Постановление от 22 июля 2024 г. по делу № А63-4499/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-КАВКАЗСКОГО ОКРУГА

Именем Российской Федерации


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Дело № А63-4499/2023
г. Краснодар
22 июля 2024 года
Резолютивная часть постановления объявлена 16 июля 2024 года

Постановление изготовлено в полном объеме 22 июля 2024 года


Арбитражный суд Северо-Кавказского округа в составе председательствующего Черных Л.А., судей Воловик Л.Н. и Прокофьевой Т.В., при участии в судебном заседании, при участии в судебном заседании от заявителя – общество с ограниченной ответственностью «Фристайл» – ФИО1 (доверенность от 22.08.2023), ФИО2 (доверенность от 07.04.2024), от заинтересованного лица – Северо-Кавказского таможенного управления – ФИО3 (доверенность от 22.12.2023), ФИО4 (доверенность от 24.07.2023), рассмотрев кассационную жалобу Северо-Кавказского таможенного управления на решение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу № А63-4499/2023, установил следующее.

Общество с ограниченной ответственностью «Фристайл» (далее – общество) обратилось в арбитражный суд с заявлениями к Северо-Кавказскому таможенному управлению (далее – таможня) о признании недействительными решений о корректировке таможенной стоимости от 13.12.2022 по ДТ 10805010/190421/0011181 (дело № А63-4611/2023), 20.12.2022 по ДТ 10805010/190421/0011181 (дело № А63-4496/2023), 15.12.2022 по ДТ 10805010/260321/0009282 (дело № А63-4499/2023). Определениями от 19.04.2023 и 27.06.2023 дела № А63-4611/2023, А63-4496/2023 и А63-4499/2023 объединены в одно производство (№ А63-4499/2023).

Решением суда первой инстанции от 11.12.2023, оставленным без изменения постановлением суда апелляционной инстанции от 08.04.2024, требования удовлетворены по мотиву наличия у таможни всех необходимых документы, позволяющих установить таможенную стоимость ввезенных по спорным ДТ товаров по первому методу. Довод о подделке коммерческих документов не подтвержден документально. Изъятие у общества печатей китайских контрагентов, в том числе оттиски которых содержатся в коммерческих документах, подлинность этих документов не опровергает. Заключение специалиста от 24.03.2022 № 12405010/0002329 не отвечает требованиям законодательства об экспертной деятельности. Цена ввозимого товара подтверждается ввозной и экспортной декларациями, инвойсами, спецификациями к контракту, ведомостями банковского контроля. Доказательства недостоверности сведений о цене сделки либо о наличии условий, влияние которых не может быть учтено при определении таможенной стоимости ввезенных обществом товаров, не предоставлены.

В Арбитражный суд Северо-Кавказского округа с кассационной жалобой обратилась таможня, просит отменить состоявшиеся по делу судебные акты и отказать в удовлетворении требований. Ссылается на ошибки при указании судом величины доначисленных таможенных платежей (15 510 943 рубля 37 копеек вместо фактически начисленных 858 393 рублей 54 копеек), а также неправильное применение статьи 112, 313, 325, 331, 332 Таможенного кодекса ЕАЭС (далее – Кодекс). Считает неверным утверждение суда о том, что непредставление обществом запрошенных при камеральной проверке документов обусловлено объективными обстоятельствами (нахождение в командировке единственного сотрудника). Изложенные в абзаце третьем пункта 13 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49) правовые подходы к спорным правоотношениям не применимы.

В отзыве на кассационную жалобу общество просит оставить обжалуемые судебные акты без изменения как законные и обоснованные, а кассационную жалобу – без удовлетворения.

В судебном заседании представители участвующих в деле лиц поддержали доводы и возражения, изложенные в кассационной жалобе и отзыве на нее.

Арбитражный суд Северо-Кавказского округа, изучив материалы дела, проверив законность и обоснованность обжалуемых судебных актов, оценив доводы кассационной жалобы и отзыва на нее, выслушав представителей участвующих в деле лиц, считает, что обжалуемые судебные акты подлежат отмене, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции по следующим основаниям.

