Постановление от 14 мая 2024 г. по делу № А76-874/2016

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-3042/17

Екатеринбург

15 мая 2024 г.


Дело № А76-874/2016

Резолютивная часть постановления объявлена 06 мая 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 15 мая 2024 г.


Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Кудиновой Ю. В.,

судей Новиковой О. Н., Кочетовой О. Г.,

при ведении протокола судебного заседания помощником ФИО1 рассмотрел в судебном заседании кассационные жалобы ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 на определение Арбитражного суда Челябинской области от 23.11.2023 по делу № А76-874/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции приняли участие арбитражный управляющий ФИО3 (лично, предъявлен паспорт) и представитель ФИО2 – ФИО4 (по доверенности от 07.04.2023).

В судебном заседании в помещении Арбитражного суда Уральского округа приняли участие ФИО5 (лично, предъявлен паспорт) и ее представитель ФИО6 (по доверенности от 08.04.2024).


Решением Арбитражного суда Челябинской области от 13.01.2017 общество с ограниченной ответственностью «ТМК» (далее также – общество «ТМК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника введена процедура конкурсного производства.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 11.04.2017 конкурсным управляющим должника утверждена ФИО5

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 19.02.2021 ФИО5 отстранена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего по делу о несостоятельности (банкротстве) общества «ТМК».

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.04.2021 конкурсным управляющим общества «ТМК» утвержден ФИО3.

Конкурсный кредитор ФИО7 обратился с двумя жалобами в арбитражный суд на действия конкурсного управляющего должника ФИО5 (далее также – ответчик).

Протокольным определением суда от 17.06.2020 данные жалобы объединены в одно производство.

Определением Арбитражного суда Челябинской области от 21.04.2021 в реестре требований кредиторов должника произведена замена кредитора ФИО7 путем его исключения из реестра требований кредиторов должника и включения в указанный реестр его правопреемника – ФИО2

С учетом неоднократных уточнений, принятых судом в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) ФИО2 просил признать незаконными действия (бездействия) арбитражного управляющего ФИО5 и взыскать с нее убытки по следующим эпизодам:

1. признать незаконным бездействие ФИО5 по непринятию мер по истребованию дебиторской задолженности;

2. признать незаконным бездействие ФИО5, выразившееся в непроведении инвентаризации и оценки дебиторской задолженности;

3. взыскать с ФИО5 в пользу должника убытки в размере 32 443 262 руб. 26 коп., составляющие невостребованную арбитражным управляющим дебиторскую задолженность.

4. признать незаконным бездействие (бездействия) ФИО5 по невключению в конкурсную массу должника товарно-материальных ценностей на сумму 3 839 596 руб. 62 коп. и необеспечению сохранности этого имущества в соответствии с приложением № 11 к жалобе № 3.

5. признать незаконным бездействие (бездействия) ФИО5 по необеспечению сохранности и оценки имущества должника на сумму 5 991 993 руб. 36 коп., из них:

№
Наименование имущества

Стоимость, руб.

1
Дизельный генератор

220 338,98

219 266,40

2
Блок контейнер 4000*2400*2600

76271,19

68 640,25

3
Технологическая линия «ТЕРОК»

7741889,83

5 338 869,19

4
Локальная сеть

15925

15 925

5
Бетоносмеситель БП-1Г-300

115000

75 051,03

6. взыскать с арбитражного управляющего ФИО5 убытки в связи с невключением в конкурсную массу имущества должника и необеспечением сохранности имущества должника в размере 9 831 589 руб. 92 коп. (3 839 596 руб. 62 коп. + 5 991 993руб. 36 коп.).

Определениями Арбитражного суда Челябинской области от 18.11.2019, 16.12.2019, 09.02.2022, 29.06.2022, 11.07.2022 к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены общество с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Арсеналъ», Управление Росреестра по Челябинской области, Ассоциация «Межрегиональная саморегулируемая организация профессиональных арбитражных управляющих», ФИО8, общество с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование», общество с ограниченной ответственностью «Русское страховое общество «ЕВРОИНС», акционерное общество «Группа страховых компаний «Югория».

