Постановление от 25 октября 2024 г. по делу № А61-4339/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А61-4339/2020
г. Краснодар
25 октября 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 23 октября 2024 года. Постановление в полном объеме изготовлено 25 октября 2024 года.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Мацко Ю.В., судей Калашниковой М.Г. и Резник Ю.О., при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Белоусовой Е.В., при участии в судебном заседании с использованием информационной системы «Картотека арбитражных дел» (судебные онлайн-заседания) конкурсного управляющего общества с ограниченной ответственностью «ТрейдМаркет» (ИНН <***>, ОГРН <***>) ФИО1 от ФИО2 – ФИО3 (доверенность от 15.08.2024), от представителя участников общества с ограниченной ответственностью «ТрейдМаркет» ФИО4 – ФИО5 (доверенность от 29.09.2021), в отсутствие иных участвующих в деле лиц, извещенных о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично посредством размещения информации о движении дела на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети Интернет в открытом доступе, рассмотрев кассационную жалобу участников общества с ограниченной ответственностью «ТрейдМаркет» ФИО4 на определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 16 апреля 2024 года и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 9 августа 2024 года по делу № А61-4339/2020, установил следующее.

В рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «ТрейдМаркет» (далее – должник) в арбитражный суд обратился конкурсный управляющий должника ФИО6 (далее – конкурсный управляющий) с требованием признать недействительными следующие сделки:

- дополнительное соглашение от 31.05.2018 № 1 к договору цессии от 01.12.2017 № 5, заключенное должником и ФИО7;

-дополнительное соглашение от 31.05.2018 № 1 к договору цессии от 01.12.2017, заключенное должником и ФИО7;

- договор цессии от 31.05.2018 № АБ-ТМ1, заключенный ФИО7, ФИО8- ФИО9 и должником.

Определением суда от 16 апреля 2024 года, оставленным без изменения постановлением апелляционного суда от 9 августа 2024 года, отказано в удовлетворении ходатайств представителя участников должника ФИО4 о назначении судебной почерковедческой экспертизы, истребовании из материалов гражданского дела № 2-9/2020 Промышленного районного суда г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания подлинников документов, о фальсификации доказательств по делу. Отказано в удовлетворении ходатайств представителя участников должника ФИО4 об истребовании сведений из УФНС России по Республики Северная Осетия – Алания, Управления Федеральной службы государственной регистрации, кадастра и картографии по Республики Северная Осетия – Алания из кредитных организаций выписок по счетам ООО «Самур». В удовлетворении заявления конкурсного управляющего отказано; распределены судебные расходы.

В кассационной жалобе представитель участников должника ФИО4 просит отменить судебные акты и направить спор на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции. По мнению заявителя, материалами дела подтверждены обстоятельства недействительности сделок. Суды не оценили факт аффилированности кредитора с должником; в материалах дела отсутствуют доказательства подтверждающие реальность возникновения у ФИО2 права (требования) к ООО «Самур». В результате оспариваемых сделок причинен вред кредиторам должника.

В отзывах на кассационную жалобу конкурсный управляющий должника и ФИО8- ФИО9 возражают против доводов жалобы.

В судебном заседании представитель подателя кассационной жалобы поддержал доводы жалобы, конкурсный управляющий должника и представитель ФИО8- ФИО9 поддержали доводы своих отзывов на жалобу.

Изучив материалы дела, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа считает, что кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Из материалов дела видно, что определением суда от 19.01.2021 введено наблюдение.

Постановлением апелляционного суда от 29.04.2022 определение от 19.01.2021 отменено, производство по делу о банкротстве должника прекращено.

Постановлением суда кассационной инстанции от 11.07.2022 постановление апелляционного суда от 29.04.2022 отменено, производство по жалобам ФИО4,

ФИО10, ФИО11, ФИО12 на определение от 19.01.2021 в части, касающейся введения процедуры наблюдения, прекращено, в остальной части обособленный спор направлен на новое рассмотрение в суд апелляционной инстанции.

Постановлением апелляционного суда от 13.09.2022, оставленным без изменения постановлением суда кассационной инстанции от 28.11.2022, определение суда от 19.01.2021 в части признания обоснованным заявления ФИО2 о признании должника банкротом и включения в реестр ее требования в сумме 103 531 613 рублей 08 копеек оставлено без изменения.

Решением суда от 28.05.2021 должник признан банкротом, открыто конкурсное производство.

