Решение от 3 апреля 2023 г. по делу № А40-117480/2021

Р Е Ш Е Н И Е

Именем Российской Федерации

Дело № А40-117480/21-102-1204
г. Москва
03 апреля 2023 года
Резолютивная часть решения объявлена 23 марта 2023 г.

Полный текст решения изготовлен 03 апреля 2023 года

Арбитражный суд в составе судьи Козловский В. Э.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Кривушиной Е.Е.,

рассмотрев в судебном заседании дело по исковому заявлению (заявлению) ООО "ТК "АТЛАНТ" к ООО "ФРИЛАЙТ" о вз. 32 226 200 руб. 00 коп.

при участии представителей

от истца: ФИО1 по дов. от 29.12.2022 г. № 1, удостоверение адвоката №1543.

от ответчика: ФИО2 по дов. от 09.01.2023 г., диплом регистрационный номер <***> ФИО3 по дов. от 09.01.2023 г., удостоверение адвоката №7825.

УСТАНОВИЛ:

ООО "ТК "АТЛАНТ" обратилось в Арбитражный суд г. Москвы с иском к ООО "ФРИЛАЙТ" о взыскании 5 771 000 руб. (с учетом уменьшения заявленных требований в порядке ст. 49 АПК РФ).

Решением Арбитражного суда г. Москвы от 22 марта 2022 г. взыскано с ООО "ФРИЛАИ?Т" в пользу ООО "ТК "АТЛАНТ" 806 000 руб. неустои?ки, а также взыскано 19 120 руб. 00 коп. расходов по оплате госпошлины, 30 000 руб. судебных издержек. В удовлетворении заявленных требовании? в остальной? части иска отказано. Возвращена ООО "ТК "АТЛАНТ" из Федерального бюджета государственная пошлина в размере 133 696 руб. 00 коп. Постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 26 июля 2022 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 22 марта 2022 года по делу No А40- 117480/21 изменено. Взыскано с ООО "ФРИЛАИ?Т" в пользу ООО "ТК "АТЛАНТ" 1 197 500 руб. неустои?ки, а также в возмещение судебных расходов 11 007 руб. 09 коп. госпошлины и 32 736 руб. судебных издержек. В остальнои? части исковых требовании? отказано.

Постановлением Арбитражного суда Московского округа от 17.11.2022 г. решение Арбитражного суда города Москвы от 22.03.2022 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 26.07.2022 по делу No А40-117480/2021 отменены. Дело направлено на новое рассмотрение в Арбитражныи? суд города Москвы. При этом суд кассационной инстанции указал на необходимость оценки представленных в материалы дела документов, проверки расчета и контррасчета неустойки, а также заявления о пропуске срока исковой давности.

В судебном заседании представитель истца исковые требования поддержал в полном объеме, представил суду дополнительные пояснения, приобщенные судом к материалам дела. Представители ответчика против удовлетворения исковых требований возражали по основаниям изложенным в отзыве, дополнительных пояснениях, приобщенных к материалам дела. Ответчиком заявлено о применении срока исковой давности, уменьшении неустойки на основании ст. 333 ГК РФ.

Рассмотрев материалы дела, суд приходит к выводу, что исковые требования подлежат удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, между истцом и ответчиком заключен Договор № ТК-2903/01 транспортной экспедиции от 29 марта 2016 года (далее – Договор), в соответствии с которым Исполнитель (истец) принял на себя обязательство предоставить Заказчику (ответчику) под погрузку собственные, арендованные или привлеченные на ином законном основании вагоны, а также оказать иные услуги, связанные с организацией перевозки на условиях, предусмотренных Договором (п. 1.1. Договора).

Дополнительными соглашениями к Договору стороны по делу согласовали стоимость услуг истца по предоставлению Ответчику крытых вагонов для осуществления перевозок грузов от станций отправления и в пределах железных дорог, определенных в указанных выше Дополнительных соглашениях.

Пунктом 2.4.11. Договора стороны по делу предусмотрели обязанность Ответчика обеспечивать за свой счет выполнение грузовых операций в течение не более чем 3 (трех) суток с момента прибытия вагонов на станции проведения грузовых операций (т.е. станцию примыкания перевозчика).

