Решение от 21 февраля 2024 г. по делу № А67-7140/2023

АРБИТРАЖНЫЙ СУД ТОМСКОЙ ОБЛАСТИ

634050, пр. Кирова д. 10, г. Томск, тел. (3822)284083, факс (3822)284077, http://tomsk.arbitr.ru, e-mail: tomsk.info@arbitr.ru

Именем Российской Федерации


Р Е Ш Е Н И Е

г. Томск Дело № А67- 7140/2023

21.02.2024

Резолютивная часть решения объявлена 07.02.2024.

Арбитражный суд Томской области

в составе судьи Гребенникова Д.А.,

при проведении протокола судебного заседания секретарем ФИО1

рассмотрев в открытом судебном заседании дело по исковому заявлению

акционерного общества «Научно-производственное объединение по медицинским иммунобиологическим препаратам «Микроген» (ИНН <***> ОГРН <***>)

к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>)

о взыскании 689 521,55 руб. убытков,

при участии в судебном заседании:

от истца – ФИО3 по доверенности от № 265 22.06.2023 (паспорт);

от ответчика – ФИО2 (паспорт) (до перерыва), ФИО4 по доверенности от 06.09.2023 (паспорт).

УСТАНОВИЛ:

акционерное общество «Научно-производственное объединение по медицинским иммунобиологическим препаратам «Микроген» (далее – АО «НПО «Микроген», истец) обратилось в Арбитражный суд Томской области с иском к индивидуальному предпринимателю ФИО2 (далее – ФИО2, ответчик) о взыскании 689 521,55 руб. убытков, причиненных повреждением кабельной линии.

Исковые требования обоснованы статьями 15, 1064, 1068, 1079, 1082 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) и мотивированы тем, что ответчик 04.09.2020 г. при проведении земляных работ по укладке кабельной линии по адресу: <...> (территория земельного участка, расположенного по адресу <...> кадастровый номер 70:21:0100046:1875, принадлежащего ответчику на праве собственности) в нарушение правил раскопок кабельных трасс, без согласования проведения работ эксплуатирующей организацией, а также не имея специального разрешения на проведение земляных работ, экскаватором повредил кабельную линию принадлежащую истцу и имеющую следующие характеристики: 10кВ длиной L=570 метров от Ячейки №5 ТП-Питомник 10/04 кВ ИП ФИО2 до Ячейки №2 ТП-Очистные сооружения 10/0,4 кВ НПО «Вирион» (далее – поврежденная кабельная линия).

Определением Арбитражного суда Томской области от 21.08.2023 исковое заявление принято к производству.

Ответчик представил отзыв на иск, в котором исковые требования не признал. В обоснование возражений ответчик указал, что в его действиях отсутствует противоправность поведения, т.к. согласование истца на проведение работ было получено им устно, кроме этого, по устному запросу ответчика истец не смог предоставить план (схему) с указанием размещения и глубины заложения принадлежащей истцу кабельной линии. Также истцом не доказано наличие причинно-следственной связи между повреждением кабельной линии и убытками, т.к. полное отключение электроснабжения производственной площадки истца стало возможным вследствие несрабатывания оборудования релейной защиты и автоматики, установленного в энергосистеме истца. Также, по мнению ответчика, истцом не доказан факт наличия и размера понесенных убытков; отсутствие у истца электроэнергии в течении 3 часов соответствует категории надежности энергопринимающих устройств истца, заявленной при технологическом подключении и заключении договора с энергоснабжающей организацией, охранная зона повреждённой кабельной линии не была установлена в соответствии с Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.02.2009 №160.

Протокольным определением Арбитражного суда Томской области от 20.12.2023 дело назначено к судебному разбирательству на 24.01.2024.

В судебном заседании в соответствии со ст. 163 АПК РФ объявлен перерыв до 07.02.2024.

В судебном заседании представитель истца поддержал заявленные исковые требования, с учетом представленных дополнительных пояснений.

Представитель ответчика против удовлетворения исковых требований возражал по основаниям, изложенным в возражениях.

Изучив материалы дела, заслушав пояснения представителей сторон, данные в судебном заседании, исследовав имеющиеся в деле доказательства и оценив относимость, допустимость, достоверность каждого доказательства в отдельности, а также достаточность и взаимную связь доказательств в их совокупности в соответствии с требованиями норм статьи 71 АПК РФ, суд находит исковые требования подлежащими частичному удовлетворению по следующим основаниям.

Как следует из материалов дела, акционерное общество «Научно-производственное объединение по медицинским иммунобиологическим препаратам «Микроген» (ИНН <***>, далее по тексту - АО «НПО «Микроген», Истец) создано 01.12.2017 г. путем реорганизации в форме преобразования Федерального государственного унитарного предприятия «Научно-производственное объединение по медицинским иммунобиологическим препаратам «Микроген» Министерства здравоохранения Российской Федерации (прежний ИНН <***>).

АО «НПО «Микроген» является правопреемником ФГУП «НПО «Микроген» Минздрава России, что подтверждается Уставом АО «НПО «Микроген» (Редакция №5, утв. Решением единственного акционера АО «НПО «Микроген» от 05.09.2022 №5-Р, далее по тексту - Устав), Листом записи Единого государственного реестра юридических лиц о внесении записи о создании юридического лица путем реорганизации в форме преобразования от 01.12.2017 г. (Форма №Р50007).

Основным видом экономической деятельности АО «НПО «Микроген» является производство лекарственных препаратов и материалов, применяемых в медицинских целях (код по ОКВЭД 2-21.20).

