Решение от 21 ноября 2019 г. по делу № А70-16258/2019

13/2019-125814(1)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело № А70-16258/2019
г. Тюмень
21 ноября 2019 года
Резолютивная часть решения объявлена 14 ноября 2019 года. Полный текст решения изготовлен 21 ноября 2019 года.

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Безикова О.А., при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании дело по заявлению

Уполномоченного по защите прав предпринимателей в Тюменской области

к Главному управлению МЧС России по Тюменской области в лице отдела надзорной деятельности и профилактической работы № 11 УНД и ПР ГУ МЧС России по Тюменской области об оспаривании предписания № 147/1/1 от 02.09.2019,

третье лицо - индивидуальный предприниматель ФИО2, при участии

от заявителя – ФИО3 на основании доверенности от 07.06.2019 № 1, ФИО4 на основании доверенности от 27.05.2019 № 1/11,

от ответчика – ФИО5 на основании доверенности от 23.05.2018 № 4461,

от третьего лица – ФИО6 на основании доверенности от 02.04.2015 серии 72 АА № 0854487,

установил:

Уполномоченный по защите прав предпринимателей в Тюменской области (далее – заявитель) обратился в арбитражный суд с заявлением к Главному управлению МЧС России по Тюменской области в лице отдела надзорной деятельности и профилактической работы № 11 УНД и ПР ГУ МЧС России по Тюменской области (далее – ответчик) об оспаривании предписания

№ 147/1/1 от 02.09.2019 об устранении нарушений требований пожарной безопасности, о проведении мероприятий по обеспечению пожарной безопасности на объектах защиты и по предотвращению угрозы возникновения пожара.

Определением от 20.09.2019 к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен индивидуальный предприниматель ФИО2 (далее – третье лицо, ИП ФИО2).

Представители заявителя поддержали заявленные требования по основаниям, изложенным в заявлении и письменных возражениях.

Представитель ответчика возражает против заявленных требований по основаниям, изложенным в отзыве и дополнении к отзыву.

Представитель третьего лица полагает заявленные требования подлежащими удовлетворению в полном объеме.

Как следует из материалов дела, во исполнение распоряжения заместителя начальника ОНД и ПР № 11 УНД и ПР Главного управления МЧС России по Тюменской области, в период с 13.08.2019 по 03.09.2019, в отношении ИП ФИО2 была проведена внеплановая выездная проверка.

В ходе проведенной проверки выявлен факт нарушения требований пожарной безопасности.

В частности выявлено, что расстояние между строением (трехэтажное административное здание) и АЗС (резервуары для хранения топлива) менее требуемых 25 м. Фактическое расстояние

12,4 м., чем нарушены требования Федерального закона от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности», а также ранее действующего нормативного документа НПБ 111-98⃰ «Автозаправочные станции. Требования пожарной безопасности».

По результатам проверки специалистом ОНД и ПР № 11 УНД и ПР ГУ МЧС России по Тюменской области составлен Акт проверки № 147 от 03.09.2019, а также ИП ФИО2 выдано предписание № 147/1/1 от 02.09.2019 со сроком исполнения 01.07.2020.

Согласно выданному предписанию ИП ФИО2 надлежит обеспечить расстояние между строением (трехэтажное административное здание) и АЗС (резервуары для хранения топлива) не менее 25 м.

Заявитель полагает, что Предписание № 147/1/1 от 02.09.2019 нарушает права и законные интересы ИП ФИО2, в связи с чем, обратился в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

В заявлении приведены доводы о том, что должностными лицами МЧС России до настоящего времени не разработан план мероприятий, который должен выполнить ИП

ФИО2 с целью устранения выявленных нарушений, учитывая, что административное здание является объектом капитального строительства. По мнению заявителя, предписание является неисполнимым.

Заявитель также указал, что административное здание ИП ФИО2, как объект капитального строительства, введено в эксплуатацию в установленном порядке в 2006 году, то есть признано соответствующим требованиям, в том числе, требованиям пожарной безопасности. Ссылаясь на дату введения в эксплуатацию административного здания, заявитель полагает, что действие Федерального закона № 123-Ф3 не распространяется на указанное здание. Требования пожарной безопасности, содержащиеся в НПБ 111-98⃰ , предъявляется только к АЗС. При этом данные требования утратили силу 01.07.2014 в связи с изданием Приказа МЧС России от 05.05.2014 № 221 «Об утверждении свода правил «Станции автомобильные заправочные. Требования пожарной безопасности». Решением арбитражного суда установлено, что разрешения на строительство и на ввод в эксплуатацию ООО «Кондор-2» не выдавались. Указанное лицо привлечено к административной ответственности за неисполнение предписания, равно как и предыдущий собственник АЗС.

