Постановление от 8 июня 2020 г. по делу № А39-9471/2019

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ВОЛГО-ВЯТСКОГО ОКРУГА

Кремль, корпус 4, Нижний Новгород, 603082

http://fasvvo.arbitr.ru/ E-mail: info@fasvvo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции


Нижний Новгород

Дело № А39-9471/2019

08 июня 2020 года


Резолютивная часть постановления объявлена 05 июня 2020 года.

Полный текст постановления изготовлен 08 июня 2020 года.


Арбитражный суд Волго-Вятского округа в составе:

председательствующего Голубевой О.Н.,

судей Бабаева С.В., Камановой М.Н.,


при участии представителя Прокуратуры Республики Мордовия:

Смурнова С.Н. (поручение, удостоверение),


рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу соответчика –

акционерного коммерческого банка «Актив банк» (публичное акционерное общество)


на решение Арбитражного суда Республики Мордовия от 16.10.2019,

принятое судьей Пономарёвой Н.Н., и

на постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020,

принятое судьями Александровой О.Ю., Мальковой Д.Г., Устиновой Н.В.,

по делу № А39-9471/2019


по иску заместителя прокурора Республики Мордовия в защиту публичных интересов Российской Федерации и Республики Мордовия в лице Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации и Правительства Республики Мордовия

к Государственному комитету имущественных и земельных отношений Республики Мордовия (ИНН: 1325031476, ОГРН: 1021300975101) и

к акционерному коммерческому банку «Актив банк» (публичное акционерное общество)

(ИНН: 1326024785, ОГРН: 1021300001029)

о признании недействительным договора залога недвижимого имущества, и

о применении последствий недействительности сделки,


третье лицо, не заявляющее самостоятельные требования относительно предмета спора, – федеральное казенное учреждение «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Мордовия» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации,


и у с т а н о в и л :


заместитель прокурора Республики Мордовия (далее – Прокуратура) обратился в Арбитражный суд Республики Мордовия с иском в защиту публичных интересов Российской Федерации и Республики Мордовия в лице, соответственно, Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации и Правительства Республики Мордовия, к Государственному комитету имущественных и земельных отношений Республики Мордовия (далее – Комитет) и акционерному коммерческому банку «Актив банк» (публичное акционерное общество) (далее – Банк) о признании недействительным заключенного ответчиками договора залога недвижимого имущества от 24.04.2015 № 59-3-2015 и о применении последствий недействительности такой сделки путем погашения соответствующей регистрационной записи об обременении в виде ипотеки в отношении нежилого здания площадью 974,8 квадратного метра, расположенного по адресу: Республика Мордовия, город Саранск, улица М. Расковой, дом 10.

Исковые требования основаны на статье 94 Конституции Российской Федерации, статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, статье 35 Федерального закона от 17.01.1992 № 2202-1 «О прокуратуре Российской Федерации», статье 6 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)», статье 30 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» и статье 20 Закона Республики Мордовия от 12.11.2001 № 42-З «О Правительстве Республики Мордовия» и мотивированы тем, что передача в залог спорного объекта, обеспечивающего нужды органов социальной защиты населения, противоречит закону.

К участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельные требования относительно предмета спора, привлечено федеральное казенное учреждение «Главное бюро медико-социальной экспертизы по Республике Мордовия» Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (далее – Учреждение).

Арбитражный суд Республики Мордовия решением от 16.10.2019, оставленным без изменения постановлением Первого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020, удовлетворил иск. Суды пришли к выводу о том, что спорный объект действительно обеспечивает нужды органов социальной защиты населения и его передача в залог незаконна.

Банк не согласился с принятыми судебными актами и обратился в Арбитражный суд Волго-Вятского округа с кассационной жалобой, в которой просил их отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции. Заявитель полагал, что спорное здание не является социальным объектом, поскольку и согласно выписке из Единого государственного реестра недвижимости, и договору ипотеки назначение этого объекта – административное. По мнению кассатора, на спорный объект не установлен запрет на его приватизацию, поскольку он лишь временно используется Учреждением и не находится ни в его собственности, ни в хозяйственном ведении или оперативном управлении. Банк указал, что проведение медико-социальной экспертизы не является социальной услугой, а лишь определяет меры социальной защиты, в которых нуждается гражданин, в силу чего Учреждение не является поставщиком каких-либо социальных услуг; полагал, что вывод судов о том, что срок исковой давности не пропущен, является ошибочным и противоречит материалам дела; настаивал, что суды вышли за пределы своих полномочий, поскольку могли признать договор залога недействительным только в части спорного здания. Подробно доводы заявителя изложены в кассационной жалобе.

