Решение от 27 мая 2018 г. по делу № А45-8641/2018

АРБИТРАЖНЫЙ  СУД  НОВОСИБИРСКОЙ  ОБЛАСТИ


ИМЕНЕМ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ



Р Е Ш Е Н И Е

Дело № А45-8641/2018
г. Новосибирск
28 мая 2018 года
Резолютивная часть решения изготовлена 21 мая 2018 года

Арбитражный суд Новосибирской области в составе судьи Суворовой О.В., рассмотрев в порядке упрощенного производства дело по исковому заявлению акционерного общества "Электроагрегат" (ОГРН <***>), г. Новосибирск

к обществу с ограниченной ответственностью "Сибинтек-Плюс" (ОГРН <***>), г Новосибирск

о взыскании 346 555 рублей 13 копеек,

установил:

акционерное общество "Электроагрегат" (далее – истец, АО "Электроагрегат") обратилось в арбитражный суд с иском к обществу с ограниченной ответственностью "Сибинтек-Плюс" (далее - ответчик) о взыскании убытков в размере 346 555 рублей 13 копеек.

Исковые требования мотивированы поставкой ответчиком истцу некачественного товара – токарного станка, в связи с чем истцом понесены убытки в сумме 25 000 рублей по проведению независимой экспертизы электросети, а так же упущенной выгоды в сумме 321 555 рублей 13 копеек в виде прибыли от заключенного с ЗАО «Квантекс» договора на изготовление деталей на спорном станке.

Определением арбитражного суда Новосибирской области от 23.03.2018 исковое заявление принято к производству в порядке упрощенного производства.

20.04.2018 от ответчика в материалы дела поступил отзыв на исковое заявление, согласно которому ответчик возражал против удовлетворения исковых требований, просил суд перейти к рассмотрению дела по общим правилам искового производства и привлечь к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, ЗАО «Квантекс».

Определениями от 21.05.2018 суд определил отказать в удовлетворении ходатайств ответчика о переходе к рассмотрению дела по общим правилам и о привлечении третьего лица.

Решением от 21.05.2018, изготовленным в виде резолютивной части, исковые требования удовлетворены частично, с ответчика в пользу истца взыскано 25 000 рублей убытков, а так же расходы по оплате государственной пошлины в сумме 716 рублей.

23.05.2018 от истца в материалы дела поступило заявление о составлении мотивированного решения.

На основании части 2 статьи 229 Арбитражного процессуального кодекса РФ по делу, рассматриваемому в порядке упрощенного производства, арбитражный суд составляет мотивированное решение по заявлению лица, участвующего в деле.

Проанализировав исковые требования, исследовав и оценив все представленные доказательства в совокупности согласно части 2 статьи 64, статье 71 Арбитражного процессуального кодекса РФ, суд установил следующее.

Между истцом (покупатель) и ответчиком (поставщик) заключен договор № 23 от 19.04.2016, в соответствии с условиями которого  поставщик обязался поставить в собственность покупателя оборудование - Станок токарный горизонтальный с ЧПУ серии QUICK TURN SMART: QUICK TURN SMART 200 ML (далее – товар, оборудование), в количестве одной единицы и выполнить работы по вводу оборудования в эксплуатацию (шеф-монтаж, пуско-наладка и инструктаж персонала покупателя), а покупатель обязался принять и оплатить оборудование и работы (пункт 1.1. договора).

Договорные отношения между сторонами являются отношениями по поставке товаров и регулируются нормами параграфа 3 главы 30 Гражданского кодекса РФ.

Согласно статье 506 Гражданского кодекса Российской Федерации по договору поставки поставщик-продавец, осуществляющий предпринимательскую деятельность, обязуется передать в обусловленный срок или сроки производимые или закупаемые им товары покупателю для использования в предпринимательской деятельности или в иных целях, не связанных с личным, семейным, домашним и иным подобным использованием.

Согласно пунктам 2.2, 2.3 договора общая стоимость договора составляет 150 800 евро и изменению не подлежит.

