Решение от 13 июня 2017 г. по делу № А41-83165/2016

Арбитражный суд Московской области 107053, г. Москва, проспект Академика Сахарова, д.18 http://asmo.arbitr.ru/

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А41-83165/2016
13 июня 2017 года
г. Москва


Резолютивная часть объявлена 05 июня 2017 года Полный текст решения изготовлен 13 июня 2017 года

Судья Арбитражного суда Московской области М.А. Миронова, при ведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1,

рассматривая в открытом судебном заседании дело по иску

ЗАО "Совхоз имени Ленина" (ИНН <***>, ОГРН <***>)

к Министерству строительного комплекса Московской области (ИНН <***>, ОГРН <***>),

третьи лица: ЗАО «Управляющая компания Совхоз имени Ленина +», Министерство финансов Московской области

о взыскании убытков при участии в судебном заседании – согласно протоколу

УСТАНОВИЛ:

ЗАО «Совхоз имени Ленина» обратился в арбитражный суд с иском к Министерству строительного комплекса Московской области о взыскании убытков в размере 800 879,51 руб.

В обоснование иска истец указал, что понес убытки за период с 18 декабря 2015 по 31 декабря 2015, которые составляют расходы на содержание построенного объекта, электроэнергию, отопление.

Ответчик иск не признал. В отзыве указал, что расходы, понесенные истцом за спорный период, относятся к обычным расходам истца, не являются убытками. Расходы истца не подтверждены надлежащими доказательствами.

В деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, участвуют ЗАО «Управляющая компания Совхоз имени Ленина +», Министерство финансов Московской области.

Определением от 20 марта 2017 года в порядке ч. 3 ст. 18 АПК РФ произведена замена судьи Е.А. Неяскиной, дело передано на рассмотрение судье М.А. Мироновой.

Исследовав материалы дела и представленные доказательства, суд приходит к выводу, что заявленные требования не подлежат удовлетворению ввиду следующего.

Как указывает истец, ввиду несвоевременной выдачи Министерством строительного комплекса Московской области разрешения на ввод в эксплуатацию 3- секционного 17-этажного жилого дома и пристроенного административно-офисного здания, истцом, являющимся застройщиком, понесены излишние расходы на его содержание в общем размере 800 879 руб. 51 коп., которые являются для истца убытками.

В качестве подтверждения размера убытков и факта их несения, истец ссылается на имеющиеся в материалах дела доказательства, а именно:

- договор от 17 декабря 2015 № 22 на организацию предоставления жилищно- коммунальных и прочих услуг, заключенный между истцом и ЗАО «Управляющая компания Совхоз имени Ленина +», согласно которому управляющая компания обязалась за плату предоставить жилищно-коммунальные и прочие услуги в многоквартирном доме по адресу: Московская область, Ленинский муниципальный район, п. Совхоз имени Ленина, д. 22, а истец принять и оплатить оказанные услуги. В соответствии с актом от 31.01.2016 № 2 управляющей компанией оказаны услуги на общую сумму 457 075,89 руб. Оплата услуг произведена посредством зачета взаимных требований, в подтверждение чего представлен акт от 31.01.2016 № 1;

- договор энергоснабжения от 31.07.2009 № 30001913, заключенный между истцом и ОАО «Мосэнергосбыт», предметом которого является поставка электрической энергии. Стоимость электроэнергии по расчетам истца составила 30 964 руб., оплата произведена платежным поручением от 19.01.2016 № 133;

- протоколы учета тепловой энергии и теплоносителя за декабрь 2015 года, акт показаний прибора учета, согласно которым сумма расходов на тепловую энергию составила 312 839,62 руб.

В подтверждение вины ответчика, истец со ссылкой на статью 69 Арбитражного процессуального кодекса указывает, что решением Арбитражного суда Московской области от 18 февраля 2016 года по делу № А41-106224/2015 признано незаконным бездействие Министерства строительного комплекса Московской области, выразившееся в невыдаче в установленный срок разрешения на ввод в эксплуатацию объекта либо отказа в его выдаче.

