Постановление от 21 июля 2021 г. по делу № А12-17762/2020



АРБИТРАЖНЫЙ СУД

ПОВОЛЖСКОГО ОКРУГА

420066, Республика Татарстан, г. Казань, ул. Красносельская, д. 20, тел. (843) 291-04-15

http://faspo.arbitr.ru e-mail: info@faspo.arbitr.ru




ПОСТАНОВЛЕНИЕ

арбитражного суда кассационной инстанции

Ф06-6097/2021

Дело № А12-17762/2020
г. Казань
21 июля 2021 года
Резолютивная часть постановления объявлена 15 июля 2021 года.

Полный текст постановления изготовлен 21 июля 2021 года.

Арбитражный суд Поволжского округа в составе:

председательствующего судьи Махмутовой Г.Н.,

судей Бубновой Е.Н., Филимонова С.А.,

при участии представителей:

ответчика – Скачко Н.И., приказ, паспорт, Фирсовой М.П., доверенность от 05.07.2021,

в отсутствие иных лиц, участвующих в деле, извещенных надлежащим образом,

рассмотрев в открытом судебном заседании кассационную жалобу Федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации в лице филиала Волгоградского центра научно-технической информации

на решение Арбитражного суда Волгоградской области от 01.02.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2021

по делу № А12-17762/2020

по иску Федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации в лице филиала Волгоградского центра научно-технической информации, г. Волгоград (ОГРН 1027739187607, ИНН 7709018297) к обществу с ограниченной ответственностью «Нефть-Газ-Сервис», г. Волгоград (ОГРН 1053444079512, ИНН 3444124959), третье лицо, не заявляющее самостоятельных требований относительно предмета спора: Мельников Андрей Владимирович, г. Волгоград, о взыскании задолженности за проведение работ по техническому освидетельствованию и обследованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива, судебных расходов,

УСТАНОВИЛ:

Федеральное государственное бюджетное учреждение «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации в лице филиала Волгоградского центра научно-технической информации (далее – ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ, истец) обратилось в Арбитражный суд Волгоградской области с иском к обществу с ограниченной ответственностью «Нефть-Газ-Сервис» (далее – ООО «НГС», ответчик) о взыскании 1 518 303 руб. 60 коп. неосновательного обогащения, процентов за пользование чужими денежными средствами, предусмотренных статьей 395 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ), по день уплаты суммы неосновательного обогащения.

Решением Арбитражного суда Волгоградской области от 01.02.2021, оставленным без изменения постановлением Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2021, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с принятыми судебными актами, ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ обратилось в Арбитражный суд Поволжского округа с кассационной жалобой, в которой просит их отменить, исковые требования удовлетворить, ссылаясь на то, что судебные решения по делу № А12-40244/2019 имеют преюдициальное значение для разрешения настоящего спора.

Кроме того, выводы, содержащиеся в приговоре Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда в отношении Мельникова А.В., свидетельствуют о незаконности заключенных спорных договоров и наличии сговора между Мельниковым А.В. и Скачко Н.И., являющейся директором ООО «НГС».

Считает неправомерным выводы судов о пропуске истцом срока исковой давности и отказ в его восстановлении.

Проверив законность обжалуемых судебных актов в соответствии со статьей 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), изучив материалы дела, обсудив доводы кассационной жалобы, заслушав явившихся представителей в судебном заседании, судебная коллегия считает жалобу не подлежащей удовлетворению по следующим основаниям.

Как установлено судами первой и апелляционной инстанций и подтверждается материалами дела, между ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ (заказчик) и ООО «НГС» (исполнитель) заключены договоры от 07.12.2015 № 104, от 19.01.2016 № 1 и от 09.01.2017 № 1 на проверку газоиспользующего оборудования предприятий Волгоградской и Астраханской областей.