В силу пункта 1.2 договора технические характеристики, спецификация и комплектация поставляемого оборудования приведена в приложениях № 1, 2, 3 к договору, которые являются его неотъемлемой частью.

Разделом 6 договора сторонами установлены гарантийные обязательства.

Так, поставщик гарантирует соответствие технических характеристик оборудования характеристикам, заявленным в документации. Гарантия на оборудование предоставляется покупателю, а гарантийный срок составляет 12 месяцев с момента подписания акта ввода оборудования в эксплуатацию (пункты 6.1, 6.2 договора).

В силу пунктов 6.3, 6.4 договора гарантия не распространяется на технологическую оснастку, инструмент и следующие элементы: скребки телескопических кожухов, щелочные батареи питания, лампы/светильники, стекло смотрового окна, пластиковые емкости под технические жидкости, фильтры, технологические жидкости и смазки, поставляемые вместе с Оборудованием, расходные материалы, элементы оптического тракта. Гарантия не распространяется на полную или частичную утрату информации, внесенной специалистами Покупателя в стойку ЧПУ («0» детали, данные об инструменте, значения макропеременных и т.д.).

Порядок устранения возникших в гарантийный срок недостатков установлен пунктами 6.5 – 6.7 договора и предполагает, что если в период гарантийного срока выявлены дефекты и неисправности оборудования или его элементов, то покупателем составляется акт о выявлении неисправностей, содержащий подробное описание дефекта, предысторию его обнаружения; при необходимости Покупатель предоставляет дополнительно информацию, цифровые фотографии поврежденных деталей и/или информационных сообщений стойки ЧПУ. Покупатель официальным письмом или письмом, направленным на электронную почту, указанную в разделе 10 настоящего договора, с приложением акта о выявлении неисправностей вызывает специалистов поставщика. При несоблюдении вышеуказанных требований поставщик вправе отказать покупателю в приезде специалистов до момента получения вышеперечисленной информации по дефекту от покупателя. Поставщик обязуется дать ответ на письмо покупателя и направить уполномоченного представителя в течение 2 рабочих дней с момента получения акта выявлении неисправностей.

Гарантийный срок на Оборудование продлевается на количество подтвержденных сторонами дней полной неработоспособности оборудования, факт устранения дефектом и выполнения работ по гарантийному ремонту подтверждается подписанием двустороннего акта.

В соответствии с пунктом 6.10 договора в случае, если стороны не пришли к соглашению относительно причин поломки или неправильного функционирования оборудования, ими в разумный срок назначается независимый эксперт/экспертное учреждение, которому поручается проведение соответствующей технической экспертизы с целью установления причин выхода из строя оборудования. Состав экспертной комиссии согласовывается сторонами. Затраты на проведение независимой экспертизы относятся на виновную сторону. В случае уклонения поставщиком от выбора эксперта/экспертного учреждения покупатель имеет право самостоятельно определить эксперта или экспертное учреждение.

На основании пункта 1.3 договора поставщик осуществляет гарантийное обслуживание совместно с необходимыми для выполнения работ субподрядными организациями под свою ответственность и за свой счёт.

Как подтверждено материалами дела, акт ввода оборудования в эксплуатацию подписан сторонами 15.12.2016, следовательно гарантийный срок на станок распространяется на период до 15.12.2017.

В исковом заявлении истец указывает, что с марта 2017 года в работе станка происходили неоднократные сбои, которые согласно аварийному сообщению возникали по причине неисправности контроллера шпинделя.

30.03.2017 по результатам проведения диагностики неисправности оборудования специалистами сервисной службы ответчика был составлен акт, согласно которому установлено, что сбои в работе с большей долей вероятности происходили из-за нестабильной подачи электропитания. Так же выявлено, что станок не имеет заземляющего провода согласно требованиям по установке станка, описанным в главе 6-3-2 Инструкции по техническому обслуживанию.  Истцу рекомендовано произвести заземление станка, при этом станок признан исправным и годным к работе без ограничений.

Впоследствии аналогичные неполадки в работе оборудования проявлялись вновь.

