Постановление от 22 января 2026 г. 13 ААС (Тринадцатый арбитражный апелляционный суд)

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-107704/2024
23 января 2026 года
г. Санкт-Петербург
/тр.2

Резолютивная часть постановления объявлена 14 января 2026 года

Постановление изготовлено в полном объеме 23 января 2026 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд в составе

председательствующего судьи Тарасовой М.В.,

судей Морозовой Н.А., Радченко А.В.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем Аласовым Э.Б.,

при участии:

от АО «СКАМ» - представителя ФИО1 (доверенность от 03.03.2025), от ФИО2 – представителя ФИО3 (доверенность от 28.01.2025),

от ФИО4 – представителя ФИО5 (доверенность от 29.04.2025), от ФИО6 – представителя ФИО5 (доверенность от 20.01.2025), рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу ИП ФИО2 (регистрационный номер 13АП-24194/2025) на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2025 по обособленному спору № А56-107704/2024/тр.2 (судья Кузнецов М.В.), принятое по заявлению ФИО4 о включении требования в реестр требований кредиторов в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ИП ФИО2,

установил:

ФИО6 обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области (далее – арбитражный суд) с заявлением о признании индивидуального предпринимателя ФИО2 несостоятельным (банкротом).

С таким же заявлением в арбитражный суд 25.12.2024 обратился ФИО4 (зарегистрировано 17.01.2025, принято определением от 11.02.2025 с указанием на рассмотрение в порядке очередности после проверки обоснованности заявления ФИО6 о признании должника банкротом, поступившего в суд первым). Номер спора не присвоен.

Определением от 16.04.2025 по обособленному спору № А56-107704/2024/тр.2 заявление ФИО4 назначено к рассмотрению как заявление о включении в реестр требований кредиторов ИП ФИО2

задолженности в размере 20 127 718 рублей на 19.05.2025, затем отложено на 04.08.2025.

В ходе рассмотрения спора требования уточнены в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), размер требований ФИО4 уменьшен до 16 884 503,20 рублей.

Решением суда первой инстанции от 21.03.2025 ФИО2 признан несостоятельным (банкротом) по заявлению ФИО6, в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утверждена ФИО7, требование ФИО6 в размере 20 104 980 рублей включено в третью очередь реестра требований кредиторов должника.

В связи с освобождением ФИО7 от исполнения обязанностей финансового управляющего определением суда первой инстанции (в виде резолютивной части) от 12.05.2025 новым финансовым управляющим утвержден ФИО8.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 22.05.2025 решение от 21.03.2025 оставлено без изменения.

Сведения о введении процедуры реализации имущества опубликованы в газете «Коммерсантъ» 29.03.2025.

Определением от 15.08.2025 по обособленному спору № А56-107704/2024/тр.2 в удовлетворении заявления АО «СКАМ» о фальсификации доказательств и об истребовании доказательств отказано; требования

ФИО4 в размере 16 884 503,20 рублей признаны обоснованными и включены в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО2 Также с должника в пользу ФИО4 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в размере 10 000 рублей.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 11.09.2025 решение арбитражного суда от 21.03.2025 и постановление апелляционного суда от 22.05.2025 отменены, дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

Определением арбитражного суда от 24.09.2025 дело, возбужденное по заявлению ФИО6 о признании ИП ФИО2 банкротом, назначено к новому рассмотрению в судебном заседании на 27.10.2025.

Определением от 05.11.2025 (резолютивная часть объявлена 27.10.2025) заявление ФИО6 оставлено без рассмотрения.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2 просит определение от 15.08.2025 по спору № А56-107704/2024/тр.2 отменить, в удовлетворении заявления ФИО4 отказать.

