Постановление от 24 июля 2025 г. по делу № А45-36762/2024

Арбитражный суд

 Западно-Сибирского округа



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

г. Тюмень                                                                                                 Дело № А45-36762/2024


Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2025 года.

Постановление изготовлено в полном объёме 25 июля 2025 года.


Арбитражный суд Западно-Сибирского округа в составе:

председательствующего                         Глотова Н.Б.,

судей                                                         Лаптева Н.В.,

ФИО1,

при ведении протокола помощником судьи Канбековой И.Р. рассмотрел в открытом судебном заседании с использованием системы веб-конференции (онлайн-заседание) кассационную жалобу ФИО2 на решение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2025 (судья Винникова О.Н.) и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2025 (судьи Иванов О.А., Иващенко А.П., Логачёв К.Д.) по делу № А45-36762/2024 о несостоятельности (банкротстве)общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСЖД» (ИНН <***>,ОГРН <***>), принятые по заявлению индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3(ОГРНИП <***>) о признании общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСЖД» несостоятельным (банкротом).

Путём использования системы веб-конференции в заседании участвовали: ФИО2, арбитражный управляющий ФИО4, а также его представитель ФИО5 по доверенности от 10.04.2025.

Суд установил:

индивидуальный предприниматель глава крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 (далее – ФИО3, предприниматель) обратиласьв Арбитражный суд Новосибирской области с заявлением о признании обществас ограниченной ответственностью «ТРАНСЖД» (далее – компания, должник) несостоятельным (банкротом) по упрощённой процедуре отсутствующего должника.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2025 компания признана банкротом, конкурсным управляющим должником утверждён ФИО6, в реестр требований кредиторов должника в составе третьей очереди включено требование предпринимателя в размере 9 050 000 руб.

Постановлением Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2025 решение суда от 30.01.2025 отменено в части утверждения конкурсным управляющим ФИО6 Вопрос об утверждении кандидатуры конкурсного управляющего должником направлен в Арбитражный суд Новосибирской области.

Не согласившись с принятыми решением и постановлением судов, бывший участник должника ФИО2 (далее также – кредитор) обратилсяс кассационной жалобой, в которой просит их отменить в части и принять новый судебный акт, которым определить очерёдность удовлетворения требования предпринимателя после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)»(далее – Закона о банкротстве), но приоритетно по отношению к требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 Гражданского кодекса Российской Федерации (очерёдность, предшествующая распределению ликвидационной квоты).

В обоснование кассационной жалобы ФИО2 приводит доводыо том, что действия предпринимателя на протяжении длительного времени были направлены исключительно на недопущение выплаты кредитору действительной стоимости доли, что подтверждается судебными актами, вступившими в законную силу по делу № А56-37144/2021.

ФИО3 совместно с лицами, контролирующими должника (ФИО7, ФИО8), организовала попытку вывода недвижимого имущества должника по фиктивным обязательствам, задолженность перед предпринимателем создана искусственно, перечисление займа носило транзитный характер; полученные компанией от предпринимателя денежные средства были временно размещены на депозиты, что опровергает потребность должника в финансировании.

ФИО2 настаивает на том, что ФИО3 в силу проявленногоею недобросовестного поведения, сопряжённого с нарушением установленных в статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) пределов осуществления гражданских прав, осуществляемых с незаконной целью и незаконными средствами,не может получить преимущественное удовлетворение по сравнению с требованием добросовестного кредитора, который длительное время не может истребовать денежные средства в размере действительной стоимости доли компании, присужденные решением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 23.08.2020по делу № А56-129650/2018.

Судом округа отказано в приобщении к материалам дела письменного отзыва конкурсного управляющего должником ФИО4 (утверждён определением суда от 19.06.2025, далее – управляющий), в порядке статьи 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), поскольку он не направлен заблаговременно в адрес всех участников процесса.

ФИО3 в суд округа подала ходатайство об отложении судебного заседания, мотивированное необходимостью ознакомления с отзывом управляющего.

Суд округа, рассмотрев заявленное ходатайство, предусмотренных в статье 158АПК РФ оснований для отложения судебного заседания не находит.

В судебном заседании кассатор поддержал кассационную жалобу.