В дополнительно представленных письменных возражениях заявитель также указал на отсутствие документов, подтверждающих то, что ФИО2 ранее уведомлялся о нарушении противопожарного разрыва во время строительства. Функциональное назначение здания ИП ФИО2 - производственное. Учитывая, что ИП ФИО2 изменения в проектную документацию не вносились, функциональное назначение здания (производственное) с 2006 года до настоящего времени не менялось, заявитель полагает, что действие Федерального закона № 123- Ф3 не распространяется на указанное здание. Заявитель также ссылается на положения Федерального закона № 123-ФЗ и СП 156.13130.2014, предусматривающих, что противопожарные расстояния от АЗС бензина и дизельного топлива до граничащих с ними производственных, складских и административно-бытовых зданий и сооружений промышленных организаций должны составлять не менее 15 метров. Поскольку проверка проводилась в 2019 году, а последняя реконструкция АЗС - в 2018 года, заявитель полагает, что в данном случае применяются требования Свода правил. Требования о соблюдении Свода правил должны предъявляться к АЗС. По мнению заявителя, в ходе контрольных мероприятий не установлено лицо, допустившее нарушения. Позиция ответчика об устранении нарушения является противоречивой. До настоящего времени ООО «Кондор-2» игнорирует требования МЧС России, незаконно продолжает деятельность без разрешения ввода в эксплуатацию. МЧС России в свою очередь бездействует, не предпринимает меры по приостановлению деятельности АЗС. Ранее ИП ФИО2 принимались меры в целях исполнения пункта предписания.

Возражая против заявленных требований, ответчик считает оспариваемое предписание законным и обоснованным. По мнению ответчика, заявителем неверно трактуются положения о неприменении норм, указанных в оспариваемом предписании. В отзыве ответчиком сделан вывод

о том, что на стадии ввода объекта в эксплуатацию в 2006 году ИП Девяткову В.П. фактически было известно об имеющихся проблемах объекта в части противопожарного разрыва до АЗС. На момент ввода в эксплуатацию объекта АЗС уже была введена в эксплуатацию. После ввода в эксплуатацию органы государственного пожарного надзора выявили многочисленные нарушения требований пожарной безопасности на вновь введенных объектах. К спорному объекту ИП Девяткова В.П. применяются нормы Федерального закона № 123-ФЗ и Федерального закона

№ 384-ФЗ. Первое предписание с оспариваемым пунктом нарушения о противопожарном расстоянии ИП ФИО7 было выдано в 2012 году. Заявитель ошибочно полагает, что действие НПБ 111-98* отменено. АЗС эксплуатируется ООО «Кондор-2», которое самовольно без соответствующих разрешений провела реконструкцию объекта. Ввод в эксплуатацию объекта после реконструкции не произведен. Ответчик находит необоснованным вывод заявителя о неисполнимости оспариваемого предписания. Такой документ как план устранения недостатков отсутствует в перечне документов по итогам осуществления контроля на объекте и в Федеральном законе № 294-ФЗ.

В дополнении к отзыву ответчик указывает на несостоятельность довода заявителя о том, что объект является производственным. В обоснование представил выписку ЕГРН. Назначение здания изменено самовольно. На момент купли-продажи объекта незавершенного строительства ИП ФИО2 имел возможность выполнить все действующие на тот момент требования безопасности, в том числе, требования по противопожарным разрывам. Доводы и позиция заявителя не опровергают факт несоответствия противопожарного разрыва.

Исследовав материалы дела, оценив в совокупности имеющиеся в деле доказательства, заслушав пояснения лиц, участвующих в деле, суд считает, что заявленные требования удовлетворению не подлежат по нижеследующим основаниям.

Основные положения технического регулирования в области пожарной безопасности и общие требования пожарной безопасности к объектам защиты (продукции), в том числе к зданиям и сооружениям, производственным объектам, пожарно-технической продукции и продукции общего назначения установлены Федеральным законом от 22.07.2008 № 123-ФЗ «Технический регламент о требованиях пожарной безопасности» (далее – Закон № 123-ФЗ).

Положения указанного закона обязательны для исполнения при проектировании, строительстве, капитальном ремонте, реконструкции, техническом перевооружении, изменении функционального назначения, техническом обслуживании, эксплуатации и утилизации объектов защиты (пункт 1 части 2 статьи 1 Закона № 123-ФЗ).

