Решение от 20 июля 2021 г. по делу № А47-849/2021

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ОРЕНБУРГСКОЙ ОБЛАСТИ

ул. Краснознаменная, д. 56, г. Оренбург, 460024

http: //www.Orenburg.arbitr.ru/


Именем Российской Федерации



РЕШЕНИЕ

Дело № А47-849/2021
г. Оренбург
20 июля 2021 года
Резолютивная часть решения объявлена 16 июля 2021 года

В полном объеме решение изготовлено 20 июля 2021 года


Арбитражный суд Оренбургской области в составе судьи Сердюк Т.В., при ведении протокола секретарем судебного заседания ФИО1, рассмотрев в открытом судебном заседании заявление (поступило в арбитражный суд 29.01.2021г.) общества с ограниченной ответственностью "Трансгарант" (далее – Общество, налогоплательщик, ООО «Трансгарант», ИНН <***> КПП 561201001, юридический адрес: 460018, <...>, 9 к ИФНС России по Центральному району г. Оренбурга (далее – Инспекция, налоговый орган) о признании частично недействительным решения от 15.09.2020г. № 09-12/1897 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, доначисления налога на прибыль организаций (ФБ): за 2016 год в сумме 72203 руб.00 коп.; за 2017 год в сумме 261079 руб. 00 коп.; - доначисления налога на прибыль (в бюджет субъекта РФ): за 2016 год в сумме 649831 руб. 00 коп.; за 2017 год в сумме 1 479 446 руб. 00 коп.; - отказа в применении вычета по НДС: за 3 квартал 2016г. в сумме 183051 руб. 00 коп.; за 4 квартал 2016г. в сумме 466780 руб. 00 коп.; за 2 квартал 2017г. в сумме 591864 руб. 00 коп.; за 3 квартал 2017г. в сумме 486759 руб. 00 коп.; за 4 квартал 2017г. в сумме 392247 руб. 00 коп.; - уплаты пени в общей сумме 1642876 руб. 85 коп.; - взыскания штрафов по ст. 122 НК РФ в общей сумме 1026568 руб. 00 коп.

Стороны извещены надлежащим образом о месте и времени судебного заседания, в соответствии со ст. 121, 123 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, а также путем размещения информации на официальном сайте суда в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет».

В судебном заседании приняли участие:

от заявителя: ФИО2 - представитель (по доверенности от 28.01.2021г., № 001/01-21, выдана на 3 года, паспорт, диплом); ФИО3 - представитель (по доверенности от 28.01.2021г., № 002/01-21, выдана на 3 года, паспорт);

от Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Оренбурга: ФИО4 - главный специалист-эксперт (по доверенности от 20.01.2021г., № 03-11/00608, выдана на 3 года, паспорт, диплом); ФИО5 – начальник отдела выездных проверок № 1 (по доверенности № 03-11/05669 от 22.04.2021г., разовая , находится в деле (л.д. 81 том 3), удостоверение;


Общество с ограниченной ответственностью "Трансгарант" (далее - заявитель, общество, налогоплательщик, ООО "Трансгарант") обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с заявлением к ИФНС России по Центральному району г. Оренбурга (далее - заинтересованное лицо, инспекция, налоговый орган) о признании недействительным решения № 09-12/1897 от 15.09.2020 г. об отказе в привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения.

В судебном заседании представители заявителя требования поддержали в полном объеме.

Заинтересованным лицом представлен письменный отзыв и дополнительные пояснения, из которых следует несогласие указанного лица с заявленными требованиями.

Представители инспекции требования полностью не признали по основаниям, указанным в оспариваемом решении, в отзыве на заявление и в дополнениях к нему. В судебном заседании представители налогового органа доводы отзыва и дополнений поддержали.


Исследовав материалы дела, заслушав пояснения представителей заявителя, заинтересованного лица арбитражный суд первой инстанции в открытом судебном заседании установил следующие обстоятельства.

Инспекцией на основании решения от 28.03.2019 № 09-12/1 проведена выездная налоговая проверка ООО «Трансгарант» по вопросам правильности исчисления, полноты и своевременности уплаты (удержания, перечисления) всех налогов и сборов за период с 01.01.2016 по 31.12.2017 по результатам которой инспекцией вынесено решение от 15.09.2020г. № 09-12/1897 о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, в соответствии с которым общество привлечено к налоговой ответственности, предусмотренной пунктом 1 статьи 123, пунктом статьи 126, пунктами 1, 3 статьи 122 Налогового кодекса Российской Федерации (далее – НК РФ).

Решением УФНС России по Оренбургской от 23.12.2020 №16-10/20211 решение инспекции отменено в части предъявления штрафа по п. 1 ст. 126 НК РФ в размере 11800 руб., в остальной части решение оставлено без изменений и вступило в силу.

Не согласившись с принятым по результатам проверки решением в оспариваемой части, а именно: о неправомерном применении ООО «Трансгарант» налоговых вычетов по налогу на добавленную стоимость (далее - НДС) и уменьшении налоговой базы по налогу на прибыль организаций на суммы затрат по взаимоотношениям с ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс», ООО «Автотранслогистик», ООО «Олимп», общество обратилось в Арбитражный суд Оренбургской области с соответствующим заявлением.


В обоснование заявленных требований о недействительности решения налогового органа общество ссылается на то, что отсутствие деловой цели при заключении сделок с «проблемными» поставщиками щебня не подтверждается дальнейшей реализацией закупленного товара, которая в последствии была включена налогоплательщиком в налоговую базу при исчислении налога на прибыль и в книгу продаж при исчислении налога на добавленную стоимость в соответствующие периоды, что налоговым органом не оспаривается.

Кроме того, заявитель ссылается на то, что часть товара поставленного спорным контрагентом ООО «Кларисс» была учтена налоговым органом в качестве расходов налогоплательщика, в то время как транспортные расходы, оказанные ООО «Кларисс» в другом периоде были признаны документально не доказанными и произведенными в отсутствие хозяйственной необходимости.

Налоговым органом, по мнению налогоплательщика, не указаны законодательные нормы, устанавливающие понятие «нетипичное поведение» при заключении сделок, а также порядок запрет на «обналичивание» денежных средств контрагентами налогоплательщика.

Заявитель в обоснование заявленных требований приводит довод относительно того, что устанавливая многократное завышение цен (более чем в 5 раз) на приобретаемый товар (услуги) у спорных контрагентов, при наличии возможности приобретения товара (услуги) у реальных поставщиков, с налаженными деловыми связями, налоговым органом не учтено всех параметров формирования цены. Иные доказательства приведенные налоговым органом в обосновании своей позиции (допросы водителей - сотрудников ООО «Трансгарант», допрос директоров спорных контрагентов) также не опровергают факта совершения рассмотренных сделок.

Общество считает, что налоговым органом неверно применена норма налогового законодательства (п. 1 ст. 54.1 НК РФ) ввиду отсутствия доказательств совершения налогоплательщиком умышленного искажения сведений налогового и бухгалтерского учета и налоговой отчетности в целях незаконного уменьшения налогов.

Заинтересованное лицо указывает на доказанность нереальности финансово-хозяйственных взаимоотношений с ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс», ООО «Автотранслогистик», ООО «Олимп», а также формальность документооборота между заявителем и спорными контрагентами.

Также отмечает, что в ходе выездной налоговой проверки при составления товарного баланса налогоплательщика (приобретение товара и последующая его реализация заказчикам) установлено, что налогоплательщиком, в отсутствие производственной необходимости, оформлялись договоры поставки и транспортировки на спорный товар, в отношении которого не установлено последующей реализации, как не установлено складирование и хранение его (доказательств обратного налогоплательщиком не представлено) в специально оборудованных местах.

Оказание услуг транспортировки груза опровергается заказчиками налогоплательщика, водителями ООО «Трансгарант», руководителями спорных контрагентов и отсутствием деловой цели в перевозке товаров, приобретение и реализация которых была опровергнута в ходе проверки.

Основной целью налогоплательщика является занижение налоговой базы по НДС (на сумму вычетов) и налогу на прибыль организаций (на сумму завышенных расходов).

Все нарушения установленные в ходе выездной налоговой проверки, по мнению налогового органа, подтверждаются совокупностью представленных доказательств и установленных фактов, показаниями свидетелей, полученных в ходе проверки.

Как следует из материалов судебного дела, заявитель в проверяемом периоде осуществлял деятельность, связанную с закупом и реализацией щебня.

