Решение от 5 августа 2025 г. по делу № А83-5560/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД РЕСПУБЛИКИ КРЫМ 295000, Симферополь, ул. Александра Невского, 29/11

http://www.crimea.arbitr.ru E-mail: info@crimea.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А83-5560/2025
6 августа 2025 года
город Симферополь
Резолютивная часть решения принята 4 июля 2025 года.

Мотивированное решение изготовлено 6 августа 2025 года.

Арбитражный суд Республики Крым в составе судьи Гранковской Е.В., рассмотрев в порядке упрощенного производства материалы дела по исковому заявлению

Общества с ограниченной ответственностью «А Зет» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

к Обществу с ограниченной ответственностью «Буржуй» (ОГРН: <***>, ИНН: <***>)

о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав,

УСТАНОВИЛ:

Общество с ограниченной ответственностью «А Зет» обратилось в Арбитражный суд Республики Крым с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью «Буржуй», в котором просит суд:

- взыскать с ответчика в пользу истца компенсацию в размере 50 000,00 рублей за нарушение исключительного права на товарный знак № 106674;

- взыскать с ответчика в пользу истца судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000,00 рублей;

- взыскать с ответчика в пользу истца судебные издержки в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 140,00 рублей, а также стоимость почтовых отправлений в размере 328,84 рублей.

Определением Арбитражного суда Республики Крым от 14.05.2025 суд принял указанное исковое заявление к производству с рассмотрением дела в порядке

упрощенного производства. Сторонам установлены сроки для предоставления отзыва и дополнительных документов.

Истец и ответчик уведомлены о рассмотрении дела в порядке упрощенного производства в соответствии с положениями статьями 121 - 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

17.04.2025 через канцелярию Арбитражного суда Республики Крым от ответчика поступил отзыв на исковое заявление, в котором общество указывает на то, что размер взыскиваемой компенсации многократно превышает причиненных истцом убытков и подлежит снижению до 280,00 рублей, что истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта авторских прав, что торговля батарейками не является существенной частью предпринимательской деятельности ответчика и составляет 0,1% (продуктовый магазин) от общей выручки.

Кроме того, 05.06.2025 в материалы дела был представлен дополнительный отзыв на исковое заявление, в котором ответчик указал на то, что в адрес ответчика видеозапись процесса закупки не поступала, истцом не подтвержден факт заключения сторонами договора розничной купли-продажи ввиду непредставления спорного товара – батареек. Вместе с тем, обществом вновь было заявлено ходатайство о снижении размера компенсации.

Не согласившись с доводами ответчика, 05.06.2025 и 17.06.2025 через систему «Мой Арбитр» истец предоставил возражения на отзыв ответчика.

04.07.2025 по делу принято решение в порядке статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Принятая по результатам рассмотрения дела резолютивная часть решения размещена на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» 08.07.2025 в 10:10:13 МСК.

09.07.2025 через систему «Мой Арбитр» от истца поступило заявление о составлении мотивированного решения (резолютивная часть, принятая в порядке статьи 227 АПК РФ) Арбитражного суда Республики Крым от 04.07.2025.

В соответствии с частью 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации по заявлению лица, участвующего в деле, или в случае подачи апелляционной жалобы по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение.

Рассмотрев материалы дела, исследовав представленные доказательства, судом установлено следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «А Зет» является исключительным лицензиатом на весь срок действия исключительного права на товарный знак № 106674 (до 17.09.2031), что подтверждается Свидетельством Федеральной службы по интеллектуальным правам, патентам и товарным знакам относительного товарного знака № 106674.

18.11.2024 в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, был установлен и задокументирован факт предложения к продаже от имени Общества с ограниченной ответственностью «Буржуй» товара – батарейки, имеющие технические признаки контрафактности.

