Постановление от 5 июля 2024 г. по делу № А56-68692/2023

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело № А56-68692/2023
06 июля 2024 года
г. Санкт-Петербург
Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 06 июля 2024 года Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе: председательствующего Титовой М.Г., судей Денисюк М.И., Згурской М.Л., при ведении протокола судебного заседания секретарём Сизовым А.К.,

при участии в судебном заседании представителя ООО «Авента-Инфо» - ФИО1 (доверенность от 21.08.2023, онлайн), представителя ИП ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 14.08.2023, онлайн),

рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционную жалобу (регистрационный номер 13АП-9389/2024) индивидуального предпринимателя ФИО2 на решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2024 по делу № А56-68692/2023, принятое по иску общества с ограниченной ответственностью «Авента-Инфо» к индивидуальному предпринимателю ФИО2 о взыскании,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Авента-Инфо» (далее - истец) обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее - ответчик) о взыскании 300 000 руб. компенсации за незаконное использование товарных знаков № 424762, № 500593, № 425502, № 395624, № 653932, а также 35 000 руб. судебных расходов.

Решением арбитражного суда от 20.02.2024 исковые требования удовлетворены в части взыскания 100 000 руб. компенсации, 3 000 руб. расходов по оплате государственной пошлины, 11 668 руб. расходов на представителя.

В апелляционной жалобе ИП ФИО2, ссылаясь на неправильно применение норм материального права, неполное выяснение обстоятельств дела, просит решение суда отменить, принять по делу новый судебный акт, взыскав с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 50 000 руб.

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционной жалобы опубликована на Интернет-сайте «Картотека арбитражных дел».

В судебном заседании представитель ответчика поддержал доводы апелляционной жалобы, а представитель истца против её удовлетворения возражал.

Законность и обоснованность принятого по делу судебного акта проверена в апелляционном порядке в пределах доводов жалобы.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, истец является обладателем исключительных прав на товарные знаки № 425502, 424762, 500593, 395624, 653932, что подтверждается соответствующими свидетельствами, выданными Федеральной службой по интеллектуальной собственности.

Между ООО «Флора» и ООО «Авента-Инфо» был заключен договор от 14.10.2023 № Д/03/АИ-13 на поставку защитных стикеров «DAT» и их информационное обслуживание, выражающееся в предоставлении потребителям продукции ООО «Флора» возможности осуществлять проверку подлинности выпущенной в обращение продукции, в том числе и путем направления СМС - запроса и получения ответа, на короткий номер операторов сотовой связи.

Истец является разработчиком «Системы бренд-контроля «DAT» (далее - Система), которая позволяет конечному потребителю распознать подделку от оригинала. Система представляет собой «Комплексное решение защиты товара от подделок».

Система защищена патентом РФ на изобретение № 2519564, патентом РФ на полезную модель № 127969 и свидетельствами РФ на товарные знаки (знаки обслуживания) № 424762, № 500593, № 425502, № 395624, № 653932, свидетельством о регистрации Программы для ЭВМ 2009610936.

Истец заключает договоры с производителями на маркировку оригинальной продукции, в том числе на оказание услуг генерации и активации Уникального идентификационного кода (УИК).

По условиям указанного договора поставляемая ООО «Флора» в Российскую Федерацию продукция под товарным знаком «НВ-101» в упаковках объемом 06 мл., 50 мл., 100 мл. и 300 мл. (далее - товар) промаркирована защитным стикером «DAT» (далее - стикер) с уникальным идентификационным кодом, размещенным под защитным слоем, либо содержит код непосредственно на флаконе. Каждый код является уникальным и не должен повторяться. На упаковке и непосредственно на флаконе размещаются следующие товарные знаки (знаки обслуживания), правообладателем которых является общество «Авента-Инфо»:

" " по свидетельству Российской Федерации N 425502; " " по свидетельству Российской Федерации N 424762;

" " по свидетельству Российской Федерации N 500593;

" " по свидетельству Российской Федерации N 395624;

" " по свидетельству Российской Федерации N 653932.