За исполнение ООО «НГС» обязательств по данным договорам истец перечислил на расчетный счет ответчика сумму в общем размере 1 518 303 руб. 60 коп.:

- по договору от 07.12.2015 № 104 сумму 139 404 руб. 13 коп. (платежное поручение от 27.07.2016 № 534253);

- по договору от 19.01.2016 № 1 сумму 723 813 руб. 65 коп. (платежное поручение от 08.09.2016 № 114590 на сумму 298 508 руб. 35 коп., платежное поручение от 28.09.2016 № 289574 на сумму 278 602 руб. 80 коп., платежное поручение от 26.10.2016 № 620358 на сумму 146 702 руб. 50 коп.);

- по договору от 09.01.2017 № 1 сумму 655 085 руб. 82 коп. (платежное поручение от 30.03.2017 № 380602 на сумму 68 383 руб., платежное поручение от 24.07.2017 № 733489 на сумму 184 902 руб. 82 коп., платежное поручение от 14.09.2017 № 404279 на сумму 182 532 руб., платежное поручение от 05.12.2017 № 406186 на сумму 219 268 руб.).

Данные денежные средства заявлены истцом к взысканию с ответчика в качестве неосновательного обогащения, в обоснование чего истец сослался на установленные приговором Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 16.10.2020 по уголовному делу № 1- 470/2020 обстоятельства.

Указанный приговор вынесен в отношении Мельникова Андрея Владимировича – директора филиала Волгоградского ЦНТИ ФГБУ «РЭА» Минэнерго России.

Приговором суда установлено, что в соответствии с Уставом ФГБУ «РЭА», утвержденным приказом Минэнерго России от 01.04.2011 № 110, учредителем Учреждения является Российская Федерация.

Функции и полномочия учредителя ФГБУ осуществляет Минэнерго России на основании распоряжения Правительства Российской Федерации от 10.12.2008 № 1855-р (пункт 1.3).

Учреждение является некоммерческой организацией и осуществляет свою деятельность в соответствии с законодательством Российской Федерации.

ФГБУ может осуществлять приносящую доход деятельность, предусмотренную пунктом 2.3 Устава.

Доходы, полученные от такой деятельности, и приобретенное за счет этих доходов имущество поступают в самостоятельное распоряжение Учреждения (пункт 2.5).

Обособленные подразделения ФГБУ «РЭА» (филиалы и представительства) действуют на основании положений, утвержденных генеральным директором Учреждения (пункт 6.1).

В соответствии с изменениями в Устав Учреждения, утвержденными приказами Минэнерго России от 29.10.2014 № 793, от 22.04.2015 № 241 и от 28.10.2015 № 799, ФГБУ «РЭА» и его филиалы вправе участвовать в мероприятиях, относящихся к полномочиям Минэнерго России, в том числе в мероприятиях по оценке готовности организаций, осуществляющих деятельность в области ТЭК и ЖКХ, к работе в осенне-зимний период, включая проверку технического состояния подготовки резервных топливных хозяйств, наличия резервного топлива и возможности его использования.

Согласно пункту 5 постановления Правительства Российской Федерации от 17.05.2002 № 317 «Об утверждении правил пользования газом и предоставления услуг по газоснабжению в Российской Федерации» (далее – Правила № 317) надзор за рациональным и эффективным использованием газа осуществляется Минэнерго России, в лице уполномоченных им подразделений.

Проверка показателей эффективности использования газа осуществляется при энергетическом обследовании организации.

По итогам обследований уполномоченным подразделением Минэнерго России составляется акт (пункты 28 и 32 Правил № 317).

Порядок обеспечения потребителей газом в период похолоданий и в случае аварийных ситуаций на газотранспортных системах утвержден приказом Минэнерго России от 16.12.2002 № 448 «Об утверждении нормативных актов, необходимых для реализации Правил пользования газом и представления услуг по газоснабжению в Российской Федерации».

В соответствии с указанным приказом представителем уполномоченного подразделения Минэнерго России и руководителем организации-потребителя газа подписываются брони газопотребления, в которых указывается минимальный объем потребления газа, необходимый для безаварийной, при условии максимального использования резервных видов топлива, работы технологического оборудования покупателей, поставки газа которым в соответствии с законами и иными нормативно-правовым актами Российской Федерации не могут быть прекращены или уменьшены ниже определенного предела (пункты 6 и 7).

