Постановление от 16 октября 2024 г. по делу № А47-6556/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД УРАЛЬСКОГО ОКРУГА

пр-кт Ленина, стр. 32, Екатеринбург, 620000

http://fasuo.arbitr.ru


П О С Т А Н О В Л Е Н И Е

№ Ф09-6043/24

Екатеринбург

16 октября 2024 г.


Дело № А47-6556/2023

Резолютивная часть постановления объявлена 08 октября 2024 г.

Постановление изготовлено в полном объеме 16 октября 2024 г.



Арбитражный суд Уральского округа в составе:

председательствующего Савицкой К.А.,

судей Калугина В.Ю., Соловцова С.Н.,

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Шариповой А.Д. рассмотрел в судебном заседании с использованием системы веб-конференции кассационную жалобу крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 на решение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2024 по делу № А47-6556/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2024 по тому же делу.

Лица, участвующие в деле, о времени и месте рассмотрения кассационной жалобы извещены надлежащим образом, в том числе публично, путем размещения информации о времени и месте судебного заседания на сайте Арбитражного суда Уральского округа.

В судебном заседании посредством системы веб-конференции принял участие представитель ФИО2 – ФИО3 по доверенности от 31.05.2023 (паспорт).

В Арбитражном суде Уральского округа принял участие представитель индивидуального предпринимателя главы крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 – ФИО4 по доверенности от 02.05.2024 (удостоверение адвоката).


Индивидуальный предприниматель глава крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 (далее – ФИО1, истец) обратился в арбитражный суд с исковым заявлением к арбитражному управляющему ФИО2, Саморегулируемой организации ассоциация арбитражных управляющих «Синергия», обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «АрсеналЪ» (далее – общество «СК «Арсеналъ»), обществу с ограниченной ответственностью «Страховая компания «Гелиос», обществу с ограниченной ответственностью «Международная страховая группа» о взыскании 23 763 190 руб. солидарно убытков.

Решением Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2024, оставленным без изменения постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2024, в удовлетворении исковых требований отказано.

Не согласившись с указанными судебными актами, истец обратился в Арбитражный суд Уральского округа с кассационной жалобой, в которой, ссылаясь на несоответствие выводов судов фактическим обстоятельствам и материалам дела, нарушение норм материального и процессуального права, просит определение суда первой инстанции и постановление апелляционного суда отменить и направить дело на новое рассмотрение в суд первой инстанции.

В обоснование кассационной жалобы ФИО1 указывает, что решение об отказе в удовлетворении исковых заявлений было принято судом на основании истечения срока давности, при этом судом первой инстанции не рассмотрено заявление о восстановлении указанного срока, а апелляционный суд не оценил данный довод и сделал вывод, что отсутствуют уважительные причины для восстановления срока; полагает, что исковая давность применена судами необоснованно и неверно, в противоречие имеющимся в материалах дела доказательствам, поскольку, по мнению заявителя кассационной жалобы, датой установления порчи подвергнутого аресту зерна в полном объеме является 20.03.2020, а не 11.10.2019; приводит довод о том, что в данном случае, вопреки выводам судов, должны применяться нормы статьи 98 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ), поскольку право на предъявление требований о взыскании убытков возникает в результате судебной проверки правомерности осуществления конкурсным управляющими инвентаризации в рамках конкурсного производства, что и было сделано в данном случае. Кроме того, заявитель утверждает, что суды не дали оценку доводам о незаконности и необоснованности действий ФИО2 при проведении данной инвентаризации, совершении действий с противоправной целью причинения ущерба.

Общество с ограниченной ответственностью «Сапфир» (ранее – общество «СК «Арсеналъ») и ФИО2 представили в суд округа отзывы на кассационную жалобу, в которых просят оставить обжалуемые судебные акты без изменения, указанную жалобу – без удовлетворения. В соответствии со статьей 279 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации отзыв приобщен к материалам дела.

Законность обжалуемых судебных актов проверена в порядке, предусмотренном статьями 274, 284, 286 АПК РФ, в пределах доводов заявителя кассационной жалобы.