Определением суда от 09.12.2022 в отдельное производство выделен эпизод жалобы по признанию незаконными действий (бездействия) арбитражного управляющего ФИО5 в связи с непроведением инвентаризации, оценки имущества и необеспечением его сохранности в отношении следующего имущественного комплекса: дизельный генератор, осветительные сети по адресу: <...>, блок контейнер 4000*2400*2600, технологическая линия «ТЕРОК», взысканию убытков в размере 5 991 993 руб. 36 коп.

В удовлетворении остальной части жалобы ФИО2 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 и взыскании с нее убытков отказано.

Конкурсный управляющий должника также обратился в суд с самостоятельным заявлением о взыскании убытков с ФИО5 в связи с непередачей ей имущества в размере 6 067 044 руб. 39 коп.

ФИО2 после выделения указанного выше эпизода жалобы в отдельное производство просил взыскать с ФИО5 убытки в размере 6 082 969 руб. 39 коп.

Определением суда от 01.09.2022 заявление конкурсного управляющего должника ФИО3 о взыскании убытков с ФИО5 принято к производству, к участию в деле в качестве третьих лиц, не заявляющих самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечены Управление Росреестра по Челябинской области, общество с ограниченной ответственностью «Розничное и корпоративное страхование», общество с ограниченной ответственностью «Русское страховое общество «ЕВРОИНС», акционерное общество «Группа страховых компаний «Югория».

Определением суда от 10.10.2022 объединены в одно производство заявление конкурсного управляющего должника о взыскании убытков с ФИО5 и жалоба ФИО2 по эпизоду признания незаконными действий (бездействий) арбитражного управляющего ФИО5 в связи с не проведением инвентаризации, оценки имущества и необеспечении его сохранности в отношении следующего имущественного комплекса: дизельный генератор, осветительные сети по адресу: <...>, блок контейнер 4000*2400*2600, технологическая линия «ТЕРОК» и взыскании убытков.

Указанным определением судом также отказано в прекращении производства по обособленному спору по ходатайству ФИО5

Определением суда от 19.09.2023 к участию в обособленном споре в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, привлечен ФИО9.

Определением суда от 23.11.2023 в удовлетворении ходатайства ФИО5 о прекращении производства по обособленному спору было отказано, жалобы ФИО2, конкурсного управляющего должника ФИО3 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 удовлетворены частично, признаны незаконными действия ФИО5 по продаже блока контейнера 4000*2400*2600 и дизельного генератора по прямым договорам купли-продажи имущества от 06.03.2018, заключенных с ФИО9; в остальной части в удовлетворении жалоб ФИО2, ФИО3 на действия (бездействие) арбитражного управляющего ФИО5 и взыскании с нее убытков отказано.

Постановлением Семнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 определение суда первой инстанции от 23.11.2023 оставлено без изменения.

Не согласившись с вынесенными судебными актами, ФИО2 и конкурсный управляющий ФИО3 обратились в Арбитражный суд Уральского округа с кассационными жалобами.

В своей кассационной жалобе ФИО2 просит определение суда первой инстанции от 23.11.2023 и постановление апелляционного суда от 08.02.2024  отменить  и принять новый судебный акт  об удовлетворении  заявленных требований в полном объеме либо о направлении дела  на новое рассмотрение.

В обоснование данных требований ФИО2 ссылается на бездействие конкурсного управляющего в виде необеспечения сохранности имущества и не реализации его в течение четырех лет ее руководства обществом-должником, настаивает на ошибочности выводов судов о возврате спорного имущества в конкурсную массу. Как указывает ФИО2, ФИО5 предложение конкурсного кредитора ФИО7 о передаче ему имущества проигнорировала, не представила ему возможности осмотреть данное имущество. По мнению заявителя жалобы, после отстранения от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должника, ФИО5 не передала спорное имущество действующему конкурсному управляющему – ФИО3 Кроме того, данный кассатор полагает, что выводы суда подтверждают, что спорное имущество с производственной площадки должника в г. Коркино не вывозилось ФИО5 в какой-либо пункт хранения, в том числе и в г. Арамиль, и там не хранилось, отсутствует на производственной площадке по месту регистрации должника в г. Коркино, договор хранения спорного имущества ФИО5 не заключался. Заявитель жалобы также ссылается на то, что суды не указали, где и как на протяжении длительного времени, начиная с 2017 года, хранилось спорное имущество, поскольку ФИО5 не представила таких доказательств. По мнению ФИО2, принадлежащее должнику имущество было утрачено, фактически было передано иное, негодное имущество. Помимо этого, ФИО2 указывает, что суды незаконно отказали  в удовлетворении ходатайства  о назначении судебной экспертизы, что повлекло нарушение права на судебную защиту.