Основанием для вывода инспекции об искажении заявителем сведений о фактах хозяйственной жизни и нереальности исполнения сделок спорными контрагентами явились установленные в ходе выездной налоговой проверки следующие обстоятельства:

- ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик», ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс» и ООО «Эверест 5» относятся к категории «проблемных» налогоплательщиков, имеющих признак «фирмы-однодневки»;

- руководители спорных контрагентов не осуществляли реальную финансово-хозяйственную деятельность от их имени и фактически являются «номинальными»;

- отсутствие у спорных контрагентов необходимых условий дляосуществление финансово-хозяйственных операций (имущества, собственных или арендованных транспортных средств, трудовых ресурсов);

- спорные контрагенты по адресу регистрации отсутствуют, транспортировка товара с указанных адресов и его хранение по указанным адресам не подтверждены;

- непредставление ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик», ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс» и ООО «Эверест 5» справок по форме 2–НДФЛ за 2016 и 2017 годы;

- ООО «Эверест-5» исключено из Единого государственного реестра юридических лиц (далее – ЕГРЮЛ) 26.03.2019, ООО «Олимп» -15.05.2019, ООО «Автотранслогистик» - 25.06.2019, ООО «Кларисс» - 18.10.2017 и ООО «Автомаг Плюс» - 14.03.2018;

- руководитель ООО «Трансгарант» ФИО6 не смог пояснить конкретные обстоятельства совершения сделок между ООО «Эверест 5», ООО «Автомаг Плюс» и ООО «Трансгарант»;

- ООО «Трансгарант» представлен неполный пакет документов, подтверждающих сделку, а именно документы, подтверждающие транспортировку и качество товаров, в ответ на требования налогового органа не представлены;

- директор и учредитель ООО «Олимп» ФИО7 В.М. не смог указать поставщиков, покупателей, а также работников организации (протокол допроса свидетеля от 16.08.2017 № 08-08).

Согласно информации, полученной от УФСИН по Оренбургской области, ФИО7 осужден по приговору Оренбургского областного суда от 21.07.1997 по статьям 213 части 1, 206 части 3, пунктам «б, г» статьи 102 и 40, 41 Уголовного кодекса Российской Федерации и приговорен к 14 годам лишения свободы с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима (письмо от 30.07.2019 № 57/ТО/8-12288). А также ОМВД России по Сакмарскому району Оренбургской области представлена информация о невозможности проведения допроса ФИО7 в связи с его смертью (письмо от 01.07.2019 № 5774);

- директор и учредитель ООО «Кларисс» ФИО8 не указала поставщиков, арендодателей, работников, наименование организации, осуществлявшей ведение бухгалтерского и налогового учета ООО «Кларисс», а также фамилию бухгалтера. Не смогла дать конкретных пояснений относительно поиска контрагентов, обстоятельств заключения сделок и лиц, действовавших от имени ООО «Кларисс» (протокол допроса от 19.06.2019 № 207).Следует отметить, что согласно представленным ООО «СОВИН А» документам у ФИО8 имелось постоянное рабочее место в магазине «Совин» в должности старшего продавца (письмо от 25.08.2018 № 06-15/56787). Кроме того, согласно представленной ООО «Совин А» трудовой книжки в отношении ФИО8 имеется единственная запись о том, что она принята старшим продавцом в ООО «Совин А» и работает по настоящее время. При этом запись о ООО «Кларисс» отсутствует. Указанные обстоятельства подтверждают ее номинальность в ООО «Кларисс»;

- директор и учредитель ООО «Эверест 5» А.Г. Цойуказал, что финансово-хозяйственную деятельность от имени ООО «Эверест 5» не осуществлял. Сообщил, что в 2017 году терял паспорт, возможно в это время кто-то воспользовался его паспортными данными. Указал, что директор ООО «Трансгарант» ФИО6 ему не знаком, договоры с ООО «Трансгарант» не заключал и поставка товара не осуществлялась (протокол допроса свидетеля от 16.08.2019 № 202);

- руководитель ООО «Автомаг Плюс» ФИО9 дисквалифицирован как руководитель ООО «Автомаг Плюс» на 12 месяцев в связи с представлением недостоверных сведений в регистрирующий орган (постановление Мирового судьи судебного участка № 5 Дзержинского района г. Оренбурга от 10.05.2018 № 05-0294/81/2018);

- учредитель и директор ООО «Автотранслогистик» ФИО10 в период руководства официально работал в 2016 и 2017 годах в ресторанах официантом (справки по форме 2-НДФЛ ООО «Белый Брюссель» и ООО «Ресторация»);

- наличие реальных поставщиков аналогичной продукции на постоянной основе (ООО «Новокиевский щебеночный завод», АО «Орское карьероуправление», ООО «Щебеночный завод» № 7), которые поставляли спорный товар на более выгодных условиях. Сделки с реальными поставщиками документально подтверждены, в том числе представлены товарно-транспортные документы, сертификаты качества и лабораторных исследований;

- исходя из товарного баланса, составленного на основании регистров налогового учета по счету 41 «Товары», приобретенного ООО «Трансгарант» у реальных поставщиков щебня достаточно для дальнейшей реализации спорного товара;

- у ООО «Трансгарант» отсутствуют площади для хранения сырья, как в собственности, так и по договорам аренды. Складирование продукции по адресам, указанным директором ООО «Трансгарант» (земельный участок между Асфальтным заводом и ТЭЦ, справа от улицы Энергетиков по дороге к Асфальтному заводу напротив 3-этажного офисного здания с вывеской Хендлинг зал «У Петровича»; <...>), не подтверждено (протокол осмотра от 27.09.2019 № 114, Яндекс-карты и Googlmaps, протокол допроса свидетеля ФИО11 от 02.10.2019 № 244 и ФИО12 от 27.09.2019 № 234);

-из свидетельских показаний водителей ООО «Трансгарант» ФИО13, ФИО14, ФИО15 следует, что погрузка щебня осуществлялась с действующих щебеночных заводов, а разгрузка напрямую у заказчиков (протоколы допроса от 10.06.2019 № 210; от 22.07.2019 № 231, от 03.06.2019 № 211, от 24.09.2019 № 200 и от 04.10.2019 № 245);

-ООО «Трансгарант» в лице руководителя ФИО6 представлено фиктивное соглашение о проведении зачета с участием третьего лица ООО «Скиф» в подтверждение осуществления расчетов с ООО «Эверест 5», что свидетельствует об умышленности действий проверяемого лица (протоколы допроса свидетелей ФИО16 от 11.07.2019 № 232, ФИО17 от 27.09.2019 № 235 и ФИО18 от 10.12.2019 № 312). Кроме того, согласно анализу выписок о движении денежных средств установлено, что расчеты между ООО «Трансгарант» и ООО «Эверест 5» отсутствуют;

-денежные средства, перечисленные в качестве оплаты на расчетные счета ООО «Автомаг Плюс», в дальнейшем перечислены на расчетные счета физических лиц, зарегистрированных в качестве индивидуальных предпринимателей, имеющих признаки номинальных структур. В ходе мероприятий налогового контроля установлено, что по адресам регистрации свидетели не проживают, справки 2-НДФЛ на физических лиц, в адрес которых перечислены денежные средства, отсутствуют. При этом управление системой «Банк-Клиент» индивидуальных предпринимателей и ООО «Автомаг Плюс» осуществлялось с одинаковых IP- адресов;

-движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов носит «транзитный» характер и свидетельствует об отсутствии направленности созданных юридических лиц на осуществление реальной финансово-хозяйственной деятельности;

-ООО «Трансгарант» в подтверждение финансово-хозяйственных взаимоотношений предоставлены счета-фактуры и акты с «обезличенным» наименованием услуг. Иные документы и пояснения, в том числе заявки на перевозку грузов, документы, идентифицирующие транспортные средства проверяемым лицом, по требованиям налогового органа не представлены;

- директор и учредитель ООО «Трансгарант» ФИО6 в отношении ООО «Олимп» и ее руководителя на вопросы, касающиеся финансово-хозяйственной деятельности ООО «Трансгарант», ответил: «затрудняюсь ответить, я не помню». Кроме того, он не смог указать, как заключался договор с контрагентами ООО «Трансгарант», где, с кем и каким образом, а также что и куда возили, пункты погрузки (разгрузки), на каких транспортных средствах (протокол допроса свидетеля от 26.09.2019 № 197); -директор ООО «Трансгарант» ФИО6 в ходе допроса сообщил, что транспортные услуги были приобретены для перевозки щебня с мест хранения (протокол допроса свидетеля от 19.02.2020 № 49). При этом фактическое хранение щебня в проверяемый период в ходе мероприятий налогового контроля не подтверждено;

-заказчиками транспортных услуг (ООО «Оренбургвторчермет» и ООО «СпецтрансГрупп») (для ООО «Буровая компания «Евразия»)) предоставлены списки транспортных средств, в ходе анализа которых установлено, что собственниками проезжавших на их территорию транспортных средств являлись ООО «Трансгарант», ФИО6 (руководитель ООО «Трансгарант») и иные реально действующие юридические и физические лица (ЗАО Племзавод «Спутник», ИП ФИО19, ООО «Степное»). Данный факт также подтвержден свидетельскими показаниями водителей ООО «Трансгарант» и должностных лиц Заказчиков;

-в журналах пропусков юридических лиц, осуществлявших поставку щебня в адрес ООО «Трансгарант», зафиксировано, что на их территорию заезжали только транспортные средства проверяемого налогоплательщика и водители - сотрудники ООО «Трансгарант». Данный факт также подтвержден свидетельскими показаниями водителей ООО «Трансгарант» ФИО13, ФИО14, ФИО15;

-отсутствие перечислений по расчетным счетам ООО «Эверест 5» и ООО «Автомаг Плюс» денежных средств за товар (щебень различной фракции), который в дальнейшем реализован ООО «Трансгарант»;

-денежные средства, перечисленные заявителем в адрес ООО «Олимп», ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс» перечислены в качестве оплаты за продукты питания, а также в адрес индивидуальных предпринимателей, которые имеют признаки, свидетельствующие об имитации реальной финансово-хозяйственной деятельности. В ходе мероприятий налогового контроля установлено, что индивидуальные предприниматели зарегистрированы по просьбе третьих лиц и денежными средствами, которые поступали на расчетные счета, зарегистрированные на их имя, не распоряжались. Кроме того, управление системой «Банк-Клиент» индивидуальных предпринимателей и спорных контрагентов осуществлялось с одинаковых IP- адресов.

