторинга рынка зубных щёток истцом обнаружены факты того, что в сети интернет был выявлен сайт https://market.yandex.nj/. на котором осуществляется размещение


предложений о продаже и реализуются зубные щётки с рукоятками, воспроизводящими произведение дизайна ФИО1 и решение внешнего вида изделия, защищённое патентом РФ на промышленный образец № 124523. Ассортимент реализуемого контрафактного товара:

1. Зубная щетка ЕХХЕ Classic Суперочищающая 2. Зубная щетка ЕХХЕ Extra МАКС ЭФФЕКТ

14.06.2023 истец направил ответчику досудебную претензию, которая была проигнорирована. Данные обстоятельства послужили основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Ответчик в своих возражениях ссылался на пропуск срока исковой давности в связи с фиксацией правонарушения 16.06.2022 г., а обращением в арбитражный суд 01.07.2025. Истец фактически не доказал обстоятельства по нарушению ответчиком исключительных прав на товарные знаки. Также истец не предпринял никаких мер для мирного урегулирования спора и сразу обратился в суд, что свидетельствует о злоупотреблении правом и намерении получить неосновательное обогащение. Деятельность магазина, в котором продавался данный товар, была прекращена в конце 2023 года. Соответственно, с указанного времени реализация данного товара, а также иная предпринимательская деятельность не осуществлялись. То есть в период, указанный истцом как время нарушения исключительных прав, какая-либо деятельность, связанная с реализацией товара, нарушающего исключительные права, не велась по объективным причинам, а именно из-за прекращения деятельности магазина. В случае удовлетворения исковых требований ответчик просит снизить размер компенсации с учетом значительных долговых обязательств.

Исследовав материалы дела, оценив их в порядке ст. 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, заслушав доводы представителей лиц, участвующих в деле, суд пришел к выводу о наличии оснований для удовлетворения заявленных требований, исходя из следующего.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) в случаях, установленных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Правообладатель вправе распорядиться принадлежащим ему исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности любым не противоречащим закону и существу такого исключительного права способом, в том числе путем предоставление лицензиату права использования результата интеллектуальной деятельности без сохранения за лицензиаром права выдачи лицензий другим лицам (исключительная лицензия). Заключение лицензионного договора не влечет за собой переход исключительного права к лицензиату (статьи 1233, 1236 ГК РФ).

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную настоящим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается настоящим Кодексом.

В силу пункта 1 статьи 1270 названного Кодекса автору произведения или иному правообладателю принадлежит исключительное право использовать произведение в


соответствии со статьей 1229 названного Кодекса в любой форме и любым не противоречащим закону способом (исключительное право на произведение), в том числе способами, указанными в пункте 2 указанной статьи.

Для возникновения, осуществления и защиты авторских прав не требуется регистрация произведения или соблюдение каких-либо иных формальностей (пункт 4 статьи 1259 названного Кодекса).

Согласно пункту 1 статьи 1352 ГК РФ в качестве промышленного образца охраняется решение внешнего вида изделия промышленного или кустарно-ремесленного производства. Промышленному образцу предоставляется правовая охрана, если по своим существенным признакам он является новым и оригинальным. К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца.

Исходя из пункта 3 статьи 1354 ГК РФ, охрана интеллектуальных прав на промышленный образец предоставляется на основании патента в объеме, определяемом совокупностью существенных признаков промышленного образца, нашедших отражение на изображениях внешнего вида изделия, содержащихся в патенте на промышленный образец.

В силу абзаца четвертого пункта 3 статьи 1358 ГК РФ промышленный образец признается использованным в изделии, если это изделие содержит все существенные признаки промышленного образца или совокупность признаков, производящую на информированного потребителя такое же общее впечатление, какое производит запатентованный промышленный образец, при условии, что изделия имеют сходное назначение.

К существенным признакам промышленного образца относятся признаки, определяющие эстетические особенности внешнего вида изделия, в частности форма, конфигурация, орнамент, сочетание цветов, линий, контуры изделия, текстура или фактура материала изделия. Признаки, обусловленные исключительно технической функцией изделия, не являются охраняемыми признаками промышленного образца (пункт 1 статьи 1352 ГК РФ).