Конкурсный управляющий ФИО3 в кассационной жалобе просит отменить определение суда первой инстанции от 23.11.2023 и постановление апелляционного суда от 08.02.2024 в части отказа в удовлетворении  заявления конкурсного управляющего ФИО3 о взыскании с ФИО5 убытков в сумме 6 067 044 руб. 39 коп., ссылаясь на то, что ФИО5 не приняла необходимых мер по обеспечению сохранности технологической линии «ТЕРОК», бетоносмесителя БП-1Г-300, осветительных сетей, что привело к их утрате и причинению убытков кредиторам. Кроме того, конкурсный управляющий ФИО3 полагает, что представленные ответчиком договоры купли-продажи с ФИО9 в отношении лотов № 1 (дизельный генератор) и № 9 (блок контейнер 4000*2400*2600), заключенные 05.03.2018 и 06.03.2018 соответственно, являются притворными.

Арбитражный управляющий ФИО5 представила отзыв на кассационную жалобу, третье лицо ФИО8 – пояснения, посредством системы подачи документов в электронном виде «Мой арбитр», которые приобщены к материалам дела на основании статьи 279 АПК РФ.

Законность обжалуемых судебных актов проверена судом округа в порядке, предусмотренном статьями 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов кассационных жалоб.

Как установлено судами и следует из материалов дела, ФИО3 обращался в суд с заявлением об истребовании у ФИО5 имущества должника, в том числе дизельного генератора, блок контейнера 4000*2400*2600, технологической линии «ТЕРОК», локальной сети, бетоносмесителя БП-1Г-300.

Определением суда от 05.04.2022 по настоящему делу требования ФИО3 были удовлетворены частично, суд обязал ФИО5 передать конкурсному управляющему должника ФИО3 документы по личному составу должника (либо сведения о сдаче таких документов в архив), а также материальные ценности, включенные в конкурсную массу должника (имущество, указанное выше).

В удовлетворении остальной части заявленных требований, в том числе в части истребования осветительных сетей, судом отказано.

Данный судебный акт сторонами не обжаловался и вступил в законную силу.

На основании указанного определения суда возбуждено исполнительное производство от 09.06.2022 № 265037/22/66003-ИП.

Вместе с тем, на момент подачи заявления ФИО3 определение суда от 05.04.2022 не было исполнено, что, по мнению управляющего и кредитора, было обусловлено утратой ФИО5 имущества должника.

При этом ФИО5 первоначально ссылалась, что указанное имущество находится на территории производственной базы общества с ограниченной ответственностью «Лимара Строй» в г. Арамиль.

С целью установления указанных обстоятельств конкурсный управляющий должника ФИО3 совершил выезд и осмотр данной территории, о чем составлен акт от 29.10.2021, согласно которому, имущество, принадлежащее должнику, на территории производственной базы не обнаружено.

В дальнейшем ФИО5 и ФИО3 неоднократно пытались согласовать место и время передачи истребованного имущества; в итоге 23.01.2023 между ФИО3 и представителем ФИО5 – ФИО9 был составлен акт приема-передачи оборудования, подписанный обеими сторонами.

В соответствии с актом управляющему передано следующее имущество:

– устройство на металлической раме, состоящее из воронки, смесителя, электродвигателя, блока управления на ножках, окрашено в оранжевый и синий цвета, бывшее в употреблении с элементами коррозии, проверить устройство на работоспособность не представляется возможным, документы и маркировка на оборудование отсутствуют;

– локальная сеть;

– бетоносмеситель без электродвигателя, редуктора и ремней передачи, окрашен в красный цвет, бывший в употреблении с элементами коррозии, документы и маркировка отсутствуют.

Дизельный генератор и блок-контейнер не передавались.

Заявители, полагая действия (бездействия) бывшего конкурсного управляющего по указанным эпизодам незаконными, обязанность по передаче имущества – неисполненной, обратились в суд с рассматриваемыми жалобами и требованиями о взыскании убытков.

