Решение от 9 ноября 2017 г. по делу № А70-5117/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТЮМЕНСКОЙ ОБЛАСТИ

Хохрякова д.77, г.Тюмень, 625052,тел (3452) 25-81-13, ф.(3452) 45-02-07, http://tumen.arbitr.ru, E-mail: info@tumen.arbitr.ru

ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ


РЕШЕНИЕ

Дело №

А70-5117/2017
г.

Тюмень
10 ноября 2017 года
Резолютивная часть решения оглашена 02 ноября 2017 года

Решение в полном объеме изготовлено 10 ноября 2017 года

Арбитражный суд Тюменской области в составе судьи Соловьева К.Л., рассмотрев дело по исковому заявлению

Государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление автомобильных дорог» (ОГРН <***>, ИНН <***>) к обществу с ограниченной ответственностью «Институт строительства и проектирования» (ОГРН <***>, ИНН <***>)

о взыскании 28 761 202,45 рублей,

с участием третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, Казенного учреждения Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Управление автомобильных дорог»,

при ведении протокола судебного заседания ФИО1,

при участии в судебном заседании:

от истца: ФИО2 – на основании доверенности от 31.05.2017,

от ответчика: ФИО3 – на основании доверенности от 08.09.2017 № 118, ФИО4 – на основании доверенности от 19.09.2017 № 123,

от третьего лица: не явились, извещены,

установил:

Государственное казенное учреждение Тюменской области «Управление автомобильных дорог» (далее – истец, Учреждение) обратилось в Арбитражный суд Тюменской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Институт строительства и проектирования» (далее – ответчик, Общество) о взыскании неустойки в размере 28 761 202,45 рублей в связи с просрочкой ответчиком в период с 22.01.2016 по 16.01.2017 выполнения работ по государственному контракту от 14.07.2014 № 55/14.

Ответчиком представлен отзыв на иск, согласно которому факт просрочки выполнения работ по указанному контракту им не оспаривается, однако, по мнению Общества, нарушение сроков обусловлено просрочкой кредитора, выразившейся в непредставлении необходимых для завершения работ данных, а также в длительном согласовании результата работ. Одновременно Общество просило снизить размер взыскиваемой неустойки в соответствии со ст. 333 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ).

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечено Казенное учреждение Ханты-Мансийского автономного округа – Югры «Управление автомобильных дорог» (далее – КУ «УАД»).

Третье лицо в отзыве настаивало на доводах искового заявления.

В судебном заседании представители сторон поддержали правовые позиции, приведенные в иске и отзыве на него.

Третье лицо, извещенное надлежащим образом в соответствии со ст.ст. 121, 123 АПК РФ о времени и месте судебного заседания, явку своих представителей не обеспечило, в связи с чем суд в силу ст. 156 АПК РФ пришел к выводу о возможности рассмотрения дела в их отсутствие.

Исследовав материалы дела, заслушав пояснения сторон, оценив представленные доказательства, суд считает, что исковые требования подлежат частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, 14.07.2014 между Учреждением (заказчик), КУ «УАД» (технический заказчик) и Обществом (подрядчик) по результатам проведения конкурентных процедур, предусмотренных Федеральным законом от 05.04.2013 № 44- ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ), заключен государственный контракт № 55/14 (далее – контракт) на выполнение инженерных изысканий и разработку проектной документации на строительство мостового перехода через реку Обь в Октябрьском районе.

Цена контракта согласована сторонами в п. 3.1 и составила 153 400 000 рублей.

Пунктом 2.2.1 контракта на технического заказчика возложена обязанность передать подрядчику имеющиеся исходные данные согласно разделу 4 задания (приложения № 1).

Подрядчик, в свою очередь, обязался в течение 5 дней после получения исходных данных рассмотреть их и при наличии замечаний направить техническому заказчику перечень этих замечаний в письменном виде; самостоятельно запрашивать и уточнять необходимые исходные данные в органах исполнительной власти и эксплуатирующих организациях, согласовывать их с техническим заказчиком; согласовать разработанную проектную документацию у технического заказчика; получить положительное заключение государственной экспертизы, заключение государственной экологической экспертизы и заключение о проверке достоверности определения сметной стоимости строительства объекта (п.п. 2.3.1, 2.3.2, 2.3.7, 2.3.8 контракта).