Абзацем первым пункта 4.11. Договора стороны предусмотрели, что в случае нарушения ответчиком положений п. 2.4.11. Договора истец вправе потребовать уплаты неустойки в размере 1 500 рублей за каждые сутки нахождения каждого вагона под грузовыми операциями сверх установленных 3 (трех) суток.

Дополнительным соглашением № 40 от 01 апреля 2020 года (том 6 л.д. 79) стороны увеличили указанную неустойку до 2000 рублей в сутки.

Абзацем вторым пункта 4.11. Договора стороны установили, что при определении сверхнормативного времени нахождения вагонов на станциях погрузки/выгрузки (в т.ч. у грузоотправителя/грузополучателя) дата прибытия/отправления вагонов Исполнителя на станции начала/окончания рейса определяется по данным ГВЦ ОАО «РЖД» или данным железных дорог за пределами РФ и уточняется (в случае предоставления Заказчиком надлежащим образом заверенной копии железнодорожной накладной) по календарному штемпелю, проставленному в железнодорожной накладной.

В период с 26 апреля 2018 года по 16 декабря 2020 года во исполнение своих обязательств по Договору, истец предоставлял ответчику крытые вагоны, которые были использованы ответчиком (грузоотправителем) для отправки со ст. Балабаново Московской железной дороги грузов в адрес контрагентов последнего.

Факт использования ответчиком соответствующих вагонов для указанных целей подтверждён представленными истцом в материалы дела железнодорожными накладными на груженые рейсы, Актами оказанных услуг к Договору, подписанными сторонами по делу.

Посчитав, что ответчиком не исполнены обязательства по обеспечению соблюдения сроков грузовых операций на станциях погрузки и выгрузки, истец направил в адрес ответчика претензию исх. № 182 от 16.03.2021 года, отказ от добровольного удовлетворения которой ответчиком послужил основанием для обращения истца в суд с соответствующим иском.

Оспаривая исковые требования, ответчик заявил о пропуске истцом трехгодичного срока исковой давности в отношении исковых требований за период до 03.06.2018 года, а также специального (годичного) срока исковой давности, предусмотренного ст. 13 Федерального закона «О транспортной-экспедиционной деятельности» № 87-ФЗ (далее – Закон о транспортной экспедиции), за период до 03.06.2020 года.

Рассмотрев сделанное Ответчиком заявление, суд исходит из следующего.

Отменяя решение Арбитражного суда г. Москвы 22 марта 2022 г., Постановление 9ААС от 26 июля 2022 г., суд округа указал, что при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 Гражданского кодекса России?скои? Федерации) в соответствии разъяснениями, данными Верховным Судом России?скои? Федерации в пунктах 47-48 постановления Пленума от 25.12.2018 № 49 «О некоторых вопросах применения общих положении? Гражданского кодекса России?скои? Федерации о заключении и толковании договора» необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

В случае если заключенныи? сторонами договор содержит элементы различных договоров, предусмотренных законом или иными правовыми актами (смешанныи? договор), к отношениям сторон по договору применяются в соответствующих частях правила о договорах, элементы которых содержатся в смешанном договоре, если иное не вытекает из соглашения сторон или существа смешанного договора (пункт 3 статьи 421 Гражданского кодекса Российской? Федерации).

В соответствии с п. 1.1.2 Договора, заключенного между сторонами, конкретныи? перечень услуг и условия их оказания согласовываются сторонами в приложениях и заявках к договору, являющихся его неотъемлемои? частью.

Таким образом для того, чтобы установить, регулируются правоотношения сторон нормами главы 41 Гражданского кодекса России?скои? Федерации, Федерального закона от 30.06.2003 № 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционнои? деятельности», или все-таки главы 39 Гражданского кодекса России?скои? Федерации и договор в части спорных правоотношении? не может быть признан договором транспортнои? экспедиции, необходимо исследовать документы об исполнении договора по конкретным отгрузкам и уставить, какие именно услуги оказывал истец ответчику в отношении учтенных в расчете неустои?ки отправок.