ФИО7 (цедент) и должник в лице генерального директора ФИО13 (цессионарий) 01.12.2017 заключили договора уступки прав (требований) № 5, по условиям которого цедент передал цессионарию права (требования) к ООО «Самур» 9 005 070 рублей задолженности, возникшей в связи с неисполнением ООО «Самур» обязанности по возврату суммы займа ФИО7

ФИО7 (цедент) и должник в лице генерального директора ФИО13 (цессионарий) 01.12.2017 заключили договор уступки прав (требований), по условиям которого цедент передал цессионарию права (требования) к ООО «Самур» 86 133 497 рублей задолженности, возникшей в связи с неисполнением ООО «Самур» обязанности по возврату суммы займа ФИО7

ООО «Самур» и должник 28.12.2017 заключили договор об отступном, по условиям которого ООО «Самур» в счет погашения обязательств перед должником на основании договоров цессии от 01.12.2017 № 5 и от 17.12.2017 передает в качестве отступного следующее имущество, расположенное по адресу <...>:

- нежилое здание, торговый павильон площадью 3 238,6 кв. м с кадастровым номером 15:09:0010801:210;

- нежилое здание торговый центр площадью 2 702,4 кв. м с кадастровым номером 15:09:0010801:211;

- нежилое здание общественный туалет площадью 60 кв. м с кадастровым номером 15:09:0010801:209;

- земельный участок, площадью 690 кв. м, кадастровый номер 15:09:0010801:168;

- право на заключение договора аренды на земельный участок площадью 14 032 кв. м с кадастровым номером 15:09:0010801:182.

Решением единственного участника должника ФИО7 от 03.05.2018 ФИО14, который является родным братом ФИО7, назначен на должность генерального директора должника.

Должник (цессионарий) и единственный участник (учредитель) должника ФИО7 (цедент) 31.05.2018 заключили дополнительное соглашение № 1 к договору уступки права требования (цессии) от 01.12.2017 № 5, которым указанные лица приняли решение пункт 6 договора изложить в следующей редакции: расчеты производятся следующим образом: 6.1. Уступка права (требования) по договору возмездная. За право (требование) уступаемое по договору, цессионарий уплачивает цеденту вознаграждение в сумме 9 005 070 рублей.

Должник (цессионарий) в лице генерального директора ФИО14 и участник (учредитель) должника ФИО7 (цедент) 31.05.2018 заключили дополнительное соглашение № 1 к договору уступки права требования (цессии) от 01.12.2017, в котором указанные лица приняли решение пункт 6 договора изложить в следующей редакции: расчеты производятся следующим образом: уступка права (требования) по договору возмездная. За право (требование) уступаемое по договору, цессионарий уплачивает цеденту вознаграждение в сумме 86 133 497 рублей.

ФИО7 (цедент) и гражданка Швейцарии ФИО2 (цессионарий) 31.05.2018 заключили договор цессии № АБ-ТМ1, по условиям которого цедент передал право (требование) к должнику, возникшее из дополнительных соглашений от 31.05.2018 № 1 к договорам цессии от 01.12.2017 № 5 и от 01.12.2017 в общей сумме 95 138 567 рублей.

Полагая, что заключение дополнительных соглашений от 31.05.2018 к договорам цессии от 01.12.2017, а также договор цессии от 31.05.2018 № АБ-ТМ1 является цепочкой взаимосвязанных ничтожных сделок, направленных на установление фиктивной задолженности для цели инициирования и проведения процедуры контролируемого банкротства должника, участник должника ФИО4 обратился к конкурсному управляющему с письмом о необходимости оспаривания сделок.

Конкурсный управляющий обратился в арбитражный суд с заявлением о признании указанных дополнительных соглашений недействительными сделками.

Разрешая спор, суды руководствовались положениями статей 10, 382, 384, 388, 432 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 61.1, 61.2 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), разъяснениями, изложенными в постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона "О несостоятельности

(банкротстве)"», постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела 1 части первой Гражданского кодекса Российской Федерации».

Заявление о признании должника несостоятельным (банкротом) принято к производству 11.12.2020, оспариваемые сделки заключены 31.05.2018 – в период подозрительности, предусмотренный пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Суды установили, что дополнительные соглашения от 31.05.2018 и договор цессии от 31.05.2018 № АБ-ТМ1 не являются единой цепочкой сделок, поскольку заявителем не приведены доводы, о фактической сделке, которую, по мнению ФИО4 должны прикрывать оспариваемые сделки; доказательств совершения сделок с причинением вреда кредиторам либо при злоупотреблении правом не представлено.

Требования, уступленные по договору цессии от 31.05.2018 № АБ-ТМ1 в пользу ФИО2, включены в реестр требований кредиторов должника определением суда от 19.01.2021, оставленным без изменения судом апелляционной инстанции от 19.09.2022 и кассационной инстанции от 28.11.2022. Оценка действительности дополнительных соглашений и договору цессии дана в данных судебных актах.

