Постановление от 29 июля 2018 г. ФАС УО (ФАС Уральского округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-2904/18

Екатеринбург

30 июля 2018 г.


Дело № А60-53138/2015

Резолютивная часть постановления объявлена 23 июля 2018 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 30 июля 2018 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Новиковой О. Н.,

судей Рогожиной О. В., Шершон Н. В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.12.2017 по делу №А60-53138/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2018 по тому же делу.

Определением Арбитражного суда Уральского округа от 19.07.2018 в порядке пункта 1 части 3 статьи 18 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации произведена замена председательствующего судьи Соловцова С.Н. на председательствующего судью Новикову О.Н.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

ФИО1 - ФИО2 (доверенность от 14.10.2016 серии 66 АА номер 3976272);

финансового управляющего должника ФИО3 – ФИО4 - ФИО5 (доверенность от 30.03.2018);

публичного акционерного общества «Сбербанк России» (далее – общество «Сбербанк России», Банк) - ФИО6 (доверенность от 14.10.2016 № 5-ДГ/515).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2015 принято к производству заявление общества «Сбербанк России» о признании ФИО3 несостоятельным (банкротом), возбуждено дело о банкротстве.

Определением суда от 17.02.2016 в отношении ФИО3 введена процедура реструктуризация долгов гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Решением суда от 17.08.2016 ФИО3 признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Финансовый управляющий ФИО4 01.06.2017 обратился в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением, с учетом уточнения в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации о признании на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительным брачного договора от 07.06.2012, заключенного между должником и ФИО1, применении последствий недействительности сделки в виде установления режима совместной собственности на все имущество, принадлежащее ФИО1, в частности:

- земельный участок площадью 2 157 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ДНП «Шишкино», ул. Брусничная, 44, кадастровый номер 66:35:0221001:2277;

- квартира площадью 54,4 кв.м, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:35:0109003:2197;

- жилой дом площадью 256,1 кв.м расположенный по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ДНП «Шишкино», ул. Брусничная, 44, кадастровый номер: 66:35:0221001:4528;

- автомобиль Вольво ХС60, идентификационный номер VIN <***>, 2014 года выпуска, модель двигателя 1499408.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 06.12.2017 (судья Койнова Н.В.) заявление финансового управляющего удовлетворено. Признан недействительным брачный договор от 07.06.2012, заключенный между должником и ФИО1 Судом применены последствия недействительности ничтожной сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности имущества, приобретенного ФИО3 и ФИО1 в период их брака.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2018 (судьи Нилогова Т.С., Мармазова С.И., Романов В.А.) определение суда первой инстанции от 06.12.2017 оставлено без изменения.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 12.07.2018 к банкротству ФИО3 применены правила параграфа 4 главы X Федерального закона от 26.10.2002 №127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)», устанавливающего особенности рассмотрения дела о банкротстве гражданина в случае его смерти.

В кассационной жалобе ФИО1 просит определение суда первой инстанции от 06.12.2017 и постановление суда апелляционной инстанции от 21.03.2018 отменить, принять по делу новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявленных требований, ссылаясь на нарушение норм материального и процессуального права, несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в материалах дела доказательствам. Заявитель полагает, что указанные судами обстоятельства не свидетельствуют о злоупотреблении правом и не могут служить основанием для признания сделки недействительной по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, так как ни сговора, ни осведомленности другой стороны о недобросовестности судами не установлено. Заявитель указывает, что обстоятельства возникновения долга по договорам поручительства (заключенных не только до брака, но и до знакомства будущих супругов), отсутствие до 24.03.2015 какой-либо информации на сайте службы судебных приставов о наличии задолженности, - в совокупности подтверждают неосведомленность супруги о наличии таковых, доказательств обратного материалы дела не содержат. Заявитель указывает, что выводы судов о злоупотреблении правом со ссылкой на возникшую до заключения брачного договора задолженность противоречат фактическим обстоятельствам дела: задолженность перед Свердловским областным фондом поддержки предпринимательства погашалась ФИО3 и после заключения брачного договора (до 24.06.2014); задолженность перед открытым акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу» возникла из договора поручительства, по которому Банк незаконно в 2017 году (а не в 2014) увеличил процентную ставку; задолженность перед обществом «Сбербанк России» возникла через несколько лет после заключения брачного договора. Заявитель утверждает, что причины и основания заключения брачного договора носили личный характер и были полностью раскрыты супругой должника при рассмотрении дела в суде первой инстанции; также супругой полностью раскрыты обстоятельства приобретения в собственность недвижимости на личные (добрачные) средства. Заявитель считает, что выводы судов об уклонении супруги от предоставления информации противоречат материалам дела.