Характеристика признака должна позволять однозначно идентифицировать его с визуально воспринимаемым признаком, нашедшим отражение на изображении внешнего вида изделия. Не допускается включать в перечень характеристики неидентифицируемых на изображениях признаков промышленного образца, в частности, характеристики зрительно неразличимых на изображениях элементов внешнего вида изделия, зрительно неразличимых соотношений размеров элементов и абсолютных размеров элементов, указания на отсутствие каких-либо элементов.

Согласно пункту 72 Правил составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации промышленных образцов, утвержденных приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 30.09.2015 № 695, признаки внешнего вида изделия признаются существенными признаками, если они определяют эстетические особенности внешнего вида изделия, являясь доминантными, и определяют общее зрительное впечатление.

Как разъяснено в пункте 123 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - постановление от 23.04.2019 № 10), использование без согласия патентообладателя не всех существенных признаков промышленного образца, а равно не всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на


информированного потребителя такое же общее впечатление, исключительное право патентообладателя не нарушает.

Наличие же в изделии ответчика всех существенных признаков промышленного образца, а равно всей совокупности признаков промышленного образца, производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, не может служить основанием для вывода об отсутствии использования промышленного образца.

Как следует из определения Верховного Суда Российской Федерации от 13.09.2016 № 305-ЭС16-7224, вопросы о наличии у истца исключительного права и нарушении ответчиком этого исключительного права являются вопросами факта, которые устанавливаются судами первой и апелляционной инстанций в пределах полномочий, предоставленных им Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, на основании исследования и оценки представленных сторонами в обоснование своих требований и возражений доказательств.

Как отмечено в пункте 109 постановления от 23.04.2019 № 10 при рассмотрении судом дела о защите авторских прав надлежит исходить из того, что, пока не доказано иное, автором произведения считается лицо, указанное в качестве такового на оригинале или экземпляре произведения либо иным образом в соответствии с пунктом 1 статьи 1300 ГК РФ (статья 1257 ГК РФ), в Реестре программ для ЭВМ или в Реестре баз данных (пункт 6 статьи 1262 ГК РФ).

Необходимость исследования иных доказательств может возникнуть в случае, если авторство лица на произведение оспаривается путем представления соответствующих доказательств (пункт 110 постановления от 23.04.2019 № 10).

В подтверждение наличия у предпринимателя исключительного права на упомянутое произведение дизайна в материалы дела были представлены съёмный носитель с записью rar-архива с файлами, созданными предпринимателем в 2016 году при создании дизайна рукоятки зубной щётки, скриншоты изображений в файле «W&T.3dm;», открытом в программе «Rhinoceros 3D», письмо предпринимателя в ООО «ТехноПРО» от 12.12.2016, письмо ООО «Завод зубных щёток» от 09.01.2021 № 2021/01/09/1, адресованное в Роспатент, а также макет графического дизайна от 01.12.2018 № 31 к договору о сотрудничестве от 02.07.2018 № 1, заключённому между предпринимателем и ООО «Завод зубных щёток».

Как усматривается из представленных документов, произведение дизайна было создано 12.12.2016 творческим трудом предпринимателя в программе для трёхмерного моделирования «Rhinoceros 3D» и в объективной форме выражено в компьютерном файле с именем «W&T.3dm;». В материалы дела представлены скриншоты изображений в файле «W&T.3dm;», открытом в программе «Rhinoceros 3D». Обстоятельство создания произведения дизайна в объективной форме 12.12.2016 подтверждается метаданными заархивированного файла «W&T.3dm;», согласно которым последнее изменение в файл вносилось 12.12.2016.

Обстоятельство создания произведения дизайна в объективной форме именно к 12.12.2016 подтверждается метаданными заархивированного файла «W&T.3dm;», согласно которым последнее изменение в файл вносилось 12.12.2016, а также письмом ФИО1 в ООО «ТехноПРО» от 12.12.2016 (Приложение № 07 к иску).

Наличие у истца исключительного права на спорный промышленный образец подтверждается копией патента, представленной в материалы дела.

Ответчиком принадлежность исключительных прав истцу не оспаривается.

Третье лицо ООО «Завод зубных щеток» (лицензиат), является обладателем исключительных прав на промышленный образец № 124523 «Рукоятка зубной щётки» на основе лицензионного договора № 124523 от 30.03.2021.

