Решение от 25 июня 2020 г. по делу № А40-283207/2019

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

г. Москва

«25» июня2020г.Дело №А40-283207/19-20-7323

Резолютивная часть решения объявлена «22» июня 2020г.

Полный текст решения изготовлен «25» июня 2020г.

Арбитражный суд в составе:

Судьи Бедрацкой А.В.

протокол вела секретарь судебного заседания Васильева В.В.

с участиемот заявителя – ФИО1, ФИО2, дов. от 27.08.2019г., от

ответчика – ФИО3, дов. от 10.10.2019г. № 56-02-08/33, ФИО4, дов. от

06.02.2020г. № 56-02-08/41

рассмотрел дело по заявлениюАКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЧУКОТСКАЯ ГОРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ" (689000, ЧУКОТСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.09.2002, ИНН: <***>)

кМИ ФНС по КН № 5 (129223 МОСКВА ГОРОД ПРОСПЕКТ МИРА ДОМ 119СТРОЕНИЕ 164 , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.12.2004, ИНН: <***>)

опризнании недействительным решения

от 06.11.2018г. № 56-13-10/1481 в части

УСТАНОВИЛ:

АКЦИОНЕРНОЕ ОБЩЕСТВО "ЧУКОТСКАЯ ГОРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ" обратилось с заявлением в арбитражный суд к МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 5 о признании недействительным решения от 06.11.2018г. № 56-13-10/1481 в части доначисления налога на имущество на сумму 201312990 руб. (п. 2.3, стр. 250-279 решения), соответствующих сумм пени и штрафа, и доначисления НДС на сумму 46395771 руб. (п. 2.2, стр. 219-250 решения).

Заявление мотивировано тем, что ненормативный акт ответчика в обжалуемой части нарушает права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской деятельности.

Ответчик с требованиями заявителя не согласен по доводам, изложенным в решении, отзыве и письменных пояснениях.

Оценив в совокупности представленные доказательства, выслушав представителей сторон, суд считает заявление не подлежащим удовлетворению по следующим основаниям.

Как усматривается из материалов дела, Инспекцией проведена выездная налоговая проверка АО «ЧГГК» за налоговые периоды 2013-2015 годов по вопросам правильности исчисления и своевременности уплаты (удержания, перечисления) всех налогов и сборов в бюджетную систему Российской Федерации, по итогам которой, а также дополнительных мероприятий налогового контроля налоговым органом вынесено Решение. В соответствии с Решением (в оспариваемой налогоплательщиком части) Общество привлечено к налоговой ответственности на основании пункта 1 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) в виде штрафа в размере 8 342 797 руб.; Обществу также предложено уплатить недоимку по налогу на имущество организаций в сумме 201 312 990 руб., а также пени в размере 83 482 618 руб.; кроме того, налогоплательщику отказано в возмещении налога на добавленную стоимость (далее - НДС) в сумме 46 395 771 руб.

Не согласившись с Решением, АО «ЧГГК» обратилось в ФНС России с апелляционной жалобой от 12.12.2018 б/н, по итогам рассмотрения которой в соответствии с подпунктом 1 пункта 3 статьи 140 НК РФ принято Решение от 29.07.2019 № СА-4-9/14902@, которым Решение оставлено без изменения, а апелляционная жалоба Общества - без удовлетворения.

Суд считает изложенные в обжалуемой части решения доводы налогового органа законными и обоснованными, по следующим основаниям.

В рамках выездной налоговой проверки Инспекцией в адрес налогоплательщика выставлены Требования о представлении документов (информации) от 14.10.2016 № ЧГГК-2, от 02.08.2017 № ЧГГК-6, в ответ на которые АО «ЧГГК» представлен ряд документов, в том числе инвентарная карточка от 31.01.2009 № 00009709 по форме ОС-6, Акт о приёме-передаче здания от 31.01.2009 № 237 по форме ОС-la, Акт приёмки законченного строительством объекта ЗАО «Чукотская горно-геологическая компания» ЗИФ горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол» от 15.05.2008, Приказ от 25.01.2009 № 6/1 «О передаче объектов строительства в состав основных производственных фондов», Акт о приёме-сдаче отремонтированных, реконструированных, модернизированных объектов основных средств от 31.10.2013 № 00000402, ТЭО (проект) строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол» ЗИФ в отношении объекта основных средств «Фабрика Золотоизвлекательная» (далее - ЗИФ), ТЭО (проект) строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол», ведомости амортизации для целей бухгалтерского учёта в отношении объекта основных средств «Хвостохранилище» (далее - Хвостохранилище). Из указанных документов следует, что Общество отнесло вышеуказанные объекты к седьмой амортизационной группе, срок полезного использования которой в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» составляет свыше 15 до 20 лет включительно.

Согласно инвентарной карточке объекта основных средств по форме ОС-6 от 31.01.2009 № 00009709 и акту приема-передачи здания по форме ОС-1 Обществом в 2009 году введён в эксплуатацию объект ЗИФ, которому при вводе в эксплуатацию присвоен код ОКОФ 12 4521040 «Сооружения цветной металлургии»; основное средство отнесено к седьмой амортизационной группе в целях бухгалтерского и налогового учёта со сроком полезного использования 91 месяц. При этом в соответствии с ведомостью начисления амортизации для целей бухгалтерского учёта, на основании которой происходит формирование первоначальной стоимости объектов основных средств в целях исчисления налога на имущество организаций, в отношении объекта основных средств «Хвостохранилище» установлено, что данному объекту присвоен код ОКОФ 12 4521040 «Сооружения цветной металлургии»; основное средство также отнесено к седьмой амортизационной группе в целях бухгалтерского и налогового учёта с аналогичным сроком полезного использования.

Таким образом, ЗИФ и Хвостохранилище отнесены налогоплательщиком к седьмой амортизационной группе со сроком полезного использования 91 месяц. С учётом вышеуказанных данных АО «ЧГГК» неверно рассчитана амортизация указанных основных средств, в связи с чем неверно определена среднегодовая стоимость данных объектов, что повлекло. занижение налога на имущество организаций.

Налоговый орган с позицией Общества, а также доводами, изложенными в Заявлении, не согласен и считает их необоснованными, отмечая следующее.

В силу пункта 1 статьи 374 Налогового кодекса Российской Федерации (далее - НК РФ) (в редакции, действовавшей в проверяемый период) объектом налогообложения налогом на имущество организаций, в том числе признавалось недвижимое имущество, учитываемое на балансе в качестве объекта основных средств в порядке, установленном для ведения бухгалтерского учёта.

Согласно положениям пунктов 1, 3 статьи 375 НК РФ налоговая база по налогу на имущество организаций определяется как среднегодовая стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, при определении которой недвижимое имущество учитывается по остаточной стоимости, сформированной в соответствии с порядком ведения бухгалтерского учёта, утверждённым в учётной политике организации.

Как следует из пункта 49 Положения по ведению бухгалтерского учёта и бухгалтерской отчётности в Российской Федерации, утверждённого Приказом Минфина России от 29.07.1998 № 34н, остаточной стоимостью признаются фактические затраты на приобретение, сооружение и изготовление основных средств за вычетом сумм амортизации. Таким образом, амортизация является одним из элементов расчёта остаточной стоимости имущества, начисляемым на первоначальную стоимость основных средств.

Исчисление амортизации зависит от распределения имущества по амортизационным группам в соответствии со сроками полезного использования, под которыми понимаются периоды, в течение которых объект основных средств служит для выполнения целей деятельности налогоплательщика (пункт 1 статьи 258 НК РФ).

Таким образом, основной смысл отнесения конкретного объекта к той или иной амортизационной группе заключается в том, чтобы определить срок полезного использования с целью установления нормы амортизации, и исчислить сумму амортизации как одного из необходимых и обязательных элементов расчёта остаточной стоимости имущества.

В соответствии с Учетной политикой для целей налогообложения на 2013 год, утвержденной приказом ЗАО «ЧГГК» от 29.12.2012 № 379: «Распределять имущество по амортизационным группам в соответствии со сроком полезного использования. Для основных средств, которые не указаны в амортизационных группах, определенных классификатором (утвержденным Правительством РФ), срок полезного использования устанавливать комиссией, назначенной приказом руководителя».

Состав амортизационных групп определяется на основании Постановления Правительства Российской Федерации от 01.01.2002 № 1 «О классификации основных средств, включаемых в амортизационные группы» (далее - Постановление № 1).

Определение амортизационной группы объекта основных средств осуществляется с учётом кодов ОКОФ, установленных Общероссийским классификатором основных фондов ОК 013-94, утвержденным постановлением Госстандарта России от 26.12.1994 № 359 (далее - ОКОФ).

ОКОФ является основным нормативным документом в области стандартизации и предназначен для расчёта ряда экономических показателей, среди которых, в том числе амортизация.

Объектами классификации в ОКОФ являются основные фонды, которыми признаются произведенные активы, используемые неоднократно или постоянно в течение длительного периода, но не менее одного года, для производства товаров, оказания рыночных и нерыночных услуг. Основные фонды состоят из материальных и нематериальных основных фондов.

К материальным основным фондам (основным средствам) относятся: здания, сооружения, машины и оборудование, измерительные и регулирующие приборы и устройства, жилища, вычислительная техника и оргтехника, транспортные средства, инструмент, производственный и хозяйственный инвентарь, рабочий, продуктивный и племенной скот, многолетние насаждения и прочие виды материальных основных фондов. Объектом классификации материальных основных фондов является объект со всеми приспособлениями и принадлежностями или отдельный конструктивно обособленный предмет, предназначенный для выполнения определенных самостоятельных функций, или же обособленный комплекс конструктивно - сочлененных предметов, представляющих собой единое целое и предназначенных для выполнения определенной работы. Комплекс конструктивно - сочлененных предметов - это один или несколько предметов одного или разного назначения, имеющие общие приспособления и принадлежности, общее управление, смонтированные на одном фундаменте, в результате чего каждый входящий в комплекс предмет может выполнять свои функции только в составе комплекса, а не самостоятельно. Группировки объектов в ОКОФ образованы в основном по признакам назначения, связанным с видами деятельности, осуществляемыми с использованием этих объектов и производимыми в результате этой деятельности продукцией и услугами.

Таким образом, из вышеизложенных положений ОКОФ следует, что классификация основных фондов осуществляется в соответствии с их назначением. Объекты основных средств могут иметь технические характеристики или иные признаки, присущие объектам основных фондов различных группировок, поэтому именно с учетом назначения объекта, которое определяется по выполняемой основной функции, осуществляется классификация объекта по ОКОФ.

К разделу 10 относятся следующие материальные основные фонды с учетом их классификации на уровне подразделов.

К подразделу "Здания (кроме жилых) " относятся здания, представляющие собой архитектурно - строительные объекты, назначением которых является создание условий (защита от атмосферных воздействий и пр.) для труда, социально - культурного обслуживания населения и хранения материальных ценностей. Здания имеют в качестве основных конструктивных частей стены и крышу.

В состав зданий входят коммуникации внутри зданий, необходимые для их эксплуатации, как-то: система отопления, включая котельную установку для отопления (если последняя находится в самом здании); внутренняя сеть водопровода, газопровода и канализации со всеми устройствами; внутренняя сеть силовой и осветительной электропроводки со всей осветительной арматурой; внутренние телефонные и сигнализационные сети; вентиляционные устройства общесанитарного назначения; подъемники и лифты.

Фундаменты под всякого рода объектами, не являющимися строениями - котлами, генераторами, станками, машинами, аппаратами и прочее, расположенными внутри зданий, - не входят в состав здания, кроме фундаментов крупногабаритного оборудования. Фундаменты этих объектов входят в состав тех объектов, в которых они используются; фундаменты крупногабаритного оборудования, сооруженные одновременно со строительством здания, входят в состав здания. Они, как и ряд других специализированных инженерно-строительных сооружений, являются неотъемлемыми составными частями самих зданий. В этой связи в наименование группировок ряда специализированных зданий, предназначенных для осуществления конкретных видов деятельности, введено словосочетание "специализированные здания".

К подразделу "Сооружения" относятся инженерно-строительные объекты, назначением которых является создание условий, необходимых для осуществления процесса производства путем выполнения тех или иных технических функций, не связанных с изменением предмета труда, или для осуществления различных непроизводственных функций.

Объектом, выступающим как сооружение, является каждое отдельное сооружение со всеми устройствами, составляющими с ним единое целое.