Податель апелляционной жалобы обращает внимание на то, что

ФИО4 является правопреемником ФИО6 на основании договора цессии от 17.07.2024. Предъявленное к должнику требование не подтверждено вступившим в законную силу судебным актом. ИП ФИО2 настаивает на безденежности договора займа (денежные средства в сумме 20 млн рублей не передавались). По данному вопросу в Невском районном суде города Санкт-Петербурга возбуждено дело № 2-12173/2024 о признании договора займа незаключенным. Должник утверждает, что у него отсутствовала необходимость в получении займа. Оригинал расписки о получении 20 млн рублей в суд не представлен. При этом в суде общей юрисдикции инициирован вопрос о проведении экспертизы по вопросу подлинности расписки. Должник указывает, что был введен ФИО6 в заблуждение, в результате чего между ними были подписаны три договора займа: 08.02.2024 на 20 млн рублей, 20.02.2024

на 30 млн рублей, 20.02.2024 на 20 млн рублей. Вместе с тем, ни по одному из договоров денежные средства реально не передавались. В тот же период между сторонами заключены договоры купли-продажи недвижимого имущества и акций АО «СКАМ» с рассрочкой платежа на 6 месяцев и без предоставления обеспечения. Должник утверждает, что данные события связаны между собой. При этом суд первой инстанции не исследовал финансовую возможность ФИО6 предоставить должнику заем в общем размере 70 млн рублей. Доходов за 2023 год ФИО6 не имел, что подтверждается ответом налоговой инспекции. По мнению апеллянта, предъявленные ФИО6 доказательства не обладают признаками относимости к предмету спора. Податель жалобы обращает внимание и на то, что суд не проверил размер оставшейся задолженности с учетом взысканий в исполнительном производстве. Несмотря на то, что суд первой инстанции определением от 19.05.2025 истребовал из ГУ ФССП по г. СПб ОСП по ВЗЮЛ сведения об остатке задолженности на дату окончания исполнительного производства от 18.07.2024 № 66365/25/78023-ИП, обжалуемый судебный акт принят до поступления ответа.

АО «СКАМ» представило письменные объяснения, в которых утверждает, что отсутствие процедуры банкротства не препятствует рассмотрению апелляционной жалобы должника по настоящему спору. При этом АО «СКАМ» обращает внимание на то, что определением от 05.11.2025 суд первой инстанции назначил судебное заседание по рассмотрению обоснованности заявления ФИО4 о признании должника банкротом на 08.12.2025 (то самое заявление, которое разрешено обжалуемым определением от 15.08.2025 по существу в качестве требования о включении задолженности в реестр). АО «СКАМ» поддерживает доводы должника о безденежности договоров займа; ссылаясь на нетипичные (льготные) условия договоров займа, утверждает, что стороны договора являются заинтересованными лицами. АО «СКАМ» также настаивает на необходимости проверки расчетов между ФИО6 и ФИО4, утверждает о неправомерном и необоснованном отклонении его ходатайств об истребовании дополнительных доказательств. АО «СКАМ» просит истребовать в банках (согласно перечню) сведения о движении денежных средств по счетам ФИО6 за период с 01.01.2023 по 20.02.2024, а также сведения о доходах ФИО4 за 2023-2024 год и открытых на его имя счетах в МИ ФНС № 18 по Ростовской области.

Определением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 26.11.2025 рассмотрение спора отложено на 14.01.2026, в удовлетворении ходатайства ФИО4 о приостановлении производства по апелляционной жалобе отказано; должнику предложено представить копию судебного акта, принятого Невским районным судом города Санкт-Петербурга по делу № 2-12173/2024, а ФИО6 - выписки по счетам за период, предшествующий заключению договора займа с ФИО2 от 20.02.2024, свидетельствующие об обналичивании и аккумулировании наличных денежных средств, необходимых для выдачи займа; в удовлетворении ходатайства ООО «СКАМ» об истребовании сведений о доходах ФИО4 за 2023-2024 год и открытых на его имя счетах в МИФНС № 18 по Ростовской области отказано.

Во исполнение требований апелляционного суда в суд поступили дополнительные документы.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании суд апелляционной инстанции отказал в приобщении к материалам дела копии меморандума от 12.03.2024, паспорта ФИО9 и выписки из ЕГРИП ФИО2, поскольку названные документы не были предметом исследования суда первой инстанции, обстоятельства заключения каких-либо особых соглашений между должником и ФИО6 не раскрывались перед судом первой инстанции и не оценивались (приложения к ходатайству ФИО4 в электронном виде от 13.01.2026). В соответствии с частью 2 статьи 268 АПК РФ кредитор не доказал, что у него имелись уважительные причины, препятствующие всестороннему и полному раскрытию обстоятельств дела в суде первой инстанции. Более того, документы представлены накануне судебного заседания в Тринадцатом арбитражном апелляционном суде, несмотря на то, что спор откладывался определением от 26.11.2025, то есть более полутора месяцев назад.