- исходя из анализа выписок банка о движении денежных средств установлено, что расчеты между ООО «Трансгарант» и ООО «Автотранслогистик» отсутствуют;

- движение денежных средств по расчетным счетам спорных контрагентов носит «транзитный» характер и свидетельствует об отсутствии направленности созданных юридических лиц на осуществление реальной финансово-хозяйственной деятельности.

- на требования о представлении документов (информации), в которых истребовались путевые листы, транспортные накладные и всю имеющееся транспортные документы, полученные от ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик», ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс», заявителем предоставлялись пояснения об отсутствии необходимости обеспечения длительного хранения документов, не являющихся основанием для исчисления и уплаты налогов.

- количество приобретенного щебня у реальных поставщиков является достаточным для дальнейшей реализации. При этом инспекцией установлена совокупность обстоятельств, свидетельствующих о том, что щебень у спорных контрагентов не приобретался. Выводов о том, что заявителем с продажи щебня не уплачены соответствующие налоги, оспариваемое решение не содержит.

Учитывая изложенное, в ходе проведения выездной налоговой проверки установлено, что реальные поставщики щебня, которые могли бы поставить спорный щебень в адрес ООО «Эверест 5» и ООО «Автомаг плюс» отсутствуют. Также установлено, что реальные лица, способные оказать транспортные услуги для ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик», ООО «Кларисс» и ООО «Автомаг плюс», которые бы в дальнейшем могли быть перевыставлены в адрес ООО «Трансгарант», отсутствуют. Таким образом, сделки по поставке щебня и оказания транспортных услуг в действительности не совершались.

По мнению инспекции, в ходе проведения выездной налоговой проверки собраны доказательства, свидетельствующие о том, что директором ООО «Трансгарант» умышленно совершено противоправное деяние, выразившееся в создании схемы незаконной минимизации налоговых обязательств путем совокупности действий, направленных на построение искаженных, искусственных договорных отношений, позволившие уменьшить сумму налога, подлежащего уплате в бюджет.

Следовательно, директор ООО «Трансгарант» сознательно допускал наступление вредных последствий для бюджета от своих противоправных действий в виде занижения сумм налогов, подлежащих уплате. Объективной стороной вменяемого правонарушения, является противоправное деяние, выразившееся в создании схемы по уходу от налогообложения, направленной на неуплату налога. В рассматриваемой ситуации директором ООО «Трансгарант» создан фиктивный документооборот с целью уменьшения налоговой базы и суммы подлежащего уплате налога в бюджет в результате не приобретенных строительных материалов (щебня различной фракции) и фактически не оказавших транспортные услуги проверяемому налогоплательщику. При этом причинно-следственной связью является обогащение за счет незаконной минимизации налогов (НДС и налог на прибыль).

Обязанность доказывания соответствия оспариваемого ненормативного правового акта закону или иному нормативному правовому акту, наличия у органа надлежащих полномочий на принятие оспариваемого акта, а также обстоятельств, послуживших основанием для принятия оспариваемого акта, возлагается на орган, который принял акт (часть 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Вместе с тем, указанные нормы не освобождают заявителя от обязанности доказывания обстоятельств, на которые он ссылается как на основание своих требований и возражений.

Судом установлено, что процессуальных нарушений при принятии оспариваемого решения налоговым органом допущено не было, доказательств, свидетельствующих об ином, материалы дела не содержат.

Согласно статье 247 НК РФ объектом налогообложения по налогу на прибыль организаций признается прибыль, полученная налогоплательщиком. Для российских организаций прибылью признаются полученные доходы, уменьшенные на величину произведенных расходов.

Пунктом 1 статьи 252 НК РФ установлено, что в целях главы 25 НК РФ налогоплательщик уменьшает полученные доходы на сумму произведенных расходов (за исключением расходов, указанных в статье 270 НК РФ). Расходами признаются обоснованные и документально подтвержденные затраты, осуществленные (понесенные) налогоплательщиком.

Под обоснованными расходами понимаются экономически оправданные затраты, оценка которых выражена в денежной форме. Под документально подтвержденными расходами понимаются затраты, подтвержденные документами, оформленными в соответствии с законодательством Российской Федерации.

Расходами признаются любые затраты при условии, что они произведены для осуществления деятельности, направленной на получение дохода.

В соответствии с пунктом 1 статьи 171 НК РФ налогоплательщик имеет право уменьшить общую сумму налога, исчисленную в соответствии со статьей 166 НК РФ, на установленные налоговые вычеты.

Положениями пункта 2 статьи 171 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемом периоде) предусмотрено, что вычетам подлежат суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров (работ, услуг), а также имущественных прав на территории Российской Федерации либо уплаченные налогоплательщиком при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, в таможенных процедурах выпуска для внутреннего потребления, временного ввоза и переработки вне таможенной территории либо при ввозе товаров, перемещаемых через границу Российской Федерации без таможенного оформления, в отношении: товаров (работ, услуг), а также имущественных прав, приобретаемых для осуществления операций, признаваемых объектами налогообложения в соответствии с главой 21 НК РФ, за исключением товаров, предусмотренных пунктом 2 статьи 170 НК РФ; товаров (работ, услуг), приобретаемых для перепродажи.

Согласно пункту 1 статьи 172 НК РФ (в редакции, действовавшей в проверяемом периоде) налоговые вычеты, предусмотренные статьей 171 НК РФ, производятся на основании счетов - фактур, выставленных продавцами при приобретении налогоплательщиком товаров (работ, услуг), имущественных прав, документов, подтверждающих фактическую уплату сумм налога при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, документов, подтверждающих уплату сумм налога, удержанного налоговыми агентами, либо на основании иных документов в случаях, предусмотренных пунктами 3, 6 - 8 статьи 171 НК РФ.

Вычетам подлежат, если иное не установлено статьей 172 НК РФ, только суммы налога, предъявленные налогоплательщику при приобретении товаров(работ, услуг), имущественных прав на территории Российской Федерации, либо фактически уплаченные ими при ввозе товаров на территорию Российской Федерации и иные территории, находящиеся под ее юрисдикцией, после принятия на учет указанных товаров (работ, услуг), имущественных прав с учетом особенностей, предусмотренных статьей 172НК РФ, и при наличии соответствующих первичных документов.

В соответствии с пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и(или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

На основании пункта 2 статьи 54.1 НК РФ при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам(операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

Как следует из пункта 3 статьи 54.1 НК РФ в целях пунктов 1 и 2 статьи 54.1 НК РФ подписание первичных учетных документов неустановленным или неуполномоченным лицом, нарушение контрагентом налогоплательщика законодательства о налогах и сборах, наличие возможности получения налогоплательщиком того же результата экономической деятельности при совершении иных не запрещенных законодательством сделок (операций) не могут рассматриваться в качестве самостоятельного основания для признания уменьшения налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога неправомерным.

Положениями пункта 1 статьи 105.1 НК РФ предусмотрено, что если особенности отношений между лицами могут оказывать влияние на условия и (или) результаты сделок, совершаемых этими лицами, и (или) экономические результаты деятельности этих лиц или деятельности представляемых ими лиц, указанные в пункте 1 статьи 105.1 НК РФ лица признаются взаимозависимыми для целей налогообложения.

Для признания взаимной зависимости лиц учитывается влияние, которое может оказываться в силу участия одного лица в капитале других лиц, в соответствии с заключенным между ними соглашением либо при наличии иной возможности одного лица определять решения, принимаемые другими лицами. При этом такое влияние учитывается независимо от того, может ли оно оказываться одним лицом непосредственно и самостоятельно или совместно с его взаимозависимыми лицами, признаваемыми таковыми в соответствии со статьей 105.1 НК РФ.

Согласно пункту 1 статьи 54.1 НК РФ не допускается уменьшение налогоплательщиком налоговой базы и (или) суммы подлежащего уплате налога в результате искажения сведений о фактах хозяйственной жизни (совокупности таких фактов), об объектах налогообложения, подлежащих отражению в налоговом и (или) бухгалтерском учете либо налоговой отчетности налогоплательщика.

Из пункта 2 статьи 54.1 НК РФ следует, что при отсутствии обстоятельств, предусмотренных пунктом 1 статьи 54.1 НК РФ, по имевшим место сделкам (операциям) налогоплательщик вправе уменьшить налоговую базу и (или) сумму подлежащего уплате налога в соответствии с правилами соответствующей главы части второй НК РФ при соблюдении одновременно следующих условий: 1) основной целью совершения сделки (операции) не являются неуплата (неполная уплата) и (или) зачет (возврат) суммы налога; 2) обязательство по сделке (операции) исполнено лицом, являющимся стороной договора, заключенного с налогоплательщиком, и (или) лицом, которому обязательство по исполнению сделки (операции) передано по договору или закону.

