Постановление от 6 июля 2025 г. по делу № А55-31759/2017

АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, <...>, тел. <***>

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-38453/2018

Дело № А55-31759/2017
г. Казань
07 июля 2025 года
Резолютивная часть постановления объявлена 01 июля 2025 года.

Полный текст постановления изготовлен 07 июля 2025 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Третьякова Н.А.,

судей Зориной О.В., Ивановой А.Г.,

при ведении после перерыва протокола судебного заседания секретарем судебного заседания Насыртдиновой Р.И.,

при участии в судебном заседании до перерыва в Арбитражном суде Поволжского округа, после перерыва путем использования системы веб-конференции представителя ФИО1 – ФИО2, доверенность от 19.04.2023;

до и после перерыва в Арбитражном суде Поволжского округа представителя:

арбитражного управляющего ФИО3 – ФИО4, доверенность от 24.01.2025,

в отсутствие иных лиц, участвующих в обособленном споре, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1

на постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2025

по делу № А55-31759/2017

по заявлению ФИО1 о признании бездействия арбитражного управляющего ФИО3 незаконным и взыскании с нее убытков в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «София»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда Самарской области от 17.05.2018 общество с ограниченной ответственностью «София» (далее - общество «София», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО5.

Определением суда от 06.11.2018 ФИО5 освобожден от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «София».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 28.01.2019 конкурсным управляющим должником утверждена ФИО3.

Определением суда от 05.07.2022 ФИО3 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего обществом «София».

Определением Арбитражного суда Самарской области от 21.09.2022 конкурсным управляющим утверждена ФИО6.

Определением суда от 07.10.2024 ФИО6 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего, конкурсным управляющим должником утверждена ФИО7.

ФИО1 (далее – заявитель) обратился в суд с заявлением, в котором просил признать незаконным бездействие бывшего конкурсного управляющего должником ФИО3, выразившееся в непередаче ему, как победителю торгов, имущества по договору купли-продажи от 11.06.2019, и взыскать с нее убытки в размере 20 151 722,57 руб.

Определением Арбитражного суда Самарской области от 26.06.2024 признаны незаконными действия (бездействие) ФИО3, выразившиеся в непередаче победителю торгов ФИО1 имущества по договору купли - продажи от 11.06.2019; взысканы в пользу заявителя убытки в размере 2 015 722,57 руб., а также 20 000 руб. в счет возмещения судебных расходов на оплату судебной почерковедческой экспертизы.

Постановлением Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2025 определение Арбитражного суда Самарской области 26.06.2024 отменено, принят новый судебный акт. Производство по заявлению ФИО1 в части жалобы на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3 прекращено. В удовлетворении заявления ФИО1 о взыскании убытков с бывшего конкурсного управляющего должником ФИО3 отказано. С ФИО1 в пользу ФИО3 взысканы расходы по уплате государственной пошлины в сумме 3 000 руб. и расходы по оплате судебной экспертизы в сумме 60 000 руб.

В кассационной жалобе, поданной в Арбитражный суд Поволжского округа, ФИО1 просит постановление апелляционного суда отменить, оставив в силе определение суда первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы заявитель приводит доводы об ошибочности выводов апелляционного суда об отсутствии причинной связи между бездействием ФИО3 и убытками, отмечая, что неисполнение должником обязанности по передаче имущества покупателю обусловлено ненадлежащим исполнением ФИО3 обязанностей конкурсного управляющего. Ссылается на то, что после освобождения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего ФИО3 не передала спорное имущество вновь утвержденному конкурсному управляющему; в конкурсной массе приобретенное ФИО1 имущество отсутствует и ему до сих пор не передано.

По мнению подателя жалобы, судом апелляционной инстанции допущены нарушения норм процессуального права, выразившиеся в необоснованном прекращении производства по жалобе на действия (бездействие) арбитражного управляющего.

До рассмотрения кассационной жалобы от арбитражного управляющего ФИО3 поступил отзыв на кассационную жалобу, который возвращен заявителю, поскольку подан с нарушением норм действующего процессуального законодательства (не направлен участвующим в деле лицам).

Поскольку отзыв представлен в электронном виде, то в соответствии с разъяснениями, изложенными в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 26.12.2017 № 57 «О некоторых вопросах применения законодательства, регулирующего использование документов в электронном виде в деятельности судов общей юрисдикции и арбитражных судов», указанный документ не подлежит фактическому возврату.

