Постановление от 4 февраля 2026 г. ФАС ПО (ФАС Поволжского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции Ф06-4744/2025

Дело № А65-1950/2023
г. Казань
05 февраля 2026 года
Резолютивная часть постановления объявлена 22 января 2026 года Полный текст постановления изготовлен 05 февраля 2026 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе: председательствующего судьи Васильева П.П.,

судей Богдановой Е.В., Самсонова В.А., при участии лиц, участвующих деле: ФИО1 – лично, паспорт,

представителя ФИО1 – ФИО2 по доверенности от 08 декабря 2023 года,

ФИО3 – лично, паспорт,

представителей ФИО4 – ФИО5 по доверенности от 24 декабря 2024 года, ФИО6 по доверенности от 12 сентября 2024,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле,

рассмотрел в открытом судебном заседании кассационные жалобы

финансового управляющего ФИО7, ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2025 года

по делу № А65-1950/2023

по заявлению финансового управляющего должника о признании недействительным договора купли-продажи от 22.01.2021, заключенного между ФИО8 и ФИО4, применении последствий недействительности сделки в деле о несостоятельности (банкротстве) ФИО8,

УСТАНОВИЛ:

определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 10 февраля 2023 года заявление общества с ограниченной ответственностью «Приоритет» (далее – кредитор ООО «Приоритет») о признании ФИО8 (далее – должник ФИО8) несостоятельным (банкротом) принято к производству и назначено судебное заседание по проверке обоснованности заявления.

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 3 апреля 2023 года в отношении ФИО8 введена процедура банкротства – реструктуризация долгов. Финансовым управляющим утвержден ФИО7 (далее – финансовый управляющий ФИО7)

Решением Арбитражного суда Республики Татарстан от 24 октября 2023 года ФИО8 признан несостоятельным (банкротом), введена процедура реализации его имущества, финансовым управляющим утвержден ФИО7

В Арбитражный суд Республики Татарстан 19 августа 2024 года поступило заявление финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от 22 января 2021

года, заключенного между ФИО8 и ФИО4 (далее – ответчик ФИО4), применении последствий недействительности сделки в виде возврата в собственность должника отчужденного недвижимого имущества - жилого дома общей площадью 353.6 кв.м и земельного участка площадью 1000 кв.м, расположенных по адресу: <...> (Алтан), д. 21 (далее – спорное имущество).

Определением Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 мая 2025 года заявление финансового управляющего ФИО7 удовлетворено, признан недействительной сделкой договор купли-продажи от 22 января 2021 года, заключенный между ФИО8 и ФИО4; применены последствия недействительности сделки в виде восстановления права собственности ФИО8 на спорное имущество с сохранением обременения в виде ипотеки в пользу ПАО Банк Зенит; восстановлено право требования ФИО4 к ФИО8 на сумму 25 500 000 руб. Распределены судебные расходы.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13 октября 2025 года определение Арбитражного суда Республики Татарстан от 23 мая 2025 года по делу № А65-1950/2023 отменено. Принят новый судебный акт.

В удовлетворении заявления финансового управляющего должника о признании недействительной сделкой договора купли-продажи от

22 января 2021 года, заключенного между ФИО8 и

ФИО4, и применении последствий недействительности сделки отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, финансовый управляющий должника, кредитор ФИО1 обратились в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационными жалобами, в которых просят постановление суда апелляционной инстанции отменить, оставить без изменения определение суда первой инстанции.

В обоснование доводов кассационной жалобы финансовый управляющий должника ссылается на то, что суд апелляционной инстанции не оценил довод финансового управляющего о мнимости сделки, должник с момента отчуждения в 2021 году недвижимого имущества до настоящего момента проживает в спорном доме; договоры с ресурсоснабжающими организациями по прежнему заключены с должником, а не с новым собственником; должник осуществляет за номинального собственника ежемесячные ипотечные платежи.