К нормативным документам по пожарной безопасности относятся национальные стандарты, своды правил, содержащие требования пожарной безопасности, а также иные документы, содержащие требования пожарной безопасности, применение которых на добровольной основе обеспечивает соблюдение требований Закона № 123-ФЗ (части 3 статьи 4 Закона № 123-ФЗ).

Согласно части 1 статьи 6 Закона № 123-ФЗ пожарная безопасность объекта защиты считается обеспеченной при выполнении одного из следующих условий:

1) в полном объеме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании», и пожарный риск не превышает допустимых значений, установленных Законом № 123-ФЗ;

2) в полном объеме выполнены требования пожарной безопасности, установленные техническими регламентами, принятыми в соответствии с Федеральным законом «О техническом регулировании», и нормативными документами по пожарной безопасности.

Согласно части 2 статьи 3 Федерального закона от 30.12.2009 № 384-ФЗ «Технический регламент о безопасности зданий и сооружений» требования названного закона распространяются на все этапы жизненного цикла здания и сооружения до его полного сноса.

Согласно подпунктам 1, 2 части 1 статьи 71 Закона № 123-ФЗ при размещении автозаправочных станций на территориях населенных пунктов противопожарные расстояния следует определять от стенок резервуаров (сосудов) для хранения топлива и аварийных

резервуаров, наземного оборудования, в котором обращаются топливо и (или) его пары, от дыхательной арматуры подземных резервуаров для хранения топлива и аварийных резервуаров, корпуса топливно-раздаточной колонки и раздаточных колонок сжиженных углеводородных газов или сжатого природного газа, от границ площадок для автоцистерн и технологических колодцев, от стенок технологического оборудования очистных сооружений, от границ площадок для стоянки транспортных средств и от наружных стен и конструкций зданий и сооружений автозаправочных станций с оборудованием, в котором присутствуют топливо или его пары:

- до границ земельных участков дошкольных образовательных организаций, общеобразовательных организаций, общеобразовательных организаций с наличием интерната, лечебных учреждений стационарного типа, одноквартирных жилых зданий;

- до окон или дверей (для жилых и общественных зданий).

До 01.07.2014 года действовали нормы пожарной безопасности. Автозаправочные станции. Требования пожарной безопасности НПБ 111-98*, введенные в действие 01.05.1998, устанавливающие требования пожарной безопасности, предъявляемые к технологическому оборудованию, строительной части, размещению и генеральным планам автозаправочных станций (АЗС), ограниченных принятой в настоящих нормах классификацией и предназначенных для приема, хранения и заправки наземных транспортных средств моторным топливом.

В пункте 12 НПБ 111-98* приведена таблица, содержащая минимальные расстояния от АЗС жидкого моторного топлива до объектов, к ней не относящихся.

Со ссылкой на указанные выше нормы, выездной проверкой установлено и отражено в оспариваемом предписании, что расстояние между строением (трехэтажное административное здание) и АЗС (резервуары для хранения топлива) менее требуемых 25 м.

Судом установлено, что объект незавершенного строительства (нежилое строение), расположенный по адресу: <...> Победы, д. 129, находящийся на земельном участке площадью 1323,3 кв.м. приобретен ИП ФИО2 на основании договора купли-продажи от 11.04.2005.

Приказом № 101 от 09.03.2006 Администрации г. Тюмени объект по указанному выше адресу введен в эксплуатацию. Назначение объекта; станция технического обслуживания (СТО) с магазином.

Ответчик в отзыве пояснил, что на стадии строительства, а затем и на стадии ввода в эксплуатацию объекта, у органов государственного пожарного надзора появились претензии к противопожарному расстоянию от объекта до рядом находящейся АЗС.

Как следует из материалов дела, новая АЗС предъявлена к приемке в эксплуатацию государственной приемочной комиссии согласно Акту от 05.10.1994 (л.д.116-118) и была введена в эксплуатацию 29.12.1994 Решением исполкома Совета народных депутатов № 133/6.

В настоящее время владельцем АЗС является ООО «Кондор-2».

Ссылаясь на дату введения в эксплуатацию административного здания, заявитель полагает, что действие Федерального закона № 123-Ф3 не распространяются на принадлежащее ИП ФИО2 здание. Требования пожарной безопасности, содержащиеся в НПБ 111-98 ⃰, предъявляется только к АЗС. При этом указал, что данные требования утратили силу 01.07.2014.

Отклоняя позицию заявителя, суд руководствуется нижеследующим.

Как отмечено судом выше, как на стадии строительства, так и после ввода в эксплуатацию объекта, у органов государственного пожарного надзора имелись претензии к противопожарному расстоянию от объекта до рядом находящейся АЗС.

