Решение от 14 апреля 2022 г. по делу № А55-12707/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД САМАРСКОЙ ОБЛАСТИ

443001, г. Самара, ул. Самарская, 203Б, тел. (846) 226-56-17, (846) 207-55-15

http://www.samara.arbitr.ru


Именем Российской Федерации


РЕШЕНИЕ

Дело №

А55-12707/2021
14 апреля 2022 года
г. Самара




Резолютивная часть решения объявлена 07 апреля 2022 года

Решение в полном объеме изготовлено 14 апреля 2022 года


Арбитражный суд Самарской области


в составе судьи

ФИО1


при ведении протокола судебного заседания секретарем с/з ФИО2,


рассмотрев в судебном заседании 31 марта, 07 апреля 2022 года дело по иску


Общества с ограниченной ответственностью "Хевел"

к Обществу с ограниченной ответственностью "РосМетИндустрия" Третьи лица:1. Публичное акционерное общество «Химпром»; 2. Общество с ограниченной ответственностью «СпецАвтоСтрой» 3. Акционерное общество «Объединенная страховая компания» 4. Страховое публичное акционерное общество «Ингосстрах»5. Приволжское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в лице Чувашского филиала

о взыскании 71 668 844 руб. 34 коп.


при участии в заседании


от истца - ФИО3, доверенность от 06.05.2021,от ответчика - ФИО4, доверенность от 01.07.2021, от третьих лиц 1,2,4,5 - не явились, извещены,от третьего лица 3 - ФИО5, доверенность от 27.12.2021,

Установил:

Общество с ограниченной ответственностью "Хевел" обратилось в Арбитражный суд Самарской области с исковым заявлением к Обществу с ограниченной ответственностью "РосМетИндустрия" о взыскании убытков, возникших в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в общем размере 72 020 004,45 рублей, из которых:

1.1. Реальный ущерб в размере 7 753 016,04 рублей, включающий в себя:

- 1 462 569,79 рублей - расходы по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ2 35 кВ;

- 1 527 143,51 рублей - затраты в виде себестоимости забракованной продукции;

- 4 256 322,74 рублей - расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии;

- 506 980 рублей - расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени.

1.2. Упущенная выгода в размере 64 266 988,41 рублей (потери валовой прибыли в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии).

До вынесения окончательного судебного акта истцом заявдено ходатайство об уменьшении исковых требований, в соответствии с которым истец просил суд взыскать убытки, возникшие в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в общем размере 71 668 844 руб. 34 коп., из которых:

1.1. Реальный ущерб в размере 7 753 016,04 рублей, включающий в себя:

- 1 462 569,79 рублей - расходы по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ2 35 кВ;

- 1 527 143,51 рублей - затраты в виде себестоимости забракованной продукции;

- 4 256 322,74 рублей - расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии;

- 506 980 рублей - расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени.

1.2. Упущенная выгода в размере 63 915 828,30 рублей (потери валовой прибыли в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии).

Данное ходатайство судом удовлетворено в силу ст. 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Ответчик возражал против удовлетворения требований по основаниям, указанным в отзыве, сославшись на отсутствие доказательств причинной связи между убытками от повреждения КЛ1 и КЛ2 и действиями ответчика, а также доказательств самого факта повреждения линий КЛ1 и КЛ2 и размера ущерба от их повреждения. Кроме того, ответчик указал, что истцом не представлено доказательств того, какие доходы в мае 2020 года он реально (достоверно) мог получить и не получил исключительно вследствие противоправных действий (бездействия) ответчика.

Определениями от 09.06.2021, от 03.08.2021, от 01.02.2022 суд привлек к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, Общество с ограниченной ответственностью «СпецАвтоСтрой», акционерное общество «Объединенная страховая компания», Приволжское управление Федеральной службы по экологическому, технологическому и атомному надзору в лице Чувашского филиала, публичное акционерное общество «Химпром», страховое акционерное общество «Ингосстрах».

Третьи лица представили письменные пояснения, в соответствии с которыми ПАО «Химпром» поддержало заявленные требования, АО «Объединенная страховая компания» возражало против удовлетворения иска.

Истец в судебном заседании поддержал исковые требования по основаниям, изложенным в иске.

Ответчик в судебном заседании возражал против удовлетворения исковых требований по основаниям, изложенным в отзыве на исковое заявление, представил извещение об изменении наименования ответчика, в соответствии с которым указал, что полное наименование ответчика – Общество с ограниченной ответственностью «РМИ-СТАЛЬ».

Судом принято изменение наименования ответчика.

Представитель третьего лица – АО «Объединенная страховая компания» представила дополнительный отзыв на иск, в соответствии с которым полагает, что расходы на устройство и демонтаж временной кабельной трассы в размере 941 621 руб. 75 коп. подлежат исключению при определении убытков, подлежащих взысканию в пользу истца.

