Постановление от 1 ноября 2023 г. по делу № А56-23540/2022

ТРИНАДЦАТЫЙ АРБИТРАЖНЫЙ АПЕЛЛЯЦИОННЫЙ СУД

191015, Санкт-Петербург, Суворовский пр., 65, лит. А

http://13aas.arbitr.ru



ПОСТАНОВЛЕНИЕ

Дело №А56-23540/2022
01 ноября 2023 года
г. Санкт-Петербург
/сд.2

Резолютивная часть постановления объявлена 25 октября 2023 года

Постановление изготовлено в полном объеме 01 ноября 2023 года

Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

в составе:

председательствующего судьи Тойвонена И.Ю.

судей Слоневской А.Ю., Сотова И.В.

при ведении протокола судебного заседания: секретарем ФИО1,

при участии:

от ИП ФИО2: ФИО3 по доверенности от 24.04.2023,

конкурсного управляющего ООО «Балтийское Строительное Управление» ФИО4 лично, по паспорту, по судебному акту,

от иных лиц: не явились, извещены,


рассмотрев в открытом судебном заседании апелляционные жалобы (регистрационный номер 13АП-31800/2023, 13АП-31798/2023) конкурсного управляющего ООО «Балтийское Строительное Управление», ООО «Телеком XXI век» на определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.08.2023 по обособленного спору № А56-23540/2022/сд.2 (судья Климентьев Д.А.), принятое по заявлению конкурсного управляющего ООО «Балтийское Строительное Управление» ФИО4 к ИП ФИО2 об оспаривании сделок должника, в рамках дела о несостоятельности (банкротстве) ООО «Балтийское Строительное Управление»,



установил:

10.03.2022 ООО «Телеком XXI век» обратилось в Арбитражный суд города Санкт-Петербурга и Ленинградской области с заявлением о признании ООО «Балтийское Строительное Управление» (далее – ООО «БСУ», ОГРН: <***>, ИНН: <***>) несостоятельным (банкротом).

Определением суда первой инстанции от 29.03.2022 указанное заявление принято к производству.

Определением суда первой инстанции от 04.05.2022 (резолютивная часть которого объявлена 28.04.2022) в отношении должника введена процедура наблюдения, временным управляющим утвержден ФИО4.

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №80(7281) от 07.05.2022.

Решением суда первой инстанции от 27.10.2022 (резолютивная часть объявлена 20.10.2022) должник признано несостоятельным (банкротом), в отношении должника открыто конкурсное производство, конкурсным управляющим утвержден ФИО4

Указанные сведения опубликованы в газете «Коммерсантъ» №202 от 29.10.2022.

21.03.2023 в арбитражный суд первой инстанции от конкурсного управляющего ООО «БСУ» поступило заявление о признании недействительным договора аренды оборудования № 14/09-2020 от 31.05.2020, заключенного между ООО «БСУ» (Арендатор) и ИП ФИО2 (Арендодатель) (ОГРНИП 316470400121070), и о применении последствий недействительности сделки в виде взыскания с ИП ФИО2 в пользу ООО «БСУ» денежных средств в размере 2 584 001 руб.

Определением суда первой инстанции от 21.08.2023 в удовлетворении заявления отказано.

Не согласившись с указанным судебным актом, конкурсный управляющий ООО «БСУ» и ООО «Телеком XXI век» обратились с апелляционными жалобами, в которых просят обжалуемое определение отменить, принять новый судебный акт, которым удовлетворить заявленные требования. В обоснование указывают, что ИП ФИО2 не подтвердила реальность правоотношений по договору аренды оборудования с должником, в частности, не представила в материалы спора оригиналы документов, подтверждающих приобретение сдаваемого в аренду оборудования, действительную его передачу в аренду иным лицам, получение оплаты по договорам аренды от третьих лиц, документы, подтверждающие проведение ремонта и обслуживания техники. Отметили, что суд первой инстанции не принял во внимание аффилированность сторон и длительную задержку оплаты задолженности по оспариваемому договору аренды, а также отсутствие доказательств, подтверждающих, что указанное в договоре аренды сварочное оборудование использовалось ООО «БСК» на подрядных работах в рамках реконструкции Рублево-Успенского шоссе, и экономической целесообразности в аренде сварочного оборудования.