В подтверждение факта реализации товара в материалы дела истцом представлены видеозапись закупки, кассовый чек от 18.11.2024, который содержит наименование (ООО «Буржуй») и ИНН продавца (<***>), адрес: <...>, наименование и стоимость товара (батарейки Super GP AA, 140,00 рублей), фото реализованного контрафактного товара, которые приобщены к материалам дела.

Общество с ограниченной ответственностью «А Зет», полагая, что реализация товара нарушила его исключительные права на товарный знак, направило в адрес ответчика Претензию № 43236 с требованием о выплате компенсации. Данная претензия была оставлена без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в Арбитражный суд Республики Крым с настоящим исковым заявлением.

Исследовав материалы дела, всесторонне и полно выяснив все фактические обстоятельства, на которых основываются требования истца, возражения ответчика, оценив относимость, допустимость каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности, суд пришел к следующим выводам.

Согласно подпункту 14 пункта 1 статьи 1225 Гражданского кодекса Российской Федерации, результатами интеллектуальной деятельности и приравненным к ним средствами индивидуализации юридических лиц, товаров, работ, услуг и предприятий, которым предоставляется правовая охрана (интеллектуальной собственностью), являются в числе прочих товарные знаки и знаки обслуживания.

Согласно пункту 1 статьи 1477, статье 1481 Гражданского кодекса Российской Федерации, на товарный знак, то есть на обозначение, служащее для индивидуализации товаров юридических лиц или индивидуальных предпринимателей, признается

исключительное право, удостоверяемое свидетельством на товарный знак. Свидетельство на товарный знак удостоверяет приоритет товарного знака и исключительное право на товарный знак в отношении товаров, указанных в свидетельстве.

В качестве товарных знаков могут быть зарегистрированы словесные, изобразительные, объемные и другие обозначения или их комбинации (пункт 1 статьи 1482 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно пункту 1 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации лицу, на имя которого зарегистрирован товарный знак (правообладателю), принадлежит исключительное право использования товарного знака в соответствии со статьей 1229 этого Кодекса любым не противоречащим закону способом (исключительное право на товарный знак), в том числе способами, указанными в пункте 2 этой статьи. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на товарный знак.

В соответствии с подпунктом 1 пункта 2 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации исключительное право на товарный знак может быть осуществлено для индивидуализации товаров, работ или услуг, в отношении которых товарный знак зарегистрирован, в частности путем размещения товарного знака на товарах, в том числе на этикетках, упаковках товаров, которые производятся, предлагаются к продаже, продаются, демонстрируются на выставках и ярмарках или иным образом вводятся в гражданский оборот на территории Российской Федерации, либо хранятся или перевозятся с этой целью, либо ввозятся на территорию Российской Федерации

Как следует из положений пункта 3 статьи 1484 Гражданского кодекса Российской Федерации, никто не вправе использовать без разрешения правообладателя сходные с его товарным знаком обозначения в отношении товаров, для индивидуализации которых товарный знак зарегистрирован, или однородных товаров, если в результате такого использования возникнет вероятность смешения.

Пунктом 1 статьи 1229 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что гражданин или юридическое лицо, обладающие исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (правообладатель), вправе использовать такой результат или такое средство по своему усмотрению любым не противоречащим закону способом. Правообладатель может распоряжаться исключительным правом на результат интеллектуальной деятельности или на средство индивидуализации (статья 1233 ГК РФ), если названным Кодексом не предусмотрено иное.

Правообладатель может по своему усмотрению разрешать или запрещать другим

лицам использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации. Отсутствие запрета не считается согласием (разрешением).

Другие лица не могут использовать соответствующие результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации без согласия правообладателя, за исключением случаев, предусмотренных названным Кодексом.

Использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации (в том числе их использование способами, предусмотренными тем же Кодексом), если такое использование осуществляется без согласия правообладателя, является незаконным и влечет ответственность, установленную этим Кодексом, другими законами, за исключением случаев, когда использование результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации лицами иными, чем правообладатель, без его согласия допускается указанным Кодексом.

