Постановление от 12 октября 2018 г. по делу № А07-32382/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075 http://fasuo.arbitr.ru
П О С Т А Н О В Л Е Н И Е № Ф09-6812/18

Екатеринбург 12 октября 2018 г. Дело № А07-32382/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2018 г. Постановление изготовлено в полном объеме 12 октября 2018 г.

Арбитражный суд Уральского округа в составе: председательствующего Артемьевой Н.А., судей Плетневой В.В., Кангина А.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Мальцевой Елены Борисовны на определение Арбитражного суда Республики Башкортостан

от 29.06.2018 по делу № А07-32382/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2018 по тому же делу по заявлению Тарбеева Константина Владимировича о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 1 300 000 руб., рассмотренному в рамках дела о признании Султанбековой Жанны Руслановны несостоятельной (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте судебного разбирательства извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании принял участие представитель Тарбеева К.В. – Зарипов А.С. (доверенность от 23.05.2018 № 02АА4555191).

Султанбекова Ж.Р. 18.10.2017 обратилась в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о признании ее несостоятельной (банкротом) и введении процедуры реализации имущества гражданина.

Решением Арбитражного суда Республики Башкортостан от 15.01.2018 Султанбекова Ж.Р. признана несостоятельной (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества гражданина сроком на шесть месяцев, финансовым управляющим утвержден Ахметзянов Тагир Ильгизович.

Сообщение об открытии процедуры реализации имущества в отношении должника опубликовано в издании «Коммерсантъ» 20.01.2018.

Тарбеев К.В. 16.03.2018 обратился в Арбитражный суд Республики Башкортостан с заявлением о включении требования в сумме 1 300 000 руб. неосновательного обогащения в реестр требований кредиторов должника.


Определением суда от 29.06.2018 (судья Ахметова Г.Ф.) в третью очередь реестра требований кредиторов должника включено требование Тарбеева К.В. в размере 1 300 000 руб.

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда

от 21.08.2018 (судьи Ершова С.Д., Румянцев А.А., Сотникова О.В.) определение суда оставлено без изменения.

В кассационной жалобе конкурсный кредитор Мальцева Е.Б. просит судебные акты отменить, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам дела и имеющимся в деле доказательствам, неправильное применение норм материального права. Мальцева Е.Б. считает, что суды неправомерно отклонили ее заявление о пропуске Тарбеевым К.В. срока исковой давности, необоснованно указали на прерывание срока исковой давности в связи с признанием должником долга; заявитель полагает, что в рамках дел о банкротстве не предусмотрено такое основание для перерыва течения срока исковой давности как признание долга должником, кроме того, указывает на то, что признание долга должником совершено 09.03.2018, то есть после принятия решения о признании должника банкротом и в нарушение норм статьи 213.25 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) без согласия финансового управляющего, а также после истечения 3-летнего срока исковой давности по обязательствам, вытекающим из расписки от 24.09.2014 на сумму 650 000 руб., и установленного в соответствии с нормами статьи 314 Гражданского кодекса Российской Федерации предельного срока исполнения обязательств по договору поручения от 24.09.2015 – 24.01.2015; считает, что требования из расписки от 10.06.2015 на сумму 650 000 руб. также не подлежали удовлетворению, поскольку данные денежные средства перечислены Тарбеевым К.В. после истечения срока исполнения договора поручения и Тарбеевым К.В. не представлены истребованные у него судом документы, которые могли бы свидетельствовать о возникновении у него обязательства по передаче данных денежных средств должнику в соответствии с условиями пункта 4.2 договора от 24.09.2015. Мальцева Е.Б. считает, что суды не дали надлежащей оценки ее доводам о мнимости договора поручения, о том, что согласно сведениям из Единого государственного реестра индивидуальных предпринимателей у предпринимателя Султанбековой Ж.Р. отсутствует такой вид деятельности как деятельность в области права, оказание риэлторских услуг; указывает на то, что в материалах дела не имеется надлежащих доказательств, подтверждающих финансовую возможность Тарбеева К.В. оплатить услуги в сумме 1 300 000 руб. (налоговых деклараций

за 2014-2015 годы).

В отзыве на кассационную жалобу Тарбеев К.В. просит судебные акты оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, считает выводы судов правильными, ссылается на то, что договор поручения действует до полного его исполнения, срок исковой давности по возврату неосновательного обогащения, полученного должником, не истек.


Рассмотрев доводы кассационной жалобы, изучив материалы дела, проверив законность обжалуемых судебных актов с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд кассационной инстанции оснований для их отмены не усматривает.