В соответствии со ст. 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации в судебном заседании объявлялся перерыв до 07.04.2022 до 16 час. 15 мин. Сведения о месте и времени заседания были размещены на официальном сайте Арбитражного суда Самарской области в сети Интернет по веб-адресу: http://www.samara.arbitr.ru. После перерыва судебное заседание продолжено.

Исследовав имеющиеся в деле доказательства, проверив обоснованность доводов, изложенных в исковом заявлении, отзывах на иск, письменных пояснениях, суд считает исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела и искового заявления, 30 апреля 2020 года в 12 ч. 07 м. на заводе ООО «Хевел» (далее по тексту - Общество) произошло аварийное отключение электроэнергии, что привело к экстренной остановке всего производственно-технологического оборудования завода и отключению всех систем обеспечения пожарной, газовой безопасности, видеонаблюдения и охранной сигнализации.

Причиной аварийного отключения электроэнергии послужило повреждение объектов внешнего электроснабжения завода ООО «Хевел» - кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), проходящих по трассе, расположенной на территории ПАО «Химпром». Данный факт зафиксирован совместным актом от 30.04.2020 с участием представителей ООО «Хевел» и ПАО «Химпром».

Повреждение кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих Истцу, произошло в результате обрушения ориентировочно в 12 час. 05 мин. 30.04.2020 наружу части кирпичной кладки внешней стены нижней части 5 этажа корпуса № 301 ПАО «Химпром» при выполнении работ по его сносу ООО «РосМетИндустрия» в рамках заключенного с ПАО «Химпром» договора подряда от 20.01.2020 №2283.

Юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего (ч. 1 ст. 1079 ГК РФ).

В соответствии с требованиями ч. 3 ст. 55.31. ГрК РФ в процессе сноса объекта капитального строительства принимаются меры, направленные на предупреждение причинения вреда жизни или здоровью людей, имуществу физических или юридических лиц, государственному или муниципальному имуществу, окружающей среде, предусматривается устройство временных ограждений, подъездных путей, осуществляются мероприятия по утилизации строительного мусора.

Как указал истец, ответчиком в ходе выполнения работ по сносу здания были нарушены следующие требования «СП 325.1325800.2017. Свод правил. Здания и сооружения. Правила производства работ при демонтаже и утилизации», утв. приказом Минстроя России от 28.08.2017 № 1170/пр (далее - Свод правил): площадка сноса и участки производства работ не были ограждены в соответствии с ГОСТ 23407 с установкой знаков безопасности и надписями в соответствии с ГОСТ Р 12.4.026 (п. 4.3.); подрядчиком не приняты меры по обеспечению прочности и устойчивости оставшихся опорных конструкций и примыкающих к ним элементов, по предотвращению падения конструкций при освобождении их креплений, по временному закреплению оставшихся конструкций и ведению работ с применением ручных машин в опасной зоне (п. 6.1.3, 6.1.4., 6.11).

Несоблюдение установленных требований при выполнении работ по сносу здания ООО «РосМетИндустрия», по мнению истца, привело к повреждению кабельной эстакады и расположенных на ней кабельных линий Истца вследствие обрушения наружу части кирпичной кладки сносимого здания.

При этом Ответчику на момент производства работ было достоверно известно о факте нахождения кабельной эстакады в непосредственной близости с местом производства работ по сносу, поскольку она является наземным сооружением и не относится к категории подземных (скрытых) сооружений.

Следовательно, как указал истец, во исполнение требований раздела 5 Свода правил в ходе проведения мероприятий по обследованию общего технического состояния зданий (сооружений), подлежащих сносу, Ответчик обязан был определить возможность применения тех или иных методов организации для безопасного проведения работ, а также определить перечень необходимых и достаточных мероприятий, направленных на обеспечение безопасного производства работ с целью исключения причинения вреда имуществу третьих лиц.

В результате аварийного отключения электроэнергии была полностью остановлена работа производственной линии Истца. Период простоя производственной линии с учетом времени, необходимого на ее запуск и выход на 100% плановую загрузку мощностей, составил с 12 час. 07 мин. 30.04.2020 по 06 час. 25 мин. 05.05.2020, что подтверждается актом о простое производственной линии.

Как указал истец, по вине Ответчика Истец вынужден был понести следующие убытки:

- расходы по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ2 35 кВ в размере 1 462 569,79 рублей;

- затраты в виде себестоимости забракованной продукции в сумме 1 527 143,51 рублей согласно прилагаемого к иску расчета. Согласно акту о простое производственной линии от 06.05.2020 в результате аварийного останова производственной линии Общество понесло потери в виде забракованной продукции (полуфабрикатов).

- расходы, связанные с устранением неполадок в работе производственного оборудования, возникших вследствие аварийного останова производственной линии, в сумме 4 256 322,74 рублей;

- расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени и в выходные (праздничные) дни работникам, привлеченным для ликвидации последствий аварии и запуска оборудования производственной линии согласно справке - расчету от 06.05.2020 в сумме 506 980 рублей.