Способы определения амортизации определены в пунктах 17, 19 Положения по бухгалтерскому учету «Учет основных средств ПБУ 6/01», утверждённого Приказом Минфина России от 30.03.2001 № 26н (далее - ПБУ 6/01), согласно которым при линейном способе годовая сумма амортизационных отчислений определяется исходя из первоначальной стоимости или текущей (восстановительной) стоимости (в случае проведения переоценки) объекта основных средств и нормы амортизации, исчисленной исходя из срока полезного использования этого объекта.

Пунктом 20 ПБУ 6/01 предусмотрено, что срок полезного использования объекта основных средств определяется организацией при принятии объекта к бухгалтерскому учёту, исходя из ожидаемого срока использования объекта в соответствии с ожидаемой производительностью или мощностью; ожидаемого физического износа, зависящего от режима эксплуатации, естественных условий и влияния агрессивной среды, системы проведения ремонта; нормативно-правовых и других ограничений использования этого объекта. При этом ожидаемый срок использования объекта определяется налогоплательщиком на основании технической документации, рекомендаций производителя и других документов.

В соответствии с Учётной политикой АО «ЧГГК» для целей бухгалтерского учёта на 2013 год, утверждённой Приказом Общества от 29.12.2012 № 398, при определении амортизации вновь приобретённых основных средств следует руководствоваться комиссионно-определённым сроком фактического полезного использования объектов основных средств с учётом особенностей места и их эксплуатации. При начислении амортизации объектов основных средств в бухгалтерском учёте применяется линейный способ.

Таким образом, среднегодовая стоимость имущества для исчисления налога на имущество организаций представляет собой фактические затраты на приобретение, сооружение и изготовление основных средств за вычетом сумм амортизации, рассчитываемой линейным способом с учётом амортизационных групп, определённых в соответствии со сроками полезного использования.

Инспекция отмечает, что, в частности, в проверяемый период (налоговые периоды 2013-2015 годов) законодательство о налогах и сборах ставило порядок налогообложения налогом на имущество организаций в зависимость от отнесения объекта основных средств к той или иной амортизационной группе. Так, например, в силу подпункта 8 пункта 4 статьи 374 НК РФ не признавались объектами налогообложения объекты основных средств, включаемые в первую и вторую амортизационную группы в соответствии с Классификацией основных средств, утверждённой Постановлением Правительства Российской Федерации. Вышеуказанная связь прослеживается и в судебной практике.

Так, Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области в Решении от 13.07.2016 по делу № А56-15410/2016 (Определением Верховного Суда Российской Федерации от 04.07.2017 № 307-КГ17-761 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации) указал следующее: «Поскольку Инспекцией в ходе выездной налоговой проверки установлен факт того, что в 2011, 2012 годах амортизация по объектам основных средств рассчитывалась ООО «НИВА-МОТОРС» неправильно, а также учитывая тот факт, что остаточная стоимость основных средств определяется как разница между их первоначальной стоимостью и суммой начисленной за период эксплуатации амортизации, следовательно, остаточная стоимость имущества (основных средств) также рассчитана неверно».

Аналогичные выводы изложены в Постановление Арбитражного суда Уральского округа от 14.12.2015 № Ф09-8494/15 по делу № А47-12935/2014 (Определением Верховного Суда Российской Федерации от 18.03.2016 № 309-КГ16-816 отказано в передаче дела № А47-12935/2014 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации).

Седьмой арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 26.08.2014 по делу № А45-1386/2014 (Определением Верховного Суда Российской Федерации от 01.04.2015 № 304-КГ15-1793 отказано в передаче дела в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации) отметил:

«Неверное определение норм амортизации сооружений АЗС привело к занижению остаточной стоимости объектов налогообложения по состоянию на 01.12.2011 года и на 01.01.2012 года в размере 3 304 866 руб. и, как следствие, к занижению среднегодовой стоимости имущества на 508 441 руб.».

Подтверждая позицию суда первой инстанции в части удовлетворения требований налогоплательщика в части налога на имущество организаций, Четырнадцатый арбитражный апелляционный суд в Постановлении от 27.06.2018 по делу № А13-6314/2016 (Постановлением Арбитражного суда Северо-Западного округа от 08.10.2018 № Ф07-12705/2018 данное постановление оставлено без изменения) указал, что: «Поскольку судом установлен факт обоснованного исчисления обществом амортизации по зданию и станции, то, как верно отмечено судом, исчисление среднегодовой стоимости имущества в этой части также произведено обществом правомерно».

Таким образом, изменение амортизационной группы основного средства влечёт за собой не только изменение налоговой базы по налогу на прибыль организаций, но и перерасчёт налога на имущество организаций.

Налоговый орган обращает внимание суда, что эпизод по налогу на прибыль организаций налогоплательщиком не оспаривается, в связи с чем, Решение в части вышеуказанного налога с учётом положений пункта 1 статьи 101.2 НК РФ вступило в силу 29.07.2019, в судебном порядке в указанной части не обжаловалось, в связи с чем налоговый орган приходит к выводу, что Общество в отношении эпизода по налогу на прибыль организаций согласно с позицией Инспекции, а, следовательно, отсутствуют основания для перерасчёта налога на имущество организаций.

Инспекция также считает необходимым дать оценку способу определения налогоплательщиком срока полезного использования.

Из Заявления, Объяснений, а также иных документов, представленных в рамках выездной налоговой проверки и выражающих позицию Общества, следует, что при определении срока полезного использования спорных объектов налогоплательщик принимал во внимание планируемый срок отработки эксплуатационных запасов месторождения «Купол» - сентябрь 2016 года, не учитывая следующего.

Общество имеет лицензию АНД 11305 БЭ на право пользования недрами, срок окончания действия которой установлен 16.03.2024, то есть срок действия лицензии превышает планируемый срок отработки запасов месторождения на 8 лет. При этом положения Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» не ограничивают право АО «ЧГГК» на повторное получение вышеуказанной лицензии.

Инспекция также отмечает противоречивость позиции налогоплательщика. Как указывалось ранее, с одной стороны при определении срока полезного использования Обществом принимался во внимание планируемый срок отработки эксплуатационных запасов месторождений. Вместе с тем, с другой стороны в 2008 году АО «ЧГГК» подготовлен Проект на расширение (т. 10, л.д. 112-150; т. 11, л.д. 1-67), согласно которому значительно увеличились запасы и объёмы добычи и первичной переработки руды, что влечёт увеличение количества отходов переработки, складируемых в объект основных средств «Хвостохранилище».

Кроме того, согласно публикации с официального сайта компании-владельца месторождения «Купол» Kinross Gold Corporation (http://kinrossgold.ru/kinross-v-presse/2018-chukotka-output; дата публикации 18.01.2019) в 2018 году на Чукотке увеличилась добыча угля, газа и россыпного золота. Так, за 2018 год россыпного золота добыто на 255,91 кг больше, чем в 2017 году; на 26% увеличилась добыча природного газа.

Также, из анализа годовых отчётов за периоды 2010-2018 годов, размещённых на официальном сайте годовых отчётов корпораций - Annual Reports, следует, что разработка месторождения «Купол» началась в 2008 году. Согласно годовому отчёту за 2010 год (страница 43) планировалась разработка месторождения до 2020 года. В последующих отчётах вышеуказанный срок неоднократно продлевался, планировалось дальнейшее развитие месторождения, в том числе ввиду приобретения Kinross Gold Corporation 100% долей в уставном капитале АО «ЧГГК» в 2011 году. Так, в 2016 году срок разработки месторождения продлевался до 2021 года (годовой отчёт за 2016 год, страница 2), в 2017 году - до 2022 года (годовой отчёт за 2017 год, страница 2), в 2018 году - до 2023 года (годовой отчёт за 2018 год, страница 3).

Согласно данным Сводного государственного реестра участков недр и лицензий (http://rfgf.ru/licence/), первоначальная лицензия на геологическое изучение и добычу золота и серебра на месторождении Купол выдана АО «ЧГГК» Администрацией Анадырского района в 2002 году сроком действия до 16.03.2024 (Лицензия от 04.10.2002 № АНД11305БЭ (переоформлена в действующую на момент написания отзыва на Заявление Лицензию от 29.04.2015 № АНД1251БЭ)).

Таким образом, довод налогоплательщика о том, что отработка месторождения «Купол» планировалась Обществом до 2017 года, не соответствует действительности, поскольку на момент рассмотрения данного дела в суде АО «ЧГГК» продолжает получать экономическую выгоду от отработки спорного месторождения с помощью ЗИФ и Хвостохранилища, в связи с чем срок полезного использования для целей исчисления налога на имущество организаций определён Обществом неверно.

В отношении доводов АО «ЧГГК», изложенных на страницах 17-18 Заявления, страницах 14-15 Объяснений о том, что позиция Инспекции является внутренне противоречивой, выборочной и фактически основана на произвольном применении положений законодательства о налогах и сборах, установлено, что при определении срока полезного использования и установления нарушения налогоплательщиком законодательства о налогах и сборах Инспекция руководствовалась положениями НК РФ, пунктов 4, 20 ПБУ 06/1, а также иных нормативных актов в сфере бухгалтерского учёта. В рамках проведённой в отношении Общества выездной налоговой проверки в части рассматриваемого эпизода установлено как нарушение АО «ЧГГК» положений нормативных актов в сфере бухгалтерского учёта, так и Учётной политики налогоплательщика.

Доводы Общества о проводимых в иных налоговых периодах мероприятиях налогового контроля в отношении спорных объектов не относимы к рассматриваемой спорной ситуации. При этом документальное подтверждение позиции налогоплательщика в материалах дела отсутствует.

Ссылка Общества на Определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда РФ от 03.08.2018 № 305-КГ18-4557 по делу № А40-93786/2017 является несостоятельной, поскольку в рамках данного судебного дела рассматривался неаналогичный вопрос, а именно неправомерное заявление налогоплательщиком налогового вычета при исчислении НДС за 2 квартал 2013 года. Кроме того, вывод суда о последовательности позиции налогового органа был сделан в части признания налоговым органом отсутствия недоимки по НДС в рамках выездной налоговой проверки с учётом результатов камеральной налоговой проверки за тот же налоговый период (проверяемый период в рамках выездной налоговой проверки 2012-2013 годы), что также не соотносится с настоящей спорной ситуацией.

Общество на странице 5 Заявления, страницах 4-6 Объяснений указывает, что верно определило срок полезного использования, поскольку именно в рамках вышеуказанного срока спорные объекты способны приносить экономические выгоды. Определение кода ОКОФ не влияет на исчисление налога на имущество организаций.

Как указывалось ранее, код ОКОФ необходим для определения амортизационной группы и, соответственно, расчёта амортизации как необходимого элемента при определении остаточной стоимости основных средств, используемой для определения среднегодовой стоимости имущества.

Кроме того, при определении амортизационной группы ЗИФ Общество неверно применило положения ОКОФ, в связи с чем, ошибочно определило срок полезного использования вышеуказанного объекта основных средств.

Как следует из проекта ТЭО строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол», большая часть инфраструктуры фабрики и рудника находится в служебном помещении, имеющем шесть различных зон: зона фабрики, дизельная электростанция, химлаборатория, административно-бытовой блок, вспомогательная горноспасательная команда; ремонтные мастерские, столовая раздаточная, склад промышленных товаров. ЗОФ выполнена в индивидуальном каркасе, на монолитных фундаментах; стены ЗОФ представляют собой металлические навесные панели с эффективным утеплителем.

Актом приёма-передачи законченного строительством объекта АО «ЧГГК» ЗИФ горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол» от 15.05.2008 (т. 14, л.д. 57-66) установлено, что «Комплекс золотоизвлекательной фабрики состоит из ряда зданий, объединённых под одну крышу. Стены фасада облицованы металлосайдингом, по металлическому каркасу. Утепление стен производилось полиизоциануратом R-34.

Кровля выполнена ЭПДМ толщиной 100 мм, резиновое ограждение «Firestone», влагоизоляция толщ. 6 мм, сливы из листового металла.

На ЗИФ установлено предусмотренное проектом технологическое оборудование.

Заключение: Комиссия считает - золотоизвлекателъная фабрика горнодобывающего предприятия на месторождении Купол соответствует требованиям технических регламентов (норм и правил), иных нормативных правовых актов и проектной документации».