АО «НПО «Микроген» имеет филиал в г. Томск (местонахождение производственной площадки: 634040, <...>).

Как следует из материалов дела, ИП ФИО2 является владельцем (балансодержателем) трансформаторной подстанции ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2, а так же субабонентом АО «НПО «Микроген» по Договору энергоснабжения № 70020000000262 от 09.01.2020, заключенному между АО «НПО «Микроген» и АО «Томскэнергосбыт», что подтверждается Приложением №1 к данному договору, Действующей схемой электроснабжения НПО «Вирион» (утв. главным инженером филиала АО «НПО «Микроген» в г.Томск «НПО «Вирион» от 06.02.2019), Актом разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон №01/01-20УЭС от 29.01.2020, подписанным между АО «НПО «Микроген» и ФИО2

Согласно вышеуказанному Акту разграничения балансовой принадлежности сетей и эксплуатационной ответственности сторон №01/01-20УЭС от 29.01.2020 на балансе и обслуживании ФИО2 находится:

- отходящий высоковольтный кабель 10 кВ длиной L=760 м., от Я12 ЦРП-37 10 кВ НПО «Вирион» до Я6 РУ-10 кВ ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2;

- трансформаторная подстанция ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2

На балансе и обслуживании АО «НПО «Микроген» находится:

- Высоковольтное оборудование Ячейки №12 ЦРП №37 10 кВ НПО «Вирион»;

- Отходящий высоковольтный кабель 10кВ длиной L=570 метров от Ячейки №5 ТП-Питомник 10/04 кВ ИП ФИО2 до Ячейки №2 ТП-Очистные сооружения 10/0,4 кВ. НПО «Вирион».

Также из материалов дела следует, что ответчик является собственником земельного участка, расположенного по адресу <...> кадастровый номер 70:21:0100046:1875, площадью 118 475 кв. м., вид разрешенного использования «для создания кормовой базы для выращивания лабораторных животных для научно-исследовательских целей», что подтверждается Выпиской из ЕГРН от 28.01.2021.

Имущество используется для предпринимательской деятельности (выращивание лабораторных животных и их продажа по договорам купли-продажи).

Указанный земельный участок ответчика имеет смежные границы с земельным участком, принадлежащим АО «НПО «Микроген», расположенным по адресу <...>, к.н. 70:21:0100046:1888, площадью 248 085 кв. м., что подтверждается Выпиской из ЕГРН от 28.01.2021.

Кабельная линия, принадлежащая истцу, как и кабельная линия, принадлежащая ответчику, проложены в границах двух вышеуказанных земельных участков.

04.09.2020 при проведении ФИО2 земляных работ по замене высоковольтной кабельной линии 10 кВ длиной L=760 м. от Ячейки №12 ЦРП-37 10 кВ НПО «Вирион» до Ячейки №6 РУ-10 кВ ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2 в районе ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2 (расположенной на территории земельного участка к.н. 70:21:0100046:1875 принадлежащего ответчику) экскаватором была повреждена высоковольтная кабельная линия 10кВ длиной L=570, состоящая на балансе АО «НПО «Микроген».

Земляные работы выполнялись ФИО2 в отсутствие специального письменного разрешения истца на проведение земляных работ.

Факт порыва кабельной линии ответчиком, в том числе с использованием экскаватора, подтверждается двусторонним Актом от 04.09.2020, подписанным между истцом и ответчиком.

Письмом АО «НПО «Микроген» исх.№ 05/01-03-1080/04/1107 от 29.09.2021 г. истцом запрошена информация о подтверждении факта аварийного отключения основной и резервной кабельной линии истца от сетевых организаций, владеющих подстанциями 35/10 кВ «Заводская» (ПАО «ТРК») и подстанцией «ЗПП-Т» (ООО «Горсети»), произошедшего 04.09.2020 г.

Согласно полученному ответу ПАО «ТРК» исх.№12/9879 от 05.10.2021 на п/ст 35 кВ «Заводская» зафиксирован факт аварийного отключения В-1- ф.З -011 произошедшее 04.09.2020 г. в 15:37, что подтверждает факт повреждения в сети присоединенной кабельной линии 10 кВ З-011.

Согласно полученному ответу ООО «Горсети» исх.№3737 от 04.10.2021 на п/ст 35 кВ ЗПП-Т зафиксировано аварийное отключение ф.Зп-25 произошедшее 04.09.2020 в 15:35, отключена КЛ – 10 кВ от п/ст ЗПП-Т РУ -10 кВ яч.25 до ТП Вирион. Данная кабельная линия включена после проведения высоковольтных испытаний 04.09.2020 г. в 18:35.

Таким образом, электроснабжение производственных корпусов АО «НПО «Микроген» отсутствовало 04.09.2020 в течении 3 часов, с 15.35 до 18.35 местного времени.

В результате полного отключения электроэнергии в течении 3-х часов была остановлена работа оборудования и прерваны запущенные истцом технологические процессы производства лекарственных препаратов, что повлекло за собой отбраковку производимых лекарственных препаратов на стадии промежуточной продукции, себестоимость производства которых и составляет цену иска.

В период прекращения электроснабжения 04.09.2020 на технологических стадиях производственного процесса изготовления у истца находился ряд препаратов. Отсутствие электроэнергии в указанный период времени повлекло остановку работы оборудования АО «НПО «Микроген», а также нарушение технологических процессов выпуска препаратов ФИО5 и ФИО6, что подтверждается Актом о нарушении технологических процессов (брака) препаратов №1 от 15.09.2020 г., подписанным между истцом и ответчиком; выписками из Досье на серии препаратов; актами о забракованной продукции № 1 и № 2 от 11.09.2020.

