Постановление от 26 марта 2019 г. по делу № А60-20568/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

Ленина проспект, д. 32/27, Екатеринбург, 620075

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-433/19

Екатеринбург

26 марта 2019 г.


Дело № А60-20568/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 26 марта 2019 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 26 марта 2019 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Краснобаевой И.А.,

судей Сушковой С.А., Кудиновой Ю.В.

рассмотрел в судебном заседании кассационную жалобу Чернавской Оксаны Викторовны на определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2018 по делу № А60-20568/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2018 по тому же делу о признании Сиволапа Виталия Николаевича (ИНН 665897329543; далее - должник) несостоятельным (банкротом).

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании приняли участие представители:

Чернавской О.В. – Морозова Ю.А. (доверенность от 06.09.2017);

Сиволапа В.Н. – Мамаева О.В. (доверенность от 22.09.2016);

Борисова Сергея Михайловича – Романова О.С. (доверенность от 04.04.2018).

Решением Арбитражного суда Свердловской области от 12.10.2016 Сиволап В.Н. признан несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура реализации имущества. Финансовым управляющим утверждена Лаврентьева Наталья Борисовна.

Финансовый управляющий Лаврентьева Н.Б. 19.05.2017 обратилась в Арбитражный суд Свердловской области с заявлением о признании недействительным соглашения от 01.10.2004 о разделе совместно нажитого имущества супругов, заключённого между Сиволапом В.Н. и Чернавской О.В., и дополнительного соглашения к нему от 26.01.2015, и о применении последствий недействительности сделки.

К участию в рассмотрении настоящего обособленного спора в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены: публичное акционерное общество «Промсвязьбанк», общества с ограниченной ответственностью «Даймонд», «Грильяж», «Грильяж+», «Проектные решения», «Управление механизации № 5», «Торговый дом «ВИТА», «Вознесение», «Группа компаний «Титан».

Определением суда от 28.09.2018 (судья Кириченко А.В.) признаны недействительными сделками заключенные между Сиволапом В.Н. и Чернавской О.В. соглашение от 01.10.2004 о разделе совместно нажитого имущества и дополнение к указанному соглашению от 26.01.2015.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2018 (судьи Данилова И.П., Мармазова С.И., Нилогова Т.С.) определение суда от 28.09.2018 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе Чернавская О.В. просит обжалуемые судебные акты отменить и принять новый судебный акт об отказе в удовлетворении заявления финансового управляющего. Заявитель считает, что при рассмотрении настоящего спора суды неправомерно приняли в качестве доказательства заключение от 09.08.2018 № 55, подготовленное специалистами Ворончихиной Н.П. и Абдрахмановым Ф.Х., в связи с тем, что указанное заключение не отвечает признакам допустимости, так как специалист, которого привлек финансовый управляющий, исследовал большой объём документов, не представленных суду; часть документов были переданы в оригиналах, часть в копиях. Также заявитель полагает, что суды неправомерно положили в основу вывода о фальсификации сделок ответ нотариуса г. Екатеринбурга Глушковой Е.М. (от 25.12.2017 № 937), отмечая при этом, что Чернавская О.В. в 2017 году действительно обращалась за консультацией по вопросу заключения брачного договора и/или соглашения о разделе совместно нажитого имущества, нотариальных действий по удостоверению брачного договора и соглашения о разделе совместно нажитого имущества не совершалось. Заявитель обращает внимание, что на момент совершения сделки - 01.04.2004 Сиволап В.Н. не являлся должником по неисполненным обязательствам в связи, с чем злоупотребление правом выраженное в лишении кредиторов возможности удовлетворить свои требования за счет имущества должника, со стороны Сиволапа В.Н. не имелось, ввиду отсутствия самих кредиторов. Следовательно, заключение сделки не ставило своей целью недопущения обращения взыскания на своё имущество. Сделка была заключена, поскольку совместного бизнеса с бывшим супругом Чернявская О.В. никогда не вела, всё имущество, которое отошло ей по оспариваемой сделке, было приобретено на её денежные средства. Кроме того, согласно дополнительного соглашения к Чернавской О.В. в единоличную собственность также перешло имущество, являющее залоговым. Исходя из статуса залогового имущества, эти объекты недвижимости с момента заключения договоров залога обеспечивали права кредиторов обществ, перешедшие к Чернавской О.В., согласно справкам финансового управляющего имеют нулевую стоимость. При том, учитывая статус залогового имущества, заключение дополнительного соглашения от 26.01.2015 никак не повлияло на права кредиторов, не уменьшило конкурсной массы, поскольку всё это имущество будет реализовано и направлено на расчёты с кредиторами. Также заявитель указывает на пропуск финансовым управляющим срока исковой давности при обращении в суд с настоящим заявлением.