Таким образом, с учётом характеристик данного объекта основных средств (монолитный железобетонный столбчатый фундамент, несущими элементами здания является металлический каркас индивидуальной разработки, несущими элементами перекрытия являются металлические балки, опирающиеся на ригели и стойки каркаса, количество этажей 1-4), отражённых в Акте о приема - передачи здания от 31.01.2009 №237 (т. 11, л.д. 92-94) по форме ОС-1 и проектной документации, присвоен неверный код ОКОФ. По мнению налогового органа, ЗИФ следовало присвоить код ОКОФ 11 4521040 «Здания предприятий цветной металлургии», в связи с тем, что согласно материалам проверки ЗИФ представляет собой архитектурно-строительный объект, имеющий стены, крышу, фундаменты и коммуникации, что влияет как на изменение амортизационной группы (десятая), так и на изменение срока полезного использования свыше 30 лет.

Также к аналогичному выводу пришли эксперты, проводившие техническую экспертизу в отношении ЗИФ в рамках дополнительных мероприятий налогового контроля на основании Постановления о назначении технической экспертизы от 19.06.2018 № 56-13/2 (т. 15, л.д. 12-14). Отвечая на вопрос о технических характеристиках, а также сроке полезного использования вышеуказанного объекта основных средств, эксперты отметили, что ЗИФ представляет собой многоблочное здание разной степени этажности, капитальный объект с монолитными железобетонными фундаментами (в том числе со штанговой крепью) и стальным каркасом, а также ограждающими конструкциями (стены и крыша) полной заводской готовности (металлические панели с эффективным утеплителем), срок службы которых сопоставим со сроком службы несущих конструкций здания; срок полезного использования ЗИФ, исходя из сроков эксплуатации основных несущих конструкций здания (стального каркаса и фундаментов) и условий эксплуатации, составляет свыше 30 лет (страница 15 Экспертного заключения по оценке технических характеристик и сроков полезного использования группы объектов, входящих в состав основного средства «Фабрика золотоизвлекательная», являющаяся неотъемлемой частью инфраструктуры горнодобывающего предприятия на участке «Купол» Акционерного общества «Чукотская горно-геологическая компания» (утверждено ФИО5 09.07.2018)) (т. 2, л.д. 139).

Общество на странице 8 Заявления, страницах 6-8 Объяснений указывает, что Инспекцией при определении срока полезного использования ЗИФ неправомерно применено Постановление № 1.

Вместе с тем, имеется прямая связь между амортизационной группой и определением срока полезного использования объекта основных средств.

Порядок определения налоговой базы по налогу на имущество организаций установлен пунктом 3 статьи 375 НК РФ, согласно которому остаточная стоимость имущества, признаваемого объектом налогообложения, определяется в соответствии порядком ведения бухгалтерского учёта, утверждённым в учётной политике организации.

В силу пункта 1 Постановления № 1 (в редакции, действовавшей в период существования спорных правоотношений) классификация основных средств, включаемых в амортизационные группы, в проверяемый период могла быть использована для целей бухгалтерского учёта.

Как указывалось ранее, по смыслу пунктов 4, 20 ПБУ 6/01 срок полезного использования объектов основных средств определяется с учётом ряда факторов, среди которых, в том числе ожидаемый срок использования объекта с учётом физического износа. Ожидаемый срок использования объекта определяется налогоплательщиком на основании технической документации, рекомендаций производителя и других документов.

В ходе анализа представленных налогоплательщиком проектов ТЭО, а также с учётом заключения экспертов от 09.07.2018 (далее - Заключение экспертов) установлен иной, отличный от определённого Обществом срок полезного использования ЗИФ.

Таким образом, налогоплательщиком нарушены правила бухгалтерского учёта в части определения сроков полезного использования.

Анализируя отражённую на страницах 10-12 Заявления, странице 7 Объяснений судебно-арбитражную практику, вышеуказанные судебные акты приняты исходя из конкретных фактических обстоятельств, отличных от рассматриваемых. Кроме того, как следует из приведённой цитаты Постановления Арбитражного суда Волго-Вятского округа от 15.06.2017 по делу № А29-8605/2014, суд верно указывает на то, что срок полезного использования для целей бухгалтерского учёта не может быть определён исключительно на основании положений Постановления № 1. При определении срока полезного использования ЗИФ налоговый орган в первую очередь руководствовался технической документацией, представленной самим налогоплательщиком, как того требует ПБУ 6/01, учитывая как выводы, изложенные в Заключении экспертов, так и критерии отнесения объектов основных средств к той или иной амортизационной группе в соответствии с Постановлением № 1.

Кроме того, в рамках проводимой в рамках выездной налоговой проверки экспертизы срок полезного использования ЗИФ определялся на момент проектирования (2004-2008 годы) и ввода в эксплуатацию (2009 год) объекта, исключительно на основе технической документации (ТЭО Строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол» (т. 6, л.д. 90-130)) и охватывает такие этапы «жизненного цикла» здания Золотоизвлекательной фабрики, как производство инженерных изысканий и проектирование, а также эксплуатация, реконструкция, капитальный ремонт и снос здания. При установлении сроков полезного использования Общество обязательно должно было учитывать строительно-технические аспекты данного объекта и установленные нормативные сроки эксплуатации данного объекта. Более того, устанавливая срок полезного использования золотоизвлекательной фабрики, исходя из запасов руды на месторождении «Купол» на момент строительства данного объекта, налогоплательщик не учитывает возможное вовлечение в переработку руды с разведуемых месторождений, что фактически и происходило по мере эксплуатации данного объекта.

В связи с вышеизложенным указанная АО «ЧГГК» в Заявлении судебная практика не относима к рассматриваемому спорной ситуации, а доводы Общества в указанной части являются необоснованными и несоответствующими законодательству о налогах и сборах.

Общество на страницах 15-17 Заявления, страницах 8-9 Объяснений указывает, что налоговый орган неверно интерпретировал положения технической документации, отмечая, что ОС-la и ОС-6 не подтверждают определение Обществом амортизационных групп в отношении спорных объектов основных средств.

Инвентарные карточки основных средств как первичные документы бухгалтерского учёта могут использоваться для определения срока полезного использования основного средства.

В силу пункта 3 Приказа от 29.12.2012 № 398 «Об учетной политике» АО «ЧГГК» (далее — Учётная политика) при ведении Обществом бухгалтерского учёта следует обеспечить применение унифицированных форм первичных учётных документов, утверждённых соответствующим Постановлением Госкомстата.

Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 21.01.2003 № 7 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету основных средств» утверждён ряд унифицированных форм первичной учётной документации по учёту основных средств, среди которых, в том числе № ОС-1а «Акт о приеме-передаче здания (сооружения)», а также № ОС-6 «Инвентарная карточка учета объекта основных средств».

В соответствии с положениями статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402) все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться первичными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным -непосредственно после его окончания. Данные, содержащиеся в первичных учётных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учёта (статья 10 Закона № 402-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 375 НК РФ при определении налоговой базы как среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения, такое имущество учитывается по его остаточной стоимости, сформированной в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учёта, утвержденным в учётной политике организации. В случае, если остаточная стоимость имущества включает в себя денежную оценку предстоящих в будущем затрат, связанных с данным имуществом, остаточная стоимость указанного имущества для целей настоящей главы определяется без учета таких затрат.

В соответствии с пунктом 4 статьи 89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов.

Таким образом, с целью подтверждения правильности определения срока полезного использования при принятии на учет АО «ЧГГК» спорного объекта основных средств ЗИФ должностными лицами налогового органа на основании статьи 93 НК РФ были истребованы инвентарная карточка по форме ОС-6 от 31.01.2009 № 00009709, а также Акт о приеме - передаче здания по форме ОС-1 а от 31.01.2009 № 237.

Вышеуказанные документы являются первичными учетными документами Общества. Действующим законодательством не установлены нормы по формированию отдельно первичных документов для целей бухгалтерского учёта и целей налогового учета с содержанием в данных первичных документов различий между собой. Более того, как следует из вышеперечисленных законодательных норм, налоговый учет строится на данных бухгалтерского учета, который в свою очередь основывается на первичных документах.

Согласно инвентарной карточке объекта основных средств по форме ОС-6 и акту о приеме-передаче здания по форме ОС-la, составленных в отношении ЗИФ, при постановке на учёт и вводе в эксплуатацию данного объекта ему был присвоен код 12 4521040 «Сооружения цветной металлургии» по Общероссийскому классификатору основных фондов (ОКОФ) и основное средство было отнесено к 7 (седьмой) амортизационной группе в целях бухгалтерского и налогового учета со сроком полезного использования 91 месяц. Указание на присвоение данному объекту ОС, в том числе и для целей бухгалтерского учета кода ОКОФ 12 4521040 «Сооружения цветной металлургии», соответственно отнесения его к седьмой амортизационной группе, также содержится и в ведомостях начисления амортизации для целей бухгалтерского учета за 2013-2015 годы, представленных Обществом в рамках проверки.

Таким образом, при установлении обстоятельств, связанных с правильностью определения срока полезного использования, при постановке Обществом на учет объекта основных средств «Золотоизвлекательная фабрика», проверяющие руководствовались исключительно анализом первичных документов, представленных Обществом в рамках проверки.

Общество на странице 15 Заявления, странице 13 Объяснений указывает, что Инспекция неверно интерпретировала положения Проекта ТЭО.

При определении амортизационной группы Хвостохранилища Общество неверно интерпретировало положения технической документации, в связи с чем ошибочно определило срок полезного использования вышеуказанного объекта основных средств.

Согласно представленному Обществом в ответ на Требование о представлении документов (информации) от 12.09.2016 № ЧГГК-1 проекту ТЭО Хвостохранилище рассчитано на складирование хвостов в течение 13,5 лет (с учётом прогнозных запасов). Учитывая ранее изложенные положения Учётной политики для целей бухгалтерского учёта на 2013 год, утверждённой Приказом ЗАО «ЧГГК» от 29.12.2012 № 398, согласно которым амортизационная группа определяется с учётом срока фактического использования, а также особенностей места и условий эксплуатации основных средств, налоговый орган полагает, что АО «ЧГГК» следовало руководствоваться Проектной документацией и установить срок полезного использования в отношении Хвостохранилища в размере 163 месяцев (13,5 лет).

Общество на страницах 15-17 Заявления, страницах 8-9 Объяснений указывает, что налоговый орган неверно интерпретировал положения технической документации, отмечая, что ОС-la и ОС-6 не подтверждают определение Обществом амортизационных групп в отношении спорных объектов основных средств.

Основных средств как первичные документы бухгалтерского учёта могут использоваться для определения срока полезного использования основного средства.

Оспаривая позицию Инспекции, налогоплательщик указывает, что при установлении срока полезного использования в 2009 году Общество основывалось на разделах проекта ТЭО, в соответствии с которыми «календарным графиком предусмотрено завершение отработки месторождения в 2012 году, т.е. после 2012 года добыча руды её обогащение на ЗИФ и, соответственно, складирование отходов производства ЗИФ в Хвостохранилище не планировались Обществом», в тоже время налогоплательщик указывает что «в 2008 году Обществом был подготовлен Проект на расширение в связи с увеличением эксплуатационных запасов, что привело к увеличению сроков отработки месторождения «Купол» до 2017 года. Соответственно, данные изменения определенно повлияли на уменьшение срока складирования хвостов в Хвостохранилище, указанного в ТЭО», из чего следует, что сначала Общество руководствуется графиком отработки месторождения при установлении сроков полезного использования, а потом говорит об установлении данных сроков исходя из эксплуатационных возможностей самого Хвостохранилища.

Изложенное, с очевидностью, указывает на противоречивость позиции АО «ЧГГК» при определении срока полезного использования спорного объекта, учитывая, что уже в 2010 году налогоплательщик планировал проведение работ на месторождении «Купол» до 2020 года.

В ту же очередь АО «ЧГГК» не учитывается тот факт, что согласно проекту ТЭО строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол» по окончании складирования хвостов в Хвостохранилище на данном объекте в течение нескольких последующих лет должны выполняться следующие работы:

-Термический мониторинг. Тепловые датчики, установленные в основании дамбы, будут функционировать в течение нескольких лет после перекрытия до установки равновесия температур. Несколько датчиков будут также установлены на борту хвостохранилища и в намытом массиве для контроля за процессом замерзания хвостов. Количество и расположение этих датчиков будет определено в проекте консервации.