Суды установили, что ФИО2 и ООО «Самур» (заемщик) 15.05.2014 заключили договор займа на сумму 130 000 Евро (эквивалент 178 800 долларов США) для строительства универсального рынка с продуктовыми павильонами и павильонами с товарами прочего назначения в г. Владикавказе.

Также «Demevi Investments Ltd» и ООО «Самур» (заемщик) 15.05.2014 заключили кредитный договор на сумму 1 000 000 долларов США для строительства универсального рынка.

ФИО2 и ООО «Самур» (заемщик) 05.12.2014 заключили договор займа на сумму 100 000 долларов США для строительства универсального рынка. Сторонами заключены дополнительные соглашения к договорам займа, которыми продлены сроки возврата денежных средств.

Договором уступки прав требования от 15.01.2016 и от 01.09.2016 «Demevi Investments Ltd» уступило ФИО2 право требование к ООО «Самур» по кредитному договору от 15.05.2014.

Договорами уступки права требования от 01.11.2017 ФИО2 уступила ФИО7 право требования к ООО «Самур», основанные на договорах займа от 15.05.2014 и от 05.12.2014 и на кредитном договоре от 15.05.2014.

Договорами уступки прав требования от 01.12.2017 ФИО7 передал должнику указанные права требования к ООО «Самур».

ООО «Самур» и должник 28.12.2017 заключили соглашение об отступном, которым ООО «Самур» в счет погашение задолженности по договорам займа передало в собственность должника объекты недвижимости, построенные на денежные средства, предоставленные в заем ООО «Самур».

Стороны признали задолженность ООО «Самур» перед должником погашенной.

В связи с отсутствием в договорах цессии условий о цене и порядке оплаты, между цессионарием (должником) и цедентом (ФИО7) должник и кредитор 31.05.2018 заключили дополнительные соглашения к договорам цессии, устанавливающие стоимость и срок оплаты полученных должником прав требований, согласно которым общая стоимость уступаемых прав составила 95 138 567 рублей, подлежащая оплате в течение десяти месяцев, но не позднее 31.03.2019.

Условия договоров цессии не позволяют считать их безвозмездным, из договоров цессии не усматривается намерения сторон на передачу права требования в качестве дара (воля цедента на безвозмездное отчуждение принадлежащего ему имущественного права отсутствовала), напротив, условия договоров прямо содержат указания на их возмездность.

Поскольку доказательства оплаты за спорные права требования должник не представил, то последующее заключение дополнительных соглашений с установлением стоимости уступаемых прав не противоречит нормам закона и выражает волю сторон на согласование стоимости уступаемого права требования. Доказательства наличия злоупотребления правом и причинения вреда должнику оспариваемыми сделками в материалы дела не представлены.

Должник не произвел оплату уступки права требования кредитору по договорам цессии от 01.12.2017. Соответствующие доказательства оплаты договоров должником не представлены.

Решением Промышленного районного суда города Владикавказа от 24.01.2020 по делу № 2-9/2020, оставленным без изменения апелляционным определением Верховного суда Республики Северная Осетия – Алания от 24.09.2020, с должника в пользу ФИО8- ФИО9 взыскано 103 531 612 рублей задолженности (включая проценты за пользование чужими денежными средствами).

По договорам цессии 01.12.2017 в редакции дополнительных соглашений от 31.05.2018 должник получил ликвидные права требования к ООО «Самур», обеспеченные имуществом, в счет оплаты которых должник в последующем получил объекты недвижимого имущества, что не оспаривается ФИО4

Оспаривая дополнительные соглашения от 31.05.2018 к договорам цессии от 01.12.2017, заявитель не указывает на нерыночность совершенной уступки в условиях

обеспеченности ООО «Самур» имуществом по неисполненным обязательствам или иные условия наличия злоупотребления правом.

Суды указали, что доводы ФИО4 о недействительности дополнительных соглашений сводятся к неравноценности стоимости прав требований, установленной в дополнительных соглашениях. Обязательства первоначального заемщика не относятся к предмету рассматриваемого спора и не влияют на права и обязанности должника по признаваемым им обязательствам.

Должник не оспаривает договоры цессии от 01.12.2017, согласно которым он приобрел права требований к ООО «Самур» в размере 95 138 567 рублей. Установленная дополнительными соглашениями от 31.05.2018 стоимость приобретаемых прав требований к ООО «Самур» не противоречит требованиям закона и составляет 100% стоимости переданных прав требований.