В порядке статьи 163 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ) в судебном заседании 19.06.2025 был объявлен перерыв до 13 часов 30 минут 01.07.2025, о чем размещена информация на официальном сайте в информационно-телекоммуникационной сети Интернет, после окончания перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда.

В судебном заседании представитель ФИО1 поддержал доводы кассационной жалобы, представитель ФИО3 возражал против удовлетворения жалобы.

Иные лица, участвующие в обособленном споре, извещенные надлежащим образом о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на официальных сайтах Арбитражного суда Поволжского округа и Верховного Суда Российской Федерации в информационно-телекоммуникационной сети «Интернет», в судебное заседание не явились, явку своих представителей не обеспечили.

Проверив законность обжалуемого судебного акта в соответствии со статьей 286 АПК РФ, обсудив доводы кассационной жалобы, судебная коллегия считает кассационную жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судами, конкурсным управляющим должником ФИО3 10.06.2019 проведены электронные торги в форме открытого аукциона по продаже 23 транспортных средств (полуприцепы 2006-2007 г.в.) должника единым лотом начальной ценой 677 138, 85 руб., победителем которых признан ФИО1, предложивший наибольшую цену - 2 877 839,95 руб.

Между должником (продавец) в лице конкурсного управляющего ФИО3 и ФИО1 (покупатель) 11.06.2019 был заключен договор купли продажи.

Согласно пункту 2.1.1 договора продавец обязан подготовить имущество к передаче, включая составление передаточного акта, указанного в пункте 4.2. договора, а также передать покупателю имущество по акту в срок, установленный пунктом 4.3 (пункт 2.1.2 договора).

По условиям договора покупатель обязан оплатить цену, указанную в пункте 3.1. договора; перед принятием имущества осмотреть передаваемое имущество, при отсутствии мотивированных претензий к состоянию имущества, принять имущество, подписав передаточный акт.

В соответствии с пунктом 4.3 договора передача имущества должна быть осуществлена в течение 5 рабочих дней со дня его полной оплаты, согласно раздела 3 договора.

ФИО1 исполнил свои обязательства по оплате транспортных средств должника в полном объеме.

Ссылаясь на то, что транспортные средства в количестве 15 единиц фактически не были переданы продавцом покупателю, ФИО1 обратился в суд с жалобой на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО3, содержащей также требование о взыскании с нее убытков.

В обоснование требований заявитель указывал на то, что осенью 2021 года ФИО3 без оформления передаточного акта было передано лишь 8 полуприцепов, однако остальные транспортные средства переданы не были.

Возражая против удовлетворения заявленных требований, ФИО3 ссылалась на то, что имущество по договору купли-продажи от 11.06.2019 было передано ФИО1 в полном объеме, в обоснование чего предоставила акт приема-передачи транспортных средств.

Кроме того, ФИО3 заявила о пропуске заявителем срока исковой давности при обращении в суд с требованием о взыскании убытков.

ФИО1, оспаривая принадлежность ему подписи в акте приема-передачи транспортных средств, при рассмотрении обособленного спора заявил ходатайство о назначении судебной экспертизы.

Определением суда первой инстанции от 18.09.2023 назначена судебная почерковедческая экспертиза по определению принадлежности подписи в акте приема-передачи транспортных средств ФИО1

Согласно заключению эксперта подпись от имени ФИО1 в акте приема-передачи (без даты) к договору купли-продажи от 11.06.2019 выполнена не ФИО1, а другим лицом.

Суд первой инстанции, приняв во внимание результаты судебной экспертизы и установив, что акт приема-передачи (без даты) к договору купли-продажи от 11.06.2019 ФИО1 не подписывался, учитывая отсутствие в материалах дела иных доказательств, свидетельствующих о передаче должником 15 транспортных средств покупателю, пришел к выводу о доказанности факта причинения убытков в заявленном размере действиями (бездействием) бывшего конкурсного управляющего должником ФИО3, выразившимися в неисполнении обязанности по передаче покупателю реализованного на торгах имущества, в связи с чем удовлетворил заявленные требования в полном объеме.

При этом судом первой инстанции отклонены доводы арбитражного управляющего о пропуске заявителем срока исковой давности с указанием на то, что обращение в суд состоялось в пределах общего трехлетнего срока исковой давности (определением суда от 09.04.2024 была назначена судебная экспертиза по определению давности изготовления искового заявления от 20.07.2022, даты нанесения подписи от имени ФИО1 в исковом заявлении, конверта с нанесенным почтовым штемпелем об отправке 20.07.2022).