На основании постановлений Правительства Российской Федерации от 14.07.1997 № 950 и от 27.05.2006 № 324, а также в соответствии с приказом Генерального директора ФГБУ «РЭА» от 04.07.2007 № 32 создан Волгоградский ЦНТИ).

В соответствии с Положением о Волгоградском ЦНТИ, утвержденным приказом генерального директора ФГБУ «РЭА» от 01.09.2011 № 69 (далее – Положение), Волгоградский филиал является обособленным структурным подразделением Учреждения (пункт 1.4).

Волгоградский филиал не является юридическим лицом и действует в соответствии с законодательством Российской Федерации на основании Устава Учреждения и Положения о филиале (пункт 1.5).

В соответствии с пунктом 2.1 Положения Волгоградский ЦНТИ представляет интересы Учреждения и Минэнерго России в своем регионе, а также осуществляет все функции Учреждения, изложенные в его Уставе.

В соответствии с пунктом 4.2 Положения филиал обязан при размещении заказов на поставку товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд бюджетного учреждения строго руководствоваться ГК РФ, Федеральными законами, иными нормативно-правовыми актами Правительства Российской Федерации и локальными правовыми актами ФГБУ «РЭА» (в том числе, регламентирующими порядок закупок: Федеральным законом от 17.07.2011 № 223-ФЗ «О закупках товаров, работ, услуг отдельными видами юридических лиц» (далее – Закон № 223?ФЗ); Положением о закупке товаров, работ, услуг для нужд ФГБУ «РЭА» Минэнерго России, утвержденным приказом Минэнерго России от 14.02.2014 № 74, а также Регламентом размещения закупок на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд обособленных подразделений Учреждения, утвержденным приказом ФГБУ «РЭА» Минэнерго России от 31.01.2014 № 12).

Размещение заказов филиалом возможно исключительно по согласованию с Учреждением (ФГБУ «РЭА»).

Приговором суда также установлено, что Мельников А.В. в период с 07.12.2015 по 09.01.2017 в нарушение требований Закона № 223-ФЗ; Положения о закупках товаров, работ и услуг для нужд ФГБУ «РЭА»,; Регламента размещения закупок на поставки товаров, выполнение работ, оказание услуг для нужд обособленных подразделений ФГБУ «РЭА» Минэнерго России,; пунктов 4.2, 5.1, 5.2, 5.3, 5.5 Положения о Волгоградском ЦНТИ, а также пунктов 1.2, 2.3 и 2.5 своего трудового договора от 31.03.2008 № 21/08-М, а именно, без обязательного выполнения необходимых закупочных процедур и их согласования с ФГБУ «РЭА» от имени Волгоградского ЦНТИ заключил с ООО «НГС» заведомо экономически нецелесообразные для возглавляемого им подразделения договоры от 07.12.2015 № 104, от 19.01.2016 № 1 и от 09.01.2017 № 1 на выполнение работ по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также расчету броней топливно-энергетических ресурсов, тем самым передал исполнение договоров сторонней организации, не имевшей согласно постановлению Правительства Российской Федерации от 17.05.2002 № 317 и приказу Минэнерго России от 16.12.2002 № 448 правовых оснований на осуществление данных работ.

В свою очередь, Волгоградский филиал, являясь уполномоченным подразделением Минэнерго России, в период с 01.01.2016 по 31.12.2017 заключил с хозяйствующими субъектами в 2016 году и в 2017 году договоры на проведение работ по техническому освидетельствованию и обследованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива, проверке готовности резервных топливных хозяйств к работе, а также оформлению и согласованию броней газопотребления по утвержденным им прейскурантам.

Однако связанный необходимостью исполнения заключенных Мельниковым А.В., превысившим свои должностные полномочия, договорами, Филиал был вынужден 70% дохода перечислять ООО «НГС», так как фактически их выполняла директор указанного общества Скачко Н.И., с 28.12.2015 приказом № 49-к директора Волгоградского ЦНТИ Мельникова А.В. трудоустроенная в Филиал на должность главного специалиста.