Обращаясь с заявленными требованиями, истец указал на то, что в ходе закупки, произведенной истцом 09.02.2023 на торговой площадке (маркетплейсе) в

сети Интернет по адресу: https://www.wildberries.ru, был установлен факт продажи контрафактного товара - удобрения стимулятор роста «НВ101», Виталайзер «НВ- 101» для растений 2 шт. по 6 мл. стоимостью 312 руб. При проверке кода 013420053194091, размещенного на стикере приобретенного товара под непрозрачным стираемым защитным слоем, система выдала ответ «Код проверен уже 147 раз. Внимание! Это подделка!»; по коду 013403373977123 - «Код проверен уже 157 раз. Внимание! Это подделка!».

В подтверждение продажи был выдан чек от 15.02.2023 согласно указанному на нем ИНН <***>, продавцом является ИП ФИО2.

На товаре, предлагаемом ответчиком к продаже, содержатся обозначения, сходные до степени смешения с товарными знаками, правообладателем которых является истец.

Истец не давал своего разрешения ответчику на использование принадлежащего ему исключительного права. Товар, реализованный ответчиком, не вводился в гражданский оборот истцом и (или) третьими лицами с согласия истца. Предложением к продаже и реализацией товара ответчик нарушил права истца.

Полагая, что своими действиями ответчик нарушает исключительные права истца на товарные знаки по свидетельствам Российской Федерации N 424762,

N 500593, N 425502, N 395624, N 653932, истец направил ответчику претензию.

Поскольку направленная в адрес ответчика претензия оставлена последним без удовлетворения, истец обратился в арбитражный суд с настоящим исковым заявлением.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд первой инстанции исходил из того, что истцом подтверждено наличие у него исключительных прав на товарные знаки, при этом доказательств правомерности использования ответчиком объектов исключительных прав в материалы дела не представлено, при этом счел возможным снизить размер компенсации до 100 000 руб.

Апелляционный суд не усматривает оснований для отмены решения по доводам апелляционный жалобы ответчика в силу следующего.

В соответствии с пунктом 1 статьи 1229 ГК РФ гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом.

Согласно пункту 1 статьи 1484 ГК РФ лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 ГК РФ, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

В соответствии со статьей 1250 Кодекса интеллектуальные права защищаются способами, предусмотренными Кодексом, с учетом существа нарушенного права и последствий нарушения этого права.

Согласно пункту 3 статьи 1252 ГК РФ в случаях, предусмотренных названных Кодексом для отдельных видов результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, при нарушении исключительного права

правообладатель вправе вместо возмещения убытков требовать от нарушителя выплаты компенсации за нарушение указанного права. Компенсация подлежит взысканию при доказанности факта правонарушения.

При этом правообладатель, обратившийся за защитой права, освобождается от доказывания размера причиненных ему убытков.

Размер компенсации определяется судом в пределах, установленных ГК РФ, в зависимости от характера нарушения и иных обстоятельств дела с учетом требований разумности и справедливости.

Запрет на использование в гражданском обороте обозначения, тождественного или сходного до степени смешения с зарегистрированным товарным знаком, действует во всех случаях, за исключением предоставления правообладателем соответствующего разрешения любым способом, не запрещенным законом и не противоречащим существу исключительного права на товарный знак.

Как установлено пунктом 3 статьи 1250 ГК РФ, предусмотренные меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав подлежат применению при наличии вины нарушителя, если иное не установлено этим Кодексом. Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим интеллектуальные права.

Если иное не установлено ГК РФ, предусмотренные подпунктом 3 пункта 1 и пунктом 3 статьи 1252 данного Кодекса меры ответственности за нарушение интеллектуальных прав, допущенное нарушителем при осуществлении им предпринимательской деятельности, подлежат применению независимо от вины нарушителя, если такое лицо не докажет, что нарушение интеллектуальных прав произошло вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств.