В силу положений статей 146, 169, 171, 172 НК РФ для получения налогового вычета необходима совокупность следующих условий: наличие счетов-фактур, документов, подтверждающих принятие указанных товаров (работ, услуг) на учет, а также строгое соответствие выставленных счетов-фактур требованиям пунктов 5, 6 статьи 169 НК РФ.

При соблюдении указанных требований НК РФ налогоплательщик вправе претендовать на получение налогового вычета при исчислении НДС.

Первичные документы, составляемые при совершении хозяйственной операции и представляемые налогоплательщиком в налоговые органы, должны отвечать установленным законодательством требованиям и содержать достоверные сведения об обстоятельствах, с которыми законодательство связывает реализацию права на осуществление налоговых вычетов, а налоговый орган вправе отказать в применении вычетов, если заявленная налогоплательщиком сумма не подтверждена надлежащими документами, содержащими достоверные сведения, сформировавшие вычеты хозяйственные операции нереальны либо совершены с контрагентами, не исполняющими налоговых обязанностей.

Требования о достоверности учета хозяйственных операций содержатся в законодательстве о бухгалтерском учете и в Кодексе, установившем правила ведения налогового учета.

В соответствии с пунктом 1 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ "О бухгалтерском учете" (далее - Федеральный закон от 06.12.2011 N 402-ФЗ) каждый факт хозяйственной жизни подлежит оформлению первичным учетным документом. Не допускается принятие к бухгалтерскому учету документов, которыми оформляются не имевшие места факты хозяйственной жизни, в том числе лежащие в основе мнимых и притворных сделок.

По правилам пункта 2 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ первичные учетные документы должны содержать следующие обязательные реквизиты: наименование документа, дата составления документа, наименование экономического субъекта, составившего документ, содержание факта хозяйственной жизни, величина натурального и (или) денежного измерения факта хозяйственной жизни с указанием единиц измерения, наименование должности лица (лиц), совершившего (совершивших) сделку, операцию и ответственного (ответственных) за ее оформление, либо наименование должности лица (лиц), ответственного (ответственных) за оформление свершившегося события, подписи лиц, предусмотренных пунктом 6 статьи 9 Федерального закона от 06.12.2011 N 402-ФЗ, с указанием их фамилий и инициалов либо иных реквизитов, необходимых для идентификации этих лиц.

Как следует из материалов судебного дела, между ООО «Трансгарант» (Покупатель) и ООО «Эверест 5», ООО «Автомаг Плюс» (Поставщики) заключены договоры на поставку щебня от 28.09.2017 № ЭВ 001/09 и от 01.06.2017 № Т0007. Кроме того, заявителем с ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс», ООО «Автотранслогистик» и ООО «Олимп» заключены договоры на оказание услуг по перевозке грузов от 15.08.2016 № 4/16, от 01.06.2017 № У00015, от 21.11.2016 № ТУ-17/11 и от 07.04.2017 № ТУ-12/05.

Заказчиками транспортных услуг являлись ООО «Оренбургвторчермет» и ООО «СпецтрансГрупп» (генеральный заказчик ООО «Буровая компания «Евразия»).

В подтверждение реальности финансово-хозяйственных операций общество представило в налоговый орган для проверки и в материалы дела договоры поставки и оказания транспортных услуг, заключённых между ООО «Трансгарант» и ООО «Кларисс», ООО «Эверест 5», ООО «Автомаг Плюс», ООО «Автотранслогистик», ООО «Олимп», счета-фактуры, товарные накладные, акты выполненных работ, составленные спорными контрагентами.

Хозяйственные операции отражены обществом в бухгалтерском и налоговом учете в установленном порядке, в том числе внесены в книгу покупок, что налоговым органом не оспаривается.

Представление налогоплательщиком в налоговый орган всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, в целях получения налоговой выгоды является основанием для ее получения, если налоговым органом не доказано, что сведения, содержащиеся в этих документах, неполны, недостоверны и (или) противоречивы.

Суд признает, что представленные налогоплательщиком документы, в том числе счета-фактуры, содержат все обязательные реквизиты - в них указаны наименование, адрес продавца и покупателя, их ИНН/КПП, подписи руководителей, т.е. документы соответствуют требованиям, предъявляемым статьей 169 НК РФ.

Анализ операций на расчетных счетах, проведенный налоговым органом в рамках проверки, о наличии замкнутой схемы расчетов, о возврате денежных средств проверяемому налогоплательщику не свидетельствует, иное материалы дела не содержат.

Также, выводы налогового органа о транзитном характере денежных средств, сделаны при неполном выяснении обстоятельств, не подтверждены доказательствами и не могут быть положены в основу отказа обществу в получении налоговых вычетов.

Исходя из положений статей 89, 90, 101 НК РФ, следует принимать во внимание, что свидетельские показания, полученные в порядке статьи 90 НКРФ, служат только источником информации о каких-либо обстоятельствах и не могут являться единственным, безусловным доказательством в деле о налоговом правонарушении, доказательства в котором подлежат оценке в совокупности.

Ссылки заинтересованного лица, относительно того, что руководитель ООО «Трансгарант» ФИО6 не смог пояснить конкретные обстоятельства совершения сделок между ООО «Эверест 5», ООО «Автомаг Плюс» и ООО «Трансгарант»;директор и учредитель ООО «Олимп» ФИО7 В.М. не смог указать поставщиков, покупателей (протокол допроса свидетеля от 16.08.2017 № 08-08);директор и учредитель ООО «Кларисс» ФИО8 не указала поставщиков, арендодателей, работников, наименование организации, осуществлявшей ведение бухгалтерского и налогового учета ООО «Кларисс», а также фамилию бухгалтера, не смогла дать конкретных пояснений относительно поиска контрагентов, обстоятельств заключения сделок и лиц, действовавших от имени ООО «Кларисс» (протокол допроса от 19.06.2019 № 207); руководитель ООО «Автомаг Плюс» ФИО9 дисквалифицирован как руководитель ООО «Автомаг Плюс» на 12 месяцев в связи с представлением недостоверных сведений в регистрирующий орган (постановление Мирового судьи судебного участка № 5 Дзержинского района г. Оренбурга от 10.05.2018 № 05-0294/81/2018), судом отклоняется как несостоятельные, поскольку не доказывают отсутствия реальных взаимоотношений между сторонами сделок.

Суд отмечает, что по правилам статьи 88 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации свидетельские показания - это разновидность доказательств по делу, а значит, на них в полной мере распространяются требования достоверности и непротиворечивости.

Кроме того, доказательств, подтверждающих показания А.Г. Цой (директор и учредитель ООО «Эверест 5») в частности –заключения почерковедческих исследований, которые опровергали бы факт подписания им (и указанными выше лицами, в рамках исполнения обязательств организациями, где они являлись руководителями и учредителями) спорных документов (договора, счета – фактуры, товарные накладные) материалы дела не содержат.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

Ссылка заинтересованного лица на то, что согласно представленным ООО «СОВИН А» документам у ФИО8 (директор и учредитель ООО «Кларисс») документам имелось постоянное рабочее место, а такжечто учредитель и директор ООО «Автотранслогистик» ФИО10 в период руководства официально работал в 2016 и 2017 годах в ресторанах официантом (справки по форме 2-НДФЛ ООО «Белый Брюссель» и ООО «Ресторация») не опровергает факта реальности хозяйственных операций.

При соблюдении контрагентом требований по оформлению необходимых документов, оснований для вывода о недостоверности либо противоречивости сведений, содержащихся в упомянутых счетах-фактурах, не имеется, если не установлены обстоятельства, свидетельствующие о том, что налогоплательщик знал либо должен был знать о предоставлении продавцом недостоверных либо противоречивых сведений(постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09).В рассматриваемом случае у суда отсутствуют основания полагать, что налогоплательщик располагал сведениями о недобросовестности контрагентов.

Суд соглашается с доводами заявителя о том, что право на отнесение расходов при исчислении налога на прибыль организаций и получением вычетов по НДС не связано с соотношением величины расходов и доходов контрагента, с наличием персонала, основных средств и складских помещений, а также наличия платежей, направленных на обеспечение ведения финансово-хозяйственной деятельности (аренду имущества, коммунальные услуги, электроэнергию).

К доводу налогового органа о том, что указанные фирмы обладают признаками фирм «однодневок», в связи с чем, не имели ресурсов для выполнения обязательств по договорам поставки, суд относится критически по следующим основаниям.

Отсутствия у контрагентов налогоплательщика трудовых и материальных ресурсов, не указывает на невозможность осуществления хозяйственных операций обществом, и не является доказательством недобросовестности. Гражданское законодательство предполагает привлечение контрагентом третьих лиц для исполнения обязательств по договору. Действующее законодательство не запрещает подобные действия, являющиеся нормальной деловой практикой. При этом суд исходит из того, что заинтересованным лицом указанный вопрос не был исследован в ходе выездной налоговой проверки. Инспекция ограничилась лишь констатацией отсутствия по данным ФИР у контрагентов необходимых, по мнению инспекции, ресурсов для выполнения обязательств по договорам поставки товара и оказанием услуг по перевозке груза.То, что контрагенты заявителя не имели в собственности транспортные средства, не влияет на их способность выполнять договорные обязательства.