Прокуратура в отзыве на кассационную жалобу и её представитель в судебном заседании не согласились с доводами заявителя, просили оставить обжалованные судебные акты без изменения, а жалобу Банка – без удовлетворения.

Иные участвующие в деле лица не представили отзывы на кассационную жалобу.

На основании статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации рассмотрение кассационной жалобы Банка откладывалось до 05.06.2020.

До начала судебного заседания в суд округа поступило ходатайство Банка об отложении судебного разбирательства.

В случае, если лицо, участвующее в деле и извещенное надлежащим образом о времени и месте судебного заседания, заявило ходатайство об отложении судебного разбирательства с обоснованием причины неявки в судебное заседание, суд может отложить судебное разбирательство, если признает причины неявки уважительными (часть 3 статьи 158 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Наличие оснований для отложения судебного разбирательства устанавливается арбитражным судом в каждом конкретном деле исходя из его фактических обстоятельств (определения Конституционного Суда Российской Федерации от 19.11.2015 № 2612-О, от 01.10.2019 № 2555-О).

Отложение разбирательства является правом, а не обязанностью суда. С учетом особенностей рассмотрения дела в суде кассационной инстанции, явка участвующих в деле лиц необязательна (часть 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, суд округа не усмотрел достаточных оснований для отложения рассмотрения кассационной жалобы и счел, что данное ходатайство подлежит отклонению.

Законность решения Арбитражного суда Республики Мордовия и постановления Первого арбитражного апелляционного суда проверена Арбитражным судом Волго-Вятского округа в порядке, предусмотренном в статьях 274, 284 и 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, применительно к изложенным в кассационной жалобе доводам.

Как следует из материалов дела и установили суды первой и апелляционной инстанций, спорное здание является собственностью Республики Мордовия и безвозмездно используется Учреждением. На основании распоряжения Правительства Республики Мордовия от 25.01.2008 № 38-р и в соответствии с договором безвозмездного пользования от 01.02.2008 № 02/08 Комитет передал Учреждению спорное здание на срок – 49 лет, с момента подписания договора.

Распоряжением Правительства Республики Мордовия от 20.04.2015 № 263-Р для обеспечения обязательств автономного учреждения «Технопарк-Мордовия» по кредитному договору с Банком было передано в залог государственное имущество Республики Мордовия стоимостью не более 158 000 000 рублей. В пункте 3 указанного распоряжения Комитету было поручено определить перечень передаваемого в залог имущества и осуществить его передачу в установленном законом порядке. Комитет приказом от 21.04.2015 № 120-У утвердил перечень имущества на общую сумму 157 090 000 рублей, который включал и спорное здание.

Комитет и Банк 24.04.2015 заключили договор № 59-3-2015 залога недвижимого имущества, по условиям которого Комитет, обеспечивая исполнение обязательств по кредитному договору № 59-К-15, заключенному Банком и автономным учреждением «Технопарк-Мордовия» 24.04.2015, передало в залог спорный объект недвижимости. Стоимость данного имущества составляет 28 140 000 рублей. Договор зарегистрирован в установленном законом порядке.

О передаче в залог данного объекта Учреждение уведомлено не было. Более того, дополнительным соглашением к договору от 01.02.2008 № 02/08 от 26.12.2018 срок действия указанного договора изменен на срок до 31.12.2020. В настоящее время в этом административном здании размещаются административно-хозяйственный аппарат Учреждения, а также экспертные составы № 1 и 2 смешанного профиля.

Посчитав, что предметом договора ипотеки стало имущество, приватизация которого запрещена, и оно не могло быть передано в залог, Прокуратура обратилась в арбитражный суд с настоящим иском.

