Постановление от 30 июня 2024 г. по делу № А45-15714/2018

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-15714/2018


Резолютивная часть постановления объявлена 17 июня 2024 года.

Постановление изготовлено в полном объеме 01 июля 2024 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                                    Зюкова В.А.,

судей                                                                  Лаптева Н.В.,

ФИО1 -

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО2 на определение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.11.2023 (судья Надежкина О.Б.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 (судьи Иванов О.А., Дубовик В.С., Михайлова А.П.) по делу № А45-15714/2018 о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «СибВуд» (ОГРН <***>, ИНН <***>, далее – ООО «СибВуд», должник), принятые по заявлению конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании убытков в размере 20 690 610,39 руб. с бывшего руководителя должника ФИО2 (далее - ответчик) и о взыскании убытков в размере 5 741 230 руб. с учредителя должника ФИО4 (далее - ответчик).

В судебном заседании принял участие представитель ФИО2 - ФИО5 по доверенности от 20.06.2023.

Суд установил:

производство по делу о признании должника банкротом возбуждено на основании заявления ФИО6, принятого определением Арбитражного суда Новосибирской области от 22.06.2018.

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 13.09.2018 в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО3

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 09.01.2020 в отношении ООО «СибВуд» введена процедура конкурсного производства, конкурсным управляющим должника утвержден ФИО3, который 03.03.2021 обратился в Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о взыскании убытков в размере 20 690 610,39 руб. с бывшего руководителя должника ФИО2 и о взыскании убытков в размере 5 741 230 руб. с учредителя должника ФИО4

Определением Арбитражного суда Новосибирской области от 10.10.2022, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022, в удовлетворении заявления отказано.

Арбитражный суд Западно-Сибирского округа постановлением от 03.04.2023 отменил определение Арбитражного суда Новосибирской области от 10.10.2022и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 15.12.2022, дело направил на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

При новом рассмотрении определением Арбитражного суда Новосибирской области от 23.11.2023, оставленным без изменения постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024, заявление конкурсного управляющего удовлетворено, с бывшего руководителя должника ФИО2 в пользу конкурсной массы ООО «СибВуд» взысканы убытки в размере 20 690 610,39 руб., с учредителя должника ФИО4 в пользу конкурсной массы должника взысканы убытки в размере 5 741 230 руб.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФИО2 обратился с кассационной жалобой, в которой просит отменить определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда, направить обособленный спор на новое рассмотрение в Арбитражный суд Новосибирской области.

Выражая несогласие с выводами судов, ФИО2 указывает на целевое расходование денежных средств в интересах должника, что по мнению кассатора, подтверждается материалам дела, в том числе данными управленческой отчетности должника и выгрузкой из системы 1С; полагает, что суды не дали надлежащую оценку представленным ФИО2 доказательствам, а также доводам о нахождении всей первичной бухгалтерской документации у ФИО7

С позиции кассатора, срок исковой давности по заявленному требованию истек в августе 2019 года, поскольку с 18.08.2016 ФИО7 получил единоличный доступ к документации ООО «СибВуд» и, следовательно, с этого момента получил всю информацию о фактах хозяйственной деятельности должника, в том числе о движении денежных средств по кассе предприятия.

Ссылаясь на факт корпоративного конфликта в ООО «СибВуд», кассатор полагает, что механизм привлечения к субсидиарной ответственности (взыскания убытков) не может быть использован для разрешения корпоративных споров.

В приобщении отзыва ФИО7 отказано ввиду отсутствия доказательств его заблаговременного направления участвующим в споре лицам (статья 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, далее - АПК РФ).

В судебном заседании представитель ФИО2 поддержал доводы кассационной жалобы в полном объеме.

Компетенция суда кассационной инстанции определена статьями 286, 287 АПК РФ согласно которым суд округа проверяет законность решений, постановлений, принятых арбитражным судом первой и апелляционной инстанции, устанавливая правильность применения норм материального права и норм процессуального права при рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта и исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Следовательно, суд кассационной инстанции проверяет законность судебных актов судов нижестоящих инстанций только в той части, которая обжалована в суд. В данном случае доводы кассационной жалобы сводятся к несогласию с взысканием с ФИО2 в пользу конкурсной массы ООО «СибВуд» 20 690 610,39 руб. убытков.

Изучив материалы дела, доводы, изложенные в кассационной жалобе, проверив в соответствии со статьями 274, 286 АПК РФ законность обжалуемых судебных актов, суд кассационной инстанции не находит оснований для их отмены.

