Решение от 19 сентября 2018 г. по делу № А51-9798/2018

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, г. Владивосток, ул. Светланская, 54

Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело № А51-9798/2018
г. Владивосток
19 сентября 2018 года
Резолютивная часть решения объявлена 12 сентября 2018 года .

Полный текст решения изготовлен 19 сентября 2018 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Жестилевской О.А.,

при ведении протокола судебного заседания секретарем судьи Киселевой Т.А., рассмотрев в судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Компания Стимул» (ИНН2538047909, ОГРН1022501278414) к обществу с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ ДЕТСКИХ ТОВАРОВ» (ИНН7725274604, ОГРН1157746472432), при участии в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, ООО «Белуга Маркет Владивосток», ЗАО «Шилтон», ООО «Белуга Маркет», о взыскании 5 925 345,79 руб.

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО1, удостоверение, доверенность от 02.03.2018; ФИО2, паспорт, доверенность от 02.03.2018;

от ответчика – ФИО3, паспорт, доверенность №52/18 от 01.06.2018; ФИО4, доверенность №51/18 от 01.06.2018;

от третьего лица ООО «Белуга Маркет» - ФИО5, доверенность от 04.09.2018, паспорт;

иные лица – не явились, извещены.

установил:

общество с ограниченной ответственностью «Компания Стимул» (далее – администрация) обратилось в Арбитражный суд Приморского края с заявлением к обществу с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ ДЕТСКИХ ТОВАРОВ» о взыскании

5 925 345,79 руб. (на основании принятых судом уточнений в порядке ст. 49 АПК РФ).

Судом в порядке ст. 51 АПК РФ к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены - ООО «Белуга Маркет Владивосток», ЗАО «Шилтон», ООО «Белуга Маркет».

Иные лица в судебное заседание не явились, о времени и месте судебного заседания извещен надлежащим образом в соответствии со ст. 123 АПК РФ, в связи с чем, судебное заседание проводится в порядке ст. 156 АПК РФ в их отсутствие.

Уточненные исковые требования мотивированы тем, что предусмотренный шестимесячный срок для заблаговременного уведомления о расторжении спорного договора ответчиком не соблюден, в связи с чем последнему начислена неустойка, предусмотренная п. 5.1 договора.

Ответчик требования оспорил, указал, что арендатор уведомил арендодателя о расторжении договора аренды недвижимого имущества письмом от 05.05.2017, которое было получено арендодателем – 05.06.2017, в связи с чем, по мнению последнего, шестимесячный срок в части расторжения договора, предусмотренный п. 5.1 ответчиком не пропущен. Полагает, что факт направления в адрес арендодателя уведомления о расторжении договора в одностороннем порядке влечет определенные правовые последствия, в связи с чем, договор аренды считается расторгнутым с даты, указанной в данном уведомлении. Поскольку после соответствующего волеизъявления лица, выраженного в уведомлении о расторжении договора аренды от 05.05.2017 года, наступили определенные правовые последствия, изменить которые возможно путем заключения соответствующего соглашения между арендатором и арендодателем. Полагает, что все последующие уведомления, которые были направлены арендодателю (письмо исх. №б/н от 30.06.2017, письмо исх. №б/н от 11.08.2017), не имеют юридической силы. На основании ст. 303, 404 ГК РФ просит суд снизать размер неустойки.

ЗАО «Шилтон» исковые требования поддержало по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Оценив представленные доказательства в соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд установил следующее.

25.12.2015 между ЗАО «Шилтон» (далее по тесту также - арендодатель) ООО «Торговый дом детских товаров» (далее по тексту- арендатор) заключен договор аренды недвижимого имущества № 1, по условиям которого арендодатель передает, а арендатор принимает в аренду следующее недвижимое имущество: нежилые помещения, расположенные в трехэтажном здании по адресу: <...>, в границах объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 25:28:040011:9017, а именно: складские помещения на первом этаже площадью 9104,9 кв.м.; офисные помещения на первом этаже площадью 235,7 кв.м.; офисные помещения на втором этаже площадью 295 кв.м., офисные помещения на третьем этаже площадью 344,1 кв.м.; открытая площадка, находящаяся по адресу: <...>, площадью 2 700 (две тысячи семьсот) кв. м. прилегающая к арендованным помещениям, границы которой соответствуют границам земельного участка с кадастровым номером 25:28:040011:9032.