При рассмотрении дела суд установил, что общество (импортер) и китайская компания Synergy Trading Company Limited (экспортер; далее – компания) заключили внешнеторговый контракт № FZ-2020 от 12.11.2020 (подписан 14.01.2021), по условиям которого экспортер обязуется поставить запасные части и комплектующие к двухколесным велосипедам по ценам прайс-листа на текущий год торговой марки MAXXPRO, JETSET, а покупатель – принять и оплатить товар в порядке и сроки, установленные контрактом (пункт 1.1). Полное наименование, артикулы, вес товара и цены за единицу указываются в спецификациях к инвойсу на каждую партию товара (пункт 1.2). Оплата товара производится на основании инвойсов экспортера. Инвойсы направляются электронной почтой с последующим досылом оригинала курьерской почтой (пункт 2.4). Поставка производится морским транспортом на условиях FOB, порты Китайской Народной Республики (далее – КНР): города Шанхай, Нингбо, Янтиань, Тяньцзинь, Шеньжень по выбору экспортера (пункт 2.5). Сумма контракта составляет 20 млн. долларов США, включает в себя упаковку, маркировку, таможенное оформление для экспорта и погрузку на судно (пункты 3.1, 3.2). Срок оплаты товара – в течение 180 дней с момента прибытия груза в порт назначения. Расчеты производятся в долларах США путем перечисления денежных средств на расчетный счет экспортера (пункты 3.3 –3.5).

В целях доставки товара на территорию Российской Федерации общество (заказчик) и компания (экспедитор) заключили транспортно-экспедиционный договор № FR-20 от 15.12.2020 (подписан 14.01.2021), по условиям которого экспедитор от своего имени осуществляет или организует для заказчика выполнение работ и (или) оказание услуг по перевозке груза (контейнеров) морским видом транспорта с местом реализации услуг вне территории Российской Федерации (пункт 1.1). Экспедитор оплачивает всю сумму по перевозке и выставляет счет заказчику, который по прибытии груза в порт назначения (Новороссийск) обязан оплатить 100 % стоимости по инвойсу в течение 90 дней со дня подписания актов выполненных услуг. Оплата производится безналичным расчетом в долларах США.

Во исполнение контракта № FZ-2020 от 12.11.2020 товар поставлен на территорию Российской Федерации и задекларирован обществом в регионе деятельности таможни. Таможенная стоимость определена декларантом в соответствии со статьей 39 Кодекса методом по стоимости сделки с ввозимыми товарами и принята таможней в заявленном обществом размере, в рамках выбранного им метода.

По ДТ 10805010/190421/0011181 общество задекларировало товары общей таможенной стоимостью 3 316 407 рублей 28 копеек исходя из цены сделки 39 894,83 доллара США, по ДТ 10805010/260321/0009282 – 1 460 057 рублей 16 копеек исходя из цены сделки 15 167,38 долларов США. Как указал суд, цена сделки подтверждается инвойсами, спецификациями к инвойсам и упаковочным листам, экспортными грузовыми таможенными декларациями.

После выпуска товаров в отношении общества проведена камеральная таможенная проверка по вопросу достоверности сведений, заявленных в ДТ, в связи с поступлением от службы по противодействию коррупции СКТУ (докладные записки от 06.04.2022, 30.05.2022, 31.05.2022), по ее итогам составлен акт от 12.10.2022, где отражено, что в ходе оперативно-розыскных мероприятий у представителей общества изъяты коммерческие документы, упаковочные листы, инвойсы, спецификации к инвойсам, счета-фактуры, сертификаты, в которых, исходя из заключения специалиста от 24.03.2022 № 12405010/0002329, имеются оттиски печатей нерезидентов (китайских поставщиков) на коммерческих документах, выполненных печатями, изъятыми в рамках ОРМ сотрудниками СПК у представителя декларанта.

Суд отклонил ссылки таможни на наличие у совокупности названных доказательств признаков того, что представленные обществом при таможенном декларировании по спорным ДТ коммерческие документы не являются подлинными, а также содержат недостоверные сведения о таможенной стоимости задекларированных товаров. В ходе проверочных мероприятий обществу направлялись требования о предоставлении документов и сведений, однако, они не представлялись, почтовые отправления вернулись в таможню с отметкой ФГУП «Почта России» о невручении. Поскольку сомнения в правильности определения обществом таможенной стоимости ввезенных по спорным ДТ товарам декларант не устранил, о причинах наличия у него подлинных печатей китайского экспортера ничего не сообщил, таможня сочла недостоверными представленные при декларировании документы о таможенной стоимости товаров и приняла решения от 13.12.2022 и 20.12.2022 (в отношении ДТ 10805010/190421/0011181), от 15.12.2022 (в отношении ДТ 10805010/260321/0009282) о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров. В решениях отражено, что при заявлении таможенной стоимости товаров общество нарушило требования пункта 10 статьи 38 Кодекса, вследствие неустранения сомнений, противоречий и расхождений она определена таможней по резервному методу по правилам статьи 45 Кодекса (по стоимости сделки с однородными товарами), уведомлениями от 15.12.2022 и 21.12.2022 общество уведомлено о доначислении ему 858 393 рублей 54 копеек таможенных платежей. Общество обжаловало решения таможни о корректировке таможенной стоимости по спорным ДТ в арбитражный суд.