Отказывая в удовлетворении заявленных требований в обжалуемой части, суды руководствовались следующим.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.3 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве) при проведении процедур, применяемых в деле о банкротстве, арбитражный управляющий обязан действовать добросовестно и разумно в интересах должника, кредиторов и общества.

Согласно положениям пункта 1 статьи 60 Закона о банкротстве арбитражный суд рассматривает жалобы кредиторов о нарушении их прав и законных интересов действиями арбитражного управляющего.

При рассмотрении жалоб на действия (бездействие) арбитражного управляющего кредитор обязан доказать наличие незаконного, недобросовестного или неразумного поведения арбитражного управляющего и то, что такое поведение нарушает права и законные интересы кредитора, а арбитражный управляющий обязан представить доказательства отсутствия его вины в этом поведении или обосновать соответствие его действий требованиям закона, добросовестности и разумности.

Согласно пункту 2 статьи 20.3, пункту 2 статьи 129 Закона о банкротстве конкурсный управляющий в деле о банкротстве обязан принимать меры по обеспечению сохранности имущества должника. При этом основной задачей конкурсного производства является реализация имущества должника, с целью получения денежных средств для удовлетворения требований кредиторов.

В соответствии с пунктом 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда.

Согласно статье 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

В рассматриваемом случае, как установлено судами и было указано выше, между ФИО3 и ФИО5 в лице ее представителя был составлен акт приема-передачи оборудования от 23.01.2023, подписанный обеими сторонами.

С учетом подписания указанного акта, конкурсный управляющий должника исключил из размера убытков требование по локальным сетям, так как пришел к выводу об их надлежащей передаче, в связи с чем суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что указанное имущество (локальные сети) не было передано ФИО5 Соответственно, в указанной части доводы жалоб о необеспечении сохранности и утрате имущества, так и требования о взыскании убытков по данному имуществу отклонены судами в связи с надлежащим исполнением соответствующей обязанности ответчиком.

Далее, исследуя обстоятельства, связанные с передачей ответчиком технологической линии «ТЕРОК», суды заключили, что указанное в акте от 23.01.2023 «устройство на металлической раме» и есть спорная технологическая линия.

При этом конкурсный управляющий ФИО3 и кредитор ФИО2, ссылаясь на отсутствие документации, настаивали в ходе рассмотрения жалобы, что ответчиком было передано некое иное имущество, взамен утраченного, которое не имеет ничего общего с указанной линией.

Суды, ознакомившись с отчетом об оценке от 17.04.2017 № ОА-08-3/2017, представленным в материалы дела описанием имущества в акте от 23.01.2023, а также с видео-носителем с производственной площадки должника, сделали вывод, что передано именно надлежащее имущество, поскольку из видеоролика следует, что переданная ответчиком технологическая линия совпадает по описанию, цвету, габаритам и своему техническому предназначению технологической линии «ТЕРОК».

Более того, судами установлено, что в отчете об оценке представлена фотография технологической линии «ТЕРОК», сделанная оценщиком на производственной площадке должника, которая соответствует фотографиям переданного имущества от ФИО5 в пользу ФИО3

Судами также учтено, что в ходе рассмотрения обособленного спора ФИО5 представлены пояснения, согласно которым, документы на технологическую линию «Терок» и бетоносмеситель БП-1Г-30 у ФИО5 отсутствуют, поскольку не передавались бывшим руководителем должника ФИО8 или временным управляющим ФИО10, доказательств передачи технических документов на указанное имущество от бывшего руководителя должника ФИО8 конкурсному управляющему ФИО5 в материалы дела не представлено, основания не принимать у ФИО8 указанное имущество в связи с отсутствием документов на него у ФИО5 отсутствовали.

Судами отмечено, что имущество передано ФИО5 бывшим руководителем должника со следами эксплуатации, о чем свидетельствует присвоение высокого коэффициента износа на указанное имущество в отчете об оценке от 17.04.2017 № ОА-08-3/2017. Информационное письмо оценщика общества с ограниченной ответственностью «Эксперт-оценка» ФИО11 от 03.04.2023, составившего отчет об оценке, подтверждает внешний вид и комплектность технологической линии «Терок», переданной ФИО3 При этом оценщик указывал, что индивидуализирующие признаки у объекта оценки отсутствовали.