Как следует из материалов дела, между Султанбековой Ж.Р. (исполнитель) и Тарбеевым К.В. (клиент) заключен договор-поручение на оказание юридической помощи по оформлению земельного участка в собственность от 24.09.2014, по условиям которого клиент поручает, а исполнитель принимает на себя обязанность представлять интересы клиента в судах и иных инстанциях, где не требуется непосредственное присутствие клиента, в объеме и на условиях, предусмотренных данным соглашением.

Согласно пункту 2 договора исполнитель обязуется вести от имени и в интересах клиента дело по признанию права собственности на земельные участки в Октябрьском районе г. Уфы, с. Нагаево, кв. 27, уч. 67 и уч. 82 по координатам, указанным в градостроительном заключении, своевременно уведомлять клиента о необходимости предоставления дополнительной информации для оформления собственности и о необходимости личного присутствия клиента в тех или иных регистрирующих органах; соблюдать порядок оформления и своевременную подачу необходимой документации в регистрирующие органы.

В пункте 6.1 указано, что договор заключен на срок с 24.09.2014 и до полного его исполнения. Срок договора не может превышать 4 месяцев, если не имели место обстоятельства форс-мажорной силы, в этом случае стороны договариваются о новых сроках исполнения договора.

Согласно разделу 4 договора за выполняемую работу клиент оплачивает исполнителю вознаграждение в сумме 1 300 000 руб.; оплата услуг осуществляется в два этапа: 650 000 руб. - передача аванса в момент подписания договора; 650 000 руб. - уплачивается в момент сдачи документов на установление права собственности на земельные участки на основании постановления администрации.

Факт передачи денежных средств подтверждается расписками должника от 24.09.2014 на сумму 650 000 руб. и от 10.06.2015 на сумму 650 000 руб.

Тарбеевым К.В. 09.03.2018 предъявлена досудебная претензия Султанбековой Ж.Р. с требованием о возврате денежных средств в сумме 1 300 000 руб., на которой имеется расписка Султанбековой Ж.Р. о признании долга в сумме 1 300 000 руб. по договору-поручению от 24.09.2014.

После признания Султанбековой Ж.Р. банкротом Тарбеев К.В. 16.03.2018 обратился в суд с требованием о включении в реестр требований кредиторов должника задолженности в сумме 1 300 000 руб., ссылаясь на то, что условия договора должником не исполнены, регистрация права собственности на земельные участки не произошла, полученная оплата является неосновательным обогащением должника.

Финансовый управляющий Ахметзянов Т.И. представил отзыв, в котором против включения требования Тарбеева К.В. не возражал.


Султанбекова Ж.Р. подтвердила наличие у нее задолженности перед Тарбеевым К.В.

Конкурсный кредитор Мальцева Е.Б. заявила о пропуске срока исковой давности.

Согласно пункту 4 статьи 213.24 Закона о банкротстве в ходе процедуры реализации имущества гражданина требования конкурсных кредиторов и уполномоченного органа подлежат рассмотрению в порядке, предусмотренном статьей 100 Закона о банкротстве.

В пункте 26 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 22.06.2012 № 35 «О некоторых процессуальных вопросах, связанных с рассмотрением дел о банкротстве» указано, что при установлении требований кредиторов в деле о банкротстве судам следует исходить из того, что установленными могут быть признаны только требования, в отношении которых представлены достаточные доказательства наличия и размера задолженности. В связи с изложенным, при установлении требований в деле о банкротстве признание должником или арбитражным управляющим обстоятельств, на которых кредитор основывает свои требования (часть 3 статьи 70 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), само по себе не освобождает другую сторону от необходимости доказывания таких обстоятельств.

При оценке достоверности факта наличия требования, основанного на передаче должнику наличных денежных средств, подтверждаемого только его распиской или квитанцией к приходному кассовому ордеру, суду надлежит учитывать среди прочего следующие обстоятельства: позволяло ли финансовое положение кредитора (с учетом его доходов) предоставить должнику соответствующие денежные средства, имеются ли в деле удовлетворительные сведения о том, как полученные средства были истрачены должником, отражалось ли получение этих средств в бухгалтерском и налоговом учете и отчетности и т.д.