По результатам выполненных Скачко Н.И. от имени ООО «НГС» в соответствии с указанными договорами работ для Волгоградского филиала по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также по расчету топливно-энергетических ресурсов, Мельников А.В. в период с 07.12.2015 по 25.09.2017 подписал изготовленные Скачко Н.И. акты приема-сдачи работ: от 25.07.2016 на сумму 139 404,13 руб.; от 01.09.2016 на сумму 298 508 руб. 35 коп.; от 12.09.2016 на сумму 278 602 руб. 80 коп.; от 05.10.2016 на сумму 146 702 руб. 50 коп.; от 31.12.2016 на сумму 69 393 руб.; от 18.07.2017 на сумму 184 902 руб. 82 коп.; от 05.09.2017 на сумму 182 532 руб.; от 25.09.2017 на сумму 219 268 руб.

При этом Мельников А.В. осознавал, что фактически указанные работы в соответствии с заключенными с хозяйствующими субъектами договорами должен был выполнять Волгоградский филиал в соответствии с постановлением Правительства Российской Федерации от 17.05.2002 № 317 и приказом Минэнерго России от 16.12.2002 № 448, а также то, что передача обязательств по их исполнению ООО «НГС» экономически нецелесообразна, заведомо невыгодна для возглавляемого им подразделения ввиду наличия у филиала собственных специалистов, требуемых для их выполнения.

В соответствии с указанными актами в период с 27.07.2016 по 05.12.2017 Волгоградским ЦНТИ перечислены денежные средства на общую сумму 1 518 303 руб. 60 коп. в качестве оплаты за выполненные работы по техническому освидетельствованию возможности работы газоиспользующего оборудования на резервном виде топлива и состояния резервного топливного хозяйства, а также по расчету брони газопотребления.

В силу части 4 статьи 69 АПК РФ вступившие в законную силу приговор суда по уголовному делу, иные постановления суда по этому делу обязательны для арбитражного суда по вопросам о том, имели ли место определенные действия и совершены ли они определенным лицом.

В качестве правового основания для взыскания с ООО «НГС» уплаченных денежных средстве в размере 1 518 303 руб. 60 коп. в виде неосновательного обогащения ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в лице Волгоградского ЦНТИ ссылалось на то, что спорные договоры заключены без соблюдения публичной процедуры выбора исполнителя, а следовательно, с нарушением требований Закона № 223-ФЗ, Положения о закупке товаров, работ, услуг для нужд федерального государственного бюджетного учреждения «РЭА» Минэнерго России, и являются ничтожными (статьи 166, 168 ГК РФ), не порождающими у исполнителя право на получение оплаты соответствующего предоставления.

Истцом также произведено начисление процентов за пользование чужими денежными средствами по состоянию на 18.01.2021 размере 425 171 руб. 91 коп., а также с 19.01.2021 по день фактической уплаты неосновательного обогащения.

Отказывая в удовлетворении исковых требований, суды правомерно исходили из следующего.

Согласно статье 1102 ГК РФ лицо, которое без установленных законом, иными правовыми актами или сделкой оснований приобрело или сберегло имущество (приобретатель) за счет другого лица (потерпевшего), обязано возвратить последнему неосновательно приобретенное или сбереженное имущество (неосновательное обогащение), за исключением случаев, предусмотренных статьей 1109 данного Кодекса.

В силу пункта 2 статьи 1105 ГК РФ лицо, неосновательно временно пользовавшееся чужим имуществом без намерения его приобрести либо чужими услугами, должно возместить потерпевшему то, что оно сберегло вследствие такого использования, по цене, существовавшей во время, когда закончилось пользование, и в том месте, где оно происходило.

Таким образом, для возникновения обязательств из неосновательного обогащения необходимы приобретение или сбережение имущества за счет другого лица, отсутствие правового основания такого сбережения или приобретения, отсутствие обстоятельств, предусмотренных статьей 1109 ГК РФ.