В представленных отзывах на кассационную жалобу кредитор Борисов С.М. и финансовый управляющий должника просят обжалуемые судебные акты оставить без изменения.

Законность обжалуемых судебных актов проверена арбитражным судом кассационной инстанции в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, в пределах доводов кассационной жалобы.

Как следует из материалов дела, между Сиволапом В.Н. и Чернавской О.В. заключены: соглашение о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004, соглашение о разделе совместно нажитого имущества (дополнение к соглашению от 01.10.2004) от 26.01.2015.

В соответствии с условиями соглашения от 01.10.2004 стороны произвели раздел имущества, приобретённого ими в период брака, следующим образом.

В единоличную собственность Чернавской О.В. передано имущество – квартира пятикомнатная, назначение: жилое, общая площадь: 177,2 кв.м, расположенная по адресу: г. Екатеринбург, ул. Академика Шварца, д. 4, кв. 32-33.

В единоличную собственность Сиволапа В.Н. передано имущество – доля ?, встроенное помещение литера А, назначение: нежилое, общая площадь: 341,5 кв.м, расположенное по адресу: г. Екатеринбург, ул. Академика Шварца, д. 14, номера на плане: подвал – помещения 1-6 (очередь кв. 179-253), № 12-17 (очередь кв. 254-304).

В соответствии с условиями соглашения от 26.01.2015 стороны произвели раздел имущества, приобретённого ими в период брака, следующим образом.

В единоличную собственность Чернавской О.В. передано имущество:

квартира, общей площадью 187,4 кв.м, расположенная по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Шейнкмана, д. 121, кв. 92;

квартира, общей площадью 193,2 кв.м, расположенная по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Шейнкмана, д. 121, кв. 91;

здание механических мастерских, назначение: нежилое, общей площадью 214,2 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Полевской, ул. Крылова, д. 2;

земельный участок, земли населенных пунктов-под производственную площадку (пилорама), общей площадью 44097 кв.м, расположенный по адресу: Свердловская область, г. Полевской, ул. Крылова, д. 2;

здание бытовых помещений с теплым пристроем, назначение: нежилое, общей площадью 4295,1 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Полевской, ул. Крылова, д. 2;

здание деревосушильных камер, назначение: нежилое, общей площадью 431,2 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Полевской, ул. Крылова, д. 2;

нежилое помещение, общей площадью 105,1 кв.м, расположенное по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Коминтерна, д. 16, номер на поэтажном плане: 1 этаж - № 68;

нежилое помещение, общей площадью 330,6 кв.м, по адресу: Свердловская область, г. Екатеринбург, ул. Коминтерна, д. 16, номера на поэтажном плане: 1 этаж - № 43-65;

доли в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью «Даймонд» (50%), «Грильяж» (100%), «Грильяж+» (100%), «Проектные решения» (100%), «Управление механизации № 5» (100%).

В единоличную собственность Сиволапа В.Н. передано имущество: автомобиль VOLVO S80; доли в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью «Даймонд» (50%), «Торговый дом «ВИТА» (100%), «Вознесение» (30%), «Группа компаний «Титан» (25%).

Полагая, что оспариваемые сделки совершены в целях причинения имущественного вреда интересам конкурсных кредиторов и направлены на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы должника, финансовый управляющий обратился в суд с соответствующим заявлением.

