Постановление от 3 июня 2019 г. ФАС СЗО (ФАС Северо-Западного округа)

АРБИТРАЖНЫЙ СУД СЕВЕРО-ЗАПАДНОГО ОКРУГА

ул. Якубовича, д.4, Санкт-Петербург, 190000

http://fasszo.arbitr.ru


ПОСТАНОВЛЕНИЕ

04 июня 2019 года

Дело №

А13-4158/2017

Резолютивная часть постановления объявлена 28 мая 2019 года.

Полный текст постановления изготовлен 04 июня 2019 года.

Арбитражный суд Северо-Западного округа в составе председательствующего Боровой А.А., судей Бычковой Е.Н., Колесниковой С.Г.,

при участии ФИО1 (паспорт),

рассмотрев 28.05.2019 в открытом судебном заседании кассационную жалобу ФИО1 на определение Арбитражного суда Вологодской области от 30.11.2018 (судья Олькова В.В.) и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 (судьи Шумилова Л.Ф., Виноградов О.Н., Журавлев А.В.) по делу № А13-4158/2017,

у с т а н о в и л:

Определением Арбитражного суда Вологодской области от 19.06.2017 на основании заявления кредитора возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве) общества с ограниченной ответственностью «Стройиндустрия», место нахождения: 160000, <...>, ОГРН <***>, ИНН <***> (далее – Общество).

Решением от 26.12.2017 Общество признано несостоятельным (банкротом) по упрощенной процедуре ликвидируемого должника, в отношении его открыто конкурсное производство с применением правил параграфа 7 главы IX Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Закон о банкротстве), конкурсным управляющим должника утвержден ФИО2.

ФИО2 обратился в суд с заявлением, уточненным в порядке статьи 49 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее - АПК РФ), в котором просил признать недействительным дополнительное соглашение от 10.01.2017 к договору от 15.09.2016 № 165Д-РК4 долевого участия в строительстве (далее – дополнительное соглашение), заключенное должником и ФИО1, и применить последствия недействительности в виде взыскания с ФИО1 в пользу должника 1 420 334 руб. 80 коп

Определением от 30.11.2018, с учетом определения от 30.11.2018 об исправлении опечатки, заявление конкурсного управляющего должника удовлетворено в части: признано недействительным дополнительное соглашение, с ФИО1 в пользу Общества взыскано 1 300 107 руб. 64 коп.

Постановлением Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 определение от 30.11.2018 изменено, его резолютивная часть дополнена указанием на то, что «в удовлетворении заявления в остальной части отказано»; в остальной части определение от 30.11.2018 оставлено без изменения.

В кассационной жалобе ФИО1 просит отменить определение от 30.11.2018 и постановление от 21.02.2019 и принять по делу новый судебный акт.

Податель жалобы полагает, что заключение дополнительного соглашения не повлекло за собой нарушения прав кредиторов, а также уменьшения конкурсной массы должника; в деле отсутствуют доказательства предпочтительного удовлетворения его требования относительно требований других кредиторов должника.

ФИО1 указывает на то, что расчеты по договору от 15.09.2016 произведены в полном объеме, и он не был осведомлен о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника; оспариваемая сделка совершена в рамках обычной хозяйственной деятельности, а ее стоимость не превышает одного процента от стоимости активов должника.

Податель жалобы настаивает, что сам по себе факт предоставления ему скидки на квартиру не свидетельствует о том, что оспариваемая сделка совершена в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов должника, поскольку предоставление скидок на квартиры являлось обычной мерой поощрения работников, принятой в Обществе.

Конкурсный управляющий должника и Федеральная налоговая служба в отзывах на кассационную жалобу просили оставить без изменения принятые по делу судебные акты.

ФИО2 24.05.2019 заявил ходатайство о рассмотрении кассационной жалобы в его отсутствие.

В судебном заседании ФИО1 поддержал доводы, изложенные в кассационной жалобе.

Иные лица, участвующие в деле, надлежащим образом извещены о месте и времени судебного разбирательства, однако своих представителей для участия в судебном заседании не направили, что не является препятствием для рассмотрения кассационной жалобы.

Законность принятых по делу судебных актов проверена в кассационном порядке.