-Мониторинг смещений. Геодезические знаки на дамбе будут поддерживаться по мере необходимости до тех пор, пока не перестанут наблюдаться смещения.

-Мониторинг фильтрации. В случае обнаружения фильтрационной воды ниже дамбы будут сооружены измерительные водосливы для ежемесячного замера стоков в летние месяцы, отбора проб для анализа их качества и динамики загрязнений. При необходимости, будут разработаны технические решения по блокировке фильтрационного потока.

-Качество воды в хвостохранилище. Пробы воды из хвостохранилища будут браться ежеквартально и исследоваться на содержание общего количества твердого и растворенного вещества, цианида, тиоцианатов, нитратов, на значение рН и содержание других важных компонентов до тех пор, пока качество воды не будет соответствовать установленным нормативам.

-Исследование хвостов. С целью изучения процесса консолидации хвостов будут ежегодно проводиться наблюдения за осадками поверхности в примыканиях к бортам.

Необходимость проведения вышеуказанных работ по завершении складирования хвостов в хвостохранилище, учтена при проектировании строительства данного объекта с целью поддержании хвостохранилища в надлежащем состоянии и возможности его обслуживания, после завершения складирования хвостов, иными словами - для дальнейшего использования в производственном процессе с целью получения экономического эффекта.

Таким образом, установленные в соответствии с проектом строительства хвостохранилища технические характеристики, предусматривающие эксплуатацию данного объекта в течение 13,5 лет, не связаны напрямую со сроком окончания складирования хвостов, а учитывают в себе и проведение работ, выполнение которых необходимо по окончанию складирования хвостов в хвостохранилище.

На основании вышеизложенного Инспекция приходит к выводу о том, что при установлении срока полезного использования объекта основных средств «Хвостохранилище» Общество должно было руководствоваться именно Проектной документацией и установить срок полезного использования Объекта исходя из фактического срока полезного использования — 163 месяца.

В части использования ОС-la (т. 14, л.д. 149-150; т. 15, л.д. 1) и ОС-6 (т. 15, л.д. 2, 3) в целях исчисления налога на имущество организацией налоговый орган отмечает следующее.

В силу пункта 3 Приказа от 29.12.2012 № 398 «Об учетной политике» АО «ЧГГК» (далее - Учётная политика) при ведении Обществом бухгалтерского учёта следует обеспечить применение унифицированных форм первичных учётных документов, утверждённых соответствующим Постановлением Госкомстата.

Постановлением Государственного комитета Российской Федерации по статистике от 21.01.2003 № 7 «Об утверждении унифицированных форм первичной учетной документации по учету основных средств» утверждён ряд унифицированных форм первичной учётной документации по учёту основных средств, среди которых, в том числе № ОС-1а «Акт о приеме-передаче здания (сооружения)», а также № ОС-6 «Инвентарная карточка учета объекта основных средств».

В соответствии с положениями статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 № 402-ФЗ «О бухгалтерском учете» (далее - Закон № 402) все хозяйственные операции, проводимые организацией, должны оформляться первичными документами. Эти документы служат первичными учетными документами, на основании которых ведется бухгалтерский учет. Первичный учетный документ должен быть составлен при совершении факта хозяйственной жизни, а если это не представляется возможным -непосредственно после его окончания. Данные, содержащиеся в первичных учётных документах, подлежат своевременной регистрации и накоплению в регистрах бухгалтерского учёта (статья 10 Закона № 402-ФЗ).

Согласно пункту 3 статьи 375 НК РФ при определении налоговой базы как среднегодовой стоимости имущества, признаваемого объектом налогообложения, такое имущество учитывается по его остаточной стоимости, сформированной в соответствии с установленным порядком ведения бухгалтерского учёта, утвержденным в учётной политике организации. В случае, если остаточная стоимость имущества включает в себя денежную оценку предстоящих в будущем затрат, связанных с данным имуществом, остаточная стоимость указанного имущества для целей настоящей главы определяется без учета таких затрат.

В соответствии с пунктом 4 статьи 89 НК РФ предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов.

На основании подпункта 1 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговые органы вправе требовать в соответствии с законодательством о налогах и сборах от налогоплательщика, плательщика сбора или налогового агента документы по формам и (или) форматам в электронной форме, установленным государственными органами и органами местного самоуправления, служащие основаниями для исчисления и уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов, а также документы, подтверждающие правильность исчисления и своевременность уплаты (удержания и перечисления) налогов, сборов;

Таким образом, с целью подтверждения правильности определения срока полезного использования при принятии на учет АО «ЧГГК» спорного объекта основных средств ЗИФ должностными лицами налогового органа проанализирована представленная Обществом техническая документация, в том числе проект ТЭО.

Вышеуказанные документы являются первичными учетными документами Общества. Действующим законодательством не установлены нормы по формированию отдельно первичных документов для целей бухгалтерского учёта и целей налогового учета с содержанием в данных первичных документов различий между собой. Более того, как следует из вышеперечисленных законодательных норм, налоговый учет строится на данных бухгалтерского учета, который в свою очередь основывается на первичных документах.

При установлении обстоятельств, связанных с правильностью установления Обществом сроков полезного использования объекта основных средств «Хвостохранилище», проверяющие руководствовались ведомостями начисления амортизации для целей бухгалтерского учета за 2013-2015 годов, представленных обществом в ответ на требование Инспекции, в соответствии с которыми было установлено, что данному объекту присвоен код ОКОФ 12 4521040 «Сооружения цветной металлургии», соответственно объект отнесен к седьмой амортизационной группе, со сроком полезного использования 91 месяц.

Таким образом, при установлении обстоятельств, связанных с правильностью определения срока полезного использования, при постановке Обществом на учет объекта основных средств «Хвостохранилище», проверяющие руководствовались исключительно анализом первичных документов, представленных Обществом в рамках проверки.

Общество на страницах 13-15 Заявления, страницах 9-11 Объяснений указывает на неотносимостъ проведённой в рамках мероприятий налогового контроля экспертизы к предмету спора, указывая на нарушение процедуры проведения экспертизы, а также отсутствие у экспертов необходимой квалификации для её производства.

В ходе проведения дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией принято решение о назначении в рамках статьи 95 НК РФ экспертизы и привлечении на договорной основе эксперта для разъяснения возникших вопросов, в отношении, которых требуются специальные познания.

В рамках проведенных дополнительных мероприятий налогового контроля Инспекцией вынесено Постановление о назначении технической экспертизы от 19.06.2018 № 56-13/2 с целью установления технических характеристик и срока полезного использования в отношении объекта основных средств ЗИФ.

На страницах 4-5 Экспертного заключения по оценке технических характеристик и сроков полезного использования группы объектов, входящих в состав основного средства «Фабрика Золотоизвлекательная», являющегося неотъемлемой частью инфраструктуры горнодобывающего предприятия на участке «Купол» Акционерного общества «Чукотская горно-геологическая компания» от 09.07.2018 б/н (далее - Экспертное заключение) (т. 2, л.д. 128, 129), приведён перечень документов, исследованных экспертами в рамках проведения технической экспертизы, среди которых техническая и проектная документация, в связи с чем довод налогоплательщика о неисследованнии данных документов экспертами несостоятелен.

Как следует из выводов, изложенных на странице 12 Экспертного заключения, при определении срока полезного использования эксперты учитывали не только срок эксплуатации, но также срок использования ЗИФ в соответствии с её производительностью и мощностью, а также влияние естественных условий и агрессивной среды, системы проведения ремонта, сменность работы оборудования, нормативно-правовые и иные ограничения использования объекта и ряд других факторов. Иными словами при составлении вышеуказанного документа учтены критерии определения срока полезного использования, установленные пунктом 20 ПБУ 6/01.

Таким образом, довод Общества о том, что в качестве единственного критерия определения срока полезного использования выбран режим эксплуатации, не соответствует действительности.

В отношении нарушения процедуры проведения экспертизы установлено следующее. На стадии досудебного урегулирования спора АО «ЧГГК» в представленных в Инспекцию Возражениях от 02.04.2018, а также Возражениях от 09.07.2018, 02.08.2018 указывало, что эксперты не обладают достаточной и необходимой квалификацией для проведения экспертизы, Инспекцией нарушена процедура проведения экспертизы, изложенные в экспертном заключении выводы являются противоречивыми, неполными и неотносимыми к предмету спора.

В части процедуры проведения экспертизы налоговый орган указывает, что в соответствии с пунктом 6 статьи 95 НК РФ 19.06.2018 года сотрудник Инспекции, ознакомил главного бухгалтера АО «ЧГГК» Е.В. Орманиди с Постановлением о назначении технической экспертизы от 19.06.2018 № 56-13/2, разъяснил права АО «ЧГГК», предусмотренные пунктом 7 статьи 95 НК РФ, о чем составлен Протокол об ознакомлении проверяемого лица с постановлением о назначении технической экспертизы № 56-13/П/2. Указанным Протоколом зафиксировано, что у Общества отсутствуют замечания и заявления, связанные с назначением технической экспертизы, а так же не указаны заявления о намерении реализовать права предусмотренные пунктом 7 статьи 95 НК РФ.

По результатам проведенной технической экспертизы специалистами Московского областного Общественного Учреждения «Региональный сертификационный центр «ОПЫТНОЕ» составлено Экспертное заключение.

С результатами проведенной технической экспертизы ознакомлен представитель АО «ЧГГК», о чём составлен Протокол ознакомления с результатами дополнительных мероприятий налогового контроля от 20.07.2018 № 2.

09.07.2018 Инспекцией получены Возражения (вх. № 11897 от 09.07.2018) на Постановление о назначении технической экспертизы от 19.06.2018 № 56-13/2, в которых Общество, помимо прочего, заявляет отвод экспертам, просит об использовании для целей экспертизы представленных обществом дополнительных документов, а также о постановке перед экспертами иных вопросов.

Несмотря на то, что данные возражения получены Инспекцией после получения Экспертного заключения, в целях соблюдения прав налогоплательщика налоговый орган Письмом от 10.07.2018 № 56-13-09/11758 (т. 15, л.д. 36) направило вышеуказанные возражения в адрес экспертного учреждения МООУ РСЦ «Опытное», а также рассмотрело их, что подтверждается Протоколом ознакомления с результатами дополнительных мероприятий налогового контроля от 02.08.2018 № 3 (т. 15, л.д. 39-47).

Проанализировав данные вопросы, налоговый орган пришёл к выводу, что представленные налогоплательщиком вопросы выходят за рамки исследования и задач, поставленных перед экспертом налоговым органом, по причине их неотносимости к предмету исследования.

У Инспекции отсутствовала объективная возможность для учета Возражений Общества ввиду завершения технической экспертизы и составления Заключения по ее результатам на момент получения вышеуказанных Возражений.

Таким образом, налоговым органом соблюдена процедура проведения экспертизы.

В отношении квалификации экспертов установлено следующее. Проведение экспертизы поручено специалистам Московского областного Общественного Учреждения «Региональный сертификационный центр «Опытное»:

- ФИО5 - окончил Ленинградское Высшее Военное Инженерное Строительное Краснознаменное училище им. Генерала армии А.Н. Комаровского по специальности «Строительство объектов», квалификация инженер-строитель. Кандидат технических наук, почетный строитель России, профессор АВН. Сертификат компетентности эксперта № РОСС RU.0001.3108223 по подтверждению соответствия строительных материалов, конструкций и изделий. Удостоверение о повышении квалификации по программе «Экспертиза проектной документации и результатов инженерных изысканий». Свидетельство об аккредитации в качестве эксперта, привлекаемого к проведению мероприятий по контролю 16.05.2013 № РОСС RU.0001.420613. Эксперт РАН (идентификационный номер 2016-01-2995-9337).

Стаж работы в строительной отрасли и оценочно-экспертной деятельности — 35 лет.

- ФИО6 - окончил Камышинское Высшее Военное Строительное Командное училище по специальности командной «инженер по строительству и эксплуатации зданий и сооружений», квалификация инженер-строитель. Удостоверение № 01-13-438-07 Ростехнадзор, промышленная безопасность. Удостоверение о повышении квалификации по программе «Проектирование зданий и сооружений». Удостоверение о повышении квалификации по программе «Строительство зданий и сооружений». Удостоверение о повышении квалификации по курсу «Деятельность по проектированию зданий и сооружений. Технологические решения». Квалификационный аттестат № 064.015-29052015 (проектирование).

Стаж работы в строительной отрасли и оценочно-экспертной деятельности – 34 года.