Соглашаясь с доводами общества о документальной подтвержденности достоверности определенной им при ввозе товаров по спорным ДТ их таможенной стоимости, суд отклонил ссылки таможни на полученные при мероприятиях таможенного контроля и оперативно-розыскного характера доказательства, сослался на представление обществом в ходе судебного разбирательства письма от китайского экспортера, якобы забывшего у своего российского покупателя в Российской Федерации три подлинных печати китайских и других организаций, обнаруженных и изъятых оперативными работниками таможни и ФСБ, счел доказательства таможни не соответствующими предъявляемыми статьей 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации требованиям.

Требование о предоставлении документов от 22.06.2022 № 20-21/06755 направлено по юридическому адресу общества 23.06.2022. Согласно информации с сайта ФГУП «Почта России» почтовое отправление с идентификатором 80099976153079 не вручено адресату в связи с истечением срока хранения.

Это обстоятельство, по мнению суда, не имеет решающего значения для настоящего спора, поскольку на дату направления требования от 22.06.2022 таможня располагала всеми необходимыми документами, подтверждающими заявленную обществом таможенную стоимость товара.

Сославшись на пункты 10,15, 13 статьи 38, статьи 108, 313, пункты 4, 17 статьи 325 Кодекса, пункты 9 – 13 Постановления № 49, статью VII ГАТТ 1994, суд отметил, что представленные обществом в подтверждение правильности определения таможенной стоимости товара документы, выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, содержат все необходимые сведения о наименовании товара и его стоимости, подписаны сторонами. Описание товара в документах соответствует воле сторон и позволяет его идентифицировать. Сведения в документах не являются противоречивыми и позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты. Предоставленная в дело коммерческая переписка сторон подтверждает реальность коммерческих взаимоотношений поставщика и покупателя. Расчеты по внешнеэкономическому контракту подтверждаются ведомостями банковского контроля. Документы не содержат признаков недостоверности и являются достаточными для подтверждения заявленной при таможенном оформлении стоимости ввезенного товара.

Суд также отметил, что в силу статьи 11 Федерального закона от 12.08.1995 № 144-ФЗ «Об оперативно-розыскной деятельности» результаты оперативно-розыскной деятельности могут использоваться для подготовки и осуществления следственных и судебных действий, проведения оперативно-розыскных мероприятий по выявлению, предупреждению, пресечению и раскрытию преступлений, выявлению и установлению лиц, их подготавливающих, совершающих или совершивших и т.д. Однако в ходе судебного разбирательства не установлено, что по факту подделки коммерческих документов возбуждалось уголовное дело, а впоследствии вынесен приговор суда.

Суд отметил, что заключение специалиста от 24.03.2022 подтверждает наличие в коммерческих документах оттисков печатей компании, изъятых у общества, но не опровергает подлинность документов, подтверждающих таможенную стоимость товара. Это обстоятельство, как указал суд, само по себе не порочит документы, которые представило общество, не свидетельствует об изготовлении и использовании декларантом заведомо подложных документов, равно как и о предоставлении недостоверных сведений о таможенной стоимости товаров, и, как следствие, о нарушении им пункта 10 статьи 38 Кодекса.

Из протокола изъятия документов (предметов, материалов) от 28.10.2021 следует, что оперативно-розыскные мероприятия проводились в целях обнаружения и изъятия документов, свидетельствующих о совершении преступления, предусмотренного статьей 194 Уголовного кодекса Российской Федерации (уклонение от уплаты таможенных платежей, специальных, антидемпинговых и (или) компенсационных пошлин, взимаемых с организации или физического лица).

Факт совершения обществом действий, направленных на уклонение от уплаты таможенных платежей, как отметил суд, не доказан, а перечисленные в пункте 5 Положения об особенностях проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров, ввозимых на таможенную территорию ЕАЭС, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 27.03.2018 № 42, основания корректировки таможенной стоимости в решениях о корректировке таможенной стоимости товаров таможня не указала, оплата товара произведена в полном объеме и в соответствии с условиями, содержащимися в коммерческих документах.