Иные документы, поступившие заблаговременно, к материалам дела приобщены, поскольку запрашивались апелляционным судом и поступили в установленный процессуальный срок.

Ходатайство АО «СКАМ» об истребовании доказательств (выписок по счетам ФИО6) снято кредитором с обсуждения, поскольку согласно доводам ФИО4 (правопреемник ФИО6) денежные средства для выдачи займа не обналичивались со счетов кредитора, а были накоплены за счет иных источников. Выписки по счетам ФИО6 не представляют доказательственной ценности для разрешения поставленных в настоящем споре вопросов.

В судебном заседании его участники поддержали доводы, изложенные в своих процессуальных документах. Представитель АО «СКАМ» просил оставить заявление ФИО4 без рассмотрения, поскольку процедура банкротства в отношении ФИО2 фактически отсутствует, а в случае разрешения по существу – отказать в удовлетворении требований.

Законность и обоснованность судебного акта проверены в апелляционном порядке.

Исследовав доводы подателя апелляционный жалобы, правовую позицию его оппонентов в совокупности и взаимосвязи с собранными по обособленному спору доказательствами, учитывая размещенную в картотеке арбитражных дел в телекоммуникационной сети Интернет информацию по делу о банкротстве, апелляционный суд не усматривает оснований для переоценки выводов суда по фактическим обстоятельствам дела и иного применения материальных норм права.

Несмотря на то, что процедура банкротства на данный момент в отношении должника не введена (суд округа отменил решения нижестоящих судов о введении процедуры реализации имущества и дело направлено на новое рассмотрение в суд первой инстанции), следующим по очереди заявлением о признании должника банкротом является именно заявление ФИО4, которое в части долга, включенного в реестр, является предметом настоящего апелляционного обжалования.

При наличии спора о праве между заявителем и должником в отсутствие судебного акта, подтверждающего задолженность (пункт 14 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 13.10.2015 № 45 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие процедур, применяемых в делах о несостоятельности (банкротстве) граждан», заявление о признании должника банкротом подлежит оставлению без рассмотрения.

Предметом апелляционного обжалования является судебный акт, принятый по заявлению ФИО4 только в части включения задолженности в реестр в ходе процедуры реализации имущества, то есть до момента отмены судебных актов о введении названной процедуры, в связи с чем отклоняется ходатайство АО «СКАМ» об оставлении заявления ФИО4 о включении задолженности в реестр без рассмотрения ввиду отсутствия процедуры банкротства.

Суд апелляционной инстанции принимает во внимание, что судом общей юрисдикции по делу № 2-12173/2024 принят судебный акт об отказе в признании договора займа незаключенным (в законную силу не вступил); по существу спора и в районном суде, и при разрешении настоящего требования участниками дела заявлены одни и те же возражения о безденежности договора займа. Однако, предметом настоящего спора фактически является не заявление о признании должника банкротом, а требование ФИО4 о включении задолженности в реестр требований кредиторов ИП ФИО2, потому препятствий к его разрешению (проверке законности судебного акта от 15.08.2025) суд апелляционной инстанции не усматривает.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, между должником и ФИО6 (займодавец) заключен договор беспроцентного займа от 20.02.2024 на сумму 20 000 000 рублей, срок возврата – 21.03.2024.

Договор заключен в нотариальной форме.

Факт получения денежных средств подтвержден распиской ФИО2

В случае просрочки исполнения обязательств по возврату денежных средств пунктом 8 договора установлена неустойка в размере 0,001% за каждый день.

Возврат займа в установленный срок не состоялся, ввиду чего 19.04.2024 по требованию ФИО6 получена исполнительная надпись нотариуса, согласно которой в пользу займодавца взыскано 20 000 000 рублей долга, 3 600 рублей процентов за просрочку возврата суммы займа, 104 018 рублей судебных расходов в связи с совершением исполнительной надписи, а всего: 20 107 618 рублей.

В последующем 17.07.2024 ФИО6 уступил права требования к заемщику в пользу ФИО4 на основании договора цессии, принимая во внимание, в том числе, увеличение процентов за просрочку возврата займа до 23 600 рублей.