В соответствии с частью 1 статьи 1515 Гражданского кодекса Российской Федерации товары, этикетки, упаковки товаров, на которых незаконно размещены товарный знак или сходное с ним до степени смешения обозначение, являются контрафактными.

В пункте 59 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер.

Материалами дела подтверждается, что истец обладает исключительными правами на спорный товарный знак, в отношении которого было зафиксировано нарушение со стороны ответчика.

Факт реализации ответчиком спорного товара в торговой точке, где осуществляет предпринимательскую деятельность ответчик, подтверждается материалами дела.

Вместе с тем суд не находит обоснованными доводы ответчика о том, что истец не ставил ответчика в известность о том, что он является правообладателем, не предупреждал о необходимости прекратить реализацию контрафактного товара, не сообщал о стоимости права использования вступить в гражданские правоотношения с целью регламентации возникших отношений для правомерного использования объекта авторских прав.

Так, 15.12.2024 в адрес ответчика от имени истца была направлена Претензия № 43236, что подтверждается почтовой квитанцией № 50053 от 15.12.2024. При этом, из текста претензии усматривается, что ввиду нарушения исключительных прав истца,

ответчик обязан оплатить компенсацию в размере 100 000,00 рублей, а также убрать из продажи все подобные экземпляры товаров, прекратить торговлю контрафактной продукцией.

Согласно абзацу 3 пункта 1 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», оценивая действия сторон как добросовестные или недобросовестные, следует исходить из поведения, ожидаемого от любого участника гражданского оборота, учитывающего права и законные интересы другой стороны, содействующего ей, в том числе в получении необходимой информации.

Конституционный суд Российской Федерации в своем Постановлении от 13.12.2016 № 28-П указал на то, что лицо, осуществляющее предпринимательскую деятельность по продаже товаров, в которых содержатся объекты интеллектуальной собственности, – с тем, чтобы удостовериться в отсутствии нарушения прав третьих лиц на эти объекты – должно получить необходимую информацию от своих контрагентов.

Соответственно, ответчик мог предпринять самостоятельно меры по проверке сведений об объектах интеллектуальной собственности, однако таких мер предпринято не было.

Довод о не направлении ответчику видеозаписи процесса закупки, также не принимается судом во внимание, ввиду того, что сама видеозапись содержится в материалах дела, и у ответчика имеется возможность ознакомления с ней, кроме того, как пояснил истец, поскольку компакт-диск с видеозаписью процесса покупки при пересылке почтовым отправлением может быть поврежден, истец направил ответчику сведения об ознакомлении с видеозаписью процесса покупки спорного товара, согласно которым для получения видеозаписи необходимо связаться с представителем истца по представленным контактным данным или направить запрос.

Таким образом, при получении ответчиком направленных ему документов, он мог самостоятельно ознакомиться с указанной видеозаписью.

Кроме того, не находят своего подтверждения и доводы ответчика о том, что батарейки, приобретенные продавцом для личного использования, не связанного с предпринимательской деятельность, были выставлены на продажу без согласования с руководством общества.

Поскольку покупка товара оформлена в соответствии с требованиями статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации, кассовый чек является доказательством, подтверждающим факт розничной купли-продажи товара в торговой точке ответчика и от имени ответчика.

Согласно пункту 2 статьи 433 Гражданского кодекса Российской Федерации, если в соответствии с законом для заключения договора необходима также передача имущества, договор считается заключенным с момента передачи соответствующего имущества (статья 224 ГК РФ).

В силу статьи 16 Трудового кодекса Российской Федерации трудовые отношения возникают также на основании фактического допущения работника с ведома, или по поручению работодателя в случае, когда трудовой договор не оформлен.

В соответствии со статьей 401 Гражданского кодекса Российской Федерации действия работников должника по исполнению его обязательства считаются действиями самого должника, и он несет за них ответственность.

