Решение от 9 сентября 2025 г. по делу № А51-2495/2025

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ПРИМОРСКОГО КРАЯ

690091, <...> Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А51-2495/2025
г. Владивосток
10 сентября 2025 года
Резолютивная часть решения объявлена 28 августа 2025 года. Полный текст решения изготовлен 10 сентября 2025 года.

Арбитражный суд Приморского края в составе судьи Жестилевской О.А. при ведении протокола судебного заседания секретарем Бизякиным Н.М., рассмотрев в судебном заседании дело по заявлению общества с ограниченной ответственностью «ДВ ИМПЕКС» (ИНН<***>, ОГРН<***>) к Владивостокской таможне (ИНН<***>, ОГРН<***>) о признании незаконным решения от 15.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/260824/3284041,

при участии в заседании (онлайн-участие): от заявителя: ФИО1, доверенность от 03.09.2024, диплом, паспорт,

от таможенного органа: ФИО2, доверенность № 65 от 07.07.2025, паспорт, диплом,

установил:

общество с ограниченной ответственностью «ДВ ИМПЕКС» обратилось в арбитражный суд с заявлением к Владивостокской таможне о признании незаконным решения от 15.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/260824/3284041.

В судебном заседании 18.08.2025 в порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации объявлен перерыв до 14 час. 00 мин 28.08.2025. Вынесено соответствующее определение. Об объявлении перерыва стороны уведомлены в соответствии с Информационным письмом Президиума ВАС РФ № 113 от 19.09.2006 «О применении статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации» путем размещения информации на сайте Арбитражного суда Приморского края (https://primkray.arbitr.ru/). После перерыва заседание суда продолжено.

В обоснование требований декларант по тексту заявления указал, что спорное решение повлекло за собой увеличение размера таможенных платежей, исчисляемых в соответствии с таможенной стоимостью товаров, чем нарушены его права и законные интересы в сфере экономической деятельности; считает, что таможенному органу при декларировании товара были представлены все необходимые документы, подтверждающие заявленную обществом таможенную стоимость, соответственно, в полном объеме выполнена обязанность по ее подтверждению, определенной по первому методу «по стоимости сделки с ввозимыми товарами»; полагает, что таможенный орган Для ограниченного доступа к оригиналам судебных актов с электронными подписями судей по делу № А51-2495/2025 на информационном ресурсе «Картотека арбитражных дел» (http://kad.arbitr.ru) используйте секретный код:

Возможность доступна для пользователей, авторизованных через портал государственных услуг (ЕСИА).

не дал объективной оценки документам и сведениям, представленным декларантом, в связи с этим просит признать незаконным решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в спорной ДТ.

Владивостокская таможня по тексту отзыва требования общества не признала, в письменном отзыве указала, что в ходе таможенного контроля по спорной ДТ в результате анализа представленных декларантом документов установлена невозможность применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, поскольку по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными декларантом сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа; ссылается, что предоставленные обществом документы не подтверждают правильность выбранного метода определения таможенной стоимости, а заявленные сведения о таможенной стоимости не основаны на достоверных и документально подтвержденных сведениях. Данные обстоятельства, по мнению таможенного органа, препятствуют применению первого метода определения таможенной стоимости товаров, в связи с чем, он считает, что оспариваемое решение по таможенной стоимости принято законно и обоснованно.

Оценив доводы сторон, исследовав материалы дела, суд установил следующее.

ООО «ДВ Импекс» в рамках исполнения обязательств по контракту от 10.05.2023 № 1/10052023 (далее - Контракт) с GOLD LUCKY DRAGON TRADING COMPANY LIMITED (Гонконг) на условиях FOB ZHENJIANG ввезен товар: чистоцеллюлозная бумага, двухстороннего мелования, с повышенным показателем пухлости, с содержанием волокон полученных механическим способом более 10%. используется в печати журналов, буклетов, брошюр, в листах производитель: GOLD EAST PAPER (JIANGSU) CO., LTD, код TH ВЭД ЕАЭС 4810 29 800 0.

Для осуществления таможенных операций на Владивостокский таможенный пост (центр электронного декларирования) Владивостокской таможни (далее - ВТП ЦЭД) подана декларация на товары (далее - ДТ) № 10702070/260824/3284041.