Как установлено судами, на основании договора от 15.09.2016 Общество обязалось в предусмотренный договором срок в соответствии с генпланом построить многоквартирный жилой дом № 4, расположенный по адресу: <...> а ФИО1 обязался уплатить 2 143 793 руб. и принять в собственность двухкомнатную квартиру № 26 площадью 56,6 кв.м на 4 этаже указанного дома (далее - квартира).

Общество и ФИО1 10.01.2017 заключили дополнительное соглашение к договору, которым уменьшили стоимость одного квадратного метра приобретаемой квартиры до 15 257 руб. 14 коп., в результате чего цена квартиры составила 913 140 руб., из договора исключен пункт 3.2.4.

Согласно акту сверки от 17.04.2017 к договору от 15.09.2016 общая площадь двухкомнатной квартиры № 26 составила 60,1 кв.м, в том числе 3,20 кв.м - площадь лоджии; в связи с увеличением площади квартиры на 0,25 кв.м. ФИО1 обязался доплатить 3814 руб. из расчета 15 257 руб. 14 коп. за 1 кв.м; в эту же дату стороны подписали акт приема-передачи указанной квартиры.

ФИО1 уплатил Обществу 916 954 руб., всю сумму договора с учетом изменений, внесенных дополнительным соглашением.

Конкурсный управляющий должника обратился в суд с настоящим заявлением, ссылаясь на то, что дополнительное соглашение заключено в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов Общества при неравноценном встречном предоставлении, и полагая, что в результате его совершения ФИО1 оказано предпочтение.

Суд первой инстанции установил, что в результате заключения дополнительного соглашения стоимость квартиры уменьшилась с 2 143 793 руб. до 913 140 руб., то есть изменена в сторону уменьшения на 57%.

Не усмотрев доказательств наличия экономической целесообразности заключения дополнительного соглашения на таких условиях спустя четыре месяца после заключения договора от 15.09.2016, суд пришел к выводу о причинении оспариваемой сделкой вреда имущественным правам кредиторов.

Суд отклонил доводы ФИО1 о совершении указанной сделки в процессе обычной хозяйственной деятельности должника, поскольку на момент ее заключения должник отвечал признакам неплатежеспособности и имел задолженность по заработной плате перед кредиторами второй очереди.

При этом суд отметил, что стороны оспариваемого дополнительного соглашения имеют признаки заинтересованности, поскольку ФИО1 занимал руководящую должность, являясь начальником управления Общества.

Установив, что в результате подписания дополнительного соглашения Общество недополучило 1 300 107 руб. 64 коп., суд удовлетворил заявление конкурсного управляющего, взыскав с ФИО1 указанную сумму.

Апелляционный суд согласился с указанными выводами суда первой инстанции, дополнив резолютивную часть определения указанием на отказ в части заявленных ФИО2 требований.

Изучив материалы дела, проверив доводы кассационной жалобы и возражения, содержащиеся в отзыве на нее, суд кассационной инстанции пришел к следующим выводам.

В соответствии с абзацем пятым пункта 1 статьи 61.3 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в отношении отдельного кредитора или иного лица, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка привела к тому, что отдельному кредитору оказано или может быть оказано большее предпочтение в отношении удовлетворения требований, существовавших до совершения оспариваемой сделки, чем было бы оказано в случае расчетов с кредиторами в порядке очередности в соответствии с законодательством Российской Федерации о несостоятельности (банкротстве).

Согласно пункту 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия указанного заявления, может быть признана арбитражным судом недействительной при неравноценном встречном исполнении обязательств другой стороной сделки, в том числе в случае, если цена этой сделки и (или) иные условия существенно в худшую для должника сторону отличаются от цены и (или) иных условий, при которых в сравнимых обстоятельствах совершаются аналогичные сделки (подозрительная сделка). Неравноценным встречным исполнением обязательств будет признаваться, в частности, любая передача имущества или иное исполнение обязательств, если рыночная стоимость переданного должником имущества или осуществленного им иного исполнения обязательств существенно превышает стоимость полученного встречного исполнения обязательств, определенную с учетом условий и обстоятельств такого встречного исполнения обязательств.