В силу пункта 1 статьи 1068 Гражданского кодекса Российской Федерации юридическое лицо возмещает вред, причиненный его работником при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей.

Из смысла приведенных норм права следует, что одним из условий ответственности работодателя является причинение вреда работником именно при исполнении им трудовых (служебных, должностных) обязанностей, то есть вред причиняется в связи с исполнением трудовой функции. К таким действиям относятся действия производственного (хозяйственного, технического) характера, совершение которых входит в круг трудовых обязанностей работника по трудовому или гражданско-правовому договору.

Кроме того, согласно пункту 54 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» надлежащим ответчиком по требованию о применении мер ответственности за нарушение исключительного права, допущенное работником юридического лица или гражданина при исполнении трудовых (служебных, должностных) обязанностей, является названное юридическое лицо или гражданин, работник которого допустил нарушение (пункт 1 статьи 1068 ГК РФ).

Также суд отмечает, что исходя из представленного в материалы дела кассового чека, следует, что батарейки внесены в программу контрольно-кассовой техники, в ином случае в чеке не было бы прописано «1. Батарейка Super GP AA».

В силу статьи 493 Гражданского кодекса Российской Федерации договор розничной купли-продажи считается заключенным в надлежащей форме с момента выдачи продавцом покупателю кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара.

Факт розничной продажи ответчиком контрафактного товара подтвержден кассовым

чеком от 18.11.2024, в котором содержатся реквизиты (наименование, ИНН, адрес) непосредственно ответчика по данному делу, следовательно, является доказательством заключения договора розничной купли-продажи между ответчиком и представителем истца.

Так, 18.11.2024 истцом установлен факт реализации Обществом с ограниченной ответственностью «Буржуй» в торговой точке, расположенной по адресу: <...>, товара – «Батарейки» в количестве 4 штуки в единой упаковке по цене 140,00 рублей, обладающего техническими признаками контрафактности. Факт реализации указанного товара в том числе подтверждается видеозаписью процесса закупки.

В силу пункта 55 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» факт неправомерного распространения контрафактных материальных носителей в рамках договора розничной купли-продажи может быть установлен не только путем представления кассового или товарного чека или иного документа, подтверждающего оплату товара, а также заслушивания свидетельских показаний (статья 493 ГК РФ), но и на основании иных доказательств, например аудио- или видеозаписи.

Для признания аудио- или видеозаписи допустимым доказательством согласия на проведение аудиозаписи или видеосъемки того лица, в отношении которого они производятся, не требуется.

Более того, в материалы дела истцом представлены фотографии спорного товара и сам спорный товар, на котором изображен товарный знак, схожий до степени смешения с товарными знаками № 106674.

Вопрос об оценке сходства до степени смешения сравниваемых товарных знаков не может быть поставлен перед экспертом, так как такая оценка дается судом с точки зрения обычного потребителя соответствующего товара, не обладающего специальными знаниями (пункт 162 Постановления Пленума Верховного Суда РФ от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации», Постановления Президиума Высшего Арбитражного Суда РФ от 18.07.2006 № 2979/06, от 17.04.2012 № 16577/11, пункт 37 Обзора судебной практики по делам, связанным с разрешением споров о защите интеллектуальных прав, утвержденного Президиумом Верховного Суда РФ 23.09.2015, Определение Верховного Суда РФ от 02.02.2017 № 309-ЭС16-15153).

При определении сходства изобразительных и словесных обозначений наиболее важным является первое впечатление, получаемое при их сравнении. Именно оно

наиболее близко к восприятию товарных знаков потребителями, которые уже приобретали такой товар. Поэтому, если при первом впечатлении сравниваемые обозначения представляются сходными, а последующий анализ выявит отличие обозначений за счет расхождения отдельных элементов, то при оценке сходства обозначений целесообразно руководствоваться первым впечатлением.