Как усматривается из материалов дела и установлено судами, согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц ФИО7 (70 % доли в уставном капитале, запись от 25.06.2015 № 2155476729835), ФИО4 (8 % доли в уставном капитале, запись от 25.06.2015 № 2155476729835), ФИО2 (22 % доли в уставном капитале, запись от 21.03.2014 № <***>) являются учредителями должника.

Кроме того, ФИО2 являлся руководителем должника (запись от 11.08.2016 № 6165476633415).

До введения процедуры конкурсного производства и назначения конкурсным управляющим ФИО3, руководителем должника являлся ФИО2

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о взыскании убытков с ФИО2 и ФИО4, ссылаясь на необоснованное получение и расходование денежных средств должника, что, по его мнению, подтверждают бухгалтерские документы ООО «СибВуд»,  отражающие операции по кассе предприятия за первый-третий квартал 2016 года, согласно которым из кассы предприятия изъяты денежные средства в размере 26 431 840,39 руб., из них ФИО2 получено 20 690 610,39 руб., ФИО4 5 741 230 руб.

Так, конкурсный управляющий представил в материалы дела расходные кассовые ордера за период с первого по третий квартал 2016 года, приказ ООО «СибВуд» от 01.10.2015 о приеме на работу ФИО2, приказ ООО «СибВуд» от 06.10.2015 о приеме на работу ФИО4, трудовой договор с работником от 06.10.2015 № 6.

Удовлетворяя заявление, суд первой инстанции исходил из недоказанности заявителем расходования денежных средств на нужды должника, что повлекло причинение убытков должнику.

Апелляционный суд поддержал выводы суда первой инстанции.

Суд округа считает вывод судов правильными.

Сам по себе факт совершения спорных платежей не является достаточным основанием для взыскания убытков. Требуется, чтобы неразумные и/или недобросовестные действия (бездействие) лиц, указанных в подпунктах 1 - 3 статьи 53.1 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), привели к тому, что общество стало неспособным исполнять обязательства перед кредиторами, то есть фактически за доведение до банкротства.

Для удовлетворения требований как о привлечении к субсидиарной ответственности, так и о взыскании убытков, требуется помимо виновных действий контролирующих лиц доказать наличие причинно-следственной связи между виновными действиями и возникшими у должника убытками.

В соответствии с пунктом 1 статьи 61.20 Закона о банкротстве в случае введения в отношении должника процедуры, применяемой в деле о банкротстве, требование о возмещении должнику убытков, причиненных ему лицами, уполномоченными выступать от имени юридического лица, членами коллегиальных органов юридического лица или лицами, определяющими действия юридического лица, в том числе учредителями (участниками) юридического лица или лицами, имеющими фактическую возможность определять действия юридического лица, подлежит рассмотрению арбитражным судом в рамках дела о банкротстве должника по правилам, предусмотренным настоящей главой.

Согласно пункту 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве требование, предусмотренное пунктом 1 настоящей статьи, в ходе любой процедуры, применяемой в деле о банкротстве, может быть предъявлено от имени должника его руководителем, учредителем (участником) должника, арбитражным управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, конкурсным кредитором, представителем работников должника, работником или бывшим работником должника, перед которыми у должника имеется задолженность, или уполномоченными органами.

Таким образом, конкурсные кредиторы, конкурсный управляющий обладают правом требовать возмещения убытков с бывшего руководителя должника и иных контролирующих должника лиц в порядке статьи 61.20 Закона о банкротстве.

Однако следует учитывать, что основания взыскания таких убытков могут быть различными.

Так, согласно пункту 3 статьи 53 ГК РФ (в редакции, действующей на дату совершения неправомерных действий) лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Оно обязано по требованию учредителей (участников) юридического лица, если иное не предусмотрено законом или договором, возместить убытки, причиненные им юридическому лицу. В настоящее время действует статья 53.1 ГК РФ, посвященная ответственности лиц, уполномоченных выступать от имени юридического лица.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, несет ответственность, если будет доказано, что при осуществлении своих прав и исполнении своих обязанностей оно действовало недобросовестно или неразумно, в том числе если его действия (бездействие) не соответствовали обычным условиям гражданского оборота или обычному предпринимательскому риску. Данные нормы регулируют возмещение корпоративных убытков, вытекающих из корпоративных отношений (статья 65.2 ГК РФ).