Исходя из положений части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также разъяснений, изложенных в пунктах 57, 154, 162 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» (далее - Постановление № 10), в предмет доказывания по требованию о защите права на товарный знак входят факт принадлежности истцу указанного права и факт его нарушения ответчиком путем использования товарного знака либо обозначения, сходного с ним до степени смешения, в отношении товаров (услуг), для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров (услуг), одним из способов, предусмотренных пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ. В свою очередь ответчик обязан доказать выполнение им требований закона при использовании наименования места происхождения товара либо сходного с ними до степени смешения обозначения.

Установление указанных обстоятельств является существенным для дела, от них зависит правильное разрешение спора. При этом вопрос оценки представленных на разрешение спора доказательств на допустимость, относимость и достаточность является компетенцией суда, разрешающего спор по существу.

Представленными в материалы дела доказательствами подтверждается факт принадлежности ООО «Авента-Инфо» исключительного права на товарные знаки № 424762, № 500593, № 425502, № 395624, № 653932 (свидетельства на товарные знаки и изменения к ним), в защиту которых он обратился с настоящим иском.

Факт использования ответчиком спорных обозначений при осуществлении предпринимательской деятельности, подтверждается представленным в материалы дела кассовым чеком с указанием ИНН продавца, совпадающего с ИНН ответчика, а также видеосъемкой процесса закупки спорного товара, произведенной истцом на основании ст. 12, 14 ГК РФ и п. 2 ст. 64 АПК РФ в целях самозащиты гражданских

прав, которые подтверждают введение ответчиком контрафактного товара в гражданский оборот без разрешения правообладателя.

Суд апелляционной инстанции критически оценивает довод апеллянта о том, что в материалы дела представлен товар в иной упаковке, нежели запечатлено на видео (на видео повреждена упаковка), поскольку представленные доказательства в совокупности дают возможность сделать однозначный вывод о реализации ответчиком товара с нанесенными товарными знаками, исключительные права на которые принадлежат истцу.

Из представленных в материалы дела скриншотов и видео следует, что принадлежащие истцу товарные знаки являются сходными до степени смешения с изображенными на товарах ответчика.

Методология определения сходства сравниваемых обозначений и вероятности их смешения в гражданском обороте определена Правилами составления, подачи и рассмотрения документов, являющихся основанием для совершения юридически значимых действий по государственной регистрации товарных знаков, знаков обслуживания, коллективных знаков, утвержденные приказом Министерства экономического развития Российской Федерации от 20.07.2015 № 482 (далее - Правила № 482) и пунктом 162 Постановления N 10.

Согласно пункту 41 Правил № 482 обозначение считается сходным до степени смешения с другим обозначением (товарным знаком), если оно ассоциируется с ним в целом, несмотря на их отдельные отличия.

Сходство обозначений для отдельных видов обозначений определяется с учетом требований пунктов 42 - 44 настоящих Правил № 482.

В силу пункта 42 Правил № 482 словесные обозначения сравниваются со словесными обозначениями и с комбинированными обозначениями, в композиции которых входят словесные элементы.

Сходство словесных обозначений оценивается по звуковым (фонетическим), графическим (визуальным) и смысловым (семантическим) признакам, а именно:

1) звуковое сходство определяется на основании следующих признаков: наличие близких и совпадающих звуков в сравниваемых обозначениях; близость звуков, составляющих обозначения; расположение близких звуков и звукосочетаний по отношению друг к другу; наличие совпадающих слогов и их расположение; число слогов в обозначениях; место совпадающих звукосочетаний в составе обозначений; близость состава гласных; близость состава согласных; характер совпадающих частей обозначений; вхождение одного обозначения в другое; ударение;

2) графическое сходство определяется на основании следующих признаков: общее зрительное впечатление; вид шрифта; графическое написание с учетом характера букв (например, печатные или письменные, заглавные или строчные); расположение букв по отношению друг к другу; алфавит, буквами которого написано слово; цвет или цветовое сочетание;

3) смысловое сходство определяется на основании следующих признаков: подобие заложенных в обозначениях понятий, идей (в частности, совпадение значения обозначений в разных языках); совпадение одного из элементов обозначений, на который падает логическое ударение и который имеет самостоятельное значение; противоположность заложенных в обозначениях понятий, идей.