Суд, проведя сравнительный анализ противопоставляемых обозначений, установил их визуальное сходство, что свидетельствует о восприятии у обычного потребителя изображений и надписи как товарных знаков, принадлежащих истцу, в связи с чем, пришел к выводу о возможности ассоциировать сравниваемые объекты один с другим, а, следовательно, об их сходстве до степени смешения.

Доказательств, подтверждающих, что истец передал ответчику исключительные права на использование товарного знака, ответчиком в материалы дела не представлено.

Таким образом, представленные в материалы дела доказательства, в своей совокупности и взаимосвязи, подтверждают факт нарушения ответчиком прав истца на товарный знак путем реализации контрафактного товара.

Согласно статье 1301 Гражданского кодекса Российской Федерации, в случаях нарушения исключительного права на произведение автор или иной правообладатель наряду с использованием других применимых способов защиты и мер ответственности, установленных настоящим Кодексом (статьи 1250, 1252 и 1253), вправе в соответствии с пунктом 3 статьи 1252 настоящего Кодекса требовать по своему выбору от нарушителя вместо возмещения убытков выплаты компенсации:

- в размере от десяти тысяч рублей до пяти миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда;

- в двукратном размере стоимости экземпляров произведения или в двукратном размере стоимости права использования произведения, определяемой исходя из цены, которая при сравнимых обстоятельствах обычно взимается за правомерное использование произведения.

В пунктах 59, 60, 61, 62, 63, 64, 68 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.04.2019 № 10 «О применении части четвертой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что компенсация подлежит взысканию при доказанности факта нарушения, при этом правообладатель не обязан доказывать факт несения убытков и их размер. Нарушение прав на каждый результат интеллектуальной деятельности или средство индивидуализации является самостоятельным основанием применения мер защиты интеллектуальных прав (статьи 1225, 1227, 1252 ГК РФ).

Заявляя требование о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти

миллионов рублей, определяемом по усмотрению суда, истец должен представить обоснование размера взыскиваемой суммы (пункт 6 части 2 статьи 131, абзац восьмой статьи 132 ГПК РФ, пункт 7 части 2 статьи 125 АПК РФ), подтверждающее, по его мнению, соразмерность требуемой им суммы компенсации допущенному нарушению, за исключением требования о взыскании компенсации в минимальном размере.

Рассматривая дела о взыскании компенсации, суд, по общему правилу, определяет ее размер в пределах, установленных Гражданским кодексом Российской Федерации (абзац второй пункта 3 статьи 1252). По требованиям о взыскании компенсации в размере от десяти тысяч до пяти миллионов рублей суд определяет сумму компенсации исходя из представленных сторонами доказательств не выше заявленного истцом требования.

Суд определяет размер подлежащей взысканию компенсации и принимает решение (статья 196 ГПК РФ, статья 168 АПК РФ), учитывая, что истец представляет доказательства, обосновывающие размер компенсации (абзац пятый статьи 132, пункт 1 части 1 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 1 статьи 126 АПК РФ), а ответчик вправе оспорить как факт нарушения, так и размер требуемой истцом компенсации (пункты 2 и 3 части 2 статьи 149 ГПК РФ, пункт 3 части 5 статьи 131 АПК РФ).

Размер подлежащей взысканию компенсации должен быть судом обоснован. При определении размера компенсации суд учитывает, в частности, обстоятельства, связанные с объектом нарушенных прав (например, его известность публике), характер допущенного нарушения (в частности, размещен ли товарный знак на товаре самим правообладателем или третьими лицами без его согласия, осуществлено ли воспроизведение экземпляра самим правообладателем или третьими лицами и т.п.), срок незаконного использования результата интеллектуальной деятельности или средства индивидуализации, наличие и степень вины нарушителя (в том числе носило ли нарушение грубый характер, допускалось ли оно неоднократно), вероятные имущественные потери правообладателя, являлось ли использование результатов интеллектуальной деятельности или средств индивидуализации, права на которые принадлежат другим лицам, существенной частью хозяйственной деятельности нарушителя, и принимает решение исходя из принципов разумности и справедливости, а также соразмерности компенсации последствиям нарушения.