Суд апелляционной инстанции, отменяя определение суда первой инстанции и прекращая производство по жалобе заявителя на действия (бездействие) арбитражного управляющего, руководствовался пунктом 1 части 1 статьи 150 АПК РФ, статьями 2, 34, 35, 60 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) и исходил из того, что ФИО1 (победитель торгов) не является лицом, участвующим в деле о банкротстве, не относится к лицам, участвующим в арбитражном процессе по делу о банкротстве, в связи с чем не вправе обжаловать действия (бездействие) конкурсного управляющего.

Повторно рассматривая материалы обособленного спора в части требования о взыскании убытков, апелляционный суд пришел к выводу об отсутствии оснований для взыскания с арбитражного управляющего ФИО3 убытков, при этом исходил из следующего.

Как указал апелляционный суд, в подтверждение передачи всего объема имущества покупателю в материалы дела был представлен недатированный акт приема-передачи, содержащий сведения о передаче 23 единиц транспортных средств, ПТС, свидетельств о регистрации ТС. При этом упомянутый акт составлен с учетом изменений предмета договора купли-продажи от 11.06.2019 дополнительным соглашением от 02.07.2019 № 1, то есть, очевидно, после 02.07.2019. Из материалов дела следует, что оригинал документа представлен конкурсным управляющим ФИО6, которой был передан предыдущим конкурсным управляющим ФИО3

Констатируя недоказанность передачи покупателю имущества, суд первой инстанции сослался на отрицание покупателем факта подписания такого акта, а также на результаты судебной почерковедческой экспертизы.

Между тем, как отметил суд апелляционной инстанции, ФИО3 ссылалась на то, что спорный недатированный акт приема-передачи был направлен ФИО1, а затем возвращен нарочно, при этом обстоятельства и дата возврата акта не установлены, лица, участвующие в деле, соответствующие однозначные объяснения дать суду не смогли.

ФИО1, помимо отрицания принадлежности подписи, в подтверждение факта неподписания акта указывал на наличие у него двух экземпляров акта, идентичных по содержанию представленному конкурсным управляющим, но не подписанных со стороны ФИО1

В то же время, из содержания акта следует, что он составлен в трех экземплярах, при этом обстоятельства, благодаря которым третий (подписанный) экземпляр оказался в распоряжении конкурсного управляющего, кем-либо не раскрыты.

ФИО3 указывала на то, что, получив такой документ, полагалась на его содержание, не имела оснований сомневаться в подписи покупателя, полагала имущество переданным покупателю, в связи с чем сама передала акт следующему конкурсному управляющему (ФИО6) и ссылалась на него в рамках настоящего спора как на надлежащее доказательство.

Проанализировав обстоятельства заключения и исполнения договора купли-продажи, апелляционный суд установил, что покупатель действовал в рамках неформальных отношений с третьими лицами - единственным участником должника и его руководителем ФИО8 (умер 09.06.2023) и бывшим конкурсным управляющим должником ФИО5

Суд апелляционной инстанции принял во внимание как письменные, так и устные пояснения ФИО1 о том, что участие в торгах он принял по предложению ранее знакомого ему ФИО8, который стремился сохранить технику в целях продолжения предпринимательской деятельности, связанной с осуществлением перевозок, в том числе возможной передачей его связанным с ним лицам; им не преследовалась цель фактического приобретения права собственности на транспортные средства, а предполагалось их приобретение по низкой цене с последующей перепродажей по более высокой непосредственно ФИО8 либо указанным (найденным) им покупателям, по возможности без промежуточной регистрации учета транспортного средства в ГАИ за ФИО1; доступ к его ЭЦП для участия в торгах был предоставлен знакомому арбитражному управляющему ФИО5, с которым и обсуждались обстоятельства исполнения договора, тогда как непосредственно с ФИО3 он не встречался, контактов не имел и иным образом не взаимодействовал.

Как указал суд апелляционной инстанции, помимо технического участия в приобретении имущества в порядке, установленном Законом о банкротстве, ФИО1 неформально преследовал иные цели, при достижении которых ожидал, что ФИО8 и/или ФИО5 обеспечат последующую реализацию транспортных средств и передадут ему вырученные от продажи денежные средства.