Календарные сроки выполнения работ определены сторонами в п. 4.1 контракта с момента его подписания до 01.12.2014 – I этап, до 01.12.2015 – II этап.

В силу п. 5.2 контракта передача оформленной в установленном порядке документации осуществляется сопроводительными документами подрядчика.

По завершению проектирования подрядчик представляет техническому заказчику на проверку комплект документации в соответствии с заданием в 2 экземплярах в бумажном переплетенном виде. После устранения всех замечаний технического заказчика подрядчик направляет откорректированную проектную документацию на экологическую экспертизу, государственную экспертизу и проверку достоверности определения сметной стоимости объекта (п.п. 5.3, 5.4 контракта).

Пунктом 6.2 контракта установлена ответственность подрядчика за нарушение сроков выполнения работ в виде пени за каждый день просрочки исполнения обязательства, начиная со дня, следующего после дня истечения установленного контрактом срока исполнения обязательства, в размере 1/100 действующей на дату оплаты пени ставки рефинансирования Банка России от цены контракта, уменьшенной на сумму, пропорциональную объему обязательств, предусмотренных контрактом и фактически исполненных подрядчиком.

Согласно п. 4 задания, являющегося приложением № 1 к контракту, в составе исходных данных техническому заказчику надлежало передать подрядчику предпроектную документацию (обоснование инвестиций) в строительство мостовых переходов через реку Обь, обеспечивающих развитие транспортных потоков в формирующейся сети автомобильных дорог в Ханты-Мансийском автономном округе – Югре; данные регионального банка дорожных данных ГИС «Дороги Югры».

Приложением № 2 к контракту стороны выделили следующие этапы подрядных работ: I этап – изыскательские работы (до 01.12.2014), II этап – проектные работы, в том числе прохождение государственной экспертизы, государственной экологической экспертизы и проверки достоверности определения сметной стоимости (до 01.12.2015).

На основании акта сдачи-приемки работ от 01.12.2014 подрядчиком сданы заказчику работы по I этапу на сумму 73 729 079,08 рублей.

Протоколом технического совещания от 19.05.2015, наряду с иными вопросами, сторонами контракта согласован вариант мостового перехода через реку Обь и протоку Алёшкинская.

Также в ходе выполнения II этапа контракта Общество неоднократно обращалось к сетевой организации – ОАО «ЮТЭК – региональные сети» с просьбой о выдаче технических условий технологического присоединения проектируемого объекта к электрическим сетям (далее – ТУ) для завершения проектных работ (исх. от 24.07.2015 № ЦА-00.01/2065, от 06.08.2015 № ЦА-00.01/2229, от 29.09.2015 № ЦА-00.01/2893, от 08.10.2015 № ЦА-00.01/3008).

Несмотря на отсутствие ТУ, 08.10.2015 письмом № ЦА-00.01/3009 подрядчик направил техническому заказчику разработанную проектную документацию для рассмотрения и согласования, в ответе на которое от 22.10.2015 № 3417 КУ «УАД» указало на многочисленные недостатки в представленном проекте, предложило провести по данному вопросу совещание.

На основании протокола технического совещания от 02.11.2015 представленная Обществом проектная документация признана не отвечающей условиям контракта, техническому заказчику совместно с подрядчиком предписано до 09.11.2015 получить ТУ в ОАО «ЮТЭК-региональные сети».

Письмом от 10.11.2015 № ЦА-00.01/3337 Общество известило технического заказчика о выполнении всех проектных и сметных работ по контракту, не зависящих от ТУ, приостановлении работ до предоставления ТУ.

В ответ на данное письмо КУ «УАД» проинформировало Общество о том, что бремя получения запрашиваемой информации контрактом возложено на подрядчика (исх. от 13.11.2015 № 3691).

Одновременно запросом от 16.11.2015 № 1442 технический заказчик предложил Обществу представить вариант с максимальным понижением продольного профиля пролетного строения в русле реки Обь, на который подрядчик направил КУ «УАД» материалы сравнения вариантов продольного профиля мостового сооружения (письмо от 26.12.2015 № УФ -03/3-4106).

Кроме того, письмом от 16.12.2015 № 1605 КУ «УАД» рекомендовало подрядчику обратиться в сетевую организацию с просьбой выдачи ТУ именно для проектирования объекта строительства, что было выполнено Обществом (письма от 21.12.2015 № УФ-02/3-4015, от 22.12.2015 № УФ-02/3-4023).