Доказательств наличия оснований, для освобождения от ответственности в виде компенсации за нарушение исключительных прав на товарный знак, ответчиком не представлено.

Истцом заявлено требование о взыскании компенсации за вышеуказанное нарушение в размере 50 000,00 рублей.

Заявленный размер компенсации истцом устанавливался исходя из характеризующих нарушение обстоятельств, таких как:

- продукция ДжиПи Глобал Маркетинг Корпорейш в лице исключительного лицензиата ООО «А Зет» на протяжении более чем 30 лет (с 1994 года) поставляется на российский рынок и обеспечивает потребителей доступом к качественным элементам питания. Вся продукция товаров, выпускаемых под торговой маркой «GP» производится в соответствии со сложным техническим процессом. Товары, выпускаемые под торговой маркой «GP» реализуются на территории России только через специализированные каналы сбыта, официальных дистрибьюторов с которыми у общества заключены соответствующие соглашения;

- ответчик обладал реальной возможностью приобрести лицензионные товары у лицензиата или у одного из официальных дистрибьюторов на территории Российской Федерации, при этом в открытом доступе в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет» содержатся сведения о том, как отличить лицензионную продукцию правообладателя от контрафактной. Вместе с тем, должная степень осмотрительности ответчиком проявлена не была;

- реализация контрафактной продукции и их масштаб в совокупности причиняют реальный ущерб интересам лицензиата и правообладателя. Действия, направленные на ведение недобросовестной конкуренции и связанные с незаконным привлечением покупательского спроса, приобретением конкурентных преимуществ на рынке, противоречит законодательству Российской Федерации, обычаям делового оборота, требованиям добропорядочности, а также наносят существенный, в том числе репутационный убыток ООО «А Зет»;

- продажа контрафактной продукции, помимо нарушения исключительных прав правообладателя, является грубым пренебрежением безопасности конечного потребителя и нарушением государственных стандартов качества, поскольку контрафактная продукция производится из некачественных и потенциально опасных материалов, которые могут причинить вред жизни и здоровью детей, использующих данные товары, так как контрафактная продукция используется в качестве совокупности электрических элементов, то есть обладает горючим потенциалом, создает риск здоровью и жизни населения;

- наличие в розничных магазинах контрафактных товаров по демпинговым ценам ведет к расторжению действующих лицензионных контрактов и невозможности поиска правообладателем новых партнеров;

- потребители вводятся в заблуждение относительно спорной продукции, поскольку

данная продукция произведена не правообладателем, не лицензиатами правообладателя и введена в гражданский оборот неправомерно;

- правообладатель теряет прибыль, поскольку рынок насыщается неправомерно введённой в гражданский оборот продукцией, приобретая которую, потребители, таким образом, отказываются от приобретения продукции, правомерно изготовленной лицензиатами правообладателя либо непосредственно правообладателем.

Вместе с тем, истец производит расчет компенсации с учетом инфляции.

Согласно позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в постановлении от 13.12.2016 № 28-П, при определенных условиях возможно снижение судом размера компенсации ниже низшего предела, установленного статьями 1301 и 1515 ГК РФ, однако такое уменьшение возможно лишь по заявлению ответчика и при следующих условиях: убытки поддаются исчислению с разумной степенью достоверности, а их превышение должно быть доказано ответчиком; правонарушение совершено впервые; использование объектов интеллектуальной собственности, права на которые принадлежат другим лицам, с нарушением этих прав не являлось существенной частью деятельности ответчика и не носило грубый характер (например, если продавцу не было заведомо известно о контрафактном характере реализуемой им продукции).