Пунктом 20 «Обзора судебнои? практики по спорам, связанным с договорами перевозки груза и транспортнои? экспедиции» (утв. Президиумом Верховного Суда России?скои? Федерации 20.12.2017) разъяснено, что к требованию исполнителя по договору о предоставлении в пользование вагонов и их обслуживании к заказчику о взыскании установленнои? договором неустои?ки за простои? вагонов на станции отправления или назначения применяется общии? (трехлетнии?) срок исковои? давности.

В указанном пункте Обзора судебнои? практики Верховныи? Суд России?скои? Федерации, разграничивая договор перевозки и договор услуг, также указал на важность для квалификации отношении? сторон таких критериев как обеспечение исполнителем транспортировки (перемещения в пространстве), сохранности груза и нормативное регулирование отношении? Уставом железнодорожного транспорта; если указанные критерии отсутствуют, то договор является договором услуг, к требованиям по которому применяется общии? (трехлетнии?) срок исковои? давности.

Указанные критерии (с учетом нормативного регулирования транспортнои? экспедиции положениями главы 41 Гражданского кодекса России?скои? Федерации и Федерального закона от 30.06.2003 No 87-ФЗ «О транспортно-экспедиционнои? деятельности», существенных условии? договора транспортнои? экспедиции) должны быть применены и для квалификации отношении? сторон по настоящему делу.

В соответствии с ч. 2.1. ст. 289 АПК РФ, указания суда кассационной инстанции, в том числе на толкование закона, изложенные в его постановлении об отмене решения, судебного приказа, постановления арбитражных судов первой и апелляционной инстанций, обязательны для арбитражного суда, вновь рассматривающего данное дело.

В этой связи, при рассмотрении заявления ответчика о применении к спорным правоотношениям специального (годичного) срока исковой давности, предусмотренной ст. 13 Закона о транспортной экспедиции, суд приходит к следующим выводам.

Законом о транспортнои? экспедиции определяется порядок осуществления транспортно-экспедиционнои? деятельности - порядок оказания услуг по организации перевозок грузов любыми видами транспорта и оформлению перевозочных документов, документов для таможенных целеи? и других документов, необходимых для осуществления перевозок грузов (статья 1).

Согласно пункту 4 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности, утвержденных постановлением Правительства России?скои? Федерации от 08.09.2006 No 554 (далее – Правила транспортно-экспедиционнои? деятельности) транспортно-экспедиционные услуги – это услуги по организации перевозки груза, заключению договоров перевозки груза, обеспечению отправки и получения груза, а также иные услуги, связанные с перевозкои? груза.

В пункте 26 постановления Пленума Верховного Суда России?скои? Федерации от 26.06.2018 No 26 «О некоторых вопросах применения законодательства о договоре перевозки автомобильным транспортом грузов, пассажиров и багажа и о договоре транспортнои? экспедиции» разъяснено, что при квалификации правоотношения участников спора необходимо исходить из признаков договора, предусмотренных главами 40, 41 ГК РФ, независимо от наименования договора, названия его сторон и т.п.

В силу пункта 1 статьи 307.1 и пункта 3 статьи 420 ГК РФ к договорным обязательствам общие положения об обязательствах применяются, если иное не предусмотрено правилами об отдельных видах договоров, содержащимися в ГК РФ и иных законах, а при отсутствии таких специальных правил - общими положениями о договоре. Поэтому при квалификации договора для решения вопроса о применении к нему правил об отдельных видах договоров (пункты 2 и 3 статьи 421 ГК РФ) необходимо прежде всего учитывать существо законодательного регулирования соответствующего вида обязательств и признаки договоров, предусмотренных законом или иным правовым актом, независимо от указанного сторонами наименования квалифицируемого договора, названия его сторон, наименования способа исполнения и т.п.

В соответствии с пунктом 4 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности, утвержденных постановлением Правительства России?скои? Федерации от 08.09.2006 N 554, к экспедиторским документам относятся, в том числе поручение экспедитору (определяет перечень и условия оказания экспедитором клиенту транспортно- экспедиционных услуг в рамках договора транспортнои? экспедиции) и экспедиторская расписка (подтверждает факт получения экспедитором для перевозки груза от клиента либо от указанного им грузоотправителя).

