Постановление от 18 июня 2020 г. по делу № А40-185433/2017

ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Москва

18.06.2020Дело № А40-185433/17

Резолютивная часть постановления оглашена 11 июня 2020 года.

Постановление в полном объеме изготовлено 18 июня 2020 года.

Арбитражный суд Московского округа в составе:

в составе: председательствующего-судьи Тарасова Н.Н.,

судей Зеньковой Е.Л., Кручининой Н.А.,

при участии в судебном заседании:

от конкурсного управляющего акционерного общества «Русский международный банк» - ФИО1 по доверенности от 17.07.2018;

от общества с ограниченной ответственностью «ФинРусИнвест» - ФИО2 по доверенности от 17.07.2019, ФИО3 по доверенности от 17.07.2019

от ФИО4 – ФИО3 по доверенности от 03.06.2019, ФИО2 по доверенности от 03.06.2019;

рассмотрев в судебном заседании кассационную жалобу

конкурсного управляющего акционерного общества «Русский международный банк» в лице Государственной корпорации «Агентство по страхованию вкладов»

на определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019,

на постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020

об отказе в признании сделок недействительными

в рамках рассмотрения дела о признании несостоятельным (банкротом) акционерного общества «Русский международный банк»,

УСТАНОВИЛ:

решением Арбитражного суда города Москвы от 07.11.2017 акционерное общество «Русский международный банк» (далее – должник, банк) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство, обязанности конкурсного управляющего должника возложены на Государственную корпорацию «Агентство по страхованию вкладов».

Конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд города Москвы с заявлением о признании недействительными сделок банка.

Определением Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019, оставленным без изменения постановлением Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020, в удовлетворении заявления конкурсного управляющего должника было отказано.

Не согласившись с определением суда первой инстанции и постановлением суда апелляционной инстанции, конкурсный управляющий должника обратился в Арбитражный суд Московского округа с кассационной жалобой, в которой, указывая на неправильное применение судами норм материального и процессуального права и неполное выяснение обстоятельств, имеющих значение для рассмотрения данного дела, просит удовлетворить кассационную жалобу, обжалуемые определение и постановление отменить в части отказа в признании недействительными дополнительного соглашения № 2 от 10.08.2017 к договору поручительства от 08.08.2017 № 25-ПФЛ/17-1, заключенного между банком и ФИО5 (поручителем) и дополнительного соглашения № 2от 10.08.2017 к договору поручительства от 08.08.2017 № 25-ПФЛ/17-2, заключенного между банком и ФИО4 (поручителем), принять новый судебный акт об удовлетворении заявленных требований в указанной части.

В судебном заседании представитель конкурсного управляющего должника доводы кассационной жалобы поддержал, а представители общества с ограниченной ответственностью «ФинРусИнвест» и ФИО4 просили суд обжалуемые судебные акты оставить без изменения, ссылаясь на их законность и обоснованность, кассационную жалобу – без удовлетворения.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещенные о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы, своих представителей в суд кассационной инстанции не направили, что, в силу части 3 статьи 284 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, не препятствует рассмотрению кассационной жалобы в их отсутствие.

В соответствии с абзацем 2 части 1 статьи 121 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (в редакции Федерального закона от 27.07.2010 № 228-ФЗ), информация о времени и месте судебного заседания была опубликована на официальном интернет-сайте http://kad.arbitr.ru.

Изучив материалы дела, выслушав представителей лиц, участвующих в деле, явившихся в судебное заседание, обсудив доводы кассационной жалобы и возражений относительно нее, проверив, в порядке статей 286, 287 и 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, законность обжалованных судебных актов, судебная коллегия суда кассационной инстанции не находит оснований для отмены определения и постановления по доводам кассационной жалобы.

Согласно статье 223 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, статье 32 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), дела о несостоятельности (банкротстве) рассматриваются арбитражным судом по правилам, предусмотренным Арбитражным процессуальным кодексом Российской Федерации, с особенностями, установленными Законом о банкротстве.