Письмами от 17.10.2017 и от 20.10.2017 истец уведомил ответчика о том, что станок вновь вышел из строя и просил принять меры для скорейшего устранения дефекта.

Прибывшим на предприятие истца инженером-представителем сервисной службы ответчика совместно с истцом составлен и подписан акт от 02.11.2017, согласно которому в целях устранения неисправности шпинделя установлена необходимость замены энкодера токарного шпинделя по гарантии.

Актом от 08.12.2017 зафиксирован факт устранения выявленных неисправностей, а так же факт простоя станка в период с 08.10.2017 по 08.12.2017.

В ходе проведения поставщиком повторной диагностики оборудования, истцом был заключен договор подряда № 35/17 от 24.10.2017 с ООО «Тесла» с целью проведения мониторинга показателей качества электрической энергии на объекте, о чем истец уведомил ответчика письмом от 30.10.2017 (исх. №97-843). Возражений или предложений по определению эксперта или экспертной организации ответчик в порядке пункта 6.10 договора № 23 не предоставил.

Согласно заключению ООО «Тесла» от 07.11.2017 по результатам проведенных исследований нарушений в работе электросети оборудования выявлено не было, отклонение напряжение соответствует требованиям ГОСТ.

Таким образом, вывод специалистов поставщика в акте от 30.03.2017 о причине возникновения нарушения  ввиду нестабильного электропитания является ошибочным. Основной причиной неполадок в работе оборудования является неисправность шпинделя, что зафиксировано в акте от 02.11.2017.

Платежным поручением № 1009 от 24.11.2017 подтвержден факт оплаты истцом оказанных ООО «Тесла» услуг.

На основании изложенного, истец просит взыскать с ответчика сумму понесенных расходов по проведению экспертизы.

Данные требования суд находит обоснованными и подлежащими удовлетворению.

Согласно статье 309 Гражданского кодекса Российской Федерации обязательства должны исполняться надлежащим образом в соответствии с условиями обязательства и требованиями закона.

В соответствии со статьей 469 Гражданского кодекса РФ продавец обязан передать покупателю товар, качество которого соответствует договору купли-продажи.

Частями 2, 3 статьи 470 Гражданского кодекса РФ установлено, что в случае, когда договором купли-продажи предусмотрено предоставление продавцом гарантии качества товара, продавец обязан передать покупателю товар, который должен соответствовать требованиям, предусмотренным статьей 469 настоящего Кодекса, в течение определенного времени, установленного договором (гарантийного срока). Гарантия качества товара распространяется и на все составляющие его части (комплектующие изделия), если иное не предусмотрено договором купли-продажи.

Порядок проверки качества оборудования установлен договором и соблюден истцом – направлено письмо о наличии неисправностей и вызове специалистов для их устранения, сторонами составлены акты выполнения гарантийных работ.

В силу статьи 518 Гражданского кодекса РФ покупатель (получатель), которому поставлены товары ненадлежащего качества, вправе предъявить поставщику требования, предусмотренные статьей 475 настоящего Кодекса, за исключением случая, когда поставщик, получивший уведомление покупателя о недостатках поставленных товаров, без промедления заменит поставленные товары товарами надлежащего качества.

Частью 1 статьи 475 Гражданского кодекса РФ предусмотрены права покупателя при передаче поставщиком товара, в том числе покупатель вправе по своему выбору потребовать от продавца соразмерного уменьшения покупной цены; безвозмездного устранения недостатков товара в разумный срок; возмещения своих расходов на устранение недостатков товара.

В рассматриваемом случае требования покупателя о безвозмездном устранении недостатков поставленного оборудования удовлетворены ответчиком, что подтверждено актом от 08.12.2017. Факт диагностирования неисправности подтвержден актом от 02.11.2017.

Вместе с тем, суд полагает, что требования истца об устранении дефекта удовлетворены ответчиком только после проведения истцом независимой экспертизы электросетей и дачи заключения от 01.11.2017.

