Постановление от 12 марта 2025 г. по делу № А71-2439/2020

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-545/25

Екатеринбург

13 марта 2025 г.


Дело № А71-2439/2020

Резолютивная часть постановления объявлена 06 марта 2025 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 13 марта 2025 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Шавейниковой О.Э.,

судей Тихоновского Ф.И., Пирской О.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческое управление» на определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.09.2024по делу № А71-2439/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о времени и месте судебного разбирательства, в том числе публично, путем размещения данной информации на официальном сайте Арбитражного суда Уральского округа в сети Интернет.

В судебном заседании 03.03.2025 в режиме веб-конференции приняли участие представители:

общества с ограниченной ответственностью «Коммерческое управление» – ФИО2 (доверенность от 09.01.2025);

ФИО3 – ФИО4 (доверенность от 29.10.2024 № 6);

финансового управляющего имуществом ФИО3 – ФИО5 – ФИО6 (доверенность от 06.11.2018 № 18АБ1326139).

В судебном заседании, начатом 03.03.2025, был объявлен перерыв до 06.03.2025. После перерыва судебное заседание продолжено в том же составе суда при участии тех же представителей лиц, участвующих в деле.


Решением Арбитражного суда Удмуртской Республики от 22.06.2020 ФИО3 (далее также – должник) признан несостоятельным (банкротом), в отношении его имущества введена процедура реализации, финансовым управляющим утвержден ФИО5 (далее – финансовый управляющий, управляющий).

Определением Арбитражного суда Удмуртской Республикиот 02.09.2024, оставленным без изменения постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024, процедура реализации имущества ФИО3 завершена; в отношении должника применены правила об освобождении от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, общество с ограниченной ответственностью «Коммерческое управление» (далее – общество «КУ», кредитор) обратилось в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой просит определение суда первой инстанции от 02.09.2024 и постановление апелляционного суда от 20.12.2024 отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции, ссылаясь на нарушение судами норм права, не соответствие выводов судов обстоятельствам дела.

В кассационной жалобе заявитель указывает, что судами не дана надлежащая оценка его доводам об отсутствии оснований для завершения процедуры реализации имущества ФИО3, мотивированным наличием у должника дохода от осуществления функций руководителя иностранными компаниями, наличием у него за пределами Российской Федерации имущества, за счет которого может быть пополнена конкурсная масса и погашены требования кредиторов, ссылается на непроведение финансовым управляющим всех мероприятий по поиску и выявлению такого имущества. Податель жалобы настаивает на доказанности им факта недобросовестности поведения должника при проведении процедур банкротства, выразившейся в нераскрытии им сведений о своем финансовом положении и имущественном состоянии, совершении действий по сокрытию принадлежащего ему имущества путем смены собственника. Кредитор полагает необоснованным и немотивированным принятие судами копии договора аренды жилого помещения, представленной должником в подтверждение факта проживания за границей на иждивении дочери, а не за счет собственных средств, акцентирует внимание на роскошности квартиры, в которой проживает должник.  Резюмируя изложенное, податель жалобы полагает, что у судов отсутствовали правовые основания для завершения процедуры банкротства в отношении ФИО3 и освобождения его от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами.

Представитель финансового управляющего и должника в судебном заседании против доводов кассационной жалобы возражали, просили оставить обжалуемые судебные акты без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения, представили соответствующие отзывы, которые приобщены судом округа к материалам дела.

Документы, приложенные к дополнениям к отзыву должника на кассационную жалобу, судом кассационной инстанции не принимаются и к материалам дела не приобщаются с учетом положений статьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Указанные документы фактическому возврату не подлежат, поскольку поданы в электронном виде через систему «Мой арбитр».

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, дело о банкротстве ФИО3 инициировано по заявлению должника.