Доводы, на которые ссылается налоговый орган в обоснование своей позиции об отсутствии реальных взаимоотношений налогоплательщика и контрагентов ввиду отсутствия у последних необходимых условий для осуществления экономической деятельности и невозможности осуществления ими фактических услуг в адрес налогоплательщика, судом отклоняются как противоречащие правовым позициям Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации, изложенным в постановлении Президиума 03.07.2012 № 2341/12, а также в определениях Верховного Суда Российской Федерации № 305-КГ16-10399 от 29.11.2016, № 305-КГ16-14921 от 06.02.2017.

Согласно позиций высших судебных инстанции, сформулированных в указанных судебных актах, установление налоговым органом в отношении спорного контрагента негативных признаков, характеризующих его как номинальную структуру (отсутствие управленческого, технического персонала, основных средств, производственных активов и транспортных средств) само по себе не может быть положено в основу вывода о нереальности рассматриваемой хозяйственной операции.

Определяющее значение при решении вопроса об обоснованности налоговой выгоды как по налогу на прибыль, так и по НДС, во взаимоотношениях с контрагентами, не имеющими необходимых условий для экономической деятельности, имеет действительное (реальное) совершение тех хозяйственных операций, которые повлекли затраты налогоплательщика.

На налоговом органе, оспаривающим реальность совершенных налогоплательщиком операций и обоснованность полученной в связи с этим налоговой выгоды, лежит бремя доказывания обстоятельств, которые могут свидетельствовать о невозможности осуществления спорных операций с учетом времени, места нахождения имущества или объема материальных ресурсов, экономически необходимых для производства товаров, выполнения работ или оказания услуг.

При этом действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и третьих лиц, и, более того, не наделяет налогоплательщика подобными полномочиями в силу того, что общество не является контролирующим органом, уполномоченным проводить встречные проверки.

Согласно Определению Конституционного Суда Российской Федерации от 16.10.2003 г. № 329-О истолкование статьи 57 Конституции Российской Федерации в системной связи с другими положениями Конституции Российской Федерации не позволяет сделать вывод, что налогоплательщик несет ответственность за действия всех организаций, участвующих в многостадийном процессе уплаты и перечисления налогов в бюджет.

Невыполнение или неполное исполнение контрагентами и третьими лицами общества своих налоговых обязанностей, в том числе, за счет указания в отчетности незначительных сумм, сокрытия наличия основных средств и действительного количества работников, использования расчетов с нанятыми работниками, оплату аренды и других расходов наличными средствами (при таких расчетах денежные средства через банковский счет не проходят), а также перевод денежных средств в иные организации, не означает, что заявитель, проявивший надлежащую осмотрительность при их выборе и не располагающий возможностью влиять на выполнение контрагентами и третьими лицами их конституционных обязанностей, лишается права на вычеты по НДС или утрате права на включение соответствующих расходов при исчислении налога на прибыль организаций.

Отказ в праве на вычет «входящего» налога обусловливается фактом неисполнения обязанности по уплате НДС контрагентом налогоплательщика или (и) поставщиками предыдущих звеньев в той мере, в какой это указывает на отсутствие экономического источника вычета (возмещения) налога, но один лишь этот факт не может быть достаточным, чтобы считать применение налоговых вычетов покупателем неправомерным. Лишение права на вычет НДС налогоплательщика-покупателя, который не преследовал цель уклонения от налогообложения в результате согласованных с иными лицами действий, а при отсутствии такой цели – не знал и недолжен был знать о допущенных этими лицами нарушениях, действуя в рамках поведения, ожидаемого от разумного участника хозяйственного оборота, по существу означало бы применение меры имущественной ответственности за неуплату налогов, допущенную иными лицами, в том числе, при искажении ими фактов своей хозяйственной деятельности, к налогоплательщику-покупателю, не имевшему возможности предотвратить эти нарушения и (или) избежать наступления их последствий. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 14.05.2020 № 307-ЭС19-27597.

Оценивая материалы проверки в совокупности и взаимосвязи, необходимо, чтоб налоговым органом был доказан факт, свидетельствующий о создании налогоплательщиком схемы, направленной на получение необоснованной налоговой выгоды, в частности, ввиду аффилированности и подконтрольности контрагентов самому налогоплательщику, и неуплате в бюджет налога на прибыль и налога на добавленную стоимость в результате создания этой схемы. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда Российской Федерации от 23.11.2020 № 305-ЭС20-17829.

Такие доказательства и доводы налоговым органом не приведены, из материалов проверки и выводов налогового органа не следует, что налоги не уплачены обществом, или его контрагентами, а также контрагентами 2-ого и 3-ого звеньев, а также производителем товара. Так же не установлены факты подконтрольности и аффилированной подконтрольности контрагентов налогоплательщику.

В ходе рассмотрения судебного дела налоговым органом также не представлено доказательств непредставления контрагентами декларации по НДС и налогу на прибыль организаций за 2016-2017 гг., и не отражения спорных операции по реализации, исчисление и последующее перечисление налога с них.

Заинтересованным лицом не представлено однозначных доказательств того, что цены указанные в сделках между контрагентами и заявителем не соответствуют уровню цен на спорный товар и заявленные услуги.

Суд также исходит из того, что работники ООО «Трансгарант» (водители ФИО13, ФИО15), допрошенные в ходе мероприятий налогового контроля, в силу своих должностных обязанностей не могли и не должны были с достоверностью знать об объемах поставляемого в проверяемый период товара (щебня) или в полной мере обладать знаниями о наличии или отсутствии контрагентов. Крометого, не исключается привлечение заявителем для указанных услуг персонала без надлежащего оформления отношений (в рамках трудовогозаконодательства, договоров гражданско-правового характера).

Помимо этого, суд отмечает, что инспекция, ссылаясь на отсутствие перечислений по расчетным счетам ООО «Эверест 5» и ООО «Автомаг Плюс» денежных средств за товар (щебень различной фракции), реализованный в дальнейшем ООО «Трансгарант» не учитывает многообразие расчетов, не исключающих, помимо безналичного, иных видов (например, в рамках договора бартера и т.д.).

Кроме того, нарушений, выявленных в ходе выездных или камеральных проверок по заявленным контрагентам в рамках исполнения ими спорных сделок налоговым органом не представлено.

Если товар и услуги был получены, работы выполнены и оплачены, то недостатки в оформлении документов не должны влиять на налоговые последствия у налогоплательщика.

Назначение документов - лишь фиксировать факты совершения тех или иных операций, то есть документы вторичны по отношению к фактической деятельности.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

Доказательств того, что исполнение договоров с контрагентами и их результаты не были необходимы для финансово-хозяйственной деятельности заявителя, налоговым органом не представлены.

Все дальнейшие действия контрагента с полученными от общества денежными средствами, в том числе, перечисление их на счета иных организаций, не могут быть проконтролированы налогоплательщиком и не могут вменяться в вину налогоплательщику и служить основанием для его привлечения к налоговой ответственности.

Доказательств того, что цена поставленного товара не соответствовала рыночному уровню, а налогоплательщик вступал в отношения с данными лицами на особых (не на обычных) условиях, инспекцией не представлено.

Доказательств того, что спорные контрагенты введены в цепочку искусственно для целей уменьшения налогового бремени, и установление реального исполнителя оспариваемое решение не содержит, в ходе рассмотрения судебного дела не установлено.

Меры, включающие в себя получение официальных документов одеятельности контрагента, предпринимаемые налогоплательщиком в целях подтверждения добросовестности его контрагента, условия сделок, обстоятельствах их заключения и исполнения свидетельствуют о его осмотрительности и осторожности при выборе контрагента и совершении хозяйственных операций.

Законом не закреплена обязанность налогоплательщика проверять своих контрагентов на предмет нахождения по месту регистрации, выполнения ими обязательств перед бюджетом.

Вменение налоговым органом таких обязанностей налогоплательщику можно расценивать исключительно как возложение на него дополнительных обязанностей, связанных с проведением мероприятий налогового контроля, что ни ст. 23 НК РФ, ни иными положениями налогового или гражданского законодательства не предусмотрено. Более того, налоговое законодательство не наделяет налогоплательщика правами на проведение, по существу, мероприятий налогового контроля.

Обществом заключен договор с зарегистрированными в установленном порядке контрагентами, сведения о которых содержатся в ЕГРЮЛ, что было проверено заявителем при заключении договоров.

Довод заинтересованного лица относительно того, что спорные контрагенты на момент вынесения решения исключены из ЕГРЮЛ, судом отклоняется как несостоятельный, поскольку исключение организаций за пределами совершения сделок не свидетельствует об отсутствии реальных хозяйственных отношений между заявителем и контрагентами в рассматриваемый период, так как на момент их совершения они являлись действующими организациями.

Из материала дела не следует и налоговым органом не доказан факт несамостоятельности в своей финансово-хозяйственной деятельности указанных контрагентов, а, следовательно, формального характера хозяйственных отношений посредством документального оформления для получения необоснованной налоговой выгоды.

Представленные в материалы судебного дела сведения не содержат информации, позволяющей усомниться в добросовестности контрагентов - ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик», ООО «Кларисс», ООО «Автомаг Плюс» и ООО «Эверест 5», и оснований полагать, что на момент оформления налогоплательщиком хозяйственных отношений с этими лицами в указанных ресурсах содержалась иная информация, не имеется.