Также в отделении сублимации корпуса № 2 истца на стадии высушивания находились препараты (Полуфабрикат) ФИО5, лиофилизат, фл.5 доз (далее по тексту – ФИО5), cерии 101-(1-3), 102, 103-(1-3), а так же препараты (Полуфабрикат) ФИО6 50 мг.амп. лиофилизат (далее по тексту – ФИО6) серия 170920-02-1 (1-4).

По окончанию технологического процесса, а также по результатам проведенного просмотра и герметизации промежуточной продукции, было установлено, что препарат:

- ФИО5 серия 101-(1-3) в количестве 33505 штук флаконов не соответствует требованиям нормативной документации «Лактобактерии. ФИО5, лиофилизат для приготовления суспензии для приема внутрь и местного применения» (согласовано Минздравом России 26.11.2019 ЛС-002098, далее по тексту – НД ФИО5) по показателю «Описание».

- ФИО5 серия 102 в количестве 33478 штук флаконов не соответствует требованиям НД ФИО5 по показателю «Описание».

- ФИО5 серия 103-(1-3) в количестве 33505 штук флаконов не соответствует требованиям НД ФИО5 по показателю «Описание».

- ФИО6 серия 170920-02-1 (1-4) в количестве 60749 штук ампул не соответствует требованию нормативной документации ФСП Р №001256/01-190917, Изм.1,2 «ФИО6 50 мг.амп. лиофилизат» по показателю «Описание».

Таким образом, в связи с отключением электроэнергии 04.09.2020 количество брака промежуточной продукции у истца составило:

- по препарату ФИО5 – 100488 штук флаконов,

- по препарату ФИО6 – 60749 штук ампул.

В дальнейшем данная продукция была истцом уничтожена, что подтверждается Актом уничтожения лекарственных средств №3 от 09.07.2021 г., составленным ООО «Утилитсервис» в рамках исполнения обязанностей по Контракту №200814045121101306 от 30.06.2021.

В соответствии со справкой фактических затрат по забракованной продукции в отделении сублимации в сентябре 2020, представленной истцом, фактические затраты по браку продукции составили 689 521,55 руб.

В целях соблюдения досудебного претензионного порядка урегулирования данного спора, истцом в адрес ответчика была направлена претензия исх.№05/01-03-1080/04/1134 от 26.10.2020, оставленная ответчиком без удовлетворения, что послужило основанием для обращения истца в суд с настоящим исковым заявлением.

Частично удовлетворяя исковые требования, суд исходит из следующего.

Согласно пункту 1 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, право которого нарушено, может требовать полного возмещения причиненных ему убытков, если законом или договором не предусмотрено возмещение убытков в меньшем размере.

При этом в силу пункта 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации под убытками понимаются расходы, которые лицо, чье право нарушено, произвело или должно будет произвести для восстановления нарушенного права, утрата или повреждение его имущества (реальный ущерб), а также неполученные доходы, которые это лицо получило бы при обычных условиях гражданского оборота, если бы его право не было нарушено (упущенная выгода).

Лицо, требующее возмещения причиненных ему убытков, должно доказать наступление вреда, противоправность действий причинителя вреда, причинно-следственную связь между виновными (противоправными) действиями причинителя вреда и фактом причинения вреда, а также размер вреда, подтвержденный документально.

Требование о взыскании убытков может быть удовлетворено только при установлении совокупности всех указанных элементов ответственности. Недоказанность одного из необходимых оснований возмещения убытков исключает возможность удовлетворения исковых требований.

В соответствии с пунктом 1 статьи 65 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации каждое лицо, участвующее в деле, должно доказать обстоятельства, на которые оно ссылается как на основание своих требований и возражений. Обязанность доказывания обстоятельств, послуживших основанием для принятия государственными органами, органами местного самоуправления, иными органами, должностными лицами оспариваемых актов, решений, совершения действий (бездействия), возлагается на соответствующие орган или должностное лицо.

Согласно правовой позиции Верховного Суда Российской Федерации, изложенной в пункте 12 Постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 N 25 "О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации", по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 Гражданского кодекса Российской Федерации).

Согласно статье 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации лицо, причинившее вред, освобождается от возмещения вреда, если докажет, что вред причинен не по его вине. Законом может быть предусмотрено возмещение вреда и при отсутствии вины причинителя вреда.

Таким образом, в силу положений статей 15, 1064 Гражданского кодекса Российской Федерации, предъявляя требование о возмещении убытков, истец должен доказать обстоятельства, на которые он ссылается как на основание своих требований, а именно доказать факт причинения убытков и их размер, наличие причинной связи между действиями ответчика и наступившими неблагоприятными последствиями, а также противоправность таких действий.

Привлечение лица к гражданско-правовой ответственности в виде возмещения убытков возможно только при доказанности всей совокупности вышеперечисленных условий, отсутствие хотя бы одного из элементов состава гражданского правонарушения исключает возможность привлечения к имущественной ответственности.

Согласно пункту 5 Правил установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства и особых условий использования земельных участков, расположенных в границах таких зон, утвержденных Постановлением Правительства РФ N 160 от 24.02.2009 (далее - Правила N 160) охранные зоны устанавливаются для всех объектов электросетевого хозяйства исходя из требований к границам установления охранных зон согласно приложению.