Однако указанные цели в полном объеме реализованы не были, ФИО1 получил расчет за 8 из 23 приобретенных транспортных средств, при этом фактически в заключении сделок не участвовал, подписывал лишь формальные документы, получал расчет, меры по осуществлению регистрационных действий в ГАИ не предпринимал, лишь 2 транспортных средства из 8 были реализованы последующим покупателям от имени ФИО1

На основании полученных из РЭО УМВД России по г. Тольяти сведений апелляционный суд установил, что лишь два транспортных средства из восьми были реализованы последующим покупателям от имени ФИО1 (договоры купли-продажи от 11.06.2019), при этом последующие договоры с покупателями (от 23.03.2022 и от 25.02.2022 с ФИО9) различаются с аналогичными договорами, которые были представлены ФИО1 в суд первой инстанции при разрешении вопроса о назначении экспертизы (договор от 15.12.2021).

Суд апелляционной инстанции отметил, что ФИО3 отрицала принадлежность проставленных от ее имени подписей в оставшихся шести договорах, где в качестве продавца значится не ФИО1, а должник в лице конкурсного управляющего ФИО3, представив заключение специалиста (почерковедческое исследование) от 09.02.2025 №15-25, согласно которому подписи ФИО3 в упомянутых документах совершены не ей, а тремя иными различными лицами.

Суд апелляционной инстанции признал обоснованными доводы ФИО3 о том, что договоры на отчуждение шести транспортных средств от имени должника иным покупателям ей не подписывались, сославшись на отсутствие каких-либо возражений относительно результатов внесудебной экспертизы.

Кроме того, установив, что ФИО1, утверждающий о непередаче ему пятнадцати единиц транспортных средств, в течение почти трех лет не предпринимал никаких мер к истребованию имущества, не предъявлял претензии и иски ни должнику, ни конкурсному управляющему ФИО3, ни ее правопреемникам, апелляционный суд счел такое поведение нехарактерным для обычного участника гражданского оборота и подтверждающим наличие иных целей и механизмов получения покупателем исполнения.

Как отметил суд апелляционной инстанции, совокупность установленных обстоятельств свидетельствует о том, что ФИО1, действуя на свой риск и основывая свое поведение на неформальных отношениях с ФИО8 и/или ФИО5, рассчитывал на иное исполнение, чем на то, на которое мог рассчитывать при ординарном предоставлении по договору купли-продажи; наступившее понимание невозможности получения исполнения в рамках ранее достигнутых неформальных договоренностей и обусловило предъявление требования единственному лицу (ФИО3), за счет которого могли бы быть возмещены понесенные на свой риск расходы (должник признан банкротом; ФИО8 находился под стражей с 20.04.2022 по 20.05.2022, а с 21.05.2022 до вступления в силу приговора Автозаводского районного суда г. Тольятти от 31.05.2022 по делу № 1-9/22 - под домашним арестом, указанным приговором осужден на 6 лет, умер 09.06.2023, при этом в отношении ФИО8 ранее было возбуждено дело о несостоятельности № А55-14460/2018).

В связи с этим, расценив действия заявителя по обращению в суд с заявлением о взыскании убытков как направленные на переложение ответственности за свои неудачные экономические решения на арбитражного управляющего ФИО3, указав, что в условиях очевидного отличия поведения ФИО1 от общепринятого, установленной неформальности отношений заинтересованных лиц, позволяющей создавать документы вне связи с фактическим содержанием правоотношения, взаимодействия с заинтересованными лицами вне обычных пределов, установленных гражданским законодательством, суд апелляционной инстанции не усмотрел причинно-следственной связи между убытками ФИО1 и действиями (бездействием) ФИО3

Также судом апелляционной инстанции учтено, что ФИО1 не предъявлял требований непосредственно к должнику в порядке пункта 3 статьи 487 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), при том, что именно должник является обязанной стороной по договору купли-продажи от 11.06.2019.

При этом судом на основании отчета конкурсного управляющего от 24.12.2024 установлено, что в настоящее время в конкурсной массе должника имеется имущество на сумму 2 411 294 руб.

Арбитражный суд Поволжского округа оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы не усматривает.

Согласно положениям пункта 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Как разъяснено в пункте 48 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 15.12.2004 № 29 «О некоторых вопросах практики применения Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», арбитражный управляющий несет ответственность в виде возмещения убытков при условии, что таковые причинены в результате его неправомерных действий.

Ответственность арбитражного управляющего, установленная в названной норме закона, является гражданско-правовой, поэтому убытки подлежат взысканию по правилам статьи 15 ГК РФ.

В статье 15 ГК РФ закреплено, что лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Согласно разъяснениям, изложенным в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации», по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков и влечет за собой отказ суда в удовлетворении требований об их возмещении.