От ИП ФИО2 поступили отзывы, в которых просит обжалуемый судебный акт оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения. В подтверждение своих доводов, ответчик представил доказательства расчетов по договору №07-01/2019 от 01.07.2019, заключенного между ИП ФИО5 и ИП ФИО2 на техническое обслуживание оборудования, по договору №2021/04-01 аренды оборудования, заключенного между ответчиком и ООО «Энергия», по договору №2023/01 аренды оборудования от 10.03.2023, заключенного с ООО «УК «Капитал».

Информация о времени и месте рассмотрения апелляционных жалоб опубликована на официальном сайте Тринадцатого арбитражного апелляционного суда.

В судебном заседании конкурсный управляющий ООО «БСУ» поддержал доводы, изложенные в апелляционных жалобах.

Представитель ИП ФИО2 против удовлетворения апелляционных жалоб возражал.

Надлежащим образом извещенные о времени и месте судебного разбирательства иные лица, участвующие в деле, своих представителей в судебное заседание не направили, в связи с чем, в порядке статьи 156 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) дело рассмотрено в их отсутствие.

Законность и обоснованность определения проверены в апелляционном порядке.

Как следует из материалов дела и содержания обжалуемого определения, 31.05.2020 между ООО «БСУ» (арендатор) и ИП ФИО2 (арендодатель) (ОГРНИП 316470400121070) был заключен договор аренды оборудования № 14/09-2020, далее – Договор).

Согласно п. 1.1 Договора арендодатель в течение срока действия договора по заявкам арендатора обязуется предоставлять во временное пользование арендатору строительное оборудование (далее - «Оборудование»), указанное в Приложении №1 к настоящему договору. Все приложения к Договору являются неотьемлемой частью последнего. В стоимость, указанную в заявке (Приложении №2) включены все затраты арендодателя, в том числе расходы, связанные с коммерческой эксплуатацией, текущий и капитальный ремонт строительного оборудования.

Согласно п. 1.2 Договора Оборудование передается арендатору на основании заявок, направляемых арендодателю посредством факсимильной связи или телефонной связи, в срок, указанный в заявке.

31.05.2020 стороны подписали Приложение №1 к Договору, согласно которому определен перечень предоставляемого в аренду оборудования, а также стоимость арендной платы за календарный месяц. В эту же дату сторонами подписано Приложение №2 к Договору, согласно которому арендодатель обязался передать во временное пользование арендатору следующее оборудование:

- комплект сварочного оборудования Автомат-EVOSPARK Трактор-EVOSPARK, Шлейф-12 метров;

- комплект сварочного оборудования Автомат-Автомат-EVOSPARK Трактор EVOSPARK, Шлейф-15 метров.

Срок аренды был установлен с 01.06.2020 по 31.12.2020. Режим работы оборудования – 8 часов в сутки.

01.06.2020 между сторонами подписан акт приема-передачи оборудования, являющийся Приложением №3 к Договору.

По мнению конкурсного управляющего, спорная сделка попадает под основания, установленные в пункте 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве, а также совершена со злоупотреблением правом по статьям 10, 168 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ). Конкурсным управляющим также указано на аффилированность ответчика по отношению к должнику, так как в период получения денежных средств ответчик являлась бухгалтером должника.

Возражая против удовлетворения заявления, ответчик указал, что арендованное оборудование было использовано должником в своей деятельности, в том числе в рамках исполнения договора от 01.11.2019 между ООО «Дорожная строительная компания» (далее – подрядчик) и ООО «БСУ» (далее – субподрядчик) №72/19-БСУ. Ответчиком были представлены доказательства права владения и пользования арендованным оборудованием, а также о надлежащем исполнении обязанности, установленной п. 4.3 Договора, что подтверждается подписанными актами №104 от 30.06.2020, №105 от 31.07.2020, №106 от 31.08.2020, №107 от 30.09.2020, №108 от 31.10.2020, №109 от 30.11.2020, №110 от 31.12.2020. Кроме того, как следует из представленных пояснений и возражений ответчика, ИП ФИО2 ежемесячно выставляла ООО «БСУ» счета на оплату по Договору, что подтверждается счетами №66 от 30.06.2020, №67 от 31.07.2020, №68 от 31.08.2020, №69 от 30.09.2020, №70 от 31.10.2020, №71 от 30.11.2020, №72 от 31.12.2020. Опровергая довод об аффилированности, ИП ФИО2 пояснила, что оказывала должнику по договору на оказание бухгалтерских услуг от 10.02.2020 №2020/5, услуги исключительно по начислению налогов и сборов в федеральный, региональный, и местный бюджеты, страховых взносов в государственные внебюджетные и социальные фонды, в иную деятельность Должника не вмешивалась, в штате общества не состояла, равно как и не могла определять действия должника.