Заявленная таможенная стоимость товаров по указанным ДТ определена декларантом на основе стоимости сделки с ввозимыми товарами.

26.08.2024 в соответствии со статьей 325 Таможенный кодекс Евразийского экономического союза (далее - ТК ЕАЭС) декларанту направлен запрос о предоставлении дополнительных документов и (или) сведений в срок 24.10.2024.

Одновременно декларанту сообщен размер обеспечения исполнения обязанности по уплате таможенных пошлин, налогов в сумме 60 483,87 рублей.

20.10.2024 декларант представил часть запрошенных документов и сведений.

31.10.2024 в адрес декларанта был дополнительно направлен запрос следующих документов, на который 01.11.2024 дан ответ.

15.11.2024 по результатам проведенной проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, начатой до выпуска товаров, таможенным органом принято решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, указанные в ДТ № 10702070/260824/3284041 о таможенной стоимости товаров.

Посчитав, что сведения, использованные декларантом при заявлении таможенной стоимости, не основаны на количественно определяемой и документально подтвержденной информации, таможенный орган 15.11.2024 принял решение о внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в спорной ДТ по товару № 1, определив их методом 3 (на основе сделки с однородными товарами). В результате чего увеличилась сумма подлежащих уплате таможенных пошлин, налогов.

Не согласившись с решением таможни, посчитав, что оно не соответствует закону и нарушает его права и законные интересы в сфере экономической деятельности, общество обратилось в арбитражный суд с рассматриваемым заявлением.

Исследовав материалы дела, оценив доводы сторон, проанализировав законность оспариваемого решения на дату его издания, суд пришел к выводу об обоснованности заявленных требований ввиду следующего.

Рассматривая спор по существу, суд установил, что в силу статьи 198, части 4 статьи 200 АПК РФ для признания ненормативного акта государственного органа недействительным, его действий (бездействия) незаконными суду необходимо одновременно установить как несоответствие их закону или иному нормативному правовому акту, так и нарушение прав и законных интересов заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Пунктом 2 статьи 38 Таможенного кодекса Евразийского экономического союза (далее – ТК ЕАЭС) определено, что таможенная стоимость товаров, ввозимых на таможенную территорию Союза, определяется в соответствии с настоящей главой, если при ввозе на таможенную территорию Союза товары пересекли таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 10 статьи 38 ТК ЕАЭС таможенная стоимость товаров и сведения, относящиеся к ее определению, должны основываться на достоверной, количественно определяемой и документально подтвержденной информации.

Согласно пункту 15 статьи 38 ТК ЕАЭС основой таможенной стоимости ввозимых товаров должна быть в максимально возможной степени стоимость сделки с этими товарами в значении, определенном статьей 39 данного кодекса.

Пунктом 1 статьи 39 ТК ЕАЭС установлено, что таможенной стоимостью ввозимых товаров является стоимость сделки с ними, то есть цена, фактически уплаченная или подлежащая уплате за эти товары при их продаже для вывоза на таможенную территорию Союза и дополненная в соответствии со статьей 40 указанного кодекса, при выполнении следующих условий:

1) отсутствуют ограничения в отношении прав покупателя на пользование и распоряжение товарами, за исключением ограничений, которые: ограничивают географический регион, в котором товары могут быть перепроданы; существенно не влияют на стоимость товаров; установлены актами органов Союза или законодательством государств-членов;

2) продажа товаров или их цена не зависит от каких-либо условий или обязательств, влияние которых на цену товаров не может быть количественно определено;

3) никакая часть дохода или выручки от последующей продажи, распоряжения иным способом или использования товаров покупателем не причитается прямо или косвенно продавцу, кроме случаев, когда в соответствии со статьей 40 ТК ЕАЭС могут быть произведены дополнительные начисления;

4) покупатель и продавец не являются взаимосвязанными лицами, или покупатель и продавец являются взаимосвязанными лицами таким образом, что стоимость сделки с ввозимыми товарами приемлема для таможенных целей в соответствии с пунктом 4 данной статьи.