Из представленного в материалы дела отчета финансового управляющего, а также реестра требований кредиторов следует, что кредиторы должника первой и второй очередей не установлены, в третью очередь реестра требований включены требования кредиторов на общую сумму 313 992 994 руб. 84 коп., в том числе из которых 43 097 600 руб. – как обеспеченные залогом имущества должника. За реестром учтены требования одного кредитора на сумму 140 000 руб.

В процедуре банкротства ФИО3 часть требований кредиторов должника была исключена в связи с погашением данных требований в иных процедурах банкротства, возбужденных в отношении юридических лиц, по обязательствам которых должник выступал в качестве поручителя.

С учетом произведенного исключения размер требований кредиторов третьей очереди составил 187 616 031 руб. 88 коп., в том числе требования общества «КУ» на сумму 62 606 руб. 30 коп. (требования приобретены кредитором по договору уступки у акционерного общества «Датабанк», требования которого к должнику, в свою очередь, основаны на договоре поручительства от 2016 года по обязательствам общества с ограниченной ответственностью «Агентство недвижимости Сайгас»).

С целью выявления имущественного положения должника финансовым управляющим направлены запросы в компетентные органы. Согласно ответам регистрирующих органов должнику на праве собственности принадлежит жилой дом площадью 2 292 кв. м и земельный участок площадью 7 060 кв. м, расположенные по адресу: Удмуртская Республика, <...> баня площадью 271,9 кв. м, гараж площадью 124,2 кв. м, хозяйственный блок площадью 145 кв. м, а также объект капитального строительства, не зарегистрированный в установленном порядке, находящиеся по тому же адресу.

Вышеуказанные объекты недвижимости, за исключением объекта капитального строительства, находятся в залоге у публичного акционерного общества Национальный банк «ТРАСТ».

Управляющим также выявлено наличие у должника прав требования к обществу с ограниченной ответственностью «Торговый центр «Горького 79» стоимостью 10 000 руб. и долей в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью «Тисмина» (100 %), «Этринг» (100 %), «Торговый центр «Горького 79» (79 %), Торговый центр «ЦУМ» (76 %) и «Агентство недвижимости Сайгас» (100%) общей стоимостью 0 руб.

Указанное имущество включено конкурсным управляющимв конкурсную массу. Иного недвижимого и движимого имущества, подлежащего включению в конкурсную массу, за должником не зарегистрировано.

Определением суда от 14.10.2022 по настоящему делу утверждено Положение о порядке, условиях и сроках реализации недвижимого имущества должника в редакции, представленной залоговым кредитором.

В соответствии с утвержденным Положением финансовым управляющим проведены торги, по результатам которых определен победитель, предложивший цену 13 000 010 руб.

Денежные средства, поступившие в конкурсную массу (в том числе от реализации активов должника), направлены на частичное погашение требований залогового кредитора и погашение расходов управляющего; погашение требований иных кредиторов не производилось.

Из заключения о наличии (отсутствии) признаков преднамеренного фиктивного банкротства следует, что финансовым управляющим проведен анализ сделок должника и сделан вывод об отсутствии оснований для оспаривания сделок. Признаков преднамеренного и фиктивного банкротства у должника не установлено.

Полагая, что в рамках процедуры банкротства в отношении должника проведены все необходимые мероприятия, имеются основания для завершения процедуры реализации имущества, финансовый управляющий обратился с ходатайством о завершении процедуры реализации имущества гражданина.

Завершая процедуру реализации имущества должника, и, применяя положения статьи 213.28 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) об освобождении должника от обязательств, суды исходили из следующего.

Под реализацией имущества гражданина понимается реабилитационная процедура, применяемая в деле о банкротстве к признанному банкротом гражданину в целях соразмерного удовлетворения требований кредиторов.

В силу пунктов 7 и 8 статьи 213.9 и пунктов 1 и 6 статьи 213.25 Закона о банкротстве, в процедуре реализации финансовый управляющий осуществляет действия, направленные на формирование конкурсной массы: анализирует сведения о должнике, выявляет имущество гражданина, в том числе находящееся у третьих лиц, обращается с исками о признании недействительными подозрительных сделок и сделок с предпочтением по основаниям, предусмотренным статьями 61.2 и 61.3 Закона о банкротстве.