Пунктом 1 статьи 61.1 Закона о банкротстве предусмотрено, что сделки, совершенные должником или другими лицами за счет должника, могут быть признаны недействительными в соответствии с Гражданским кодексом Российской Федерации, а также по основаниям и в порядке, которые указаны в Законе о банкротстве.

Согласно части 1 статьи 166 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) сделка недействительна по основаниям, установленным настоящим Кодексом, в силу признания ее таковой судом (оспоримая сделка) либо независимо от такого признания (ничтожная сделка).

Частью 1 статьи 167 ГК РФ предусмотрено, что недействительная сделка не влечет юридических последствий, за исключением тех, которые связаны с ее недействительностью, и недействительна с момента ее совершения.

В силу пункта 3 статьи 61.1 Закона о банкротстве под сделками, которые могут оспариваться по правилам главы III.1 этого Закона, понимаются, в том числе действия, направленные на исполнение обязательств и обязанностей, возникающих в соответствии с гражданским, трудовым, семейным законодательством, законодательством о налогах и сборах, таможенным законодательством Российской Федерации, процессуальным законодательством Российской Федерации и другими отраслями законодательства Российской Федерации, а также действия, совершенные во исполнение судебных актов или правовых актов иных органов государственной власти.

Определением от 29.03.2022 в отношении должника возбуждено дело о несостоятельности (банкротстве).

В соответствии с пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве сделка, совершенная должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов, может быть признана арбитражным судом недействительной, если такая сделка была совершена в течение трех лет до принятия заявления о признании должника банкротом или после принятия указанного заявления и в результате ее совершения был причинен вред имущественным правам кредиторов и если другая сторона сделки знала об указанной цели должника к моменту совершения сделки (подозрительная сделка). Предполагается, что другая сторона знала об этом, если она признана заинтересованным лицом либо если она знала или должна была знать об ущемлении интересов кредиторов должника либо о признаках неплатежеспособности или недостаточности имущества должника.

Абзацем 2 пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве предусмотрено, что цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если на момент совершения сделки должник отвечал признакам неплатежеспособности или недостаточности имущества, и сделка была совершена безвозмездно или в отношении заинтересованного лица, либо направлена на выплату (выдел) доли (пая) в имуществе должника учредителю (участнику) должника в связи с выходом из состава учредителей (участников) должника, либо совершена при наличии одного из указанных в абзаце условий.

Как следует из правовой позиции, изложенной в пункте 5 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 № 63 «О некоторых вопросах, связанных с применением главы III.1 Федерального закона «О несостоятельности (банкротстве)» (далее - Постановление №63), пункт 2 статьи 61.2 предусматривает возможность признания недействительной сделки, совершенной должником в целях причинения вреда имущественным правам кредиторов (подозрительная сделка). В силу этой нормы для признания сделки недействительной по данному основанию необходимо, чтобы оспаривающее сделку лицо доказало наличие совокупности всех следующих обстоятельств: а) сделка была совершена с целью причинить вред имущественным правам кредиторов; б) в результате совершения сделки был причинен вред имущественным правам кредиторов; в) другая сторона сделки знала или должна была знать об указанной цели должника к моменту совершения сделки (с учетом пункта 7 настоящего Постановления). В случае недоказанности хотя бы одного из этих обстоятельств суд отказывает в признании сделки недействительной по данному основанию.

В пункте 6 постановления Пленума ВАС РФ от 23.12.2010 N 63 указано, что согласно абзацам второму - пятому пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве цель причинения вреда имущественным правам кредиторов предполагается, если налицо одновременно два следующих условия: а) на момент совершения сделки должник отвечал признаку неплатежеспособности или недостаточности имущества; б) имеется хотя бы одно из других обстоятельств, предусмотренных абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Установленные абзацами вторым - пятым пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпции являются опровержимыми - они применяются, если иное не доказано другой стороной сделки.

При определении наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества следует исходить из содержания этих понятий, данного в абзацах тридцать третьем и тридцать четвертом статьи 2 Закона о банкротстве.

Для целей применения содержащихся в абзацах втором - пятом пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве презумпций само по себе наличие на момент совершения сделки признаков банкротства, указанных в статьях 3 и 6 Закона, не является достаточным доказательством наличия признаков неплатежеспособности или недостаточности имущества.