В соответствии с подпунктом 4 пункта 1 статьи 40 ТК ЕАЭС при определении таможенной стоимости ввозимых товаров по стоимости сделки с ними к цене, фактически уплаченной или подлежащей уплате за эти товары, добавляются дополнительные начисления, к которым относятся и расходы на перевозку (транспортировку) ввозимых товаров до места прибытия таких товаров на таможенную территорию Союза, а если Комиссией в зависимости от вида транспорта, которым осуществляется перевозка (транспортировка) товаров, и особенностей такой перевозки (транспортировки) определены иные места, - до места, определенного Комиссией.

В соответствии с пунктами 1, 2 статьи 313 ТК ЕАЭС при проведении таможенного контроля таможенной стоимости товаров, заявленной при таможенном

декларировании (далее – контроль таможенной стоимости товаров), таможенным органом осуществляется проверка правильности определения и заявления таможенной стоимости товаров (выбора и применения метода определения таможенной стоимости товаров, структуры и величины таможенной стоимости товаров, документального подтверждения сведений о таможенной стоимости товаров).

При проведении контроля таможенной стоимости товаров таможенный орган вправе запросить у декларанта пояснения в письменной форме о факторах, влияющих на формирование цены товаров, а также об иных обстоятельствах, имеющих отношение к товарам, перемещаемым через таможенную границу Союза.

В соответствии с пунктом 6 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений проводится путем анализа документов и сведений, указанных в пункте 1 статьи 324 ТК ЕАЭС, в том числе путем сопоставления сведений, содержащихся в одном документе, между собой, а также со сведениями, содержащимися в иных документах, в том числе в документах, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, со сведениями, полученными из информационных систем, используемых таможенными органами, и (или) информационных систем государственных органов (организаций) государств-членов в рамках информационного взаимодействия, из других источников, имеющихся в распоряжении таможенного органа на момент проведения проверки, а также другими способами в соответствии с международными договорами и актами в сфере таможенного регулирования и (или) законодательством государств-членов ЕАЭС.

Согласно пункту 8 статьи 324 ТК ЕАЭС проверка таможенных, иных документов и (или) сведений в отношении таможенной декларации, документов, подтверждающих сведения, заявленные в таможенной декларации, сведений, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в представленных таможенным органам документах, начатая до выпуска товаров, проводится в соответствии со статьей 325 ТК ЕАЭС.

Анализ положений статей 324, 325 ТК ЕАЭС позволяет сделать вывод о том, что в случае обоснованных сомнений в достоверности заявленных сведений, их неподтвержденности, таможенный орган вправе провести такую форму таможенного контроля как проверка таможенных, иных документов и (или) сведений, запросив у декларанта документы, подтверждающие достоверность заявленных в ДТ сведений и приложенных к ней документов, в том числе сканированные копии документов, которые представлены в таможенный орган вместе с ДТ в формализованном виде. При этом на декларанте лежит обязанность по представлению в таможенный орган соответствующих документов, сведений либо пояснений.

Как разъяснил Верховный Суд Российской Федерации в пункте 14 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее – Постановление № 49), рассматривая споры, связанные с результатами таможенного контроля таможенной стоимости, начатого до выпуска товаров, включая споры о возврате таможенных платежей в связи с несогласием плательщика с результатами таможенного контроля, судам следует учитывать, что исходя из взаимосвязанных положений статей 313, 325 ТК ЕАЭС вывод о неподтвержденности заявленной таможенной стоимости формулируется таможенным органом в соответствии с тем объемом документов, сведений и пояснений, которые были им собраны и даны (раскрыты) декларантом на данной стадии таможенного контроля.

Согласно пункту 4 статьи 325 ТК ЕАЭС таможенный орган вправе запросить коммерческие, бухгалтерские документы, сертификат о происхождении товара и (или) иные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в

таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах, в случае, если документы, представленные при подаче таможенной декларации либо представленные в соответствии с пунктом 2 данной статьи, не содержат необходимых сведений или должным образом не подтверждают заявленные сведения, либо если таможенным органом выявлены признаки несоблюдения положений ТК ЕАЭС и иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и (или) законодательства государств-членов, в том числе недостоверности сведений, содержащихся в таких документах.

Запрос документов и (или) сведений у декларанта в соответствии с пунктом 4 статьи 325 ТК ЕАЭС должен быть обоснованным и должен содержать перечень признаков, указывающих на то, что сведения, заявленные в таможенной декларации, и (или) сведения, содержащиеся в иных документах, должным образом не подтверждены либо могут являться недостоверными, перечень дополнительно запрашиваемых документов и (или) сведений, а также сроки представления таких документов и (или) сведений.