Пунктом 6 Правил N 160 установлена обязанность электросетевой организации определить границы охранной зоны и обратиться в федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий федеральный государственный энергетический надзор с заявлением о согласовании границ соответствующей охранной зоны.

После согласования границ охранной зоны федеральный орган исполнительной власти, осуществляющий федеральный государственный энергетический надзор, направляет в течение 5 рабочих дней в Федеральную службу государственной регистрации, кадастра и картографии документ, воспроизводящий сведения, содержащиеся в решении о согласовании границ охранной зоны в отношении отдельных объектов электросетевого хозяйства, включая их наименование и содержание ограничений использования объектов недвижимости в их границах, с приложением текстового и графического описаний местоположения границ такой зоны, а также перечня координат характерных точек этих границ в системе координат, установленной для ведения государственного кадастра недвижимости на основании которого указанный федеральный орган исполнительной власти принимает решение о внесении в государственный кадастр недвижимости сведений о границах охранной зоны.

Согласно абзацу 4 пункта 6 Правил 160 охранная зона считается установленной с даты внесения в документы государственного кадастрового учета сведений о ее границах.

Пунктом 7 Правил N 160 на собственника электрических сетей возлагается обязанность по маркировке охранных зон путем установки за счет сетевых организаций предупреждающих знаков, содержащих указание на размер охранной зоны, информацию о соответствующей сетевой организации, а также необходимость соблюдения предусмотренных настоящими Правилами ограничений.

Как следует из материалов дела, электрический кабель, принадлежащий истцу был поврежден ответчиком при проведении земляных работ по замене высоковольтной кабельной линии 10 кВ длиной L=760 м. от Ячейки №12 ЦРП-37 10 кВ НПО «Вирион» до Ячейки №6 РУ-10 кВ ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2 в районе ТП-Питомник 10/0,4 кВ ИП ФИО2 (расположенной на территории земельного участка к.н. 70:21:0100046:1875 принадлежащего ответчику).

Данный факт подтвержден представленным в материалы дела двухсторонним Актом обследования от 11.08.2021, и не оспаривается ответчиком.

Заявляя настоящие требования, истец указал, что ответчиком не было получено согласие на проведение земляных работ по замене высоковольтной кабельной линии, а также не была проявлена должная степень заботливости и осмотрительности в вопросе выявления места возможного расположения кабельной линии истца.

Как следует из материалов дела, проведение ответчиком земляных работ было вызвано необходимостью замене высоковольтной кабельной линии, принадлежащей ответчику.

Доказательств наличия предупреждающих знаков в месте залегания кабеля по указанному адресу в материалы дела не представлено.

Исходя из принципа состязательности сторон, закрепленного в статье 9 Арбитражного процессуального кодекса РФ, а также положений статей 65, 66 АПК РФ, лицо, не реализовавшее свои процессуальные права на представление доказательств, несет риск неблагоприятных последствий не совершения им соответствующих процессуальных действий.

В силу положений статьи 70 АПК РФ обстоятельства, на которые ссылается сторона в обоснование своих требований или возражений, считаются признанными другой стороной, если они ею прямо не оспорены или несогласие с такими обстоятельствами не вытекает из иных доказательств, обосновывающих представленные возражения относительно существа заявленных требований. Такие обстоятельства, в случае принятия их арбитражным судом, не проверяются им в ходе дальнейшего производства по делу.

Непредставление доказательств должно квалифицироваться исключительно как отказ от опровержения того факта, на наличие которого аргументированного со ссылкой на конкретные документы указывает процессуальный оппонент, участвующее в деле лицо, не совершившее процессуальное действие, несет риск наступления последствий такого своего поведения (Постановление Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 06.03.2012 № 12505/11).

По ходатайству ответчика в судебном заседании 22.11.2023 был допрошен свидетель ФИО7, который показал, что он трудоустроен с 2017 года по настоящее время в должности исполнительного директора у индивидуального предпринимателя ФИО2, находится в родственной связи с ответчиком. В 2020 году у ФИО2 возникла необходимость в замене основной кабельной линии длинной L=760 м. проложенной от подстанции истца к подстанции ответчика. Свидетель участвовал в организации работ по замене данной кабельной линии и отмечал, что как правило, взаимодействие с обслуживающим оперативным персоналом истца осуществлялся в устной форме (по звонку). 04.09.2020 свидетель в утреннее время (до аварии) видел, как начальник участка электроснабжения истца ФИО8 находился в месте проведения земляных работ и, стоя рядом с экскаватором, показом на месте разъяснял рабочим как именно проходит трасса кабельной линии, принадлежащей истцу, впоследствии поврежденной.

По ходатайству ответчика в судебном заседании 24.01.2024 был допрошен свидетель ФИО9, который показал, что в 2020 году на основании гражданско-правового договора, заключенного в устной форме с индивидуальным предпринимателем ФИО2, он выполнял работы по замене кабельной линии. Работы были начаты в начале сентября 2020 г., аварийная ситуация произошла вскоре после начала работ, а до начала работ к ним приходил начальник подстанции НПО «Вирион» и показом на месте разъяснял ему и другим рабочим, как именно проходит трасса кабельной линии, принадлежащая истцу, впоследствии поврежденная.