Как установлено судами и следует из материалов дела, решением Арбитражного суда Оренбургской области от 01.08.2018 по делу № А47-12857/2017 общество с ограниченной ответственностью «СК» (далее – общество «СК», должник) признано несостоятельным (банкротом), в отношении него открыто конкурсное производство.

Определением суда от 04.04.2019 конкурсным управляющим утверждена ФИО2

Определением суда от 20.11.2019 ФИО2 освобождена от исполнения обязанностей конкурсного управляющего должником.

Определением суда от 03.10.2022 конкурсное производство в отношении общества «СК» завершено, в Едином государственном реестре юридических лиц внесены соответствующие сведения о ликвидации предприятия.

Истец, обращаясь с данным исковым заявлением, указывал на следующие обстоятельства.

ФИО2 на основании приказа от 10.04.2019 № 1 о проведении инвентаризации имущества общества «СК», произведено обследование объектов, принадлежащих должнику (зерносклады, мельница, склад запасных частей, мастерская, теплая стоянка и столовая), составлены акты обследования и опечатывания от 12.04.2019 в присутствии инвентаризационной комиссии, установлено наличие в опечатанных зерноскладах и теплой стоянке зерна и семян различных культур.

Определением суда от 22.04.2019 удовлетворено ходатайство ФИО2 о принятии обеспечительных мер в виде наложения запрета на доступ и пользование третьим лицам, без разрешения конкурсного управляющего, имуществом, выявленным в ходе инвентаризационных действий, до завершения инвентаризации имущества должника; запрета ФИО5 чинить препятствия по доступу конкурсного управляющего и инвентаризационной комиссии на территорию земельного участка, являющегося собственностью ФИО5 и юридическим адресом общества «СК».

В последующем истец неоднократно обращался в суд с заявлением об отмене принятых обеспечительных мер в части запрета пользования и доступа к зерну, указывая, что опечатанное в зерноскладах зерно принадлежит ему, а не должнику, в отсутствии доступа зерно портится и теряет свои качества, однако в удовлетворении заявления о частичной отмене обеспечительных мер судом было отказано.

Определением суда от 19.06.2019 по ходатайству конкурсного управляющего также приняты обеспечительные меры, в виде наложения ареста на имущество общества «СК» - сельскохозяйственную технику, технику, сельхозинвентарь, некапитальные (временные) строения и объекты недвижимого имущества, а также зерно, находящееся в зерноскладах № 1, № 2, № 3, № 4, расположенных по адресу: Оренбургская область, Октябрьский муниципальный район, поселение Комиссаровский сельсовет, село Комиссарово ул. Центральная, д. 40 корпус «а»; в зерноскладах № 7 и № 8, расположенных по адресу: <...> д. 2; в здании мельницы, расположенной по адресу: <...> д. 2; в теплой стоянке, расположенной по адресу: <...> д. 102.

В результате принятых обеспечительных мер в опечатанных, неприспособленных для длительного хранения складах находилось зерно, доступ к которому был запрещен любым лицам, которое на протяжении более пяти месяцев не подвергалось необходимой подработке, в отношении зерна не проводились необходимые действия, обеспечивающие его сохранность.

В рамках исполнительного производства по принятым судом обеспечительным мерам, ФИО5 постановлением судебного пристава-исполнителя от 02.07.2019 назначен ответственным хранителем.

Исполнительный лист от 19.06.2019 предъявлен в службу судебных приставов, с просьбой конкурсного управляющего передать движимое имущество (зерно, техника, металлолом) на хранение в специализированные организации (общество с ограниченной ответственностью «Сакмарский Элеватор» (далее – общество «Сакмарский Элеватор»), общество с ограниченной ответственностью «Урал Контракт»).

После принятия мер определениями от 28.05.2019, от 07.06.2019 конкурсный управляющий 19.07.2019 обращался в суд с заявлением о принятии обеспечительных мер в виде передачи на ответственное хранение обществу «Сакмарский Элеватор» зерна, арестованного в рамках исполнительного производства, находящегося в зерноскладах, ссылалась при этом на необходимость проведения мероприятий, поддерживающих качество зерна и невозможность его хранения в существующих условиях, поскольку это неизбежно приведет к порче зерна.