Согласно пункту 9 Постановление №63 при определении соотношения пунктов 1 и 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве судам надлежит исходить из следующего. Если подозрительная сделка была совершена в течение одного года до принятия заявления о признании банкротом или после принятия этого заявления, то для признания ее недействительной достаточно обстоятельств, указанных в пункте 1 статьи 61.2 Закона о банкротстве, в связи с чем наличие иных обстоятельств, определенных пунктом 2 данной статьи (в частности, недобросовестности контрагента), не требуется.

Если же подозрительная сделка с неравноценным встречным исполнением была совершена не позднее чем за три года, но не ранее чем за один год до принятия заявления о признании банкротом, то она может быть признана недействительной только на основании пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве при наличии предусмотренных им обстоятельств (с учетом пункта 6 Постановления).

В силу положений статьи 19 Закона о банкротстве заинтересованными лицами по отношению к должнику - юридическому лицу признаются лица, которые в соответствии с Федеральным законом от 26.07.2006 № 135-ФЗ «О защите конкуренции» входят в одну группу лиц с должником, находящиеся с руководителем, учредителями должника в родственных отношениях либо аффилированные лица должника.

Согласно позиции, изложенной в определении Верховного Суда Российской Федерации от 15.06.2016 N 308-ЭС16-1475, доказывание в деле о банкротстве факта общности экономических интересов допустимо не только через подтверждение аффилированности юридической (в частности, принадлежность лиц к одной группе компаний через корпоративное участие), но и фактической. При установлении фактической аффилированности лиц, по смыслу абзаца 26 статьи 4 Закона РСФСР от 22.03.1991 № 948-1 «О конкуренции и ограничении монополистической деятельности на товарных рынках» не исключает доказывания заинтересованности даже в тех случаях, когда структура корпоративного участия и управления искусственно позволяет избежать формального критерия группы лиц, однако сохраняется возможность оказывать влияние на принятие решений в сфере ведения предпринимательской деятельности.

В соответствии со статьей 2 Закона о банкротстве под недостаточностью имущества следует понимать превышение размера денежных обязательств и обязанностей по уплате обязательных платежей должника над стоимостью имущества (активов) должника, под неплатежеспособностью - прекращение исполнения должником части денежных обязательств или обязанностей по уплате обязательных платежей, вызванное недостаточностью денежных средств. При этом недостаточность денежных средств предполагается, если не доказано иное.

Как указано в заявлении конкурсным управляющим, анализ движения денежных средств по счету ООО «БСУ» за период действия оспариваемого Договора аренды оборудования №14/09-2020 от 31.05.2020 (в период с 01.06.2020 по 31.12.2020) показал, что по расчетному счету должника проводились денежные операции и на счете в период действия договора оставались остатки неиспользованных денежных средств, позволяющих оплачивать ИП ФИО2 арендную плату за оборудование. Учитывая, что ООО «БСУ» с ИП ФИО2 был заключен договор на бухгалтерское обслуживание №2020/5 от 10.02.2020, ответчик по делу не мог не знать об этом. Кроме того, управляющий также обращал внимание на неисполненные Должником обязательства перед ООО «ТТС Групп» (правопреемник с 31.12.2020 – ООО «Телеком XXI век»).

Судом первой инстанции в обжалуемом определении обоснованно отмечено, что возникновение у должника задолженности перед конкретным кредитором не свидетельствует о том, что должник автоматически стал отвечать признакам неплатежеспособности и (или) недостаточности имущества (определение Судебной коллегии по экономическим спорам Верховного Суда Российской Федерации от 10.12.2020 по делу №305-ЭС20-11412 по делу №А40-170315/2015).

В рассматриваемой ситуации, как посчитал суд первой инстанции, конкурсный управляющий не доказал, с какой конкретно даты возникли признаки, установленные статьей 2 Закона о банкротстве. Суд первой инстанции также обратил внимание на то, что в спорный период ООО «БСУ» также выполняло работы в рамках Договора №72/19-БСУ от 01.11.2019, стоимость которого составляла 52147320,17 руб., следовательно, имело доход.

При этом судом первой инстанции не принят довод конкурсного управляющего об аффилированости сторон спорной сделки, со ссылкой на то, что ответчик не попадает под должностное положение лиц, поименованных в статье 19 Закона о банкротстве, не обладал правом давать обязательные для исполнения должником указания, полномочиями на совершение от его имени сделок, не получил какую-либо личную выгоду от сделок, заключенных Обществом, не имел возможность распоряжаться денежными средствами должника, не замещал должность его главного бухгалтера, финансового директора, а равно не имел возможность иным образом определять действия должника, принуждая к тому его руководителя, оказывая определяющее влияние на руководителя иным образом.