Кроме того, истец указал, что в связи с недовыпуском готовой продукции по причине простоя производственной линии Истец не получил доход от реализации невыпущенного объема продукции, что является убытком в форме упущенной выгоды, рассчитанного Истцом как потери валовой прибыли в размере 63 915 828,30 рублей.

В целях досудебного урегулирования спора в адрес ООО «РосМетИндустрия» была направлена претензия (исх. № 13.-15193 от 29.07.2020) с требованием о возмещении убытков в течение 7 рабочих дней с даты получения претензии. Согласно отчету об отслеживании отправления с почтовым идентификатором 80081050776097 Ответчик получил претензию 03.08.2020. Ответа до настоящего времени на претензию Истец не получил. Возмещение убытков Ответчиком не произведено, что послужило истцу основанием для обращения в суд настоящим иском.

Ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, просил оставить исковое заявление без рассмотрения, сославшись на несоблюдение претензионного порядка, так как представленная в суд претензия существенно отличается от той, что было направлено истцом в адрес ответчика.

Истец возражал против оставления искового заявления без рассмотрения, указав, что в подтверждение соблюдения досудебного порядка урегулирования спора, установленного ч. 5 ст. 4 АПК РФ, Истцом к исковому заявлению приложена претензия в адрес ООО «РосМетИн-дустрия» исх. № 13.-15193 от 29.07.2020, а также документы в подтверждение отправки почтой указанной претензии и ее получения Ответчиком (приложения № 12-15 к иску). Именно приложенная к иску редакция претензии была направлена в адрес Ответчика. Никаких доказательств иному Ответчиком не представлено.

Из содержания претензии четко усматривается, что она была предъявлена Ответчику о взыскании убытков, возникших вследствие аварийного отключения электроэнергии 30 апреля 2020 года в 12 ч. 07 м. на заводе ООО «Хевел. Причиной аварийного отключения электроэнергии послужило повреждение объектов внешнего электроснабжения завода ООО «Хевел» - кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), проходящих по трассе, расположенной на территории ПАО «Химпром». Именно указанные обстоятельства происшествия изложены в исковом заявлении и послужили основанием для обращения в суд.

Относительно разницы в размере убытков истец разъяснил, что претензия была предъявлена Ответчику на сумму 46 451 690 рублей; сумма предъявленных исковых требований -72 020 004,45 рублей. При этом состав убытков является и по претензии, и по иску идентичным: реальные убытки в виде расходов, понесенных Истцом на восстановление кабельных линий, возобновление работы производственной линии, возмещение забракованной продукции, а также вышедших из строя оборудования (механизмов), а также упущенной выгоды в виде неполученного дохода Истца за дни простоя.

Увеличение размера исковых требований по сравнению с претензионными требованиями связано с тем, что на момент предъявления претензии работы по восстановлению кабельных линий по постоянной схеме не были завершены и их окончательная стоимость не была известна Истцу. На момент предъявления иска указанные работы были завершены в полном объеме, и их фактическая стоимость превысила размер убытков, заявленных ранее в претензии.

Увеличение размера упущенной выгоды связано с применением в расчетах данных по результатам формирования бухгалтерской и финансовой отчетности Общества за II квартал 2020 г., так как на момент предъявления претензии срок сдачи бухгалтерской отчетности еще не наступил.

Согласно ч. 5 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации спор, возникающий из гражданских правоотношений, может быть передан на разрешение арбитражного суда после принятия сторонами мер по досудебному урегулированию по истечении тридцати календарных дней со дня направления претензии (требования), если иные срок и (или) порядок не установлены законом либо договором.

Несоблюдение истцом претензионного или иного досудебного порядка урегулирования спора с ответчиком, если это предусмотрено федеральным законом или договором, является основанием для оставления искового заявления без рассмотрения в соответствии с п. 2 ч. 1 ст. 148 АПК РФ.

Под досудебным порядком урегулирования споров по общему правилу принято понимать закрепление в договоре или законе условий о направлении претензии или иного письменного уведомления одной из спорящих сторон другой стороне, а также установление сроков для ответа и других условий, позволяющих разрешить спор без обращения в судебные инстанции.

По смыслу п. 8 ч. 2 ст. 125, ч. 7 ст. 126, п. 2 ч. 1 ст. 148 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации претензионный порядок урегулирования спора в судебной практике рассматривается в качестве способа, позволяющего добровольно без дополнительных расходов на уплату госпошлины со значительным сокращением времени восстановить нарушенные права и законные интересы. Такой порядок урегулирования спора направлен на его оперативное разрешение и служит дополнительной гарантией защиты прав.

При решении вопроса об оставлении иска без рассмотрения суду необходимо учитывать цель претензионного порядка и перспективы досудебного урегулирования спора.