При этом по верному утверждению ответчика, наличие акта ввода объекта в эксплуатацию не гарантирует отсутствие нарушений требований пожарной безопасности на объектах и не освобождает ИП ФИО2 от их исполнения в случае их выявления.

Учитывая, что после ввода объекта в эксплуатацию ИП ФИО2 основная часть административного здания была сдана в аренду третьим лицам, что подтверждается представленными в материалы дела договорами и заявителем не оспаривается, суд разделяет

мнение ответчика о том, что здание изменило свое функциональное назначение, поскольку стало общественным.

В указанный выше период вступил в действие Закон № 123-Ф3, который в данном случае подлежит применению, равно как и прочие нормативно-правовые акты, непосредственно связанные с поименованным законом.

Судом также установлено, что первоначально официальное предписание с оспариваемым пунктом нарушения о противопожарном расстоянии ИП ФИО2 было выдано задолго до предписания № 147/1/1 от 02.09.2019, а именно, в 2012 году.

В дальнейшем, еще в течение длительного периода времени указанный пункт нарушений включался в многочисленные предписания, выданные по итогам внеплановых проверок (л.д.62- 64, л.д.68-80, л.д.82-105).

Таким образом, суд приходит к выводу о том, что ИП ФИО2 правомерно вменяется в вину нарушение требований Закона № 123-ФЗ, а также действующего ранее НПБ 111-98⃰ .

При этом по убеждению суда, положения НПБ 111-98⃰ следует рассматривать также и в настоящее время, в частности, в отношении спорного объекта, который введен в эксплуатацию в 2006 году.

В связи с чем, суд не принимает во внимание доводы заявителя, со ссылкой на Приказ МЧС России от 05.05.2014 № 221, которым отменено действие НПБ 111-98⃰.

Суд также учитывает, что нарушение (неисполнение) указанных выше обязательных требований, а именно, несоблюдение нормативно установленного противопожарного расстояния допускает возникновение угрозы объектам и жизни находящихся там людей.

Выявленное проверкой нарушение касается безопасности людей, в связи с чем, вопрос о возможности эксплуатации объекта с нарушениями требований пожарной безопасности может привести к недопустимому риску для безопасности жизни или здоровья людей при возможном возникновении пожара.

Аналогичный вывод содержится в Определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 16.04.2019 № 306-КГ18-21677 по делу № А55-29347/2017.

Кроме того, Высшей судебной инстанцией также разъяснено, что приведение ранее введенных в эксплуатацию зданий в соответствие с актуальными требованиями пожарной безопасности обусловлено уровнем современных рисков возникновения и распространения пожара.

В связи с этим период постройки и введения объекта недвижимости в эксплуатацию не освобождают лицо от соблюдения действующих (введенных после сдачи объекта в эксплуатацию) норм и правил.

Материалами настоящего дела также подтверждено, что на АЗС, эксплуатируемой ООО «Кондор-2», проведена реконструкция объекта, путем установления дополнительных резервуаров для топлива, в отсутствие соответствующих разрешений. Ввод в эксплуатацию объекта после реконструкции не произведен.

Данное обстоятельство, по верному утверждению ответчика, еще более усугубляет ситуацию в части противопожарного разрыва до здания ИП ФИО2

В обоснование позиции в заявлении также приведены доводы относительного функционального назначения здания (производственное). Учитывая, что ИП ФИО2 изменения в проектную документацию не вносились, функциональное назначение здания (производственное) с 2006 года до настоящего времени не менялось, заявитель полагает, что действие Закона № 123-Ф3 не распространяется на указанное здание. Заявитель также ссылается на нормы данного закона и положения СП 156.13130.2014, предусматривающих, что противопожарные расстояния составляют не менее 15 метров.

Вместе с тем, суд находит необоснованными указанные ссылки заявителя, поскольку проверкой установлено фактическое расстояние между объектами 12,4 м., что в любом случае меньше 15 метров.

Суд также учитывает пояснения ответчика о том, что если рассматривать объект как производственный, то сведения ЕГРН в графе «наименование» содержали бы указание на промышленное использование, производственное здание, цех, корпус и т. д.

Ответчиком дополнительно представлены сведения ЕГРН о характеристиках объекта, согласно которым установлено наличие следующих особых отметок: сведения о назначении, площади имеют статус «Актуальные незасвидетельствованные».

Ответчиком получена информация сотрудника Росреестра из которой установлено, что такая запись делается в тех случаях, когда не совпадают данные - ЕГРП и ГКН (кадастровые данные).