Определением от 22.07.2019 в удовлетворении ходатайства конкурсного управляющего было отказано, со ссылкой на то, что судебный пристав-исполнитель самостоятельно принимает меры по сохранности имущества и определяет ответственного хранителя.

ФИО1 06.09.2019 обратился с заявлением об обязании ФИО2 предоставить встречное обеспечение по обеспечительным мерам, принятым определениями суда от 22.04.2019 и от 19.06.2019 в части запрета пользования третьим лицам имуществом, выявленным в ходе инвентаризации путем внесения на депозитный счет арбитражного суда 5 460 000 руб., составляющих стоимость зерна, доступ к которому запрещен третьим лицам. В случае отказа в предоставлении встречного обеспечения, просил суд разрешить вопрос о частичной отмене принятых обеспечительных мер в отношении зерна и семян, в целях их сохранности.

В инвентаризационную опись от 30.09.2019 № 3, составленную ФИО2, в качестве принадлежащего должнику включено имущество: зерно – овес, 75 тонн, находящееся в зерноскладе № 3; зерно – пшеница, 85 тонн, находящееся в зерноскладе № 4; зерносмесь (зерноотходы), 10 тонн, находящийся в зерноскладе № 7; зерно – просо, 10 тонн, находящаяся в зерноскладе № 8; зерно – гречиха, 35 тонн, находящееся в здании мельницы; зерно – пшеница, 180 тонн, находящееся в здании теплой стоянки; зерно – ячмень, 190 тонн, находящееся в здании теплой стоянки; семя подсолнечника, 300 тонн, находящееся в здании теплой стоянки.

Определением от 08.10.2019 в удовлетворении заявления ФИО1 о встречном обеспечении по обеспечительным мерам отказано, а заявление о частичной отмене обеспечительных мер удовлетворено. Отменены обеспечительные меры, принятые определением Арбитражного суда Оренбургской области от 22.04.2019 в части запрета до завершения инвентаризации имущества общества «СК» доступа и пользование третьим лицам имуществом, выявленным в ходе инвентаризационных действий; обеспечительные меры, принятые определением от 19.06.2019 в части наложения ареста на имущество общества «СК», а именно зерно, находящееся в зерноскладах № 1-4, 7, 8, в здании мельницы и теплой стоянке.

ФИО2 обращалась с апелляционной жалобой в Восемнадцатый арбитражный апелляционный суд, указав, что в процедуре банкротства общества «СК» затруднено обеспечение сохранности имущества должника, ввиду совершения противодействующих поступков со стороны ФИО5 (бывшего руководителя должника).

Конкурсный управляющий также указывала, что обращалась в службу судебных приставов и в суд с ходатайством о принятии обеспечительных мер для исполнения обязанности по хранению зерна путем его передачи конкурсному управляющему, но судебными приставами принято решение об аресте зерна, с оставлением его на хранение ФИО5

Постановлением Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 11.12.2019 определение суда от 08.10.2019 оставлено без изменения, поскольку основания для сохранения спорных обеспечительных мер фактически отпали, инвентаризация проведена, а дальнейшее совершение действий с зерном должно осуществляться конкурсным управляющим в силу положений статьи 129 Федерального закона от 26.10.2002 № 127-ФЗ «О несостоятельности (банкротстве)» (далее – Закон о банкротстве), в том числе посредством определения хранителя и осуществления мер по поддержанию нормального состояния зерна.

После окончания инвентаризации и получения доступа к арестованному зерну открыты ранее опечатанные зерносклады и пробы зерна отправлены на анализ в лабораторию публичного акционерного общества «ОХПП».

В соответствии с карточками анализа зерна от 11.10.2019 , составленными названным выше обществом, полностью пришло в негодность и потеряло свои потребительские качества зерно следующих культур: семена подсолнечника, просо, овес скакун, ячмень, пшеница твердых сортов, пшеница АЛЬБ-32, гречиха; все перечисленные зерновые культуры урожая 2018 года находятся в греющемся состоянии, в виде комьев с паутиной, заражены вредителями, что влечет невозможность их использования и отсутствие какой-либо потребительской ценности. Указанные выводу подтверждены документами об исследовании и проверке годности спорного зерна.