Точное расположение помещений указано на плане, являющимся неотъемлемой частью настоящего договора аренды недвижимого имущества (Приложение №2). Цель аренды помещений -размещение склада, офисов, бытовых помещений и другое использование в рамках осуществления арендатором хозяйственной предпринимательской деятельности.

По акту приема – передачи недвижимого имущества от 01.01.2016, вышеуказанные помещения переданы ООО «Торговый дом детских товаров».

Дополнительным соглашением №2 от 28.02.2017 стороны изменили размер постоянной части арендной платы, которая составила 4 362 860,73 руб. в месяц.

Пунктом 5.1. договора стороны установили, что арендатор вправе во внесудебном порядке досрочно расторгнуть договор при условии обязательного письменного уведомления арендодателя не менее, чем за 6 месяцев до даты досрочного расторжения. Указанный для уведомления срок может быть сокращен, при условии выплаты арендатором арендодателю неустойки в размере, равном арендной плате за количество месяцев, на которое предусмотренный для уведомления срок сокращен.

Как следует из текста искового заявления и пояснений истца, уведомлением от 11.08.2017 арендатор уведомил арендодателя о расторжении договора аренды с 01.01.2018 года, указав, что последним днем аренды является - 31.12.2017 год.

Письмом от 24.08.2017 исх. № 20 первоначальный арендодатель указал на несоответствие указанного уведомления установленному порядку.

28.08.2017 правообладателем арендуемого ответчиком помещения являлось ООО «Белуга Маркет».

На основании договора купли продажи от 10.11.2017, право собственности на недвижимое имущество, арендованное по договору аренды № 1 от 25.12.2015, перешло к ООО «Компания «Стимул» (далее по тексту - новый арендодатель, истец).

Дата государственной регистрации права нового арендодателя - 27.11.2017.

В связи с переходом права собственности к новому арендодателю права и обязанности арендодателя по указанному договору перешли к ООО «Компания Стимул».

О смене собственника и арендодателя недвижимого имущества в адрес арендатора новым арендодателем направлено уведомление от 05.12.2017.

На основании акта приема-передачи недвижимого имущества от 31.12.2017 по договору аренды № 1 от 25.12.2015, в связи с односторонним расторжением указанного договора в соответствии с уведомлением от 11.08.2017 ООО «Торговый дом детских товаров» передало, а ООО «Компания Стимул» приняло вышеуказанное недвижимое имущество.

Поскольку арендатором нарушен порядок уведомления о расторжении договора, в части несоблюдения шестимесячного срока, установленного п. 5.1 договора, по мнению истца, последний обязан выплатить неустойку в размере, равном арендной плате за количество месяцев, на которое предусмотренный для уведомления о расторжении срок сокращен.

Согласно прилагаемому уточненному расчету, размер неустойки за несоблюдение шестимесячного срока уведомления о расторжении договора составляет 5 925 345,79 руб. за период просрочки - январь 2018 года и 11 дней февраля 2018 года.

В соответствии с пунктом 5.1 договора истец предъявил ответчику к взысканию неустойку в сумме 5 925 345,79 руб., в связи с досрочным расторжением договора.

Неисполнение ответчиком требования об оплате неустойки в добровольном порядке, послужило основанием для обращения истца в арбитражный суд с настоящим иском.

В соответствии со статьями 309 и 310 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона, иных правовых актов, а при отсутствии таких условий и требований - в соответствии с обычаями делового оборота или иными обычно предъявляемыми требованиями. Односторонний отказ от исполнения обязательства и одностороннее изменение его условий не допускаются, за исключением случаев, предусмотренных законом.

Согласно статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации исполнение обязательств может обеспечиваться неустойкой, залогом, удержанием имущества должника, поручительством, банковской гарантией, задатком и другими способами, предусмотренными законом или договором.

В силу статьи 330 Гражданского кодекса Российской Федерации неустойкой (штрафом, пеней) признается определенная законом или договором денежная сумма, которую должник обязан уплатить кредитору в случае неисполнения или ненадлежащего исполнения обязательства, в частности в случае просрочки исполнения.