Основания возникновения неосновательного обогащения могут быть различными: требование о возврате ранее исполненного при расторжении договора, требование о возврате ошибочно исполненного по договору, требование о возврате предоставленного при незаключенности договора, требование о возврате ошибочно перечисленных денежных средств при отсутствии каких-либо отношений между сторонами и т.п.

Иск о взыскании суммы неосновательного обогащения подлежит удовлетворению, если будут доказаны факт получения (сбережения) имущества ответчиком, отсутствие для этого должного основания, а также то, что неосновательное обогащение произошло за счет истца.

Недоказанность хотя бы одного из названных условий влечет за собой отказ в удовлетворении исковых требований.

Ответчик, возражая против удовлетворения исковых требований, настаивал на фактическом оказании ООО «НГС» услуг по договорам и, как следствие, на отсутствие на стороне общества неосновательного обогащения. Также ответчиком заявлено о применении срока исковой давности.

В подтверждение своей позиции ответчик указывал, что договор от 07.12.2015 № 104 между сторонами фактически не исполнялся. Полученная со ссылкой на него оплата являлась оплатой по договору от 19.01.2016 № 1, так как в платежном поручении от 27.07.2016 № 534253 на сумму 139 404 руб. 13 коп. имеется ссылка на счет от 25.07.2016 № 12, из которого следует, что оплаченные услуги по платежному поручению от 27.07.2016 № 534253 были исполнены в рамках договора от 19.01.2016 № 1.

Аналогичная ситуация сложилась и в отношении платежных поручений от 08.09.2016 № 114590 на сумму 298 508 руб. 35 коп., от 28.09.2016 № 289574 на сумму 278 602 руб. 80 коп., от 26.10.2016 № 620358 на сумму 146 702 руб. 50 коп. Также в счет оплаты по договору от 19.01.2016 № 1 поступил и платеж в сумме 68 383 руб. по платежному поручению от 30.03.2017 № 380602.

В соответствии со статьей 779 ГК РФ по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

В силу статьи 781 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг

Согласно статье 783 ГК РФ общие положения о подряде (статьи 702-729) и положения о бытовом подряде (статьи 730-739) применяются к договору возмездного оказания услуг, если это не противоречит статьям 779 - 782 настоящего Кодекса, а также особенностям предмета договора возмездного оказания услуг.

В материалы дела представлены акты приемки оказанных услуг, которые подписаны истцом без замечаний к качеству оказанных услуг.

Вопреки доводам истца, из приговора Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 16.10.2020 по уголовному делу № 1-470/2020 следует, что работы выполнялись Скачко Н.И. от имени ООО «НГС», которая в период их выполнения не являлась сотрудником Волгоградского ЦНТИ.

При этом ответчиком в материалы дела представлены договоры на техническое освидетельствование возможности работы газоиспользующего оборудования, которые заключались ООО «НГС» непосредственно с хозяйствующими субъектами до 2016 года, что свидетельствует о том, что ранее аналогичные виды услуг (работ) на территории области оказывало именно ООО «НГС».

Относительно спорных работ (услуг) ответчиком в материалы дела представлены доказательства фактического их исполнения (приказы о направлении сотрудников ООО «НГС» в служебные командировки, служебные задания, авансовые отчеты, чеки по оплате гостиниц и т.д.).

Факт реального оказания услуг ответчиком, истцом не оспаривался.

Спор по настоящему делу возник в связи с оказанием услуг по договорам, заключенным с нарушением публичной процедуры выбора исполнителя, предусмотренной Законом № 223-ФЗ и Положением о закупке товаров, работ и услуг для нужд федерального государственного бюджетного учреждения «Российское энергетическое агентство» Министерства энергетики Российской Федерации.

В соответствии с положениями части 1 статьи 1 Закона № 223-ФЗ целями закона являются обеспечение единства экономического пространства, создание условий для своевременного и полного удовлетворения потребностей юридических лиц, указанных в части 2 настоящей статьи, в товарах, работах, услугах, в том числе для целей коммерческого использования, с необходимыми показателями цены, качества и надежности, эффективное использование денежных средств, расширение возможностей участия юридических и физических лиц в закупке товаров, работ, услуг для нужд заказчиков и стимулирование такого участия, развитие добросовестной конкуренции, обеспечение гласности и прозрачности закупки, предотвращение коррупции и других злоупотреблений.