Определением от 18.05.2021 судом удовлетворено заявление ФИО1 об исключении из инвентаризационной описи от 30.09.2019 следующего имущества: зерно – овес, 75 тонн, зерно – пшеница 85 тонн, зерносмесь (зерноотходы) 10 тонн, зерно – просо 10 тонн, зерно – гречиха 35 тонн, зерно – пшеница 180 тонн, зерно – ячмень 190 тонн, семя подсолнечника 300 тонн.

Истец, полагая, что в результате совершения неразумных и необоснованных действий в ходе конкурсного производства, длительного действия принятых по инициативе конкурсного управляющего ФИО2 определениями от 22.04.2019 и 19.06.2019 обеспечительных мер, ему причинены убытки в виде полной утраты товарного зерна и семян, обратился с рассматриваемым исковым заявлением, ссылаясь на статью 98 АПК РФ.

В ходе рассмотрения дела ответчиками заявлено о пропуске срока исковой давности, указывая при это на то, что заявление предъявлено в суд 24.04.2023, в то время как в соответствии с карточками анализа зерна от 11.10.2019 выявлено, что зерно пришло в негодность и потеряло свои потребительские качества и в этот же момент истцу стало известно о негодности зерновых культур, то есть срок исковой давности начал течь с 11.10.2019.

Истцом возражал относительно применения срока исковой давности, ссылаясь при это на то, что срок исковой давности по требованиям о возмещении убытков, причиненных обеспечением иска, должен начинаться с момента вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об установлении необоснованности и незаконности заявленных ФИО2 требований, то есть с момента вынесения определения от 18.05.2021 об исключении арестованного зерна из описи имущества общества «СК», вступившее в законную силу 02.06.2021, а значит, по мнению ФИО1, срок исковой давности не пропущен.

Отказывая в удовлетворении искового заявления, суды первой и апелляционной инстанций исходили из следующего.

В соответствии с частью 1 статьи 98 АПК РФ ответчик и другие лица, чьи права и (или) законные интересы нарушены обеспечением иска, после вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об отказе в удовлетворении иска вправе требовать от лица, по заявлению которого были приняты обеспечительные меры, возмещения убытков в порядке и в размере, которые предусмотрены гражданским законодательством, или выплаты компенсации.

В соответствии с правовой позицией, изложенной в пункте 34 Обзора судебной практики Верховного Суда Российской Федерации № 3 (2016), утвержденного Президиумом Верховного Суда Российской Федерации 19.10.2016, в предмет доказывания по иску о взыскании убытков или выплате компенсации в связи с обеспечением иска не входит установление виновности инициировавшего принятие обеспечительных мер лица, поскольку право на возмещение убытков от обеспечительных мер либо право на получение компенсации основаны на положениях пункта статьи 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и возникают в силу прямого указания закона (статья 98 АПК РФ).

Для удовлетворения иска о взыскании убытков вследствие принятия обеспечительных мер необходимо доказать совокупность обстоятельств, являющихся основанием для привлечения ответчика к названному виду гражданско-правовой ответственности, а именно: принятие обеспечительных мер по заявлению соответствующего лица, размер понесенных убытков и причинно-следственную связь между действиями заявителя по заявлению об обеспечении иска и возникшими в результате этого убытками. Недоказанность одного из элементов является основанием для отказа в удовлетворении иска.

Согласно пункту 1 статьи 129 названного Закона с даты утверждения конкурсного управляющего до даты прекращения производства по делу о банкротстве, или заключения мирового соглашения, или отстранения конкурсного управляющего он осуществляет полномочия руководителя должника и иных органов управления должника, а также собственника имущества должника - унитарного предприятия в пределах, в порядке и на условиях, которые установлены настоящим законом, в частности, в полномочия конкурсного управляющего входит принятие в ведение имущества должника, проведение инвентаризации такого имущества.