04.12.2015 и 23.12.2015 подрядчик запросил у технического заказчика заверенные копии документов о стоимостных показателях объекта проектирования для рассмотрения его в ФАУ «Главгосэкспертиза России» (исх. №№ ЦА-10/4-3738, ЦА-10/4-4040).

При этом, 04.12.2015 № 1683 КУ «УАД» направило Обществу замечания на разработанный проект.

ОАО «ЮТЭК-региональные сети» письмом от 28.01.2016 № 01-04/0541 поставило подрядчика в известность о направлении в его адрес ТУ 07.12.2015.

Кроме того, 21.01.2016 технический заказчик письмом № 68 направил ТУ подрядчику, которые последний отказался принимать в работу, сославшись на их несоответствие требованиям действующего законодательства (исх. от 01.03.2016 № УФ-03/3-791).

Также согласно письму технического заказчика от 19.01.2016 № 43 им были рассмотрены ранее направленные Обществом варианты продольного профиля мостового сооружения, которые признаны неудовлетворительными, в связи с чем КУ «УАД» предложило подрядчику повторно проработать данный вопрос.

Протоколом технического совещания от 05.04.2016 предложенный подрядчиком вариант мостового сооружения согласован техническим заказчиком.

При этом, письмом от 25.02.2016 № 219 КУ «УАД» вновь направило свои замечания на проектную документацию, которые устранены подрядчиком и представлены техническому заказчику 31.03.2016 № УФ-03/3-1252 (в том числе разделы, касающиеся электроснабжения).

Далее КУ «УАД» отказало в рассмотрении направленного проекта со ссылкой на его неполноту (от 20.04.2016 № 474).

На совещании 05.07.2016 с участием представителей сторон предметом обсуждения, наряду с иными, являлся вопрос предоставления подрядчику информации о стоимостных показателях объекта проектирования, по результатам которого КУ «УАД» дано поручение до 08.08.2016 подготовить справку об источнике финансирования строительства объекта.

19.08.2016 технический заказчик письмом № 998 направил Обществу замечания на подготовленную им проектную документацию, которые были учтены, исправленные варианты проекта представлены в КУ «УАД» письмами от 02.09.2016 № УФ-03/3-3511, от 15.09.2016 № УФ-03/3-3694.

По результатам изучения документации 30.09.2016 технический заказчик вновь подготовил замечания на нее (исх. № 1170).

После представления откорректированного проекта (письмо от 14.10.2016 № УФ-03/3-4119) технический заказчик отказался от его рассмотрения, сославшись на неполноту документации (исх. от 18.10.2016 № 1237).

Письмом от 28.10.2016 № 1279 КУ «УАД» направило Обществу требование предоставить полный пакет документов, которое исполнено 03.11.2016 (исх. № УФ-03/3-4358).

На итоговые замечания от 17.11.2016 № 1338 подрядчик направил проектную документацию КУ «УАД» 15.12.2016 сопроводительным письмом № УФ-03/3-4905, после чего 27.12.2016 (№ УФ-03/3-5012) сообщил техническому заказчику о направлении документации на экспертизу, затребовал недостающие документы, в том числе об объемах и источнике финансирования строительства проектируемого объекта.

В ответе от 29.12.2016 № 1566 технический заказчик сообщил подрядчику о передаче ему запрошенных сведений, но без приложения соответствующего письма о финансировании.

По состоянию на 16.01.2017 подготовленная проектная документация с положительными заключениями Обществом техническому заказчику и заказчику не передана.

Претензией от 14.03.2017 № 17/31 Учреждение потребовало от Общества оплатить начисленную неустойку за просрочку выполнения работ с 22.01.2016 по 16.01.2017.

Отказ в удовлетворении претензии, послужил основанием для обращения Учреждения в суд с настоящим иском.

Из приведенных установленных судом обстоятельств следует и не оспаривается сторонами контракта, что между ними сложились отношения, регулируемые нормами главы 37 ГК РФ.

Согласно статье 763 ГК РФ подрядные строительные работы (статья 740), проектные и изыскательские работы (статья 758), предназначенные для удовлетворения государственных или муниципальных нужд, осуществляются на основе государственного или муниципального контракта на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд.