Признаки, указанные в приведенном пункте Правил № 482, учитываются как каждый в отдельности, так и в различных сочетаниях.

Как разъяснено в пункте 162 Постановления № 10, установление сходства осуществляется судом по результатам сравнения товарного знака и обозначения (в том числе по графическому, звуковому и смысловому критериям) с учетом

представленных сторонами доказательств по своему внутреннему убеждению. При этом суд учитывает, в отношении каких элементов имеется сходство - сильных или слабых элементов товарного знака и обозначения. Сходство лишь неохраняемых элементов во внимание не принимается.

Специальных знаний для установления степени сходства обозначений и однородности товаров не требуется.

Смешение возможно, если в целом, несмотря на отдельные отличия, спорное обозначение может восприниматься указанными лицами в качестве соответствующего товарного знака или если потребитель может полагать, что обозначение используется тем же лицом или лицами, связанными с лицом, которому принадлежит товарный знак.

Вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения определяется исходя из степени сходства обозначений и степени однородности товаров для указанных лиц. При этом смешение возможно и при низкой степени сходства, но идентичности (или близости) товаров или при низкой степени однородности товаров, но тождестве (или высокой степени сходства) товарного знака и спорного обозначения.

При наличии соответствующих доказательств суд, определяя вероятность смешения товарного знака и спорного обозначения, оценивает и иные обстоятельства, в том числе: используется ли товарный знак правообладателем в отношении конкретных товаров; длительность и объем использования товарного знака правообладателем; степень известности, узнаваемости товарного знака; степень внимательности потребителей (зависящая в том числе от категории товаров и их цены); наличие у правообладателя серии товарных знаков, объединенных общим со спорным обозначением элементом.

При определении вероятности смешения также могут учитываться представленные лицами, участвующими в деле, доказательства фактического смешения обозначения и товарного знака, в том числе опросы мнения обычных потребителей соответствующего товара.

Суд учитывает влияние степени сходства обозначений, степени однородности товаров, иных обстоятельств на вероятность смешения, а не каждого из соответствующих обстоятельств друг на друга.

Однородность товаров устанавливается исходя из принципиальной возможности возникновения у обычного потребителя соответствующего товара представления о принадлежности этих товаров одному производителю. При этом суд учитывает род (вид) товаров, их назначение, вид материала, из которого они изготовлены, условия сбыта товаров, круг потребителей, взаимодополняемость или взаимозаменяемость и другие обстоятельства.

Обстоятельства, связанные с определением сходства товарного знака, в защиту исключительного права на который обращается истец, и обозначения, используемого ответчиком в своей деятельности, имеют существенное значение для установления факта нарушения исключительных прав на товарные знаки, при этом суд должен учитывать представленные сторонами доказательства.

С учетом приведенных правовых норм и правовых позиций высшей судебной инстанции в первую очередь подлежит разрешению вопрос о наличии или отсутствии сходства сравниваемых обозначений. Для его установления производится анализ обозначений на основании вышеприведенных критериев, после чего с учетом приведенного анализа осуществляется сравнение обозначений в целом.

В случае установления отсутствия сходства дальнейший анализ не производится.

Суд первой инстанции оценил представленные в материалы дела доказательства в их совокупности и с точки зрения сопоставления спорных обозначений с товарными знаками истца по признакам графического (визуального), звукового (фонетического), семантического (смыслового) значений, словесного значения элемента «три восьмерки», установил, что нанесенные на спорный товар обозначения в виде защитного стикера «DAT», уникального идентификационного кода, использованы в целях проверки подлинности введенной в гражданский оборот продукции, а потому - являются сходными до степени смешения с товарными знаками истца № 424762, № 500593, № 425502, № 395624, № 653932 в отношении спорных услуг, оказываемых истцом на торговом рынке по маркировке оригинальной продукции.