Истец направил ответчику претензию 30.07.2020, что подтверждается почтовой квитанцией и отчетом об отслеживании почтового отправления. Следовательно, установленный ч. 5 ст. 4 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации 30-дневный срок для досудебного урегулирования спора истек 31.08.2020. Исковое заявление было подано в Арбитражный суд Самарской области 04.05.2021, то есть через 8 месяцев после истечения срока для досудебного урегулирования спора.

За указанный промежуток времени Ответчик, получивший претензию Истца, не предпринял никаких попыток к урегулированию возникшего спора и оставил претензию Истца без ответа.

Досудебный, претензионный порядок разрешения споров служит целям добровольной реализации гражданско-правовых санкций без участия специальных государственных органов. Совершение спорящими сторонами обозначенных действий после нарушения (оспаривания) субъективных прав создает условия для урегулирования возникшей конфликтной ситуации еще на стадии формирования спора, то есть стороны могут ликвидировать зарождающийся спор, согласовав между собой все спорные моменты, вследствие чего не возникает необходимости в судебном разрешении данного спора.

Таким образом, оставляя иск без рассмотрения ввиду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора, суд исходит из реальной возможности разрешения конфликта между сторонами при наличии воли сторон к совершению соответствующих действий, направленных на самостоятельное урегулирование спора. При наличии доказательств, свидетельствующих о невозможности реализации досудебного порядка, иск подлежит рассмотрению в суде.

Из материалов дела не усматривается намерение ответчика добровольно и оперативно урегулировать возникший спор во внесудебном порядке, как после получения претензии, так и после получения иска, поэтому оставление иска без рассмотрения приведет к необоснованному затягиванию разрешения возникшего спора и ущемлению прав одной из его сторон.

В рассматриваемых обстоятельствах претензионный порядок урегулирования спора не может считаться несоблюденным, учитывая получение претензии ответчиком и отсутствие доказательств совершения ответчиком каких-либо действий, направленных на урегулирование спора.

Оставление иска без рассмотрения в виду несоблюдения претензионного порядка урегулирования спора будет носить формальный характер, так как не способно достигнуть целей, которые имеет досудебное урегулирование спора.

Доказательств реальной возможности урегулирования спора между сторонами в досудебном порядке ответчиком не представлено.

То обстоятельство, что сумма, указанная истцом в исковом заявлении больше суммы, указанной в претензии, не свидетельствует о несоблюдении досудебного порядка, поскольку формирование суммы иска является прерогативой истца.

При указанных обстоятельствах суд считает необоснованным заявление ответчика об оставлении искового заявления без рассмотрения.

Исходя из положений статей 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ) лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, при этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие понесенных убытков, размер убытков, причинную связь между нарушением права и возникшими убытками. Между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь. Недоказанность одной из указанных составляющих свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Возражая по существу против заявленных требований, ответчик указал, что расследование аварий в электроэнергетике осуществляется в соответствии с Правилами расследования причин аварий в электроэнергетике, утвержденными постановлением Правительства Российской Федерации от 28.10.2009 №846 (далее - Правила №846). Согласно пункту 3 Правил №846 расследованию и учету подлежат аварии на всех объектах электроэнергетики и (или) энергопринимающих установках, расположенных на территории Российской Федерации, соответствующие указанным в пунктах 4 и 5 Правил критериям.

В силу пункта 4 Правил №846 орган Ростехнадзора осуществляют расследование причин аварий, в результате которых произошли, в том числе, обрушение несущих элементов технологических зданий, сооружений объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, если такое обрушение привело к введению аварийного ограничения режима потребления электрической и (или) тепловой энергии (мощности).

На основании пункта 5 Правил №846, собственник, иной законный владелец объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки либо эксплуатирующая их организация осуществляют расследование причин аварий, в результате которых произошли, в том числе, повреждение основного оборудования электростанции, а также отключение такого оборудования; повреждение объекта электросетевого хозяйства (высший класс напряжения 6 кВ и выше) в электрических сетях или на электростанции.

В соответствии с пунктом 20 Правил №846 результаты расследования причин аварий оформляются актом о расследовании причин аварии, форма и порядок заполнения которого утверждаются уполномоченным органом в сфере электроэнергетики. Министерство энергетики РФ утвердило форму акта о расследовании причин аварий в электроэнергетике и порядок ее заполнения приказом от 02.03.2010г. №90.

Таким образом, в силу закона доказательством аварии в электроэнергетике является акт о расследовании причин аварии, составленный по форме и в порядке в соответствии с Правилами №846.

В материалы дела истцом представлены: акт расследования повреждения кабельной эстакады от 30.04.2020; акт о полном отключении напряжения на кабельных линиях 35 кВ «КЛ1» и «КЛ2» от ТЭЦ-3 до ЗРУ 35/10 кВ на территории ПАО «Химпром» от 30.04.2020; акт о выходе из строя оборудования завода ООО «Хевел» вследствие аварийного отключения электроэнергии от 30.04.2020; акт о неисправности питающих кабельных линий 35 кВ завода ООО «Хевел» от 30.04.2020. Однако, по мнению ответчика, ни один из названных актов не является допустимым доказательством.