Арбитражный управляющий обязан возместить должнику, кредиторам и иным лицам убытки, которые причинены в результате неисполнения или ненадлежащего исполнения арбитражным управляющим возложенных на него обязанностей в деле о банкротстве и факт причинения которых установлен вступившим в законную силу решением суда (пункт 4 статьи 20.4 Закона о банкротстве).

В силу статьи 1064 ГК РФ общими условиями ответственности за причиненный вред являются наличие вреда, неправомерные действия (бездействие) лица, его причинившего, и причинная связь между такими действиями и наступившим вредом. Вина причинителя вреда предполагается.

В соответствии со статьей 15 ГК РФ лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере. Под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

По смыслу приведенных норм материального права для наступления гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков необходимо установить факт наступления вреда, противоправность поведения причинителя вреда, наличие прямой причинной связи между противоправным поведением и возникшими убытками, а также размер причиненных убытков. Отсутствие хотя бы одного из указанных условий исключает возможность применения ответственности в виде убытков. Доказывание указанных обстоятельств в соответствии с положениями статьи 65 АПК РФ относится на истца.

Правовым основанием для взыскания убытков от принятых обеспечительных мер является отказ в иске лицу, инициировавшему такие обеспечительные меры. Именно в результате отказа в иске считается установленным факт необоснованного принятия обеспечительных мер. С момента вступления в законную силу судебного акта об отказе в иске появляются правовые основания для подачи иска о взыскании убытков, а также возникает определенность в вопросе о том, кто является ответчиком в споре.

Таким образом, надлежащим ответчиком по настоящему иску является лицо, которое являлось истцом на момент вступления в законную силу судебного акта об отказе в удовлетворении искового заявления.

В целях обеспечения гарантированного возмещения убытков, причиненных действиями арбитражного управляющего, Законом о банкротстве установлена обязанность страхования арбитражным управляющим своей ответственности за причинение убытков лицам, участвующим в деле о банкротстве, и иным лицам в связи с неисполнением или ненадлежащим исполнением возложенных на арбитражного управляющего обязанностей в деле о банкротстве (статья 24.1 Закона о банкротстве).

В соответствии с правовой позицией, изложенной в определении Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 25.08.2022 № 305-ЭС22-9220, определения судов, принятые в рамках дела о банкротстве по результатам рассмотрения обособленных споров, которыми по существу разрешен вопрос материально-правового характера, являются итоговым судебным актом по существу спора и тождественны по своим правовым последствиям решению суда. Правила вступления в законную силу таких судебных актов аналогичны правилам вступления в законную силу решений арбитражного суда по существу спора.

На иск о взыскании убытков распространяются общие правила ГК РФ, в частности, правила об исковой давности.

Согласно положениям статьи 196 ГК РФ общий срок исковой давности устанавливается в три года.

В соответствии с пунктом 1 статьи 200 названного Кодекса, если законом не установлено иное, течение срока исковой давности начинается со дня, когда лицо узнало или должно было узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Вместе с тем применительно к положениям статьи 98 АПК РФ, положенным в качестве нормативного обоснования предъявленных требований, названным Кодексом установлен иной момент начала течения срока исковой давности. Так, пунктом 1 статьи 98 АПК РФ установлено, что истец вправе предъявить иск после вступления в законную силу судебного акта арбитражного суда об отказе в удовлетворении требования лицу, по заявлению которого были приняты обеспечительные меры. С момента вступления в законную силу судебного акта об отказе в иске появляются правовые основания для подачи иска о взыскании убытков.

Согласно части 2 статьи 199 ГК РФ истечение срока исковой давности, о применении которой заявлено стороной в споре, является основанием к вынесению судом решения об отказе в иске.