Согласно пункту 1 статьи 213.28 Закона о банкротстве, после завершения расчетов с кредиторами финансовый управляющий обязан представить в арбитражный суд отчет о результатах реализации имущества гражданина с приложением копий документов, подтверждающих продажу имущества гражданина и погашение требований кредиторов, а также реестр требований кредиторов с указанием размера погашенных требований кредиторов.

По итогам рассмотрения отчета о результатах реализации имущества должника арбитражный суд выносит определение о завершении реализации имущества гражданина (пункт 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

Таким образом, арбитражный суд при рассмотрении вопроса о завершении процедуры реализации имущества гражданина должен с учетом доводов участников дела о банкротстве проанализировать действия управляющего по формированию конкурсной массы в целях расчетов с кредиторами, проверить, исчерпаны ли возможности для удовлетворения требований кредиторов за счет конкурсной массы должника.

Процедура реализации имущества гражданина подлежит завершению в случае отсутствия в конкурсной массе денежных средств или имущества, средства от реализации которого могут быть направлены на расчеты с кредиторами, а также при отсутствии иной реальной возможности пополнения конкурсной массы и осуществления расчетов с кредиторами.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, установив, что в соответствии с отчетом финансовым управляющим проведены необходимые мероприятия, предусмотренные в процедуре банкротства гражданина-должника, имущества должника, подлежащего реализации, не установлено, при этом управляющим приняты все исчерпывающие меры по поиску имущества должника, лицами, участвующими в деле, достоверных сведений о наличии у должника иного имущества, совершении им действий по выводу имущества не представлено, учитывая, что отсутствуют доказательства, свидетельствующие о наличии реальной возможности обнаружения имущества должника и формирования конкурсной массы, суды пришли к выводу о доказанности материалами дела в полном объеме и надлежащим образом наличия в данном случае совокупности всех необходимых и достаточных оснований для завершения процедуры реализации имущества должника.

Оценивая доводы кредитора относительно преждевременности завершения процедуры реализации, мотивированные проживанием должника за пределами Российской Федерации и наличием у него дохода и имущества за границей, суды по результатам анализа представленных в материалы дела доказательств пришли к выводу об их неподтвержденности материалами дела, при этом приняли во внимание пояснения должника относительно того, что он в настоящее время открытых на свое имя счетов не имеет и не является акционером иностранных компаний (за исключением компании Saigas International, в отношении которой сформировался убыток по результатам деятельности за предыдущие годы), имущества на территории Российской Федерации и других стран также не имеет, доходы от деятельности иностранных компаний не получает. Данные пояснения кредитором документально не опровергнуты и соотносятся с представленными должником доказательствами.

Представленные обществом «КУ» распечатки с сайтов иностранных реестров юридических лиц, подтверждающие, по его мнению, факт осуществления должником руководства иностранными организациями, не приняты судами в качестве надлежащих доказательств, поскольку не позволяют с достаточной степенью достоверности установить, что именно должник является руководителем таких компаний, заключитьоб их принадлежности должнику и наличии оснований для их включенияв конкурсную массу.

Иных доказательств, безусловно свидетельствующих о наличии у должника имущества на территории США либо Республики Кипр, наличии у него статуса руководителя иностранных компаний, лицами, участвующими в деле, в нарушение положений статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации не представлено и судами не установлено.

Изучая доводы кредитора относительно наличия у должника дохода, за счет которого им, в том числе несутся расходы на проживание в США, суды также приняли во внимание пояснения должника относительно того, что за пределами Российской Федерации должник самостоятельного дохода не имеет, проживает за счет членов семьи своей дочери, находится на их полном иждивении.