Удовлетворяя заявление финансового управляющего должника, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

Как правильно установили суды, оспариваемые сделки совершены 01.10.2004 и 26.01.2015, следовательно, они могут быть обжалованы по статье 10 Гражданского кодекса Российской Федерации.

В соответствии со ст. 61.1 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве) сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в настоящем Федеральном законе.

Как следует из разъяснений, изложенных в пункте 1 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)», в силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

В пункте 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» содержится указание на то, что исходя из недопустимости злоупотребления гражданскими правами (пункт 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации) и необходимости защиты при банкротстве прав и законных интересов кредиторов по требованию арбитражного управляющего или кредитора может быть признана недействительной совершенная до или после возбуждения дела о банкротстве сделка должника, направленная на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в частности направленная на уменьшение конкурсной массы сделка по отчуждению по заведомо заниженной цене имущества должника третьим лицам.

Исходя из содержания пункта 1 статьи 10 Гражданского кодекса Российской Федерации, под злоупотреблением правом понимается умышленное поведение лиц, связанное с нарушением пределов осуществления гражданских прав, направленное исключительно на причинение вреда третьим лицам. Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

По результатам исследования и оценки представленных в материалы спора соглашений от 01.10.2004 и от 26.01.2015 о разделе совместно нажитого имущества, суды пришли к выводам о том, что данные соглашения являются сфальсифицированными, поскольку составлены не в даты, указанные в документах, направлены на вывод ликвидного имущества и невозможности обращения на него взыскания со стороны кредиторов.

Суды установили, что в соглашении о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 адрес регистрации Сиволапа В.Н. указан: г. Екатеринбург, ул. Ак. Шварца, д. 4, кв. 4. Однако указание на данное место регистрации Сиволапа В.Н. в соглашении от 01.10.2004 невозможно, так как квартира № 4 по адресу г. Екатеринбург ул. Ак. Шварца, д. 4 была приобретена Чернявской В.Д. только 12.09.2005, то есть спустя один год после составления соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004.

Согласно справке в отношении Сиволапа В.Н., имеющейся в материалах исполнительного производства, Сиволап В.Н. был зарегистрирован по адресу г. Екатеринбург, ул. Ак. Шварца, д. 4, кв. 4 только с 05.04.2011, то есть спустя 7 лет после составления соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004.

В соглашении о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 адрес регистрации Чернавской О.В. указан: г. Екатеринбург, ул. Ак. Шварца, д. 4, кв. 32-33. В тоже время Чернавская О.В. на дату подписания соглашений о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015, согласно сведениям имеющимся в материалах уголовного дела, возбужденного в отношении Сиволапа В.Н., была зарегистрирована по адресу: г. Екатеринбург, ул. Ак. Шварца, д. 8/1, кв. 178.

Учитывая изложенное суды правильно заключили, что на дату подписания соглашений о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 Сиволап В.Н. и Чернавская О.В. были зарегистрированы по иным адресам, что опровергает довод о том, что финансовым управляющим не представлены доказательства того, что оспариваемые соглашение не могли быть заключены в указанные даты. При том, Чернавская О.В. и Сиволап В.Н. не представили суду каких-либо убедительных пояснений по вопросу о расхождениях в персональных данных, указанных в соглашениях о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 от 01.10.2004 и от 26.01.2015. Также Чернавская О.В. и Сиволап В.Н. не пояснили, когда они фактически подписали соглашение от 01.10.2004, и с какой целью первое соглашение было датировано 01.10.2004.

В целях определения давности составления соглашений разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 была назначена судебная экспертиза, проведение которой было поручено экспертам Антропову А.В. и Рубижанской Л.А. По результатам экспертизы, оформленной заключением, эксперты не смогли прийти к однозначным выводам, позволяющим ответить на поставленные судом вопросы.

Между тем, в материалы дела представлено заключение от 09.08.2018 № 55, подготовленное специалистами Ворончихиной Н.П. (высшее юридическое образование, опыт работы в сфере технико-криминалистических экспертиз – 25 лет, опыт работы в сфере почерковедческих экспертиз – 32 года) и Абдрахмановым Ф.Х. (высшее юридическое образование, экспертная 9 1179_1641497 специализация «почерковедческая экспертиза», стаж экспертной работы по специализации – 19 лет).