Представитель управляющего считает необходимым отменить судебные актыв обжалуемой части и направить спор на новое рассмотрение, посколькуиз установленных им обстоятельств, осмотра недвижимого имущества должника выявлено, что ФИО3 осуществляет фактический контроль над активами компании, извлекает выгоду, несёт расходы на содержание.

Предприниматель возражает против удовлетворения кассационной жалобыпо основаниям, изложенным в отзыве.

Учитывая надлежащее извещение иных участвующих в деле лиц о времени и месте проведения судебного заседания, кассационная жалоба рассматривается в их отсутствиев порядке, предусмотренном частью 3 статьи 284 АПК РФ.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в обжалуемой частив соответствии со статьёй 286 АПК РФ, изучив материалы дела, суд кассационной инстанции считает, что имеются основания для отмены решения и постановления судовв части определения очерёдности удовлетворения требования предпринимателя.

Как следует из материалов дела, ФИО2 обратился в Арбитражныйсуд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с исковым заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «Строительно-Монтажное Управление-22»(правопредшественник должника до реорганизации в форме присоединения к компании)о взыскании 15 189 638,10 руб. действительной стоимости доли в уставном капитале общества.

Решением суда от 23.08.2020 по делу № А56-129650/2018, оставленнымбез изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 16.11.2020и постановлением суда округа от 28.01.2021, иск удовлетворён. В пользу ФИО2 взыскана действительная стоимость доли в размере 15 189 638,10 руб., 412 500 руб. расходов на оплату судебной экспертизы, 6 000 руб. расходов по уплате госпошлины.

В дальнейшем решением Арбитражного суда города Санкт-Петербургаи Ленинградской области от 22.03.2021 по делу № А56-109174/2020, оставленнымбез изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 12.07.2021, с компании в пользу ФИО2 взыскано 2 381 192,60 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами, 33 761 руб. расходов по уплате государственной пошлины.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 19.04.2023 по делу№ А45-5852/2023 с компании в пользу ФИО2 взыскано 1 718 813,20 руб. процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 28.02.2023, 30 188 руб. судебных расходов по уплате государственной пошлины; осуществлено взыскание процентов за пользование чужими денежными средствами, начинаяс 01.03.2023 на сумму задолженности за каждый день просрочки исходя из ключевой ставки Банка России, действовавшей в соответствующие периоды, до дня фактического исполнения обязательства.

Определением Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 26.12.2024 по делу № А56-37144/2021 солидарно с ФИО3 и компаниив пользу ФИО2 взысканы расходы на оплату услуг представителя в сумме750 000 руб.

Компания в добровольном и принудительном порядке судебные акты не исполнила.

В ходе исполнительного производства ФИО2 стало известно,что на основании договора залога (ипотеки) недвижимого имущества от 17.09.2020 № 1, заключённого между компанией (залогодателем) и ФИО3, осуществлена государственная регистрация ипотеки в отношении принадлежащих должнику на праве собственности объектов недвижимости: земельного участка площадью 6 688 кв. мс кадастровым номером 47:14:0602002:252, находящегося по адресу: Ленинградская область, Ломоносовский район, муниципальное образование «Виллозовское сельское поселение», «Офицерское село», и расположенного на нём здания механизированной мойки автомашин площадью 250,3 кв. м с кадастровым номером 47:14:0000000:36468, условный номер 47-78-21/033/2005-462 (далее – земельный участок и здание).

Договор ипотеки заключён сторонами в обеспечение обязательств по договоруот 25.06.2020 № 2/ЮЛ/20 займа, подписанному между ФИО3 (займодавцем)и должником (заёмщиком).

Полагая, что после того как в пользу ФИО2 была взыскана действительная стоимость доли, действуя совместно с лицами, контролирующими должника,ФИО3 искусственно создала условия для невозможности исполнения судебного акта, кредитор обратился в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с иском к компании и предпринимателю о признании недействительными взаимосвязанных сделок - договора займа от 25.06.2020 № 2/ЮЛ/2, залога (ипотеки) недвижимого имущества от 17.09.2020 № 01, соглашения от 11.01.2021 № 01об удовлетворении требований залогодержателя.

Постановлением Тринадцатого апелляционного суда от 23.04.2024 по делу№ А56-37144/2021, признаны недействительными взаимосвязанные сделки, оформленные договорами займа от 25.06.2020 № 2/ЮЛ/2, залога (ипотеки) недвижимого имуществаот 17.09.2020 № 01, соглашением от 11.01.2021 № 01 об удовлетворении требований залогодержателя, заключённые между компанией и ФИО3, а также действия, направленные на исполнение указанных сделок, выразившиеся в выводе ликвидного имущества.

Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 13.08.2024 отменено постановление Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 23.04.2024 в части применения последствий недействительности сделок.

Постановлением Тринадцатого арбитражного апелляционного суда от 30.09.2024 применены последствия недействительности сделок в виде:

возврата должнику земельного участка и здания;

возврата компанией предпринимателю денежных средств в размере 9 050 000 руб., перечисленных платёжным поручением от 29.06.2020 № 95 по договору займаот 25.06.2020 № 2/ЮЛ/20.

Ссылаясь на восстановленное право требования к должнику, ФИО3 21.10.2024 обратилась в арбитражный суд с заявлением о признании компании банкротом и открытии в отношении неё процедуры конкурсного производства по упрощённой процедуре отсутствующего должника.

Решением Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2025 компания признана несостоятельным (банкротом), требование предпринимателя в размере9 050 000 руб. учтено в третьей очереди реестра требований кредиторов должника.

ФИО2 11.02.2025 подал в Арбитражный суд Новосибирской области уточнённое заявление о признании его требования в размере 24 628 470,51 руб., подтверждённого судебными актами, обоснованным и подлежащим удовлетворениюза счёт имущества должника, оставшегося после удовлетворения требований кредиторов, включённых в реестр требований кредиторов должника.

Учитывая, что предоставление аффилированным с должником предпринимателем займа имело место в период, когда компания не обладала признаками неплатёжеспособности, апелляционный суд, отклоняя возражения бывшего участника ФИО2, не выявил оснований для квалификации действий ФИО3 как направленных на реализацию скрытого от кредиторов плана выхода из кризисаи субординации её требования.

При этом, установив существенные сомнения в наличии признаков заинтересованности ФИО3 к должнику, арбитражному управляющему ФИО6, суд апелляционной инстанции счёл необходимым при рассмотрении вопроса об утверждении конкурсного управляющего суду первой инстанции применить метод случайной выборки саморегулируемой организации.

Между тем судами не учтено следующее.

Согласно разъяснениям, содержащимся в пункте 28 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 17.12.2024 № 40 «О некоторых вопросах, связанных с введением в действие Федерального закона от 29 мая 2024 года № 107-ФЗ«О внесении изменений в Федеральный закон «О несостоятельности (банкротстве)»и статью 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации», требования кредиторов, подтверждённые вступившими в законную силу судебными актами, подлежат включению в реестр с определением очерёдности удовлетворения таких требований без дополнительной проверки их обоснованности.

Из правовой позиции, приведённой в абзаце девятом пункта 3.1 Обзора судебной практики разрешения споров, связанных с установлением в процедурах банкротства требований контролирующих должника и аффилированных с ним лиц, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 29.01.2020 (далее - Обзор), следует, что само по себе наличие вступившего в законную силу судебного акта, подтверждающего задолженность, не освобождает арбитражный суд, рассматривающий дело о банкротстве, от обязанности определить очерёдность удовлетворения основанного на этой задолженности требования.

Общие положения о составе требований, включённых в реестр, и их очерёдности, содержатся в пункте 4 статьи 134 Закона о банкротстве. В частности, указанным пунктом выделяются три основные очереди реестра требований кредиторов. В то же времякак в указанном пункте, так и в иных положениях данного закона поименованы требования, которые удовлетворяются в другой (помимо основных) очереди.

В целях реализации принципа справедливости (пункт 2 статьи 6 ГК РФ) правоприменительной практикой выработаны критерии, на основании которых очерёдность удовлетворения требования кредитора, основанного на гражданско-правовой сделке, может быть понижена.

В частности, требование о возврате компенсационного финансирования, предоставленного контролирующим лицом в период нахождения должника в состоянии имущественного кризиса, подлежит удовлетворению после погашения требований, указанных в пункте 4 статьи 142 Закона о банкротстве, но приоритетно по отношениюк требованиям лиц, получающих имущество должника по правилам пункта 1 статьи 148 Закона о банкротстве и пункта 8 статьи 63 ГК РФ (пункт 3.1 Обзора).