В статье 421 Гражданского кодекса Российской Федерации определено, что стороны могут заключить договор, как предусмотренный, так и не предусмотренный законом или иными правовыми актами. При этом условия договора определяются по усмотрению сторон, кроме случаев, когда содержание соответствующего условия предписано законом или иными правовыми актами.

Суд установил, что в пункте 5.1 спорного договора стороны предусмотрели, что арендатор вправе во внесудебном порядке досрочно расторгнуть договор при условии обязательного письменного уведомления арендодателя не менее чем за 6 месяцев до даты досрочного расторжения. Указанный для уведомления срок может быть сокращен, при условии выплаты арендатором арендодателю неустойки в размере, равном арендной плате за количество месяцев, на которое предусмотренный для уведомления срок сокращен.

Предусмотренное пунктом 5.1. договора аренды условие об обязательстве арендатора уплатить арендодателю неустойку за досрочное расторжение договора статье 330 ГК РФ не противоречит.

Обе стороны, истец и ответчик, были свободны при заключении договора аренды и определении его условий, в том числе в части неустойки.

Кроме того, включение в договор аренды положения, предусматривающего уплату неустойки за досрочное расторжение договора, не противоречит правовой природе неустойки, поскольку лишь конкретизирует пределы гражданско-правовой ответственности за досрочное расторжение договора.

При заключении договора аренды истец рассчитывал на получение заложенной в договор прибыли арендатора, поскольку изначально добросовестное поведение и исполнение сторонами условий договора презюмируется.

Возражая в части заявленных требований, ответчик указал, что факт направления в адрес арендодателя уведомления о расторжении договора в одностороннем порядке от 05.05.2017 влечет определенные правовые последствия, в связи с чем, договор аренды считается расторгнутым с даты, указанной в данном уведомлении. Поскольку после соответствующего волеизъявления лица, выраженного в уведомлении о расторжении договора аренды от 05.05.2017 года, наступили определенные правовые последствия, изменить которые можно только заключив соответствующее соглашение между арендатором и арендодателем. Считает, что все последующие уведомления, которые были направлены арендодателю (письмо исх. №б/н от 30.06.2017, письмо исх. №б/н от 11.08.2017), не имеют юридической силы, поскольку были отозваны соответствующими письмами.

В силу части 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений.

Как следует из материалов дела, первое уведомление о расторжении договора аренды в адрес первоначального арендодателя было направлено – 05.05.2017 (получено арендодателем - 05.06.2017). Согласно указанному уведомлению ответчик уведомил истца о расторжении договора аренды -31.12.2017.

30.06.2017 в адрес арендодателя ответчиком было направлено второе уведомление от 30.06.2017 (получено арендодателем - 03.07.2017), согласно которому арендатор просил считать отозванным письмо от 05.05.2017 и уведомлял о расторжении договора аренды с 28.02.2018.

11.08.2017 в адрес арендодателя было направлено третье уведомление, согласно которому арендатор уведомлял арендодателя о расторжении договора аренды с 01.01.2018 и просил считать отозванным письмо от 30.06.2017.

В пункте 14 Постановления Пленума от 22.11.2016 №54 "О некоторых вопросах применения общих положений Гражданского кодекса РФ об обязательствах и их исполнении" указано, что при осуществлении стороной права на одностороннее изменение условий обязательства или односторонний отказ от его исполнения она должна действовать разумно и добросовестно, учитывая права и законные интересы другой стороны (пункт 3 статьи 307, пункт 4 статьи 450.1 ГК РФ). Нарушение этой обязанности может повлечь отказ в судебной защите названного права полностью или частично, в том числе признание ничтожным одностороннего изменения условий обязательства или одностороннего отказа от его исполнения (пункт 2 статьи 10, пункт 2 статьи 168 ГК РФ).