Акты о полном отключении напряжения на кабельных линиях 35 кВ «КЛ1» и «КЛ2» от ТЭЦ-3 до ЗРУ 35/10 кВ на территории ПАО «Химпром» от 30.04.2020; о выходе из строя оборудования завода ООО «Хевел» вследствие аварийного отключения электроэнергии от 30.04.2020; о неисправности питающих кабельных линий 35 кВ завода ООО «Хевел» от 30.04.2020. не являются актами о расследовании причин аварии, составленными в порядке, предусмотренном Правилами №846. Кроме того, представители ответчика на подписание названных актов не вызывались.

ответчик считает, что акт расследования повреждения кабельной эстакады от 30.04.2020 не является допустимым доказательством, поскольку согласно указанному акту вследствие произошедшей аварии произошло частичное разрушение металлоконструкций кабельной галереи со смещением несущих металлических опор. То есть, повреждение получили несущие элементы сооружения, которыми у кабельных галерей являются колонны и балки (пункт 2.3.113 Правил устройства электроустановок издание 7 (далее - ПУЭ)). Истец утверждает, что следствием данных повреждений явилось временное прекращение подачи электрической энергии в цеха ООО «Хевел», то есть, произошло аварийное ограничение режима потребления электрической энергии (мощности).

Следовательно, в силу подпункта «г» пункта 4 Правил №846 причины данной аварии должен был расследовать орган Ростехнадзора.

В соответствии с пунктом 4 Порядка передачи оперативной информации об авариях в электроэнергетике, утвержденного приказом Минэнерго РФ от 02.03.2010 №91, оперативный персонал объекта осуществляет передачу органу Ростехнадзора информации об авариях в электроэнергетике, в результате которых произошли события, указанные в пункте 4 Правил №846, в течение 20 минут с момента возникновения аварии. В силу пункта 10 Правил №846 в случае, если расследование причин аварии осуществляет орган федерального государственного энергетического надзора, комиссия по расследованию причин аварии создается приказом руководителя данного органа (его заместителя). Этим же приказом определяется состав комиссии. Председателем комиссии назначается должностное лицо органа федерального государственного энергетического надзора.

В материалы дела представлено письмо Приволжского управления Ростехнадзора от 13.09.2021 №292-2398, в соответствии с которым в нарушение приведенных выше норм права, ООО «Хевел» не известило орган Ростехнадзора о произошедшей 30.04.2020 аварии, вследствие чего указанный орган был лишен возможности сформировать соответствующую комиссию и провести расследование причин указанной аварии.

В этой связи, ответчик считает, что акт расследования от 30.04.2020 составлен истцом с превышением полномочий и является недопустимым доказательством в силу части 3 статьи 64 АПК РФ, из анализа которой следует, что доказательства признаются полученными с нарушением закона, если собирание и закрепление доказательств осуществлено ненадлежащим лицом или органом.

При этом, указанный акт по форме и содержанию не соответствует требованиям Правил №846, а также приказа Минэнерго РФ от 02.03.2010 №90. В частности, указанный акт не содержит перечень и описание повреждений оборудования объектов электроэнергетики и (или) энергопринимающих установок (подпункт «д» пункта 21 Правил №846).

Таким образом, по мнению ответчика, истец не доказал ни факт повреждения линий КЛ1 и КЛ2, ни размер ущерба от их повреждения.

Указанные доводы ответчика суд считает несостоятельными.

Согласно п.2 Указанных ответчиком правил под аварией понимаются технологические нарушения на объекте электроэнергетики и (или) энергопринимающей установке, при- ведшие к разрушению или повреждению зданий, сооружений и (или) технических устройств (оборудования) объекта электроэнергетики и (или) энергопринимающей установки, неконтролируемому взрыву, пожару и (или) выбросу опасных веществ, отклонению от установленного технологического режима работы объектов электроэнергетики и (или) энергоприни- мающих установок, нарушению в работе релейной защиты и автоматики, автоматизированных систем оперативно-диспетчерского управления в электроэнергетике или оперативно- технологического управления либо обеспечивающих их функционирование систем связи, полному или частичному ограничению режима потребления электрической энергии (мощности), возникновению или угрозе возникновения аварийного электроэнергетического ре-жима работы энергосистемы.

В данном случае речь идет о повреждении кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих Истцу не в результате каких-либо технологических нарушений на объекте электроэнергетике, а в результате механического воздействия на них.

Таким образом, повреждение кабельных линий 35кВ (КЛ1, КЛ2), принадлежащих Истцу, в результате падения на них частей строительных конструкций обрушаемых зданий и сооружений не относится к аварии в электроэнергетике.