Согласно вышеназванному заключению изображения подписей Сиволапа В.Н. и Чернавской О.В. на оспариваемых соглашениях от 01.10.2004 и от 26.01.2015 выполнены в один период времени и соответствуют датам подписания документов, датированных 2014, 2015, 2016 годами.

Также косвенными доказательствами того, что соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 были изготовлены не в даты, указанные в таких соглашениях, а непосредственно в период процедуры банкротства Сиволапа В.Н., является переписка Сиволапа В.Н. из СИЗО, изъятая в рамках обыска имущества должника, где последний дает указания найти любого нотариуса, который бы «задним» числом произвел нотариальное удостоверение таких соглашений; ответ нотариуса г. Екатеринбурга Глушковой Е.М. (от 25.12.2017 № 937) о том, что Чернавская О.В. в 2017 году обращалась за консультацией по вопросу заключения брачного договора и/или соглашения о разделе совместно нажитого имущества, а также о том, что нотариальных действий по удостоверению брачного договора и соглашения о разделе совместно нажитого имущества не совершалось.

Принимая во внимание, что в отношении Сиволапа В.Н. Чкаловским районным судом были вынесены решения от 18.08.2009 о взыскании в пользу Ромаса В.Г. (правопредшественника Борисова С.М.) 4 344 444 руб. 44 коп. долга, 37 772 руб. расходов по оплате госпошлины и 133 000 руб. расходов по оплате экспертизы, а также от 20.01.2015 об отказе в удовлетворении требований Ромаса В.Г. о выделе доли должника в натуре (то есть кредитором предпринимались активные действия по взысканию задолженности), а также учитывая наличие иных кредиторов, суды правомерно посчитали доказанным наличие у Сиволапа В.Н. и Чернавской О.В. противоправной цели заключения соответствующих соглашений. Явная неравноценность рыночной стоимости имущества, переданного Сиволапу В.Н. и Чернавской О.В. в результате соглашений о разделе имущества, подтверждается как справками о рыночной стоимости, так и экспертными заключениями (отчётами об оценке) общества с ограниченной ответственностью «РУ эксперт».

Исследовав и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого из представленных в материалы дела доказательств в отдельности, а также достаточность и взаимную связь данных доказательств в их совокупности, исходя из конкретных обстоятельств дела, учитывая, что в результате заключения соглашений о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 Чернавской О.В. перешло имущество, доли, стоимостью более 74 000 000 руб., в пользу Сиволапа В.Н. перешло имущество стоимостью около 10 000 000 руб., суды правильно заключили, что неравноценность подтверждается передачей имущества Чернавской О.В. на сумму более 74 000 000 руб., против 10 000 000 руб.

Руководствуясь положениями пункта 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации, пунктом 1 статьи 61.6 Закона о банкротстве, учитывая, что регистрация перехода права собственности на объекты недвижимости произведена не была, суды пришли к правильным выводам о том, что в данном случае последствием признания недействительными соглашений разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 является восстановление режима общей совместной собственности супругов.

Доводы о несогласии с заключением экспертов Антропова А.В. и Рубижанской Л.А. и о необходимости проведения повторной экспертизы по результатам исследования и оценки доказательств правильно не приняты судами во внимание, исходя из того, что, исследовав и оценив данное экспертное заключение в отдельности и в совокупности со всеми иными имеющимися в деле доказательствами, приняв во внимание, что экспертное заключение выполнено в соответствии с требованиями действующего законодательства, является ясным и полным, а само по себе несогласие заявителя с изложенными в заключении эксперта выводами и произведенной судами оценкой установленных по делу фактических обстоятельств не свидетельствует о нарушении положений статьи 87 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации и о незаконности обжалуемых судебных актов, а также не является основанием для их отмены, при том, что надлежащие и достаточные доказательства, опровергающие данные обстоятельства и свидетельствующие об ином, не представлены.