На корпоративный характер убытков, о которых идет речь в статье 61.20 Закона о банкротстве, указано в пункте 68 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.12.2017 № 53 «О некоторых вопросах, связанных с привлечением контролирующих должника лиц к ответственности при банкротстве» (далее - Постановление № 53), в котором разъяснено, что согласно пунктам 1 и 2 статьи 61.20 Закона о банкротстве со дня введения первой процедуры банкротства и далее в ходе любой процедуры банкротства помимо иных лиц правом на предъявление от имени должника требования о возмещении убытков, причиненных должнику членами его органов и лицами, определяющими действия должника (далее - директор), по корпоративным основаниям (статья 53.1 ГК РФ, статья 71 Закона об акционерных обществах, статья 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью») наделяются конкурсные кредиторы, уполномоченный орган, работники должника, в том числе бывшие, их представитель.

Институт взыскания корпоративных убытков, несмотря на то, что убытки взыскиваются в пользу юридического лица, имеет целью защиту интересов его участников (акционеров) - участников корпорации, которые с помощью корпоративных отношений структурируют свое имущество особым образом путем обособления имущества и создания самостоятельного юридического лица, в том числе в целях ограничения своей имущественной ответственности.

Таким образом, требование о возмещении убытков по своему содержанию может быть двух видов - требованием о взыскании корпоративных убытков, причиненных участникам корпорации, и требованием о возмещении вреда кредиторам, если указанный вред не являлся причиной банкротства должника.

В силу пункта 1 статьи 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени, обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

В пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.07.2013 № 62 «О некоторых вопросах возмещения убытков лицами, входящими в состав органов юридического лица» (далее - Постановление № 62) разъяснено, что лицо, входящее в состав органов юридического лица (единоличный исполнительный орган - директор, генеральный директор и т.д., временный единоличный исполнительный орган, управляющая организация или управляющий хозяйственного общества, руководитель унитарного предприятия, председатель кооператива и т.п.; члены коллегиального органа юридического лица - члены совета директоров (наблюдательного совета) или коллегиального исполнительного органа (правления, дирекции) хозяйственного общества, члены правления кооператива и т.п.; далее - директор), обязано действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно (пункт 3 статьи 53 ГК РФ). В случае нарушения этой обязанности директор по требованию юридического лица и (или) его учредителей (участников), которым законом предоставлено право на предъявление соответствующего требования, должен возместить убытки, причиненные юридическому лицу таким нарушением.

Согласно положениями пунктов 1, 2 статьи 44 Федерального закона от 08.02.1998 № 14-ФЗ «Об обществах с ограниченной ответственностью» единоличный исполнительный орган общества при осуществлении им прав и исполнении обязанностей должен действовать в интересах общества добросовестно и разумно.

Единоличный исполнительный орган общества несет ответственность перед обществом за убытки, причиненные обществу его виновными действиями (бездействием), если иные основания и размер ответственности не установлены федеральными законами.

Ответственность единоличного исполнительного органа общества, установленная указанной нормой права, является мерой гражданско-правовой ответственности.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

С учетом правовой позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 30.09.2019 № 305-ЭС16-18600(5-8), обязанность лица, имеющего фактическую возможность определять действия юридического лица, возместить убытки, должна быть доказана на общих основаниях при применении повышенного стандарта доказывания (ясные и убедительные доказательства).

Как следует из материалов дела и не оспаривается ответчиками, согласно представленным расходным кассовым ордерам за период с первого по третий квартал 2016 года, ФИО2 получил из кассы предприятия 20 690 610,39 руб.

Суды, оценив все представленные документы, установили, что в материалы дела не представлены достоверные и достаточные доказательства расходования данных денежных средств на нужды должника.

Так, в рассматриваемом случае судами установлено, что лист с записью сведений о выплате заработной платы за июль 2016 года на общую сумму 185 600 руб. не является доказательством расходования денежных средств на нужды должника, так как не является официальным документом о выдаче заработной платы, также отсутствуют доказательства наличия у должника работников: по счету должника выплата заработной платы после июня 2016 года не проводилась, отсутствуют сведения об оплате НДФЛ и страховых взносов.

В материалы дела не представлено ни одного официального документа о выдаче заработной платы сотрудникам должника в июле 2016 года (зарплатная ведомость и т.д.).