С указанными выводами суд апелляционной инстанции полагает возможным согласиться, дополнительно отмечая, что ответчик при оказании определенных услуг в области бухгалтерского учета в рамках заключенного с должником договора не замещала и не подменяла главного бухгалтера должника, при этом оказание соответствующих услуг осуществлялось на основе представленной руководителем должника документации, предназначенной для целей формирования актуальных документов, связанных с начислением обязательных платежей, тогда как оснований полагать, что в рамках заключенного договора ответчик имел полное право распоряжения всей первичной документацией должника в материалах обособленного спора не имеется. При этом признаков, определяющих возможность признания ответчика лицом, аффилированным по отношению к должнику, также не выявлено.

Как обоснованно указал суд первой инстанции в обжалуемом определении, материалы дела не содержат доказательств, подтверждающих явную невыгодность условий заключенной сделки – договора аренды и свидетельствующих об очевидной неравноценности получаемых благ и встречного предоставления за них, а имеющиеся в деле доказательства не свидетельствуют о существенном (кратном) превышении цены аналогичных сделок относительно оспариваемой.

Относительно доводов подателей жалоб о возникновении у должника уже на начало 2020 года явных признаков неплатежеспособности, апелляционный суд отмечает, что согласно выпискам по счету должника, его бухгалтерскому балансу за 2020 год, должник в течение всего 2020 года продолжал осуществлять хозяйственную деятельность, притом, что объем его активов, согласно баланса, превышал пассивы, тогда как получение должником доходов и прибыли от исполнения договора №72/19БСУ от 01.11.2019,и, как следствие вопросы расчетов по данной сделке, могут являться предметом самостоятельного спора, в том числе инициируемого управляющим при выявлении признаков подозрительности либо неисполнения сторонами соответствующих обязательств.

Судом первой инстанции также принято во внимание, что в рамках договора №72/19-БСУ от 01.11.2019 согласно Рабочей документации «Строительство и реконструкция автомобильных дорог общего пользования федерального значения и искусственных сооружений на них: «Реконструкция Рублево-Успенского шоссе. Строительство, реконструкция автомобильной дороги А-106 Рублево-Успенское шоссе на участке подъезда к г. Одинцово, Московская область. I этап (4 км - 27 км М-1 «Беларусь»)» № 72/19-Р-НК1.2 от 2019 года (проект), а именно на листе №7-9 в разделе «Общие указания» отражено: «Прокладка трубопровода предусматривается в защитном футляре из стальных труб 426х7 по ГОСТ 10704-91 с усиленной антикоррозийной изоляцией наружной поверхности по ГОСТ 9.602-2016. Переходы трубопровода под существующей дорогой выполняются закрытым способом (Горизонтальное Шнековое Бурение) в футляре из стальных труб 426х7 по ГОСТ 10704-91. Приведенное выше, как посчитал суд первой инстанции, свидетельствует об экономической целесообразности аренды сварочного оборудования, которое использовалась в целях надлежащего исполнения условий приведенного выше договора.

Доводы жалобы конкурсного управляющего относительно неиспользования соответствующего сварочного оборудования, сходного арендованному, в рамках вышеуказанного договора, как полагает апелляционный суд, в рассматриваемом случае не имеет определяющего значения, поскольку вопрос фактического использования оборудования по вышеуказанному договору императивно не разрешался судом, и указанный вопрос предметом спора не являлся. Вместе с тем, наличие у должника соответствующего сварочного оборудования, при наличии договорных обязательств с контрагентами, предполагающим возможность его использования, исходя из сферы и характера хозяйственной деятельности должника, предполагало возможность указания судом на целесообразность договорных отношений, определяющим владение оборудованием на стороне должника.

Каких-либо несоответствий положениям главы 34 ГК РФ, как обоснованно указал суд первой инстанции, в отношении спорного договора заявителем не приведено.