По государственному или муниципальному контракту на выполнение подрядных работ для государственных или муниципальных нужд подрядчик обязуется выполнить строительные, проектные и другие связанные со строительством и ремонтом объектов производственного и непроизводственного характера работы и передать их государственному или муниципальному заказчику, а государственный или муниципальный заказчик обязуется принять выполненные работы и оплатить их или обеспечить их оплату.

По договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ подрядчик (проектировщик, изыскатель) обязуется по заданию заказчика разработать техническую документацию и (или) выполнить изыскательские работы, а заказчик обязуется принять и оплатить их результат (ст. 758 ГК РФ).

В силу п. 1 ст. 708 ГК РФ в договоре подряда указываются начальный и конечный сроки выполнения работы. По согласованию между сторонами в договоре могут быть предусмотрены также сроки завершения отдельных этапов работы (промежуточные сроки). Если иное не установлено законом, иными правовыми актами или не предусмотрено договором, подрядчик несет ответственность за нарушение как начального и конечного, так и промежуточных сроков выполнения работы.

По правилам ст.ст. 309, 310 ГК РФ обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований – в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

В рассматриваемой ситуации сторонами контракта согласовано, что результатом II этапа работ является проектно-сметная документация, в том числе прошедшая государственную экспертизу, государственную экологическую экспертизу и проверку достоверности определения сметной стоимости; срок завершения работ по данному этапу – 01.12.2015.

Представленными в дело доказательствами подтверждено и не оспаривается сторонами, что по состоянию на 16.01.2017 результат II этапа работ по контракту не достигнут, заказчику не передан, что свидетельствует о просрочке выполнения подрядных работ в заявленный истцом период с 22.01.2016 по 16.01.2017.

Вместе с тем, определяя ответственность подрядчика за нарушение сроков выполнения работ по данному этапу, суд не может не отметить следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 330 ГК РФ неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

Согласно части 4 ст. 34 Закона № 44-ФЗ в контракт включается обязательное условие об ответственности заказчика и поставщика (подрядчика, исполнителя) за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательств, предусмотренных контрактом.

Данное требование сторонами выполнено, пунктом 6.2 контракта установлена ответственность подрядчика, содержание данного пункта действовавшему на момент заключения контракта законодательству не противоречило.

В силу п. 2 ст. 330 ГК РФ кредитор не вправе требовать уплаты неустойки, если должник не несет ответственности за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства.

Согласно п. 1 ст. 401 ГК РФ обязательным условием ответственности лица, не исполнившего обязательства либо исполнившего его ненадлежащим образом, является наличие у него вины; лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Отсутствие вины доказывается лицом, нарушившим обязательство (п. 2 ст. 401 ГК РФ). Содержание данной нормы корреспондирует требованиям части 1 статьи 65 АПК РФ, в соответствии с которой каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Также ч. 9 ст. 34 Закона № 44-ФЗ закреплено, что сторона освобождается от уплаты неустойки (штрафа, пени), если докажет, что неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства, предусмотренного контрактом, произошло вследствие непреодолимой силы или по вине другой стороны.

Кроме того, в соответствии с п. 3 ст. 405 ГК РФ должник не считается просрочившим, пока обязательство не может быть исполнено вследствие просрочки кредитора.

Как следует из материалов дела, в обоснование отсутствия вины, общество ссылается на просрочку со стороны технического заказчика в выдаче технических условий для технологического присоединения проектируемого объекта к электрическим сетям (технические условия), информации об источнике и объемах финансирования строительства данного объекта (сведения об объемах финансирования), без которых, по мнению ответчика, получение положительного заключения государственной экспертизы, в том числе относительно обоснованности сметной стоимости проектируемого объекта, невозможно. Одновременно подрядчик сослался на неоднократное изменение КУ «УАД» ранее согласованных проектных решений, что влекло значительную переделку уже выполненных проектных работ, требовавшую дополнительных временных затрат.

Учреждение, не согласившись с данным утверждением Общества, указало, что наряду с перечисленными ответчиком обстоятельствами, причиной выдачи замечаний на подготовленный подрядчиком проект и, как следствие, просрочки выполнения работ стали виновные действия подрядчика, сопряженные с некачественной разработкой проектной документации.