Согласно статье 6 Закона № 223-ФЗ контрактная система в сфере закупок основывается на принципах открытости, прозрачности информации о контрактной системе в сфере закупок, обеспечения конкуренции, профессионализма заказчиков, стимулирования инноваций, единства контрактной системы в сфере закупок, ответственности за результативность обеспечения государственных и муниципальных нужд, эффективности осуществления закупок.

В соответствии с пунктом 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 2 (2020), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 22.07.2020, нарушение заказчиком при заключении договора процедуры, установленной Законом № 223-ФЗ, не может являться основанием для отказа в оплате исполнителю выполненных для заказчика работ.

Цели правового регулирования Закона № 223-ФЗ и Федерального закона от 05.04.2013 № 44-ФЗ «О контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд» (далее – Закон № 44-ФЗ) в силу прямого на то в них указания, нельзя назвать аналогичными, в случае осуществления закупок для государственных или муниципальных нужд основополагающим является эффективное, зачастую экономное расходование бюджетных средств, а при закупках отдельными видами юридических лиц – эффективное удовлетворение потребностей самого заказчика, который самостоятельно устанавливает правила осуществления им закупок, утверждая соответствующее положение о закупках, определяя виды конкурентных процедур, критерии отбора (часть 1 статьи 1 Закона № 44-ФЗ, часть 1 статьи 1 Закона № 223-ФЗ).

Как было указано Верховным Судом Российской Федерации в определении от 11.07.2018 № 305-ЭС17-7240, часть 1 статьи 2 Закона № 223-ФЗ, а также регламентируемые нормами ГК РФ организационно-правовые формы и правовой статус лиц, являющихся субъектами отношений закупки, регулируемой Законом № 223-ФЗ, и определенных нормами частей 2, 5 статьи 1 названного закона (государственные корпорации, государственные компании, автономные учреждения, хозяйственные общества, в уставном капитале которых доля участия Российской Федерации, субъекта Российской Федерации, муниципального образования в совокупности превышает 50 процентов, бюджетные учреждения и унитарные предприятия (при соблюдении ряда дополнительных условий), свидетельствуют о воле законодателя на регулирование спорных отношений в целом как гражданско-правовых, то есть, основанных на равенстве, автономии воли и имущественной самостоятельности участников (пункт 1 статьи 2 ГК РФ).

Субъекты, указанные в частях 2, 5 статьи 1, пункта 2 части 1 статьи 3.1 Закона № 223-ФЗ, в силу норм ГК РФ (глава 4), являются субъектами гражданских правоотношений и участниками гражданского оборота.

Создавая такие юридические лица или участвуя в их деятельности, государство реализует невластные полномочия (статьи 124, 125 ГК РФ).

Различные цели действия указанных законов и принципы осуществления закупок определяют особенности регулирования отношений, возникших при применении этих законов, а также правовые последствия несоблюдения субъектами закупок их требований.

В соответствии с пунктом 20 Обзора судебной практики применения законодательства Российской Федерации о контрактной системе в сфере закупок товаров, работ, услуг для обеспечения государственных и муниципальных нужд, утвержденный Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 28.06.2017 (далее – Обзор по Закону № 44-ФЗ), по общему правилу, поставка товаров, выполнение работ или оказание услуг в целях удовлетворения государственных или муниципальных нужд в отсутствие государственного или муниципального контракта не порождает у исполнителя право требовать оплаты соответствующего предоставления.

Такой подход применим как в случае, когда государственный контракт заключен в отсутствие закупочных процедур, так и в случае, когда стороны контракта превысили согласованные объем и/или цену контракта в нарушение требований закона о допустимых изменениях контракта.

Исключение из правила, содержащегося в пункте 20 этого Обзора, составляют отдельные случаи, которые прямо названы в статье 95 Закона № 44-ФЗ, как допускающие изменение контракта, а также отраженные в судебной практике (пункты 21-24 Обзора по Закону № 223- ФЗ).