Квалификация экспертов документально подтверждена (т. 2, л.д. 144-150, т. 3, л.д. 1-14). В Приложении № 3 к Протоколу ознакомления с результатами дополнительных мероприятий налогового контроля от 05.07.2018 приложены документы, подтверждающие квалификацию экспертов, которым поручено проведение экспертизы. Документальных доказательств отсутствия соответствующего образования или необходимого опыта для проведения рассматриваемой экспертизы Обществом не представлено.

Налоговый орган отмечает, что ни законодательство о налогах и сборах, ни иные нормативные правовые акты, регламентирующие правовой статус эксперта или порядок проведения экспертизы, не предъявляют к эксперту каких-либо требований в части опыта проведения экспертиз в отношении аналогичных или смежных объектов.

Налоговый орган отмечает, что ни законодательство о налогах и сборах, ни иные нормативные правовые акты, регламентирующие правовой статус эксперта или порядок проведения экспертизы, не предъявляют к эксперту каких-либо требований в части опыта проведения экспертиз в отношении аналогичных или смежных объектов.

Инспекция также учитывает судебную практику. Так, Арбитражный суд города Москвы в Решении от 15.08.2019 по делу № А40-317545/18 указал, что наличие соответствующей квалификации эксперта опровергается отсутствием документа об образовании (специальности). Аналогичные выводы изложены в Постановлении Девятого арбитражного апелляционного суда от 25.09.2014 № 09АП-34915/2014 по делу № А40-22384/14.

Кроме того, в части соответствия экспертов МООУ «РСЦ» Опытное» требованиям, и оценки в соответствии со статьей 71 АПК РФ заключений экспертов указанного центра суды отмечают:

«В частности судом первой инстанции надлежащим образом исследована и дана оценка экспертному заключению от 24.10.2016 подготовленному ООО "РСЦ "Опытное".

«Выводы эксперта ООО «ЮК Выход» Б.Р. Эйдука дополнительно подтверждаются мнениями специалистов по вопросу определения принадлежности спорных объектов к зданиям, перечисленным в Классификаторе основных средств, утвержденном постановлением правительства РФ от 01.01.2002 № 1, представленными специалистами: ФИО5, кандидатом технических наук, экспертом РАН...».

Учитывая изложенное, доводы Общества в указанной части следует признать несостоятельными.

Относительно противоречивости, неполноты и неотносимости выводов, изложенных в Экспертном заключении, налоговый орган акцентирует внимание суда на следующем.

Задачей экспертов являлось определение взаимосвязи нормативных сроков эксплуатации ЗИФ со сроками полезного использования данного объекта основных средств. Нормативные сроки эксплуатации объекта, с учетом его капитальности и технических характеристик, непосредственным образом учитываются при определении срока полезного использования объекта при его принятии к учету в качестве основного средства. При этом при установлении сроков полезного использования Общество обязательно должно было учитывать строительно-технические аспекты данного объекта и установленные нормативные сроки эксплуатации данного объекта. Более того, устанавливая срок полезного использования золотоизвлекательной фабрики, исходя из запасов руды на месторождении «Купол» на момент строительства данного объекта, налогоплательщик не учитывает возможное вовлечение в переработку руды с разведуемых месторождений, что фактически и происходило по мере эксплуатации данного объекта.

Относительно довода Общества о том, что результаты экспертизы не относимы к предмету налогового спора, ввиду того, что в законодательстве о налогах и сборах не указан критерий определения сроков полезного использования объекта на основе определения сроков эксплуатации основных несущих конструкций здания, Инспекция отмечает, что Общество не учитывает тот факт, что определение технических характеристик объекта необходимо для присвоения правильного кода ОКОФ, который в свою очередь непосредственным образом должен учитываться при определении срока полезного использования. Вышеуказанный вывод следует из положений законодательства о налогах и сборах, толкуемых во взаимосвязи с иными нормативными правовыми актами Российской Федерации.

Резюмируя изложенное, доводы АО «ЧГГК», являются несостоятельными.

В отношении дополнительных доводов, изложенных ЧГГК в представленных Объяснениях, установлено следующее.

На странице 11 Объяснений налогоплательщик указывает на необоснованность ссылки Инспекции на данные годовых отчётов компании Kinross Gold Corporation, отмечая, что подтверждаемые вышеуказанными данными обстоятельства не устанавливались в рамках выездной налоговой проверки, в связи с чем Общество было лишено права на представлений возражений.

Постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 24.12.2018 № 09АП-61816/2018 по делу № А40-241948/17 (Определением Верховного Суда РФ от 17.07.2019 № 305-ЭС19-10166 отказано в передаче дела № А40-241948/2017 в Судебную коллегию по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации для пересмотра в порядке кассационного производства данного постановления).

Как следует из положений статей 40, 44 АПК РФ, налоговый орган является стороной по данному делу. По смыслу частей 1, 2 статьи 8 АПК РФ стороны пользуются равными процессуальными правами, в том числе на представление доказательств, а также представление арбитражному суду своих доводов и объяснений. При этом каждая сторона должна доказывать обстоятельства, на которые ссылается (статья 65 АПК РФ).

Налоговый орган отмечает, что статистическая информация, а также данные годовых отчётов компании Kinross Gold Corporation использованы налоговым органом с целью опровержения довода АО «ЧГГК» о правомерности применения срока полезного использования ЗИФ и Хвостохранилища, в связи с тем, что отработка месторождения «Купол», как указывает Общество, планировалась до 2017 года. Указанные на странице 7 Отзыва налогового органа (т. 13, л.д. 112) статистические данные, а также тексты годовых отчётов компании Kinross Gold Corporation являются общедоступными, о чём свидетельствуют ссылки на страницы в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет». Оригиналы данных документов с официальными нотариально удостоверенными переводами налоговым органом в рамках мероприятий налогового контроля не запрашивались, в связи чем, с вышеуказанные документы не были представлены в адрес Общества и суда, а выступают лишь в качестве источника информации, дополнительно подтверждающего позицию налогового органа.

Случаи существенного нарушения налоговым органом процедуры при проведении мероприятий налогового контроля установлены пунктом 14 статьи 101 НК РФ, а также положениями пунктов 38, 40 ППВАС № 57. При этом среди них отсутствует такое существенное нарушение процедуры проведения налоговой проверки как неознакомление налогоплательщика с общедоступной информацией. Кроме того, налоговый орган отмечает, что в силу пункта 68 ППВАС № 57 доводы АО «ЧГГК» о существенном нарушении Инспекцией процедуры проведения выездной налоговой проверки могут быть приняты судом только в том случае, если они были заявлены в жалобе (апелляционной жалобе), поданной в вышестоящий налоговый орган. Налоговый орган отмечает, что в апелляционной жалобе от 12.12.2018 б/н, представленной в ФНС России, подобные доводы Обществом не заявлялись.

На странице 12 Объяснений Общество также указывает на предусмотренную пунктом 20 ПБУ 6/01 возможность пересмотра срока полезного использования, в том числе в связи с модернизацией и (или) реконструкцией объекта основных средств. При этом указание АО «ЧГГК» на то, что реконструкция или модернизация ЗИФ в период с момента её ввода в эксплуатацию по текущий момент не проводилась, не соответствует действительности. Так, в материалах дела имеется Технологический регламент золотоизвлекательной фабрики рудника «Купол», утверждённый заместителем генерального директора ЗАО «Чукотская горно-геологическая компания» ФИО7 25.04.2014, на странице 3 которого (т. 12, л.д. 91) указывается, что в 2012-2013 годах произведено техническое перевооружение ЗИФ, а именно произведена частичная замена оборудования с целями увеличения ремонтопригодности оборудования, уменьшения эксплуатационных затрат, замены материально устаревшего оборудования на новые современные аналоги с сервисным обслуживанием, а также вовлечения в переработку руды, поступаемой на ЗИФ с месторождения «Двойное» и требующей использования оборудования для извлечения тонковкраплённого золота в сульфидных минералах. В вышеуказанном документе имеются ссылки на одобрение рассматриваемого перевооружения экспертизой промышленной безопасности, а также отражён факт согласования проектной документации с Управлением горного надзора Ростехнадзора.

Кроме того, факт технического перевооружения ЗИФ в 2013-2014 годах подтверждается Протоколом допроса главного металлурга ФИО8 ФИО9 (вопрос 8).

Из системного толкования пункта 1 статьи 258 НК РФ, а также пункта 20 ПБУ 6/01 следует, что налогоплательщик вправе увеличить срок полезного использования объекта основных средств после даты ввода его в эксплуатацию, если после реконструкции, модернизации или технического перевооружения такого объекта увеличился срок его использования.

Учитывая изложенное, в совокупности со сведениями об увеличении срока разработки месторождения «Купол», изложенными на страницах 6-7 Объяснений, у Общества имелись основания для пересмотра срока полезного использования ЗИФ.

На страницах 15-16 Объяснений налогоплательщик отмечает, что с позицией налогового органа по налогу на прибыль организаций не согласился, в связи с обжалованием этого эпизода в рамках досудебного порядка урегулирования спора в ФНС России; также указывает, что дальнейшее обжалование доначислений по налогу на прибыль организаций не осуществлялось по причине невозможности оспаривания данного эпизода в судебном порядке.

В соответствии с положениями статьи 137 НК РФ каждое лицо имеет право обжаловать, в частности, акты налоговых органов ненормативного характера, если по мнению данного лица такой акт нарушает его права.

Как следует из части 1 статьи 198 АПК РФ, организация вправе обратиться в арбитражный суд с заявлением о признании ненормативного правового акта недействительным при наличии совокупности двух условий, а именно

-оспариваемый ненормативный правовой акт не соответствует закону или иному нормативному правовому акту;

-оспариваемый ненормативный правовой акт нарушает права и законные интересы организации в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, незаконно возлагает какие-либо обязанности либо создаёт иные препятствия для осуществления предпринимательской и иной экономической деятельности.

При этом отсутствие, а также недоказанность хотя бы одного из вышеуказанных условий служит основанием для оставления заявления без удовлетворения (Определение Верховного Суда Российской Федерации от 23.03.2017 № 310-КГ17-1441 по делу № А68-2912/2016; Определение Верховного Суда Российской Федерации от 13.03.2017 № 310-КГ17-778 по делу № А14-3069/2016; Постановление Арбитражного суда Московского округа от 26.03.2019 № Ф05-2820/2019 по делу № А41-20872/2018).

В связи с тем, что определение срока полезного использования объекта основных средств находится в прямой взаимосвязи с установлением его амортизационной группы и осуществляется на момент ввода в объекта основных средств в эксплуатацию, налоговый орган осуществил установление действительных налоговых обязательств налогоплательщика в рамках проверяемого периода с учётом Определения Верховного Суда Российской Федерации от 19.01.2018 № 305-КГ17-14988 по делу № А41-17865/20166. Поскольку сумма амортизации за проверяемый период должна была составить 942 953 362,32 руб. (вместо начисленных налогоплательщиком 723 191 897,67 руб.), что повлекло бы дополнительное включение в состав расходов суммы амортизации в размере 222 077 604,65 руб., налоговая база за налоговые периоды 2013-2015 годов подлежала уменьшению. С учётом изложенного налоговый орган, руководствуясь положениями пункта 7 статьи 78 НК РФ, осуществил возврат налогоплательщику излишне уплаченных сумм налога на прибыль организаций за налоговые периоды 2014-2015 годов в сумме 40 522 628 руб. Данное обстоятельство было установлено на момент вынесения оспариваемого решения (страница 58 Решения Инспекции (т. 4, л.д. 6)), однако оно не помешало налогоплательщику обжаловать доначисления оп рассматриваемому эпизоду как нарушающие его права.

Кроме того, обжалуя оспариваемое решение в вышестоящий налоговый орган, на странице 77 апелляционной жалобы (т. 6, л.д. 31) налогоплательщик прямо указывает на взаимосвязь доначислений по налогу на прибыль организаций и налогу на имущество организаций: «Поскольку доначисления по пунктам 2.1.1 — 2.1.2 и 2.3 Решения связаны между собой - ниже Общество приводит краткую позицию по всем трём эпизодам...». Вышеуказанное обстоятельство свидетельствует о противоречивости позиции АО «ЧГГК» по рассматриваемому эпизоду.