В судебном заседании на обозрение суда представлялась копия свидетельства от 29.04.2018 о смерти должника 27.04.2018. После обозрения копия документа возвращена представителю.

В отзывах на кассационную жалобу финансовый управляющий ФИО4 и общество «Сбербанк России» просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считая доводы, изложенные в ней, несостоятельными.

В силу части 1 статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации суд кассационной инстанции проверяет законность определений, постановлений, принятых арбитражными судами первой и апелляционной инстанций, исходя из доводов, содержащихся в кассационной жалобе и возражениях относительно жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, между ФИО3 и его супругой ФИО1 07.06.2012 заключен брачный договор, в соответствии с условиями которого все движимое и недвижимое имущество, в том числе доли в праве общей собственности на такое имущество, имущественные права, доли в капитале юридических лиц, приобретенные супругами в период после регистрации брака, но до заключения указанного договора, независимо от оснований приобретения, включая и то, которое получено одним из супругов в порядке приватизации, по наследству или в дар, является исключительно единоличной собственностью того из супругов, на чье имя оно было зарегистрировано.

В пункте 6 договора стороны закрепили, что имущество, в отношении которого супругами устанавливается режим раздельной собственности, будет считаться собственностью того супруга, на чье имя оно зарегистрировано, даже в случае, если за счет имущества или труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование или другое). Понесенные при этом расходы не подлежат возмещению, даже в случае расторжения брака.

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 11.11.2015 по заявлению общества «Сбербанк России» в связи с наличием задолженности в размере более 350 млн. руб. возбуждено дело о банкротстве ФИО3

Определением суда от 17.02.2016 в отношении должника введена процедура реструктуризация долгов гражданина, решением суда от 17.08.2016 должник признан банкротом с открытием процедуры реализации имущества гражданина, финансовым управляющим утвержден ФИО4

Ссылаясь на то, что оспариваемый брачный договор заключен между заинтересованными лицами для исключения возможности обращения взыскания на имущество должника, фактически между супругами режим раздельной собственности не был установлен и в результате заключения оспариваемого брачного договора причинен вред имущественным правам кредиторов, финансовый управляющий ФИО4 обратился в арбитражный суд с заявлением о признании на основании статей 10, 168, 170 Гражданского кодекса Российской Федерации недействительной сделки - брачного договора от 07.06.2012.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего, суд первой инстанции исходил из наличия всей совокупности обстоятельств, необходимых для признания оспариваемой сделки недействительной по заявленным правовым основаниям. С этой позицией согласился суд апелляционной инстанции. Суды при этом руководствовались следующим.

В силу пункта 1 статьи 213.32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закона о банкротстве) заявление об оспаривании сделки должника-гражданина по специальным основаниям, предусмотренным названным Законом, может быть подано финансовым управляющим по своей инициативе либо по решению собрания кредиторов или комитета кредиторов, а также конкурсным кредитором или уполномоченным органом, если размер его кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, составляет более десяти процентов общего размера кредиторской задолженности, включенной в реестр требований кредиторов, не считая размера требований кредитора, в отношении которого сделка оспаривается, и его заинтересованных лиц.

Пункт 1 статьи 213.32 Закона о банкротстве (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ) применяется к совершенным с 01.10.2015 сделкам граждан, не являющихся индивидуальными предпринимателями.

Сделки указанных граждан, совершенные до 01.10.2015 с целью причинить вред кредиторам, могут быть признаны недействительными на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации по требованию финансового управляющего или конкурсного кредитора (уполномоченного органа) в порядке, предусмотренном пунктами 3 - 5 статьи 213.32 (в редакции Федерального закона от 29.06.2015 № 154-ФЗ).

Статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации предусматривает, что не допускается осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом). Добросовестность участников гражданских правоотношений и разумность их действий предполагается.

Исходя из анализа пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам.

При этом для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам.

Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Согласно разъяснения, данным в пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)», исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов, по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Таким образом, для оспаривания сделки на основании статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации фактически необходимо доказать цель причинения вреда имущественным правам кредиторов, а также уменьшение конкурсной массы должника в результате оспариваемой сделки.

Цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается в том числе, если на момент совершения сделки должник отвечал или в результате совершения сделки стал отвечать признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

При исследовании обстоятельств дела судами установлено, что на момент совершения оспариваемой сделки у ФИО3 имелись неисполненные обязательства, в частности, перед Свердловским областным фондом поддержки предпринимательства в размере 431 667 руб. 73 коп., в том числе 152 577 руб. 13 коп. основной долг, 269 054 руб. 93 коп. неустойка, 10 035 руб. 67 коп. расходы по уплате государственной пошлины, что подтверждается апелляционным определением Свердловского областного суда от 18.06.2013, определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2016 по настоящему делу. Из содержания указанных судебных актов следует, что между Свердловским областным фондом поддержки малого предпринимательства (в настоящее время наименование - Свердловский областной фонд поддержки предпринимательства (микрофинансовая организация); далее – Фонд) (займодавец) и обществом «Мир эмоций» (заемщик) был заключен договор компенсационного займа от 04.05.2007 № 03 КЗ, согласно которому, Фонд предоставил обществу «Мир эмоций» заем в размере 1 999 119 руб. сроком до 04.05.2009. В обеспечение обязательств заемщика по указанному договору были заключены договоры поручительства рядом физических лиц, в том числе с ФИО3, в соответствии с которыми поручители обязались нести перед Фондом солидарную с заемщиком ответственность. Поскольку в установленные сроки обязательства перед Фондом не исполнены, Фонд обратился с иском о взыскании задолженности по договору займа в сумме 801 728 руб. 65 коп. с заемщика и поручителей.

Непосредственно перед совершением оспариваемой сделки должник продал ФИО1 100% доли участия в обществе с ограниченной ответственностью «Стратегический Фонд ННВ» (далее – общество «Стратегический Фонд ННВ»), в результате единственным участником данного юридического лица вместо ФИО3 стала его супруга ФИО1 (дата внесения записи в Единый государственный реестр юридических лиц - 19.06.2012). Уставный капитал общества - 100 000 руб., тем самым утрачено имущество, на которое могло быть обращено взыскание по обязательствам должника.

Согласно анализу выписок по счету должника, на протяжении длительного промежутка времени должником регулярно перечислялись ФИО1 денежные средства на общую сумму 723 570 руб.

Судами также установлено, что должник являлся индивидуальным предпринимателем, учредителем/участником большого количества обществ (ООО «Апрайт-Челябинск» ИНН <***>, ООО «Живая кухня» ИНН <***>, ООО «Апрайт-Пермь» ИНН <***>, ООО «Апрайт» ИНН <***>, ООО «Апрайт-Екатеринбург» ИНН <***>, ЧОУ ДПО «Апрайт» ИНН <***>, ООО «РозТорг» ИНН <***>, ООО «АвтоСоюз» ИНН <***>, ООО «Светояр» ИНН <***>, ООО «Другая реальность» ИНН <***>, ООО «ВТС» ИНН <***>, ОАО «ПЭТ-диагностика Урал» ИНН <***>, ООО «ЛигаСервис» ИНН <***>), тогда как ФИО1 являлась только директором и участником общества «Стратегический фонд ННВ», доля участия в котором была приобретена у должника.

Исходя из данных обстоятельств, а также того, что осуществление коммерческой, предпринимательской деятельности предполагает, что у такого лица всегда будут кредиторы, а, соответственно действия по уклонению от обращения взыскания на имущество (вывод имущества на третьи лица) - не могут быть признаны добросовестными и разумными, вне зависимости от того, находится ли такое лицо в просрочке перед кредитором или нет; создание ФИО3 условий, при которых он фактически может избежать имущественной ответственности перед кредиторами, при этом сохранив контроль как лица, в формальной собственности которого находится имущество, так и контроль самого имущества, суды признали, что наличие брака свидетельствует о возможности сохранения контроля должником над обществом «Стратегический фонд ННВ».