Проанализировав данные пояснения, сопоставив их с представленными в материалы дела доказательствами, в том числе налоговыми декларациями на дочь и ее супруга, установив, что семья дочери должника действительно обладает достаточным доходом, позволяющим содержать как себя, так и ФИО3, осуществляет оплату аренды жилья должнику в США, что подтверждается имеющимся в материалы дела договором аренды, достоверность которого лицами, участвующими в деле, не опровергнута, в отсутствие доказательств, свидетельствующих об ином и подтверждающих факт самостоятельного несения должником расходов на проживание за границей, а равно и факт осуществления им какой-либо трудовой деятельности за пределами Российской Федерации, суды не усмотрели оснований для постановки вывода о наличии у должника дохода, за счет которого было бы возможно пополнение конкурсной массы.

Ссылки на наличие у должника счетов в иностранных компаниях также исследованы и отклонены судами как неподтвержденные и противоречащие материалам дела, из которых следует, что у должника отсутствуют открытые расчетные счета. Так, судами установлено, что открытые должником до введения в отношении него процедуры банкротства счета в JPMORGAN CHASE BANK N.A., были закрыты им в 2017-2019 годах, каких-либо операций по счетам в указанный период не производилось; по счетам, открытым на имя должника в акционерном обществе «Альфа-Банк», последние операции производились в 2018 году, в настоящее время данные счета заблокированы в связи с введением в отношении должника процедуры банкротства, а выпущенная на имя должника карта № …6712 привязана к счету третьего лица, следовательно, средства на данной карте не принадлежат должнику.

Доводы кредитора о возможности пополнения конкурсной массы за счет оспаривания договора купли-продажи движимого имущества от 30.01.2016 признаны судами несостоятельными с учетом того, что спорная сделка совершена за пределами периода подозрительности, установленного положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, доказательств наличия у сделки пороков, выходящих за пределы диспозиции данной статьи и позволяющих оспорить сделку по общегражданским основаниям, кредитором не представлено и финансовым управляющим не установлено.

При таких обстоятельствах, исходя из того, что доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы, в материалы дела не представлено, источники финансирования процедуры не раскрыты (как указал кредитор в суде апелляционной инстанции он готов нести расходы на финансирование пропорционально размеру своих требований, при этом требования кредитора составляют 62 606 руб. 30 коп. и основаны на договоре уступки прав требования к должнику по договору поручительства), учитывая отсутствие возражений со стороны иных кредиторов относительно завершения процедуры реализации имущества ФИО3, суды обеих инстанций применительно к фактическим обстоятельствам настоящего дела не усмотрели оснований для постановки вывода о наличии препятствий для завершения процедуры реализации имущества гражданина, открытой в отношении должника.

Кроме того, суд апелляционной инстанции отметил, что с учетом произведенной уступки прав требования кредитора к должнику обществом «КУ» не раскрыт его процессуальный интерес в необходимости продления срока процедуры банкротства (для формирования конкурсной массы за счет предполагаемых активов должника за пределами Российской Федерации, при отсутствии достоверных доказательств, подтверждающих наличие таковых).

После завершения расчетов с кредиторами гражданин, признанный банкротом, освобождается от дальнейшего исполнения требований кредиторов, в том числе требований кредиторов, не заявленных при введении реструктуризации долгов гражданина или реализации имущества гражданина (пункт 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве).

В силу пункта 4 статьи 213.28 Закона о банкротстве, освобождение гражданина от обязательств не допускается в случае, если: вступившим в законную силу судебным актом гражданин привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, преднамеренное или фиктивное банкротство; гражданинне предоставил необходимые сведения или предоставил заведомо недостоверные сведения финансовому управляющему или арбитражному суду, рассматривающему дело о банкротстве гражданина; доказано, что при возникновении или исполнении обязательства, на котором конкурсный кредитор или уполномоченный орган основывал свое требование в деле о банкротстве гражданина, гражданин действовал незаконно, в том числе совершил мошенничество, злостно уклонился от погашения кредиторской задолженности, уклонился от уплаты налогов и (или) сборов с физического лица, предоставил кредитору заведомо ложные сведения при получении кредита, скрыл или умышленно уничтожил имущество.