Согласно статье 779 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Оценив представленные в материалы дела доказательства в их совокупности, суды признали требование Тарбеева К.В. обоснованным и подтвержденным надлежащими доказательствами в порядке статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, исходя из того, что факт оплаты по договору в сумме 1 300 000 руб. подтвержден расписками должника от 24.09.2014 и 10.06.2015, о фальсификации которых не заявлено, доказательств оказания должником услуг, предусмотренных договором, не имеется; данная задолженность перед Тарбеевым К.В. отражена должником в заявлении о признании банкротом от 18.10.2017, признана 09.03.2018 в ответе на досудебную претензию, при этом Тарбеевым К.В. подтверждена финансовая возможность оплаты услуг в сумме 1 300 000 руб. - предоставлена выписка банка по счету Тарбеева К.В.


Рассмотрев заявление конкурсного кредитора Мальцевой Е.Б. о пропуске срока исковой давности, суды обоснованно его отклонили.

Согласно статье 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 200 Гражданского кодекса Российской Федерации, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права. По обязательствам с определенным сроком исполнения течение срока исковой давности начинается по окончании срока исполнения.

В силу норм статьи 203 Гражданского кодекса Российской Федерации течение срока исковой давности прерывается совершением обязанным лицом действий, свидетельствующих о признании долга. После перерыва течение срока исковой давности начинается заново; время, истекшее до перерыва, не засчитывается в новый срок.

Согласно пункту 3 статьи 425 Гражданского кодекса Российской Федерации законом или договором может быть предусмотрено, что окончание срока действия договора влечет прекращение обязательств сторон по договору. Договор, в котором отсутствует такое условие, признается действующим до определенного в нем момента окончания исполнения сторонами обязательства.

В пункте 6.1 договора указано, что договор действует до полного его исполнения, при этом также указано, что срок договора не может превышать 4 месяцев и при наличии форс-мажорных обстоятельств может быть установлен новый срок.

Проанализировав условия договора, учитывая действия сторон договора, суд апелляционной инстанции пришел к выводу, что несмотря на истечение

4-месячного срока (24.01.2015) договор не был расторгнут, Тарбеев К.В. не заявил об утрате интереса к получению исполнения по договору, 10.06.2015 произвел оплату по договору, что свидетельствует о фактическом продлении срока действия договора, при этом в заявлении о признании должника банкротом, поданным Султанбековой Ж.Р. в арбитражный суд 18.10.2017, отражена задолженность перед Тарбеевым К.В. в сумме 1 300 000 руб., в дальнейшем задолженность повторно признана в досудебной претензии

от 09.03.2018, в связи с чем срок исковой давности на момент обращения Тарбеева К.В. в суд с настоящим требованием (16.03.2018) не пропущен.

Кроме того, суд апелляционной инстанции принял во внимание пояснения Тарбеева К.В. о том, что Султанбекова Ж.Р. своими действиями создавала убеждение о наличии у нее административных возможностей для оформления права собственности на земельные участки, а также то, что в реестр требований кредиторов включено требование Бикташева А.Ф., подтвержденное вступившим в законную силу решением Октябрьского районного суда г. Уфы от 17.06.2016 по делу № 2-7799/2016, основанное на неисполнении Султанбековой Ж.Р. своих обязательств по оформлению земельного участка в собственность, и признал, что не имеется оснований


считать, что между должником и Тарбеевым К.В. имеется сговор с целью создания искусственной кредиторской задолженности в деле о банкротстве.

Данные выводы суда соответствуют доказательствам, имеющимся в деле, установленным фактическим обстоятельствам и основаны на правильном применении норм права.

Ссылка заявителя кассационной жалобы на то, что в рамках дела о банкротстве не предусмотрено такое основание для перерыва течения срока исковой давности как признание долга должником, на то, что в порядке

статьи 213.25 Закона о банкротстве финансовый управляющий не давал согласие на признание должником долга перед Тарбеевым К.В., не принимается ввиду неверного толкования заявителем норм права, так как судебные акты о включении требований Тарбеева К.В. в реестр основаны не только на признании долга Султанбековой Ж.Р., но и на оценке представленных в материалы дела доказательств, доводов и возражений участников спора.

Иные доводы, изложенные в кассационной жалобе, направлены на переоценку установленных судами обстоятельств дела и имеющихся в деле доказательств; у суда кассационной инстанции оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов не имеется в силу статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Нарушений норм права, являющихся в силу статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется, определение суда первой инстанции и постановление суда апелляционной инстанции отмене не подлежат.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Республики Башкортостан от 29.06.2018 по делу № А07-32382/2017 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.08.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Мальцевой Елены Борисовны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий Н.А. Артемьева

Судьи В.В. Плетнева

А.В. Кангин