В подтверждение своих правовых позиций стороны сослались на переписку между собой, имеющуюся в деле.

Оценив представленные доказательства в соответствии с требованиями ст. 71 АПК РФ, суд не находит оснований для признания деяния Общества, выразившегося в просрочке работ по контракту, невиновными в полном объеме и по всему периоду заявленной к взысканию просрочки, по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, технический заказчик направлял подрядчику замечания на разработанную проектную документацию 04.12.2015, 25.02.2016, 19.08.2016, 30.09.2016 и 17.11.2016. Анализ перечисленных замечаний свидетельствует о допущенных Обществом недостатках в выполненных работах, не сопряженных с отсутствием технических условий и сведений об объемах финансирования.

Требования КУ «УАД» об устранении недостатков подрядчиком не оспорены, доказательства соответствия выполненных работ требованиям контракта не представлены.

С учетом приведенных обстоятельств, судом установлено, что непредставление техническим заказчиком технических условий и сведений об объемах финансирования, не является единственным условием для невыполнения работ в установленный контрактом срок, что не может являться основанием для вывода о просрочке кредитора и освобождения Общества от установленной ответственности в полном объеме.

В силу п. 1 ст. 759 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан передать подрядчику задание на проектирование, а также иные исходные данные, необходимые для составления технической документации.

В силу ст. 762 ГК РФ по договору подряда на выполнение проектных и изыскательских работ заказчик обязан, если иное не предусмотрено договором, оказывать содействие подрядчику в выполнении проектных и изыскательских работ в объеме и на условиях, предусмотренных в договоре.

Судом принято во внимание, что бремя получения исходных данных, за исключением перечисленных в п. 4 задания к контракту, п. 2.3.2 контракта возложено на подрядчика.

Вместе с тем, в силу разъяснений, содержащихся в п. 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.03.2014 № 16 «О свободе договора и ее пределах», в тех случаях, когда будет установлено, что при заключении договора, проект которого был предложен одной из сторон и содержал в себе условия, являющиеся явно обременительными для ее контрагента и существенным образом нарушающие баланс интересов сторон (несправедливые договорные условия), а контрагент был поставлен в положение, затрудняющее согласование иного содержания отдельных условий договора (то есть оказался слабой стороной договора), суд вправе применить к такому договору положения п. 2 ст. 428 ГК РФ о договорах присоединения, изменив или расторгнув соответствующий договор по требованию такого контрагента.

В то же время, поскольку согласно п. 4 ст. 1 ГК РФ никто не вправе извлекать преимущество из своего недобросовестного поведения, слабая сторона договора вправе заявить о недопустимости применения несправедливых договорных условий на основании ст. 10 ГК РФ или о ничтожности таких условий по ст. 169 ГК РФ.

Пунктом 10 названного постановления судам предписано при рассмотрении споров о защите от несправедливых договорных условий оценивать спорные условия в совокупности со всеми условиями договора и с учетом всех обстоятельств дела.

В сложившейся ситуации суд приходит к следующим выводам.

Из системного толкования пп. «и» п. 9, п.п. 12 и 23 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии к электрическим сетям, утвержденных во исполнение ст.ст. 20, 21, 25, 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике» постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861, следует, что получение технических условий, являющихся неотъемлемой частью соответствующего договора с электросетевой организацией, возможно на стадии проектирования энергопринимающих устройств. При этом заявителем в данном случае может выступать в силу п. 18 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных указанным постановлением Правительства Российской Федерации, только лицо, намеревающееся заключить соответствующий договор, в рассматриваемой ситуации – технический заказчик.

Таким образом, возложенные контрактом на подрядчика обязанности по получению технических условий в этой части были объективно невыполнимым без необходимого содействия технического заказчика и соответствующего финансирования.

С учетом приведенных обстоятельств, а также того, что в силу ч. 1 ст. 34 Закона № 44-ФЗ контракт заключается на условиях, предусмотренных документацией о торгах, в связи с чем подрядчик не имел возможности возражать против условий, предусмотренных п. 2.3.2 об обязанности по запросу и уточнению необходимых исходных данных в органах исполнительной власти и эксплуатирующих организациях, согласованию их с техническим заказчиком, суд признает условия контракта несправедливыми.