Нотариусом совершена новая исполнительная надпись о взыскании с должника в пользу ФИО4 в совокупности 20 127 718 рублей по договору займа от 20.02.2024, из которых: 20 000 000 рублей – основной долг, 23 600 рублей – проценты за просрочку платежа, 104 118 рублей – судебные расходы в связи с совершением исполнительной надписи.

Ввиду того, что в рамках исполнительных действий задолженность частично погашена, ФИО4 заявил об уточнении требований (уменьшении) до 16 884 503,20 рублей (совокупное исполнение получено на сумму 3 243 214,80 рублей).

По правилам статьи 319 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) Сумма произведенного платежа, недостаточная для исполнения денежного обязательства полностью, при отсутствии иного соглашения погашает прежде всего издержки кредитора по получению исполнения, затем - проценты, а в оставшейся части - основную сумму долга.

Следовательно, за счет 3 243 214,80 рублей погашены в полном объеме расходы за проведение исполнительной надписи в сумме 104 118 рублей и частично основной долг на сумму 3 139 096,80 рублей. Остаток долга по договору займа представляет собой 16 860 903,20 рублей основного долга и 23 600 рублей – процентов за просрочку исполнения обязательств (штрафных санкций).

Несмотря на возражения должника о безденежности договора займа и заявление о фальсификации расписки от 20.02.2024, суд первой инстанции возражения отклонил, признал факт выдачи займа на указанную в договоре сумму подтвержденным (факт наличия у ФИО6 финансовой возможности выдать заем установлен судом по материалам дела) и включил требования в указанной кредитором сумме (в совокупности 16 884 503,20 рублей) в третью очередь реестра требований кредиторов ИП ФИО2

Суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены судебного акта.

Суть доводов должника и АО «СКАМ» сводятся к тому, что, несмотря на представленный формальный набор доказательств (договор займа, расписка), в действительности фактической передачи 20 000 000 рублей между сторонами договора не было. Договор займа является безденежным. Стороны являются акционерами АО «СКАМ», планировали некую совместную деятельность (бизнес), ради чего заключили ряд договоров, однако между ними возник межличностный и корпоративный конфликт. В обоснование своих доводов о безденежности ФИО2 настаивает:

- на отсутствии надлежащих и убедительных доказательств финансовой возможности ФИО6 передать ему денежные средства в дату заключения договора займа;

- невостребованности заемных денежных средств в сумме 30 000 000 рублей для должника, его незаинтересованности в их получении (у должника и без того имелись достаточные активы и имущество). Вместе с тем, в дальнейшем в ходе судебного заседания ФИО2 изменил позицию и указал, что за счет заемных денежных средств был намерен выкупить у

ФИО6 акции и недвижимое имущество (то есть денежными средствами, полученными от ФИО6 в займ, должник планировал расплатиться с ФИО6 за приобретенные у него активы).

- повышенный стандарт доказывания между аффилированными лицами;

- особые льготные условия договора займа (без обеспечения, короткий срок, отсутствие процентов за пользование займом).

В силу пункта 1 статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору займа одна сторона (займодавец) передает в собственность другой стороне (заемщику) деньги или другие вещи, определенные родовыми признаками, а заемщик обязуется возвратить заимодавцу такую же сумму денег (сумму займа) или равное количество других полученных им вещей того же рода и качества.

Если займодавцем в договоре займа является гражданин, договор считается заключенным с момента передачи суммы займа или другого предмета договора займа заемщику или указанному им лицу (абзац второй пункта 1 статьи 807 К РФ).

По общему правилу, при наличии сомнений в реальности договора займа исследованию подлежат доказательства, свидетельствующие об операциях должника с этими денежными средствами (первичные бухгалтерские документы или банковские выписки с расчетного счета должника), в том числе об их

расходовании. Также в предмет доказывания в указанных случаях входит изучение обстоятельств, подтверждающих фактическое наличие у заимодавца денежных средств в размере суммы займа к моменту их передачи должнику (в частности, о размере его дохода за период, предшествующий заключению сделки; сведения об отражении в налоговой декларации, подаваемой в соответствующем периоде, сумм, равных размеру займа или превышающих его; о снятии такой суммы со своего расчетного счета (при его наличии), а также иные (помимо расписки) доказательства передачи денег должнику.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной в абзацах третьем и четвертом пункта 27 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ «О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)» и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», при рассмотрении обособленного спора суд с учетом поступивших возражений проверяет требование кредитора на предмет мнимости или предоставления компенсационного финансирования. При осуществлении такой проверки суды вправе использовать предоставленные уполномоченным и другими органами данные информационных и аналитических ресурсов, а также сформированные на их основе структурированные выписки.