В данном случае имеет место несовпадение площади построенного здания 1423,4 кв. м., в то время как земельный участок для строительства выделялся площадью 1323,3 кв.м.

Таким образом, ИП ФИО2 фактически вышел за границы предоставленного для строительства земельного участка, что также является доказательством выявленного нарушения.

Заявитель, со ссылкой на решение арбитражного суда, также указывает на то, что разрешение на строительство и на ввод в эксплуатацию ООО «Кондор-2» не выдавались. Указанное лицо привлечено к административной ответственности за неисполнение предписания, равно как и предыдущий собственник АЗС.

Вместе с тем, суд отмечает, что факт привлечения ООО «Кондор-2» к административной ответственности не свидетельствует об отсутствии нарушения требований пожарной безопасности со стороны ИП ФИО2, равно как и не отменяет данный факт.

При этом суд отклоняет доводы заявителя о неисполнимости оспариваемого предписания.

Вопреки позиции заявителя, действующее законодательство и иные нормативные документы не предписывают административному органу указывать лицу способ устранения выявленных нарушений.

По убеждению суда, на протяжении длительного времени (в течение 13 лет) эксплуатации объекта ИП ФИО2 имел реальную возможность по устранению вменяемого нарушения.

Судом также не могут быть приняты во внимание ссылки заявителя на возникшие нарушения, обусловленные виной АЗС, поскольку данный довод не нашел своего подтверждения имеющимися материалами дела, с учетом наличия представленных судебных актов судов общей юрисдикции, подтверждающих вину ИП ФИО2

Ссылка заявителя о том, что действие НПБ 111-98⃰ распространяется только на АЗС, судом отклоняется.

В данном случае суд исходит из того, что положения НПБ 111-98⃰ содержат требования, предъявляемые к размещению не только АЗС, но и требования к зданиям и сооружениям.

В связи с чем, суд разделяет мнение ответчика о том, что другие субъекты хозяйственной деятельности также должны соблюдать положения НПБ 111-98⃰.

Более того, Свод правил «Станции автомобильные заправочные. Требования пожарной безопасности», утв. Приказом МЧС России от 05.05.2014 № 221 содержат аналогичные нормы тем, что предусмотрены НПБ 111-98⃰ и нарушение которых вменяется ИП ФИО2

Судом не принимается во внимание ссылка на Заключение от 19.12.2005 № 000419 Государственного пожарного надзора к акту приемочной комиссии по вводу в эксплуатацию объекта – нежилое помещение СТО с магазином.

Судом установлено, что срок действия указанного заключения – 6 месяцев.

Представитель ответчика данное обстоятельство не опровергает, при этом поясняет, что соответствующее заключение выдано с ограниченным сроком действия только для оформления

права собственности ИП ФИО2, который гарантировал в последующем времени принять меры по устранению нарушений на объекте.

Суд полагает, что факт выдачи ранее указанного заключения не опровергает установленного несоответствия противопожарного разрыва.

ИП ФИО2, являясь собственником, в силу требований гражданского законодательства, обязан нести бремя содержания своего имущества, что выражается также и в обязанности осуществления расходов на приведение объекта в пожаробезопасное состояние.

Учитывая, что спорный объект располагается с нарушением противопожарного разрыва, вопросы обеспечения пожарной безопасности, в данном случае, являются приоритетными и должны быть направлены на обеспечение безопасности объекта и находящихся в нем людей, а также защиту их жизни и имущества.

Оценив иные доводы заявителя применительно к изложенным выше обстоятельствам, с учетом перечисленных положений норм права и имеющихся доказательств, представленных в материалы настоящего дела, суд приходит к выводу об отсутствии оснований для признания таких доводов обоснованными.

С учетом изложенного, принимая во внимание, что требования пожарной безопасности носят публичный характер, суд приходит к выводу о том, что оспариваемое предписание соответствует закону и не нарушает права и законные интересы ИП ФИО2 в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

При таких обстоятельствах, суд не усматривает правовых оснований для удовлетворения требований заявителя.

Руководствуясь статьями 102, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса РФ, арбитражный суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявленных требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок со дня его принятия в Восьмой

арбитражный апелляционный суд путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд

Тюменской области.

Судья Безиков О.А.

Электронная подпись сформирована некорректно. Подпись не соответствует файлу или подписанный файл был изменён Данные ЭП:Удостоверяющий центр ФГБУ ИАЦ Судебного

департаментаДата 13.03.2019 9:31:49

Кому выдана Безиков Олег Александрович