В обоснование кассационной жалобы ФИО9 указано следующее:

должник и ответчик являются фактически аффилированными лица, ответчик не обосновал экономические мотивы проживания должника в спорном доме после заключения оспариваемого договора купли-продажи;

в распоряжении должника имеется кредитная карта, оформленная на имя ФИО4, должником осуществляются действия, направленные на пополнение счета, привязанного к данной карте, для погашения платежей по кредиту, оформленного на имя ФИО4;

ответчиком не представлены доказательства финансовой возможности для приобретения спорного имущества;

суд апелляционной инстанции в отсутствие письменных доказательств принял пояснения ответчика о произведённым им займе денежных средств у ФИО10;

ответчик не обосновал необходимость оплаты ипотечных платежей путем внесения на счет денежных средств наличными через банкомат.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв ответчика ФИО4, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационных жалоб. Ответчик пояснил, что факт знакомства должника и ответчика не имеет правового значения, поскольку сделка совершена на рыночных условиях, имеются неопровергнутые доказательства получения должником равноценного встречного исполнения; проживание должника в

спорном доме вызвано необходимостью обеспечения его содержания, поскольку жилой дом был приобретен ответчиком не для проживания, а для инвестирования денежных средств и последующей его продажи; ответчик не заключил договоры с ресурсоснабжающими организациями, поскольку должник проживает в доме и расходы на коммунальное обслуживание относятся на него; по кредитному договору ответчиком осуществлено более 50 платежей, ответчик принимая на себя риски по кредитному договору, действовал исключительно в собственных интересах и нес последствия неисполнения кредитных обязательств; действия должника по выдаче гарантийных писем кредитору, его переписка с кредитором свидетельствуют о нетипичности отношений между ФИО8 и ФИО1, и не могли контролироваться ответчиком.

До начала судебного заседания в суд округа поступил отзыв супруги ответчика ФИО11, в котором изложены доводы против удовлетворения кассационных жалоб, пояснила, что спорный жилой дом приобретен частично на их денежные средства (первоначальный взнос), остальная часть получена по кредитному договору; учитывая, что она является созаемщиком по кредитному договору и несет все риски, связанные с кредитом, то не согласилась бы участвовать в сделке при наличии сомнения в ее реальности.

В судебном заседании представитель ФИО1, ФИО3, и их представители кассационные жалобы поддержали.

Представители ответчика ФИО4 возражали против удовлетворения кассационных жалоб.

Иные лица, участвующие в деле, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационных жалоб, в том числе публично путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальном сайте Арбитражного суда Поволжского округа в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, явку своих

представителей в судебное заседание не обеспечили, в связи с чем, на основании части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), кассационные жалобы рассматриваются в их отсутствие.

Проверив законность обжалуемого судебного акта, обсудив доводы кассационных жалоб, заслушав лиц, участвующих в рассмотрении спора, судебная коллегия считает, что кассационные жалобы удовлетворению не подлежат по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и установлено судом первой инстанции, 22 января 2021 года между должником ФИО8 (Продавец) и ФИО4 (Покупатель) заключен договор купли- продажи, в соответствии с которым Покупатель покупает в собственность у Продавца, а Продавец продаёт спорное имущество по цене 25 500 000 руб.

На момент подписания договора объекты недвижимости оценены независимым оценщиком по рыночной стоимости в размере

25 500 000 руб., в том числе жилой дом – 17 946 000 руб., земельный участок – 7 554 000 руб.

Расчеты между Сторонами производятся в следующем порядке:

аванс в размере 7 650 000 руб. выплачивается Покупателем Продавцу за счет собственных средств до подписания настоящего Договора путем их зачисления на счет Покупателя, подтверждается распиской со стороны Продавца;

сумма в размере 17 850 000 руб. оплачивается за счет кредитных средств, предоставленных Банком Зенит (публичное акционерное общество) по Кредитному договору № IРТ-КD-0031-2299459 от 22.01.2021.

Внесение указанных денежных средств осуществляется в следующем порядке. Сумма 4 200 000 руб. оплачивается по безотзывному покрытому аккредитиву, исполняемому без акцепта плательщика (Аккредитив 1).

Сумма 13 650 000 руб. оплачивается по безотзывному покрытому аккредитиву, исполняемому без акцепта плательщика (Аккредитив 2).

