Решение от 5 марта 2020 г. по делу № А50-27261/2019

Арбитражный суд Пермского края

Екатерининская, дом 177, Пермь, 614068, www.perm.arbitr.ru

Именем Российской Федерации
РЕШЕНИЕ

Дело № А50-27261/2019
05 марта 2020 года
г. Пермь


Резолютивная часть решения объявлена 05 марта 2020 года. Полный текст решения изготовлен 05 марта 2020 года.

Арбитражный суд Пермского края в составе судьи Хохловой Ю.А.

при ведении протокола судебного заседания помощником судьи Мурсалимовой М.М., рассмотрев в открытом судебном заседании дело по иску общества с ограниченной ответственностью «Сетьинвест» (614087,

<...>; ОГРН <***>, ИНН <***>)

к открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (620026, <...>; ОГРН <***>, ИНН <***>;

адрес для корреспонденции: 614990, <...>)

третье лицо: публичное акционерное общество «Пермская энергосбытовая компания»

о взыскании 2 088 429 руб. 65 коп. задолженности по оплате услуг по передаче электрической энергии

при участии:

от истца: ФИО1, доверенность от 24.12.2019 года, предъявлен паспорт; ФИО2, директор согласно выписке из Единого государственного реестра юридических лиц, предъявлен паспорт;

от ответчика: ФИО3, доверенность № ПЭ-019-2020 от 31.12.2019 года, предъявлен паспорт;

от третьего лица: не явились;

установил:

Общество с ограниченной ответственностью «Сетьинвест» (далее – ООО «Сетьинвест», истец) обратилось в Арбитражный суд Пермского края с иском к открытому акционерному обществу «Межрегиональная распределительная сетевая компания Урала» (далее – ОАО «МРСК Урала»,

ответчик) о взыскании задолженности по оплате услуг по передаче электрической энергии, оказанных по договору № 07-563/2015 от 29.10.2015 года в период с января по октябрь 2018 года, в сумме 2 088 429 руб. 65 коп. (т.1, л.д. 5-10).

Определением суда от 15.10.2019 года к участию в деле в качестве третьего лица, не заявляющего самостоятельных требований относительно предмета спора, в соответствии со статьей 51 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации (далее – АПК РФ) привлечено публичное акционерное общество «Пермэнергосбыт» (далее - ПАО «Пермэнергосбыт») (т.3, л.д. 72-74).

В судебном заседании 27.02.2020 года представители истца на удовлетворении заявленных требований настаивали.

Ответчик, ОАО «МРСК Урала», заявленные требования оспорил по основаниям, изложенным в письменном отзыве.

Отметил, что для расчетов между парой смежных сетевых организацией Постановлением РСТ Пермского края от 24.12.2015 № 114-э утверждены индивидуальные тарифы на услуги по передаче электрической энергии по сетям ООО «Сетьинвест» на период с 01.01.2016 года по 31.12.2018 года. Постановлениями РСТ Пермского края от 27.01.2016 № 1-э, от 23.12.2016

№ 45-э индивидуальные тарифы на услуги по передаче электроэнергии по сетям ООО «Сетьинвест» корректировались регулирующим органом на 2016 и 2017 годы. На 2018 год регулирующим органом тарифы на услуги по передаче электрической энергии ООО «Сетьинвест» не пересматривались.

При установлении истцу тарифа на услуги по передаче электрической энергии в НВВ не учтены расходы на содержание спорных объектов электросетевого хозяйства на 2018 год, поскольку договоры аренды между владельцами электросетевого имущества и ООО «Сетьинвест» были заключены после корректировки индивидуальных тарифов, что подтверждается письмом РСТ Пермского края от 27.01.2017 года № СЭД-46- 06-09-46. Указанное обстоятельство, по мнению ответчика, является нарушением статьи 424 Гражданского кодекса Российской Федерации, статей 23, 23.1, 24 Федерального закона от 26.03.2003 № 35-ФЗ «Об электроэнергетике», Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных Постановление Правительства РФ от 27.12.2004 № 861; пунктов 2, 15, 16, 79 Основ ценообразования в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике, пунктов 27, 47, 49 Методических указаний по расчету регулируемых тарифов и цен на электрическую (тепловую) энергию на розничном (потребительском) рынке, утвержденных Приказом ФСТ РФ от 06.08.2004 № 20-э/2.

Ответчик рассматривает действия истца по взысканию стоимости услуг по передаче электрической энергии в отсутствие установленного тарифа, которые приведут к возникновению у ответчика дополнительных выпадающих расходов, как недобросовестные (статья 10 Гражданского кодекса Российской Федерации), направленным исключительно на обход

правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций. В обоснование своих доводов ответчик ссылается на судебную практику (определение ВС РФ от 27.02.2015 № 309-ЭС15-257).

В отношении объекта СНТ «Новая волна» ОАО «МРСК Урала» указало, что в полном объеме оплатило услуги по передаче электрической энергии, оказанные в период с января по март 2018 года посредством КТП-00110 ИП ФИО4 ввиду наличия между ними договора оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности № 07-285/2014 от 06.08.2014 года. Затраты на содержание указанного имущества были учтены при установлении тарифа для ИП ФИО4 на 2018 год, что подтверждается письмом РСТ Пермского края от 19.02.2018 года № СЭД-46-06-09-114. До 01.06.2018 года данное имущество находилось во владении ФИО4

На основании заключенного договора аренды № 03-06/2017 от 14.06.2017г. с СНТ «Новая волна» между ОАО «МРСК Урала» и ООО «Сетьинвест» заключен отдельный договор оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности по тарифам сетевой организации, в НВВ которой в 2018 году учтены затраты на содержание имущества, поименованного в договоре аренды с СНТ «Новая волна» (ИП Дроздов О.А). Услуги, оказанные истцом посредством данного имущества, с июня 2018 года оплачены ОАО «МРСК Урала» в полном объеме в рамках данного договора.