Исходя из разъяснений, данных в пункте 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 29.09.2015 № 43 «О некоторых вопросах, связанных с применением норм Гражданского кодекса Российской Федерации об исковой давности», бремя доказывания наличия обстоятельств, свидетельствующих о перерыве, приостановлении течения срока исковой давности, возлагается на лицо, предъявившее иск. В соответствии со статьей 205 ГК РФ в исключительных случаях суд может признать уважительной причину пропуска срока исковой давности по обстоятельствам, связанным с личностью истца - физического лица, если последним заявлено такое ходатайство и им представлены необходимые доказательства. По смыслу указанной нормы, а также пункта 3 статьи 23 ГК РФ, срок исковой давности, пропущенный юридическим лицом, а также гражданином - индивидуальным предпринимателем по требованиям, связанным с осуществлением им предпринимательской деятельности, не подлежит восстановлению независимо от причин его пропуска.

В данном случае ФИО2 во исполнение своих обязанностей, по принятию в ведение имущества должника и проведению инвентаризации такого имущества, в условиях противодействия третьих лиц, обращалась в суд с ходатайством о принятии обеспечительных мер до завершения инвентаризации имущества. Обеспечительные меры были приняты судом в целях проведения инвентаризации имущества должника – общества «СК».

Истец в качестве определения, которым по существу разрешен вопрос материально-правового характера указывает определение от 18.05.2021, согласно которому судом рассматривалось и удовлетворено заявление ФИО1 об исключении из инвентаризационной описи от 30.09.2019 № 3, составленной конкурсным управляющим обществом «СК» ФИО2, имущества (зерна, зерносмеси, семян).

Вместе с тем суды признали необоснованной позицию ФИО1 как противоречащую представленным в материалы дела доказательствам, поскольку необходимость запрета доступа и пользования третьим лицам имуществом до завершения инвентаризации имущества общества «СК» связана с противодействием конкурсному управляющему и инвентаризационной комиссии в осмотре и фиксации имущества на территории с адресом государственной регистрации общества «СК».

При этом судами не установлено наличие определений по делу № А4712857/2017, которыми конкурсному управляющему отказано в проведении инвентаризации или результаты которой признаны судом недействительными.

Кроме того, определение суда от 03.10.2022 конкурсное производство в отношении общества «СК» завершено, установлено, что в рамках проведения процедуры банкротства у должника было выявлено имущество (зерно, семена, техника и другое).

Таким образом, исходя из вышеизложенного, суды первой и апелляционной инстанций, отметив отсутствие судебного акта, которым ФИО2 отказано в удовлетворении заявления, пришли к выводу, что оснований для возмещения убытков ввиду нарушения интересов истца обеспечением иска в порядке, предусмотренном статьи 98 АПК РФ, в данном случае не имеется.

В то же время, установив, что обязательства страховой компании возникают из договора страхования, а обязательства ФИО2 возникают из причинения убытков и данные обязательства не могут рассматриваться как солидарные, приняв во внимание ненаступление страхового случая согласно статье 24.1 Закона о банкротстве на момент предъявления требований, суды не установили оснований для взыскания страхового возмещения, ввиду чего отказали в удовлетворении требований к страховым организациям.

Относительно доводов о пропуске срока исковой давности суды отметили следующее.

Из текста искового заявления следует, что после окончания инвентаризации, в соответствии с карточками анализа зерна от 11.10.2019 выявлено, что зерно пришло в негодность и потеряло свои потребительские качества, в этот же момент стало известно о негодности зерновых культур и истцу, то есть срок исковой давности начал течь 11.10.2019.

Поскольку наличие акта об отказе в иске судом не установлено, то в данном случае применяются общие положения статьи 200 ГК РФ, а значит, учитывая, что срок исковой давности начал течь 11.10.2019, общий срок исковой давности по иску о взыскании убытков истек 11.10.2022.

Таким образом, установив, что исковое заявление подано в суд 24.04.2023, суды пришли к выводу об истечении трехгодичного срока исковой давности, установленного статьей 196 ГК РФ.

При этом апелляционным судом отклонен довод ФИО1 о нерассмотрении судом первой инстанции ходатайства о восстановлении срока как несостоятельный, поскольку указанные им причины пропуска срока исковой давности (рассмотрение спора судом о принадлежности зерна) не могут быть расценены как уважительные, при этом указанные обстоятельства были учтены судом при определении даты начала исчисления срока давности.