Вместе с тем, суд не усматривает доказательств всех компонентов, наличие которых является неотъемлемым условием для удовлетворения требований истца о взыскании убытков.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков. При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В силу статьи 1064 Гражданского кодекса вред, причиненный личности или имуществу гражданина, а также вред, причиненный имуществу юридического лица, подлежит возмещению в полном объеме лицом, причинившим вред. Законом обязанность возмещения вреда может быть возложена на лицо, не являющееся причинителем вреда. Лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

В предмет доказывания требования о взыскании убытков входит наличие в совокупности четырех необходимых элементов: 1) факта нарушения права истца; 2) вины ответчика в нарушении права истца; 3) факта причинения убытков и их размера; 4) причинно-следственной связи между фактом нарушения права и причиненными убытками.

При этом, причинно-следственная связь между фактом нарушения права и убытками в виде реального ущерба должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия. Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Согласно статье 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основания своих требований и возражений.

В соответствии с частью 1 статьи 71 АПК РФ арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Согласно пункту 3 Информационного письма Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 31.05.2011 № 145 «Обзор практики рассмотрения арбитражными судами дел о возмещении вреда, причиненного государственными органами, органами местного самоуправления, а также их должностными лицами» при рассмотрении дела о возмещении вреда, причиненного вследствие издания правового акта, решения или действия (бездействия) государственного или муниципального органа (должностного лица), незаконность такого акта, решения или действия (бездействия), установленная судом в порядке, предусмотренном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не подлежит переоценке в силу обязательности данного судебного акта (статья 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

В силу статьи 1069 Гражданского кодекса Российской Федерации подлежит возмещению вред, причиненный действиями (бездействием) государственных или муниципальных органов (должностных лиц), которые являются незаконными. Установление незаконности соответствующих действий (бездействия) органа (должностного лица) возможно в специальном процессуальном порядке, предусмотренном главой 24 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

При этом судебный акт, которым установлено наличие в действиях (бездействии) такого органа (должностного лица) нарушений норм публичного права, в силу статьи 16 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обязателен для суда, рассматривающего гражданско-правовой спор о возмещении вреда, причиненного такими действиями (бездействием).

Возможность иной оценки действий (бездействия) государственного или муниципального органа в деле о возмещении вреда привела бы, в нарушение процессуального законодательства, к фактическому пересмотру судебного акта, вынесенного по делу, возникшему из административных или иных публичных правоотношений.

Кроме того, в силу части 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации обстоятельства, установленные вступившим в законную силу судебным актом арбитражного суда по ранее рассмотренному делу, не доказываются вновь при рассмотрении арбитражным судом другого дела, в котором участвуют те же лица.

Часть 2 статьи 69 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации связывает преюдициальное значение не с наличием вступивших в законную силу судебных актов, разрешающих дело по существу, а с обстоятельствами (фактами), установленными данными актами, имеющими значение для другого дела, в котором участвуют те же лица.

Соответственно, преюдиция - это установление судом конкретных фактов, которые закрепляются в мотивировочной части судебного акта и не подлежат повторному судебному установлению при последующем разбирательстве иного спора между теми же лицами. При этом, преюдициальность предусматривает не только отсутствие необходимости повторно доказывать установленные в судебном акте факты, но и запрет на их опровержение.

Согласно указанному выше решению Арбитражного суда Московской области по делу № А41-106224/2015, судом было установлено, что заявление о выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию было подано истцом в Министерство строительного комплекса Московской области 07 декабря 2015 года, а срок для ответа истек 17 декабря 2015 года. Учитывая изложенное судом был установлен факт нарушения Министерством права истца на своевременное получение разрешения на ввод объекта в эксплуатацию либо мотивированного отказа в его выдачи.

С учетом изложенных обстоятельств и принимая во внимание положение названных выше норм права, указанные обстоятельства считаются установленными и не подлежат повторному доказыванию.

Таким образом, суд приходит к выводу о доказанности истцом факта нарушения его прав и вины ответчика в данном нарушении.

Вместе с тем, суд находит недоказанным истцом факта причинения убытков и их размера, а также причинно-следственной связи между нарушением права и причиненными убытками.

Так, в качестве одного из доказательств, истцом представлен договор от 17.12.2015 № 22 на организацию предоставления жилищно-коммунальных и прочих услуг.