Изучив материалы дела и оценив доводы Банка и Прокуратуры, заслушав представителя Прокуратуры, Арбитражный суд Волго-Вятского округа не нашел правовых оснований для отмены обжалованных судебных актов с учетом следующего.

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться, в том числе, залогом.

В силу залога кредитор по обеспеченному залогом обязательству (залогодержатель) имеет право в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения должником этого обязательства получить удовлетворение из стоимости заложенного имущества (предмета залога) преимущественно перед другими кредиторами лица, которому принадлежит заложенное имущество (залогодателя).

К залогу недвижимого имущества (ипотеке) применяются правила данного кодекса о вещных правах, а в части, не урегулированной указанными правилами и законом об ипотеке, общие положения о залоге (статья 334 Гражданского кодекса Российской Федерации).

В соответствии с пунктом 2 статьи 6 Федерального закона от 16.07.1998 № 102-ФЗ «Об ипотеке (залоге недвижимости)» (далее – Закон об ипотеке) не допускается ипотека имущества, изъятого из оборота, а также имущества, в отношении которого в установленном федеральным законом порядке предусмотрена обязательная приватизация либо приватизация которого запрещена.

Ипотека земельных участков, находящихся в государственной или муниципальной собственности, в соответствии с настоящим Федеральным законом не допускается, за исключением земельных участков, указанных в пункте 1 статьи 62.1 данного закона (пункт 1 статьи 63 Закона об ипотеке).

Объекты, обеспечивающие нужды органов социальной защиты населения, не могут быть приватизированы (статья 30 Федерального закона от 21.12.2001 № 178-ФЗ «О приватизации государственного и муниципального имущества» (далее – Закон о приватизации)).

В статье 168 Гражданского кодекса Российской Федерации предусмотрено, что за исключением случаев, предусмотренных пунктом 2 настоящей статьи или иным законом, сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта, является оспоримой, если из закона не следует, что должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки. Сделка, нарушающая требования закона или иного правового акта и при этом посягающая на публичные интересы либо права и охраняемые законом интересы третьих лиц, ничтожна, если из закона не следует, что такая сделка оспорима или должны применяться другие последствия нарушения, не связанные с недействительностью сделки (пункт 2 названной статьи).

Суды первой и апелляционной инстанций, исходя из правового регулирования вопросов проведения медико-социальной экспертизы, исследовав иные фактические обстоятельства, пришли к выводу о том, что спорное здание фактически используется Учреждением в целях обеспечения нужд социальной защиты населения. Таким образом, суды заключили, что договор залога недвижимости от 24.04.2015 № 59-3-2015 нарушает требования Закона об ипотеке и Закона о приватизации, что, с учетом пункта 1 статьи 168 Гражданского кодекса Российской Федерации, является основанием для признания договора недействительным.

Аргумент заявителя о том, что спорный объект не обеспечивает нужды органов социальной защиты, суд округа отклонил на основании следующего.

В соответствии со частью 2 статьи 7 Конституции Российской Федерации в Российской Федерации охраняются труд и здоровье людей, устанавливается гарантированный минимальный размер оплаты труда, обеспечивается государственная поддержка семьи, материнства, отцовства и детства, инвалидов и пожилых граждан, развивается система социальных служб, устанавливаются государственные пенсии, пособия и иные гарантии социальной защиты.

В силу статьи 1 Федерального закона от 17.07.1999 № 178-ФЗ «О государственной социальной помощи» государственная социальная помощь – предоставление малоимущим семьям, малоимущим одиноко проживающим гражданам, а также иным категориям граждан, указанным в этом законе, социальных пособий, социальных доплат к пенсии, субсидий, социальных услуг и жизненно необходимых товаров.

На основании статьи 2 этого закона, законодательство о государственной социальной помощи состоит из Федерального закона «О прожиточном минимуме в Российской Федерации», этого федерального закона, других федеральных законов и иных нормативных правовых актов Российской Федерации, законов и иных нормативных правовых актов субъектов Российской Федерации.

Государственная политика в области социальной защиты инвалидов в Российской Федерации определена Федеральным законом от 24.11.1995 № 181-ФЗ «О социальной защите инвалидов в Российской Федерации» (далее – Закон № 181-ФЗ).