В ходе допроса свидетель ФИО10 пояснил, что с энергосистемой истца знаком с 2013 года, т.к. неоднократно разрабатывал по запросу истца в качестве главного инженера проекта проектную документацию, касающуюся различных изменений энергосистемы. В ходе подготовки заключения им был выполнен анализ наличия устройств релейной защиты и автоматики электроустановок производственной площадки истца расположенной по адресу <...> на дату 04.09.2020 г, а также причины отключения электроснабжения основного ввода №1 и резервного ввода №2 производственной площадки АО «НПО «Микроген» расположенной по адресу <...> произошедшее 04.09.2020 г. По мнению свидетеля, причиной отключения энергоснабжения производственной площадки истца, является механическое повреждение на кабельной линии 10 кВ ТП «Очистные» (яч.2) - ТП «Питомник» (яч.5), произошедшее при проведении земляных работ ответчиком.

Согласно служебной записке мастера участка электроснабжения филиала АО «НПО «Микроген» в г. Томск «НПО «Вирион» ФИО8 исх. №05/04-01-01-3130/4с от 17.01.2024, 04.09.2020 до момента аварии, ФИО8 не посещал место расположения трансформаторной подстанции ТП-Питомник 10/0,4 кВ и не разъяснял показом на месте ФИО2 и приглашенным им работникам местонахождение, глубину залегания поврежденной впоследствии кабельной линии.

Возмещение убытков является мерой гражданско-правовой ответственности, поэтому лицо, требующее возмещения убытков, должно доказать факт нарушения права, наличие и размер понесенных убытков, вину ответчика, а также причинную связь между нарушением права и возникшими убытками, при этом, между противоправным поведением одного лица и убытками, возникшими у другого лица, чье право нарушено, должна существовать прямая (непосредственная) причинная связь.

Недоказанность одной из указанных составляющих свидетельствует об отсутствии состава гражданско-правовой ответственности.

Пунктом 12 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 23.06.2015 № 25 «О применении судами некоторых положений раздела I части первой Гражданского кодекса Российской Федерации» разъяснено, что по делам о возмещении убытков истец обязан доказать, что ответчик является лицом, в результате действий (бездействия) которого возник ущерб, а также факты нарушения обязательства или причинения вреда, наличие убытков (пункт 2 статьи 15 ГК РФ).

Размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. По смыслу пункта 1 статьи 15 ГК РФ в удовлетворении требования о возмещении убытков не может быть отказано только на том основании, что их точный размер невозможно установить. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела, исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению.

Поскольку земляные работы проводились ответчиком с использованием спецтехники (экскаватора), то, следует учитывать положения статьи 1079 ГК РФ, согласно которым юридические лица и граждане, деятельность которых связана с повышенной опасностью для окружающих (использование транспортных средств, механизмов, электрической энергии высокого напряжения, атомной энергии, взрывчатых веществ, сильнодействующих ядов и т.п.; осуществление строительной и иной, связанной с нею деятельности и др.), обязаны возместить вред, причиненный источником повышенной опасности, если не докажут, что вред возник вследствие непреодолимой силы или умысла потерпевшего.

Как следует из материалов дела, и не оспорено ответчиком, ответчик не обращался к истцу за получением письменного согласия проведения работ по замене принадлежащей ответчику кабельной линии.

При этом в ходе судебных заседаний ответчик не оспаривал, что знал, что кабельная линия истца подключена к принадлежащей ему трансформаторной подстанции.

По мнению ответчика, для проведения работ ему не требовалось получение специального разрешения на проведение земляных работ согласно требований п.11.2 Правил благоустройства Муниципального образования «Город Томск» (утв. Решением Думы Города Томска №161 от 01.03.2016 г. далее – Правил благоустройства Города Томска).

Пунктом 2.4.23 Правил технической эксплуатации электроустановок потребителей (утв. (Приказом Минэнерго России от 13.01.2003 N 6, действующей в период рассматриваемых событий, далее – ПТЭЭП) установлено, что раскопки кабельных трасс или земляные работы вблизи них должны производиться только после получения соответствующего разрешения руководства организации, по территории которой проходит кабельная линия, и организации, эксплуатирующей кабельную линию. К разрешению должен быть приложен план (схема) с указанием размещения и глубины заложения кабельной линии. Местонахождение кабельной линии должно быть обозначено соответствующими знаками или надписями как на плане (схеме), так и на месте выполнения работ. При этом исполнитель должен обеспечить надзор за сохранностью кабелей на весь период работ, а вскрытые кабели укрепить для предотвращения их провисания и защиты от механических повреждений. На месте работы должны быть установлены сигнальные огни и предупреждающие плакаты.

Согласно п.2.4.24. ПТЭЭП перед началом раскопок должно быть произведено шурфление (контрольное вскрытие) кабельной линии под надзором электротехнического персонала Потребителя, эксплуатирующего кабельную линию, для уточнения расположения кабелей и глубины их залегания.

При обнаружении во время разрытия земляной траншеи трубопроводов, неизвестных кабелей или других коммуникаций, не указанных на схеме, необходимо приостановить работы и поставить об этом в известность ответственного за электрохозяйство. Рыть траншеи и котлованы в местах нахождения кабелей и подземных сооружений следует с особой осторожностью, а на глубине 0,4 м и более - только лопатами.

Согласно п.2.4.26. ПТЭЭП производство раскопок землеройными машинами на расстоянии ближе 1 м от кабеля, а также использование отбойных молотков, ломов и кирок для рыхления грунта над кабелями на глубину, при которой до кабеля остается слой грунта менее 0,3 м, не допускается.