То есть, доступными для налогоплательщиками способами установить обстоятельства, свидетельствующие о недобросовестности поведения контрагентов в части исполнения налоговых обязательств, а также их деловой репутации, не представлялось возможным.

Кроме того, из материалов дела не усматривается и налоговым органом не подтверждено, что доля операций с каждым из контрагентов в общей массе хозяйственных отношений заявителя в рассматриваемый период времени являлась существенной для налогоплательщика, в связи с чем основания для предъявления к заявителю требования о проявлении повышенной степени осмотрительности при осуществлении таких операций не имеется.

Доказательств обратного налоговым органом в материалы судебного дела не представлено.

Кроме того, суд считает необходимым отметить, что именно на налоговый орган возложена обязанность представить доказательства, почему именно к конкретной сделке налогоплательщиком должна была быть проявлена повышенная степень осмотрительности.

Отказ проверяемому налогоплательщику в применении вычетов по НДС и выводов о завышении расходов при исчислении налога на прибыль организаций обоснован установлением инспекцией нарушений, касающихся представления обществом и его контрагентами полного пакета документов, истребованных налоговым органом. В частности, заинтересованным лицом указано на неправомерное не представление следующих документов: товарно – транспортные накладные, паспортов качества, сертификатов соответствия, документов, подтверждающих наличие у поставщиков трудовых и материальных ресурсов, офисных, торговых и складских помещений, транспортных средств, необходимых для выполнения взятых обязательств по договорам, информации о фактическом местонахождении контрагентов, складских, производственных и торговых площадей с приложением соответствующих документов.

Как следует из материалов судебного дела в проверяемый период общество осуществляло два вида деятельности – автоуслуги по перевозке пассажиров и грузов собственным или арендованным транспортом и оптовую продажу товаров производственно – хозяйственного назначения (ПГС, щебень различных фракций, песок, иные строительные материалы).

Как установлено в ходе проведения проверки к оказанию транспортных услуг Заказчикам (ООО «СпецтрансГрупп», ООО «Оренбургский вторчермет») сторонний транспорт не привлекался.

Суд находит состоятельным довод заявителя о том, что поскольку обществом осуществлялась перевозка грузов, собственниками которых являлись данные заказчики, путевой лист выписывался заявителем, а ТТН – заказчиками, в случае же получения ООО «Трансгарант» автоуслуг со стороны от сторонних организаций, осуществляющих перевозку закупленных у посредников товаров, доставляемых с мест их хранения непосредственно в адрес покупателя общества, путевые листы выписывались и хранились у собственников автотранспорта. Поскольку собственником перевозимых материалов (товара) являлись организации – посредники, оформление ТТН являлось их обязанностью как грузоотправителей. При этом судом учтено, что ответственность за неисполнение обязанности грузоотправителем по составлению ТТН не может быть возложена на заявителя (эпизод с ООО «Кларисс» в части оказания услуг по перевозке, ООО «Олимп», ООО «Автотранслогистик»).

Также суд исходит из того, что расходы на приобретение товаров подтверждают не только ТТН, но и иные документы, в первую очередь – товарные накладные, в связи с чем, суд находит обоснованным довод заявителя относительно того, что отсутствие ТТН не препятствует учету затрат на приобретение товарно – материальных ценностей, независимо от того, кто доставлял товар (эпизод с ООО «Эверест 5», ОО «Автомаг Плюс»).

Таким образом, довод инспекции об отсутствии документов о транспортировке товара по спорным сделкам также не опровергает их реальности, при установлении совокупности доказательств, подтверждающих факт осуществления хозяйственных операций спорными контрагентами.

Кроме того, суд находит состоятельным довод заявителя об учете налоговым органом товара, приходящегося по поставленному количеству на договор поставки, заключенный с ООО «Кларисс».

В рамках настоящего дела налоговым органом не представлено безусловных и однозначных доказательств того, что не имел места быть факт дальнейшей реализации поставленного товара, поставка которого нашла подтверждение со стороны покупателей, была ими плачена в полном объеме, отражена как в начислении НДС так и налога на прибыль организаций.

Как следует из материалов судебного дела, приобретенный 06.06.2017 у ООО «Автомаг Плюс» товар (тротуарная плитка) реализован ООО «РУС 56» 09.06.2017 и 15.06.2017, приобретенный у данного контрагента 06.06.2017 щебень фракции 5-20 мм (т) в количестве 630 тонн реализован 583 тонны до 30.06.2017 в адрес ООО «ОЖБИ» и ООО «Иеса». Приобретенный в октябре 2017 года у ООО «Эверест 5» товар (щебень фракции 20-40 мм (м3) в количестве 1370 м3 был реализован до конца октября 2017 года в количестве 1227,942 м3 в адрес ООО «Уралэнергострой» и ООО «Уралэлектрострой», щебень фракции 40-70 мм (м3), приобретенный 08.11.2017 года в количестве 201,5 м3 у того же контрагента был реализован 09.11.2017 в полном объеме в адрес ООО «Уралэлектрострой».

Более того, суд отмечает, что заинтересованным лицом даны пояснения, что выводов относительно неуплаты заявителем с продажи щебня соответствующих налогов оспариваемое решение не содержит.

Ссылка заинтересованного лица относительно отсутствия расчетов между ООО «Трансгарант» и ООО «Эверест 5», ООО «Автотрансгарант»по результатам анализа заинтересованным лицом расчетного счета, судом оценивается критически, поскольку налоговым органом не опровергнута возможность иных видов расчетов.

Довод налогового органа относительно того, что ООО «Трансгарант» в лице директора ФИО6 представлено фиктивное соглашение о проведении зачета с участием третьего лица ООО «Скиф» в подтверждение осуществления расчетов с ООО «Эверест 5», что свидетельствует об умышленности действий проверяемого лица, судом также отклоняется как не основанный на безусловных доказательствах. С учетом изложенного, суд находит обоснованным довод заявителя относительно факта осуществления расчетов между сторонами.

Делая вывод о достаточности количества приобретённого щебня у иных поставщиков для последующей реализации, налоговым органом вместе с тем не представлено расчета и безусловных доказательств этого. В период проведения проверки заинтересованное лицо обладало оригиналами договоров, счетов-фактур, товарных накладных, транспортных накладных и других документов, однако не провело проверку торговых операций в полной мере. Судом также учтено, что в силу непрерывности финансово – хозяйственной деятельности осуществление продаж не ограничивается проверяемым периодом.

Довод налогового органа относительно того, что из допроса ФИО11 следует, что никогда земельный участок по адресу <...> около асфальтового завода (справа от ул. Энергетиков)не сдавался под хранение щебня (представляет собой асфальтированную площадку примыкающую к административному зданию) (страница 46 решения инспекции), не свидетельствует однозначно об отсутствии договоренности заявителя с арендаторами ее участков, поскольку из данного же протокола допроса следует, что земельные участки использовались арендаторами, въезд на площадки ею не контролировался.

Довод налогового органа относительного того, что представленная «раскадровка» снимков земельного участка информационного интернет-ресурса Googlemaps (GoogleEarth), способная представить вид любого объекта ретроспективно, подтверждает позицию инспекции о том, что в 2016 и 2017 годах указанный земельный участок пустовал, хранение щебня не производилось (страница 52-53 решения инспекции), судом отклоняется поскольку не опровергает реальности хозяйственных операций в заявленные периоды. Так, суд исходит из того, что представленные снимки содержат временное указание «7.30.2016» и «9.16.2017», что не свидетельствует о том, что участок не был использован на протяжении полностью 2016 или 2017 гг., тем более что это противоречит показаниям ФИО11 Представленная «раскадровка» датированная «5.19.2021» не относится к проверяемому периоду и как следствие, не может служит доказательством, имеющим отношение к проверяемым периодам.

Суд признает обоснованным довод заявителя относительно того, что не соответствует фактическим обстоятельствам утверждение заинтересованного лица о том, что ООО «Трансгарант» не знакомо руководителям ООО «Базис – Инвест», при наличии договорных арендных отношениях с ООО «Буровая компания «Евразия», поскольку между заявителем и ООО «Базис – Инвест также заключен договор аренды нежилого помещения под офис по адресу: <...>. Указанное обстоятельство заинтересованным лицом в ходе рассмотрения настоящего дела не оспорено.

Учитывая вышеизложенное, в материалах дела отсутствуют доказательства того, что заявителем для целей налогообложения учтены операции не в соответствии с их действительным экономическим смыслом или учтены операции, не обусловленные разумными экономическими или иными причинами (целями делового характера), либо налоговая выгода получена налогоплательщиком вне связи с осуществлением реальной предпринимательской или иной экономической деятельности.

В налоговом споре налоговый орган не может только ставить подсомнение налогооблагаемую сделку, а должен доказать отсутствие такой операции ввиду отсутствия товарно-денежного оборота и его номинальное оформление, имитацию с единственной целью получения незаконных налоговых выгод и налоговой экономии.

Из правовой позиции Конституционного Суда Российской Федерации, изложенной в определениях от 25.07.2001 № 138-О и от 15.02.2005 № 93-О, следует, что для подтверждения недобросовестности налогоплательщика налоговому органу необходимо представить доказательства совершения сторонами по сделке умышленных совместных действий в целях получения необоснованной налоговой выгоды, убыточности предпринимательской деятельности налогоплательщика, фиктивности хозяйственных операций, неосуществления налогоплательщиком экономической деятельности, для которой приобретались товары и другие доказательства.