Между тем, поскольку Закон № 223-ФЗ не содержит норм о явно выраженном законодательном запрете, аналогичном запрету, изложенному в части 2 статьи 8 Закона № 44-ФЗ, исходя из цели указанного закона, принципов закупочной деятельности, гражданско-правового характера этих отношений, при установленных по делу обстоятельствах оснований для вывода о нарушении публичных интересов не заключением сторонами спора договора не имелось.

При осуществлении закупочной деятельности заказчик в соответствии с частью 2 статьи 2 Закона № 223-ФЗ должен наряду с законами, нормативными актами руководствоваться Положением о закупке, то есть документом, который регламентирует закупочную деятельность заказчика и должен содержать требования к закупке, в том числе порядок подготовки и проведения процедур закупки (включая способы закупки) и условия их применения, порядок заключения и исполнения договоров, а также иные связанные с обеспечением закупки положения; соблюдать предусмотренные статьей 4 этого закона иные требования по информационному обеспечению закупки.

Поскольку положения Закона № 223-ФЗ возлагают именно на заказчика вышеперечисленные обязанности по соблюдению закупочной деятельности, суды неправомерно возложили последствия нарушения процедуры заключения договора на исполнителя по договору, лишив его права на получение платы за выполненные работы.

В силу вышеизложенного правовые последствия для подрядчика, выполнившего работы без договора, подлежащего заключению согласно требованиям Закона № 223-ФЗ, не идентичны последствиям выполнения работ с нарушениями правил Закона № 44-ФЗ.

Ссылки заказчика на нарушение норм Закона № 223-ФЗ, допустившего собственные неправомерные действия при заключении договора, не являются при установленных по делу обстоятельствах основанием для отказа в иске подрядчика о взыскании задолженности за выполненные работы.

Утверждение истца о наличии сговора между Мельниковым А.В. и Скачко Н.И., являющейся директором ООО «Нефть-Газ-Сервис», со ссылкой на приговор Краснооктябрьского районного суда г. Волгограда от 16.10.2020, обоснованно отклонено судом апелляционной инстанции, так как из приговора данный вывод не следует, и в нем не делается вывод о незаконности поведения Скачко Н.И.

Ссылки на преюдициальное значение для рассмотрения настоящего спора судебных актов по делу № А12-40244/2019 также обоснованно отклонены.

Судом первой инстанции при рассмотрении настоящего спора было установлено, что предметом рассмотрения арбитражного дела № А12-40244/2019 являются неоплаченные истцом работы по конкретному акту оказанных услуг от 25.12.2017, который предметом исследования по настоящему делу не является, следовательно, предметы по делу № А12-40244/2019 и рассматриваемому делу, не пересекаются.

Соответственно, выводы судов по делу № А12-40244/2019 относительно обстоятельств выполнения работ по акту от 25.12.2017, не имеют преюдициального значения для настоящего спора.

Кроме того, ответчиком было заявлено ходатайство о применении срока исковой давности к рассматриваемому делу.

В соответствии с положениями статьи 195 ГК РФ исковой давностью признается срок для защиты права по иску лица, право которого нарушено.

Согласно статье 196 ГК РФ общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 настоящего Кодекса.

В силу статьи 200 ГК РФ, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Согласно доводам ответчика требования истца вытекают из исполнения договоров, которые истец полагает ничтожными и по своей сути представляют собой применение последствий недействительности таких сделок.

В соответствии со статьей 181 ГК РФ срок исковой давности по требованиям о применении последствий недействительности ничтожной сделки и о признании такой сделки недействительной (пункт 3 статьи 166 ГК РФ) составляет три года. Течение срока исковой давности по указанным требованиям начинается со дня, когда началось исполнение ничтожной сделки.

Как видно из материалов дела, в рамках исполнения договора от 19.01.2016 № 1 первый акт приема-сдачи работ подписан между сторонами 25.07.2016 и охватывал отношения сторон с 19.01.2016, следовательно, срок исковой давности истек 19.01.2019.