В соответствии со статьей 61.1 Закона о банкротстве, сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации (далее - ГК РФ), а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Как следует из материалов дела, и было установлено судом первой инстанции, между банком и обществом с ограниченной ответственностью «ФинРусИнвест» (далее– обществом, заемщиком) был заключен кредитный договор от 08.08.2017 № 25-РКЛ/17, по условиям которого банк обязался предоставить обществу сумму займа, не превышающую 922 000 000 руб. под 14 % годовых на срок до 08.08.2019.

В соответствии с пунктом 1.5.3 кредитного договора, денежные средства в размере 207 000 000 руб. направлялись на приобретение у ФИО6 и ФИО7 недвижимого имущества в виде земельного участка и объекта незавершенного строительства, расположенного по адресу: Москва, Варшавское ш., д. 125, корп. 3.

Условия кредитного договора от 08.08.2017 № 25-РКЛ/17 предусматривали три вида обеспечения (помимо безакцептного списания денежных средств со счета заемщика), а именно: согласно пункту 6.2.14 договора, заемщик обязался передать в залог банку паи ЗПИФ рентный «Коттеджио парк»; залогодатель - ООО «Капитал Сити»; стоимость имущества - не менее 655 млн. руб.; согласно пункту 6.2.15 договора, заемщик обязался передать в банк заверенную копию договора купли-продажи недвижимого имущества с использованием кредитных средств, подтверждающую факт регистрации ипотеки в пользу банка; согласно пунктам 7.1.2 и 7.1.3 договора, обязательства заемщика были также обеспечены поручительством ФИО8 и ФИО4 по договорам поручительства № 25-ПФЛ/17-1 от 08.08.2017 и № 25-ПФЛ/17-2 от 08.08.2017 соответственно на срок до 08.08.2022.

Оспариваемыми дополнительными соглашениями № 2 от 10.08.2017 к договорам поручительства № 25-ПФЛ/17-1 от 08.08.2017 и № 25-ПФП/17-2 от 08.08.2017 стороны договорились изложить пункт 5.2 договора поручительства в следующей редакции: поручительство прекращает свое действие с момента государственной регистрации ипотеки в пользу банка в отношении земельного участка и объекта незавершенного строительства, но не ранее 08.08.2018.

Таким образом, согласно условиям указанных дополнительных соглашений от 10.08.2017, поручительство ФИО8 и ФИО4 прекратило свое действие с 08.08.2018.

Полагая, что спорные соглашения отвечают признакам недействительности, установленным ГК РФ, конкурсный управляющий должника обратился в суд с рассматриваемым заявлением.

Отказывая в признании спорных соглашений недействительными сделками, суд первой инстанции исходил из следующего.

В силу пункта 1 статьи 10 ГК РФ, не допускаются осуществление гражданских прав исключительно с намерением причинить вред другому лицу, действия в обход закона с противоправной целью, а также иное заведомо недобросовестное осуществление гражданских прав (злоупотребление правом).

В случае несоблюдения требований, предусмотренных пунктом 1 названной статьи, суд, арбитражный суд или третейский суд с учетом характера и последствий допущенного злоупотребления отказывает лицу в защите принадлежащего ему права полностью или частично, а также применяет иные меры, предусмотренные законом (пункт 2 статьи 10 ГК РФ).

Для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что, совершая сделку, стороны намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

В соответствии с пунктом 2 статьи 174 ГК РФ, сделка, совершенная действующим от имени юридического лица без доверенности органом юридического лица в ущерб интересам юридического лица, может быть признана судом недействительной по иску юридического лица, а в случаях, предусмотренных законом, по иску, предъявленному в его интересах иным лицом или иным органом, если другая сторона сделки знала или должна была знать о явном ущербе для юридического лица либо имели место обстоятельства, которые свидетельствовали о сговоре либо об иных совместных действиях органа юридического лица и другой стороны сделки в ущерб интересам юридического лица.

В соответствии с пунктом 1 статьи 170 ГК РФ, сделка, совершенная лишь для вида, без намерения создать соответствующие ей правовые последствия (мнимая сделка), ничтожна.

Данная норма направлена на защиту от недобросовестности участников гражданского оборота.

Фиктивность мнимой сделки заключается в том, что у ее сторон нет цели достижения заявленных результатов. Волеизъявление сторон мнимой сделки не совпадает с их внутренней волей.

Следует учитывать, что стороны мнимой сделки могут также осуществить для вида ее формальное исполнение (пункт 86 постановления Пленума Верховного суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации»).