Налогоплательщик искажает позицию, изложенную в Письме Минфина России от 19.04.2018 № 03-05-05-01/26390. Так, из вышеуказанного документа следует, что основные средства, относящиеся к первой и второй амортизационным группам вне зависимости от применения налогоплательщиком Классификации основных средств подлежат освобождению от налогообложения налогом на имущество организаций. Налоговый орган отмечает, что Минфин России делает акцент именно на том, что факт применения или неприменения налогоплательщиком вышеуказанной классификации не влияет на освобождение основных средств, относящихся к первой и второй группам, от налогообложения налогом на имущество организаций. Кроме того, данное письмо принято после исключения рассматриваемой льготы из статьи 374 НК РФ, а также не относимо к предмету рассматриваемого спора.

Таким образом, по мнению Инспекции, позиция налогоплательщика по данному эпизоду является несостоятельной, в связи со следующими обстоятельствами, а именно:

-определение налоговой базы по налогу имущество организаций (среднегодовая (остаточная) стоимость) находится в непосредственной зависимости от начисленных налогоплательщиком сумм амортизации, определяемых с учётом срока полезного использования, устанавливаемого на основании амортизационных групп; таким образом, учитывая, что налогоплательщиком неверно определена амортизационная группа в отношении ЗИФ, Общество неверно исчислило налог на имущество организаций, что подтверждается Экспертным заключением, а также проектом ТЭО строительства горнодобывающего предприятия на месторождении «Купол»;

-срок полезного использования объектов основных средств определяется на основании технической документации, как с учётом срока, так и непосредственных условий его эксплуатации; таки образом, АО «ЧГГК» неверно определило срок полезного использования Хвостохранилища, что подтверждается проектом ТЭО, согласно которому Хвостохранилище рассчитано на складирование хвостов в течение 13,5 лет.

В силу пункта 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик вправе уменьшить исчисленную в соответствии с положениями статьи 166 НК РФ сумму НДС на установленные законодательством о налогах и сборах налоговые вычеты.

Согласно пункту 2 статьи 173 НК РФ в случае если сумма налоговых вычетов в каком-либо налоговом периоде превышает исчисленную в соответствии с положениями статьи 166 НК РФ сумму НДС и увеличенную на суммы восстановленного в соответствии с пунктом 3 статьи 170 НК РФ налога, положительная разница подлежит возмещению налогоплательщику.

При этом нормами главы 21 НК РФ не установлена зависимость налоговых вычетов по приобретенным товарам (работам, услугам) от фактического исчисления НДС по конкретным операциям, для осуществления которых приобретены данные товары (работы, услуги). Вместе с тем, для налогоплательщиков, осуществляющих добычу и реализацию драгоценных металлов, облагаемую по налоговой ставке 0%, установлен особый порядок возмещения НДС.

Подпунктом 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ установлено, что налогообложение производится по ставке 0% при реализации драгоценных металлов налогоплательщиком, осуществляющим их добычу или производство из лома и отходов, содержащих драгоценные металлы, Государственному фонду драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, фондам драгоценных металлов и драгоценных камней субъектов Российской Федерации, Центральному банку Российской Федерации и банкам. Таким образом, подпунктом 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ установлено, что нулевая ставка налога при реализации драгоценных металлов может применяться только определенной категорией налогоплательщиков, а именно налогоплательщиками, осуществляющими добычу драгоценных металлов.

В Письме от 22.07.2016 № 03-07-05/43096 Минфин России указывает, что нормы, установленные подпунктом 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ, не распространяются на лиц, не имеющих лицензии на право пользования участками недр.

Для подтверждения обоснованности правомерности использования нулевой ставки налога налогоплательщик, реализующий драгоценные металлы, должен представить в налоговую инспекцию документы, состав которых определен пунктом 8 статьи 165 НК РФ. В соответствии с указанной нормой в налоговый орган представляются контракт (копия контракта) на реализацию драгоценных металлов или драгоценных камней, а также документы (их копии), подтверждающие передачу драгоценных металлов или драгоценных камней Государственному фонду драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, Центральному банку Российской Федерации, банкам.

Согласно пункту 3 статьи 172 НК РФ вычет сумм налога на добавленную стоимость в отношении операций по реализации драгоценных металлов, указанных в подпункте 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ, производится на момент определения налоговой базы, установленный статьей 167 НК РФ.

Из положений подпункта 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ, пунктов 8, 10 статьи 165 НК РФ, подпункта 1 пункта 1 статьи 167 НК РФ, пункта 3 статьи 172 НК РФ следует, что для налогоплательщиков, осуществляющих добычу и реализацию драгоценных металлов, облагаемую по ставке 0 процентов в соответствии с подпунктом 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ, установлен особый порядок возмещения НДС, согласно которому суммы налога принимаются к вычету на момент определения налоговой базы, установленный подпунктом 1 пункта 1 статьи 167 НК РФ. Таким образом, особый порядок устанавливает зависимость предъявленных к вычету и возмещению сумм НДС от объема товаров (работ, услуг), использованных в производстве и реализации драгоценных металлов в соответствующем налоговом периоде.

В соответствии с Учётной политикой Общества для целей налогового учета на 2013-2014 годы установлено, что Общество признаётся налогоплательщиком НДС и осуществляет реализацию продукции собственного производства с различными налоговыми ставками (18 % и 0%). При этом для определения момента возникновения налоговой базы по НДС руководствоваться положениями статьи 167 НК РФ.

В ходе выездной налоговой проверки установлено, что в 2013-2014 годах АО «ЧГГК» в соответствии с заключёнными договорами приобретало у ООО «Северное Золото» золотосеребряную руду, в том числе на основании Договора на покупку руды от 20.12.2013 № 3. Купленная в соответствии с заключенными договорами золотосеребряная руда транспортировалась ООО «Северное Золото» до площадки склада руды АО «ЧГГК» с целью её последующей отгрузки. Отгруженная на склады АО «ЧГГК» от ООО «Северное Золото» руда впоследствии отправлялась на переработку на золотоизвлекательную фабрику Купол АО «ЧГГК». В дальнейшем готовая продукция - сплав Доре отправлялась для дальнейшей обработки на ОАО «Красноярский завод цветных металлов им. А.Н. Гулидова» для аффинажа слитков золота и серебра и их дальнейшей реализации банкам и на экспорт.

Считая, что им соблюдены все условия для применения вышеуказанного налогового вычета по НДС, налогоплательщик приводит следующие доводы.

На страницах 21-28 Заявления, страницах 16-24 Объяснений Общество, толкуя положения подпункта 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ во взаимосвязи с иными положениями законодательства Российской Федерации, указывает, что им соблюдены все условия для применения налоговых вычетов по НДС.

Согласно пункту 1 статьи 334 НК РФ налогоплательщиками налога на добычу полезных ископаемых (далее - НДПИ) признаются организации и индивидуальные предприниматели, признаваемые пользователями недр в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Объектом налогообложения НДПИ признаются полезные ископаемые, добытые из недр на территории Российской Федерации на участке недр (в том числе из залежи углеводородного сырья), предоставленном налогоплательщику в пользование в соответствии с законодательством Российской Федерации (пункт 1 статьи 336 НК РФ).

Одним из видов добытых полезных ископаемых являются полупродукты, содержащие в себе один или несколько драгоценных металлов (золото, серебро, платина, палладий, иридий, родий, рутений, осмий), получаемые по завершении комплекса операций по добыче драгоценных металлов. При этом под добычей драгоценных металлов понимаются извлечение минерального сырья, содержащего такие металлы, из коренных (рудных), россыпных и техногенных месторождений и последующая его первичная переработка с получением концентратов и других полупродуктов, содержащих драгоценные металлы, в соответствии с согласованной и утвержденной в установленном порядке проектной документацией на разработку соответствующего месторождения полезных ископаемых и (или) первичную переработку минерального сырья, содержащего драгоценные металлы (подпункт 13 пункта 2 статьи 337 НК РФ).

В соответствии с пунктом 1 статьи 11 НК РФ институты, понятия и термины гражданского, семейного и других отраслей законодательства Российской Федерации, используемые НК РФ, применяются в том значении, в каком они используются в этих отраслях законодательства, если иное не предусмотрено НК РФ.

Статьей 9 Закона Российской Федерации от 21.09.1992 № 2395-1 «О недрах» предусмотрено, что пользователями недр могут быть субъекты предпринимательской деятельности, в том числе участники простого товарищества, иностранные граждане, юридические лица, если иное не установлено федеральными законами. Права и обязанности пользователя недр возникают с даты государственной регистрации лицензии на пользование участком недр, при предоставлении права пользования участком недр на условиях соглашения о разделе продукции - с даты вступления такого соглашения в силу.

В пункте 19 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.05.2014 № 33 разъяснено, что «...в силу подпункта 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ налоговой ставкой 0 процентов облагается реализация драгоценных металлов налогоплательщиками, осуществляющими их добычу или производство из лома и отходов, содержащих драгоценные металлы, Государственному фонду драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, фондам драгоценных металлов и драгоценных камней субъектов Российской Федерации, Центральному банку Российской Федерации, банкам. Из взаимосвязанного толкования данной нормы и положений статьи 4 Федерального закона от 26.03.1998 № 41-ФЗ «О драгоценных металлах и драгоценных камнях» (далее - Закон № 41-ФЗ) и статьи 9 Закона Российской Федерации от 21.02.1992 № 2395-1 «О недрах» следует вывод о том, что указанную ставку налога вправе применять лишь те лица, которые могут быть признаны субъектами добычи и производства драгоценных металлов в соответствии с названным специальным законодательством, то есть, прежде всего, имеющие лицензию на право пользования участками недр. На иных лиц, принимающих участие в добыче и (или) производстве драгоценных металлов (в частности, на основании договора простого товарищества), но не имеющих такой лицензии, положения подпункта 6 пункта 1 статьи 164 Кодекса не распространяются...».

Материалами проверки установлено, а также подтверждено налогоплательщиком в представленных в ходе выездной налоговой проверки Возражениях, что Общество не добывало руду на месторождении «Двойное» (недропользователем которого является ООО «Северное золото»), а приобретало ее у ООО «Северное золото» на основании договоров на приобретение руды для собственных хозяйственных нужд, включая последующую первичную переработку руды на ЗИФ месторождения «Купол». При этом Инспекция не оспаривает того обстоятельства, что для извлечения драгоценных металлов из добытой руды необходима ее первичная переработка на золотоизвлекательной фабрике (ЗИФ), которая завершается получением золотосеребряносодержащего концентрата. Далее полученный концентрат направляется на аффинажное производство и полученные слитки драгметаллов реализуются банкам.

Из совокупности приведенных выше правовых норм следует, что процесс добычи драгоценных металлов включает в себя как непосредственное извлечение руды из участка недр, так и ее первичную переработку на ЗИФ в соответствии с условиями лицензирования конкретного недропользователя.

Иными словами, оба из указанных действий (как непосредственно добыча на месторождении «Двойное», так и первичная переработка) должны быть осуществлены одним недропользователем в соответствии с выданной лицензией на недропользование.

В проверяемом периоде ООО «Северное золото» добывало драгоценные металлы (золото и серебро) на месторождении «Двойное» на основании лицензии серии АНД № 01141, тип БЭ, выданной Управлением по недропользованию по Чукотскому автономному округу 29.06.2007. Сведения о ней указаны в налоговых декларациях ООО «Северное золото» по НДПИ за июль и ноябрь 2013, январь-декабрь 2014 года. Сведений о добыче на основании иных лицензий на разработку месторождений в данных декларациях не имеется.

Так, например, согласно показателям налоговой декларации ООО «Северное золото» по НДПИ за январь 2014 года (корр. 1) по коду 13001 (золото) добыто 33 363 000 кг и реализовано 10614 кг полезного ископаемого, выручка от реализации составила 11 355 601,82 руб., доля содержания ХЧМ в добытом ПИ составила 0,02803345, стоимость единицы добытого ПИ составила 29,99 руб., налоговая база - 1 000 556 370 руб., сумма исчисленного налога - 60 033 382 руб.

В проверяемом периоде АО «ЧГГК» добывало драгоценные металлы (золото и серебро) на месторождении «Купол» на основании лицензии серии АНД № 011305, тип БЭ, выданной Управлением по недропользованию по Чукотскому автономному округу. Сведения о ней указаны в налоговых декларациях АО «ЧГГК» по НДПИ за июль и ноябрь 2013, январь-декабрь 2014 года. Сведений о добыче на основании иных лицензий на разработку месторождений в данных декларациях не имеется.