Таким образом, отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника.

Рассмотрев вопрос о наличии (отсутствии) оснований для неприменения к должнику правил об освобождении от исполнения обязательств перед кредиторами, приняв во внимание позицию финансового управляющего по данному вопросу, оценив собранные по делу доказательства, проанализировав обстоятельства возникновения у должника задолженности перед обществом «КУ», суды первой и апелляционной инстанций установили, что признаков недобросовестного поведения должника не имеется, из материалов дела не усматривается, что должник скрыл необходимую информацию либо предоставил недостоверные сведения, касающиеся осуществления мероприятий процедуры, доказательств того, что должник действовал незаконно, привлечен к уголовной или административной ответственности за неправомерные действия при банкротстве, также не представлено, судебными актамипо настоящему делу факты непредставления должником финансовому управляющему необходимых сведений (предоставление заведомо недостоверных сведений), не установлены, документального подтверждения недостоверности предоставленных должником сведений о своей трудовой деятельности, размере доходов, семейном положении в материалах делане имеется; управляющим каких-либо требований к должнику, касательно неполноты или недостоверности таких сведений, не предъявлялось, напротив, последний счел достаточным имеющихся сведений для завершения процедуры банкротства должника.

Из вышеприведенных норм права и разъяснений следует, что отказ в освобождении от обязательств должен быть обусловлен противоправным поведением должника, направленным на умышленное уклонение от исполнения своих обязательств перед кредиторами (сокрытие своего имущества, воспрепятствование деятельности финансового управляющего и т.д.).

В рассматриваемом случае анализ финансового состояния должника свидетельствует об отсутствии признаков преднамеренного и фиктивного банкротства. Сокрытие или уничтожение принадлежащего ему имущества, равно как сообщение должником недостоверных сведений финансовому управляющему или кредитору материалами дела не подтверждается и судами не установлено. Доказательства, свидетельствующие об обратном, отсутствуют.

Сам факт неисполнения должником принятых на себя обязательств перед кредиторами в силу объективных обстоятельств, равно как и отсутствия у него для этого достаточного имущества, не может служить основанием для отказа в освобождении должника от дальнейшего исполнения обязательств.

Доказательства того, что должник действовал незаконно, в том числе совершил мошеннические действия, злостно уклонялся от погашения кредиторской задолженности, уплаты налогов и (или) сборов, предоставил кредиторам заведомо ложные сведения, в деле отсутствуют.

В данном случае суды приняли во внимание, что ФИО3, не уклоняясь от дачи пояснений относительно заявленных кредиторов возражений, приводил обоснование своим действиям, которое, по его мнению, свидетельствует о добросовестности и разумности его поведения, представил соответствующие пояснения и доказательства, в том числе об обстоятельствах, приведших к его несостоятельности, об источниках своего существования (доходы дочери и ее супруга), о своем финансовом положении, которые в достаточной степени подтверждают его доводы, соотносятся с иными имеющимися в материалах дела доказательствами и кредитором не опровергнуты.

Учитывая изложенное, исходя из того, что сам по себе факт проживания должника за пределами Российской Федерации на иждивении семьи своей дочери не может расцениваться как недобросовестное и противоправное поведение, направленное на сокрытие своего имущества от обращения на него взыскания, а иных доказательств, позволяющих заключить о незаконности действий должника при проведении процедуры банкротства в материалы дела не представлено, принимая во внимание социально-реабилитационную направленность института потребительского банкротства, суды пришли к выводу об отсутствии доказательств совершения должником незаконных действий как при возникновении обязательств, таки в ходе процедуры банкротства; сокрытия либо уничтожения имущества; намеренной непередачи финансовому управляющему или суду сведенийоб имуществе либо доходах, в связи с чем сочли в данном случае ФИО3 подлежащим освобождению от дальнейшего исполнения обязательств перед кредиторами применительно к пункту 3 статьи 213.28 Закона о банкротстве.