Помимо поручительства ФИО8 и ФИО4 и залога в виде паев ЗПИФ рентный «Коттеджио парк» исполнение обязательств по кредитному договору от 08.08.2017 № 25-РКЛ/17 также обеспечивалось залогом недвижимого имущества, приобретённого у основного заемщика.

Ипотека, в силу закона, на приобретенные у заемщика объекты недвижимости была зарегистрирована за банком 11.08.2017.

Суд первой инстанции также отклонил доводы конкурсного управляющего должника о том, что стоимость названного имущества недостаточна для погашения задолженности по кредитному договору от 08.08.2017 № 25-РКЛ/17 конкурсным управляющим не представлены, а также ссылки на то, что, согласно выписке из Росреестра, стоимость объектов составляет 122 720 579,10 руб. и 42 056 635,01 руб.

В обоснование своей позиции суд первой инстанции учел правовую позицию высшей судебной инстанции, приведенную в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 25.06.2013 № 10761/11, согласно которой кадастровая и рыночная стоимости объектов взаимосвязаны.

При этом кадастровая стоимость по существу отличается от рыночной методом ее определения (массовым характером).

Установление рыночной стоимости, полученной в результате индивидуальной оценки объекта, направлено, прежде всего, на уточнение результатов массовой оценки, полученной без учета уникальных характеристик конкретного объекта недвижимости.

Указанная правовая позиция соответствует изложенной в определениях Верховного суда Российской Федерации от 05.12.2016 № 305-ЭС16-11170 и от 22.12.2016 № 308-ЭС16-11018.

Согласно пункту 3 статьи 66 Земельного кодекса Российской Федерации (далее – ЗК РФ), рыночная стоимость земельного участка устанавливается в соответствии с федеральным законом об оценочной деятельности.

Пунктом 3 статьи 66 ЗК РФ установлено, что в случаях определения рыночной стоимости земельного участка кадастровая стоимость этого земельного участка устанавливается равной его рыночной стоимости.

Между тем, как отмечено судами, конкурсный управляющий должника сведения о рыночной стоимости объектов в материалы дела не представил.

Как следствие, суды пришли к выводу о том, что стоимость находящихся в залоге у банка объектов, определенная массовым характером, без учета уникальных характеристик конкретных объектов недвижимости не может подтверждать их недостаточность для погашения задолженности по кредитному договору от 08.08.2017 № 25-РКЛ/17.

Суд первой инстанции также принял во внимание, что, заключая оспариваемые дополнительные соглашения от 10.08.2017 к договорам поручительства, стороны предусмотрели условие о прекращении поручительства только после регистрации ипотеки в пользу банка в отношении земельного участка и объекта незавершенного строительства, но не ранее 08.08.2018.

Следовательно, поручительство прекращалось только при наличии иного обеспечения (ипотеки в пользу банка) и практически через год (08.08.2018).

Суд первой инстанции расценил эти обстоятельства как не позволяющие сделать вывод о злоупотреблении сторонами своими правами и/или направленности действий председателя правления банка ФИО9 на ущерб интересов банка.

Суд первой инстанции оценил доводы конкурсного управляющего о том, что предписанием Банка России установлено финансовое состояние заемщика как «плохое», что кредит заемщиком не обслуживается, проценты не выплачиваются, и правомерно их отклонил, указав, что в рамках настоящего обособленного спора конкурсный управляющий не оспаривает правомерность и сам факт выдачи кредита заемщику, в связи с чем, финансовое положение общества, при наличии заключенных обеспечительных договоров, не может свидетельствовать о противоправности действий по расторжению договоров поручительства.

Таким образом, констатировали суды, предусмотренные дополнительными соглашениями условия выполнены: ипотека на земельный участок и объект незавершенного строительства за банком зарегистрирована, после чего с 08.08.2018 поручительства ФИО5 и ФИО4 правомерно прекращены.

Суд первой инстанции принял во внимание и тот факт, что ходатайств о фальсификации дополнительных соглашений заявлено не было.