В соответствии со статьей 15 Гражданского кодекса РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Таким образом, под убытками в юридическом аспекте понимаются не любые имущественные потери лица, независимо от причин их возникновения, имеющие экономическую основу, а лишь те невыгодные имущественные последствия, которые наступают для потерпевшего вследствие противоправного нарушения обязательства либо причинения вреда его личности или имуществу и подлежащие возмещению.

По требованию о взыскании убытков доказыванию подлежат: факт их причинения, наличие причинной связи между понесенными убытками и противоправным (виновным) поведением лица, причинившего вред, в результате неисполнения либо ненадлежащего исполнения обязанности, документально подтвержденный размер убытков.

Убытки должны находиться в причинной связи с допущенным нарушением прав лица, требующего их возмещения.

Наступление гражданско-правовой ответственности возможно при доказанности всей совокупности указанных условий ответственности. Недоказанность хотя бы одного из элементов правонарушения является достаточным основанием для отказа в удовлетворении требований о возмещении убытков.

В соответствии с частью 1 статьи 393 Гражданского кодекса РФ должник обязан возместить кредитору убытки, причиненные неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства.

Согласно заявленным исковым требованиям основанием для возмещения убытков является нарушение ответчиком обязательств по договору № 23 от 19.04.2016.

В соответствии с условиями договора ответчик принял на себя гарантийные обязательства (раздел 6 договора).

В акте от 30.03.2017, представители организации ответчика указали на возможную причину поломки оборудования  - нестабильной подачи электропитания.

В целях подтверждения / опровержения выводов, сделанных представителями организации ответчика, истец провел экспертное исследование на предмет установления качества электрической энергии по линии электроснабжения станка, по результатам которого было установлено, что качество электрической энергии соответствует обязательным нормам и правилам.   

Таким образом, данным экспертным заключением было установлено отсутствие обстоятельств, на которые ответчик ссылался, как обстоятельства, освобождающих его от ответственности за поставку качественного оборудования. 

С учетом изложенного, суд приходит к выводу, что истец доказал причинно-следственную связь между фактом поставки ответчиком некачественного оборудования и понесенными истцом убытков, связанных с оплатой услуг эксперта в размере 25 000 рублей.

Дополнительно суд учитывает, что в отзыве на исковое заявление и в возражениях на иск ответчиком сумма понесенных истцом убытков по оплате стоимости экспертизы фактически не оспаривается, доводы ответчика касаются только заявленных требований о взыскании упущенной выгоды.

Убытки, связанные с оплатой услуг эксперта в размере 25 000 рублей подлежат взысканию с ответчика в полном объёме.

Рассмотрев заявленные требования о взыскании суммы упущенной выгоды в размере 321 555 рублей 13 копеек, суд не нашел оснований для их удовлетворения.

Согласно статьям 15, 393 Гражданского кодекса РФ в состав убытков входят реальный ущерб и упущенная выгода.

В абзаце 3 пункта 2 Постановления № 7 содержатся разъяснения о том, что упущенной выгодой являются не полученные кредитором доходы, которые он получил бы с учетом разумных расходов на их получение при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено.

При определении размера упущенной выгоды учитываются предпринятые кредитором для ее получения меры и сделанные с этой целью приготовления (пункт 4 статьи 393 Гражданского кодекса Российской Федерации). В то же время в обоснование размера упущенной выгоды кредитор вправе представлять не только доказательства принятия мер и приготовлений для ее получения, но и любые другие доказательства возможности ее извлечения. Должник не лишен права представить доказательства того, что упущенная выгода не была бы получена кредитором (пункт 3 Постановления № 7).

Таким образом, возмещение упущенной выгоды должно обеспечивать восстановление нарушенного права потерпевшего ровно до того положения, которое существовало до момента нарушения права. При этом возмещение упущенной выгоды не должно обогащать потерпевшего. Лицо, взыскивающее упущенную выгоду, должно подтвердить совершение им конкретных действий, направленных на извлечение доходов, которые не были получены только в связи с допущенным должником нарушением, являющимся единственным препятствием, не позволившим получить доход. Лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать, что оно само предпринимало все разумные меры для уменьшения ущерба, а не пассивно ожидало возрастания размера упущенной выгоды.