Если после проверки на предмет мнимости действительность долга не вызывает сомнений (например, установлен факт передачи или перечисления денежных средств, передачи товара, выполнения работ, оказания услуг; задолженность подтверждена установленным законом документом), суд, рассматривающий дело о банкротстве, не исследует дополнительные обстоятельства, связанные с предшествующим заключению сделки уровнем дохода кредитора, с законностью приобретения переданных должнику средств, с последующей судьбой полученного должником по сделке имущества, с отражением поступления имущества в отчетности должника и т.д.

Как усматривается из материалов дела, должник оспаривал в суде общей юрисдикции факт выдачи займа, ссылаясь на незаключенность соответствующего договора. В том же деле ФИО2 заявлял о фальсификации расписки, что явилось поводом для проведения соответствующей экспертизы.

Суд апелляционной инстанции полагает возможным принять во внимание обстоятельства, установленные решением Невского районного суда города Санкт-Петербурга от 26.09.2025 по делу ( № 2-12173/2024) № 2-2979/2025, несмотря на то, что такой судебный акт не мог быть исследован при разрешении спора о включении требования ФИО4 в реестр требований кредиторов ФИО2 (принят позже). Вместе с тем, выводы судов – районного и арбитражного суда по вопросу о реальном существовании долга совпадают. Апелляционная коллегия отмечает, несмотря на повышенный стандарт доказывания в деле о банкротстве, по существу разрешение вопроса о том, переданы денежные средства или заем являлся безденежным, для судов разных юрисдикции производится по одному и тому же алгоритму, потому существование разных позиций в отношении одного и того же обстоятельства, являющегося ключевым в данном деле (реальность передачи денежных средств), фактически недопустимо.

При проведении почерковедческой экспертизы расписки установлено, что она вероятнее всего изготовлена ФИО2 Расписка подготовлена в нотариальной конторе в присутствии нотариуса, который ранее (в тот же день)

удостоверил договор займа, то есть подтвердил факт, что стороны осознавали последствия своих действий. Текст договора содержит в пункте 2 упоминание об осведомленности сторон о том, что в силу статьи 807 Гражданского кодекса Российской Федерации договор займа считается заключенным с момента передачи суммы займа заемщику.

Более того, Невский районный суд города Санкт-Петербурга в решении принял во внимание, что при отборе экспериментальных образцов почерка и подписи под диктовку суда текста спорной расписки, ФИО2 допустил синтаксические ошибки, идентичные ошибкам отображенным в расписке от 20.02.2024, что стало дополнительным аргументом к выводу о подлинности расписки (ее выдачи именно должником).

Изложенные обстоятельства, по мнению апелляционной коллегии, подтверждают вывод суда первой инстанции о том, что договор займа и расписка являются достоверными доказательствами, которые не имеют пороков воли и формы.

Доводы апеллянта и АО «СКАМ» об обратном подлежат отклонению.

В свою очередь, арбитражный суд в банкротном деле осуществил также иную проверку факта выдачи займа – исследовал финансовое положение ФИО6, по итогам чего пришел к верному выводу о возможности последнего предоставить заем в сумме 20 000 000 рублей на дату заключения договора.

При этом суд апелляционной инстанции отмечает, что исследование выписок о движении денежных средств по счету займодавца не требуется для настоящего дела, поскольку последний не отрицает, что источником займа являлись ранее совершенные им сделки, в результате которых получены наличные денежные средства, а не снятие денежных средств со счетов.

Суд первой инстанции обоснованно учел доказательства получения ФИО6 денежных средств по вексельным обязательствами; ответ ПАО АКБ Авангард от 17.09.2024 № 42/0700 о совершенных операциях с наличными денежными средствами, в результате которых получены денежные средства в размере 17 251 281,77 в валюте - рубли РФ, 33 500 в валюте - доллары США,

1 123 480,34 в валюте - евро; сведения о продаже недвижимости – договоры от 28.10.2016 (цена сделки 8 000 000 рублей), 09.08.2016 (цена сделки 13 000 000 рублей), 06.05.2024 (цена сделки 39 354 600 рублей) на общую сумму 60 354 600 рублей.