Следовательно, приведенные ответчиком нормативные акты не могут быть применены в данном случае.

Кроме того, в данном случае речь идет не о расследовании причин аварии, а о взыскании с ответчика ущерба, причиненного ненадлежащим исполнением ответчиком требований действующих строительных норм и правил при производстве работ по демонтажу зданий и условий договора.

Каких-либо требований к доказательствам причинения ущерба в результате неправомерных действий лица, приведших к повреждению или утрате имущества, в том числе и при повреждении кабельных эстакад указанное Постановление Правительства не содержит.

Кроме того, сам факт события -аварии, произошедшей по вине ответчика, подтверждается материалами дела – представленными истцом выше перечисленными актами, а также пояснениями третьих лиц – ПАО «Химпром», СПАО «Ингострах» с приложением страховых материалов, в том числе аварийного акта по убытку от обрушения конструкции здания.

Третье лицо - ПАО «Химпром» в отзыве на иск указало, что между ПАО «Химпром» и ООО «РосМетИндустрия» (далее также - Подрядчик, Ответчик) заключен договор от 20.01.2020 № 2283 (далее - Договор), согласно которому ООО «РосМетИндустрия» обязалось выполнить работы по созданию площадок складирования металлических отходов, щебня и т.д. с демонтажем корпусов № 301 и № 302 (далее Объекты) и находящегося в них оборудования.

ПАО «Химпром» в свою очередь обязался передать ООО «РосМетИндустрия» лом черных и цветных металлов, образовавшийся в процессе демонтажа указанных объектов недвижимости и оборудования.

Согласно п.2.2.6 Договора Подрядчик обязан был выполнять мероприятия по защите примыкающих к объектам зданий, строений и сооружений, в том числе и от повреждений, включая постоянный мониторинг данных зданий и сооружений.

В нарушение условий договора Подрядчиком не были выполнены условия указанного выше пункта, в части проведения мероприятия по защите находящейся в опасной зоне кабельной галереи кабельной линии 6, 35 кВ.

Подрядчиком также были нарушены положения разработанного им же и утвержденного Заказчиком ПОР, в части:

- обеспечения защиты инженерных частей (п.7.2);

-недопущения обрушения других конструктивных элементов здания при удалении какого-либо конструктивного элемента (п.9.2.4);

-осуществления сноса объекта методом обрушения конструкций внутрь (п.5.2.2.1).

Исходя из содержания ст.754 Гражданского кодекса Российской Федерации Подрядчик несет ответственность за соблюдение при выполнении работ обязательных норм и правил.

В нарушение указанной нормы права, при производстве работ по демонтажу корпуса №301 ПАО «Химпром» в рамках Договора Ответчиком были нарушены требования СП 325.1325800.2017 «Здания и сооружения. Правила производства работ при демонтаже и утилизации» (далее - Правила), а именно: пункты 5.1-5.5, выразившиеся в осуществлении демонтажа корпуса №301 без учета конструктивных особенностей здания ввиду отсутствия обследования здания; пункты 6.1.3, 6.1.4, 6.11 выразившиеся в непринятии подрядчиком мер к обеспечению прочности и устойчивости оставшихся опорных конструкций и примыкающих к ним элементов, по предотвращению падения конструкций при освобождении их креплений, по временному закреплению оставшихся конструкций и ведению работ с применением ручных машин в опасной зоне.

При этом Ответчику на момент производства работ, было достоверно известно о факте нахождения кабельной эстакады в непосредственной близости с местом производства работ по сносу, поскольку она является наземным сооружением и не относится к категории подземных (скрытых) сооружений.

Следовательно, во исполнение требований раздела 5 Правил в ходе проведения мероприятий по обследованию общего технического состояния зданий (сооружений), подлежащих сносу, Ответчик обязан был определить возможность применения тех или иных методов организации для безопасного проведения работ, а также определить перечень необходимых и достаточных мероприятий, направленных на обеспечение безопасного производства работ с целью исключения причинения вреда имуществу третьих лиц, поскольку обязанность по разработке ПОР лежит именно на Ответчике.

В результате указанных нарушений Подрядчика, при выполнении им в рамках Договора работ по демонтажу корпуса № 301 30.04.2020 года приблизительно в 12 часов 05 минут в процессе разборки верхней части стены 5 этажа произошло обрушение наружу части кирпичной кладки внешней стены нижней части этажа.

Вследствие обрушения наружу куски кирпичной кладки упали на кабельную галерею кабельной линии 6,35 кВ, произошло частичное разрушение кабельной галереи со смещением несущих металлических опор, а также произошло повреждение всех проводов кабельной галереи и их частичный обрыв.

По данному факту комиссией, созданной приказом Генерального директора ПАО «Химпром», с участием представителя ТПП и представителя ООО «РосМетИндустрии» ФИО6, отказавшегося от подписи, 30.04.2020 был составлен акт расследования повреждения кабельной эстакады.