Отвергая каждое из представленных таможней доказательств, суд дал неполную правовую оценку их совокупности, взаимосвязи и относимости к приводимым таможней доводам: как о полном отсутствии у общества аргументов, объясняющих причины нахождения у его должностных лиц трех печатей китайских и других поставщиков, наличии признаков уклонения от получения требования таможни, направленного по юридическому адресу общества, несущему вследствие этого бремя наступления негативных процессуальных последствий непринятия мер к получению почтовой корреспонденции; а также иных изъятых коммерческих документов (упаковочные листы, инвойсы, спецификации к инвойсам, счета-фактуры, сертификаты, в которых имеются оттиски печатей нерезидентов (китайских поставщиков), изъятых в рамках ОРМ сотрудниками СПК у представителя декларанта)).

Ссылаясь на письма китайских поставщиков, полученных от них в ходе судебного разбирательства, о наличии которых общество не приводило доводы ранее, суд не предпринял мер к проверке легальности их получения и происхождения, – например, каким образом они получались обществом (через органы почтовой связи, путем электронного документооборота и т.д.), и истребованию соответствующих доказательств их пересылки декларанту.

Причины нахождения в месте проживания представителя общества трех подлинных печатей, коммерческих документов (в том числе исходящих от китайских поставщиков) суд не проверил, формально сославшись на неотносимость заключения специалиста от 24.03.2022 № 12405010/0002329.

Не привел суд и мотивы, по которым признал полученными с нарушением норм федерального закона и (или) не относящимся к настоящему делу результаты самих оперативно-розыскных мероприятий, каким образом изъятые у представителя документы и печати китайских поставщиков оказались по месту его проживания, каковы причины их наличия у него, период их нахождения у представителя общества, суд не указал.

Признавая достоверными письма китайских экспортеров о том, что они забыли в России свои подлинные печати и поэтому получили новые в КНР, суд не проверил возможные временные периоды такой ситуации исходя из китайского законодательства и сложившихся в КНР обычаев делового оборота в этой части, насколько легко и быстро получить печати организаций при их утрате, и какова процедура их легальной замены в КНР. Суд также не указал, почему заключение эксперта, признанное им полученным с нарушением законодательства об экспертной деятельности, не обладает признаками письменного доказательства, оценку которого суд должен произвести по общим правилам оценки доказательств.

Почему о забытых печатях китайские поставщики сообщили обществу спустя значительный промежуток времени после ввоза товаров по спорным ДТ и только в ходе судебного разбирательства, как и то, приезжали ли вообще представители этих китайских поставщиков в Российскую Федерацию в спорные периоды и (или) проведения оперативно-розыскных мероприятий, суд также не проверял.

Неполно суд проверил и доводы таможни об отсутствии у нее при ввозе товаров по спорным ДТ каких-либо сведений о нахождении у представителя общества коммерческих документов и печатей китайских поставщиков, а также возможной коррупционной составляющей декларирования по спорным ДТ, и, соответственно, доказательств возможного занижения таможенной стоимости. Почему приводимые таможней доводы о существенных расхождениях качественных, весовых, количественных и стоимостных характеристик ввозимых товаров в спорных ДТ и грузовых декларациях на их перемещение морскими судами, не обладают определенными в Кодексе признаками, влекущими проведение мероприятий таможенного контроля (в том числе проведение камеральной проверки), суд не указал, а мотивы отклонения ссылок таможни на наличие оснований для проведения мероприятий таможенного контроля после выпуска товаров по спорным ДТ спустя время, неясно.

Более того, отклоняя доводы о значительных расхождениях в ДТ и грузовых документах о перевозке спорных товаров, суд указал, что китайские экспортные декларации содержали информацию о цене за единицу товара и стоимости ввозимых товаров, но при этом не только не сопоставил и не проверил их соответствие сведениям, указанным в китайских экспортных грузовых декларациях и представленных обществом ДТ, тогда как в них имеются противоречия и расхождения, но и сделал ничем не подтвержденные предположения о совпадении всех характеристик товаров (по восьми другим декларациям в сумме со спорными ДТ).

Так, отвергая доводы таможни о том, что в китайской экспортной грузовой декларации № 021720210000048566 задекларированы рамы и вилки для велосипедов, ручки руля, катафоты, брызговики, части велосипеда, ободные ленты (брутто 11 280 кг., 516 мест, общая стоимость 39 894,83 доллара США (ДТ № 10805010/190421/0011181), суд указал, что несоответствие по количеству позиций товара (в ЭГД – 4, в ДТ – 17) объясняется тем, что в ДТ ряд позиций определены как части для велосипедов (части к велосипедам), т. е. повторяются. Как это обстоятельство свидетельствует о достоверности этих количественных (в том числе частей велосипедов), возможных весовых и комплектных расхождений, суд не указал, конкретные мотивы отклонения этих доводов таможни в судебных актах не только отсутствуют (например, опровергающий математический, количественный расчет исходя из заявленной комплектации товаров и т.д.), но и неясны.