По общем правилу требования по выплате участнику (акционеру) ликвидируемого хозяйственного общества за счёт имущества данного общества денежных средствпри прекращении отношений, связанных с владением этим участником долями,не могут конкурировать с обязательствами должника перед иными кредиторами - участниками гражданского оборота (абзац восьмой статьи 2 Закона о банкротстве).

Данный порядок обусловлен тем, что именно участники хозяйственного общества - должника, составляющие в совокупности высший орган управления обществом, ответственны за эффективную деятельность самого общества и, соответственно, несут определённый риск наступления негативных последствий своего управления им.

В свою очередь, правоприменительной практикой выработан поход, согласно которому, если выход осуществлён участником до возникновения признаков неплатёжеспособности общества, то его требование подлежит удовлетворениюдо распределения ликвидационной квоты между оставшимися участниками, однако после требований лиц, указанных в пункте 3.1 Обзора. В том случае, если выход участника осуществлён на стадии возникновения у общества признаков имущественного кризиса или объективного банкротства, требование вышедшего участника подлежит удовлетворению наравне с требованиями оставшихся в обществе лиц (определение Верховного Суда Российской Федерации от 10.08.2023 № 305-ЭС19-22252(4) по делу№ А40-23687/2017).

Таким образом, требование кредитора, имеющее корпоративную природу,в зависимости от периода и условий возникновения может быть признано судом обоснованным и подлежащим удовлетворению как в порядке распределения ликвидационной квоты, так и более высокой очерёдности.

Отказывая в понижении очерёдности удовлетворения требования ФИО3, суды исходили из отсутствия у должника на дату выдачи займа предпринимателем имущественного кризиса, что сочли достаточным для неприменения общих правовых подходов к модели субординации требования аффилированного с должником лица, предоставившего финансирование, и признанию требования подлежащим удовлетворению в составе третьей очереди реестра.

Вместе с тем, несмотря на то, что целью банкротства является удовлетворение требований кредиторов в установленной очерёдности, суд не может допускать преимущественного или пропорционального удовлетворения требований кредиторов, вследствие недобросовестных действий которых право другого кредитора на получение причитающегося ограничено или стало невозможным.

Принцип справедливой субординации подразумевает, что суды по деламо банкротстве в целях предотвращения несправедливого распределения между кредиторами, могут понизить требование более высокого приоритета до требования более низкого приоритета в том случае, если поведение кредитора причинило ущерб другим кредиторам или дало ему необоснованное преимущество.

Недобросовестный кредитор, несмотря на законность своего требования,не получает исполнение собственного обязательства до тех пор, пока не устранит последствия своего негативного поведения (пункт 4 статьи 1, пункт 1 статьи 6, пункт 4 статьи 401, статьи 404, 406 и пункт 2 статьи 416 ГК РФ).

Указанный правовой подход вытекает из общего принципа гражданского права, закреплённого в пункте 4 статьи 1 ГК РФ, по смыслу которого кредитор не может извлечь преимущества по отношению к другим кредиторам, если его действия (бездействие),за которые он несёт ответственность в соответствии с законом, сделали невозможным исполнение обязательств перед добросовестной стороной.

В рассматриваемом случае, арбитражные суды, исследовав и оценив в рамках дела № А56-37144/2021 представленные доказательства, проанализировав движение денежных средств по счёту ФИО3 и компании, сведения Единого государственного реестра юридических лиц, пришли к выводу о том, что договор займа от 25.06.2020 № 2/ЮЛ/2, договор залога (ипотеки) недвижимого имущества от 17.09.2020 № 01, соглашениеот 11.01.2021 № 01 заключены предпринимателем исключительно в целях воспрепятствования обращению взыскания на имущество должника по его обязательствам перед ФИО2 В результате действий должника в лице ФИО9 и ФИО7, фактически аффилированных с ФИО3, произошло существенное ограничение возможности обращения взыскания на имущество компании, имеющее своей целью навредить бывшему участнику.

С учётом установленных обстоятельств суды сочли, что указанные сделки подлежат признанию недействительными по статьям 10 и 168 ГК РФ, то есть судами установлено наличие умысла у обоих участников сделок, их сознательное, целенаправленное поведение на причинение вреда иным лицам, которое носило явный и очевидный характер.

Объективных обстоятельств, препятствующих выплате обществом действительной стоимости доли ФИО2, не выявлено.

Последствия такого недобросовестного поведения должны быть компенсированы добросовестному кредитору за счёт средств правовой защиты.