Первый акт выполненных работ по договору от 09.01.2017 № 1 подписан сторонами 18.07.2017 и охватывал взаимоотношения между сторонами с 16.01.2017, следовательно, срок для предъявления требований, вытекающих из недействительности сделки, истек 16.01.2020.

Между тем с исковым заявлением по настоящему делу истец обратился в суд 20.07.2020.

Истец относительно данного заявления пояснил, что о нарушенном праве узнал после 26.03.2020, когда старшим следователем СО УФСБ России по Волгоградской области Макаровым М.А. было вынесено постановление о возбуждении уголовного дела № 12007180001000023, и истец 07.04.2020 был признан потерпевшим по уголовному делу.

Таким образом, по мнению истца, срок исковой давности по требованиям, изложенным в настоящем исковом заявлении, следует исчислять с момента признания истца потерпевшим по выше обозначенному уголовному делу, а именно с 07.04.2020.

Отклоняя доводы истца, суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о том, что факты нарушения действующего законодательства филиалом - Волгоградским ЦНТИ при заключении спорных договоров должны были быть выявлены ФГБУ «РЭА» Минэнерго России в результате проведения контрольно-проверочных мероприятий за деятельностью филиала в период их исполнения.

При этом доводы жалобы о то, что истец не мог знать о злоупотреблениях Мельникова А.В. обоснованно отклонены, поскольку согласно Положению о Волгоградском ЦНТИ - филиале ФГБУ «РЭА» Минэнерго России, именно ФГБУ «РЭА» несет полную ответственность за деятельность филиала (пункт 2.7 Положения).

Согласно пункту 4.2 Положения филиал постоянно предоставляет в Учреждение статистическую, налоговую, бухгалтерскую и управленческую отчетность, что является его обязанностью, а не правом.

При этом в силу пункта 5.8 Положения Учреждение осуществляет полный контроль за деятельностью своего филиала.

Также не соответствует закону и утверждение истца о том, что он не мог уложиться в трехгодичный срок для взыскания из-за того, что ему было необходимо соблюсти претензионный порядок, поскольку в соответствии с пунктом 4 статьи 202 ГК РФ, если стороны прибегли к предусмотренной законом процедуре разрешения спора во внесудебном порядке (процедура медиации, посредничество, административная процедура и т.п.), течение срока исковой давности приостанавливается на срок, установленный законом для проведения такой процедуры, а при отсутствии такого срока - на шесть месяцев со дня начала соответствующей процедуры.

Согласно статье 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

С учетом изложенного суд первой инстанции правомерно пришел к выводу о пропуске срока исковой давности обращения в суд с настоящим исковым заявлением.

В связи с отклонением требования о взыскании неосновательного обогащения, отсутствуют основания для начисления на данную сумму процентов за пользование чужими денежными средствами.

Кроме того, как установлено судами, Мельников А.В. 01.10.2020 полностью возместил ущерб, перечислив на лицевой счет ФГБУ «РЭА» Минэнерго России 1 518 500 руб., что подтверждается чек-ордером от 01.10.2020. Повторное взыскание указанной суммы с ответчика в пользу истца приведет к неосновательному обогащению последнего.

Приведенные в кассационной жалобе доводы правильность выводов судов первой и апелляционной инстанций, основанных на нормах права и материалах дела, не опровергают.

При таких обстоятельствах судебная коллегия не усматривает правовых оснований для отмены обжалуемых судебных актов и удовлетворения кассационной жалобы.

На основании изложенного и руководствуясь пунктом 1 части 1 статьи 287, статьями 286, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Поволжского округа

ПОСТАНОВИЛ:

решение Арбитражного суда Волгоградской области от 01.02.2021 и постановление Двенадцатого арбитражного апелляционного суда от 28.04.2021 по делу № А12-17762/2020 оставить без изменения, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в порядке и сроки, установленные статьями 291.1, 291.2 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий судья Г.Н. Махмутова


Судьи Е.Н. Бубнова


С.А. Филимонов