Суд установил степень сходства между спорными обозначениями и товарными знаками, принадлежащими истцу, что является самостоятельным основанием для предъявления требования о защите исключительных прав на указанные объекты интеллектуальной собственности.

Апелляционная инстанция соглашается с данным выводом суда первой инстанции и проведенной оценкой суда.

Вместе с тем при анализе возможности смешения учитывается не только степень сходства сравниваемых обозначений, однородность товаров (услуг), но и различительная способность защищаемого истцом товарного знака.

Проведя сравнительный анализ однородности продукции ответчика с товарами, для которых зарегистрированы товарные знаки истца, суд апелляционной инстанции установил, что исковые требования предъявлены в защиту товарных знаков по свидетельствам Российской Федерации N 424762 и N 500593, а также знаков обслуживания по свидетельствам Российской Федерации N 425502, N 395624, N 653932.

В исследуемом случае в качестве нарушения исключительных прав истца ответчику вменяется реализация товара (удобрения для растений).

Апелляционный суд отмечает, что в данном случае однородность товаров не установлена, вместе с тем, исходя из того, что смысловое значение нанесения товарных знаков истца имеет под собой как таковое подтверждение оригинальности реализуемого товара (независимо от производителя и класса товара).

По мнению апелляционной инстанции, с учетом конкретных обстоятельств спора, на вероятность смешения у покупателя оригинального товара и контрафакта, влияет именно наличие товарных знаков и знаков обслуживания, принадлежащих истцу.

Как определено пунктом 2 статьи 1484 ГК РФ исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности, путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации.

Судебная коллегия отмечает, что в целом товары и услуги существуют не сами по себе, а предназначены для определенного вида деятельности, а в конкретном случае в целях проверки подлинности введенной в гражданский оборот обществом «Флора» продукции, путем маркировки специализированным стикером с нанесением на них товарных знаков, принадлежащих истцу.

В связи с изложенным реализация ответчиком спорной продукции, содержащей на своей упаковке товарные знаки, принадлежащие истцу, может рассматриваться

как нарушение исключительных прав истца. (Указанная позиция отражена в постановлении Суда по интеллектуальным правам от 09.08.2016 N С01-638/2016 по делу N А09-10722/2015).

Резюмируя изложенное, суд апелляционной инстанции приходит к выводу о доказанности истцом факта нарушения ответчиком его исключительных прав на спорные товарные знаки.

Статьей 1301 ГК РФ предусмотрено, что в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных ГК РФ (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 ГК РФ требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации: в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда; в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

По смыслу пунктов 60 и 63 постановления пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 N 10 "О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации" (далее - Постановление N 10) нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальным правам, в частности взыскания компенсации.

Истцом избран способ защиты исключительного права в виде взыскания компенсации, предусмотренной пунктом 4 статьи 1515 ГК РФ (в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда исходя из характера нарушения).

Компенсация заявлена ко взысканию в размере 300 000 руб.

В соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 59 Постановление № 10, компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Суд по своей инициативе не вправе изменять способ расчета суммы компенсации.

Из разъяснений пункта 61 Постановления № 10 следует, что заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

При определении размера компенсации суд, учитывая, в частности, характер допущенного нарушения, срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности, степень вины нарушителя, наличие ранее совершенных лицом нарушений исключительного права данного правообладателя, вероятные убытки правообладателя, принимает решение, исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, определение окончательного размера компенсации, подлежащей выплате в пользу истца, является прерогативой суда, который при этом исходит из обстоятельств дела и представленных доказательств, оцениваемых судом по своему внутреннему убеждению. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы.

Согласно пункту 60 Постановления № 10 требование о взыскании компенсации носит имущественный характер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Как разъяснено в пункте 63 Постановления № 10, если имеется несколько принадлежащих одному лицу результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, связанных между собой: произведение и товарный знак, в котором использовано это произведение, товарный знак и наименование места происхождения товара, товарный знак и промышленный образец, компенсация за нарушение прав на каждый объект определяется самостоятельно.