Впоследствии, 01.05.2020 с актом был ознакомлен представитель ООО «РосМетИндустрии» - руководитель проекта ФИО7

Также 01.05.2020 Сторонами был составлен совместный акт обследования технического состояния строительных конструкций кабельной эстакады с торца корпуса № 301 вдоль автодороги, в котором были зафиксированы соответствующие повреждения эстакады. Акт от ООО «РосМетИндустрия» был подписан соответственно руководителем проекта ФИО7 и прорабом ФИО6

Полномочия представителей ООО «РосМетИндустрии» на участие в составлении акта были подтверждены письмом ООО «РосМетИндустрия» от 14.05.2020 № 1405.

При этом на разрушенной кабельной галереи, принадлежащей ПАР «Химпром», помимо кабельных линий ПАО «Химпром», также располагались кабельные линии, принадлежащие ООО «Хевел», которые также были повреждены при обрушении кабельной галереи, что подтверждается совместным актом от 30.04.2020 с участием представителей ООО «Хевел» и ПАО «Химпром».

Таким образом, суд считает доказанной вину ответчика в произошедшем разрушении кабельной галереи и кабельных линий, принадлежащих ООО «Хевел».

По расчету истца реальный ущерб в размере расходов по восстановлению кабельных линий КЛ1 и КЛ35кВ составил 1 462 569,79 руб.

Указанная сумма, по пояснениям истца, представляет собой разницу между общим размером понесенных истцом расходов по восстановлению кабельных линий в сумме 2 824 377,87 руб. и страховым возмещением, выплаченным истцу СПАО «Ингосстрах».

Суд считает подтвержденными документально указанные расходы на устройство временной кабельной трассы, расходы по восстановлению кабельных линий и оплату работ выполненных ООО «Энерго Строй» и ООО «Амазонка».

К выводу о подтвержденности данных расходов пришло и СПАО «Ингосстрах» при выполнении своих обязанностей в рамках действующего на момент страхования договора страхования.

Таким образом, суд считает доказанной причинную связь между убытками от повреждения КЛ1 и КЛ2 действиями ответчика в части восстановления реального ущерба в размере 1 462 569 руб. 79 коп. – расходов по восстановлению кабельной линии КЛ1 и КЛ2.

В то же время в остальной части размер убытков, заявленный истцом как следствие действий ответчика, суд считает завышенным, то есть весь объем затрат нельзя поставить в вину ответчику и сделать вывод о наличии причинно-следственной связи.

Согласно представленному истцом «Отчету по работам, выполненным службой сервисного обслуживания завода в рамках запуска оборудования после внезапного прекращения электроснабжения 30.04.2020» (далее - «Отчет по работам») после восстановления электроснабжения были выявлены следующие неисправности оборудования: неисправность сетевой платы вакуумного насоса станции КАИ 10; неисправность карты памяти контроллера передачи данных Siemens ET200S; неисправность панели управления 4РР420/0571-К30; ошибка связи в сети Profibus CSK.

Вместе с тем, как обоснованно возражает ответчик, представленные в дело доказательства опровергают факт повреждения указанного оборудования. В частности, согласно расчету упущенной выгоды, приложенному истцом к претензии от 29.07.2020, план производства 30.04.2020 был не выполнен лишь на 0,6%, то есть, несмотря на прекращение энергоснабжения в 12:07 час. 30.04.2020, производственное оборудование истца работало на протяжении всего дня 30.04.2020.

Данное обстоятельство объясняется наличием у истца источников бесперебойного питания (ИБП), которые при прекращении подачи электроэнергии от «штатных» источников питания осуществляют энергоснабжение производственного оборудования в целях безаварийной остановки производственного процесса. Наличия ИБП истец подтвердил в объяснениях от 25.01.2022.

Вместе с тем, факт работы производственной линии на протяжении всего дня 30.04.2020 опровергает довод ООО «Хевел» о повреждении в 12:07 30.04.2020 вакуумного насоса, панели управления транспортером и карты памяти на контроллере, поскольку без указанного оборудования, по утверждению истца, работа производственной линии невозможна.

Кроме того, даже если повреждение указанного производственного оборудования имело место, истец не доказал, что оно явилось следствием противоправных действий ответчика.

Согласно исковому заявлению, указанное оборудование было повреждено вследствие аварийного останова производственной линии. Вместе с тем истец не поясняет, как именно аварийный останов сказался на работоспособности оборудования. То есть, истец не приводит доказательств причинно-следственной связи между данными событиями.

Кроме того, повреждение указанного оборудования из-за отключения напряжения невозможно, так как противоречит законам электротехники.

Приведенные возражения ответчика суд считает обоснованными.

При этом, истец указывает, что в вакуумном насосе была повреждена только сетевая плата, которая могла быть заменена. В этой связи, требование о взыскания с ответчика стоимости всего насоса, не может быть признано обоснованным.