ФИО2 указал, что расходование денежных средств осуществлялось на: приобретение пиломатериала - 7 960 884 руб.; выплату заработной платы - 5 355 969 руб.; оплату подрядных работ - 389 000 руб.; оплату работ по проектированию - 264 887 руб.; оплату бонусов за производство - 200 000 руб.; оплату бонусов от продажи - 186 870 руб. Всего 14 357 610 руб.

При этом судами верно установлено отсутствие в материалах дела каких – либо первичных документов, подтверждающих реальное осуществление расходов, не представлены оправдательные документы, соответствующие по форме и содержанию требованиям, предъявляемым Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» к первичным учетным документам.

Согласно статье 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Вместе с тем, как верно указано судами анализ движения денежных средств, который представляет собой распечатку из системы 1С, не является первичным документом.

При этом, указанные в нем сведения, иными доказательствами, представленными в дело, не подтверждаются.

Помесячные отчеты также не являются относимыми и допустимыми доказательствами расходования денежных средств на нужды должника, ввиду недоказанности наличия работников в 2016 году.

Согласно разъяснениям Постановления № 62, если истец утверждает, что директор действовал недобросовестно и (или) неразумно, и представил доказательства, свидетельствующие о наличии убытков юридического лица, вызванных действиями (бездействием) директора, такой директор может дать пояснения относительно своих действий (бездействия) и указать на причины возникновения убытков и представить соответствующие доказательства.

В случае отказа директора от дачи пояснений или их явной неполноты, если суд сочтет такое поведение директора недобросовестным (статья 1 ГК РФ), бремя доказывания отсутствия нарушения обязанности действовать в интересах юридического лица добросовестно и разумно может быть возложено судом на директора.

В случае невозможности представления документов, подтверждающих обоснованность расходования средств общества, ответчик должен был занять активную процессуальную позицию в целях получения документов или их восстановления.

С учетом вышеизложенного, суды пришли к правомерному выводу наличии оснований для взыскания с ФИО2 убытков, причиненных в связи с получением денежных средств и не представлением доказательств их расходования на нужды должника.

Предметом заявленных требований является взыскание реального ущерба, то есть уменьшение имущества должника (его денежных средств) без какого-либо встречного предоставления со стороны ответчика либо доказательств разумного расходования на нужды общества.

Действия руководителя по изъятию из кассы и расходованию денежных средств общества без предоставления документов, подтверждающих их целевое использование в интересах общества, нельзя признать добросовестным и разумным, не причиняющими вред должнику.

Таким образом, суды пришли к выводу о наличии оснований для удовлетворения требования конкурсного управляющего о взыскании с ФИО2 убытков.

Оценивая доводы о нахождении документации у ФИО7, суд апелляционной инстанции верно исходил из того, что ФИО2, получая в подотчет денежные средства должника, не мог не осознавать необходимости отчета о расходовании денежных средств или подтверждения их возврата. ФИО2, как руководитель должника должен был сохранять все первичные документы в ситуации корпоративного конфликта.

Кроме того, ФИО2 был вправе ходатайствовать об истребовании документации в суде первой инстанции, указав, как израсходованы деньги.

При этом, определением Арбитражного суда Новосибирской области от 11.12.2018 по настоящему делу именно у директора ООО «СибВуд» ФИО2 истребованы заверенные копии документов относительно хозяйственной деятельности должника.

При этом, ФИО2 являлся директором должника до утверждения судом конкурсного управляющего.

Очевидно, что получение из кассы более 26 млн. руб., которые по заявлению ФИО2 израсходованы на хозяйственные нужды должника, предполагают ведение должником активной хозяйственной деятельности, вероятно, получение должником какой-либо прибыли, либо наличие взаимоотношений с контрагентами, что возможно установить либо опровергнуть исходя из движений по расчетному счету должника, бухгалтерской отчетности, документов, полученных от контрагентов.

При этом, в случае отсутствия оправдательных документов, стороны не лишены права представлять иные доказательства расходования полученных из кассы денежных средств, в том числе путем истребования документов у третьих лиц, с которыми у должника были взаимоотношения в указанный период, и как указывает ФИО2 на оплату с которыми и были получены денежные средства из кассы, в частности приобретение пиломатериала, выплата заработной платы.

Кроме этого, расходование денежных средств на нужды должника, в частности приобретение пиломатериала, предполагает его отражение в бухгалтерском учете, его дальнейшее движение (реализацию), что, вероятно, возможно установить исходя из сведений по расчетному счету, иных документов, бухгалтерской отчетности.

Однако и при повторном рассмотрении спора ответчики не заявили каких-либо ходатайств об истребовании первичной документации у контрагентов, которым, как они указывали, производили оплату столь значительных сумм.