Для оказания транспортно-экспедиционных услуг клиентом выдается заполненное и подписанное им поручение экспедитору. Оформленное в установленном порядке поручение экспедитору должно содержать достоверные и полные данные о характере груза, его маркировке, весе, объеме, а также о количестве грузовых мест (пункт 8 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности).

Экспедиторская расписка выдается экспедитором клиенту при приеме груза и предоставляет экспедитору право владения грузом до момента передачи груза клиенту либо указанному им грузополучателю по окончании перевозки (пункт 12 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности).

В силу пункта 7 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности экспедиторские документы являются неотъемлемои? частью договора транспортнои? экспедиции.

Как следует из материалов дела, истец и ответчик не подписывали никаких экспедиторских документов, которые в соответствии с пунктом 7 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности являются неотъемлемои? частью договора транспортнои? экспедиции, а именно: поручение экспедитору (определяет перечень и условия оказания экспедитором клиенту транспортно-экспедиционных услуг в рамках договора транспортнои? экспедиции); экспедиторская расписка (подтверждает факт получения экспедитором для перевозки груза от клиента либо от указанного им грузоотправителя); складская расписка (подтверждает факт принятия экспедитором у клиента груза на складское хранение).

Более того, необходимость их подписания заключенным между сторонами Договором не установлена.

Изложенное препятствует квалификации спорных правоотношений в качестве транспортно-экспедиционных, что соответствует позиции ВС РФ, изложенной в Определении по делу № А40-219900/2017 от 26 февраля 2019 года.

Кроме того, применительно к спорным вагонам, Дополнительными соглашениями №№ 28, 29, 30, 32, 35, 39, действовавшим в спорный период, оказание истцом ответчику иных услуг, кроме предоставления вагонов, не было предусмотрено.

Заявки ответчика, согласованные истцом не содержат просьбы об оказании ему иных услуг, кроме как предоставление вагонов под погрузку, и не являются поручением Экспедитору по смыслу п. 4 Правил транспортно-экспедиционнои? деятельности.

Так же суд учитывает, что, согласно представленным в материалы дела железнодорожным накладным на груженый рейс, во всех спорных случаях грузоотправителем (то есть, стороной в договоре перевозки груза) являлся ответчик, он же оплачивал провозную плату, в связи с чем следует признать, что истец не обеспечивал перемещение груза ответчика в пространстве (так вообще не принимал его для этого), не нес перед ответчиком ответственности за сохранность груза, и не участвовал в правоотношениях между ответчиком (грузоотправителем) и ОАО «РЖД» по договору перевозки груза.

Доказательств обратного, в нарушение ст. 65 АПК РФ, ответчиком не представлено.

С учетом изложенного выше, суд приходит к выводу о том, что спорные правоотношения регулируются нормами о договоре возмездного оказания услуг, то есть, к ним, в соответствии с п. 20 Обзора судебной практики по вопросам, связанным с договорами перевозки грузов и транспортной экспедиции, утв. Президиумом ВС РФ 20.12.2017 года, подлежит применению общий (трехлетний) срок исковой давности.

Заявление ответчика о пропуске истцом трехгодичного срока исковой давности в отношении исковых требований за период до 03.06.2018 года также отклоняется судом, по следующим основаниям.

Исходя из п. 14 Обзора практики применения арбитражными судами положений процессуального законодательства об обязательном досудебном порядке урегулирования спора (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 22 июля 2020 г.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок фактического соблюдения претензионного порядка (с момента направления претензии до момента получения отказа в ее удовлетворении). Непоступление ответа на претензию в течение 30 дней (ч. 5 ст. 4 АПК РФ) либо срока, установленного договором, приравнивается к отказу в удовлетворении претензии, поступившему на 30 день либо в последний день срока, установленного договором.

Претензия была направлена Ответчику 17.03.2021 года, ответ на нее направлен Ответчиком 19.04.2021 года. Соответственно, течение срока исковой давности приостановилось на 30 дней. Исковое заявление предъявлено 03.06.2021 года.