Судом первой инстанции установлено наличие в материалах дела копии кредитного договора № IРТ-КD-0031-2299459 от 22 января 2021 года, заключенного между ФИО4 и Банком Зенит (ПАО), на предоставление кредита в размере 17 850 000 руб. на приобретение у ФИО8 жилого дома и земельного участка.

Как указал суд, ФИО4 в дело представлены копия расписки от 22 января 2021 года о получении должником от ответчика денежных средств в размере 7 650 000 руб. за продаваемый дом, а также копия расходного кассового ордера от 22 января 2021 года о снятии денежных средств со счета на сумму 7 650 000 руб. для оплаты аванса должнику по спорному договору.

Суд первой инстанции из выписки по счету ответчика установил поступление на счет ФИО4 22 января 2021 года денежных средств на сумму 7 966 685,59 руб., из которых 7 650 000 руб. выданы со счета в тот же день; установил выдачу кредита ответчику на сумму 17 850 000 руб., списание денежных средств 22 января 2021 года на сумму 4 200 000 руб. и на сумму 13 650 000 руб. – списание покрытия по аккредитиву клиента.

Также судом первой инстанции установлено, что должником спорные объекты недвижимости приобретены по договору за счет кредитных средств от 16.07.2007, имелось обременение в виде ипотеки; 25 февраля 2021 года ему поступили денежные средства в качестве оплаты по аккредитиву на основании договора купли – продажи от 22 января 2021 года; денежные средства на сумму 4 200 000 руб. направлены на погашение обязательств должника по договору № 47-06-18-009/07 от 16.07.2007, денежные средства на сумму 13 650 000 руб. выданы со счета.

Ответчиком в дело представлена копия передаточного акта к договору от 22 января 2021 года, согласно которому должник передал, а ответчик принял спорное имущество.

Впоследствии 19 февраля 2021 осуществлена государственная регистрация перехода права собственности, обременения в виде ипотеки на спорный объект недвижимости, что подтверждается выпиской из ЕГРН.

Как указал суд первой инстанции, ФИО4 в подтверждение своей финансовой возможности для оплаты должнику аванса по оспариваемому договору пояснил, что является учредителем ООО «ДК «Ринго», получал дивиденды, представил копии выписки из ЕГРЮЛ, карточки счета 50 ООО «ДК «Ринго» за период с января 2018 г. по декабрь 2020 г., согласно которой обороты составили 12 387 213,25 руб.; справки о доходах и суммах налога за 2018-2021 годы, что свидетельствуют о финансовой состоятельности ответчика для приобретения спорного имущества.

Финансовый управляющий просил признать сделку недействительной по статьям 10, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), считая договор купли-продажи от 22 января 2021 года мнимой сделкой, совершенной с целью причинения вреда имущественным правам кредиторов, со злоупотреблением правом. Реальное совершение сделки не произведено, ответчик является номинальным собственником, сделка заключена с целью недопущения обращения взыскания на имущество должника со стороны его кредиторов.

Судом первой инстанции установлено, что сделка совершена в период неплатежеспособности должника; недвижимое имущество после отчуждения находится под контролем должника, им принимаются решения относительно данного имущества, обеспечивается поступление платежей по кредиту ответчика, обеспеченному ипотекой спорного имущества.

Суд пришел к выводу о том, что должник и ответчик, как стороны сделки от 22 января 2021 года, не имели намерения на заключение договора купли-продажи, их действия носят формальный характер, действительной целью данной сделки является недопущение обращения взыскания на имущество при сохранении его за должником. Оспариваемый договор купли-продажи от 22 января 2021 года имеет пороки, выходящие за пределы дефектов подозрительной сделки, имеются основания для признания его мнимым.

Заявление ответчика об истечении срока исковой давности для подачи заявления суд первой инстанции признал необоснованным.

Удовлетворяя требования о признании сделки недействительной суд первой инстанции указал, что договор купли-продажи совершен между заинтересованными лицами, при наличии признаков неплатежеспособности должника, по результатам совершения должником оспариваемой сделки произошло уменьшение его имущества, в отсутствие доказательств пользования спорным имуществом ответчиком, стороны действовали в ущерб интересов кредиторов и должника, что составляет совокупность оснований для удовлетворения заявления о признании оспариваемой сделки недействительной по статьям 10, 170 ГК РФ и применении последствий их недействительности.