Таким образом, проявляя обычную степень заботливости и осмотрительности при проведении подобного рода работ исполнитель работ должен запросить письменное согласование руководства организации эксплуатирующей кабельную линию, вблизи которой планируется проведение земляных работ, осуществить контрольное вскрытие либо трассировку кабельной линии под надзором электротехнического персонала потребителя, эксплуатирующего кабельную линию, а также рыть траншеи и котлованы в местах нахождения кабелей и подземных сооружений с особой осторожностью, а на глубине 0,4 м и более - только лопатами.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, что в рассматриваемом случае, ответчиком допущено нарушение пунктов 2.4.23, 2.4.24., 2.4.26. ПТЭЭП, в результате которых ответчик проводил работы в близи трансформаторной подстанции ТП-Питомник 10/0,4 кВ не располагая точными сведения месте нахождения принадлежащей истцу кабельной линии, с использованием источника повышенной опасности (экскаватора) вследствие чего произошло повреждение кабельной линии истца, что повлекло полное отключение электроснабжения производственной площадки истца.

Причинно-следственная связь между действиями ответчика и понесенными истцом убытками выражена в том, что 04.09.2020 после механического повреждения ответчиком принадлежащей истцу кабельной линии, произошло отключение электроэнергии производственной площадки истца, вследствие чего было остановлено оборудование истца, что, в свою очередь, повлекло прерывание технологических процессов изготовления лекарственных препаратов. В последующем лекарственные препараты отбракованы и уничтожены изготовленные полуфабрикаты, в связи с чем, истец понес убытки в размере себестоимости уничтоженной продукции.

Показания свидетелей, допрошенных в судебном заседании об устном согласовании работ с истцом сами по себе не могут являться основанием для поведения работ вблизи трансформаторной подстанции при отсутствии точных сведений о месте прохождения кабельной линии истца с использование экскаватора. Кроме того свидетельские показания и не могут восполнить отсутствие письменного согласия на проведение работ с приложенной к нему схемой прохождения кабельной линии.

В соответствии со ст. 68 АПК РФ обстоятельства дела, которые согласно закону, должны быть подтверждены определенными доказательствами, не могут подтверждаться в арбитражном суде иными доказательствами.

Свидетельские показания не могут подтвердить или опровергнуть факт согласования руководства организации эксплуатирующей кабельную линию, который должен быть подтвержден разрешением с приложением плана (схемы) с указанием размещения и глубины заложения кабельной линии (ст. 68 и ч.4 ст.75 АПК РФ).

Суд не соглашается с доводами ответчика об отсутствии противоправности действий ФИО2 со ссылкой на то, что, перерыв в электроснабжении не превысил 24 часа подряд, так как данные доводы не свидетельствуют об отсутствии вины ФИО2 в возникновении у истца убытков.

Так, исходя из положений пункта 14.1 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям (утв. Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861, далее - Правила технологического присоединения N861) отнесение энергопринимающих устройств ко второй категории надежности осуществляется, если необходимо обеспечить надежное функционирование энергопринимающих устройств, перерыв снабжения электрической энергией которых приводит к недопустимым нарушениям технологических процессов производства.

Как указывает истец, предприятие АО НПО «Микроген» работает в режиме круглосуточного производства продукции, остановка в производстве которого влечет простой оборудования и утрату продукции, находящейся в сублиматорах, а также органолептических, физико-химических, микробиологических показателей безопасности продукции (лекарственных препаратов), что исключает ее дальнейшее использование в производственном процессе.

В этой связи, при заключении договора технологического присоединения истцом заявлялась вторая категория надежности объектов энергоснабжения.

Для энергопринимающих устройств, отнесенных к первой и второй категориям надежности, должно быть обеспечено наличие независимых источников снабжения электрической энергией.

Согласно абз.1-3 п.31 (6) Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг (утв. Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 N 861, далее - Правила недискриминационного доступа N861) категория надежности обусловливает содержание обязательств сетевой организации по обеспечению надежности снабжения электрической энергией энергопринимающих устройств, в отношении которых заключен договор.

Для первой и второй категорий надежности допустимое число часов отключения в год и сроки восстановления энергоснабжения определяются сторонами в договоре в зависимости от параметров схемы электроснабжения, наличия резервных источников питания и особенностей технологического процесса осуществляемой потребителем услуг (потребителем электрической энергии, в интересах которого заключен договор) деятельности, но не могут быть более величин, предусмотренных для третьей категории надежности.

Для второй категории надежности срок восстановления энергоснабжения определяется временем автоматического восстановления питания либо в случае отсутствия устройств автоматики для ввода резервного источника - временем выполнения оперативным персоналом сетевой организации переключений в электроустановках.

Таким образом, Правилами определено, что срок восстановления энергоснабжения для второй категории надежности составляет период времени срабатывания устройств автоматики для ввода резервного источника или устройств автоматического восстановления питания, составляющим несколько минут, а в случае отсутствия такой автоматики временем выполнения оперативным персоналом сетевой организации переключений в электроустановках.

Согласно пункту 1.2.18 главы 1.2 Правил устройства электроустановок (утв. Приказом Минэнерго РФ от 08.07.2002 № 204) в отношении обеспечения надежности электроснабжения электроприемники разделяются на три категории.

Электроприемники второй категории в нормальных режимах должны обеспечиваться электроэнергией от двух независимых взаимно резервирующих источников питания (основного и резервного).