С учетом изложенного, судами установлено, что конкурсным управляющим должника не представлено надлежащих доказательств наличия оснований для признания дополнительных соглашений от 10.08.2017 № 2 к договорам поручительства от 08.08.2017 № 25-ПФЛ/17-1 и от 08.08.2017 № 25-ПФП/17-2 недействительными сделками.

На основании изложенного, суд первой инстанции пришел к правомерному выводу об отсутствии оснований для признания спорных соглашений недействительными сделками.

При рассмотрении дела и принятии обжалуемого судебного акта судом первой инстанции были установлены все существенные для спора обстоятельства и дана надлежащая правовая оценка.

Выводы основаны на всестороннем и полном исследовании доказательств по делу, нормы материального права применены правильно.

На основании изложенного, суд апелляционной инстанции правомерно оставил определение суда первой инстанции без изменения.

Судебная коллегия суда кассационной инстанции соглашается с выводами судов первой и апелляционной инстанций, не усматривая оснований для их переоценки, поскольку названные выводы в достаточной степени мотивированы, соответствуют нормам права.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что кассационная жалоба не содержит указания на наличие в материалах дела каких-либо доказательств, опровергающих выводы судов, которым не была бы дана правовая оценка судом первой инстанции и судом апелляционной инстанции.

Судами правильно применены нормы материального права, выводы судов соответствуют фактическим обстоятельствам и основаны на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств.

Доводы кассационной жалобы аналогичны ранее заявленным доводам в апелляционной жалобе, которым судом апелляционной инстанции дана надлежащая правовая оценка, в связи с чем, доводы жалобы направлены на переоценку имеющихся в материалах дела доказательств и изложенных выше обстоятельств, установленных судами, что не входит в круг полномочий арбитражного суда кассационной инстанции, установленных статьей 287 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, и не могут быть положены в основание отмены судебных актов судом кассационной инстанции.

Судебная коллегия полагает необходимым отметить, что фактически доводы кассационной жалобы сводятся к указанию на то обстоятельство, что заемщиком кредитные обязательства не погашены, а также к несогласию с выводами судов о том, что конкурсным управляющим не доказана мнимость оспариваемых дополнительных соглашений к договорам поручительства.

Между тем указанный довод мотивирован тем, что в имеющихся у конкурсного управляющего должника документах отсутствовали сведения о заключении оспариваемых соглашений.

Между тем, указанные доводы основаны на предположениях, само же по себе невнесение уполномоченными сотрудниками банка в базу данных информации о прекращении поручительства в автоматизированную систему мнимость дополнительных соглашений не устанавливает и не подтверждает.

Судебная коллегия также отмечает, что в соответствии с положениямистатьи 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации судукассационной инстанции не предоставлены полномочия пересматриватьфактические обстоятельства дела, установленные судами при их рассмотрений,давать иную оценку собранным по делу доказательствам, устанавливать илисчитать установленными обстоятельства, которые не были установлены вопределении или постановлении, либо были отвергнуты судами первой илиапелляционной инстанции.

Согласно правовой позиции высшей судебной инстанции, приведенной впостановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда РоссийскойФедерации от 23.04.2013 № 16549/12, из принципа правовой определенностиследует, что решение суда первой инстанции, основанное на полном ивсестороннем исследовании обстоятельств дела, не может быть отмененоисключительно по мотиву несогласия с оценкой указанных обстоятельств,данной судом первой инстанции.

Иная оценка заявителем жалобы установленных судом фактическихобстоятельств дела и толкование положений закона не означает допущенной прирассмотрении дела судебной ошибки.

Нормы материального и процессуального права, несоблюдение которых является безусловным основанием для отмены судебных актов в соответствии со статьей 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, судами не нарушены, в связи с чем, кассационная жалоба не подлежит удовлетворению.

Исходя из изложенного и руководствуясь статьями 284-290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

ПОСТАНОВИЛ:

определение Арбитражного суда города Москвы от 29.11.2019 и постановление Девятого арбитражного апелляционного суда от 03.03.2020по делу № А40-185433/17 в обжалуемой части – оставить без изменения, кассационную жалобу – оставить без удовлетворения.

Постановление вступает в законную силу со дня его принятия и может быть обжаловано в судебную коллегию Верховного суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.

Председательствующий-судьяН.Н. Тарасов

Судьи:Е.Л. Зенькова

Н.А. Кручинина