Учитывая штрафной характер взыскиваемой компенсации, следует принимать во внимание, что нарушитель не может быть поставлен в равное или преимущественное положение по сравнению с лицом, правомерно использующим произведение.

Вместе с тем, ответчиком заявлено о снижении размера взыскиваемой компенсации.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 47 Обзора от 23.09.2015, суд определяет размер компенсации не произвольно, а исходя из оценки представленных сторонами доказательств.

Рассмотрев ходатайство ответчика о снижении суммы компенсации, оценив имеющиеся в деле доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, приняв во внимание указанные ответчиком обстоятельства, совершения нарушения впервые (доказательств иного не представлено), в отношении одного товарного знака, отсутствие доказательств того, что продажа контрафактного товара не являлась существенной частью предпринимательской деятельности ответчика, учитывая период и характер допущенного нарушения, степень вины, фактические обстоятельства дела, незначительную стоимость реализованного товара (140,00 рублей), исходя из принципов разумности и справедливости, необходимости сохранения баланса прав и законных интересов сторон, соразмерности компенсации последствиям нарушения, суд приходит к выводу о наличии оснований для

снижения компенсации за нарушение исключительных прав до 10 000,00 рублей за совершенное нарушение, оснований для большего снижения компенсации судом не установлено.

По мнению суда, размер компенсации в указанном размере в достаточной мере отвечает принципам разумности и справедливости, соразмерности последствиям нарушения.

Учитывая вышеизложенное, требования истца о взыскании компенсации за нарушение исключительных прав подлежат удовлетворению частично в размере 10 000,00 рублей.

Истцом также заявлено требование о взыскании с ответчика судебных издержек в размере стоимости вещественного доказательства – товара, приобретенного у ответчика в сумме 140,00 рублей, а также стоимость почтовых отправлений в размере 328,84 рублей

Статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации установлено, что к судебным издержкам, связанным с рассмотрением дела в арбитражном суде, отнесены денежные суммы, подлежащие выплате экспертам, специалистам, свидетелям, переводчикам, расходы, связанные с проведением осмотра доказательств на месте, расходы на оплату услуг адвокатов и иных лиц, оказывающих юридическую помощь (представителей), расходы юридического лица на уведомление о корпоративном споре в случае, если федеральным законом предусмотрена обязанность такого уведомления, и другие расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в связи с рассмотрением дела в арбитражном суде.

Согласно пункту 2 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 21.01.2016 № 1 «О некоторых вопросах применения законодательства о возмещении издержек, связанных с рассмотрением дела» расходы, понесенные истцом в связи с собиранием доказательств до предъявления искового заявления в суд, также могут быть признаны судебными издержками, если несение таких расходов было необходимо для реализации права на обращение в суд и собранные до предъявления иска доказательства соответствуют требованиям относимости, допустимости.

Исходя из взаимосвязи статьи 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации с положениями статей 64, 65 Кодекса, за счет проигравшей стороны могут подлежать возмещению и расходы, связанные с получением в установленном порядке сведений о фактах, представляемых в арбитражный суд лицами, участвующими в деле, для подтверждения обстоятельств, на которые они ссылаются в обоснование своих требований и возражений (данная правовая позиция выражена в определениях Конституционного Суда Российской Федерации от 25.09.2014 № 2186-О, от

04.10.2012 № 1851-О).

Предметом иска по настоящему делу является взыскание компенсации за нарушение исключительных прав. В предмет доказывания по делу входит, в том числе, установление факта реализации товара, содержащего обозначения, сходные до степени смешения в отсутствие согласия истца.

Так истец просит возместить ему судебные расходы на приобретение товара в размере 140,00 рублей.

Учитывая изложенное, расходы на приобретение спорного товара в размере 140,00 рублей понесены истцом для сбора доказательств по делу и отвечают критериям, установленным статьей 106 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в связи с чем, подлежат возмещению за счет ответчика в качестве судебных издержек.