Перечень запрашиваемых документов и (или) сведений определяется должностным лицом таможенного органа исходя из проверяемых сведений с учетом условий сделки с товарами, характеристик товара, его назначения, а также иных обстоятельств (пункт 5 статьи 325 ТК ЕАЭС).

Согласно пункту 15 статьи 325 ТК ЕАЭС, если представленные в соответствии с указанной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенный орган до истечения срока, установленного 2 абзацем пункта 14 статьи 325 ТК ЕАЭС, вправе запросить дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, необходимые для установления достоверности и полноты проверяемых сведений, заявленных в таможенной декларации, и (или) сведений, содержащихся в иных документах. Такие дополнительные документы и (или) сведения, в том числе письменные пояснения, должны быть представлены не позднее 10 календарных дней со дня регистрации таможенным органом запроса.

Пунктом 17 статьи 325 ТК ЕАЭС установлено, что при завершении проверки таможенных, иных документов и (или) сведений в случае, если представленные в соответствии с данной статьей документы и (или) сведения либо объяснения причин, по которым такие документы и (или) сведения не могут быть представлены и (или) отсутствуют, либо результаты таможенного контроля в иных формах и (или) таможенной экспертизы товаров и (или) документов, проведенных в рамках такой проверки, не подтверждают соблюдение положений ТК ЕАЭС, иных международных договоров и актов в сфере таможенного регулирования и законодательства государств- членов, в том числе достоверность и (или) полноту проверяемых сведений, и (или) не устраняют оснований для проведения проверки таможенных, иных документов и (или) сведений, таможенным органом на основании информации, имеющейся в его распоряжении, принимается решение о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в таможенной декларации, в соответствии со статьей 112 ТК ЕАЭС.

Согласно пункту 3 статьи 112 ТК ЕАЭС после выпуска товаров изменение (дополнение) сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, производится в случаях, предусмотренных данным Кодексом и (или) определяемых Комиссией, по решению таможенного органа либо с разрешения таможенного органа. Форма решения таможенного органа о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, после выпуска товаров определяется Комиссией. Сроки и порядок совершения таможенных операций, связанных с изменением (дополнением)

сведений, заявленных в декларации на товары, и сведений в электронном виде декларации на товары на бумажном носителе, после выпуска товаров определяются Комиссией.

Внесение изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, после выпуска товаров по инициативе таможенного органа осуществляется на основании решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по форме согласно приложению № 1 (пункт 21 Порядка внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, утвержденного Решением Коллегии Евразийской экономической комиссии от 10.12.2013 № 289 «О внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары, и признании утратившими силу некоторых решений Комиссии Таможенного союза и Коллегии Евразийской экономической комиссии»).

В качестве решения может рассматриваться иное решение таможенного органа, принятое по результатам таможенного контроля, если такое решение содержит требование о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, сведения о регистрационном номере ДТ, перечень изменений (дополнений), вносимых в сведения, заявленные в ДТ, основания внесения изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, срок представления в таможенный орган КДТ, а при корректировке таможенной стоимости товаров - также ДТС (пункт 23 указанного Порядка).

Выявление отдельных недостатков в оформлении представленных декларантом документов (договоров, спецификаций, счетов на оплату ввозимых товаров и др.) в соответствии с установленными требованиями, не опровергающих факт заключения сделки на определенных условиях, само по себе не может являться основанием для вывода о несоблюдении требований пункта 10 статьи 38 ТК ЕАЭС (пункт 9 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 «О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике в связи с вступлением в силу Таможенного кодекса Евразийского экономического союза» (далее - Постановление Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019).

В силу пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49 от 26.11.2019 непредоставление декларантом документов (сведений), обосновывающих заявленную им таможенную стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о внесении изменений (дополнений) в сведения о таможенной стоимости, заявленные в таможенной декларации, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В ходе контроля заявленной таможенной стоимости таможней были выявлены признаки, указывающие на то, что заявленные обществом при декларировании товаров сведения и представленные к таможенному оформлению документы могут являться недостоверными, что исключает возможность их принятия в целях подтверждения заявленной таможенной стоимости товара по первому методу.