Однако таких доказательств инспекция при рассмотрении дела не представила.

Следовательно, общество, осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами.

Противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность товародвижения, но не опровергающих сам факт поступления товара налогоплательщику, равно каки факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению кналогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могутявляться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего покупателем товаров.

Суд не должен подменять налоговые органы, проводя в ходе судебного процесса процедуры налогового контроля с целью исправления недостатков налоговой проверки, допущенных должностными лицами налоговых органов.

Предметом судебного разбирательства по делам об оспаривании ненормативных правовых актов является проверка оспариваемого акта или его отдельных положений и их соответствие закону или иному нормативному акту. Аналогичная правовая позиция изложена в определении Верховного суда РФ от 25.12.2017 № 310-КГ17-19524.

При таких обстоятельствах, учитывая представление налогоплательщиком в инспекцию всех надлежащим образом оформленных документов, предусмотренных законодательством о налогах и сборах, руководствуясь принципом презумпции добросовестности налогоплательщика и толкуя все неустранимые сомнения в его пользу, суд приходит к выводу о том, что налоговым органом в ходе выездной налоговой проверки не опровергнут факт приобретения обществом работ и услуг (товара) у спорных контрагентов, их учет и использование при осуществлении операций, подлежащих налогообложению, а, следовательно, право налогоплательщика на принятие соответствующих расходов при исчислении налоговой базы по налогу на прибыль организаций.

Учитывая реальность исполнения договора с контрагентами (иного налоговым органом не доказано), отсутствие в материалах дела доказательств не проявления обществом должной степени осмотрительности в выборе спорных контрагентов, а также дальнейшую реализацию товара, суд приходит к выводу о недоказанности налоговым органом получения заявителем необоснованной налоговой выгоды по взаимоотношениям со спорными контрагентами.

Регистрация общества в качестве юридического лица и постановка на налоговый учет означает признание прав на заключение сделок, на несение определенных законом прав и обязанностей. В отличие от налогового органа, имеющего законодательное право контролировать соблюдение гражданами и юридическими лицами требований законодательства при регистрации и осуществлении ими предпринимательской деятельности.

Из материалов дела не следует и не подтвержден документально факт отсутствия спорных контрагентов по адресу государственной регистрации в период спорных правоотношений.

Доводы налогового органа о необоснованности применения налогоплательщиком налоговой выгоды на том основании, что контрагенты относятся к категории налогоплательщиков, представляющих отчетность с минимальной налоговой нагрузкой, судом отклоняются, поскольку это не является обстоятельством, подтверждающим получение необоснованной налоговой выгоды налогоплательщиком и не свидетельствуют о том, что налогоплательщиком были нарушены нормы налогового законодательства.

По мнению суда, представление указанными обществами отчетности с минимальной налоговой нагрузкой может свидетельствовать о невыполнении им (контрагентом) обязанностей налогоплательщика или иных требований законодательства, а также о нарушениях в финансово-хозяйственной деятельности этих субъектов. Однако это не является основанием для квалификации сделок как мнимых и не является основанием для признания общества недобросовестным, если не доказана его осведомленность об этих обстоятельствах и не может служить безусловным основанием для признания налоговой выгоды необоснованной. Кроме того, законодательство не предоставляет налогоплательщику полномочий по контролю за исполнением контрагентом данных обязанностей.

При этом действующее законодательство не содержит положений, обязывающих налогоплательщика нести ответственность за действия своих контрагентов и третьих лиц, и, более того, не наделяет налогоплательщика подобными полномочиями в силу того, что общество не является контролирующим органом, уполномоченным проводить встречные проверки.

Кроме того, противоречия в доказательствах, подтверждающих последовательность выполнения работ (поставки товара) от исполнителя к налогоплательщику, но не опровергающих сам факт выполнения данных работ (поставки товара) для налогоплательщика и ее последующей сдачи, равно как и факты неисполнения соответствующими участниками сделок (поставщиками первого, второго и более дальних звеньев по отношению к налогоплательщику) обязанности по уплате налогов сами по себе не могут являться основанием для возложения соответствующих негативных последствий на налогоплательщика, выступившего заказчиком работ (покупателем товаров).

Осуществляя в проверяемый период деятельность, направленную на получение дохода, общество произвело экономически оправданные затраты, выраженные в денежной форме и оформленные соответствующими первичными документами, налоговым органом данные обстоятельства подтверждены.

В постановлении Президиума ВАС РФ от 20 апреля 2010 года № 18162/09 указано, что обстоятельствами, доказывающими получение налогоплательщиком обоснованной налоговой выгоды от сделок с недобросовестным налогоплательщиком-контрагентом, являются: государственная регистрация этого контрагента; истребование налогоплательщиком у контрагента документов по его государственной регистрации и постановке на налоговый учет; оформление хозяйственных сделок между налогоплательщиком и контрагентом в соответствии с гражданским законодательством РФ, а также законодательством РФ по бухгалтерскому учету и налогообложению; направленность сделок между налогоплательщиком и контрагентом на получение налогоплательщиком прибыли; фактическое исполнение хозяйственных сделок между налогоплательщиком и контрагентом в полном соответствии с оформленными между ними документами, свидетельствующее о реальном несении налогоплательщиком расходов, направленных на получение прибыли; проведение расчетов между налогоплательщиком и контрагентом безналичным путем через расчетные счета в банках; отсутствие взаимозависимости и согласованных действий между налогоплательщиком и контрагентом, направленных на получение необоснованной налоговой выгоды.

Наличие перечисленных обстоятельств свидетельствует о проявлении налогоплательщиком должной осмотрительности и осторожности, о несении налогоплательщиком реальных затрат, направленных на получение прибыли и, соответственно, о получении налогоплательщиком обоснованной налоговой выгоды от взаимоотношений с недобросовестным налогоплательщиком-контрагентом.

Соответственно, при наличии перечисленных обстоятельств, согласно постановлению Президиума ВАС РФ от 20 апреля 2010 года № 18162/09, обоснованность получения налогоплательщиком налоговой выгоды не может быть опровергнута ссылками налоговых органов и представляемыми ими доказательствами о предполагаемом отсутствии хозяйственной деятельности недобросовестного налогоплательщика-контрагента, о неправомерности действий его учредителей и исполнительных органов по уплате налогов, подписанию документов и т.д.

Таким образом, постановлением Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 20.04.2010 № 18162/09 определена правовая позиция, согласно которой в случае реальности хозяйственных операций вывод о недостоверности (противоречивости) счетов-фактур, подписанных не лицами, значащимися в учредительных документах поставщиков в качестве руководителей этих организаций, не может самостоятельно, в отсутствие иных факторов и обстоятельств, рассматриваться в качестве основания для признания налоговой выгоды необоснованной.

Относительно эпизода, связанного с исключением из состава расходов, учитываемых при определении налогооблагаемой базы по налогу на прибыль организаций суммы лизинговых платежей, суд приходит к следующим выводам.

Как следует из материалов судебного дела, ООО «Трансгарант» по договору лизинга от 13.10.2017 № 1687919-ФЛ/ОРБ-17 приобрело у АО «Лизинговая компания «Европлан» в собственность транспортное средство «Кран автомобильный КС 45717К-IP». Согласно пункту 5.1 указанного договора балансодержателем предмета лизинга является лизингополучатель (заявитель).

По данным инвентарной карточки учета объекта основных средств от 16.10.2019 № 00-000008 инспекция установила, что «Кран автомобильный КС 45717К-IP» принят к бухгалтерскому учету 19.10.2017, стоимость указанного основного средства составила 3 710 678,55 руб.

На основании ведомостей амортизации, оборотно – сальдовой ведомости по счету 02 «Амортизация основных средств», инвентарной карточки учета объекта основных средств налоговый орган пришел к выводу о том, что указанное транспортное средство отнесено к 4 группе амортизации, сумма ежемесячной амортизации составляет 309 223, 21 руб.

Вместе с тем, согласно Общероссийскому классификатору основных фондов (ОКОФ) ОК 013-2014 (СНС 2008), утвержденному приказом Росстандарта от 12.12.2014 № 2018-ст, «Кран автомобильный КС 45717К-IP» относится к 5 амортизационной группе. На основании чего, заинтересованным лицом произведен перерасчет ежемесячной суммы амортизации (43 655,04 руб.), и как следствие, инспекцией сделан вывод о завышении ООО «Трансгарант» суммы амортизации за ноябрь и декабрь 2017 года на 531 136,00 руб. (309 223,21 *2) – (43 655,04*2).

ООО «Трансгарант» в заявлении указывает, что в состав расходов, уменьшающих налогооблагаемую базу по налогу на прибыль организаций, при лизинге имущества входит амортизация и разница между лизинговыми платежами и амортизацией, которая включается в состав прочих расходов на последнее число месяца. Считает, что в рассматриваемой ситуации общая сумма расходов должна составлять 618 446,42 рублей, из которых сумма амортизационных отчислений – 87 310,08 рублей, сумма лизинговых платежей – 531 136,00 рублей. По мнению ООО «Трансгарант», в оспариваемом решении инспекцией должно быть указано на завышение расходов по амортизации и занижение расходов по финансовой аренде на ту же сумму. Соответственно, ООО «Трансгарант» самостоятельно заявлены расходы (амортизационные в сумме 1 246 123,94 рублей и лизинговые в сумме 3 760 759,22 рублей).