Несмотря на то, что поименованные выше сделки относительно удалены по времени от заключения спорного договора займа, их совершение позволяет сделать вывод о том, что ФИО6 мог обладать наличностью в сумме, необходимой для заключения спорного договора займа. Гражданское законодательство не обязывает физических лиц совершать сделки исключительно в безналичной форме, равным образом хранить денежные средства исключительно на счетах в банках, что не позволяет сугубо формально подходить к оценке финансовой возможности кредиторов-граждан, устанавливая их требования по передаче денежных средств только в случае подтверждения факта снятия необходимой суммы займа со счета к дате заключения договора.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно статьям 8, 9 АПК РФ, участники дела пользуются равными правами на представление доказательств и несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий, в том числе представления доказательств обоснованности и законности своих требований или возражений.

Как усматривается из материалов дела о банкротстве, между ФИО2 и ФИО6 оформлено три договора займа:

- договор займа от 20.02.2024, согласно которому ФИО6 передал ФИО2 денежные средства в сумме 20 000 000 рублей в качестве займа на срок до 21.03.2024 включительно (требование ФИО4 в настоящем споре);

- договор займа от 08.02.2024, согласно которому ФИО6 передал ФИО2 денежные средства в сумме 20 000 000 рублей в качестве займа на срок до 08.04.2024 включительно;

- договор займа от 20.02.2024, согласно которому ФИО6 передал ФИО2 денежные средства в сумме 30 000 000 рублей в качестве займа на срок до 21.04.2024 включительно.

Договоры однотипны, основания возникновения (февраль 2024 года) и исполнения (март-апрель 2024 года) относятся примерно к одному периоду. Во всех случаях договоры предусматривали передачу средств наличными, в качестве подтверждения предоставления займов оформлены расписки, а мер по взысканию - исполнительные надписи нотариусов. В суд общей юрисдикции заимодавец с исками не обращался. Названные договоры и расписки положены в основание заявлений ФИО6 и ФИО4 (правопреемника ФИО6), которые рассмотрены только в деле о банкротстве должника. Для обоснования финансовой состоятельности ФИО6 представлен по существу один и тот же пакет документации.

Представитель кредитора сообщил, что денежные средства были переданы для ремонта и реконструкции принадлежащих ФИО2 объектов недвижимости.

Однако ни один из договоров займа не содержит условий о целевом расходовании денежных средств.

Срок возврата займа установлен до 21.03.2024 (в двух других договорах займа сроки также чрезвычайно короткие - один, два месяца).

По истечении срока, на который выданы займы, ФИО6 в любой момент имел право требовать выплату денежных средств на значительную сумму - 70 млн рублей. В то же время, ФИО2, хотя и занимался предпринимательской деятельностью, не имел дохода в размере, достаточном для единовременной или близкой к нему выплаты по договорам займа. Так, в своем отзыве на заявление о признании должника банкротом ФИО2 утверждает, что совокупный доход за период с 01.01.2022 по 30.09.2024 составил 201 346 924 рублей, не считая расходной части, связанной с его личной и деловой жизнью. Согласно налоговой декларации, приложенной к отзыву, доход ФИО2 за 9 месяцев 2024 года равен 46 545 491 рублей, чего явно не достаточно для возврата займов.

Между тем, исходя из обычной практики кредитования предоставление взаймы денежных средств для ремонта коммерческой недвижимости, сдаваемой в аренду, по определению не может носить кратковременный характер, поскольку возвратность обеспечивается, прежде всего, за счет дохода, который приносит такая недвижимость, и ожидаемой прибылью после ее ремонта. Возврат подобных долгов не может занимать один-два месяца. Кроме того,

среднестатистический разумный кредитор, выдавая заем (кредит), в любом случае проанализировал бы финансовые показатели заемщика и потенциальную доходность объектов недвижимости, чего в настоящем случае не усматривается.

Заем предоставлялся наличными и доказательств внесения на расчетный счет денежных средств ФИО2 не представлено.

АО «СКАМ» утверждает, что фактической передачи денежных средств между сторонами не осуществлялось, поскольку судьбу денежных средств установить невозможно: не внося их на счет, ФИО2 равным образом и не совершал сопоставимых с суммой займа (займов) сделок по приобретению материальных благ.