В частности, по данным ИСС «Малахит» выявлено отклонение заявленной таможенной стоимости по ФТС по товару составило около 13%.

Между тем, исследовав документы сделки, суд пришёл к выводу о том, что представленные обществом документы являются сопоставимыми и относимыми между собой, признаков недостоверности либо недействительности документов суд не установил; наименование товара, его стоимость и объём товарной партии, условия оплаты товара и его поставки сторонами согласованы в полном объёме; пояснения об оплате товара, документы об условиях поставки и пояснения по ним представлены таможне в полном объёме.

В соответствии с пунктом 2 Контракта наименование, ассортимент, количество и цена товара по рассматриваемой партии были указаны в заказе покупателя

№ 0922/B/24/DVI и в подтверждении заказа № GERU2400342 от 27.06.2024, и в итоге в соответствии с пунктом 1 Контракта указаны в инвойсе № GERU2400342 от 17.08.2024 на сумму 130 372,48 юаней.

По условиям пункта 5 Контракта покупателю предоставлена отсрочка платежа на 90 дней с даты счета, который совпадает с датой отгрузки.

Поскольку на дату ответа на запрос таможни оплата по условиям Контракта ещё не была произведена, то следует признать, что непредставление документов об оплате декларируемой поставки было обусловлено объективными причинами их отсутствия у заявителя. Ввезенный товар на момент таможенного оформления не оплачен.

Как установлено судом и следует из материалов дела, декларант в ответ на запрос таможни представил документы об оплате предыдущих поставок, при этом по каждому заявлению на перевод представлена справка с разбивкой суммы платежа по конкретным инвойсам, что позволяет идентифицировать оплату применительно к каждой поставке.

В абзаце 3 пункта 13 Постановления Пленума ВС РФ № 49 отмечено, что непредставление декларантом дополнительных документов (сведений) обосновывающих заявленную им стоимость товара, само по себе не может повлечь принятие таможенным органом решения о корректировке таможенной стоимости товара, если у декларанта имелись объективные препятствия к предоставлению запрошенных документов (сведений) и соответствующие объяснения даны таможенному органу.

В ходе судебного разбирательства в ответ на определение суда заявитель представил пояснения, а также подтверждающие оплату спорной партии товаров документы (платежное поручение № 11 от 13.12.2024, скрин-шоты переписки сторон по контракту, Дополнительное соглашение № 10 к контракту № 1/10052023 от 10.05.2023).

Согласно п.1 Дополнительного соглашения № 10 к контракту получателем платежей в адрес продавца по данному контракту может также являться ООО «ДИН Девелопмент», также в нем указаны банковские и иные реквизиты ООО «Дин Девелопмент», которые соответствуют сведениям о получателе платежа в платежном поручении № 11 от 13.12.2024.

Обществом оплата произведена на условиях отсрочки платежа, что предусмотрено контрактом, представленные документы подтверждают оплату товара по инвойсу GERU2400342.

При таких обстоятельствах, представленные декларантом коммерческие документы выражают существо сделки, подтверждают согласование сторонами всех существенных условий сделки, включая согласование условий оплаты и поставки, документально и количественно подтверждают цену сделки, противоречий в их содержании суд не установил.

Доводы таможни о коммерческом кредите и банковской гарантии судом отклоняются как нормативно не обоснованные.

Ведение ведомости банковского контроля и её сведения условиям оплаты не противоречат, а какие-либо условия об авансах в Контракте отсутствуют, в связи с чем данный довод таможни противоречит фактическим обстоятельствам.

Кроме того, в подтверждение уровня цены товара декларант представил таможне экспортную декларацию.

Анализ представленной декларантом экспортной декларации № 232720240274633672 показывает, что последняя имеет номер, штрих-код и QR-код; сведения о товаре – наименование, количественные, стоимостные характеристики, а также условия поставки, грузополучатель, номер коносамента (CSTCVS132652), номер контейнера (TKRU3252253), вес брутто/нетто соответствуют представленным коммерческим и транспортным документам.