Суды пришли к выводу об отсутствии вреда кредиторам, что свидетельствует о недоказанности совокупности условий, необходимых для признания сделок недействительными в соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона.

Суды исследовали и отклонили доводы ФИО4 о наличии аффилированности между Т-выми и ФИО2, что свидетельствует о цели создания фиктивной задолженности для возбуждения процедуры банкротства в отношении должника.

Суды указали, что само по себе наличие аффилированности не является основанием ни для отказа в возбуждении процедуры банкротства, ни для отказа во включении требования в реестр требований кредиторов. При наличии соответствующих условий данные обстоятельства могут являться только основанием для понижения очередности удовлетворения требования кредитора, при установлении необходимого состава. Между тем соответствующие основания для понижения очередности не были установлены судами при включении требования ФИО2 в реестр требований кредиторов должника.

Кроме того, данные доводы не имеют правового значения в условиях наличия единственного конкурсного кредитора в реестре требований кредиторов должника и наличия неисполненных обязательств должника, установленных Промышленным районным судом г. Владикавказа Республики Северная Осетия – Алания по делу № 2-9/2020, которое является преюдициальным и не подлежит доказыванию вновь.

В деле № 2-9/2020 установлено, что ООО «ТрейдМаркет» принимало активное участие при рассмотрении дела в Промышленном районном суде города Владикавказа и заявляло встречный иск о признании сделок, на которых основано требование ФИО8- ФИО9, недействительными. В удовлетворении встречного иска судом отказано.

На момент рассмотрения дела № 2-9/2020 полный корпоративный контроль над должником находился у ФИО4 (участник должника с долей 70%), что подтверждает осведомленность ФИО4 о наличии задолженности перед ФИО8- ФИО9

В рамках спора о включении требования ФИО2 в реестр должника ФИО4 подтверждал наличие задолженности по договорам займа у ООО «Самур».

В рассматриваемом споре ФИО4 занимает иную процессуальную позицию, указывая, что заемные денежные средства не предоставлялись кредитором либо предоставлялись в ином объеме.

Противоречивое процессуальное поведение ФИО4, не отрицающего предоставление должнику прав требований к ООО «Самур» и не оспаривающего условия договоров цессии, и последующее заявление об оспаривании стоимости уступаемых прав суды посчитали достаточным основанием для отклонения доводов ФИО4

При заключении оспариваемых дополнительных соглашений противоправный интерес сторон отсутствовал и заявителем не доказан. Договоры уступки прав требований от 01.12.2017 являются возмездными. Заключение дополнительных соглашений к ним было обусловлено целью приведения содержания договора в соответствие с фактическими обстоятельствами, то есть наличием задолженности за уступаемые права со стороны должника.

Обстоятельства, установленные постановлением Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 13.09.2022 и постановлением Арбитражного суда Северо-Кавказского округа от 28.11.2022 по обособленному спору об установлении требований ФИО2 в реестр требований должника, носят для рассматриваемого обособленного спора преюдициальный характер.

Представитель участников должника ФИО4 каких-либо новых доводов и доказательств, свидетельствующих о недействительности дополнительных соглашений от 31.05.2018 к договорам цессии на основании положений статьи 10, 168, 169, 170 Гражданского кодекса, не представил. Совокупность элементов состава недействительности по пункту 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, не доказана.

Договор цессии № F1239053 от 31.05.2018, заключенный ФИО7 и ФИО8- ФИО9, не может быть оспорен по правилам главы III.1 Закона о банкротстве в рамках дела о банкротстве должника, поскольку в соответствии с пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве не является сделкой должника либо сделкой, совершенной за счет имущества должника.

Исследовав и оценив фактические обстоятельства дела и имеющиеся доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса

Российской Федерации в их совокупности и взаимосвязи, доводы и возражения участвующих в деле лиц, установив изложенные обстоятельства, суды отказали в удовлетворении требований конкурсного управляющего.

При изложенных обстоятельствах, основания для удовлетворения кассационной жалобы отсутствуют.

Все доводы и доказательства сторон спора являлись предметом исследования судов, им дана надлежащая правовая оценка.

Доводы кассационной жалобы основаны на ошибочном толковании норм права и направлены на переоценку доказательств, исследованных судами. Согласно статье 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации кассационная инстанция не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и (или) апелляционной инстанций.

Нарушения процессуальных норм, влекущие отмену судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), не установлены.

Руководствуясь статьями 284, 286, 287 и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда Республики Северная Осетия – Алания от 16 апреля 2024 года и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 9 августа 2024 года по делу № А61-4339/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Ю.В. Мацко Судьи М.Г. Калашникова

Ю.О. Резник