Инвалид – лицо, которое имеет нарушение здоровья со стойким расстройством функций организма, обусловленное заболеваниями, последствиями травм или дефектами, приводящее к ограничению жизнедеятельности и вызывающее необходимость его социальной защиты. При этом признание лица инвалидом осуществляется федеральным учреждением медико-социальной экспертизы. Порядок и условия признания инвалидом устанавливаются Правительством Российской Федерации (статья 1 Закона № 181-ФЗ).

Социальная защита инвалидов – система гарантированных государством экономических, правовых мер и мер социальной поддержки, обеспечивающих инвалидам условия для преодоления, замещения (компенсации) ограничений жизнедеятельности и направленных на создание им равных с другими гражданами возможностей участия в жизни общества (статья 2 Закона № 181-ФЗ).

К ведению федеральных органов государственной власти в области социальной защиты инвалидов относятся, в том числе, создание федеральных учреждений медико-социальной экспертизы, осуществление контроля за их деятельностью, а также условий для проведения независимой оценки качества условий оказания услуг федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы (пункты 5, 11 и 12.1 статьи 4 Закона № 181-ФЗ).

Медико-социальная экспертиза – признание лица инвалидом и определение в установленном порядке потребностей освидетельствуемого лица в мерах социальной защиты, включая реабилитацию, на основе оценки ограничений жизнедеятельности, вызванных стойким расстройством функций организма (статья 7 Закона № 181-ФЗ).

В силу статьи 8 Закона № 181-ФЗ, медико-социальная экспертиза осуществляется федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы, подведомственными федеральному органу исполнительной власти, определяемому Правительством Российской Федерации. Порядок организации и деятельности федеральных учреждений медико-социальной экспертизы определяется федеральным органом исполнительной власти, осуществляющим функции по выработке и реализации государственной политики и нормативно-правовому регулированию в сфере социальной защиты населения.

На федеральные учреждения медико-социальной экспертизы возлагаются:

1) установление инвалидности, ее причин, сроков, времени наступления инвалидности, потребности инвалида в различных видах социальной защиты;

2) разработка индивидуальных программ реабилитации, абилитации инвалидов;

3) изучение уровня и причин инвалидности населения;

4) участие в разработке комплексных программ реабилитации, абилитации инвалидов, профилактики инвалидности и социальной защиты инвалидов;

5) определение степени утраты профессиональной трудоспособности;

6) определение причины смерти инвалида в случаях, когда законодательством Российской Федерации предусматривается предоставление мер социальной поддержки семье умершего;

7) выдача заключения о нуждаемости по состоянию здоровья в постоянном постороннем уходе (помощи, надзоре) в случаях, предусмотренных подпунктом «б» пункта 1 статьи 24 Федерального закона от 28.03.1998 № 53-ФЗ «О воинской обязанности и военной службе»;

8) обеспечение условий для проведения независимой оценки качества условий оказания услуг федеральными учреждениями медико-социальной экспертизы.

К таким учреждениям относятся, в том числе, главные бюро медико-социальной экспертизы по соответствующему субъекту Российской Федерации, находящиеся в ведении Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации (пункт 1 Порядка организации и деятельности федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы, утвержденного приказом Министерства труда и социальной защиты населения от 11.10.2012 № 310н).

Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации организует создание федеральных государственных учреждений медико-социальной экспертизы, осуществляет координацию и контроль деятельности таких учреждений, находящихся в его ведении (пункты 2, 5.7 и 5.7.2 Положения о Министерстве, утвержденного постановлением Правительства Российской Федерации от 19.06.2012 № 610).

На основании изложенного суды пришли к верному выводам о том, что спорный объект, используемый Учреждением, является социальным объектом, обеспечивающим нужды органов социальной защиты; Учреждение подведомственно Министерству труда и социальной защиты Российской Федерации, которое контролирует его деятельность. Данное назначение вытекает как из целей Учреждения, так и соответствующего правового регулирования вопросов социальной защиты инвалидов.

Аргумент заявителя о том, что спорное здание не может быть социальным объектом, поскольку Учреждению на каком-либо праве не подлежит, является несостоятельным и отклонен судом округа. Суды установили, что данное здание передано Учреждению в безвозмездное пользование на основании распоряжения Правительства Республики Мордовия от 25.01.2008 № 38-р по договору безвозмездного пользования от 01.02.2008 № 02/08 с учетом дополнительного соглашения от 26.12.2018.