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции, указал, что у суда первой инстанции отсутствовали основания для выхода за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве и признании сделки недействительной как мнимой по основаниям статьи 170 ГК РФ.

Апелляционным судом установлено, что оспариваемая сделка совершена 22 января 2021 года, то есть в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом (10 февраля 2023 года), следовательно, как указал суд, она подпадает под действие положений статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом установлено отсутствие у оспариваемой сделки пороков, выходящих за пределы дефектов сделок с предпочтением или подозрительных сделок, в связи с чем отсутствуют основания для применения положений статей 10 и 168, 170 ГК РФ.

В рассматриваемом случае, как указал апелляционный суд, квалифицировав спорную сделку как ничтожную, суд первой инстанции не указал, чем в условиях конкуренции норм о недействительности сделок выявленные нарушения выходили за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Судом апелляционной инстанции установлено наличие реального, эквивалентного встречного предоставления, признаны доказанными рыночный характер сделки и разумное соотношение между полученными должником денежными средствами и отчуждаемым имуществом.

Как указал суд, ФИО4 оплатил стоимость недвижимого имущества по договору купли-продажи недвижимого имущества от

22 января 2021 года в полном объеме наличным и безналичным способом на банковский счет продавца ФИО8, что подтверждается платежными документами, распиской, а также кредитным договором, заключенным с ПАО Банк Зенит, обеспеченным спорным имуществом.

Кроме того, как указал суд, отсутствуют доказательства того, что сделка повлекла уменьшение конкурсной массы или исключение имущества, за счет которого могли быть удовлетворены требования кредиторов; довод о том, что ответчик действовал с умыслом на причинение вреда кредиторам, не подтвержден.

Судом апелляционной инстанции отмечено, что наличие у должника задолженности на момент сделки не означает автоматического вреда кредиторам, особенно при наличии согласованного должником встречного исполнения.

Судом установлено, что ФИО4 оплачивал все полагающиеся налоги на имущество, доказательства чего представлены в материалы дела; в качестве доказательства возмездности по спорному договору

ФИО4 в материалы дела представлены сведения о его

финансовой возможности для оплаты по сделке, в том числе справки

2-НДФЛ за 2018 - 2023 годы, содержащие сведения о возможности оплаты по договору, в том числе выплате аванса в размере 7 650 000 руб.

При этом, как указал апелляционный суд, материалами дела также подтверждается, что должник за счет полученных денежных средств осуществил погашение своих кредитных обязательств по договору

№ 47-06-18-009/07 от 16.07.2007.

Как указал суд апелляционной инстанции, заявления финансового управляющего и кредитора о том, что денежные средства, перечисленные ответчиком в счет договора купли-продажи недвижимого имущества от 22 января 2021 года, ФИО4 получал от должника и погашение кредитных обязательств ответчика осуществляется за ФИО4 должником, являются предположительными и материалами дела не подтверждены.

Судом также отклонен довод кредитора о контроле должника за погашением ответчиком задолженности перед банком со ссылкой на факт получения должником средств для платежа по кредиту от 30.11.2023 от ФИО1 в пользу ФИО10, поскольку за время действия кредитного договора с 22 января 2021 года ФИО4 осуществлено более 50-ти платежей внесением денежных средств на кредитный счет, что не опровергнуто кредитором и финансовым управляющим.

Суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения ответчика о том, что в ноябре 2023 года ФИО4 обратился к ранее знакомому ФИО10 с просьбой о предоставлении денежных средств ввиду временных финансовых затруднений. О том, что ФИО10 обращался к ФИО1 или к должнику, ответчику неизвестно. В дальнейшем ФИО4 осуществил возврат денежных средств ФИО10 наличными.

Как указал апелляционный суд, самостоятельное определение ФИО8 судьбы поступивших в счет оплаты по договору от

22 января 2021 года денежных средств от ФИО4, в том числе погашение кредитных обязательств по договору № 47-06-18-009/07 от 16.07.2007, снятие наличных, является обычным способом распоряжения

своими денежными средствами, полученными от продажи имущества; факт распоряжения ФИО8 полученными от ФИО4 по спорному договору денежными средствами не подтверждает их передачу ФИО4 для оплаты по кредитным обязательствам, и основаны на предположениях финансового управляющего.