Как следует из представленной истцом схемы энергоснабжения, в целях соблюдения II категории надежности производственная площадка истца запитана с двух различных силовых кабельных линий 10 кВ, одна из которых присоединена к п/ст «Заводская», а другая к п/ст ЗПП-Т и тем самым имеет 2 независимых взаимно резервирующих источников питания (основного и резервного), кроме этого истцом установлены устройства автоматического включения резерва, обеспечивающего восстановление электроснабжения с другого ввода.

Согласно пункту 1 статьи 38 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике» субъекты электроэнергетики, обеспечивающие поставку электрической энергии потребителям электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации, гарантирующие поставщики и территориальные сетевые организации (в пределах своей ответственности), отвечают перед потребителями электрической энергии за надежность обеспечения их электрической энергией и ее качество в соответствии с требованиями технических регламентов и иными обязательными требованиями.

Наличие оснований и размер ответственности субъектов электроэнергетики перед потребителями за действия (бездействие), повлекшие за собой неблагоприятные последствия, определяются в соответствии с гражданским законодательством Российской Федерации и законодательством Российской Федерации об электроэнергетике.

Таким образом, в силу п.31 (6) Правил недискриминационного доступа N 861, пункту 1 статьи 38 Федерального закона от 26.03.2003 N 35-ФЗ «Об электроэнергетике» категория надежности обусловливает содержание обязательств сетевой организации по обеспечению надежности снабжения электрической энергией энергопринимающих устройств, в отношении которых заключен договор. Ответчик не является сетевой организацией по отношению к истцу, и установленная для истца категория надежности в договоре, заключенном между истом и энергоснабжающей организацией, не может являться обстоятельством, исключающим противоправность поведения ответчика в рассматриваемом случае.

Суд так же не соглашается с доводами ответчика о том, что отсутствие охранной зоны поврежденной кабельной линии, установленной в порядке Правил установления охранных зон объектов электросетевого хозяйства и особых условий использования земельных участков, расположенных в границах таких зон (утв. Постановлением Правительства Российской Федерации от 24.02.2009 № 160, далее - Правила установления охранных зон № 160) исключает противоправность и вину ответчика в возникновении убытков истца.

Кабельная линия истца 10 кВ длиной L=570 метров введена в эксплуатацию в 1978 г., что подтверждается Инвентарной карточкой основного средства и, соответственно, введена она в период действия п.11 Правил охраны высоковольтных электрических сетей (утв. постановлением Совмина СССР от 30.11.1953 N 2866) которые действовали до введения Правил охраны электрических сетей свыше 1000 В, утвержденных постановлением Совмина СССР от 26.03.1984 N 255, согласно которого земельные участки под высоковольтные электрические сети (полоса отвода) отводятся в установленном порядке над подземными кабельными электрическими линиями - площадь над кабелем и по 1 метру в обе стороны от крайнего кабеля, в пределах которой не допускается укладка других коммуникаций без согласования с организацией, эксплуатирующей кабельную электрическую линию.

Соблюдение требований пунктов 2.4.23, 2.4.24., 2.4.26. ПТЭЭП, не ставится законодателем в зависимость от наличия охранной зоны кабельной линии, установленной в предписанном законом порядке.

Судом так же учтено, что ответчик перед проведением работ не проявил разумную осмотрительность и осторожность, не запросил письменные согласие схему кабельной линии истца, при отсутствии такой схемы, не провел трассировку такой линии (выполнив данную трассировку уже после аварийной ситуации), выполнял работы с использование экскаватора, что создавало повышенный риск повреждения кабельной линии истца.

Кроме того суд отмечает, что выполняемы ответчиком работы по замене кабеля носили плановый характер у ответчика было достаточно времени для принятия мер по безопасному проведению таких работ.

Таким образом, материалами дела подтверждается, что в результате нарушения ФИО2 пунктов 2.4.23, 2.4.24., 2.4.26. ПТЭЭП, истцу причинен ущерб.

Согласно п. 5 ст. 193 ГК РФ размер подлежащих возмещению убытков должен быть установлен с разумной степенью достоверности. Суд не может отказать в удовлетворении требования кредитора о возмещении убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением обязательства, только на том основании, что размер убытков не может быть установлен с разумной степенью достоверности. В этом случае размер подлежащих возмещению убытков определяется судом с учетом всех обстоятельств дела исходя из принципов справедливости и соразмерности ответственности допущенному нарушению обязательства.

Согласно расчету истца размер убытков составляет 689 521,55 руб., сведения указанные в расчете подтверждаются представленными в материалы дела доказательствами, копиями актов на забракованной продукции, справками о стоимости продукции

Ответчик оспаривавшие расчет истца, встречного расчета убытков не представил.

При таких обстоятельствах судом не могут быть приняты доводы ответчика о том, что данные препараты могли быть переданы ответчику для сокращения ущерба, поскольку такая передача не предусмотрена законом или договором.

Таким образом, суд полагает, что истец представил достаточные доказательства, позволяющие с разумной степенью достоверности установить размер ущерба в сумме 689 521,55 руб.

В соответствии со статьей 1083 Гражданского кодекса РФ если грубая неосторожность самого потерпевшего содействовала возникновению или увеличению вреда, в зависимости от степени вины потерпевшего и причинителя вреда размер возмещения должен быть уменьшен.

По ходатайству ответчика в материалы дела было приобщено Заключение исх.№ б/н от 20.11.2023, касающееся оценки аварийной ситуации в системе электроснабжения электроустановок истца, произошедшей 04.09.2020 и выполненное генеральным директором ООО «ЛидерЭлектроПроект» ФИО11, допрошенным в качестве свидетеля в судебном заседании 24.01.2024 г.