Согласно пункту 1.1 договора ЗАО «Управляющая компания Совхоз имени Ленина+» (управляющая компания) по поручению застройщика (истца по настоящему делу) обязалась за плату организовать предоставление жилищно-коммунальных и прочих услуги в многоквартирном доме по адресу: Московская область, Ленинский муниципальный район, п. Совхоз имени Ленина, д. 22, а истец принять и оплатить оказанные услуги.

Согласно пункту 5.3 договора оплата услуг управляющей компании производится до 20 числа месяца, следующего за расчетным.

Между сторонами подписан акт от 31.01.2016, согласно которому стоимость услуг составила 457 075,89 руб.

Согласно решению суда по делу № А41-106224/2015 срок для выдачи разрешения на ввод в эксплуатацию истек 17.12.2015. Таким образом, датой начала нарушения прав истца является 18.12.2015. Разрешение на ввод объекта в эксплуатацию датировано 31.12.2015.

При этом договором от 17.12.2015 № 22 установлена обязанность по оплате услуг управляющей компании с 16.12.2015, несмотря при этом на то обстоятельство что дата заключения договора 17.12.2015.

Действительно, согласно положениям пункта 2 статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации стороны вправе установить, что условия заключенного ими договора применяются к их отношениям, возникшим до заключения договора.

Однако из представленных доказательств усматривается, что стоимость услуг управляющей компании за 16.12.2015 и 17.12.2015 вменяется истцом ответчику в качестве убытков.

Более того, как следует из материалов дела, стоимость расходов за спорный период с 18.12.2015 по 31.12.2015 истцом определена на основании акта от 31.01.2016 № 2. Между тем, в акте отсутствует указание на период, в котором осуществлялось оказание услуг, что во взаимосвязи с пунктом 5.3. договора дает основания полагать о включении в расходы стоимости услуг, оказанных также и в январе.

Кроме того, названный акт от 31.01.2016 содержит перечень оказанных услуг, в том числе: содержание и ремонт общего имущества в многоквартирном доме; видеонаблюдение; охрана; домофоны.

При этом истцом в материалы дела представлена копия приложения № 1 к договору № 22 «Состав, характеристики и состояние общего имущества многоквартирного дома по состоянию на 20.12.2015», в котором сторонами поименовано общее имущество и оборудование, имеющееся в жилом доме.

В указанном перечне отсутствует такое оборудование как видеонаблюдение и домофоны. Следует также отметить, что согласно графе «характеристики», в указанном приложении имущество, требующее текущего ремонта, в жилом доме отсутствует, однако стоимость работ по ремонту имущества и оборудования жилого дома включена в акт от 31.01.2016.

Иные договоры, заключенные между управляющей компанией и третьими лицами, и представленные истцом в качестве подтверждения факта оказания услуг управляющей организацией, а также их стоимости, судом оценены критически, поскольку они заключены (в том числе дополнительные соглашения к ним) до подписания между истцом и управляющей компанией приложения № 1 к договору № 22 в котором перечень имущества определен по состоянию на 20.12.2015.

Более того, оценив с учетом положений главы 26 Гражданского кодекса Российской Федерации акт зачета взаимных требований от 31.01.2016 № 1, суд пришел к выводу о том, что без представления истцом в материалы дела первичных бухгалтерских документов, подтверждающих осуществление зачета взаимных требований, сам по себе данный акт (с учетом обстоятельств настоящего дела) не подтверждает фактического несения расходов, предъявляемых ко взысканию.

В подтверждение расходов на оплату электроэнергии истец ссылается на договор энергоснабжения от 31.07.2009 № 30001913 (в редакции дополнительного соглашения от 01.12.2013), заключенный с ОАО «Мосэнергосбыт», а также платежное поручение от 19.01.2016 № 133.

Оценив по правилам статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации данные доказательств, судом не установлена относимость данных доказательств к предмету рассматриваемого спора, поскольку договор энергоснабжения и дополнительное соглашение к нему заключены до спорного периода (с 18.12.2015 по 31.12.2015). При этом как из договора, так и дополнительного соглашения не представляется возможным установить относимость к нему вновь возведенного жилого дома, а также приборов учета, указанных в счете энергоснабжающей организации. Более того, платежное поручение свидетельствует об оплате стоимости электроэнергии в сумме 1 061 208,01 руб., и как указывает истец осуществлена не только за спорный жилой дом, а ко взысканию предъявлена сумма в размере 30 964 руб. По указанным основаниям суд также приходит к выводу о недоказанности истцом факта несения расходов в размере 30 964 руб.