Довод истца о потерях в виде забракованной продукции вследствие аварийного останова производства, не подтвержден документально и опровергается представленными доказательствами.

В частности, в дело не представлены первичные документы, подтверждающие брак и оформляющие движение бракованной продукции. Также не представлены доказательства отражения брака в бухгалтерском учете истца.

Кроме того, истец утверждает, что вследствие аварии понес расходы по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени. Однако, данный довод не подтвержден документально.

Доказательствами сверхурочной работы могут быть приказы (распоряжения) работодателя о привлечении сотрудника к сверхурочной работе, табели учета рабочего времени, график работы, путевые листы, другие документы, в которых отражено фактическое время работы. Доказательствами оплаты сверхурочной работы могут быть расчетно-платежные (платежные) ведомости, расходные кассовые ордера, платежные поручения.

Ни один из указанных документов, кроме расчета истца, в дело не представлен.

Кроме того, восстановление поврежденных кабельных линий, как следует из материалов дела, осуществлялось подрядными организациями, а не работниками истца.

Таким образом, расходы истца по оплате труда за работу сверх нормы рабочего времени документально не подтверждены, и если имели место, то не находятся в причинной связи с повреждением кабельной галереи.

Требований о взыскании упущенной выгоды суд также считает недоказанными.

Согласно пункту 3 Постановления Пленума ВС РФ от 24.03.2016 №7, при определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления.

Предъявляя требование о взыскании упущенной выгоды, истцу необходимо доказать, какие доходы он реально (достоверно) получил бы при надлежащем исполнении обязательств в обычных условиях гражданского оборота. То есть, лицо, требующее возмещения убытков в форме упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве субъективного представления данного лица.

Кроме того, необходимым условием для удовлетворения требования о взыскании упущенной выгоды является установление допущенного ответчиком нарушения, как единственного препятствия для получения истцом дохода при принятии им всех необходимых мер к его получению.

Истец утверждает, что вследствие простоя общество «Хевел» не получило доход от реализации невыпущенного объема продукции. Однако, никаких доказательств возможности реализации и получения прибыли не приводит. При этом, в расчете упущенной выгоды истец использует исключительно плановые показатели производственной эффективности, утвержденные приказом генерального директора.

Кроме того, в расчете истец использует данные о стоимости сырья для производства продукции и цене продажи готовой продукции, не подтверждая их какими-либо документами.

Свои потенциальные расходы истец ограничивает стоимостью сырья, не учитывая покупку материалов, топлива, использование основных производственных фондов (машины и оборудование), оплату труда работников, другие затраты, связанные с производством и реализацией продукции (общехозяйственные расходы, внереализационные расходы, налоговые платежи и т.п.).

Таким образом, доказательства факта возникновения убытков в виде упущенной выгоды истцом не представлены. При этом, расчет упущенной выгоды не подтвержден документально.

истец в процессе рассмотрения спора заявил ходатайство о назначении экономической экспертизы в целях подтверждения размера убытков в виде упущенной выгоды, однако впоследствии от ходатайства отказался, просил вернуть ему денежные средства с депозита суда.

Согласно ст. 9 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации лица, участвующие в деле, вправе знать об аргументах друг друга до начала судебного разбирательства. Каждому лицу, участвующему в деле, гарантируется право представлять доказательства арбитражному суду и другой стороне по делу, обеспечивается право заявлять ходатайства, высказывать свои доводы и соображения, давать объяснения по всем возникающим в ходе рассмотрения дела вопросам, связанным с представлением доказательств. Лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Таким образом, истец не воспользовался своими процессуальными правми, что является его коммерческими рисками.

На основании изложенного суд считает обоснованными требования о взыскании с ответчика убытков, возникших в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в размере 1 462 569 руб. 79 коп.

В остальной части в удовлетворении исковых требований следует отказать в связи с недоказанностью причинно-следственной связи между убытками и действиями ответчика.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины в сумме согласно ч. 1 ст. 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации относятся на стороны пропорционально размеру удовлетворенных требований.


Руководствуясь ч.1 ст. 110, ст.ст. 167-170, 176, 180, 319 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации,

Р Е Ш И Л:

Исковые требования удовлетворить частично.

Взыскать с Общества с ограниченной ответственностью «РМИ-СТАЛЬ» в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Хевел" убытки, возникшие в связи с повреждением кабельных линий Кл1 и КЛ2 36 Кв, в размере 1 462 569 руб. 79 коп., а также расходы по оплате государственной пошлины 4 081 руб.

В остальной части в удовлетворении исковых требований отказать.

Решение может быть обжаловано в месячный срок в Одиннадцатый арбитражный апелляционный суд, г.Самара с направлением апелляционной жалобы через Арбитражный суд Самарской области.



Судья


/
ФИО1