Выводы судов первой и апелляционной инстанций соответствуют установленным по делу фактическим обстоятельствам и действующему законодательству.

Вопреки изложенным в кассационной жалобе доводам, в материалах банкротного дела отсутствуют доказательства, свидетельствующие о непринятии финансовым управляющим достаточных мер к получению необходимой информации о деятельности, финансовом состоянии и имуществе должника. Суды первой и апелляционной инстанций при рассмотрении ходатайства финансового управляющего о завершении процедуры реализации имущества должника исходили из того, что финансовым управляющим были выполнены все возможные мероприятия в банкротстве должника, при этом оснований для продления процедуры банкротства не установили. Данные обстоятельства обществом «КУ» надлежащими доказательствами не опровергнуты, наличие со стороны финансового управляющего нарушений, приведших, по мнению подателя жалобы, к неполноте сведений об имущественном положении должника и возможности пополнения конкурсной массы, не доказано, в связи с чем оснований для отмены состоявшихся судебных актов не имеется.

Доводы кредитора относительно преждевременности завершения процедуры реализации имущества ФИО3 судом округа не принимаются, поскольку являлись предметом исследования судов первой и апелляционной инстанций и мотивированно ими отклонены. Отклоняя данные доводы, суды исходили, в числе прочего, из отсутствия в материалах дела доказательств, подтверждающих реальную возможность пополнения конкурсной массы должника, и документов, с очевидностью свидетельствующих о том, что дальнейшее продление процедуры банкротства гражданина будет направлено на уменьшение его долгов и погашение задолженности перед кредиторами. Применительно к сложившейся ситуации, само по себе отсутствие запросов финансового управляющего в государственные органы Республики Кипр относительно наличия (отсутствия) у должника имущества при недоказанности возможности пополнения конкурсной массы не препятствует завершению процедуры. Конкретных сведений и доказательств в обоснование того, что продолжение процедуры реализации имущества может привести к удовлетворению требований кредиторов за счет имущества должника, общество «КУ» не представило, равно как и не указано доказательств, безусловно позволяющих прийти к выводу о получении должником доходов и совершении действий по улучшению своего финансового состояния за счет сокрытых активов. С учетом изложенного, выводы судов о наличии оснований для завершения в отношении должника процедуры банкротства являются обоснованными. Оснований для иных выводов суд округа не усматривает.

Суд округа полагает, что содержание кассационной жалобы не свидетельствует о нарушении судами норм права, регулирующих спорные правоотношения, в частности о неправильном применении положений пункта 2 статьи 213.28 Закона о банкротстве, по сути, доводы подателя жалобы выражают несогласие с выводами судов о фактических обстоятельствах спора, основанными на расхожей с ним оценке доказательственной базы по спору. Вместе с тем, переоценка судом кассационной инстанции доказательств по делу, то есть иные по сравнению со сделанными судами первой и апелляционной инстанций выводы относительно того, какие обстоятельства по делу можно считать установленными исходя из иной оценки доказательств, не допускается (пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебного акта (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Поскольку определением Арбитражного суда Уральского округа от 05.02.2025 обществу «КУ» была предоставлена отсрочка уплаты государственной пошлины, в соответствии с частью 1 статьи 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерациии статьей 333.21 Налогового кодекса Российской Федерации с должника в доход федерального бюджета подлежит взысканию государственная пошлина в сумме 50 000 руб. за рассмотрение кассационной жалобы.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Удмуртской Республики от 02.09.2024 по делу № А71-2439/2020 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 20.12.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу общества с ограниченной ответственностью «Коммерческое управление» – без удовлетворения.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью «Коммерческое управление» в доход федерального бюджета государственную пошлину в сумме 50 000 (пятьдесят тысяч) рублей по кассационной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 


Председательствующий                                                       О.Э. Шавейникова


Судьи                                                                                    Ф.И. Тихоновский


                                                                                              О.Н. Пирская