Протоколы учета тепловой энергии, акт показаний приборов учета тепловой энергии и теплоносителей от 31.12.2015, а также акт ввода в эксплуатацию узлов учета тепловой энергии, ГВС и ХВС от 31.12.2015 не содержат указание на адрес объекта и его наименование, в связи с чем не представляется возможным соотнести данные доказательства со спорным объектом недвижимости.

Согласно части 1 статьи 153 Жилищного кодекса Российской Федерации граждане и организации обязаны своевременно и полностью вносить плату за жилое помещение и коммунальные услуги.

Перечень лиц, в обязанности которых входит своевременное внесение платы за жилое помещение, предусмотрен частью 2 статьи 153 Жилищного кодекса Российской Федерации.

Так, обязанность по внесению платы за жилое помещение и коммунальные услуги возникает, по мимо прочего, у собственника помещения с момента возникновения права собственности на такое помещение с учетом правила, установленного частью 3 статьи 169 настоящего Кодекса; у лица, принявшего от застройщика (лица, обеспечивающего строительство многоквартирного дома) после выдачи ему разрешения на ввод многоквартирного дома в эксплуатацию помещения в данном доме по передаточному акту или иному документу о передаче, с момента такой передачи; застройщика (лица, обеспечивающего строительство многоквартирного дома) в отношении помещений в

данном доме, не переданных иным лицам по передаточному акту или иному документу о передаче, с момента выдачи ему разрешения на ввод многоквартирного дома в эксплуатацию (пункты 5 – 7 части 2 статьи 153 Жилищного кодекса Российской Федерации).

Частью 14 статьи 161 Жилищного кодекса Российской Федерации предусмотрено, что до заключения договора управления многоквартирным домом между лицом, указанным в пункте 6 части 2 статьи 153 настоящего Кодекса, и управляющей организацией, отобранной по результатам открытого конкурса, управление многоквартирным домом осуществляется управляющей организацией, с которой застройщиком должен быть заключен договор управления многоквартирным домом не позднее чем через пять дней со дня получения разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома.

Согласно пункту 1 статьи 4 Федерального закона «Об участии в долевом строительстве многоквартирных домов и иных объектов недвижимости и о внесении изменений в некоторые законодательные акты Российской Федерации» от 30.12.2004 № 214-ФЗ (далее – Федеральный закон № 214-ФЗ) по договору участия в долевом строительстве (далее также - договор) одна сторона (застройщик) обязуется в предусмотренный договором срок своими силами и (или) с привлечением других лиц построить (создать) многоквартирный дом и (или) иной объект недвижимости и после получения разрешения на ввод в эксплуатацию этих объектов передать соответствующий объект долевого строительства участнику долевого строительства, а другая сторона (участник долевого строительства) обязуется уплатить обусловленную договором цену и принять объект долевого строительства при наличии разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

Статьей 8 Федерального закона № 214-ФЗ предусмотрено, что передача объекта долевого строительства застройщиком и принятие его участником долевого строительства осуществляются по подписываемым сторонами передаточному акту или иному документу о передаче. Передача объекта долевого строительства осуществляется не ранее чем после получения в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости.

После получения застройщиком в установленном порядке разрешения на ввод в эксплуатацию многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости застройщик обязан передать объект долевого строительства не позднее предусмотренного договором срока.

Застройщик не менее чем за месяц до наступления установленного договором срока передачи объекта долевого строительства или в случае, если договором предусмотрен срок начала передачи и принятия объекта долевого строительства, не менее чем за четырнадцать рабочих дней до наступления срока начала передачи и принятия обязан направить участнику долевого строительства сообщение о завершении строительства (создания) многоквартирного дома и (или) иного объекта недвижимости в соответствии с договором и о готовности объекта долевого строительства к передаче, а также предупредить участника долевого строительства о необходимости принятия объекта долевого строительства и о последствиях бездействия участника долевого строительства, предусмотренных частью 6 настоящей статьи.