В частности, свидетель пояснил, что в рамках подготовки заключения изучил Действующую схему электроснабжения НПО «Вирион» (утв. главным инженером филиала АО «НПО «Микроген» в г.Томск «НПО «Вирион» от 06.02.2019) и полагает, что энергосистема истца обладает современным и необходимым оборудованием релейной защиты и автоматики, способным реагировать на аварийные ситуации, возникающие внутри энергосистемы, однако в силу не согласованности параметров работы данного оборудования с параметрами работы аналогичного оборудования питающих трансформаторных подстанций Заводская и ЗПП-Т, в нарушение так называемого принципа селективности (т.е. избирательности) энергосистемы произошло отключение защит питающих подстанций, тогда как при верной эксплуатации энергосистемы развитие аварии должно было быть остановлено внутри энергосистемы истца путем выключения поврежденного участка при сохранении энергоснабжения остальной части энергосистемы. Кроме этого в течении трех часов отсутствия энергоснабжения оперативный персонал истца мог предпринять ряд действий, направленных на восстановление энергоснабжения производственной площадки, а именно – подключить аккумуляторные батареи или автономный источник питания.

В ходе допроса свидетель ФИО10 пояснил, что с энергосистемой истца знаком с 2013 года, т.к. неоднократно разрабатывал по запросу истца в качестве главного инженера проекта проектную документацию, касающуюся различных изменений энергосистемы, который также пояснил, что энергосистема ответчика имела возможность предотвратить длительное отключение электроэнергии.

С учетом изложенного суд считает, что, действуя разумно и добросовестно, обладая компетентным оперативным персоналом в области электроэнергетики, осознавая угрозы нарушения технологических процессов производства в период внепланового прекращения энергоснабжения возникающих при аварийных режимах внутри принадлежащей ему энергосистемы, истец должен был предпринять необходимые меры для обеспечения согласованного режима работы оборудования релейной защиты и автоматики с аналогичным оборудованием питающих трансформаторных подстанций, что позволило бы истцу оперативно отреагировать на отключение электрической энергии возникающих при аварийных режимах внутри принадлежащей ему энергосистемы.

Удовлетворяя частично исковые требования о взыскании убытков, суд исходит из доказанности факта возникновения убытков, причиной которых послужило причиненных повреждение ответчиком кабельной линии истца при производстве земляных работ с использованием спецтехники, наличия обоюдной вины сторон при возникновении убытков: ответчик перед проведением работ не проявил разумную осмотрительность и осторожность и не получил в установленном законодательством порядке информацию об охранных зонах, места пролегания кабеля истца на территорий, на которой будут производиться работы, использовал спецтехнику, вместо производства работ с использованием лопат; истец, в свою очередь, также не проявил разумную осмотрительность и не предпринял необходимые меры для обеспечения согласованного бесперебойного режима работы оборудования релейной защиты и автоматики с аналогичным оборудованием питающих трансформаторных подстанций, в связи с чем расчет убытков судом скорректирован.

Таким образом, суд приходит к выводу, что из материалов дела следует, что возникновению и увеличению размера ущерба способствовала грубая неосторожность истца.

В соответствии с положениями п. 1 ст. 404 ГК РФ суд вправе уменьшить размер ответственности должника, если кредитор умышленно или по неосторожности содействовал увеличению размера убытков, причиненных неисполнением или ненадлежащим исполнением, либо не принял разумных мер к их уменьшению.

При изложенных обстоятельствах суд приходит к выводу, учитывая, что истец не принял разумных мер к уменьшению убытков, в связи с чем, приходит к выводу о снижении ответственности ответчика до 50% от заявленной суммы исковых требований.

Таким образом, с индивидуального предпринимателя ФИО2 в пользу истца следует взыскать 344 760,78 руб. в счет возмещения убытков (689 521,55 руб. х 50%).

Вместе с тем данные обстоятельства не могут являться основанием для полного освобождения ответчика об ответственности за причиненный ущерб, нормы ст. 1080 ГК РФ не предполагают возможности освобождения причинителя вреда от ответственности при наличии его виновных действий выразившихся проведении работ с использование экскаватора вблизи трансформаторной подстанции при отсутствии точных сведений о месте прохождения кабельной лини истца.

При изготовлении резолютивной части решения была допущена опечатка, а именно: неверно указан размер убытков «…334 760,78» руб., вместо «…344 760,78 руб.»

В соответствии со ст. 179 АПК РФ опечатка исправлена при изготовлении полного текста решения. Исправление арифметических ошибок и опечаток не изменяет содержания решения о частичном удовлетворении требований по первоначальному и встречному иску.

Расходы истца по оплате госпошлины по делу в соответствии со статьей 110 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации подлежат распределению пропорционально удовлетворенным требованиям.

Руководствуясь ст. ст. 110, 167 - 175 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, суд

РЕШИЛ:

Взыскать с индивидуального предпринимателя ФИО2 (ИНН <***>, ОГРН <***>) в пользу акционерного общества «Научно-производственное объединение по медицинским иммунобиологическим препаратам «Микроген» (ИНН <***> ОГРН <***>) 344 760,78 руб. убытков, 8395 руб. государственной пошлины, всего 343 155,78 руб.

В удовлетворении остальной части иска отказать.

Решение суда может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Седьмой арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления решения в полном объеме) путем подачи апелляционной жалобы через Арбитражный суд Томской области.


Судья Д.А. Гребенников