Также, как указал апелляционный суд, финансовым управляющим не представлены доказательства и не приведены убедительные аргументы в пользу того, что стороны при заключении оспариваемого договора действовали недобросовестно, с намерением причинить вред кредиторам, намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес, не доказано наличие признаков злоупотребления правом при совершении сделки в силу статьи 10 ГК РФ.

Суд апелляционной инстанции пришел к выводу о необоснованности доводов финансового управляющего о том, что должник сохранил управление спорным имуществом, а также вывод о мнимости заключенного договора, формальности его оформления.

Судом отмечено, что отсутствие у спорной сделки признаков вреда, сведения об аффилированности сторон, осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и иные составные элементы подозрительности сделки правового значения не имеют в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 26.04.2023.

Кроме того апелляционный суд сделал вывод о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности для оспаривания сделки, о чем в ходе рассмотрения дела в суде первой инстанции заявлено ФИО4

Так, суд апелляционной инстанции принял во внимание, что заявление об оспаривании сделки подано финансовым управляющим

19 августа 2024 года, при этом финансовый управляющий, как указал суд, утвержден судом 28 марта 2023 года, выписка из Единого государственного реестра недвижимости (далее - ЕГРН) в отношении имущества должника, полученная ФИО7, датирована 30 мая

2023 года, что следует из отчета финансового управляющего в процедуре реструктуризации долгов гражданина от 28 июня 2023 года.

Довод финансового управляющего ФИО7 о получении от кредитора ФИО1 сведений о наличии у обжалуемой сделки признаков мнимости, а также получении сведений 18 декабря 2023 года от АО «Татэнергосбыт», что явилось основанием для обращения 19 августа 2024 года с заявлением об оспаривании сделки по статье 170 ГК РФ, судом апелляционной инстанции отклонен, поскольку в отчете финансового управляющего от 28 июня 2023 года имеется указание на выписку из ЕГРН от 30 мая 2023 года, содержащую сведения об имевшихся (имеющихся) объектах недвижимости ФИО8, что позволяло финансовому управляющему своевременно установить обстоятельства отчуждения спорного имущества, в том числе запросить необходимые сведения в

АО «Татэнергосбыт».

На основании изложенного суд апелляционной инстанции пришел к выводу о пропуске финансовым управляющим годичного срока исковой давности, отсутствии оснований для применения трехлетнего срока исковой давности ввиду недоказанности наличия условий для признания спорной сделки недействительной на основании статьи 170 ГК РФ.

Арбитражный суд Поволжского округа считает, что выводы, содержащиеся в обжалуемом судебном акте, соответствуют фактическим обстоятельствам дела, установленным судом, имеющимся в нем доказательствам, спор разрешен без нарушения либо неправильного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она

признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Согласно разъяснениям, приведенным в пункте 4 Постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 "О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности (банкротстве)" (далее – Постановление Пленума № 63), наличие в Законе о банкротстве специальных оснований оспаривания сделок, предусмотренных статьями 61.2 и 61.3, само по себе не препятствует суду квалифицировать сделку, при совершении которой допущено злоупотребление правом, как ничтожную (статьи 10 и 168 ГК РФ), в том числе при рассмотрении требования, основанного на такой сделке.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ мнимая сделка, то есть сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия, ничтожна.

По смыслу приведенных норм для признания сделки мнимой на основании статьи 170 ГК РФ необходимо установить, что стороны сделки действовали недобросовестно, в обход закона и не имели намерения совершить сделку в действительности.

Для применения статей 10 и 168 ГК РФ в условиях конкуренции норм о недействительности сделки необходимы обстоятельства, выходящие за пределы диспозиции статьи 61.2. Закона о банкротстве.