Согласно показателям налоговой декларации АО «ЧГГК» по НДПИ за январь 2014 года (корр. 1) по коду 13001 (золото) было добыто 13 627 946 грамм и реализовано 674 876,5 грамм полезного ископаемого, выручка от реализации составила 935 898 483,9 руб., доля содержания ХЧМ в добытом ПИ составила 0,071550878, стоимость единицы добытого ПИ составила 98,95 руб., налоговая база - 1 348 485 257 руб., сумма исчисленного налога - 80 909 115 руб.

При этом указанная схема приобретения и переработки руды существовала только до конца 2014 года.

В 2015 году ООО «Северное золото» добытую на месторождении «Двойное» руду уже не продавало АО «ЧГГК», а отдавало ему на переработку на основании соответствующих договоров переработки руды. Право собственности на руду и полученные в результате первичной переработки (на ЗИФ рудника «Купол» АО «ЧГГК») и аффинажа (на Красцветмет имени Гулидова) слитки оставалось у ООО «Северное золото».

Таким образом, АО «ЧГГК» не участвует в процессе добычи драгоценных металлов на месторождении «Двойное», поскольку не принимает участия в первом этапе добычи - извлечении руды из недр на рассматриваемом месторождении, тогда как норма подпункта 6 пункта 1 статьи 164 Кодекса распространяется только на налогоплательщиков, осуществляющих добычу драгоценных металлов.

Действительно, пунктом 3 статьи 15 Закона № 41-ФЗ предусмотрено, что организации, указанные в статье 4 Закона, осуществляют добычу драгоценных металлов и драгоценных камней собственными силами или на договорной основе с другими организациями. При ведении добычи драгоценных металлов и драгоценных камней организациями в рамках договора между ними каждая из этих организаций должна иметь необходимые лицензии на виды деятельности, предусмотренные Законом и иными законодательными актами.

Однако при этом необходимо учитывать, на основании каких договоров осуществляется совместная добыча полезных ископаемых (простого товарищества, о разделе продукции, переработки, комиссии и т.д.), чтобы установить факт совместной добычи полезных ископаемых, содержащих драгоценные металлы.

Как указано ранее, АО «ЧГГК» приобретало в свою собственность руду ООО «Северное золото», добытую последним на месторождении «Двойное».

Из технологической инструкции по переработке золотосеребряных руд на ЗИФ рудника «Купол» АО «ЧГГК» ТИ 58002943-0.00-001-2014 от 25.04.2014 следует, что полученный из приобретенной у ООО «Северное золото» руды сплав Доре учитывается в товарном балансе металлов именно АО «ЧГГК».

Указанный концентрат является объектом обложения НДПИ именно у АО «ЧГГК», и вся выручка от реализации золота и серебра поступает в исключительное ведение именно данного налогоплательщика.

В ходе выездной налоговой проверки также установлено, что в соответствии с проектной документацией «Подземный рудник «Двойной» на месторождении «Двойное» первый этап - отработка рудной зоны 37» ООО «Северное золото» (разработчик ЗАО «ПитерГорПроект»,2013) книга 1 «Пояснительная записка»:

-основным и единственным полезным ископаемым, извлекаемым из недр месторождения Двойное, является золотосеребряная руда. Главным ценным компонентом является золото, самородное золото, серебро имеет подчиненное значение;

-добытая руда перерабатывается на ЗИФ рудника «Купол»;

-в соответствии с ТЭО, предусматривается транспортировка руды месторождения «Двойное» на ЗИФ рудника «Купол», где руда будет перерабатываться по принятой технологической схеме ЗИФ в периодическом режиме раздельно от руды месторождения «Купол»;

-товарным продуктом рудника «Двойное» является добытая (извлеченная) из недр золотосеребряная руда. Процесс добычи руды завершается после проведения предварительной рудоподготовки, в которую входит: сортировка руды по качественным характеристикам, дробление негабаритов, предварительное обогащение путем изъятия из рудной массы крупных обломков пустых пород и другие мероприятия, предусмотренные техническим регламентом подготовки руды. Вся добываемая на месторождении руда (после доведения извлеченного минерального сырья до состояния товарной руды процедурами рудоподготовки) приобретается АО «ЧГГК», которое направляет руду на переработку на ЗИФ рудника «Купол». Количество и качество отгружаемой руды определяется расчетным путем, исходя из условий (требований) утвержденной годовой производственной программы по выпуску конечной продукции (сплава Доре) на ЗИФ рудника «Купол». Товарная руда, проданная ООО «Северное золото» и поступающая на рудник «Купол», будет оприходоваться АО «ЧГГК» и храниться на складах временного хранения товарной руды, на специально оборудованных площадках на территории рудного склада ЗИФ рудника «Купол»;

-предприятие, создаваемое на базе месторождения «Двойное» не имеет собственной перерабатывающей (обогатительной) мощности. Руды месторождения «Двойное» перерабатываются на ЗИФ рудника «Купол». Доставка товарной руды на ЗИФ осуществляется автомобильным транспортом на расстоянии 112 км;

-товарной продукцией является сырая недробленая руды;

-покупателем является АО «ЧГГК» (рудник «Купол»);

-затраты по доставке руды со склада руды на месторождении «Двойное» до площадки рудника «Купол» и на дальнейшие переделы до чистых металлов с учетом коммерческих расходов по их продаже относятся к хозяйственной деятельности ЗАО «ЧГГК».

Далее, в протоколе ЦКР-ТПИ Роснедр от 19.02.2013 № 12/13-сти о согласовании указанного технического проекта констатировано следующее:

-товарной продукцией является добытая золотосеребряная руда, прошедшая процедуру рудоподготовки;

-полезными компонентами в руде являются золото и серебро;

-добываемая руда подлежит переработке на ЗИФ рудника «Купол»;

согласовать в составе проектной документации нормативы потерь золотосеребряной руды при ее добыче на руднике «Двойной» месторождения «Двойное» до 01.01.2023 по выемочным единицам (блокам).

Как указывалось ранее, АО «ЧГГК» добычу руды на месторождении «Двойное» не осуществляло, а покупало её у ООО «Северное золото» с целью использования (переработки на ЗИФ) исключительно для собственных нужд. Процесс добычи руды на месторождении «Двойное» заканчивается моментом извлечения ООО «Северное золото» сырой дробленой руды из недр. Какое-либо распределение выручки от реализации слитков золота и серебра между ООО «Северное золото» и АО «ЧГГК» не предусмотрено.

Соответственно, факт совместной (как силами АО «ЧГГК», так и ООО «Северное золото»), на договорной основе, добычи руды на месторождении «Двойное», не установлен.

Таким образом, доводы налогоплательщика в указанной части являются несостоятельными.

Изложенная в Заявлении, а также Письменных объяснениях от 03.02.2020 б/н позиция налогоплательщика в части эпизода с НДС сводится к тому, что Общество, как и Инспекция, применило расчётный метод при определении суммы НДС но спорным операциям, что свидетельствует о корректности Расчёта налогоплательщика.

В представленном налогоплательщиком Расчёте АО «ЧГГК» определяет сумму входящего НДС, приходящегося на экспортированную продукцию, произведённую из руды с месторождения «Двойное», посредством умножения процентного соотношения, приходящегося на продукцию, реализованную на внутреннем рынке и на экспортированную продукцию, на сумму НДС, приходящегося на ТМЦ, списанные на переработку руды с месторождения «Двойное» (т. 5. л.д. 31).

Вместе с тем, представленный налогоплательщиком Расчёт не отражает действительные налоговые обязательства Общества, а также противоречит положениям законодательства о налогах и сборах.

Согласно пункту 1 статьи 52 Налогового кодекса Российской Федерации (далее ПК РФ) но общему правилу налогоплательщик самостоятельно исчисляет сумму налога, подлежащую уплате за налоговый период, исходя из налоговой базы, налоговой ставки и налоговых льгот. При этом в силу подпунктов 3, 8 пункта 1 статьи 23. пункта 1 статьи 54 НК РФ правильность данных, отраженных в налоговой отчетности, должна быть подтверждена соответствующими первичными документами.

Аналогичные положения нашли отражение и в специальных нормах законодательства о налогах и сборах. Так, согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов-фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3,6-8 статьи 171 НК РФ. Вычетам подлежат только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг) после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с подпунктом 7 пункта 1 статьи 31 НК РФ налоговый орган вправе определять суммы подлежащих уплате в бюджет налогов расчётным путём, в том числе при ведении учёта с нарушением установленного порядка, приведшего к невозможности исчислить налоги.

В ходе выездной налоговой проверки ЛО «ЧГГК» за налоговые периоды 2013-2015 годов Инспекцией расчётным методом на основании представленных налогоплательщиком документов, а именно документов аналитического учёса по счёту 10 «Материалы» и всем субсчетам для целей бухгалтерского учёта, Актов о списании материальных запасов в производство за июль, ноябрь 2013 года, а также за 2014 год (помесячно) осуществлено определение суммы НДС с товарно-материальных ценностей, списанных в производство па переработку руды, в части, приходящейся на переработку купленной руды с месторождения «Двойное». Расчёт НДС, приходящегося на сплав Доре, изготовленного из руды, добытой на месторождении «Двойное», реализованного как кредитным учреждениям, так и на экспорт Инспекцией не производился но причине непредставления АО «ЧГГК» документов раздельного учёта полупродукта, полученного н< руд месторождении «Купол» и «Двойное» на этапах аффинажа и дальнейшей реализации.

Из изложенного следует, что исчисление налога в любом случае должно производиться на основании первичных документов. К аналогичным выводам приходят суды. Так, Арбитражный суд Московского округа в Постановлении от 24.03.2020 № Ф05-2060/20 по делу № А40-36415/2019 указал, что «представленный Заявителем расчет не может служить основанием для определения действительных налоговых обязательств, так как произведен при отсутствии первичных документов, то есть в нарушение статей 146, 170, 171, 172, 249, 250, 252 НК РФ».

Таким образом, отраженный в Решении инспекции расчёт НДС основан на документах, представленных самим налогоплательщиком в рамках выездной налоговой проверки, в то время как Расчёт Общества документального подтверждения не нашёл.

Кроме того, согласно показателю производства Золотоизвлекательной фабрики (ЗИФ) по состоянию на 01.12.2013 общий объём руды, поступившей с месторождений «Купол» и «Двойное» в переработку па Золотоизвлекательную фабрику, составил 135 934 000 кг (Таблица № 2.2.1/Т1; страница 225 Решения Инспекции) (т. 5, л.д. 24). При этом, общее количество произведённой на Золотоизвлекательной фабрике продукции - сплава Доре - составило 17 313.353 кг (Таблица № 2.2.I/T2: сумма ячеек Ли и Ag графы «Доре кг.» по строке ноябрь 2013 года; страница 226 Решения Инспекции) (т. 5, л.д. 25).

Согласно Справке Открытого акционерного общества «Красноярский завод цветных металлов имени В.11. Гулидова» (далее - ОАО «КЗЦМ») о движении драгоценных металлов за ноябрь 2013 года за рассматриваемый месяц на аффинаж от АО «ЧГГК» поступило 14 671.8 кг (с учётом поставок в октябре 201 3 года - 26 083 257 кг).

Таким образом, в ноябре 2013 года объем полупродукта, полученный после первичной переработки на Зологоизвлекательной фабрике АО «ЧГГК» (17 313.353 кг), не совпадает с объёмом сплава Доре, отгруженного ОАО «КЗЦМ» на аффинаж (14 671.8 кг), следовательно, данные, указанные в графе Расчета налогоплательщика «Сумма НДС. приходящегося на ТМЦ, списанные на переработку руды с месторождения «Двойное», руб.», не могут быть использованы для определения его действительных налоговых обязательств в части осуществления им экспортных операций.

Инспекцией также проанализированы данные налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость за 4 квартал 2013 года, представленной налогоплательщиком в налоговый орган в части осуществления АО «ЧГГК» экспортных операций.

Согласно Приложению № 1 к Порядку заполнения налоговой декларации по налогу на добавленную стоимость, утверждённому Приказом Минфина России от 15.10.2009 № 104п.

- по строке 1010401 указывается реализация товаров, вывезенных в таможенном режиме экспорта, а также товаров, помещенных под таможенный режим свободной таможенный зоны (не указанных в пункте 2 статьи 164 Кодекса);

по строке 1010411 указывается реализация драгоценных металлов налогоплательщиками, осуществляющими их добычу или производство из лома и отходов, содержащих драгоценные металлы. Государственному фонду драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, фондам драгоценных металлов и драгоценных камней субъектов Российской Федерации, Центральному банку Российской Федерации, банкам.