Обязательства застройщика считаются исполненными с момента подписания сторонами передаточного акта или иного документа о передаче объекта долевого строительства (статья 12 Федерального закона № 214-ФЗ).

Таким образом, с учетом положений статей 153, 161, 169 Жилищного кодекса Российской Федерации, статей 4, 8, 12 Федерального закона № 214-ФЗ участник долевого строительства фактически владеет и пользуется построенным объектом недвижимости с момента его передачи по подписываемому сторонами передаточному акту, а до этого

момента данным объектом владеет и пользуется застройщик, который и должен нести бремя содержания данного имущества в силу указанных выше норм права.

Согласно статье 2 Гражданского кодекса Российской Федерации предпринимательской признается самостоятельная, направленная на систематическое получение прибыли деятельность, осуществляемая на свой страх и риск.

То есть получение прибыли является целью предпринимательской деятельности, но при ее осуществлении возможны негативные последствия, в том числе, такие как отрицательный результат хозяйственной деятельности в виде получения убытков.

В связи с чем, истец несет самостоятельные риски предпринимательской деятельности, а также должен прогнозировать последствия, в том числе негативные, связанные с ее осуществлением.

Получение разрешения на ввод объекта в эксплуатацию не является событием, которое должно неизбежно наступить. Более того, частью 6 статьи 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации предусмотрены основания для отказа в выдаче разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Вместе с этим заключенные истцом договоры участия в долевом строительстве предусматривают срок передачи объектов долевого строительства соответствующим участникам, который в соответствии с пунктом 2.5 договоров не должен превышать 4 месяца.

Таким образом, принимая во внимание положения названных норм права, истец не мог не знать, что до передачи объекта участникам долевого строительства, а также иным лицам, предусмотренным ст. 153 ЖК РФ, на истце будет лежать бремя несения расходов по содержанию возведенного жилого дома, а также то, что в выдачи разрешения на ввод объекта в эксплуатацию может быть отказано по основаниям, предусмотренным частью 6 стать 55 Градостроительного кодекса Российской Федерации.

При этом истец должен был осознавать, что сама передача объекта участникам долевого строительства займет определенное время с учетом обязательного заблаговременного письменного уведомления таких участников (ст. 8 ФЗ № 214) и их количества.

Истец утверждает, что в случае своевременного получения разрешения на ввод объекта в эксплуатацию, то есть не позднее 17.12.2015, последний не понес бы расходов, связанных содержанием жилого дома.

Вместе с этим, истцом не представлено доказательств того, что в случае получения им разрешения на ввод в эксплуатацию своевременно, истец был готов осуществить передачу объектов долевого строительства 18.12.2015 вследствие чего, у него не возникло бы убытков, вызванных содержанием жилого дома.

Действительно, со стороны уполномоченного органа имелась просрочка выдачи разрешения на ввод объекта в эксплуатацию. Вместе с тем, данная просрочка составила 14 календарных дней (с 18.12.2015 по 31.12.2015). Указанный период, по мнению суда, с учетом обстоятельств настоящего дела укладывается в рамки предпринимательского риска, который должен был предвидеть истец.

С учетом изложенного, суд приходит к выводу о том, что удовлетворение иска приведет не к не возмещению понесенных истцом по вине ответчика убытков, а к сокращению расходов, связанных с предпринимательской деятельностью истца.

Исходя из бремени доказывания, истец должен был доказать причинно- следственную связь между действиями ответчика и возникшими убытками, которая должна обладать следующими характеристиками: 1) причина предшествует следствию, 2) причина является необходимым и достаточным основанием наступления следствия. Отсутствие хотя бы одного из вышеназванных условий состава правонарушения влечет за собой отказ суда в удовлетворении требования о взыскании убытков.

Однако истец доказательств таких не представил, в виду чего исковые требования удовлетворению не подлежат.

На основании изложенного, исковые требования удовлетворению не подлежат.

Руководствуясь статьями 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

В иске отказать.

Решение может быть обжаловано в Десятый арбитражный апелляционный суд через Арбитражный суд Московской области в течение месяца.

Судья М.А. Миронова