В ходе мониторинга сети Интернет истцом установлено, что на странице сайта маркетплейса «Яндекс.Маркет», расположенного по адресу https://market.yandex.ru/,


размещена информация о продаже и реализации зубных щёток с рукоятками, воспроизводящими произведение дизайна ФИО1 и решения внешнего вида изделия, защищенное патентом РФ на промышленный образец № 124523.

Согласно информации, размещенной на странице, лицом, использующим данный Интернет-ресурс, является ответчик.

В подтверждение факта нарушения ответчиком исключительного права общества на товарный знак и промышленные образцы в материалы дела представлены сведения о патенте Российской Федерации на промышленный образец № 124523, копия заключения специалиста от 07.07.2023 № 577/23 по результатам исследования объектов интеллектуальной собственности, подготовленное АНО «СУДЕБНЫЙ ЭКСПЕРТ», копия заключения патентного поверенного от 31.05.2023 № PS629RU, подготовленное ФИО5, копия решения Арбитражного суда города Москвы от 23.03.2023 по делу № А40-182838/2022, копия письма Федеральной таможенной службы России от 20.06.2023 № 23-24/34499, скриншоты архива интернет сайта arvitex.ru.

Правообладателем ФИО1 произведена искусствоведческая экспертиза купленного товара. Экспертиза установила, что зубные щётки являются заимствованием дизайна рукоятки зубной щётки, который смоделирован ФИО1

Указанные заключения ответчиком не опровергнуты.

В силу подпункта 1 пункта 2 статьи 1358 ГК РФ использованием изобретения, полезной модели или промышленного образца считается, в частности ввоз на территорию Российской Федерации, изготовление, применение, предложение о продаже, продажа, иное введение в гражданский оборот или хранение для этих целей продукта, в котором использованы изобретение или полезная модель, либо изделия, в котором использован промышленный образец.

Довод ответчика о приобретении товара у третьих лиц ООО ТД «Сима-Ленд» и ООО «Симамарт» подтверждается представленным счетом на оплату № 28639253 от 17.06.2022, договором купли-продажи № 1335278 от 13.05.2022. При этом указанные документы не содержат сведений о заверении ИП ФИО2 о введении спорных товаров в гражданский оборот в соответствии с действующим законодательством. Также из представленных в материалы дела документов невозможно установить, что именно этот товар в определенном количестве приобретался у третьих лиц и реализовывался ответчиком. Иных доказательств в обоснование данного утверждения ответчиком не представлено, при этом довод о закупке товара у третьих лиц не имеет правового значения, поскольку доказательств приобретения товара введенного в оборот с согласия правообладателя материалы дела не содержат, нарушением исключительных прав является предложение к реализации и реализация спорного товара вне зависимости от источника происхождения.

Таким образом, факт предложения к реализации спорной продукции ответчиком подтвержден представленными в материалы дела документами, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

Судом установлено наличие в реализуемых ответчиком товарах всех существенных признаков промышленного образца, принадлежащего предпринимателю, известных его изображений, приложенных к соответствующему патенту и производящих на информированного потребителя такое же общее впечатление, что и сам промышленный образец, что подтверждается одной и той же формой, конфигурацией, контурами изделий (ручка и шейка изделий выполнены плавно сопряженными друг с другом в виде стержня упрощенной формы; спереди и сзади рукоятка выполнена с расширением в зоне сопряжения ручки с шейкой и сужением в сторону головки; сбоку профиль рукоятки выполнены изогнутым; на задней поверхности ручки выполнен сходный рельеф; свободный торец ручки выполнен скругленным) по соответствующему патенту и тем, которые были реализованы ответчиком.


Таким образом, суд приходит к выводу о том, что действие ответчика по реализации спорных товаров, является нарушением исключительного права истца на промышленный образец по патенту Российской Федерации № 124523.

Сравнивая произведение дизайна, исключительное право на которое принадлежит истцу, со спорными товарами, использованными ответчиком, суд отмечает, что они имеют общие одинаковые черты, что подтверждается формой, конфигурацией, контурами изделий. Наличие определенных визуальных отличий в целом не влияет на их иное визуальное восприятие потребителем в целом.