Апелляционный суд критически относится к данному утверждению, поскольку поведение должника в такой ситуации необъяснимо разумными мотивами. Как верно указывает АО «СКАМ», все договоры между ФИО2 и ФИО6 нотариально удостоверены, стороны подтвердили, что они осуществляют свои гражданские права своей волей.

Сущность займа (одним из принципов которого является возвратность ранее предоставленных средств) общеизвестна.

ФИО2 зарегистрирован в качестве индивидуального предпринимателя и, несомненно, на протяжении жизни с учетом объективной потребности в юридическом оформлении деятельности по аренде и эксплуатации недвижимости ему приходилось заключать множество договоров. В таких условиях, любое лицо, обладающее сходным с ФИО2 уровнем познаний и опыта, проявляя должную степень осмотрительности и заботливости, ожидаемую от данного участника при вступлении в правоотношения, объективно должно было осознавать наличие правовых последствий у каждой совершаемой им сделки как юридического акта.

Должник в ходе рассмотрения спора высказывал позицию о том, что сделки по получению займов неким образом связаны с приобретенными впоследствии акциями и недвижимостью у ФИО6 по договорам купли-продажи от 06.05.2024.

Апелляционным судом установлено, что: Апелляционным судом установлено, что:

1) 06.05.2024 между должником (покупатель) и ФИО6 (продавец) заключен договор купли-продажи недвижимости, в соответствии с которым продавец обязался передать покупателю сооружение с кадастровым номером 78:31:0001521:2824 по адресу: Санкт-Петербург, Лиговский проспект, дом 50, литера Г2 (склад-магазин) и сооружение с кадастровым номером 78:31:0001521:2825 по адресу: Санкт-Петербург, Лиговский проспект, дом 50, литера Г4 (мастерская), а покупатель - оплатить после подписания договора, но не позднее 06.09.2024, покупную цену за указанные объекты недвижимости, размер которой составил 39 354 600 рублей (расчеты не состоялись, ФИО6 заявил требование о включении задолженности в реестр, спор № А56-107704/2024/тр.5);

2) 06.05.2024 ФИО6 по договору купли-продажи передал должнику, принадлежащие ему на праве собственности обыкновенные именные акции АО «СКАМ» в количестве 2 700 шт. за 35 645 400 рублей. При этом 5 000 000 рублей покупатель оплатил до заключения договора, а оставшуюся сумму в размере 30 645 400 рублей обязался уплатить не позднее 06.09.2024 (расчеты не состоялись, ФИО6 заявил требование о включении задолженности в реестр, спор № А56-107704/2024/тр.7).

В судебном заседании суда апелляционной инстанции представитель должника пояснил, что уже на момент заключения договоров займа,

ФИО2 и ФИО6 находились в состоянии конфликта, между ними имелся спор, который рассматривался арбитражным судом. На вопрос апелляционной коллегии о целесообразности вступления в новые (заемные) правоотношения с лицом, корпоративный конфликт с которым был очевиден, должник ответа не дал. После заключения договоров займа и не получив заемные денежные средства в течение нескольких месяцев, ФИО2 06.05.2024 заключил с ФИО6 еще два договора купли-продажи активов, приняв на себя новые обязательства в общем размере 70 млн рублей, исполнить которые не был способен ввиду неполучения заемных денежных средств. Из пояснений представителя должника, именно поэтому в договорах от 06.05.2024 предусмотрена отсрочка исполнения на 6 месяцев.

Вместе с тем, ситуация, когда в феврале 2024 года ФИО2 оформляет с одним лицом три договора займа якобы для приобретения у займодавца акций и недвижимости (притом что сроки возврата крайне сжатые - один, два месяца), а затем не получив заемные денежные средства, в мае 2025 года не оплачивает тому же лицу стоимость приобретенных по договорам купли-продажи активов, экономически абсурдна. Подобное структурирование сделок влечет возникновение дополнительных обязательств (явное увеличение пассивов предпринимателя и угрозу его текущему имущественному положению), что вряд ли возможно в гражданском обороте, даже если стандарт понимания природы займа будет понижен.