Такими же непонятными являются и причины отклонения сходных доводов таможни о расхождениях в экспортной грузовой декларации № 021720210000012444, где задекларированы рамы и части для велосипедов, ободная лента для велосипедов (брутто 30 849,25 кг., 1477 мест) (а в ДТ № 10805010/260321/0009282 – рамы велосипедные из стали, части к велосипедам (части для велосипедов), ручки руля, лента ободная резиновая (брутто 7 523,50 кг., 367 мест), где к тому же имеются существенные ценовые различия в их общей стоимости – 72 740 долларов США против 15 167,38 долларов США) и значительных отличиях в грузовых местах перевозимых на морских судах товаров и их весовых характеристиках.

Принятые во внимание судом апелляционной инстанции пояснения общества о причинах такого значимого несоответствия в существенных количественных, ценовых характеристиках импортируемых товаров и занимаемых ими грузовых местах на морских судах – «не весь товар, сведения о котором отражены в ЭГД № 021720210000012444 задекларирован в ДТ 10805010/260321/0009282», а товары ввозились еще по восьми декларациям (в настоящем деле не проверяются), никак не объясняют причины возникновения таких разночтений. Более того, с учетом доводов таможни об обнаружении у представителя общества не только печатей китайских поставщиков, но и их коммерческих документов (в отсутствие в судебных актах ссылок об относимости этих изъятых коммерческих документов к спорным поставкам и их представлении (непредставлении) при таможенном декларировании по спорным ДТ)), проверка этих пояснений общества может существенным образом повлиять на полноту исследования и оценки доказательств и доводов участвующих в деле лиц по настоящему делу.

Приведенный судебной коллегией аргумент о том, что после представления обществом ЭГД (по требованию таможни) таможня произвела выпуск товаров, что якобы косвенно подтверждает отсутствие противоречий в сведениях, содержащихся в ЭГД и ДТ, при наличии к тому же представленных таможней материалов оперативно-розыскных мероприятий (в том числе о коррупционной составляющей), не только не подтверждает приведенные пояснения общества, но и свидетельствует о нарушении судом установленных статьями 65, 71, 171, 270 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации правил оценки доказательств, а также предъявляемых к содержанию судебных актов требований. Какой-либо анализ, описание перечисленных характеристик ввезенных по этим восьми декларациям товаров и ссылки на соответствующие доказательства в настоящем деле в судебных актах отсутствуют.

Между тем, каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обстоятельства, имеющие значение для правильного рассмотрения дела, определяются арбитражным судом на основании требований и возражений лиц, участвующих в деле, в соответствии с подлежащими применению нормами материального права. Арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств, их относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности. Доказательство признается арбитражным судом достоверным, если в результате его проверки и исследования выясняется, что содержащиеся в нем сведения соответствуют действительности. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Решение является обоснованным тогда, когда имеющие значение для дела факты подтверждены исследованными судом доказательствами, удовлетворяющими требованиям закона об их относимости и допустимости, или обстоятельствами, не нуждающимися в доказывании, а также тогда, когда оно содержит исчерпывающие выводы суда, вытекающие из установленных фактов. При рассмотрении и разрешении дел, возникших из публичных правоотношений, суд не связан основаниями и доводами заявленных требований, т.е. обстоятельствами, на которых заявитель основывает свои требования (пункт 3 постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 19.12.2003 № 23 «О судебном решении»).

Принимая во внимание как доказательство письмо китайского контрагента от 27.07.2023 о том, что печати, изъятые в ходе оперативно-розыскных мероприятий у общества, китайский поставщик забыл во время его визита в Российскую Федерацию, суд при этом также не сослался на соответствующие доказательства (в том числе какие печати и когда, являлись ли они именно теми, которые впоследствии изъяты в рамках ОРМ), не проверенным остался и факт самого пребывания китайских контрагентов в Российской Федерации и периоды.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат отмене как основанные на неполном исследовании имеющих значение для правильного рассмотрения дела доводов участвующих в деле лиц и представленных ими доказательств, а дело – направлению на новое рассмотрение в суд первой инстанции для устранения указанных недостатков.

Руководствуясь статьями 286 ? 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Кавказского округа



ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Ставропольского края от 11.12.2023 и постановление Шестнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.04.2024 по делу № А63-4499/2023 отменить, дело направить на новое рассмотрение в Арбитражный суд Ставропольского края.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в двухмесячный срок в Верховный Суд Российской Федерации в порядке статьи 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий Л.А. Черных

Судьи Л.Н. Воловик

Т.В. Прокофьева