Поэтому в соответствии со ст. 15 и 393 Гражданского кодекса Российской Федерации при определении размера упущенной выгоды значимым является определение достоверности тех доходов, которые потерпевшее лицо предполагало получить при обычных условиях гражданского оборота. При этом лицо, требующее взыскания упущенной выгоды, должно доказать, что возможность получения прибыли существовала реально, а не в качестве его субъективного представления. Намерение не может быть принято во внимание при рассмотрении дел о взыскании упущенной выгоды.

Бремя доказывания наличия и размера упущенной выгоды лежит на истце, который должен доказать, что он мог и должен был получить определенные доходы, и только нарушение обязательств ответчиком стало единственной причиной, лишившей его возможности получить прибыль.

В обоснование заявленных требований истец указывает, что рассчитывая на надлежащее качество поставленного истцом товара АО «Электроагрегат» 09.10.2017 заключило договор подряда № 33/17 (далее – договор подряда) с ЗАО «Квантекс» на изготовление на станке ЧПУ серии QUICK TURN SMART: QUICK TURN SMART 200 ML деталей в соответствии с приложением № 1 к договору.

Согласно пункту 2.1 договора подряда общая сумма договора составляла 321 555 рублей 13 копеек, в том числе НДС - 49 050 рублей 78 копеек.

Поскольку станок вышел из строя и длительное время находился в нерабочем состоянии, договор подряда был расторгнут по инициативе ЗАО «Квантекс», что подтверждается письмом ЗАО «Квантекс» от 15.11.2017, а так же двусторонне подписанным соглашением от 15.11.2017 о расторжении договора.

По мнению истца, в случае если бы станок токарный горизонтальный с ЧПУ был бы поставлен истцом надлежащего качества, то он бы не выходил неоднократно из строя в течение гарантийного срока и АО «Электроагрегат» не расторгло бы договор с ЗАО «Квантекс», исполнив свои обязательства на изготовление деталей надлежащим образом и получило бы денежные средства в размере 321 555 рублей 13 копеек, что составляет сумму упущенной выгоды.

Возражая против взыскания суммы упущенной выгоды, ответчик ссылается на тот факт, что ЗАО «Квантекс» является аффилированным контрагентом для истца, поскольку обе организации входят в состав холдинга «Электроагрегат».

В обоснование данного обстоятельства ответчиком представлены ссылки на веб-страницы официальных сайтов ЗАО «Квантекс»,  АО «Электроагрегат» и холдинга «Электроагрегат», согласно которым опубликована информация о партнерстве данных организаций и их состоянии в одном холдинге.

Особо ответчиком отмечен тот факт, что договор подряда заключен истцом 09.10.2017, в то время как в соответствии с актом о выполнении гарантийных обязательств от 08.12.2017 зафиксирован факт простоя станка с 08.10.2017. Таким образом, заключая договор с ЗАО «Квантекс» истцу должно было быть известно о возможных рисках его неисполнения по причине поломки оборудования.

На основании изложенного, ввиду указанной хронологии событий и аффилированности сторон договора подряда, ответчиком сделан вывод о наличии признаков мнимости заключенного истцом и ЗАО «Квантекс» договора и соответственно ничтожности сделки.

В возражениях на отзыв истец полагает, что ссылки на веб-страницы не относятся к рассматриваемому спору и не доказывают мнимость и ничтожность заключенной с ЗАО «Квантекс» сделки, а иных доказательств ответчиком не представлено.

Оценив представленные сторонами доказательства и правовые позиции, суд приходит к следующим выводам.

Заключая договор подряда 09.10.2017, когда спорное оборудование  находилось в неработоспособном состоянии и его невозможно было использоваться по назначению, истец фактически предпринимал меры не для уменьшения ущерба, а для возрастания размера упущенной выгоды. Таким образом,  истец, какие-либо действия, направленные на  уменьшение своих убытков не совершил, а напротив, 09.10.2017 заключил договор подряда, зная о его неисполнимости, что не может свидетельствовать о добросовестности истца в данной части.