При этом, из анализа вышеуказанных строк также невозможно установить долю реализованных на экспорт слитков, произведённых из золотосеребряной руды, добываемой на месторождении «Двойное», поскольку по ним отражены общие суммы реализованной налогоплательщиком продукции в 4 квартале 2013 года.

Кроме того, в связи с тем, что на стадиях аффинажа и реализации не вёлся раздельный учет полупродукта/продукции, полученного из руд месторождений «Купол» и «Двойное», с достоверностью невозможно установить реализована ли спорная продукция, изготовленная из руды с месторождения «Двойное» либо в кредитные организации (строка 1010411), либо на экспорт (строка 1010401).

Также, представленный пример также подтверждает невозможность установления расчётным способом доли реализованных на экспорт слитков, произведенных из золотосеребряной руды, добываемой па месторождении «Двойное».

Таким образом, налоговый орган подвергает сомнению данные представленного Обществом Расчёта ввиду отсутствия документального подтверждения отражённой информации, поскольку данное обстоятельство влияет на порядок исчисления НДС по спорным операциям.

Учитывая изложенное, Расчёт носит сугубо теоретический характер и не отражает действительные налоговые обязательства налогоплательщика.

В то же время налоговый орган указывает на невозможность определения действительных налоговых обязательств в указанной части и представления контррасчёта по причине отсутствия первичных документов, подтверждающих движение полупродукта, полученного из руды с месторождения «Двойное», с момента поступления на аффинаж до момента реализации, в том числе на экспорт. Из имеющихся у Инспекции документов нельзя индивидуализировать полупродукт, поступивший на аффинаж в АО «КЗЦМ» и в дальнейшем реализованный на экспорт.

На страницах 28-30 Заявления, страницах 24-26 Объяснений Общество указывает на несостоятельность судебной практики, приведённой в оспариваемом Решении.

В оспариваемом Решении Инспекция ссылается на позицию Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенную в Постановлении от 11.06.2013 № 710/13 по делу № А04-221/2012 (далее - Постановление № 710/13). Налогоплательщик считает вышеуказанные выводы суда неотносимыми к настоящему спору. При этом налоговый орган отмечает, что Общество искажает фактические обстоятельства, установленные в рамках дела № А04-221/2012, а также не полностью приводит выводы судов, изложенные в рассматриваемых судебных актах.

Так, в Решении от 27.03.2012 по вышеуказанному делу Арбитражный суд Амурской области, анализируя спорные правоотношения, указывает следующее:

«Из смысла предписаний Налогового кодекса Российской Федерации следует, что в рассматриваемой ситуации на применение ставки 0 процентов по НДС может претендовать лишь одна организация вне рамок совместной деятельности, осуществляющая добычу драгоценного металла (в соответствии с лицензией), реализующая драгоценный металл в концентрате (сплаве) для последующей переработки и аффинирования, а также реализующая драгоценный металл Государственному фонду драгоценных металлов и драгоценных камней Российской Федерации, Банку России, банкам».

Из изложенного следует, что право на применение налоговой льготы имеет исключительно налогоплательщик, который осуществляет все вышеуказанные стадии, а именно как добычу, включая как непосредственно процесс добычи, так и первичную обработку, так и аффинирование, и реализацию специальным субъектам.

Приведённая Обществом в Заявлении судебная практика в подтверждение своей позиции принята раньше Постановления № 710/13 (так, Постановления Федерального арбитражного суда Уральского округа датированы 02.06.2011 и 26.09.2011), в связи с чем, позиция, изложенная в вышеуказанном Постановлении, судами при принятии данных судебных актов не учитывалась.

На страницах 30-32 Заявления, страницах 26-28 Объяснений налогоплательщик указывает, что часть приобретённой Обществом продукции реализована на экспорт с применением нулевой налоговой ставки по НДС.

В отношении данного довода установлено, что факт частичной реализации Обществом производимой продукции на экспорт налоговым органом не оспаривается. Вместе с тем, Инспекция акцентирует внимание суда на следующих обстоятельствах.

Как указывалось ранее, подпунктом 6 пункта 1 статьи 164 НК РФ установлена льготная нулевая налоговая ставка по НДС.

Льготами по налогам и сборам признаются предоставляемые отдельным категориям налогоплательщиков и плательщиков сборов предусмотренные законодательством о налогах и сборах преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками или плательщиками сборов, включая возможность не уплачивать налог или сбор либо уплачивать их в меньшем размере (п. 1 ст. 56 НК РФ).

Пленум ВАС РФ отразил в своем постановлении, что «...указанную ставку налога вправе применять лишь те лица, которые могут быть признаны субъектами добычи и производства драгоценных металлов в соответствии с названным специальным законодательством, то есть, прежде всего, имеющие лицензию на право пользования участками недр. На иных лиц, принимающих участие в добыче и (или) производстве драгоценных металлов (в частности, на основании договора простого товарищества), но не имеющих такой лицензии, положения подпункта 6 пункта 1 статьи 164 Кодекса не распространяются...».

Как указали суды: «Предусмотренное статьями 164 - 165 НК РФ право применения ставки 0 процентов при реализации товаров, вывезенных в таможенной процедуре экспорта (подпункт 1 пункта 1 статьи 164 НК РФ), является разновидностью налоговых льгот, которыми в соответствии с нормой статьи 56 НК РФ признаются предоставляемые отдельным категориям налогоплательщиков предусмотренные законодательством о налогах преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, включая возможность не уплачивать налог либо уплачивать его в меньшем размере».

«...при экспорте товаров российские налогоплательщики применяют нулевую ставку по НДС, предусмотренную пунктом 1 статьи 164 НК РФ, с обязательным подтверждением ее обоснованности путем представления совокупности определенных статьей 165 НК РФ документов, одним из которых является таможенная декларация (ее копия) с отметками российского таможенного органа, осуществившего выпуск товаров в режиме экспорта, и российского таможенного органа места убытия, через который товар был вывезен с территории Российской Федерации.

Применение нулевой ставки НДС при реализации товаров, работ, услуг, вывезенных в таможенном режиме экспорта, по своей правовой природе является налоговой льготой, направленной на уменьшение налоговой ставки (статья 56 НК РФ).

Согласно пункту 2 статьи 17, статье 56 НК РФ, основания, порядок и условия применения льгот по налогам и сборам определяются нормами законодательства о налогах и сборах, при этом обязанность по доказыванию обоснованности применения заявленной льготы возлагается на налогоплательщика (налогового агента)».

Необходимо отметить, что суды придерживаются аналогичной позиции в отношении пониженных налоговых ставок и по иным налогам.

Таким образом, пониженные ставки, установленные законодательством о налогах и сборах по налогу на добавленную стоимость, по своей правовой природе являются налоговой льготой, обязанность по доказыванию обоснованности применения которой, возлагается на налогоплательщика

Согласно пункту 1 статьи 56 НК РФ льготами по налогам и сборам признаются предусмотренные законодательством о налогах и сборах преимущества по сравнению с другими налогоплательщиками, включая возможность не уплачивать налог или уплачивать налог в меньшем размере.

Анализируя вышеуказанные положения, Конституционный Суд Российской Федерации в Определении от 18.12.2003 № 472-0 указал, что «Право на применение налоговой льготы имеет только тот налогоплательщик, у которого есть основания для её получения и соответствующие документы, которые он обязан представить в налоговый орган как доказательства обстоятельств, с которыми закон связывает возникновение права на налоговые льготы».

Учитывая изложенное, именно на налогоплательщике лежит бремя доказывания права на налоговую льготу, и, соответственно, в случае непредставления необходимых подтверждающих документов либо представления их неполного комплекта налогоплательщик не вправе использовать вышеуказанную налоговую льготу.

Как указывалось ранее, АО «ЧГГК», осуществляя раздельное ведение на товарном балансе продукции, произведённой из руды, закупленной у третьих лиц, не представил соответствующий расчёт доли экспортных операций, приходящихся на налогоплательщика как субъекта добычи. Факт разделения продукции, в частности, подтверждается Протоколом допроса главного металлурга ФИО8 ФИО9 от 17.11.2017 № 631, который показал, что в начале месяца до достижения необходимого объёма осуществлялась переработка руды с месторождения «Двойное», а после достижения руды с месторождения «Купол». Оформление переработки руды производилось посредством составления разных производственных отчётов.

Инспекция запрашивала у налогоплательщика документы, подтверждающие реализацию на экспорт продукции, полученной из руды месторождения «Двойное» для разделения исчисленных сумм НДС, однако вышеуказанные документы ни в налоговый орган, ни в апелляционной жалобой в ФНС России представлены не были, в связи с чем доводы, указанные АО «ЧГГК» в данной части, являются не подтверждёнными документально.

Довод Общества о том, что в ФНС России вместе с апелляционной жалобой им представлен соответствующий расчёт приходящейся на принадлежащую ему продукцию доли экспортных операций, не соответствует действительности, поскольку Общество представило данные из программы, используемой для ведения бухгалтерского учёта, подтверждающие факт экспорта, однако не содержащие необходимый для установления действительных налоговых обязательств расчёт.

Учитывая изложенное, у Общества отсутствовало право на применение льготной налоговой ставки в указанной части.

На обязанность ведения налогоплательщиком раздельного учёта также указывается и в судебной практике. Так, Арбитражный суд Восточно-Сибирского округа в Постановлении от 01.08.2017 № Ф02-3566/2017 по делу № А58-5208/2016 отметил следующее: «Поскольку, как правильно установлено судами, общество в рассматриваемый период заявило к вычету и возмещению всю сумму предъявленного поставщиками НДС, а не в доле произведённых и реализованных драгоценных металлов у налогового органа имелись основания для признания спорных налоговых вычетов неправомерными и отказа в их возмещении».

Кроме того, налоговый орган отмечает, что в настоящее время АО «ЧГГК» изменило процесс ведения деятельности и действует не на основании договоров купли-продажи руды, а на основании агентских договоров на переработку руды, не приобретая право собственности на продукцию третьих лиц.

Таким образом, позиция налогоплательщика по данному эпизоду является несостоятельной.

Резюмируя изложенное, АО «ЧГГК» занижена налоговая база по налогу на имущество организаций за налоговые периоды 2013-2015 годов, в связи с неверным определением срока полезного использования объектов основных средств «ЗИФ» и «Хвостохранилище» на 9 150 590 515 руб. Кроме того, Обществом необоснованно применена нулевая налоговая ставка по НДС, в связи с чем, налогоплательщик необоснованно предъявил к вычету сумму налога в размере 46 395 771 руб.

Данное нарушение повлекло неуплату налога на имущество организаций в размере 201 312 990 руб. Общество привлечено к ответственности на основании пункта 1 статьи 122 НК РФ в виде штрафа в размере 8 342 797 руб. Налогоплательщику также начислены пени в размере 83 482 618 руб.

Учитывая изложенные обстоятельства по делу в их совокупности и взаимосвязи, как того требуют положения, содержащиеся в части 2 статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и другие положения Кодекса, признает необоснованными требования, заявленные АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЧУКОТСКАЯ ГОРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ" к МИФНС России по крупнейшим налогоплательщикам № 5.

На основании изложенного, руководствуясь ст.ст. 110, 167, 169, 170, 198, 201 АПК РФ, суд

Р Е Ш И Л:

В удовлетворении заявления АКЦИОНЕРНОГО ОБЩЕСТВА "ЧУКОТСКАЯ ГОРНО-ГЕОЛОГИЧЕСКАЯ КОМПАНИЯ" (689000, ЧУКОТСКИЙ АВТОНОМНЫЙ ОКРУГ, <...>, ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 13.09.2002, ИНН: <***>) к МИ ФНС по КН № 5 (129223 МОСКВА ГОРОД ПРОСПЕКТ МИРА ДОМ 119СТРОЕНИЕ 164 , ОГРН: <***>, Дата присвоения ОГРН: 16.12.2004, ИНН: <***>) о признании недействительным решения от 06.11.2018г. № 56-13-10/1481 в части, отказать.

Решение может быть обжаловано в течение месяца в Девятый арбитражный апелляционный суд, через Арбитражный суд города Москвы.

Судья:

А.В. Бедрацкая