Не указаны ответчиками и причины отсутствия у ФИО2 и ФИО4 расписок о принятии к проверке авансовых отчетов.

Согласно статье 9, части 1 статьи 65 АПК РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений; лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Доводы о необходимости применения установленного запрета на использование механизмов законодательства о банкротстве для разрешения корпоративных конфликтов со ссылкой на определение Верховного суда Российской Федерации от 28.09.2020 № 310-ЭС20-7837 подлежат отклонению поскольку судебный акт, на который ссылается кассатор, вынесен по другому делу, фактические обстоятельства которого не тождественны обстоятельствам настоящего дела.

В рассматриваемом случае участник не лишен права защищать свои права путем предъявления требований о взыскании убытков с другого участника общества, исполнявшим обязанности.

На основании п. 3 ст. 53 и п. 1 ст. 53.1 ГК РФ лицо, которое в силу закона или учредительных документов юридического лица выступает от его имени, должно действовать в интересах представляемого им юридического лица добросовестно и разумно. Лицо, которое в силу закона, иного правового акта или учредительного документа юридического лица уполномочено выступать от его имени (пункт 3 статьи 53 названного кодекса), обязано возместить по требованию юридического лица, его учредителей (участников), выступающих в интересах юридического лица, убытки, причиненные по его вине юридическому лицу.

Разрешая спор, суды верно учли разъяснения, содержащиеся в пункте 68 Постановления № 53, допускающим предъявление требований о взыскании убытков по корпоративным основаниям.

При этом, ответчиком так и не указано в связи с чем он не мог представить доказательства, подтверждающие расходование значительной суммы, изъятой из кассы должника; не указал контрагентов, которым были переданы денежные средства; не указал результат, полученный должником в результате расходования данных денежных средств (прибыль, наличие имущества и т.д.).

Напротив, как указано в определении суда о введении наблюдения в отношении должника, заочным решением Новосибирского районного суда Новосибирской области от 15.02.2017 по делу № 2-569/2017 удовлетворены исковые требования ФИО6, в ее пользу с ответчика ООО «СибВуд» взыскано 2 214 000 руб. – денежные средства в качестве возврата уплаченной суммы товара, 1 000 000 руб. – неустойка, 4 000 руб. – компенсация морального вреда, 1 000 000 руб. – штраф за неудовлетворение требований потребителя в добровольном порядке.

Также решением Арбитражного суда Новосибирской области от 16.03.2017 по делу №А45-688/2017 с общества с ограниченной ответственностью «СибВуд» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Домпросто» взыскан неотработанный аванс в сумме 3 328 636 рублей 80 копеек при это обязательства возникли в первом полугодии 2016 года.

Доводы заявителя апелляционной жалобы о пропуске срок исковой давности правомерно отклонены судами.

Должник признан несостоятельным (банкротом) решением от 24.12.2019 (резолютивная часть), конкурсным управляющим утвержден ФИО3, с заявлением конкурсный управляющий обратился 03.03.2021. Срок исковой давности не пропущен.

Доводы, изложенные в кассационной жалобе, были предметом рассмотрения в судебных инстанциях, получили надлежащую правовую оценку, не опровергают выводы судов и направлены на переоценку доказательств и установленных судами фактических обстоятельств дела, что в силу статьи 286 АПК РФ не входит в компетенцию суда кассационной инстанции.

Согласно правовому подходу, изложенному в определении от 17.02.2015 № 274-О Конституционного Суда Российской Федерации, иное позволяло бы суду кассационной инстанции подменять суды первой и второй инстанций, которые самостоятельно исследуют и оценивают доказательства, устанавливают фактические обстоятельства дела на основе принципов состязательности, равноправия сторон и непосредственности судебного разбирательства, что недопустимо.

Переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допущена (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями части 7 статьи 71 АПК РФ.

Несогласие заявителя с выводами судов не свидетельствует о неправильном применении ими норм материального и процессуального права, повлиявшем на исход дела, а потому не может служить основанием для отмены судебных актов в кассационном порядке (статьи 286, 287 АПК РФ).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

Руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьей 289 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

определение Арбитражного суда Новосибирской области от 23.11.2023 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 26.02.2024 по делу № А45-15714/2018 оставить без изменения, кассационную жалобу - без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий                                                       В.А. Зюков

Судьи                                                                                    Н.В. Лаптев

ФИО1