В отсутствие документов и маркировки на данное оборудование, суды пришли к выводу, что данное обстоятельство не означает передачу иного имущества, поскольку фактически бывший руководитель должника ФИО8 такую документацию ФИО5 не передавал, доказательств обратного в материалы дела не представлено.

При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу, что данное имущество должника не было утеряно, передано единым комплексом, который сохранился на момент передачи ФИО3, доказательств того, что техническое состояние оборудования ухудшилось вследствие действий самой ФИО5, материалы дела не содержат.

Суды отметили, что само по себе отсутствие указанного имущества на производственной площадке в г. Арамиль и на производственной площадке должника, а равно как отсутствие договоров хранения или аренды имущества, в ситуации его передачи в конкурсную массу должника, в отсутствие сведений о наличии притязаний на него третьими лицами, о принадлежности его иным лицам – не свидетельствует о ненадлежащем исполнении ФИО5 своих полномочий по обеспечению сохранности такого имущества, а тем более по его утрате, данная технологическая линия является уникальной, не имеющей аналогов, в связи с чем констатировали, что конкурсному управляющему ФИО3 было передано именно то имущество, которое принадлежало должнику и было передано ответчику бывшим руководителем должника в его актуальном состоянии.

В части непередачи бетоносмесителя, необеспечения его сохранности и утраты, судами также отклонены доводы жалоб, поскольку, исходя из акта приема-передачи оборудования и приложенных к нему фотографий следует, что в конкурсную массу должника передан находившийся в использовании должника бетоносмеситель; при этом документация и маркировка данного имущества также отсутствует, так как указанные документы не были переданы бывшим руководителем должника ФИО8

Как поясняла в ходе рассмотрения обособленного спора ФИО5, наименование бетоносмесителя «БП-1Г-300» ею указано в инвентаризационной ведомости, так как оно было указано при передаче имущества бывшим руководителем должника, поэтому оснований полагать, что передается иное имущество, не имеется.

Таким образом, суды пришли к выводу, что в отсутствие надлежащим образом переданной бывшим руководителем должника документациив отношении имущества, перераспределение на арбитражного управляющего рисков того, что передано иное имущество, является неправомерным.

При таких обстоятельствах, суды пришли к выводу,  что ФИО5 передано именно то имущество, которое ранее ей передавалось бывшим руководителем должника, в том состоянии, в котором оно было получено ответчиком, без передачи бывшим руководителем какой-либо документации на оборудование, в связи с чем заключили об отсутствии в действиях бывшего конкурсного управляющего признаков неправомерности, что и послужило основанием для отказа во взыскании убытков в указанной части.

Относительно осветительных сетей по адресу: <...>, судами отмечено, что в истребовании данного имущества было отказано на основании определения суда от 05.04.2022, поскольку осветительные сети представляют собой электрические сети для питания осветительных установок, они неразрывно связаны с земной поверхностью, а значит передать их конкурсному управляющему не представляется возможным; сведений о их утрате судам представлено не было.

Исследовав доводы жалоб о необеспечении сохранности локальной сети, суды учли пояснения о том, что у конкурсного управляющего ФИО3 отсутствуют претензии к качеству и комплектности указанного имущества, конкурсный управляющий должника исключил из размера убытков требование по локальным сетям, поскольку пришел к выводу об их надлежащей передаче.

Кредитор ФИО2, настаивая на удовлетворении жалобы в указанной части, отмечал, что идентифицировать локальную сеть как имущество, принадлежащее на праве собственности общества «ТМК», невозможно ввиду отсутствия документов и идентифицирующих признаков, в связи с чем настаивал, что переданное ФИО3 по акту приема-передачи от 23.01.2023 имущество не подлежит принятию конкурсным управляющим как имущество общества «ТМК».

В свою очередь, ФИО5, возражая против жалобы в указанной части, давала пояснения о том, что документы на локальную сеть у нее отсутствовали, поскольку не передавались бывшим руководителем должника или временным управляющим ФИО10, доказательств передачи технических документов на указанное имущество от бывшего руководителя должника ФИО8 конкурсному управляющему ФИО5 материалы дела не содержат; кредитор, настаивая на удовлетворении жалобы, не привел доказательств того, что локальная сеть имеет другой состав, чем та локальная сеть, которая передана ФИО5, а также доказательств того, что локальная сеть принадлежит какому-либо иному лицу, либо в настоящее время является предметом притязаний третьих лиц.