Оценив представленные в материалы дела письма от 05.05.2017, 30.06.2017, 01.08.2017 по правилам статьи 71 АПК РФ, выраженные в неоднократных уведомлениях арендатора о расторжении спорного договора, суд приходит к выводу о том, что систематическое направление идентичных уведомлений о расторжении договора аренды с измененными датами и в последующем направление в адрес арендатора соответствующих отказов от расторжения спорного договора свидетельствует о недобросовестном осуществлении ответчиком гражданских прав (злоупотреблением правом) на основании статьи 10 ГК РФ.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что ситец правомерно рассчитывает шестимесячный срок уведомления о расторжении договора от уведомления, датированного 11.08.2017.

Судом также принимается во внимание тот факт, что акт приема-передачи недвижимого имущества от 31.12.2017 о возврате арендодателю арендованного недвижимого имущества, в связи с односторонним расторжением договора составлен сторонами на основании уведомления арендатора от 11.08.2017 о досрочном расторжении договора с 01.01.2018.

Из анализа пункт 5.1 договора следует, что условие о досрочном прекращении договора по инициативе арендатора было четко ограничено сторонами условием, а именно наступлением определенного срока (не менее чем за шесть месяцев до даты досрочного расторжения). В данном случае речь идет о возможности одностороннего отказа от договора, установленного не законом, а соглашением сторон договора, в связи с большим размером площадей арендуемых помещений.

Однако материалами дела подтверждается, что ответчиком допущено нарушение пункта 5.1 договора, поскольку расторжение договора аренды было инициировано ответчиком до истечения шестимесячного срока (11.02.2018). Ответчик же уведомил истца о своем одностороннем отказе от исполнения договора на основании пункта 5.1 письмом от 11.08.2017, т.е. ранее установленного соглашением сторон срока (01.01.2018).

При досрочном расторжении договора по инициативе ответчика с нарушением требований пункта 5.1 договора, истец, как арендодатель, лишается возможности получить в будущем финансовую выгоду, которую он получил бы при надлежащем исполнении ответчиком своих обязательств по договору.

Исходя из буквального содержания данного пункта договора следует, что предусмотренные в нем выплаты, по сути, являются компенсацией имущественных потерь одной из сторон в случае досрочного прекращения договорных правоотношений; включение в договор такого условия не противоречит действующему законодательству. Гражданский кодекс Российской Федерации допускает любые предусмотренные законом или договором способы обеспечения обязательств, в частности иные способы их обеспечения, оговоренные в статье 329 Гражданского кодекса Российской Федерации.

При таких обстоятельствах, требование истца о взыскании неустойки подлежит удовлетворению.

Вместе с тем ответчик просит суд снизить размер неустойки заявленной к взысканию, применив положения статей 333 и 404 ГК РФ.

Согласно пунктам 1, 2 статьи 333 ГК РФ, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства, суд вправе уменьшить неустойку. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении. Уменьшение неустойки, определенной договором и подлежащей уплате лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, допускается в исключительных случаях, если будет доказано, что взыскание неустойки в предусмотренном договором размере может привести к получению кредитором необоснованной выгоды.

Как указано в пункте 73 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24.03.2016 № 7 «О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств» (далее – Постановление Пленума ВС РФ № 7), бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки.

В соответствии с пунктом 75 Постановления Пленума ВС РФ № 7 при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 ГК РФ).

Как указал Конституционный Суд Российской Федерации в определении от 14.10.2004 №293-0, право снижения размера неустойки предоставлено суду в целях устранения явной ее несоразмерности последствиям нарушения обязательств.

Критериями для установления несоразмерности в каждом конкретном случае могут быть: чрезмерно высокий процент неустойки; значительное превышение суммы неустойки над суммой возможных убытков, вызванных нарушением обязательств; длительность неисполнения обязательств и другое.

При этом признание несоразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства является правом суда, принимающего решение. В каждом конкретном случае суд оценивает возможность снижения санкций с учетом конкретных обстоятельств дела и взаимоотношений сторон.

Как указано в пункте 2 Постановления Пленума ВАС РФ от 22.12.2011 № 81 «О некоторых вопросах применения статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации» Разрешая вопрос о соразмерности неустойки последствиям нарушения денежного обязательства и с этой целью определяя величину, достаточную для компенсации потерь кредитора, суды могут исходить из двукратной учетной ставки (ставок) Банка России, существовавшей в период такого нарушения.