То есть, с учетом приостановления течения срока исковой давности на 30 дней, в пределах трехгодичного срока давности находятся требования по грузовым операциям, которые были завершены после 04.05.2018 года (все предъявленные исковые требования).

В части иных доводов ответчика суд приходит к следующим выводам.

Полагая, что исковые требования удовлетворению не подлежат в полном объеме, ответчиком было заявлено, что истцом, применительно к спорным вагонам, не доказан статус оператора подвижного состава, в то время как согласно заключенному между сторонами Договору, истец должен был направлять в адрес ответчика только вагоны, принадлежащие ему на праве собственности, аренды, либо ином законном основании.

Между тем, ответчиком не учтено, что наличие у истца вещных прав в отношении спорных вагонов не входит в предмет доказывания по рассматриваемому делу, в отличие иска о взыскании законной неустойки (п. 12 Постановления Пленума ВАС РФ от 17 ноября 2011 г. N 73 "Об отдельных вопросах практики применения правил Гражданского кодекса Российской Федерации о договоре аренды").

Кроме того, согласно представленным в материалы Актами оказанных услуг к Договору, подписанными сторонами по делу, все услуги в отношении спорных вагонов были приняты ответчиком без возражений, а согласно железнодорожным накладным на груженый рейс, все спорные вагоны использованы ответчиком для отправки грузов в адрес его контрагентов.

С учетом изложенного, заявление ответчика о необходимости отказа в удовлетворении исковых требований по мотиву отсутствия у истца законных прав в отношении спорных вагонов, противоречит общеправовому принципу «эстоппель», закреплённому в п. 5 ст. 166 ГК РФ и универсализированному в п. 3 ст. 432 ГК РФ, в соответствии с которым участникам гражданского оборота запрещается осуществлять действия, опровергающие их предшествующее поведение.

Доводы ответчика о направлении всех спорных вагонов в отстой на станции погрузки (то есть, вне заключенного между сторонами Договора) судом отклоняются, в связи со следующим.

Согласно данным ТЦФТО по станции погрузки вагоны прибывали с различных станций на станцию Балабаново в порожнем состоянии по одной накладной (ответчик – грузополучатель), затем отправлялись по следующей накладной уже в груженом состоянии (ответчик – грузоотправитель), между этими датами рассчитано количество суток нахождения вагонов на станции погрузки.

При этом, согласно ведомостям подачи и уборки вагонов (далее – ВПУ), все спорые вагоны непосредственно после их прибытия в порожнем состоянии подавались на пути необщего пользования для их погрузки (стлб. 5, 12 каждой ВПУ), где находились вплоть до завершения этой грузовой операции и оформлении ответчиком железнодорожных накладных на груженый рейс.

Кроме того, суд учитывает что в Дополнительных письменных объяснениях ответчика по делу от 01 декабря 2021 года, ответчиком было заявлено, что предъявленная Истцом к взысканию неустойка уже была частично оплачена в соответствии с платежным поручением № 8332 от 31 мая 2019 года на сумму 13 500 рублей.

В связи с заявлением указанного довода ответчиком, истцом в материалы дела был представлен Акт от 14 марта 2019 года, и сумма исковых требований уменьшена на 1500 рублей по станции выгрузки (последние два абзаца стр. 1 Дополнительных пояснений от 06 декабря 2021 года, - в отношении вагона № 52566445.

Однако, указанный вагон простаивал также по станции погрузки (№ 253 в общем расчете исковых требований), был направлен истцом ответчику по накладной ЭБ699332 и отправлен ответчиком груженым по накладной ЭВ303386.

Таким образом, действия ответчика по частичной добровольной оплате договорной неустойки также опровергают его доводы о том, что спорные вагоны направлялись истцом для их отстоя (то есть, вне рамок заключенного между сторонами договора).

Доводы Ответчика о несоответствии направленных им истцу заявок условиям договора и направлением истцом вагоном произвольным образом отклоняются судом, в связи со следующим.

Представленные в материалы дела заявки, составленные ответчиком и согласованные истцом, соответствуют по своей форме и содержанию форме заявки, определенной сторонами в Приложении № 1 к Договору.