В статье 272 НК РФ указано, что расходы признаются в том отчетном (налоговом) периоде, в котором эти расходы возникают исходя из условий сделок. В случае, если сделка не содержит таких условий и связь между доходами и расходами не может быть определена четко или определяется косвенным путем, расходы распределяются налогоплательщиком самостоятельно.

Согласно подпункту 10 пункта 1 статьи 264 НК РФ к прочим расходам, связанным с производством и реализацией, относятся арендные (лизинговые) платежи за арендуемое (принятое в лизинг) имущество (в том числе земельные участки), а также расходы на приобретение имущества, переданного в лизинг. В случае, если имущество, полученное по договору лизинга, учитывается у лизингодателя, расходами, учитываемыми в соответствии с указанным подпунктом, признаются арендные (лизинговые платежи) за вычетом суммы амортизации по этому имуществу, исчисленной в соответствии со статьями 259-259,2 НК РФ.

В ходе судебного заседания (24.06.2021) заявителем представлены объяснения с приложением регистра налогового учета за 2017 год, справок-расчетов амортизации за ноябрь и декабрь 2017 года.

С учетом анализа указанных документов, суд находит состоятельным довод заявителя о доказанности суммы расходов, уменьшающих облагаемые налогом на прибыль организаций доходы в общей сумме 618 446,42 руб., поскольку согласно условиям договора лизинга от 13.10.2017 № 1687919-ФЛ/ОРБ-17 и приложений к нему в 2017 году сумма лизинговых платежей составила 855 255, 80 руб. с НДС, без НДС – 724 793,05 руб., что подтверждается материалами судебного дела (счета – фактуры № 10-000090900 от 31.10.2017, № 11-000068951 от 30.11.2017 и № 12-000075968 от 31.12.2017).

Исходя из этого, сумма расходов, согласно указанным счетам – фактурам, а также договору лизинга составила бы 724 793,05 руб., вместе с тем, заявителем доходы уменьшены на 618 446,42 руб., вместе с тем, занижение инспекцией налога на прибыль организаций за период 2017 года в ходе проверки не установлено.

Из представленного регистра «прочие расходы» следует, что иных расходов по налогу на прибыль организаций, связанных с договором лизинга от 13.10.2017, кроме суммы амортизации обществом не включалось.

Согласно пункту 2 статьи 87 НК РФ целью налоговых проверок является контроль за соблюдением налогоплательщиком, плательщиком сборов или налоговым агентом законодательства о налогах и сборах.

Пунктом 4 статьи 89 НК РФ установлено, что предметом выездной налоговой проверки является правильность исчисления и своевременность уплаты налогов, в связи с чем, результатом проверки должно быть установление фактической обязанности налогоплательщика по уплате налогов.

В соответствии с пунктом 6 статьи 108 НК РФ лицо считается невиновным в совершении налогового правонарушения, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральном законом порядке.

Лицо, привлекаемое к ответственности, не обязано доказывать свою невиновность в совершении налогового правонарушения. Обязанность по доказыванию обстоятельств, свидетельствующих о факте налогового правонарушения и виновности лица в его совершении, возлагается на налоговые органы.

Неустранимые сомнения в виновности лица, привлекаемого к ответственности, толкуются в пользу этого лица.

Согласно пункту 1 статьи 109 НК РФ лицо не может быть привлечено к ответственности за совершение налогового правонарушения при отсутствии события налогового правонарушения.

В силу части 1 статьи 65, части 5 статьи 200 Арбитражного процессуального кодекса РФ каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

В случае ссылки налогового органа на неполноту, недостоверность и (или) противоречивость сведений, содержащихся в представленных налогоплательщиком документах, обязанность доказывания существования этих обстоятельств возлагается на налоговый орган.

При этом суд, оценивая доказательства по делу в их совокупности и взаимосвязи с целью исключения внутренних противоречий и расхождений между ними, учитывает следующее.

Виновных, умышленных действий налогоплательщика, злоупотребления им правом и признаков недобросовестности при получении налоговой выгоды, определяемых с учетом совокупности условий и критериев, приведенных в Постановлении Пленума ВАС РФ от 12.10.2006г. № 53, налоговым органом в ходе проведения камеральной налоговой проверки не доказано, как и направленности деятельности заявителя на получение необоснованной налоговой выгоды.

В данном случае налоговый орган не доказал, что совокупность обстоятельств, которые он установил при проведении выездной налоговой проверки и на которые он ссылается в отзыве на заявление, связана с наличием у заявителя умысла, направленного на неуплату налогов, равно как и не доказал отсутствие реальных хозяйственных операций между заявителем и контрагентами в связи с чем, оспариваемое решение судом признается недействительным.

Установив данные обстоятельства, которые инспекцией по существу не опровергнуты, суд приходит к выводу о: недостаточной обоснованности позиции инспекции относительно нереальности хозяйственных операций общества со спорными контрагентами, недоказанности обстоятельств, положенных в основу оспариваемого решения и, как следствие, о наличии оснований для удовлетворения заявления.

Во исполнение пункта 82 постановления Пленума ВАС Российской Федерации от 30.07.2013 № 57 «О некоторых вопросах, возникающих при применении арбитражными судами части первой Налогового кодекса Российской Федерации» суд, установив, что оспариваемый ненормативный акт не соответствует закону или иному ненормативному правовому акту и нарушает права и законные интересы заявителя, в резолютивной части решения указывает, в том числе, на обязанность налогового органа устранить допущенные нарушения.

Изложенные иные доводы сторон отклоняются судом как основанные на неверном толковании действующих норм права и противоречащие материалам судебного дела.

В соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и п. 21 Постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 11.07.2014 г. № 46 "О применении законодательства о государственной пошлине при рассмотрении дел в арбитражных судах", если судебный акт принят не в пользу государственного органа (органа местного самоуправления), должностного лица такого органа, за исключением прокурора, Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации, расходы заявителя по уплате государственной пошлины подлежат возмещению соответствующим органом в составе судебных расходов (часть 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Таким образом, с налогового органа в пользу заявителя подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 3 000 руб. 00 коп.

Согласно ч. 2 ст. 168 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при принятии решения арбитражный суд решает вопросы о сохранении действия мер по обеспечению иска или об отмене обеспечения иска либо об обеспечении исполнения решения.

Обеспечительные меры, принятые определением арбитражного суда от 01.02.2021 подлежат отмене с момента вступления решения суда в законную силу.

Руководствуясь ст.ст. 49, 110, 167-170, 176, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд



РЕШИЛ:

Требования Общества с ограниченной ответственностью "Трансгарант" удовлетворить.

Решение от 15 сентября 2020 года № 09-12/1897, вынесенное Инспекцией Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Оренбурга о привлечении к ответственности за совершение налогового правонарушения, признать незаконным в следующей части:

- доначисления налога на прибыль организаций (ФБ):

за 2016 год в сумме 72203 руб.00 коп.;

за 2017 год в сумме 261079 руб. 00 коп.;

- доначисления налога на прибыль (в бюджет субъекта РФ):

за 2016 год в сумме 649831 руб. 00 коп.;

за 2017 год в сумме 1 479 446 руб. 00 коп.;

- отказа в применении вычета по НДС:

за 3 квартал 2016г. в сумме 183051 руб. 00 коп.;

за 4 квартал 2016г. в сумме 466780 руб. 00 коп.;

за 2 квартал 2017г. в сумме 591864 руб. 00 коп.;

за 3 квартал 2017г. в сумме 486759 руб. 00 коп.;

за 4 квартал 2017г. в сумме 392247 руб. 00 коп.;

- уплаты пени в общей сумме 1 642 876 руб. 85 коп.;

- взыскания штрафов по ст. 122 НК РФ в общей сумме 1 026 568 руб. 00 коп.

Обязать налоговый орган устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя.

Взыскать с Инспекции Федеральной налоговой службы по Центральному району г. Оренбурга в пользу Общества с ограниченной ответственностью "Трансгарант" 3000 руб. 00 коп. в возмещение расходов по уплату госпошлины.

Исполнительный лист выдать заявителю по его ходатайству, в порядке ст. 319, 320 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Обеспечительные меры, принятые определением арбитражного суда от 01.02.2021г. отменить.


Решение может быть обжаловано в апелляционном порядке в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд (город Челябинск) в срок, не превышающий месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Оренбургской области.

Информацию о времени, месте и результатах рассмотрения апелляционной жалобы можно получить на интернет-сайте Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда http://www.18aac.arbitr.ru.

Решение, выполненное в форме электронного документа, направляется лицам, участвующим в деле, посредством его размещения на официальном сайте арбитражного суда в информационно-телекоммуникационной сети "Интернет" в режиме ограниченного доступа не позднее следующего дня после дня его принятия.

По ходатайству указанных лиц копии решения на бумажном носителе могут быть направлены им в пятидневный срок, со дня поступления соответствующего ходатайства в арбитражный суд заказным письмом с уведомлением о вручении или вручены им под расписку.


Судья Т.В.Сердюк