Ответ нотариуса Глушковой Е.М. был получен в рамках удовлетворения судом ходатайства конкурсного кредитора Ромаса В.Г. о направлении судебных запросов нотариусам Глушковой Е.М. и Диденко В.И.

В ходе рассмотрения Свердловским областным судом уголовного дела № 1-37/2017 в отношении Сиволапа В.Н., допрошенная, в качестве свидетеля, Чернавская О.В., в том числе про вопросу о заключении соглашений о разделе имущества, дала противоречивые показания, которые не соответствовали позиции, ранее озвученной в настоящем деле, что подтверждается протоколом судебного заседания Свердловского областного суда, представленным в материалы дела.

В своих отзывах на заявление об оспаривании соглашений о разделе, Чернавская О.В. указывала, что оспариваемые соглашения были заключены в 2004 и в 2015 годах. Тогда как в рамках рассмотрения уголовного дела дала иные показания, а именно, что обращалась к нотариусу в 2017 г. по вопросу подготовки соглашений о разделе имущества, то есть уже после возбуждения дела о банкротстве Сиволапа В.Н.

Таким образом, как правильно отметили суды, ответ нотариуса Глушковой Е.М. является относимым доказательством, которое наравне с другими подтверждает, что оспариваемые соглашения составлены в иные даты.

Довод Чернавской О.В. о том, что при составлении соглашения, датированного 01.04.2004, Сиволап В.Н. и Чернавская О.В. не преследовали противоправную цель виде причинения вреда правам кредиторов, правомерно отклонен судами исходя из следующего.

Для признания факта злоупотребления правом при заключении сделки должно быть установлено наличие умысла у обоих участников сделки (их сознательное, целенаправленное поведение) на причинение вреда иным лицам. Злоупотребление правом должно носить явный и очевидный характер, при котором не остается сомнений в истинной цели совершения сделки.

Следовательно, для квалификации сделки как совершенной со злоупотреблением правом в дело должны быть представлены доказательства того, что совершая оспариваемую сделку, стороны или одна из них намеревались реализовать какой-либо противоправный интерес.

Финансовым управляющим в суде было доказано, что оспариваемые сделки совершены в целях причинения имущественного вреда интересам конкурсных кредиторов и направлены на вывод ликвидного имущества из конкурсной массы должника.

В данном случае сделка была совершена в отношении заинтересованного лица и без встречного предоставления (статья 19 Закона о банкротстве).

Чернавская О.В. являлась женой должника, заинтересованным лицом, которое не могло не знать о цели причинения вреда правам и интересам кредиторов, при том, что представленными в материалы дела доказательствами подтверждается, что соглашения о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 были подписаны в иные даты.

В результате заключения соглашений о разделе совместно нажитого имущества от 01.10.2004 и от 26.01.2015 установленный законом режим совместной собственности супругов в отношении имущества, приобретенного во время брака, был изменен в пользу Чернавской О.В., что повлекло за собой уменьшение конкурсной массы Сиволапа В.Н. и причинение вреда имущественным правам кредиторов должника.

Также Чернавская О.В. не согласна с выводами суда о том, что раздел имущества произведенный супругами, является неравноценным.

Из материалов дела следует, что по условиям соглашений о разделе совместно нажитого имущества Сиволап В.Н. утратил права на большую часть совместно нажитого имущества. В собственность Сиволапа В.Н. перешел автомобиль, стоимостью 80 000 руб., доли в уставных капиталах обществ с ограниченной ответственностью стоимостью от 0 руб. до 5 000 руб. и ? доли в праве собственности на объект недвижимого имущества. При этом, другая 1/2 доли в праве собственности принадлежит теще должника - Чернавской В.Д.

С другой стороны в собственность Чернавской О.В. перешло 10 объектов недвижимости, стоимость которых согласно оценке, представленной самой Чернавской О.В., составляет более 74 000 000 руб. При том, Чернавской О.В. в материалы дела не представлено доказательств, которые бы подтверждали ее доводы, а именно, что имущество, оформленное на её имя, приобретено за счет ее личных денежных средств, что Сиволап В.Н. не выделял денежные средства на содержание несовершеннолетних детей и что имущество используется, а доходы от такого имущества, отправляются, исключительно, на содержание детей.