Аналогичным образом суд решает вопрос относительно несвоевременного представления техническим заказчиком сведений об объемах финансирования, которые предусмотрены постановлением Правительства Российской Федерации от 18.05.2009 № 427 и связанного с отсутствием соответствующей справки.

В данном случае, суд отмечает следующее.

В соответствии с п. 1 ст. 716 ГК РФ подрядчик обязан немедленно предупредить заказчика и до получения от него указаний приостановить работу при обнаружении иных не зависящих от подрядчика обстоятельств, которые грозят годности или прочности результатов выполняемой работы либо создают невозможность ее завершения в срок.

Подрядчик, не предупредивший заказчика об обстоятельствах, указанных в пункте 1 данной статьи, либо продолживший работу, не дожидаясь истечения указанного в договоре срока, а при его отсутствии разумного срока для ответа на предупреждение или несмотря на своевременное указание заказчика о прекращении работы, не вправе при предъявлении к нему или им к заказчику соответствующих требований ссылаться на указанные обстоятельства (п. 2 ст. 716 ГК РФ).

Пунктом 1 ст. 719 ГК РФ предписано, что подрядчик вправе не приступать к работе, а начатую работу приостановить в случаях, когда нарушение заказчиком своих обязанностей по договору подряда, в частности непредоставление материала, оборудования, технической документации или подлежащей переработке (обработке) вещи, препятствует исполнению договора подрядчиком, а также при наличии обстоятельств, очевидно свидетельствующих о том, что исполнение указанных обязанностей не будет произведено в установленный срок.

Вместе с тем, как следует из материалов дела, общество, предупредив КУ «УАД» 10.11.2015 о приостановлении работ по контракту в связи с непредставлением технических условий, фактически продолжило выполнение подрядных работ, в связи с чем суд считает, принимая во внимание приведенные нормы права, что ссылка ответчика на данное обстоятельство, как на основание для освобождения от ответственности в полном объеме, является несостоятельной.

Однако, согласно разъяснениям, изложенным в п. 17 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 24.01.2000 № 51 «Обзор практики разрешения споров по договору строительного подряда» и применяемым в настоящем деле по аналогии, неисполнение стороной по договору подряда обязанности по сотрудничеству может учитываться при применении меры ответственности за неисполнение договорного обязательства.

В соответствии с п. 1 ст. 404 ГК РФ, если неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства произошло по вине обеих сторон, суд соответственно уменьшает размер ответственности должника.

Таким образом, суд учитывает обстоятельства несвоевременного представления техническим заказчиком технических условий и сведений об объемах финансирования, связанных с отсутствием соответствующей справки, при определении размера ответственности подрядчика.

Также суд не может не отметить продолжительность выбора КУ «УАД» варианта мостового сооружения при его первоначальном одобрении 19.05.2015 вплоть до 05.04.2016, учитывая, что инициатива понижения уровня продольного профиля мостового сооружения исходила от технического заказчика, что также повлияло на увеличение срока выполнения подрядных работ.

Кроме того, суд считает необходимым обратить внимание на то, что контрактом сторонами не согласованы, как строк устранения замечаний технического заказчика, так и срок их устранения подрядчиком.

При этом, при данных обстоятельствах, суд отмечает, что в случаях, когда обязательство не предусматривает срок его исполнения и не содержит условия, позволяющие определить этот срок, а равно и в случаях, когда срок исполнения обязательства определен моментом востребования, обязательство должно быть исполнено в течение семи дней со дня предъявления кредитором требования о его исполнении, если обязанность исполнения в другой срок не предусмотрена законом, иными правовыми актами, условиями обязательства или не вытекает из обычаев либо существа обязательства (п. 2 ст. 314 ГК РФ).

Принимая во внимание указанные нормы права, суд не может признать разумными сроки изучения техническим заказчиком проектной документации, представленной после устранения его замечаний, что также подлежит учету при определении размера имущественной ответственности Общества.

Как следует из материалов дела, ответчиком заявлено ходатайство о применении судом положений ст. 333 ГК РФ в силу несоразмерности размера начисленной неустойки соответствующим последствиям.

Рассмотрев данное ходатайство, суд считает возможным применить положения статьи 333 ГК РФ по следующим основаниям.

В соответствии со ст. 333 ГК РФ, если подлежащая взысканию неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку.