Апелляционный суд, оценивая доводы апелляционных жалоб, дополнительно отмечает, что в силу специфики имущества, переданного в аренду, в условиях оценки добросовестности участников гражданского оборота и при отсутствии, как такового спора о праве владения, следует признать разумными и приемлемыми доводы ответчика о правомерности владения вышеуказанным оборудованием, которое им приобреталось в 2017 году и учитывалось в своем внутреннем документообороте. В этой связи императивной необходимости в доказывании непосредственного факта приобретения ответчиком вышеназванного оборудования в рамках настоящего спора не имелось, при этом со стороны ответчика как в суде первой, так и в суде апелляционной инстанции были представлены пояснения и доказательства, связанные, в том числе, с подтверждением бремени содержания, исходя из осуществления необходимости периодического технического ремонта и проверок, с привлечением третьих лиц, наряду с доказательствами использования данного имущества в правоотношениях с третьими лицами, также на условиях аренды.

Положения о недействительности сделок, совершенных при наличии признаков злоупотребления правом, предусмотренные статьями 10 и 168 ГК РФ, представляют собой общие основания их недействительности, по отношению к специальным основаниям недействительности, установленных пунктом 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. Квалификация в рамках дела о банкротстве сделки как недействительной по основаниям статей 10 и 168 ГК РФ возможна только в случае, если пороки ее совершения выходят за пределы диспозиции пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве.

Соответствующая правовая позиция, как обоснованно указал суд первой инстанции, отражена в постановлении Президиума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 17.06.2014 № 10044/11 по делу № А32-26991/2009, определениях Верховного Суда Российской Федерации от 29.04.2016 № 304- ЭС15-20061 по делу № А46-12910/2013, от 28.04.2016 № 306-ЭС15-20034 по делу № А12- 24106/2014; от 29.12.2020 № 305-ЭС20-4668(4) по делу № А40-86229/2018.

Между тем, как правильно отметил суд первой инстанции, ссылаясь на совершение сделки при наличии признаков неплатежеспособности общества, в отношении аффилированного лица, с целью причинения вреда кредиторам, заявитель фактически указывает обстоятельства, которые охватываются диспозицией специальных положений пункта 2 статьи 61.2 Закона о банкротстве. В чем состоят пороки оспариваемых сделок, которые могут указывать именно на злоупотребление правом ее сторон, без признаков недействительности, предусмотренных специальными положениями статьи 61.2 Закона о банкротстве, заявитель не пояснил.

С вышеуказанной правовой квалификацией апелляционный суд полагает возможным также согласиться, не усматривая в оспариваемой сделке пороков воли, выходящих за пределы статьи 61.2 Закона о банкротстве.

В свою очередь, оснований для квалификации недействительности оспариваемой сделки по статье 61.2 Закона о банкротстве апелляционным судом также не установлено, полученные ответчиком платежи основаны на встречном характере предоставления, исходя из заключения обычной гражданско-правовой сделки для хозяйствующих субъектов, при этом стоимость аренды и иные условия аренды сами по себе не свидетельствуют о направленности самой сделки на причинение вреда должнику и его кредиторам. Вопросы, связанные с исполнением обязательств, в частности по нарушению со стороны должника периодичности оплаты, и, как следствие не предъявление со стороны ответчика требований о принудительном взыскании, как полагает апелляционный суд, сами по себе не влияют на характер платежей в рамках обычного встречного предоставления со стороны должника, в условиях достижения между сторонами договоренностей. То обстоятельство, что должник, имея денежные средства на счете, допускал нарушение сроков платежей, также не может быть поставлено в вину ответчику, в том числе с учетом того, что достаточных условий для вывода о заинтересованности либо аффилированности ответчика по отношению к должнику, судом не установлено.

Учитывая вышеизложенное, суд апелляционной инстанции не усматривает оснований для отмены обжалуемого определения, что влечет отказ в удовлетворении апелляционных жалоб.

Судебные расходы распределены в порядке статьи 110 АПК РФ.

Руководствуясь статьями 110, 176, 223, 268, пунктом 1 статьи 269 АПК РФ, Тринадцатый арбитражный апелляционный суд

постановил:

Определение Арбитражного суда города Санкт-Петербурга и Ленинградской области от 21.08.2023 по делу № А56-23540/2022/сд.2 оставить без изменения, апелляционные жалобы – без удовлетворения.

Взыскать с ООО «Балтийское Строительное Управление» в доход федерального бюджета 3000 руб. государственной пошлины по апелляционной жалобе.

Постановление может быть обжаловано в Арбитражный суд Северо-Западного округа в срок, не превышающий одного месяца со дня его принятия.


Председательствующий


И.Ю. Тойвонен


Судьи


А.Ю. Слоневская


И.В. Сотов