Суд округа по результатам рассмотрения кассационной жалобы, находит выводы судов первой и апелляционной инстанций верными.

Доводы кассационной жалобы судом рассмотрены и отклонены как основанные на неверном толковании норм права.

Поскольку конкурсный управляющий в процедуре конкурсного производства в целях сохранения имущества должника действует от имени должника и осуществляет полномочия его руководителя, обеспечительные меры, на которые ссылается истец, в обоснование заявленных требований приняты фактически по заявлению и в интересах самого должника (пункт 1 статьи 124, пункт 1 статьи 127 Закона о банкротстве).

Таким образом, требование о взыскании убытков или компенсации в случае нарушения имущественных интересов ФИО1 обеспечительными мерами (статья 98 АПК РФ), принятыми в ходе конкурсного производства в целях сохранения имущества должника, должно быть предъявлено к самому обществу.

В рассматриваемом случае конкурсный управляющий действовал в качестве законного представителя конкурсной массы при отсутствии собственного материально-правового интереса, соответственно, предъявление к нему требования о взыскании убытков не может быть мотивировано статьей 98 АПК РФ и должно подчиняться общим правилам о возмещении вреда, предусмотренным статьей 1064 ГК РФ.

В частности, лицо может нести ответственность при наличии вины и противоправности действий, однако в рассматриваемом случае установлено, что конкурсный управляющий действовал в интересах кредиторов и должника (подавал заявления о принятии обеспечительных мер), то есть предпринимал обычные стандартные действия, направленные на обеспечение сохранности имущества должника.

Надлежащих доказательств противоправности в действиях конкурсного управляющего заявителем не представлено, напротив, в обоснование позиции об отсутствии вины во внимание необходимо принять пояснения управляющего, представленные в ходе рассмотрения дела, а именно: конкурсный управляющий в отзыве указал, что инвентаризация имущества должника проводилась в условиях конфликта, доступ управляющего к имуществу, подлежащему инвентаризации, был затруднен. Регулярно производились срывы пломб и замков, установленных управляющим в целях сохранности имущества, а имущество должника вывозилось неизвестными лицами.

При предъявлении требования о взыскании убытков непосредственно арбитражному управляющему в силу гражданско-правового характера его ответственности срок исковой давности начинает течь в порядке, установленном статьей 200 ГК РФ, со дня, когда первоначальный обладатель права узнал или должен был узнать о нарушении своего права и о том, кто является надлежащим ответчиком по иску о защите этого права.

Таким образом, учитывая изложенное, суды верно установили, что, поскольку требование предъявлено непосредственно управляющему, срок исковой давности заявителем пропущен.

На основании изложенного в удовлетворении требований, предъявленных не к обществу (должнику), а конкурсному управляющему как законному представителю конкурсной массы, отказано правомерно.

Доводы жалобы не опровергают сделанных судами выводов, которые соответствуют имеющимся в деле доказательствам и основаны на верном применении норм права. Иное толкование подателем жалобы норм права не является основанием для отмены обжалуемых судебных актов.

Нарушений норм материального или процессуального права, являющихся основанием для отмены судебных актов (статья 288 АПК РФ), судом кассационной инстанции не установлено.

С учетом изложенного обжалуемые судебные акты подлежат оставлению без изменения, кассационная жалоба – без удовлетворения.

Руководствуясь статьями 286, 287, 289 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд



П О С Т А Н О В И Л:

решение Арбитражного суда Оренбургской области от 03.04.2024 по делу № А47-6556/2023 и постановление Восемнадцатого арбитражного апелляционного суда от 24.07.2024 по тому же делу оставить без изменения, кассационную жалобу крестьянского фермерского хозяйства ФИО1 – без удовлетворения.

Постановление может быть обжаловано в Судебную коллегию Верховного Суда Российской Федерации в срок, не превышающий двух месяцев со дня его принятия, в порядке, предусмотренном статьей 291.1 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации.


Председательствующий К.А. Савицкая


Судьи В.Ю. Калугин


С.Н. Соловцов