Таким образом, гражданское законодательство предусматривает неустойку в качестве способа обеспечения исполнения обязательства и меры имущественной ответственности за их неисполнение либо ненадлежащее исполнение, а право снижения неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательства.

При этом согласно п. 73 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 ГПК РФ, часть 1 статьи 65 АПК РФ).

К тому же критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки суммы возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и др. К последствиям нарушения обязательства могут быть отнесены не полученные истцом имущество и денежные средства, понесенные убытки (в том числе упущенная выгода), другие имущественные или неимущественные права, на которые истец вправе рассчитывать в соответствии с законодательством и договором (п.п. 2, 4 информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 14.07.1997 № 17 «Обзор практики применения арбитражными судами статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Следовательно, заявляя о снижении неустойки, ответчик должен обосновать и доказать явную несоразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства, в частности, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

Кредитор же для опровержения соответствующего заявления ответчика вправе представить доводы, подтверждающие соразмерность неустойки последствиям нарушения обязательства (п. 74 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств»).

Согласно правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определении от 21.12.2000 № 263-О суд обязан установить баланс между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного (а не возможного) размера ущерба, причиненного в результате конкретного правонарушения.

При этом к выводу о наличии или отсутствии оснований для снижения суммы неустойки суд приходит в каждом конкретном случае при оценке имеющихся в деле доказательств по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном их исследовании.

Учитывая компенсационный характер гражданско-правовой ответственности, под соразмерностью суммы неустойки последствиям нарушения обязательства ГК РФ предполагает выплату кредитору такой компенсации его потерь, которая будет адекватна и соизмерима с нарушенным интересом.

Неустойка как способ обеспечения обязательства должна компенсировать кредитору расходы или уменьшить неблагоприятные последствия, возникшие вследствие ненадлежащего исполнения должником своего обязательства перед кредитором.

Между тем превращение института неустойки в способ обогащения кредитора недопустимо и противоречит ее компенсационной функции (постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.07.2014 № 5467/14 по делу № А53-10062/2013).

Также данным постановлением сформулирована правовая позиция, согласно которой равные начала участия субъектов права в гражданском обороте предполагают сбалансированность мер ответственности, предусмотренных для сторон одного договора при неисполнении ими обязательств.

В рассматриваемой ситуации баланс интересов сторон при установлении мер ответственности в контракте в значительной степени нарушен в пользу истца, что не может свидетельствовать о соблюдении баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и действительным размером ущерба, причиненного подрядчику в результате нарушения сроков выполнения работ.

По смыслу указанного постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации такое существенное нарушение баланса ответственности сторон договора, как в настоящем случае, требует вмешательства суда, в том числе, в виде применения статьи 333 ГК РФ.

В связи с этим при исчислении размера подлежащей взысканию неустойки суд исходит из ставки, установленной для ответственности заказчика, а также от размера ключевой ставки Банка России, действующей на дату принятия решения в соответствии с требованиями п. 38 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017.

В условиях непредставления истцом доказательств причинения ему просрочкой выполнения работ убытков в размере, сопоставимом с суммой предъявленной к взысканию неустойки, принимая во внимание приведенные фактические обстоятельства несвоевременного представления ответчику техническим заказчиком технических условий и сведений об объемах финансирования, длительного согласования варианта мостового перехода и изучения представленного проекта после устранения выявленных замечаний, суд определяет размер подлежащей взысканию неустойки в 4 000 000 рублей.

Поскольку истец освобожден от уплаты государственной пошлины на основании статьи 333.37 Налогового кодекса Российской Федерации, при подаче иска ее не уплачивал, государственная пошлина на основании статьи 110 АПК РФ взыскивается с ответчика в доходы федерального бюджета.

Руководствуясь статьями 167-170, 176, 177 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Иск удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Институт строительства и проектирования» в пользу Государственного казенного учреждения Тюменской области «Управление автомобильных дорог» сумму неустойки в размере 4 000 000 рублей, в доходы федерального бюджета госпошлину в размере 43000 рублей.

В остальной части иска отказать.

Исполнительный лист выдать после вступления решения суда в законную силу.

Решение может быть обжаловано в течение месяца после его принятия путем подачи апелляционной жалобы в Восьмой арбитражный апелляционный суд через арбитражный суд Тюменской области.

Судья

Соловьев К.Л.