В абзаце втором пункта 9 постановления Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление № 63) разъяснено, что если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Суды первой и апелляционной инстанций установили, что оспариваемая сделка совершена в течение шести месяцев до принятия заявления о признании Общества банкротом, в связи с чем обоснованно посчитали, что она в период, указанный в пункте 1 статьи 61.2 и пункте 3 статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Суды выяснили, что в результате заключения дополнительного соглашения квартира была реализована на условиях, в худшую сторону для должника отличающихся от условий продажи Обществом аналогичных квартир независимым кредиторам, в связи с чем пришли к выводу о неравноценном встречном исполнении обязательств и причинении вреда имущественным правам кредиторов должника.

Вместе с тем, сделки по передаче имущества и принятию обязательств или обязанностей, совершаемые в обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, не могут быть оспорены на основании пункта 1 статьи 61.2 и статьи 61.3 указанного закона, если цена имущества, передаваемого по одной или нескольким взаимосвязанным сделкам, или размер принятых обязательств или обязанностей не превышает один процент стоимости активов должника, определяемой на основании бухгалтерской отчетности должника за последний отчетный период (пункт 2 статьи 61.4 Закона о банкротстве).

Согласно пункту 14 Постановления № 63 бремя доказывания того, что сделка была совершена в процессе обычной хозяйственной деятельности, осуществляемой должником, лежит на другой стороне сделки. Бремя доказывания того, что цена сделки превысила один процент стоимости активов должника, лежит на оспаривающем сделку лице.

Как следует из материалов дела о банкротстве, цена оспариваемой сделки, равным образом, как и рыночная стоимость квартиры, не превышают одного процента стоимости активов должника за последний отчетный период.

Отклоняя основанный на приведенной норме права довод ФИО1 о совершении оспариваемой сделки в обычной хозяйственной деятельности, суды не дали надлежащей оценки его ссылке на то, что Общество, основным видом деятельности которого являлось строительство, по разному устанавливало стоимость квартир.

Так, ФИО1 указывал на то, что предоставление дисконта на квартиры являлось принятой в Обществе мерой стимулирования и поощрения сотрудников с большим стажем работы, в подтверждение чего представил в дело доказательства заключения должником сделок также и с иными работниками на условиях, аналогичных с оспариваемой сделкой.

ФИО1 пояснял, что его стаж работы в области строительства превышал 25 лет, трудовой договор с Обществом заключен в феврале 2002 года, он переведен на должность начальника строительного управления № 3 с 09.11.2006, в мае 2017 года ему вручили уведомление о сокращении штата, уволен 04.08.2017 ввиду сокращения штата. Как пояснял ФИО1, выплата премий и иных материальных поощрений работникам осуществлялась в Обществе не регулярно, вместо этого работодатель предоставлял работникам скидки на приобретаемое у него жилье, размер которой определялся в том числе в зависимости от стажа трудовой деятельности.

По мнению суда кассационной инстанции, суды также не дали надлежащую оценку доводам ФИО1 об отсутствии признаков заинтересованности между ним и Обществом, а также о его неосведомленности в силу занимаемой должности о наличии у должника признаков неплатежеспособности.

Таким образом, при рассмотрении данного обособленного спора суды не установили всю совокупность обстоятельств, имеющих существенное значение для рассмотрения спора о признании сделки недействительной по основаниям статьи 61.2 Закона о банкротстве.

По мнению суда кассационной инстанции, вывод судов об оказании ФИО1 предпочтения при заключении оспариваемого соглашения основан на неверном толковании положений статьи 61.3 Закона о банкротстве.

Изложенное в силу части 1 статьи 288 и пункта 3 части 1 статьи 287 АПК Российской Федерации является основанием для отмены обжалуемых судебных актов и направления дела в суд первой инстанции на новое рассмотрение.

Руководствуясь статьями 286 - 290 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Северо-Западного округа

п о с т а н о в и л:

определение Арбитражного суда Вологодской области от 30.11.2018 и постановление Четырнадцатого арбитражного апелляционного суда от 21.02.2019 по делу № А13-4158/2017 отменить.

Дело направить в Арбитражный суд Вологодской области на новое рассмотрение.

Председательствующий

А.А. Боровая

Судьи

Е.Н. Бычкова

С.Г. Колесникова