Исследовав и оценив имеющиеся в материалах дела доказательства в их совокупности, установив, что заявитель действовал в рамках неформальных отношений с третьими лицами и не предпринимал мер к защите своих прав в течение трех лет, а также не предъявлял требований к должнику о передаче транспортных средств (пункт 3 статьи 487 ГК РФ), суд апелляционной инстанции пришел к выводу о недоказанности причинно-следственной связи между убытками ФИО1 и действиями (бездействием) ФИО3, об отсутствии совокупности условий для привлечения ее к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков, в связи с чем правомерно отказал в удовлетворении заявленных требований о взыскании убытков.

Установив, что ФИО1 не относится к числу лиц, участвующих в деле о банкротстве должника, обладающих правом на обжалование действий (бездействия) конкурсного управляющего, суд апелляционной инстанции прекратил производство по его жалобе на действия арбитражного управляющего ФИО3

Разрешая настоящий обособленный спор, суд апелляционной действовал в рамках предоставленных ему полномочий и оценил обстоятельства по внутреннему убеждению, что соответствует положениям статьи 71 АПК РФ.

Довод заявителя кассационной жалобы о необоснованном прекращении производства по делу в части его жалобы на действия конкурсного управляющего отклоняется судом округа, поскольку само по себе прекращение производства по жалобе в спорной правовой ситуации не повлекло нарушения прав ФИО1

Признания незаконными действий (бездействия) конкурсного управляющего для взыскания с него убытков не требуется, так как установление противоправности поведения в форме действия (бездействия) является одним из необходимых условий в деле о взыскании убытков для принятия решения об их обоснованности.

В рассматриваемом случае, частично прекратив производство по спору, суд апелляционной инстанции не уклонился от проверки факта наличия/отсутствия оснований для взыскания убытков, тем самым обеспечил заявителю право на судебную защиту.

Фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, установлены судом апелляционной инстанций на основании полного, всестороннего и объективного исследования имеющихся в деле доказательств с учетом всех доводов участвующих в деле лиц, а выводы суда соответствуют представленным доказательствам.

Оснований не согласиться с указанными выводами суда апелляционной инстанции у суда кассационной инстанции не имеется.

Озвученный в судебном заседании довод о неправомерном отнесении на ФИО1 апелляционным судом расходов по оплате ФИО3 внесудебной экспертизы, результаты которой не были положены в основу принятого по делу судебного акта по существу, отклоняется судом округа как необоснованный, поскольку апелляционным судом распределены расходы за судебную, а не внесудебную экспертизу.

Как следует из материалов дела, арбитражным управляющим ФИО3 в суде первой инстанции было заявлено ходатайство о назначении судебной экспертизы с целью определения давности изготовления заявления, подписи на данном заявлении и конверта с нанесенным почтовым штемпелем; определением суда от 09.04.2024 назначена судебная экспертиза, заключение эксперта поступило в суд 27.05.2023.

Арбитражным управляющим ФИО3 на депозит суда внесены денежные средства в размере 60 000 руб. с назначением платежа: «перечисление денежных средств на депозитный счет Арбитражного суда Самарской области за назначение судебно-технической экспертизы по делу № А55-31759/2017».

В данном случае расходы на оплату услуг эксперта, понесенные стороной в споре, правомерно отнесены апелляционным судом на ФИО1 как на проигравшую сторону в споре по правилам статьи 110 АПК РФ.

Иные приведенные в кассационной жалобе доводы судом округа изучены и отклонены, поскольку выводов апелляционного суда не опровергают, не свидетельствуют о допущении судом нарушений норм материального права и (или) процессуального права и не могут служить основаниями для отмены обжалуемого судебного акта, поскольку, по сути, эти возражения сводятся к несогласию с произведенной апелляционным судами оценкой обстоятельств спора; доводы заявителя тождественны доводам, являвшимся предметом тщательного исследования суда апелляционной инстанции, получившим надлежащую правовую оценку.

В соответствии со статьями 286 и 287 АПК РФ кассационная инстанция не имеет полномочий исследовать и устанавливать новые обстоятельства дела, а также не вправе переоценивать доказательства, которые были предметом исследования в суде первой и апелляционной инстанций.

Поскольку неправильного применения судом норм материального права, а также нарушений норм процессуального права, в том числе влекущих безусловную отмену судебного акта в силу части 4 статьи 288 АПК РФ, не установлено, суд кассационной инстанции оснований для отмены постановления суда апелляционной инстанции и удовлетворения кассационной жалобы не находит.

На основании изложенного и руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

постановление Одиннадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.03.2025 по делу № А55-31759/2017 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, установленном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий судьяН.А. Третьяков

СудьиО.В. Зорина

А.Г. Иванова