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации все имеющиеся в материалах дела доказательства, исходя из фактических обстоятельств дела, суды также установили, что должник обладал большим доходом из значительного количества источников, чем его супруга, однако, все приобретаемое и свободное от обременения правами иных лиц имущество регистрировалось исключительно на ФИО1

Так, судами установлено, что ФИО1 принадлежат следующие объекты недвижимого имущества:

а) квартира, площадью 33,8 кв.м, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:35:0109003:2197 (совместная собственность с должником) дата государственной регистрации 19.11.2012;

б) земельный участок площадью 2 157 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ДНП «Шишкино», ул. Брусничная, 44, кадастровый номер 66:35:0221001:2277 (основание государственной регистрации договор купли-продажи земельного участка от 11.09.2014);

в) жилой дом площадью 256,1 кв.м расположенный по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ДНП «Шишкино», ул. Брусничная, 44, кадастровый номер: 66:35:0221001:4528 (основание государственной регистрации договор купли-продажи земельного участка от 11.09.2014, декларация об объекте недвижимого имущества от 11.08.2015);

г) квартира площадью 54,4 кв.м, расположенная по адресу: <...>, кадастровый номер: 66:35:0109003:2197 (дата государственной регистрации 17.07.2017).

Основная часть данного имущества не имеет обременений, тогда как непосредственно должнику из имущества принадлежат лишь доля в праве собственности на квартиру в г. Березовский и автомобиль, которые находятся в залоге у кредиторов должника.

До заключения брачного договора ФИО3 уже имел кредиторскую задолженность перед Фондом и открытым акционерным обществом «Акционерный коммерческий банк содействия коммерции и бизнесу» (поручительство ФИО3 было признано прекращенным только в 2014 году).

Определением Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2016 по настоящему делу № А60-53138/2015 включены в третью очередь реестра требований кредиторов ФИО3 требование общества с ограниченной ответственностью «АвтоСоюз» (далее – общество «АвтоСоюз») в размере 25 969 344 руб. 61 коп. Указанным судебным актом установлено, что ФИО3 в течение периода с 31.03.2015 по 17.11.2015 были получены денежные средства в сумме 11 354 180 руб., на основании договора займа от 28.04.2014 получены денежные средства в сумме 12 000 000 руб., то есть всего из подконтрольного ему общества получено 23 354 180 руб. Кроме того, у должника уже существовало обязательство перед обществом «Сбербанк России» в виде поручительства за общество «АвтоСоюз» по возврату кредитных денежных средств в общей сумме 201 209 935 руб. 95 коп., подтвержденное решением Третейского суда при Автономной некоммерческой организации «Независимая арбитражная палата» от 23.04.2015 по делу № Т-ЕКТ/15-1827.

Таким образом, суды установили, что все недвижимое имущество, за исключением квартиры, площадью 33,8 кв.м, было зарегистрировано на ФИО1 в тот период, когда у должника уже существовали вышеуказанные денежные обязательства. Жилой дом площадью 256,1 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Березовский, ДНП «Шишкино», ул. Брусничная, 44, кадастровый номер: 66:35:0221001:4528, зарегистрирован за супругой должника после вынесения решения третейским судом по делу от 23.04.2015 № Т-ЕКТ/15-1827.

С учетом данных обстоятельств судами сделаны выводы о том, что в результате перечисленных действий ФИО1 стала принадлежать существенно большая доля имущества, приобретенная в период брака, чем должнику, а должник и его супруга, зная о том, что ФИО3 будет нести имущественную ответственность перед третьими лицами, при этом преследовали цель предотвращения негативных для интересов ФИО3 последствий в виде обращения взыскания на соответствующее имущество. Иное суду не доказано (статьи 9, 65 АПК РФ).

Кроме того, суд апелляционной инстанции, исходя из анализа реестра требований кредиторов должника, сформированной конкурсной массы, а также имущества, зарегистрированного за ФИО1, установил, что в результате заключения брачного договора, несения расходов на приобретение имущества и его регистрации за ответчиком, фактически сложилась ситуация, при которой все долговые обязательства супругов Н-вых и личные обязательства должника остались на стороне ФИО3, а все активы (имущество) семьи Н-вых - на стороне ФИО1

При этом оценивая доводы ответчика о том, что ФИО1 не была осведомлена на момент заключения оспариваемой сделки о наличии у должника кредитной задолженности по договору поручительства от 19.04.2007 по обязательству общества «Мир эмоции», ввиду того, что на указанную дату ФИО1 не была знакома с должником, о погашении должником в добровольном порядке задолженности в период с 07.08.2013 по 24.06.2014 (погашено более 300 тыс. руб.), об отсутствии у ФИО3 на момент заключения брачного договора признаков банкротства, суд апелляционной инстанции исходил из того, что факт заключения договора поручительства до заключения брака не исключает информированность супруги о наличии уже существующих обязательств супруга; частичное погашение долга перед Фондом по обязательствам общества «Мир эмоций» также не свидетельствует ни об отсутствии признаков банкротства у должника на момент совершения сделки, ни о цели заключения спорного брачного договора, в том числе с учетом поведения обоих супругов Н-вых в период действия брачного договора.