Закрепленные в статье 61.2 Закона о банкротстве положения о недействительности сделок, направленные на пресечение возможности извлечения преимуществ из недобросовестного поведения, причиняющего вред кредиторам должника, обладают приоритетом над нормами статьи 10 ГК РФ исходя из общеправового принципа «специальный закон отстраняет общий закон», определяющего критерий выбора в случае конкуренции общей и специальной норм, регулирующих одни и те же общественные отношения.

В противном случае оспаривание сделки по статьям 10 и 168 ГК РФ по тем же основаниям, что и в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, открывает возможность для обхода периода подозрительности, а также

сокращенного срока исковой давности, установленного для оспоримых сделок, что явно не соответствует воле законодателя.

Для обоснования мнимости сделки необходимо доказать, что при ее заключении подлинная воля сторон не направлена на создание тех правовых последствий, которые наступают при ее совершении. Неисполнение одной из сторон своих обязательств не свидетельствует о мнимом характере сделки. Если намерений обеих сторон договора не исполнять указанную сделку не выявлено, то правовых оснований для признания этого договора мнимым не имеется.

Разрешая спор, суд апелляционной инстанции полно и всесторонне исследовал представленные доказательства, оценил их по своему внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ, установил все имеющие значение для дела обстоятельства, сделал правильные выводы по существу требований заявителя, а также не допустил неправильного применения норм материального и процессуального права.

В соответствии с частью 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обязательства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Доводы подателей кассационных жалоб о необоснованном исключении выводов суда первой инстанции о мнимости оспариваемого договора подлежат отклонению, поскольку суд апелляционной инстанции обоснованно установил отсутствие доказательств, подтверждающих, что при заключении оспариваемого договора стороны не имели намерений исполнять указанную сделку, пороки, выходящие за пределы подозрительных сделок, в оспариваемой сделке, и соответственно основания для признания договора недействительным по статьям 10, 168, 170 ГК РФ, судом не установлены.

Доводы подателей кассационных жалоб об аффилированности должника и ответчика, отсутствии доказательств финансовой возможности у ответчика для приобретения спорного имущества, что должник с момента отчуждения в 2021 году недвижимого имущества до настоящего момента проживает в спорном доме, договор с ресурсоснабжающей

организацией по прежнему заключен с ФИО8, были предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, обоснованно отклонены.

Суд апелляционной инстанции с учетом представленных в материалы дела доказательств пришел к верным выводам о наличии финансовой возможности ответчика приобрести спорное имущество, реальности встречного предоставления по сделке, об отсутствии доказательств недобросовестного поведения ответчика с намерением причинить вред кредиторам.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 12 Обзора судебной практики разрешения споров о несостоятельности (банкротстве) за 2022 год, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 26.04.2023, равноценная сделка не может причинить должнику или иным его кредиторам вред исходя из положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. При отсутствии у спорной сделки признаков вреда, вопросы аффилированности сторон, осведомленности ответчика о неплатежеспособности должника и иные составные элементы подозрительности не имели правового значения.

Доводы подателей кассационных жалоб о том, что должник осуществляет за номинального собственника ежемесячные ипотечные платежи, подыскивает покупателя на спорный жилой дом со ссылкой на представленную переписку и гарантийное письмо кредитору, также были предметом исследования и оценки суда апелляционной инстанции, обоснованно отклонены как носящие предположительный характер, поскольку с учетом установленных по делу обстоятельств судом признаны доказанными реальность встречного предоставления по сделке, наличие у ответчика финансовой возможности для оплаты по спорному договору и погашения кредитных платежей. При этом со стороны кредитора и финансового управляющего не представлено каких-либо доказательств, опровергающих установленные обстоятельства.

Судом апелляционной инстанции обоснованно отклонен довод о получении ФИО4 денежных средств от должника или его доверенных лиц, в том числе для погашения кредитных обязательств, как

основанный на предположениях, поскольку факт распоряжения ФИО8 полученными им от ФИО4 денежными средствами по спорному договору купли-продажи не подтверждает передачу им указанных денежных средств ФИО4 для оплаты по кредитным обязательствам.