Как указано в пункте 4 Определения Конституционного Суда Российской Федерации № 1345-О от 18.06.2020 по запросу Пятнадцатого арбитражного апелляционного суда о проверке конституционности пунктов 1 и 7 статьи 1259 и статьи 1263 ГК РФ, специфика объектов интеллектуальной собственности такова, что одним действием могут быть нарушены исключительные права на несколько результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации. Данное нарушение может заключаться в выражении нескольких объектов интеллектуальной собственности в одном материальном носителе. Из этого исходит и правоприменительная практика (пункт 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации»). При условии, что аудиовизуальное произведение (его части) и вошедшее в него произведение изобразительного искусства имеют самостоятельную объективную форму, одновременное их признание объектами интеллектуальной собственности само по себе не может расцениваться как нарушающее какие-либо конституционные права (в пункт 2.3 Определения).

В случае, если права на соответствующие результаты или средства индивидуализации принадлежат одному правообладателю, общий размер компенсации за нарушение прав на них с учетом характера и последствий нарушения может быть снижен судом ниже пределов, установленных настоящим Кодексом, но не может составлять менее пятидесяти процентов суммы минимальных размеров всех компенсаций за допущенные нарушения (абзац третий пункта 3 статьи 1252 ГК РФ).

Положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ применяются только при множественности нарушений и лишь в случае, если ответчиком заявлено о необходимости применения соответствующего порядка снижения компенсации (пункт 64 Постановления № 10).

При этом суд не вправе снижать размер компенсации ниже минимального предела, установленного законом, по своей инициативе, обосновывая такое снижение лишь принципами разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Таким образом, применение абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК РФ возможно только при наличии мотивированного заявления ответчика.

Доводы апелляционной жалобы по сути сводятся к несогласию ответчика с размером взысканной суммы компенсации, ответчик считает ее чрезмерной.

В рассматриваемом случае ответчиком о снижении размера компенсации на основании положения абзаца третьего пункта 3 статьи 1252 ГК Российской Федерации и по правилам, установленным постановлением Конституционного Суда РФ № 28-П от 13.12.2016, в суде первой инстанции не заявлялось.

Полномочие арбитражного суда по определению размера компенсации вытекает из принципа самостоятельности судебной власти и является проявлением

дискреционных полномочий суда, необходимых для осуществления правосудия. При этом дискреция суда по индивидуализации размера такой компенсации, допускающая выплату компенсации свыше установленного законодателем минимального размера, должна учитывать реальные последствия правонарушения и отвечать принципам разумности, справедливости и соразмерности.

Суд первой инстанции, оценив в соответствии со статьей 71 АПК РФ в совокупности и взаимосвязи представленные в материалы дела доказательства, исходя из принципов разумности и справедливости, соразмерности компенсации последствиям нарушенного обязательства, пришел к выводу о том, что заявленный Обществом размер компенсации не соотносится с характером правонарушения, не соразмерен допущенному ответчиком нарушению и снизил размер компенсации до

100 000 руб.

Апелляционный суд отмечает, что истец возражений в части снижения суммы компенсации не приводит, соглашаясь с размерном, определенным судом первой инстанции.

Апелляционная инстанция считает, что размер компенсации судом обоснован с учетом разъяснений, указанных в абзаце четвертом пункта 62 постановления № 10. Формального подхода суда к определению размера компенсации в данном случае не усматривается. Определенный судом размер компенсации соответствует принципам разумности и соразмерности.

Оснований для большего снижения суммы компенсации в исследуемом случае не установлено.

Выводы суда в части распределения судебных расходов сторонами не оспариваются.

При таком положении суд первой инстанции принял законное и обоснованное решение, оснований для отмены которого апелляционным судом не выявлено.

Руководствуясь статьями 269-271 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

решение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 20.02.2024 по делу № А56-68692/2023 оставить без изменения, апелляционную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Суд по интеллектуальным правам в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия.

Председательствующий М.Г. Титова

Судьи М.И. Денисюк

М.Л. Згурская