Судами установлено и материалами дела подтверждено, что супруги Н-вы не следовали режиму раздельной собственности имущества, приобретенного в период брака, в частности, должник свободно пользовался автомобилем Вольво ХС60 и неоднократно привлекался к административной ответственности за нарушение Правил дорожного движения, причем на территории различных субъектов Российской Федерации (в Краснодарском крае, Волгоградской области); расходы на строительство дома в г. Березовский ДНП «Шишкино» в значительной части нес ФИО3, при этом им со своего счета индивидуального предпринимателя и со счета общества «АвтоСоюз» на протяжении определенного периода времени перечислялись денежные средства в пользу ФИО1 (в настоящее время взысканы с ФИО1 в качестве неосновательного обогащения).

Так, согласно письму ГУ МВД по Краснодарскому краю от 04.04.2017 № 7/10-15-2277 должник 05.05.2016 был привлечен к административной ответственности, совершив административной правонарушение, управляя транспортным средством Вольво ХС60; согласно письму ГУ МВД по Волгоградской области от 02.05.2017 № 13/3/176101902199 должник 10.10.2016 был привлечен к административной ответственности, управляя тем же транспортным средством.

Судами также установлено, что ФИО3 производил оплату по договору подряда от 17.03.2014 № III-2, заключенного с индивидуальным предпринимателем ФИО7, а также осуществлял контроль строительства, что подтверждается постановлением об отказе в возбуждении уголовного дела от 01.02.2017 и свидетельскими показаниями ФИО7 ФИО3 в оплату строительных работ передано денежных средств в общем размере около 8 млн. руб., супругой должника передано около 1 млн. руб. Из представленных расписок о получении денежных средств по указанному договору подряда от 17.03.2014 следует, что платежи производились с февраля 2014 года по май 2015 года.

Кроме того, суды установили, что из определения Арбитражного суда Свердловской области от 31.05.2016 по настоящему делу о включении требований общества «АвтоСоюз» в размере 25 969 344 руб. 61 коп. следует, что ФИО3 в период с 28.04.2014 по 17.11.2015 были получены денежные средства в размере 23 354 180 руб., при этом ФИО3 пояснений о том, куда именно им были потрачены данные денежные средства, ни суду, ни финансовому управляющему не представил.

Установив данные обстоятельства, суды признали, что утверждения финансового управляющего имуществом должника о том, что источником приобретения земельного участка, а также строительства на нем жилого дома площадью 256,1 кв.м, могли быть именно указанные денежные средства, не опровергнуты, ни ФИО1, ни ФИО3 сведений об источнике финансирования приобретения данного имущества не представили, от предоставления соответствующих сведений уклоняются.

При этом принимая во внимание пояснения ФИО1 данные в рамках дела о взыскании с нее в пользу ФИО3 денежных средств в качестве неосновательного обогащения, согласно которым «Денежные средства, перечисленные с расчетного счета индивидуального предпринимателя ФИО3, принадлежат ФИО3 и являются его доходами, полученными от осуществления предпринимательской деятельности. Соответственно, денежные средства, перечисленные по платежным документам от 13.07.2015 № 9 в сумме 380 000 руб., от 21.07.2015 № 11 в сумме 200 000 руб., от 23.07.2015 № 12 в сумме 200 000 руб., от 23.07.2015 № 13 в сумме 200 000 руб., 28.07.2015 № 14 в сумме 250 000 руб., от 12.08.2015 № 16 в сумме 148 000 руб., от 14.08.2015 № 17 в сумме 100 000 руб., итого 1 478 000 руб. - это денежные средства, принадлежащие ФИО3, которые я ему передала после снятия с лицевого счета. Денежные средства, перечисленные в качестве заработной платы платежными поручениями от 13.10.2015 № 1 в сумме 71 000 руб., от 16.10.2015 № 2 в сумме 39 000 руб., от 22.10.2015 № 3 в сумме 80 000 руб., от 27.10.2015 № 4 в сумме 69 000 руб., от 27.10.2015 № 5 в сумме 35 000 руб., итого 294 000 руб., являются заработной платой ФИО3, которую он перечислял на мой лицевой счет»; суд общей юрисдикции пришел к выводу о недобросовестности ФИО3 и удовлетворил исковое заявление финансового управляющего должника о взыскании с ФИО1 1 984 500 руб., что следует из содержания решения Березовского городского суда от 12.09.2017 по делу № 2-1185/2017; указанное решение суда вступило в законную силу, в подтверждение чему финансовым управляющим представлено апелляционное определение Судебной коллегии по гражданским делам Свердловского областного суда от 20.12.2017 по делу № 33-21519/2017, суд апелляционной инстанции указал, суд первой инстанции правомерно ссылался на установленные в нем обстоятельства.