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что использованное (воспроизведенное) ответчиком в спорной продукции произведение дизайна в полной мере воспроизводит основные отличительные черты, присущие произведению, исключительное право на который принадлежит истцу.

Вместе с тем, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, ответчиком в материалы дела не представлены доказательства, свидетельствующие о наличии у него разрешения истца на использование принадлежащих ему объектов авторского и патентного права.

С учетом изложенного, суд пришел к выводу о том, что действия ответчика, связанные с использованием названных объектов истца, являются нарушением соответствующих исключительных прав истца.

В соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названным Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков. Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных этим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как отмечено в пункте 59 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее – Постановление № 10), в силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ правообладатель в случаях, предусмотренных ГК РФ, при нарушении исключительного права имеет право выбора способа защиты: вместо возмещения убытков он может требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Одновременное взыскание убытков и компенсации не допускается.

Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Согласно статье 1254 ГК РФ, если нарушение третьими лицами исключительного права на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации, на использование которых выдана исключительная лицензия, затрагивает права лицензиата, полученные им на основании лицензионного договора, лицензиат может наряду с другими способами защиты защищать свои права способами, предусмотренными статьями 1250 и 1252 названного Кодекса.

Согласно статье 1406.1 ГК РФ в случае нарушения исключительного права на изобретение, полезную модель или промышленный образец автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: 1) в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения; 2) в двукратном размере стоимости права использования изобретения, полезной


модели или промышленного образца, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование соответствующих изобретения, полезной модели, промышленного образца тем способом, который использовал нарушитель.

Аналогичные положения в части компенсации за нарушение исключительного права на произведение приведены в статье 1301 ГК РФ.

Как разъяснено в пунктах 59, 61, 62 Постановления № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. При заявлении требований о взыскании компенсации правообладатель вправе выбрать один из способов расчета суммы компенсации, указанных в подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1301, подпунктах 1, 2 и 3 статьи 1311, подпунктах 1 и 2 статьи 1406.1, подпунктах 1 и 2 пункта 4 статьи 1515, подпунктах 1 и 2 пункта 2 статьи 1537 Гражданского кодекса РФ, а также до вынесения судом решения изменить выбранный им способ расчета суммы компенсации, поскольку предмет и основания заявленного иска не изменяются. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ (абзац второй пункта 3 статьи 1252).

По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Истец освобожден от доказывания размера причиненных ему убытков (пункт 3 статьи 1252 Гражданского кодекса РФ). В то же время, именно ответчик обязан доказать, что взыскиваемая компенсация превышает убытки истца (пункт 2 Постановления КС РФ № 28-П от 13.12.2016).

Истцом заявлено требование о взыскании с ответчика компенсации за нарушение исключительных прав на промышленный образец № 124523 в сумме 100 000 руб., определенной на основании подпункта 1 статьи 1406.1 ГК РФ.

В силу пункта 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных настоящим Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права правообладатель вправе вместо


возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения. При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных настоящим Кодексом, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Как разъяснено в пункте 55 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», при рассмотрении дел о защите нарушенных интеллектуальных прав судам следует учитывать, что законом не установлен перечень допустимых доказательств, на основании которых устанавливается факт нарушения (статья 64 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации). Поэтому при разрешении вопроса о том, имел ли место такой факт, суд в силу статей 64 и 68 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вправе принять любые средства доказывания, предусмотренные процессуальным законодательством, в том числе полученные с использованием информационно-телекоммуникационных сетей, в частности сети «Интернет».

Также истец просит взыскать с ответчика компенсацию за нарушение исключительного права на произведения дизайна «Рукоятка зубной щётки» в размере 50 000 руб.

Размер компенсации за нарушение ответчиком исключительных прав на произведения дизайна «Рукоятка зубной щётки» определен истцом на основании пункта 1 статьи 1301 ГК РФ.

Как отмечено в пункте 62 постановления от 23.04.2019 № 10, рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных ГК РФ.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение, учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации, а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации.

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован.

Согласно устных пояснений истца в судебном заседании 20.10.2025 размер компенсации заявленный ко взысканию обусловлен сложившейся судебной практикой по исковым заявлениям истца и третьего лица.