Действия ФИО6, который в мае 2025 года передал принадлежащее ему имущество - акции и недвижимость несмотря на просрочку погашения ФИО2 предыдущих требований и их размер - 70 млн рублей, также не поддаются логическому объяснению.

Как верно утверждает АО «СКАМ», приведенные факты наглядно свидетельствуют о том, что взаимоотношения сторон отклонялись от разумных требований.

В настоящее время между ФИО2 и ФИО6 сложился личностный и корпоративный конфликт, в основе которого лежит различная оценка вопроса принадлежности комплекса недвижимости по адресу: Санкт- Петербург, просп. Лиговский, д.50.

Нетипичность поведения сторон действительно позволяет сделать вывод о том, что вышеуказанными сделками стороны пытались скрыть иные фактически имевшие место между ними взаимоотношения.

Вместе с тем, в рассматриваемом случае истинное содержание сложившихся отношений до сведения суда не доведено. Должник неоднократно менял позицию относительно цели получения займа: первоначально утверждал, что не нуждался в заемных денежных средствах, а затем сообщил, что был намерен ими рассчитаться за акции и объекты недвижимого имущества.

По убеждению суда апелляционной инстанции, сформированному на основании собранных по делу доказательств и полученных объяснений сторон, заемщик скрывает от суда истинные мотивы своего поведения, пытаясь опорочить ранее состоявшиеся между с ФИО6 сделки в неизвестных (нераскрытых) судам целях. Вместе с тем реальная суть (цель) соглашений, достигнутых сторонами до заключения договора займа (а равно иных сделок, совершенных между должником и ФИО6) в достаточной степени не раскрыта, поведение обоих участников сделки является непоследовательным и нетипичным. В условиях неполного раскрытия всех обстоятельств дела, в том

числе предшествующих заключению договоров между ФИО6 и ИП ФИО2, необъяснимых и неразумных действий, апелляционный суд вынужден руководствоваться собранными по делу доказательствами, свидетельствующими о том, что должник, будучи предпринимателем с достаточным опытом и уровнем доходов, не мог не осознавать последствия своих действий при подписании спорного договора займа (а также еще двух аналогичных договоров займа в тот же период всего на сумму 70 млн рублей) и выдачи расписок, а значит, денежные средства по ним в действительности получил.

Вопреки доводам АО «СКАМ» оснований для отказа в удовлетворении требований в данном случае не имеется, поскольку ни одна из сторон не желает раскрыть суду причины своего поведения и суть прикрываемых сделок, если таковые имели место быть. Данный факт не может быть истолкован негативным образом для ФИО6 и его правопреемника, поскольку с его стороны типичный набор доказательств, опосредующий правоотношения по договору займа представлен, а финансовая состоятельность с достаточной степенью вероятности подтверждена. В свою очередь, позиция должника, напротив, непоследовательна и противоречива, поскольку ФИО2 отрицает ранее совершенные им юридически значимые действия, не раскрывая реальных целей своего поведения и мотивов своих действий.

Опровержение установленных судом первой инстанций обстоятельств в материалах дела отсутствует, в связи с чем суд апелляционной инстанции полагает, что выводы суда основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, соответствуют фактическим обстоятельствам дела и основаны на положениях действующего законодательства.

Несогласие заявителя с выводами суда первой инстанции, основанными на оценке доказательств, равно как и иное толкование норм законодательства, подлежащих применению в настоящем деле, не свидетельствуют о наличии в принятом судебном акте существенных нарушений норм материального и (или) процессуального права, повлиявших на исход судебного разбирательства или допущенной судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов, в соответствии со 270 АПК РФ, судом не нарушены, в связи с чем апелляционная жалоба не подлежит удовлетворению.

Включенная в третью очередь реестра требований кредиторов должника задолженность перед кредитором в сумме 23 600 рублей процентов за просрочку исполнения обязательств (штрафных санкций), а также взысканные с должника в пользу кредитора судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме 10 000 рублей, понесенные при подаче заявления о включении требования в реестр, подлежат удовлетворению в очередности, установленной пунктом 3 статьи 137 Закона о банкротстве.

Руководствуясь статьями 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 15.08.2025 по обособленному спору № А56-

107704/2024/тр.2 оставить без изменения, апелляционную жалобу – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.

Председательствующий М.В. Тарасова

Судьи Н.А. Морозова

А.В. Радченко