Кроме того, истцом не представлен расчет стоимости упущенной выгоды и подтверждающие его документы.

Размер неполученного дохода (упущенной выгоды) должен определяться с учетом разумных затрат, которые кредитор должен был понести, если бы обязательство было исполнено. В частности, по требованию о возмещении убытков в виде неполученного дохода, размер такого дохода должен определяться исходя из цены реализации готовых товаров, которая была предусмотрена по договорам с покупателями этих товаров, за вычетом непонесенных затрат. Расчёт таких затрат истцом суду не представлен.

Кроме того, бухгалтерская отчетность с расшифровкой расходов и доходов за аналогичные периоды, документы о налогах и отчислениях во внебюджетные фонды, а также документы, фиксирующие иные расходы, связанные с деятельностью общества, на основании которых можно с относительной достоверностью установить размер доходов, которые истец реально получил бы, если бы не утратил возможность осуществлять хозяйственную деятельность при обычных условиях гражданского оборота, в материалы дела не представлены.

В соответствии со статьей 71 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации арбитражный суд оценивает доказательства по своему внутреннему убеждению, основанному на всестороннем, полном, объективном и непосредственном исследовании имеющихся в деле доказательств. Каждое доказательство подлежит оценке арбитражным судом наряду с другими доказательствами. Никакие доказательства не имеют для арбитражного суда заранее установленной силы. Результаты оценки доказательств суд отражает в судебном акте, содержащем мотивы принятия или отказа в принятии доказательств, представленных лицами, участвующими в деле, в обоснование своих требований и возражений.

Исследовав и оценив представленные в материалы дела доказательства по правилам указанной статьи, суд пришел к выводу о том, что истец не доказал, что допущенное ответчиком нарушение обязательства явилось единственным препятствием, не позволившим ему получить соответствующую выгоду, что при обычных условиях гражданского оборота он получил бы в спорный период прибыль в указанном размере, если бы ответчик надлежащим образом исполнил свои обязательства по поставке качественного оборудования.

Наличие всех вышеуказанных обстоятельств не позволяет суду прийти к выводу о наличии достоверных и относимых доказательств, подтверждающих  возникновение на стороне истца упущенной выгоды.

Судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску отнесены судом на ответчика в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации пропорционально удовлетворенным исковым требованиям.

Руководствуясь  статьей 110,  частью 5 статьи 170, статьей 229 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, арбитражный суд

РЕШИЛ:

исковые требования акционерного общества "Электроагрегат" о взыскании убытков на проведение экспертизы в сумме 25 000 рублей, упущенной выгоды в сумме 321 555 рублей 13 копеек удовлетворить частично.

Взыскать с общества с ограниченной ответственностью "Сибинтек-Плюс" (ОГРН <***>) в пользу акционерного общества "Электроагрегат" (ОГРН <***>) убытки в сумме 25 000 рублей,  расходы по уплате государственной пошлины в размере 716 рублей.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение подлежит немедленному исполнению и вступает в законную силу по истечении пятнадцати дней со дня его принятия, если не подана апелляционная жалоба.

Решение арбитражного суда первой инстанции по результатам рассмотрения дела в порядке упрощенного производства может быть обжаловано в арбитражный суд апелляционной инстанции в срок, не превышающий пятнадцати дней со дня его принятия, а в случае составления мотивированного решения арбитражного суда - со дня принятия решения в полном объеме.

Решение, если оно было предметом рассмотрения в арбитражном суде апелляционной инстанции или если арбитражный суд апелляционной инстанции отказал в восстановлении пропущенного срока подачи апелляционной жалобы, и постановление арбитражного суда апелляционной инстанции, принятое по данному делу, могут быть обжалованы в арбитражный суд кассационной инстанции только по основаниям, предусмотренным частью 4 статьи 288 Арбитражного процессуального кодекса РФ.

Апелляционная и кассационная жалобы подаются через Арбитражный суд Новосибирской области.


Судья

О.В. Суворова