Проанализировав условия пункта 6 брачного договора от 07.06.2012, согласно которому имущество, указанное в пунктах 3 и 4 договора, в отношении которого супругами устанавливается режим раздельной собственности, будет считаться собственностью того супруга, на чье имя оно зарегистрировано, даже в случае, если за счет имущества или труда другого супруга были произведены вложения, значительно увеличивающие стоимость этого имущества (капитальный ремонт, реконструкция, переоборудование или другое); понесенные при этом расходы не подлежат возмещению, даже в случае расторжения брака, суды установили, что совокупность содержания пунктов 3, 4 и 6 брачного договора, отсутствие регистрации права собственности на ФИО3 после заключения договора, кроме той, которая обременена залогом и в настоящий момент реализована, ставят ФИО3 и его кредитором в крайне неблагоприятное положение, поскольку фактически должник лишен какой-либо собственности при наличии существенной долговой нагрузки.

Также судами установлено, что ФИО1 неоднократно уклонялась от предоставления запрашиваемых финансовым управляющим сведений, о приобретении (отчуждении) ФИО1 имущества, как движимого, так и недвижимого с 01.10.2010 по настоящее время, о полученных ФИО1 доходах и об удержанных суммах налогов и любых иных удержаниях за период с 01.10.2010 по 05.04.2016.

Так, суды установили, что ФИО1 при рассмотрении настоящего обособленного спора, в первом судебном заседании была изъявлена готовность по представлению всех истребуемых финансовым управляющим документов, однако, к следующему заседанию документы представлены лишь в незначительной части, а те, что представлены, были неполными, при этом ФИО1 скрыла факт наличия у нее расчетных счетов в банке, автотранспортного средства.

В результате чего было удовлетворено ходатайство финансового управляющего об истребовании документов, 03.09.2017 судом вынесено 4 определения об истребовании доказательств.

Исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации представленные в материалы дела доказательства, суды установили, что из поступившего ответа от ГУ Отделение ПФР по Свердловской области от 28.09.2017 № 11-17280, следует, что за период с 01.10.2013 по 30.09.2015 на страховую часть в пользу ФИО1 начислено взносов на общую сумму 28 531 руб. 20 коп. Исходя из того, что размер взноса на страховую часть составляет 10% дохода, полученного ФИО1 за указанный период (2 года), что составит 285 312 руб.

Наличие такого дохода является очевидно недостаточным для приобретения имущества, которое зарегистрировано за ФИО1 после заключения оспариваемого договора. Из поступившего в материалы дела ответа Межрайонной ИФНС России № 24 по Свердловской области следует, что декларации о доходах физических лиц (форма 2-НДФЛ и 3-НДФЛ) ФИО1 не представлялись.

Таким образом, с учетом содержания ответа ГУ ОПФР по Свердловской области, следует, что ФИО1 каких-либо иных доходов, кроме тех, что были получены от обществ «Апрайт» и «Стратегический фонд ННВ», не получала.