Статья 30 (пункт 1) Закона о приватизации указывает на недопустимость приватизации при использовании объекта по перечисленным в этой статье назначениям, и не указывает на обязательный признак наличия заключенного договора аренды или нахождения в собственности пользующейся такими объектами организации.

Арбитражный суд Волго-Вятского округа отклонил довод жалобы о пропуске срока исковой давности.

В силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки, а в случае предъявления иска лицом, не являющимся стороной сделки, со дня, когда это лицо узнало или должно было узнать о начале ее исполнения.

Настоящий иск заявлен Прокуратурой в защиту публичных интересов Российской Федерации (в лице Министерства труда и социальной защиты Российской Федерации) и Республики Мордовия (в лице Правительства Республики Мордовия). Указанные лица сторонами оспариваемой сделки не являются; в распоряжении от 20.04.2015 № 263-Р Правительство не указывало на конкретный перечень имущества, определив лишь общую стоимость имущества, которое необходимо передать в залог. Кроме того, Правительство не возлагало на себя какие-либо контрольные полномочия за данной процедурой; Министерство труда и социальной защиты Российской Федерации и подведомственного ему Учреждения полагались на то обстоятельство, что дополнительным соглашением от 26.12.2018 срок безвозмездного пользования был продлен до 31.12.2020.

Таким образом, осведомленность указанных лиц о совершении спорной сделки в отношении конкретного спорного объекта, не доказана.

Несостоятельным является также аргумент о том, что суд неправомерно признал недействительным договор залога недвижимого имущества от 24.04.2015 № 59-3-2015 полностью, а не в части.

Недействительность части сделки не влечет недействительности прочих ее частей, если можно предположить, что сделка была бы совершена и без включения недействительной ее части (статья 180 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Такое правовое регулирование, наделяющее суд необходимыми для осуществления правосудия дискреционными полномочиями по определению того, была бы сделка совершена и без включения недействительной ее части, исходя из фактических обстоятельств дела, направлено на сохранение стабильности, предсказуемости и надежности гражданского оборота, а также обеспечение баланса публичных и частных интересов. Данная позиция закреплена в определении Конституционного Суда Российской Федерации от 24.04.2018 № 981-О.

В настоящем деле следует исходить из того, что спорный договор заключен во исполнение распоряжения Правительства Республики Мордовия от 20.04.2015 № 263-Р, в котором определена стоимость государственного имущества, передаваемого в залог, и приказа Комитета от 21.04.2015 № 120-У, в котором утвержден перечень конкретного индивидуализированного имущества.

Таким образом, предположить, что спорный договор был бы заключен и без включения в перечень имущества спорного объекта, не представляется возможным, поскольку в обратном случае, передаваемое в залог имущество не соответствовало бы по своей общей стоимости обеспечиваемому обязательству по кредитному договору № 59-К-15.

Иных доводов кассационная жалоба Банка не содержит.

Таким образом, суды первой и апелляционной инстанции правомерно удовлетворили иск Прокуратуры.

Материалы дела исследованы судами обеих инстанций полно, всесторонне и объективно, представленным сторонами доказательствам дана надлежащая правовая оценка, изложенные в обжалованных судебных актах выводы соответствуют фактическим обстоятельствам дела и нормам права.

Оснований для отмены обжалованных судебных актов по приведенным в кассационной жалобе доводам не имеется. Нарушений норм процессуального права, предусмотренных в части 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не допущено.

В соответствии со статьями 110 и 112 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины за рассмотрение кассационной жалобы подлежат отнесению на заявителя.

Руководствуясь статьями 287 (пункт 1 части 1) и 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Волго-Вятского округа




ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Республики Мордовия от 16.10.2019 и постановление Первого арбитражного апелляционного суда от 24.01.2020 по делу № А39-9471/2019 оставить без изменения, кассационную жалобу акционерного коммерческого банка «Актив банк» (публичное акционерное общество) – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном в статье 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий


О.Н. Голубева




Судьи


С.В. Бабаев

М.Н. Каманова