Суд отмечает, что экспортная декларация является одним из документов, отражающим цену товара при его таможенном оформлении в стране вывоза, и в отличие от коммерческих документов (инвойс, спецификация, коммерческое предложение) оформляется не только от имени продавца, который находится в прямой коммерческой зависимости от покупателя и его интересов, но и государственными органами страны отправления.

Сведения, содержащиеся в экспортной декларации страны вывоза, представляются в таможенный орган страны отправления продавцом товара, у которого отсутствует заинтересованность в предоставлении таможенному органу страны отправления сведений, отличных от сведений, содержащихся в коммерческих документах по сделке, тем более приводящих к завышению таможенной стоимости вывозимого товара.

В этой связи следует признать, что сведения, содержащиеся в экспортной декларации, являются значимыми для осуществления контроля таможенной стоимости ввозимых товаров, как отражающие результаты контроля государственных органов страны вывоза.

Между тем, непосредственно оформление экспортной декларации находится вне зоны контроля декларанта и отличие весовых характеристик товара само по себе не свидетельствует о недостоверности иных коммерческих документов сделки, а установленные таможенным органом несоответствия не препятствуют сопоставлению иных сведений о ввезённом товаре и принятию экспортной декларации в качестве документа, подтверждающего уровень заявленной таможенной стоимости спорных товаров.

Довод таможенного органа относительного того, что в графе «Номер контракта» указан инвойс GERU240342, в то время как ДТ заявлен и представлен инвойс № GERU2400342, судом не принимается во внимание, поскольку пропуск символа «0» является технической опиской, при этом не данное несоответствие является несущественным.

Довод таможенного органа о несоответствии в документах, выразившееся в том, что в представленной экспортной декларации значение графы «вес нетто» указано с разделением тысячных разрядов через знак «.» судом отклоняется как необоснованный, поскольку тот факт, что в экспортной декларации значение графы «вес нетто» указано с разделением тысячных рядов никак не свидетельствует о невозможности использования сведений, указанных в представленной экспортной декларации, не может свидетельствовать о недостоверности представленного документа, поскольку использование знаков пунктуации при заполнении экспортной ДТ в КНР не противоречит установленному порядку, а данное упущение имеет признаки недостатка оформления экспортной декларации.

В ответ на определение суда от 18.08.2025 относительно отдельных сведений ЭД от 01.08.2024 в части даты экспорта, порта отгрузки, наименования судна декларант представил соответствующие пояснения в полной мере.

Так, подтверждается материалами дела, что отправитель товара, что указано в спорной ДТ находится в ZHENJIANG.

Согласно условиям поставки поставка осуществлялась на условиях FOB ZHENJIANG, что отражено в спорной ДТ. Чжэньцзян (кит. упр. пиньинь Zhenjiang) - городской округ в провинции Цзянсу КНР, который находится на берегу реки Янцзы.

В экспортной ДТ указан пункт вывоза: Вайгаоцяо - это зона свободной торговли в Шанхае. В экспортной ДТ указано фидерное судно ZHONG CHENG 16/L2462E, на котором товар следовал по реке Янцзы из порта Тайцан (указан в коносаменте) до Шанхая (указано в коносаменте). Сведения о Вайгаоцяо прилагаются к приложению № 3 к ходатайству о приобщении документов. Товар в Шанхае отгружался на основное

морское судно: МАО GANG GUANG ZHOU, S 065N, так как дальше следовал морским транспортом в порт Восточный, РФ.

Согласно п. 7 «сдача и приемка товара» заключенного сторонами контракта датой отправки товара покупателю является дата коносамента.

Коносамент имеет дату 17.08.2024, что корреспондирует с датой отгрузки товара на борт морского судна МАО GANG GUANG ZHOU, S065N. Дата 17.08.2024 в инвойсе, упаковочном листе соответствуют условиям контракта (п.7 контракта).

Таким образом, представленными в таможенный орган документами подтверждается, что в экспортной декларации содержатся сведения, относящиеся к инвойсу GERU2400342, представленному заявителем.

Соответственно, выявленные таможенным органом отдельные недостатки в заполнении экспортной декларации не могут служить безусловным доказательством недостоверности заявленной таможенной стоимости, которая определяется по коммерческим документам, неправильность которых не нашла подтверждение материалами дела.