Согласно полученным из ГУ МВД России по Свердловской области сведениям за ФИО1 с 01.06.2011 по 14.11.2014 был зарегистрирован автомобиль Ниссан Кашкай 2.0; с 18.10.2014 и по настоящее время - автомобиль Вольво ХС60. Оба автомобиля приобретались/отчуждались в период брака с ФИО3

Установив данные обстоятельства, а также то, что ФИО1, помимо указанных, иных доходов не имела и не могла приобрести на собственные средства земельный участок, квартиру, жилой дом и автомобиль Вольво ХС60; по оценке финансового управляющего приблизительная стоимости указанного имущества составляет порядка 18 000 000 руб.; учитывая, что ходе рассмотрения спора было установлено, что ФИО1 скрывала факт приобретения и реализации имущества, суды пришли к выводу о том, что материалами дела подтверждаются обстоятельства, свидетельствующие об очевидном отклонении действий ФИО1 как участника гражданского оборота от добросовестного поведения.

При этом отклоняя доводы ФИО1 о том, что после заключения брачного договора имущество было приобретено в собственность ей на личные денежные средства, источник поступления которых ею был указан, суд апелляционной инстанции указал, что данные доводы были исследованы судом первой инстанции и отклонены ввиду непоследовательной позиции ФИО1 при указании собственных источников доходов, а также в непредставлении надлежащих доказательств в реальном получении денежных средств на основании того или иного гражданско-правового основания.

Отклоняя также утверждения ФИО1 о получение 4 000 000 руб. от продажи дома на оз. Увильды Челябинской области, наличии работы, а также доходов, получаемых в обществе «Стратегический фонд ННВ», получении декретных выплат в размере 300 000 руб., суд апелляционной инстанции установил, что указанные утверждения документально не подтверждены.

Материнский капитал, исходя из пояснений ФИО1, был реализован на приобретение квартиры, находящейся в совместной собственности с ФИО3, а не на иное имущество.

Доход от агентских соглашений в размере 2 750 000 руб. документально не подтвержден и, по утверждению ФИО1, был получен в 2017 году, соответственно, к рассматриваемой ситуации отношения не имеет.

Договоры займа на сумму 4 750 000 руб. не представлены.

Таким образом, установив, что ФИО1 не представила суду документов, свидетельствующих о получении ею в личную собственность денежных средств, достаточных для приобретения имущества (статья 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации); факт продажи и приобретения имущества родственникам (маме, бабушке, дедушке) на их же денежные средства не имеет отношения к настоящему обособленному спору, поскольку разумный и добросовестный участник отношений при наличии спора, в целях защиты своих прав всегда заинтересован в раскрытии достаточного количества обстоятельств, а также в их доказывании и обосновании и наоборот, переменчивая позиция стороны свидетельствует о попытке сокрыть факты незаконного и (или) недобросовестного поведения, суд апелляционной инстанции обоснованно констатировал, что в ходе рассмотрения спора ФИО1 была занята пассивная позиция по доказыванию своей добросовестности, так как все представленные документы либо не имеют отношения к существу спора, либо не подтверждают, что именно ФИО1 несла расходы, убедительных пояснений к представленным документам не представлено (ст. 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Кроме того, исследовав доводы ответчика о том, что судом первой инстанции не были оценены пояснения ФИО1 о причинах заключения брачного договора, суд апелляционной инстанции установил, что приведенные мотивы противоречат не только содержанию самого брачного договора, но и семейному законодательству, согласно которому имущество, принадлежавшее каждому из супругов до вступления в брак, а также имущество, полученное одним из супругов во время брака в дар, в порядке наследования или по иным безвозмездным сделкам (имущество каждого из супругов), является его собственностью (пункт 1 статьи 36 Семейного кодекса Российской Федерации).

При таких обстоятельствах учитывая, что брачный договор был заключен лишь по истечении двух лет после заключения брака и в период имеющейся у ФИО3 задолженности перед Банком в размере свыше 30 млн. руб., правовая судьба которой на тот момент времени еще не была определена; в силу брачного договора должник ФИО3 утратил права на имущество, на которое могло быть обращено взыскание по его обязательствам перед кредиторами, суд апелляционной инстанции отнесся критически к указанным ФИО1 мотивам.

Как указано в абзаце 2 пункта 7 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», предполагается, что другая сторона сделки знала о совершении сделки с целью причинить вред другим имущественным правам кредиторов, если она признана заинтересованным лицом (статья 19 Закона) либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Заинтересованными лицами по отношению к должнику - гражданину признаются его супруг, родственники по прямой восходящей и нисходящей линии, сестры, братья и их родственники по нисходящей линии, родители, дети, сестры и братья супруга (пункт 3 статьи 19 Закона о банкротстве).