Снижение судом неустойки ниже определенного таким образом размера допускается в исключительных случаях, при этом присужденная денежная сумма не может быть меньше той, которая была бы начислена на сумму долга исходя из однократной учетной ставки Банка России.

Согласно пункту 1 статьи 401 ГК РФ лицо, не исполнившее обязательства либо исполнившее его ненадлежащим образом, несет ответственность при наличии вины (умысла или неосторожности), кроме случаев, когда законом или договором предусмотрены иные основания ответственности. Лицо признается невиновным, если при той степени заботливости и осмотрительности, какая от него требовалась по характеру обязательства и условиям оборота, оно приняло все меры для надлежащего исполнения обязательства.

Если иное не предусмотрено законом или договором, лицо, не исполнившее или ненадлежащим образом исполнившее обязательство при осуществлении предпринимательской деятельности, несет ответственность, если не докажет, что надлежащее исполнение оказалось невозможным вследствие непреодолимой силы, то есть чрезвычайных и непредотвратимых при данных условиях обстоятельств. К таким обстоятельствам не относятся, в частности, нарушение обязанностей со стороны контрагентов должника, отсутствие на рынке нужных для исполнения товаров, отсутствие у должника необходимых денежных средств (пункт 3 статьи 401 ГК РФ).

В соответствии со статьей 404 ГК РФ суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению. Данные правила соответственно применяются и в случаях, когда должник в силу закона или договора несет ответственность за неисполнение или ненадлежащее исполнение обязательства независимо от своей вины.

Исследовав представленные в дело документы, суд не установил объективных обстоятельств, свидетельствующих о наличие вины истца в нарушении ответчиком шестимесячного срока направления уведомления о расторжении договора, установленного п. 5.1 договора, в связи с чем, основания для уменьшения ответственности в соответствии со статьей 404 Гражданского кодекса Российской Федерации, у суда отсутствуют.

Вместе с тем, судом установлено, что между сторонами 01.01.2018 заключен договор аренды недвижимого имущества №Т420 в соответствии с условиями которого, ответчик принял у истца в аренду нежилые помещения, расположенные в трехэтажном здании по адресу: <...>, в границах объекта недвижимого имущества с кадастровым номером 25:28:040011:9017, общей площадью 437,6 кв. м, срок действия до 30.04.2018.

За пользование арендованными помещениями по договору аренды недвижимого имущества №Т420 арендодатель выплатил арендатору постоянную и переменную части арендной платы, которая составила 180 973,86 руб.

В данном случае, предметом договора аренды №Т420 являются те же помещения (часть помещений), которые являлись объектом аренды по договору недвижимого имущества №1 от 12.12.2015.

В рамках рассматриваемого спора, учитывая обстоятельства дела, ходатайство ответчика об уменьшении суммы неустойки, отсутствие в материалах дела доказательств, какие последствия имел факт досрочного расторжении договора, необходимость установления баланса между применяемой к нарушителю мерой ответственности и оценкой действительного размера ущерба и, исходя из сохранения баланса интересов сторон и недопущения неосновательного обогащения на стороне истца, поскольку последний возместил часть имущественных потерь за счет арендной платы по договору №Т420, суд полагает возможным уменьшить размер взыскиваемой неустойки, применив положения статьи 333 ГК РФ на сумму арендных платежей в размере 180 973, 86 руб. по договору №Т420, что составляет 5 673 275, 06 руб.

В остальной части исковые требования в части взыскания неустойки удовлетворению не подлежат.

В соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации расходы по уплате государственной пошлины относятся на ответчика.

Руководствуясь статьями 110, 167-170 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

р е ш и л:

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ ДЕТСКИХ ТОВАРОВ» в пользу общества с ограниченной ответственностью «Компания Стимул» 5 673 275 рублей 06 копеек неустойки, 49 561 рубль расходов по уплате государственной пошлины по иску.

В остальной части иска отказать.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «ТОРГОВЫЙ ДОМ ДЕТСКИХ ТОВАРОВ» в доход федерального бюджета 827 рублей государственной пошлины по иску.

Выдать исполнительные листы после вступления решения в законную силу.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Жестилевская О.А.