Суд полагает, что в рассматриваемом случае декларант надлежащим образом воспользовался возможностью подтвердить заявленную им таможенную стоимость товара и представил имеющиеся у него дополнительные документы по запросам таможни, а также предпринял активные, самостоятельные, достаточные и разумные действия, направленные на сбор и представление таможенному органу дополнительно запрошенных документов, в том числе получение недостающих документов у третьих лиц, которые декларант представил таможенному органу в пределах уставленного им срока для предоставления дополнительных документов.

При таких обстоятельствах, вопреки доводам таможенного органа следует признать, что все существенные условия сделки были согласованы сторонами во внешнеэкономическом контракте, на основании которого продавец поставил в адрес декларанта товар, а последний его принял и оплатил; документы заявителя выражают содержание и условия заключенной сделки, являются взаимосвязанными, имеют соответствующие ссылки, подписаны сторонами, содержат все необходимые сведения о наименовании товара, его количестве и стоимости; описание товара в указанных документах соответствует воле сторон и позволяет идентифицировать товар, а сведения в данных документах позволяют с достоверностью установить цену применительно к количественно определенным характеристикам товара, условиям поставки и оплаты.

Факт перемещения товаров, указанных в ДТ, и реального осуществления сделки между участниками внешнеторгового контракта на определенных условиях подтвержден материалами дела.

Доказательств недостоверности представленных обществом документов либо заявленных в них сведений таможенным органом не представлено.

Как следует из разъяснений, данных в пункте 8 Постановления Пленума ВС РФ от 26.11.2019 № 49, принимая во внимание публичный характер таможенных правоотношений, при оценке соблюдения декларантом требований Кодекса и Соглашения судам следует исходить из презумпции достоверности представленной информации, бремя опровержения которой лежит на таможенном органе.

Выводы таможенного органа о невозможности применения первого метода определения таможенной стоимости в отношении спорного товара, изложенные в оспариваемом решении, не нашли подтверждения материалами дела.

Оценивая довод таможни о том, что по результатам проведения сравнительного анализа стоимости однородных товаров было выявлено значительное отклонение заявленной таможенной стоимости от информации, содержащейся в базах данных таможни, суд исходит из разъяснений пункта 10 Постановления Пленума № 49, согласно которым примененная сторонами внешнеторговой сделки цена ввозимых товаров не

может быть отклонена по мотиву одного лишь несогласия таможенного органа с ее более низким уровнем в сравнении с ценами на однородные (идентичные) ввозимые товары или ее отличия от уровня цен, установившегося во внутренней торговле.

Как следует из решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ, по итогам сравнительного анализа выявлены значительные расхождения между заявленными сведениями о величине таможенной стоимости со сведениями, имеющимися в распоряжении таможенного органа.

При этом, как указано в пункте 11 названного Пленума, отсутствие подтверждения сведений о таможенной стоимости, заявленных в таможенной декларации и (или) содержащихся в иных представленных таможенному органу документах, а также выявление таможенным органом признаков недостоверного определения таможенной стоимости само по себе не может выступать основанием для вывода о неправильном определении таможенной стоимости декларантом, а является основанием для проведения таможенного контроля таможенной стоимости товаров в соответствии со статьей 313, пунктом 4 статьи 325 Таможенного кодекса.

Информация, содержащаяся в базах данных ДТ, носит учетно-статистический характер и не обладает необходимыми признаками, установленными законом, позволяющими использовать ее в качестве основы для определения таможенной стоимости по установленным таможенным законодательством методам.

В этом смысле различие цены сделки с ценовой информацией, содержащейся в других источниках, не относящихся непосредственно к указанной сделке, не может рассматриваться как наличие такого условия либо как доказательство недостоверности условий сделки и является лишь основанием для проведения проверочных мероприятий.

Таким образом, тот факт, что заявленная обществом таможенная стоимость товара имеет более низкий уровень ИТС по сравнению с ценовой информацией, имеющейся в базах данных таможенных органов, сам по себе не может рассматриваться как доказательство недостоверности заявленных сведений о таможенной стоимости товаров и служить основанием для ее изменения.

При таких обстоятельствах суд приходит к выводу о том, что основания для невозможности применения метода по стоимости сделки с ввозимыми товарами, указанные в пункте 2 статьи 39 Кодекса, таможенным органом, не установлены.