Между тем с учетом указанных разъяснений Верховного суда РФ (п. 62 Постановления № 10) необходимость установления размера компенсации в меньшем размере подтверждается следующими обстоятельствами: ответчик осуществил нарушение исключительных прав впервые (на дату реализации товара судебные акты о привлечении к ответственности отсутствуют), ответчик прекратил реализацию товара с 02.09.2023 (скриншот отчета Яндекс.Маркет.), стоимость товара значительно ниже размера компенсации.

Ссылка ответчика на необходимость снижения размера компенсации ниже минимального предела, установленного законом, судом отклоняется.

Так, сложившаяся судебная практика допускает снижение суммы компенсации по двум основаниям: согласно разъяснениям, содержащимся в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П, и на основании пункта 3 статьи 1252 ГК РФ.

Снижение размера заявленной к взысканию компенсации в рамках пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не требует соблюдения условий, установленных в Постановлении Конституционного Суда РФ от 13.12.2016 № 28-П. Однако при наличии правовых оснований


для применения к правоотношениям сторон положений Постановления № 28-П, положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ не подлежат применению (постановление Суда по интеллектуальным правам от 19.08.2022 № С01-1502/2022 по делу № А07-19339/2021).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301, 1311 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях:

- размер подлежащей выплате компенсации с учетом возможности ее снижения многократно превышает размер причиненных правообладателю убытков (притом, что эти убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком);

- правонарушение совершено ответчиком впервые;

- использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Таким образом, следует учитывать, что в соответствии с приведенной правовой позицией снижение размера компенсации ниже минимального предела обусловлено Конституционным Судом Российской Федерации одновременным наличием ряда критериев, обязанность доказывания соответствия которым возлагается именно на ответчика.

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения

Сторона, заявившая о необходимости такого снижения, обязана в соответствии со статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации доказать необходимость применения судом такой меры.

Вопреки требованиям действующего процессуального законодательства, в рассматриваемом случае ответчик не представил доказательств, свидетельствующих о наличии фактических обстоятельств, указывающих на необходимость такого снижения размера компенсации.

Приведенные доводы ответчика о наличии у него обязательств из кредитных договоров, нахождение на иждивении несовершеннолетнего ребенка, подлежат отклонению, поскольку в отсутствие сведений о доходе, суд не может прийти к выводу об имущественном положении ответчика.

Конституционный Суд РФ в Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, – с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты – должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Доказательства того, что ответчиком предпринимались попытки проверить партию товара на контрафактность, в материалах дела отсутствуют. Ответчик, являясь субъектом предпринимательской деятельности, при той степени разумности и осмотрительности, какая от него требовалась при данных обстоятельствах, мог и должен был осуществлять проверку закупаемой им продукции на предмет незаконного использования интеллектуальной собственности, и принимать меры по недопущению к реализации контрафактной продукции.

Оценив в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в совокупности и взаимосвязи все приведенные доводы и представленные в материалы дела доказательства, учитывая прекращение деятельности,


нарушающей права истца, характер допущенного нарушения, степень вины ответчика, вероятные убытки правообладателя, принципы разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд пришел к выводу о том, что размер компенсации за нарушение исключительного права на промышленный образец по патенту Российской Федерации № 124523 подлежит снижению до 15 000 руб., аналогично по произведению дизайна «Рукоятка зубной щётки» - до 15 000 руб.

Таким образом, с учетом изложенных обстоятельств, требования истца подлежат удовлетворению частично.

Доводы ответчика о пропуске срока исковой давности и злоупотреблении истцом правом при подаче иска признаются судом необоснованными в силу следующего.

На основании пункта 1 статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года.

Согласно пункту 1 статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Факт продажи спорной продукции ответчиком зафиксирован истцом в результате произведенной контрольной закупки 28.06.2022, следовательно, с этой даты истцу стало известно о нарушении ответчиком его прав. Исковое заявление подано истцом посредством системы «Мой арбитр» 30.06.2025, то есть в пределах трехлетнего срока с учетом ст. 193 ГК РФ.

При таких обстоятельствах, доводы ответчика о пропуске истцом срока исковой давности подлежат отклонению.

Согласно п. 3 ст. 1 ГК РФ при установлении, осуществлении и защите гражданских прав и при исполнении гражданских обязанностей участники гражданских правоотношений должны действовать добросовестно.