Руководствуясь вышеназванными нормами права и соответствующими разъяснениями, исследовав и оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, оценив доводы лиц, участвующих в споре, и, принимая во внимание, что сделка в соответствии со статьей 19 Закона о банкротстве совершена должником с заинтересованным лицом - супругой ФИО1; установив, что оспариваемый договор устанавливающий режим общей совместной собственности имущества супругов Н-вых, с учетом последующего активного наращивания долговых обязательств и банкротства ФИО3, совершен исключительно с целью недопущения удовлетворения требований кредиторов должника за счет имущества должника, что свидетельствует о злоупотреблении совершившими данную сделку, своими правами, выразившемся в недобросовестном поведении участников сделки при ее заключении, супруги фактически в целом не придерживались режима раздельной собственности, - суды обоснованно признали, что имеются основания для признания сделки недействительной в силу статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

Согласно пункту 7 стать 213.26 Закона о банкротстве имущество гражданина, принадлежащее ему на праве общей собственности с супругом (бывшим супругом), подлежит реализации в деле о банкротстве гражданина по общим правилам, предусмотренным указанной статьей. В таких случаях супруг (бывший супруг) вправе участвовать в деле о банкротстве гражданина при решении вопросов, связанных с реализацией общего имущества. В конкурсную массу включается часть средств от реализации общего имущества супругов (бывших супругов), соответствующая доле гражданина в таком имуществе, остальная часть этих средств выплачивается супругу (бывшему супругу). Если при этом у супругов имеются общие обязательства (в том числе при наличии солидарных обязательств либо предоставлении одним супругом за другого поручительства или залога), причитающаяся супругу (бывшему супругу) часть выручки выплачивается после выплаты за счет денег супруга (бывшего супруга) по этим общим обязательствам.

Возвращение каждой из сторон всего полученного по недействительной сделке осуществляется в порядке, предусмотренном пунктом 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, согласно которому при недействительности сделки каждая из сторон обязана возвратить другой все полученное по сделке, а в случае невозможности возвратить полученное в натуре (в том числе тогда, когда полученное выражается в пользовании имуществом, выполненной работе или предоставленной услуге) возместить его стоимость в деньгах - если иные последствия недействительности сделки не предусмотрены законом.

Признав спорную сделку недействительной, руководствуясь положениями ст. 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, учитывая предмет оспариваемой сделки и установленные по делу обстоятельства, суды пришли к правильному выводу о наличии оснований для применения последствий недействительности сделки в виде восстановления режима общей совместной собственности супругов.

Суд округа, рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, полагает, что выводы судов о доказанности наличия оснований для признания оспариваемой сделки недействительной являются обоснованными, соответствуют установленным судом фактическим обстоятельствам и имеющимся в деле доказательствам.

Изложенные в кассационной жалобе доводы судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку выводов судов первой и апелляционной инстанций с учетом установленных обстоятельств не опровергают, по существу сводятся к несогласию заявителя с оценкой установленных судами обстоятельств, направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и сделанных на их основании выводов, что не входит в полномочия суда кассационной инстанции в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Иная оценка заявителем жалобы установленных судами обстоятельств, а также иное толкование закона не свидетельствует о нарушении судами норм права и не может служить основанием для отмены судебных актов. Доводы кассатора о раскрытии обстоятельств приобретения одной из квартир на личные (добрачные) средства - выводов судов о недействительности сделки и применении ее последствий в виде восстановления режима общей совместной собственности – не опровергает. Помимо указанной кассатором квартиры (приобретенной, по ее утверждению, на личные средства), за период брака титул собственности за ответчиком был зарегистрирован и на иные объекты недвижимого и движимого имущества. Выводы судов о недействительности брачного договора сделаны не в отношении конкретных объектов недвижимого имущества, в связи с чем восстановление режима общей совместной собственности супругов относительно всего приобретенного за период брака имущества означает необходимость применения к такому имуществу общих правил семейного законодательства при решении вопроса об отнесении имущества к общей собственности супругов, без учета условий, согласованных супругами в признанном недействительном брачном договоре.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для изменения или отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного, определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба - без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 06.12.2017 по делу №А60-53138/2015 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.03.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий О.Н. Новикова


Судьи О.В. Рогожина


Н.В. Шершон