Кроме того таможенный орган не доказал отсутствие в представленных заявителем при декларировании товара документах сведений, необходимых для определения таможенной стоимости по избранному им методу, а также не указала, какими именно признаками неточности и недостоверности обладают представленные декларантом для таможенного оформления документы и сведения.

Соответственно, в рассматриваемой ситуации у таможни не имелось препятствий для принятия заявленной декларантом таможенной стоимости товара, ввезенного по спорной ДТ, а также оснований считать указанную таможенную стоимость, определенную по первому (основному) методу, документально не неподтвержденной.

Учитывая, что результаты таможенного контроля определения таможенной стоимости по спорной декларации не подтверждают доводы таможни о несоблюдении декларантом положений ТК ЕАЭС, в том числе в части недостоверности и (или) неполноты проверяемых сведений, тогда как представленные обществом документы и сведения указывают на определение таможенной стоимости на основании достоверной, количественно определенной и документально подтвержденной информации, суд приходит к выводу о необоснованности оспариваемого решения о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары.

В свою очередь принятое таможенным органом решение от 27.08.2024 повлекло негативные последствия для заявителя в виде необоснованного доначисления и уплаты таможенных платежей, чем были нарушены его права и законные интересы в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности.

Арбитражный суд, установив, что оспариваемый ненормативный правовой акт, решение и действия (бездействие), в том числе государственных органов не соответствуют закону или иному нормативному правовому акту и нарушают права и законные интересы заявителя в сфере предпринимательской и иной экономической деятельности, принимает решение о признании ненормативного правового акта недействительным, решений и действий (бездействия) незаконными (часть 2 статьи 201 АПК РФ).

При изложенных обстоятельствах, требование общества о признании незаконным решения Владивостокской таможни от 15.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в ДТ № 10702070/260824/3284041, подлежит удовлетворению.

Как следует из пункта 3 части 5 статьи 201 АПК РФ, понуждение органа, осуществляющего публичные полномочия, принять решение или иным образом устранить допущенные нарушения прав и законных интересов заявителя, не относится к исковым требованиям, а является способом устранения нарушенного права.

Выбор способа защиты нарушенного права осуществляется заявителем и должен действительно привести к восстановлению нарушенного материального права или реальной защите законного интереса.

Избранный заявителем способ защиты должен быть соразмерен нарушению и не должен выходить за пределы, необходимые для его применения.

При этом суд вправе самостоятельно определять способ восстановления нарушенного права заявителя.

Возврат сумм излишне уплаченных (взысканных) платежей во исполнение решения суда производится таможенным органом в порядке, установленном таможенным законодательством (абзац 3 пункт 33 Постановление Пленума Верховного Суда РФ от 26.11.2019 № 49).

В этой связи суд обязывает таможенный орган возвратить обществу излишне уплаченные таможенные платежи по ДТ № 10702070/260824/3284041, окончательный размер которых подлежит определению таможенным органом на стадии исполнения судебного решения.

Понесенные заявителем судебные расходы по уплате государственной пошлины в соответствии со статьей 110 АПК РФ взыскиваются в его пользу с таможенного органа.

Руководствуясь статьями 167-170, 201 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

р е ш и л:

Признать незаконным решение Владивостокской таможни от 15.11.2024 о внесении изменений (дополнений) в сведения, заявленные в декларации на товары № 10702070/260824/3284041, как не соответствующее Таможенному кодексу Евразийского экономического союза.

Обязать Владивостокскую таможню возвратить обществу с ограниченной ответственностью «ДВ Импекс» сумму излишне уплаченных (взысканных) таможенных платежей по декларации на товары № 10702070/260824/3284041, окончательный размер которых определить на стадии исполнения решения суда.

Взыскать с Владивостокской таможни в пользу общества с ограниченной ответственностью «ДВ Импекс» 50000 (пятьдесят тысяч) рублей судебных расходов по оплате государственной пошлины по заявлению.

Решение может быть обжаловано через Арбитражный суд Приморского края в течение месяца со дня его принятия в Пятый арбитражный апелляционный суд и в Арбитражный суд Дальневосточного округа в срок, не превышающий двух месяцев со дня вступления решения в законную силу, при условии, что оно было предметом рассмотрения апелляционной инстанции.

Судья Жестилевская О.А.