Установив указанные обсоятельства, суды пришли к выводу об отсутствии оснований полагать, что указанное имущество (локальные сети) не было передано ФИО5, в связи с чем не установили условий для признания незаконными действий (бездействия) ФИО5 по необеспечению сохранности локальной сети и утраты и необходимости взыскания убытков.

Относительно доводов жалоб о недействительности прямых договоров купли-продажи, ответчик ФИО5 пояснила, что ввиду низкого покупательского интереса к продаваемому имуществу торги проводились неоднократно в течение одного года, в связи с чем ею принято решение о заключении прямого договора купли-продажи по лотам № 1 (дизельный генератор) и № 9 (блок контейнер 4000*2400*2600) с ФИО9 по цене 65 779 руб. 92 коп. и 20 592 руб. 07 коп. соответственно.

При этом суд первой инстанции признал в указанной части действия ФИО5 незаконными, посчитав, что такие договоры подлежали заключению с победителем торгов – ФИО12

Наряду с этим, установив, что договоры исполнены, имущество передано ФИО9 и оплачено им, что подтверждается выпиской по расчетному счету должника, представленной в материалы дела конкурсным управляющим, следовательно, денежные средства от продажи блок-контейнер и дизельного генератора ФИО9 поступили в конкурсную массу, цена продажи соотносится с той ценой, которая определена по итогам торгов, суд не установил оснований для взыскания с ответчика убытков в данной части.

Оснований не согласиться с выводами судов первой и апелляционной инстанций у суда округа не имеется.

Довод кассационной жалобы о необоснованном отклонении судами ходатайства о назначении судебной экспертизы подлежит отклонению, поскольку судебная экспертиза назначается судом в случаях, когда вопросы, возникающие в ходе рассмотрения дела, нельзя разрешить без оценки фактов, для установления которых требуются специальные познания.

В настоящем случае суды, с учетом предложенных вопросов об идентификации оборудования, с учетом отсутствия документов (паспорта, руководства по эксплуатации в отношении линии «Терок», информации о составе «Бетоносмесителя БП-1Г-300»), запрошенных экспертной организацией и необходимых для идентификации оборудования, пришли к выводу о том, что возможность и основания для проведения судебной экспертизы отсутствуют.

Иные доводы, изложенные в кассационных жалобах, касающиеся существа спора, тождественны тем доводам и обстоятельствам, на которые ФИО2 и арбитражный управляющий ФИО3 ссылались в ходе рассмотрения спора в судах первой и апелляционной инстанций и которые были надлежащим образом исследованы судами.

Суды фактически исходили из того, что управляющему было передано то имущество, которое принадлежало должнику, с учетом данных, указанных бывшим руководителем при его передаче, о наименовании и составе, в его актуальном состоянии, без какой-либо технической документации, не переданной бывшим руководителем, в связи с чем заключили об отсутствии оснований для вывода о ненадлежащем исполнении в указанной части ответчиком своей обязанности и причинении вследствие этого каких-либо убытков должнику.

Суд округа полагает, что все обстоятельства, имеющие существенное значение для дела, судами установлены, все доказательства исследованы и оценены в соответствии с требованиями статьи 71 АПК РФ. Оснований для переоценки доказательств и сделанных на их основании выводов у суда кассационной инстанции не имеется (статья 286 АПК РФ, пункт 32 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 30.06.2020 № 13 «О применении Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации при рассмотрении дел в арбитражном суде кассационной инстанции»).

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся в силу статьи 288 АПК РФ основанием для отмены судебных актов, судом кассационной инстанции не установлено.

Исходя из изложенного, обжалуемые судебные акты отмене не подлежат, основания для удовлетворения кассационных жалоб отсутствуют.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

П О С Т А Н О В И Л:

определение  Арбитражного суда Челябинской области от 23.11.2023 по делу № А76-874/2016 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 08.02.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационные жалобы ФИО2 и арбитражного управляющего ФИО3 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации. 



Председательствующий                                                       Ю.В. Кудинова



Судьи                                                                                    О.Н. Новикова



О.Г. Кочетова