Факт несения истцом почтовых расходов по отправлению претензии и искового заявления в адрес ответчика подтверждается квитанцией № 250053 (касса № 660000.06) от 15.12.2024 на сумму 328,84 рублей. Указанная квитанция адресована ООО «Буржуй».

В связи с чем, подтвержденная материалами дела сумма почтовых расходов составляет 328,84 рублей, и заявленные расходы в данной части подлежат удовлетворению.

В соответствии с часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судебные расходы, понесенные лицами, участвующими в деле, в пользу которых принят судебный акт, взыскиваются арбитражным судом со стороны.

В случае, если иск удовлетворен частично, судебные расходы относятся на лиц, участвующих в деле, пропорционально размеру удовлетворенных исковых требований.

Истцом при подаче настоящего искового заявления на основании платежного получения № 881 от 25.03.2025 была уплачена государственная пошлина в размере 10 000,00 рублей.

При этом, несмотря на частичное удовлетворение исковых требований, судебные расходы не подлежат пропорциональному исчислению, поскольку частичное удовлетворение исковых требований было связано с заявлением ответчика о снижении компенсации.

Принятие соответствующего судебного акта фактически означает доказанность нарушения исключительных прав правообладателя, а снижение размера подлежащей выплате компенсации обусловливается не неправомерностью (чрезмерностью) заявленного им ее минимального размера, а наличием оснований для использования особого правомочия арбитражного суда, обусловленных не избыточностью исковых

требований, а необходимостью - с учетом обстоятельств конкретного дела и личности нарушителя - соблюдения конституционных принципов справедливости, равенства и соразмерности при применении данной штрафной санкции, выполняющей, наряду с защитой частных интересов правообладателя, публичную функцию превенции (Постановление Конституционного Суда Российской Федерации от 13 декабря 2016 года № 28-П).

Данная позиция согласуется с постановлением Конституционного суда Российской Федерации от 28.10.2021 № 46-П.

Таким образом, расходы по государственной пошлине в порядке статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на ответчика и подлежат взысканию в пользу истца в размере 10 000,00 рублей.

В соответствии со статьей 80 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации вещественные доказательства, находящиеся в арбитражном суде, после их осмотра и исследования судом возвращаются лицам, от которых они были получены, если они не подлежат передаче другим лицам.

Вместе с тем, Арбитражный процессуальный кодекс Российской Федерации устанавливает специальные правила распоряжения вещественными доказательствами, которые согласно федеральному закону изъяты из гражданского оборота (часть 3 статьи 80). К таким доказательствам в силу статьи 1252 Гражданского кодекса Российской Федерации закон относит контрафактную продукцию.

Оснований для возврата из материалов дела вещественного доказательства - контрафактного товара не имеется, поскольку он подлежит изъятию из оборота.

На основании изложенного, контрафактный товар, приобщенный к делу в качестве вещественного доказательства, подлежит уничтожению после вступления решения в законную силу.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

1. Исковое заявление удовлетворить частично.

2. Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «Буржуй» в пользу Общества с ограниченной ответственностью «А Зет» компенсацию за нарушение исключительных прав на товарный знак № 106674 в размере 10 000,00 рублей, а также судебные расходы по оплате государственной пошлины в размере 10 000,00 рублей, стоимость товара в размере 140,00 рублей, почтовые расходы в размере 328,84 рублей.

3. В удовлетворении остальной части исковых требований - отказать.

Представленный истцом в качестве вещественного доказательства контрафактный товар – уничтожить после вступления решения в законную силу в соответствии с пунктом 14.16 Инструкции по делопроизводству в арбитражных судах Российской Федерации, утвержденной постановлением Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.12.2013 № 100. Акт об уничтожении вещественного доказательства хранить в деле.

Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, и может быть обжаловано до истечения указанного срока в Двадцать первый арбитражный апелляционный суд.

Судья Е.В. Гранковская