Довод Чернявской О.В. о пропуске финансовым управляющим срока исковой давности при обращении в суд с настоящим требованием правомерно отклонен судами исходя из следующего.

В соответствии пунктом 2 ст. 213.32 Закона о банкротстве право на подачу заявления об оспаривании сделки должника-гражданина по указанным в статье 61.2 или 61.3 названного Закона основаниям возникает с даты введения реструктуризации долгов гражданина. При этом срок исковой давности исчисляется с момента, когда финансовый управляющий узнал или должен был узнать о наличии указанных в статьях 61.2 или 61.3 указанного Закона оснований.

Процедура реструктуризации долгов гражданина введена в отношении Сиволапа В.Н. определением от 26.06.2016 (резолютивная часть от 21.06.2016).

Определением от 07.09.2016 суд обязал Сиволапа В.Н. передать финансовому управляющему все документы и информацию, касающиеся имущества должника. Данное определение Сиволапом В.Н. не исполнено.

В соответствии со статьей 196 Гражданского кодекса Российской Федерации общий срок исковой давности составляет три года со дня, определяемого в соответствии со статьей 200 названного Кодекса.

В статье 200 Гражданского кодекса Российской Федерации указано, что если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Исковая давность по требованию о признании недействительной сделки должника, направленной на нарушение прав и законных интересов кредиторов, в силу пункта 1 статьи 181 Гражданского кодекса Российской Федерации и пункта 10 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 30.04.2009 № 32 «О некоторых вопросах, связанных с оспариванием сделок по основаниям, предусмотренным Федеральным законом «О несостоятельности (банкротстве)» составляет три года и исчисляется со дня, когда оспаривающее сделку лицо узнало или должно было узнать о наличии обстоятельств, являющихся основанием для признания сделки недействительной, но не ранее введения в отношении должника первой процедуры банкротства.

Принимая во внимание, что процедура реструктуризации долгов гражданина введена в отношении должника определением от 26.06.2016 (резолютивная часть от 21.06.2016) с утверждением в тот же день финансовым управляющим должником Лаврентьевой Н.Б., суды правильно заключили, что подача 19.05.2017 в арбитражный суд настоящего заявления о признании недействительными соглашений о разделе состоялась в пределах установленного законом срока.

Таким образом, удовлетворяя настоящие требования, суды исходили из совокупности установленных по делу обстоятельств и доказанности заявленных требований, а также из отсутствия надлежащих и достаточных доказательств, свидетельствующих, об ином (статьи 9, 65, 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Судами правильно установлены фактические обстоятельства, имеющие значение для дела, им дана надлежащая правовая оценка, верно применены нормы материального права, регулирующие спорные отношения.

Доводы заявителя, изложенные в кассационной жалобе, судом кассационной инстанции отклоняются, поскольку не свидетельствуют о нарушении судами норм права и сводятся лишь к переоценке установленных по делу обстоятельств. При этом заявитель фактически ссылается не на незаконность обжалуемых судебных актов, а выражает несогласие с произведенной судами оценкой доказательств, просит еще раз пересмотреть данное дело по существу и переоценить имеющиеся в деле доказательства. Суд кассационной инстанции полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации), судом кассационной инстанции не установлено.

Учитывая изложенное, определение суда первой инстанции от 28.09.2018 и постановление суда апелляционной инстанции от 10.12.2018 являются законными и отмене не подлежат, оснований для удовлетворения кассационной жалобы не имеется.

Руководствуясь ст. 286, 287, 289, 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

определение Арбитражного суда Свердловской области от 28.09.2018 по делу № А60-20568/2016 и постановление Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 10.12.2018 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу Чернавской Оксаны Викторовны – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном ст. 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.



Председательствующий И.А. Краснобаева



Судьи С.А. Сушкова



Ю.В. Кудинова