Однако, при проверке обоснованности требования предпринимателя суды, ограничившись установлением признаков имущественного кризиса должника на дату выдачи займа, не приняли во внимание указанные выводы судов, имеющие существенное значение для правильного разрешения спора.

Суд округа считает, что в сложившейся ситуации подход, предусматривающий преимущественное удовлетворение требования лица, злоупотребившего правом, является ошибочной реакцией суда на очевидно недобросовестное поведение субъекта правоотношений, имеющего стойкое желание воспрепятствовать исполнению вступившего в законную силу судебного акта.

В то время как ФИО2 претендует на удовлетворение его требованияне выше очерёдности, предшествующей распределению ликвидационной квоты, удовлетворение требования ФИО3 в составе третьей очереди, за счёт продажи земельного участка и здания в процедуре банкротства, по последствиям будет сопоставимо с тем, что она стремилась достичь, ранее обращая взыскание на имущество должника по ничтожным сделкам.

Учитывая установленный факт недобросовестно уклонения должника от выплаты действительной стоимости доли, в целях соблюдения баланса интересов кредиторовсуд округа считает в настоящем случае справедливым признать требование вышедшего участника подлежащим удовлетворению приоритетно перед аффилированнымс компанией предпринимателем, совершившим в сговоре с контролирующими должника лицами злонамеренные действия, прикрывающие собой вывод ликвидного имущества компании во вред кредитору.

Поскольку в рассматриваемом случае очерёдность удовлетворения требования ФИО2 на дату рассмотрения кассационной жалобы не определена, его требование не прошло судебную проверку в деле о банкротстве должника, требование ФИО3 следует признать подлежащим удовлетворению в той же очереди, что и кредитора,но после полного удовлетворения его требования о выплате действительной стоимости доли в уставном капитале, а также процентов за пользование чужими денежными средствами и судебных расходов, которые возникли вследствие вынужденной защиты своих прав в судебном порядке (в случае признания обоснованным).

Иными словами, добросовестный кредитор (ФИО2) ставится в то положение, в котором он был, если бы не допущенное предпринимателем существенное отклонение от стандартов поведения (формирование искусственной задолженностис целью обременения имущества компании для недопущения расчётапо судебному акту), что соответствует базовым принципам гражданского праваи принципу справедливой субординации требования.

С учётом изложенного, принимая во внимание, что фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены вступившими в законную силу судебными актами, суд кассационной инстанции на основании пункта 2 части 1 статьи 287 АПК РФ полагает возможным отменить решение и постановление судов в части определения очерёдности удовлетворения требования ФИО3 и принять в данной части новый судебный акт об удовлетворении требования предпринимателя в размере 9 050 000 руб.в одной очереди с ФИО2, но после удовлетворения его требования, в размере, признанным обоснованным в деле о банкротстве компании.

В том случае, если требование ФИО2 не будет признано обоснованнымв деле о банкротстве должника, ФИО3 вправе обратиться в суд с заявлениемо пересмотре настоящего судебного акта применительно к положениям Главы 37АПК РФ.

При обращении с кассационной жалобой ФИО2 оплатил 20 000 руб.,что подтверждается чеком от 21.06.2025.

В силу статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по кассационной жалобе относятся на проигравшую сторону - предпринимателя.

Руководствуясь пунктом 2 части 1 статьи 287, пунктом 1 статьи 288, статьями 289, 290 АПК РФ, Арбитражный суд Западно-Сибирского округа

постановил:

решение Арбитражного суда Новосибирской области от 30.01.2025 и постановление Седьмого арбитражного апелляционного суда от 07.04.2025 по делу № А45-36762/2024 отменить в части включения в реестр требований кредиторов общества с ограниченной ответственностью «ТРАНСЖД» в составе третьей очереди требования индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в размере 9 050 000 руб.

Признать обоснованным требование индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в размере 9 050 000 руб., подлежащим удовлетворению после удовлетворения требования ФИО2.

Взыскать с индивидуального предпринимателя главы крестьянского (фермерского) хозяйства ФИО3 в пользу ФИО2 расходы по уплате государственной пошлины в размере 20 000 руб. Арбитражному суду Новосибирской области выдать исполнительный лист.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 АПК РФ.


Председательствующий                                                      Н.Б. Глотов


Судьи                                                                                    Н.В. Лаптев


ФИО1