Кроме того, довод ответчика о том, что истец должен был не направлять в его адрес вагоны по причине неправильного составления ответчиком заявки противоречит положениям п. 4 ст. 1 ГК РФ.

Также ответчик не учитывает, в соответствии со ст. 36 УЖДТ РФ он, являясь грузополучателем порожнего вагона, был вправе отказаться от его приема в случае, если отсутствует согласованная перевозчиком заявка на перевозку грузов в вагоне, принадлежащем указанному в транспортной железнодорожной накладной владельцу, и порожний грузовой вагон не может быть использован данным получателем для выполнения другой согласованной перевозчиком заявки.

Как указывалось выше, согласно представленным в материалы дела ведомостям подачи и уборки вагонов, все спорные вагоны ставились ответчиком под погрузку, после чего направлялись в груженом состоянии в адрес его контрагентов.

В частности, вагон № 52547932, на который ссылается ответчик, был поставлен им под погрузку в день его прибытия на станцию Балабаново, то есть 26.04.2018 года, где вагон находился до завершения погрузки 07.05.2018 года, что следует из стр. № 1 подписанной между Ответчиком и ОАО «РЖД» ВПУ № 052161.

Доводы Ответчика о несвоевременном оформлении истцом заготовок железнодорожных накладных для отправки порожних вагонов со станции выгрузки, отклоняются судом, в связи со следующим.

В соответствии с заключенным между сторонами Договором (абзац 2 п. 4.11) период простоя определяется по сведениям ГВЦ ОАО «РЖД» и уточняется по календарным штемпелям железнодорожных накладных, в случае их представления Заказчиком (то есть, ответчиком).

Истцом в материалы дела представлены сведения ГВЦ ОАО «РЖД», в соответствии с которыми им произведён расчет неустойки по станции выгрузки. Ответчик, заявляя об отсутствии его вины в имевшемся простое по станции выгрузки, вопреки ст. 65 АПК РФ, п. 2 ст. 401 ГК РФ, положениям заключенного сторонами Договора, не представил железнодорожных накладных, опровергающих сведения ГВЦ ОАО «РЖД», ходатайств об истребовании доказательств в обоснование своей позиции, в соответствии с ч. 4 ст. 66 АПК РФ, не заявил.

Согласно ч. 2 ст. 9 АПК РФ, лица, участвующие в деле, несут риск наступления последствий совершения или несовершения ими процессуальных действий.

Учитывая изложенное, принимая во внимание представленные в материалы дела ведомости подачи и уборки вагонов по станциям выгрузки, согласно которым вагоны находились под грузовой операцией до их отправки в даты, указанные в сведениях ГВЦ ОАО «РЖД», суд признает доказанным период простоя по станциям выгрузки и отклоняет, как документально не обоснованный, довод ответчика о вине истца в указанных простоях.

Представленный истцом в материалы дела расчет исковых требований от 21 января 2023 года на сумму 5 771 000 рублей, в том числе 4 887 500 рублей по станции погрузки и 883 500 рублей по станции выгрузки, ответчиком в установленном порядке не опровергнут, так как составленный им контррасчет по своему содержанию таковым не является и отражает лишь правовую позицию ответчика по завяленным требованиям, без каких-либо замечаний к расчету с точки зрения арифметики.

В этой связи суд приходит к выводу об обоснованности исковых требований по размеру.

Рассматривая ходатайство ответчика о снижении размера неустойки в соответствии со ст. 333 ГК РФ, суд не находит оснований для его удовлетворения, в связи со следующим.

В силу пункта 1 статьи 333 Гражданского кодекса Российской Федерации суд вправе уменьшить неустойку, если подлежащая уплате неустойка явно несоразмерна последствиям нарушения обязательства. Если обязательство нарушено лицом, осуществляющим предпринимательскую деятельность, суд вправе уменьшить неустойку при условии заявления должника о таком уменьшении.

В постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 24 марта 2016 г. N 7 "О применении судами некоторых положений Гражданского кодекса Российской Федерации об ответственности за нарушение обязательств" разъяснено, что бремя доказывания несоразмерности неустойки и необоснованности выгоды кредитора возлагается на ответчика. Несоразмерность и необоснованность выгоды могут выражаться, в частности, в том, что возможный размер убытков кредитора, которые могли возникнуть вследствие нарушения обязательства, значительно ниже начисленной неустойки (часть 1 статьи 56 Гражданского процессуального кодекса Российской Федерации). Доводы ответчика о невозможности исполнения обязательства вследствие тяжелого финансового положения, наличия задолженности перед другими кредиторами, наложения ареста на денежные средства или иное имущество ответчика, отсутствия бюджетного финансирования, неисполнения обязательств контрагентами, добровольного погашения долга полностью или в части на день рассмотрения спора, выполнения ответчиком социально значимых функций, наличия у должника обязанности по уплате процентов за пользование денежными средствами сами по себе не могут служить основанием для снижения неустойки (пункт 73).

Возражая против заявления об уменьшении размера неустойки, кредитор не обязан доказывать возникновение у него убытков, но вправе представлять доказательства того, какие последствия имеют подобные нарушения обязательства для кредитора, действующего при сравнимых обстоятельствах разумно и осмотрительно, например, указать на изменение средних показателей по рынку (процентных ставок по кредитам или рыночных цен на определенные виды товаров в соответствующий период, валютных курсов и т.д.) (пункт 74).

Согласно п. 75 вышеуказанного Постановления № 7 ВС РФ, при оценке соразмерности неустойки последствиям нарушения обязательства необходимо учитывать, что никто не вправе извлекать преимущества из своего незаконного поведения, а также то, что неправомерное пользование чужими денежными средствами не должно быть более выгодным для должника, чем условия правомерного пользования (пункты 3, 4 статьи 1 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Доказательствами обоснованности размера неустойки могут служить, в частности, данные о среднем размере платы по краткосрочным кредитам на пополнение оборотных средств, выдаваемым кредитными организациями лицам, осуществляющим предпринимательскую деятельность, либо платы по краткосрочным кредитам, выдаваемым физическим лицам, в месте нахождения кредитора в период нарушения обязательства, а также о показателях инфляции за соответствующий период (пункт 75).

Из приведенных правовых норм и разъяснений постановлений Пленума Верховного Суда Российской Федерации следует, что уменьшение неустойки производится судом исходя из оценки ее соразмерности последствиям нарушения обязательства, однако такое снижение не может быть произвольным и не допускается без представления ответчиком доказательств, подтверждающих такую несоразмерность, а также без указания судом мотивов, по которым он пришел к выводу об указанной несоразмерности.

Согласно материалам дела, размер неустойки составляет 1500 рублей в сутки до 31 марта 2020 года, после – 2000 рублей в сутки. Как следует из представленного истцом в материалы дела расчета, не опровергнутого ответчиком в установленном порядке, минимальный размер ежесуточной ставки с учетом погрузо-разгрузочных работ 6 суток (3 на станции погрузки, 3 на станции выгрузки), по которой вагоны предоставлялись ответчику, составил не менее 3000 рублей в сутки.

Соответственно, в отсутствие какого-либо документального обоснования ответчиком заявленного им ходатайства о снижении неустойки, с учетом недопустимости поощрения неправомерного поведения ответчика, фактически использующего вагоны в период их задержки под грузовыми операциями, ходатайство Ответчика о применении ст. 333 ГК РФ не подлежит удовлетворению.

Судебные расходы, согласно ст. 110 АПК РФ, относятся на ответчика.

На основании вышеизложенного, руководствуясь ст. ст. 15, 309-310, 330, 785 ГК РФ, ст. ст. 110, 123, 156, 167 - 171 АПК РФ, суд



РЕШИЛ:

Взыскать с ООО "ФРИЛАЙТ" в пользу ООО "ТК "АТЛАНТ" 5 771 000 руб. неустойки, а также взыскать 51 855 руб. 00 коп. расходов по оплате госпошлины.

Возвратить ООО "ТК "АТЛАНТ" из Федерального бюджета государственную пошлину в размере 132 276 руб.

Решение может быть обжаловано в месячный срок с даты его принятия в Девятый арбитражный апелляционный суд.



Судья В. Э. Козловский