Довод подателей кассационных жалоб о том, что ответчиком не обоснована необходимость оплаты ипотечных платежей путем внесения денежных средств на счет наличными через банкомат, подлежит отклонению, поскольку не опровергает вышеизложенные выводы апелляционного суда о реальности спорной сделки и наличии у ответчика финансовой возможности для погашения кредита.

Кроме того, суд апелляционной инстанции обоснованно пришел к выводу о пропуске финансовым управляющим годичного срока исковой давности для подачи заявления, что согласно пункту 2 статьи 199 ГК РФ является самостоятельным основанием для принятия судом решения об отказе в удовлетворении требования.

Согласно правовой позиции, изложенной в пункте 32 Постановления Пленума № 63, заявление об оспаривании сделки на основании статей 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве может быть подано в течение годичного срока исковой давности (пункт 2 статьи 181 ГК РФ).

В соответствии со статьей 61.9 Закона о банкротстве срок исковой давности по заявлению об оспаривании сделки должника исчисляется с момента, когда первоначально утвержденный внешний или конкурсный управляющий (в том числе исполняющий его обязанности - абзац третий пункта 3 статьи 75 Закона) узнал или должен был узнать о наличии оснований для оспаривания сделки, предусмотренных статьями 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. Если утвержденное внешним или конкурсным управляющим лицо узнало о наличии оснований для оспаривания сделки до момента его утверждения при введении соответствующей процедуры (например, поскольку оно узнало о них по причине осуществления полномочий временного управляющего в процедуре наблюдения), то исковая давность начинает течь со дня его утверждения. В остальных случаях само по себе введение внешнего управления или признание

должника банкротом не приводит к началу течения давности, однако при рассмотрении вопроса о том, должен ли был арбитражный управляющий знать о наличии оснований для оспаривания сделки, учитывается, насколько управляющий мог, действуя разумно и проявляя требующуюся от него по условиям оборота осмотрительность, установить наличие этих обстоятельств. При этом необходимо принимать во внимание, в частности, что разумный управляющий, утвержденный при введении процедуры, оперативно запрашивает всю необходимую ему для осуществления своих полномочий информацию, в том числе такую, которая может свидетельствовать о совершении сделок, подпадающих под статьи 61.2 или 61.3 Закона о банкротстве. В частности, разумный управляющий запрашивает у руководителя должника и предыдущих управляющих бухгалтерскую и иную документацию должника (пункт 2 статьи 126 Закона о банкротстве), запрашивает у соответствующих лиц сведения о совершенных в течение трех лет до возбуждения дела о банкротстве и позднее сделках по отчуждению имущества должника (в частности, недвижимого имущества, долей в уставном капитале, автомобилей и т.д.), а также имевшихся счетах в кредитных организациях и осуществлявшихся по ним операциям и т.п.

В рассматриваемом случае финансовым управляющим не представлены доказательства наличия у него препятствий для своевременного получения необходимых по спорному договору купли-продажи сведений и обращения в суд с заявлением об оспаривании сделки с учетом его утверждения в качестве финансового управляющего 28 марта 2023 года и имеющейся у него выписки из ЕГРН в отношении должника, полученной 30 мая 2023 года.

Суд кассационной инстанции не вправе переоценивать доказательства и устанавливать иные обстоятельства, отличающиеся от установленных судами нижестоящих инстанций, в нарушение своей компетенции, предусмотренной статьями 286, 287 АПК РФ.

Несогласие заявителей жалобы с выводами суда, иная оценка им фактических обстоятельств дела и иное толкование к ним положений

закона, не свидетельствует о неправильном применении судом апелляционной инстанции норм материального и процессуального права.

Исходя из изложенного, принимая во внимание положения статей 286 и 287 АПК РФ, суд кассационной инстанции не находит оснований для удовлетворения кассационных жалоб, а принятый по делу судебный акт считает законным и обоснованным.

Кроме того, оснований, предусмотренных статьей 288 АПК РФ (в том числе нарушений норм процессуального права, которые в любом случае являются основанием к отмене обжалуемых судебных актов), для отмены обжалуемого судебного акта не усматривается.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.10.2025 по делу № А65-1950/2023 оставить без изменения, кассационные жалобы – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судья П.П. Васильев

Судьи Е.В. Богданова

В.А. Самсонов