Никто не вправе извлекать преимущество из своего незаконного или недобросовестного поведения (пункт 4 статьи 1 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 10 ГК РФ не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

Если будет установлено недобросовестное поведение одной из сторон, суд в зависимости от обстоятельств дела и с учетом характера и последствий такого поведения отказывает в защите принадлежащего ей права полностью или частично, а также применяет иные меры, обеспечивающие защиту интересов добросовестной стороны или третьих лиц от недобросовестного поведения другой стороны (п. 2 ст. 10 ГК РФ).

Оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, суд исходит из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации. Поведение одной из сторон может быть признано недобросовестным не только при наличии обоснованного заявления другой стороны, но и по инициативе суда, если усматривается очевидное отклонение действий участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

Под злоупотреблением правом понимается и ситуация, когда лицо действует формально в пределах предоставленных ему прав, но недозволенным способом, и целью его действий является обход установленных в целях защиты прав другого лица обязательных требований и ограничений.

Доказательств очевидного отклонения действий истца от добросовестного поведения ответчиками также не представлено.


Приведенные ответчиками аргументы не опровергают презумпцию добросовестности, предусмотренную пунктом 5 статьи 10 ГК РФ. Само же по себе обращение с иском за защитой своих прав не является злоупотреблением правом, а доказательств наличия у истца единственной цели – причинение вреда ответчикам, не представлено.

Следовательно, правовых оснований для вывода о злоупотреблении правом со стороны истца по отношению к ответчику не имеется.

Судебные расходы истца по оплате государственной пошлины, расходы на приобретение спорных товаров, на основании ст. 110 АПК РФ относятся на ответчика пропорционально удовлетворенным требованиям, на истца – пропорционально исковым требованиям, оставленным без удовлетворения.

Руководствуясь ст. 110, 167-170, 171, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

1. Исковые требования удовлетворить частично.

2. Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу индивидуального предпринимателя ФИО1 (ИНН <***>, ОГРН <***>) 30 000 руб. компенсации за нарушение исключительных прав, а также 2500 руб. в возмещение расходов по уплате государственной пошлины, 427 руб. в возмещение судебных издержек.

3. В удовлетворении остальной части исковых требований отказать.

4. Решение по настоящему делу вступает в законную силу по истечении месячного срока со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба. В случае подачи апелляционной жалобы решение, если оно не отменено и не изменено, вступает в законную силу со дня принятия постановления арбитражного суда апелляционной инстанции.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня принятия решения (изготовления его в полном объеме).

Апелляционная жалоба подается в арбитражный суд апелляционной инстанции через арбитражный суд, принявший решение. Апелляционная жалоба также может быть подана посредством заполнения формы, размещенной на официальном сайте арбитражного суда в сети «Интернет» https://ekaterinburg.arbitr.ru.

В случае обжалования решения в порядке апелляционного производства информацию о времени, месте и результатах рассмотрения дела можно получить на интернет-сайте Семнадцатого арбитражного апелляционного суда https://17aas.arbitr.ru.

5. В соответствии с ч. 3 ст. 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации исполнительный лист выдается по ходатайству взыскателя или по его ходатайству направляется для исполнения непосредственно арбитражным судом.

С информацией о дате и времени выдачи исполнительного листа канцелярией суда можно ознакомиться в сервисе «Картотека арбитражных дел» в карточке дела в документе «Дополнение».

В случае неполучения взыскателем исполнительного листа в здании суда в назначенную дату, исполнительный лист не позднее следующего рабочего дня будет направлен по юридическому адресу взыскателя заказным письмом с уведомлением о вручении.

В случае если до вступления судебного акта в законную силу поступит апелляционная жалоба, (за исключением дел, рассматриваемых в порядке упрощенного производства) исполнительный лист выдается только после вступления судебного акта в законную силу. В


этом случае дополнительная информация о дате и времени выдачи исполнительного листа будет размещена в карточке дела «Дополнение».

Судья С.С. Павлова Электронная подпись действительна.

Данные ЭП:Удостоверяющий центр Казначейство РоссииДата 28.03.2025 4:51:06

Кому выдана Павлова Светлана Сергеевна