С учетом указанных обстоятельств ОАО «МРСК Урала» просит в удовлетворении иска отказать.

В соответствии со статьей 163 АПК РФ в судебном заседании, начатом 27.02.2020 года, судом объявлен перерыв до 05.03.2020 года до 11 час. 30 мин.

После перерыва судебное заседание продолжено. Состав суда и явка сторон прежние.

Представители истца на удовлетворении исковых требований наставали.

Представитель ответчика против удовлетворения иска возражал по мотивам, изложенным в письменном отзыве.

В соответствии со статьями 123, 156 АПК РФ исковое заявление рассмотрено судом в отсутствие третьего лица, извещенного о времени и месте судебного заседания надлежащим образом.

Исследовав материалы дела, выслушав объяснения представителей сторон в судебном заседании, арбитражный суд установил следующее.

Между ОАО «МРСК Урала» (Заказчик) и ООО «Сетьинвест» (Исполнитель) заключен договор оказания услуг по передаче электрической энергии и мощности № 07-563/2015 от 29.10.2015 года (в редакции дополнительного соглашения от 30.10.2015 года), в соответствии с условиями которого Исполнитель обязался оказывать Заказчику услуги по передаче электрической энергии и мощности от точек приема до точек отпуска путем осуществления комплекса организационно и технически связанных действий, обеспечивающих передачу электрической энергии и мощности через технические устройства электрических сетей,

принадлежащих исполнителю, а Заказчик обязался оплачивать эти услуги (т.1, л.д.17-65).

Согласно пункту 8.1 настоящий договор считается заключенным с момента подписания сторонами договора и Приложений №№ 1, 2, 3.1, 3.2, 11 к нему и действует по 31 декабря 2015 года. В случае, если ни одна из сторон не направила другой стороне в срок не менее чем за месяц до окончания срока действия договора уведомление о расторжении договора либо о внесении в него изменений, либо о заключении нового договора, то настоящий договор считается продленным на следующий календарный год на тех же условиях (пункт 8.2 договора № 07-563/2015 от 29.10.2015 года).

Порядок определения объема оказанных услуг и их стоимости согласован сторонами в разделе 6 данного договора.

Во исполнение условий договора № 07-376/2014 от 10.11.2014 года ООО «Сетьинвест» в период с января по октябрь 2018 года оказало ОАО «МРСК Урала» услуги по передаче электрической энергии, направив ответчику ведомости объемов передачи электроэнергии, акты об оказании услуг, а также счета-фактуры (т.1, л.д. 129-180, т.2).

Стоимость услуг по передаче электрической энергии определена истцом с применением тарифа, утвержденного Постановлением РСТ Пермского края от 21.12.2015 № 114-э (в редакции Постановлений РСТ Пермского края от 27.01.2016 № 7-э, от 23.12.2016 № 45-э).

В нарушение требований действующего законодательства (статьи 309, 310 Гражданского кодекса Российской Федерации) и условий договора

№ 07-563/2015 от 29.10.2015 года обязательство по оплате оказанных услуг ответчиком не исполнено.

По расчету истца задолженность ответчика составила 2 088 429 руб. 65 коп.

В целях урегулирования спора в досудебном порядке истцом в адрес ответчика письмом от 09.08.2019 года № П//01/12/4525 направлена претензия с требованием оплатить образовавшуюся задолженность (т.1, л.д. 15-16), которая оставлена ответчиком без удовлетворения.

Неисполнение ответчиком обязанности по оплате оказанных в спорный период услуг по передаче электрической энергии; наличие задолженности в указанном размере явилось основанием для обращения истца в суд с рассматриваемым иском.

Оценив в совокупности представленные в дело доказательства, суд пришел к следующим выводам.

В соответствии со статьей 26 Федерального закона от 26.03.2003 № 35- ФЗ «Об электроэнергетике» оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется на основе договора возмездного оказания услуг, обязательной предпосылкой которого является участие покупателя в оптовом рынке или наличие у покупателя заключенного с поставщиком договора купли-продажи электроэнергии, который исполняется надлежащим образом.

Согласно пункту 34 Правил недискриминационного доступа к услугам по передаче электрической энергии и оказания этих услуг, утвержденных

Постановлением Правительства Российской Федерации от 27.12.2004 № 861 (далее – Правила № 861), по договору между смежными сетевыми организациями одна сторона договора обязуется предоставлять другой стороне услуги по передаче электрической энергии с использованием принадлежащих ей на праве собственности или на ином законном основании объектов электросетевого хозяйства, а другая сторона обязуется оплачивать эти услуги и (или) осуществлять встречное предоставление услуг по передаче электрической энергии. Услуга предоставляется в пределах величины присоединенной (заявленной) мощности в соответствующей точке технологического присоединения объектов электросетевого хозяйства одной сетевой организации к объектам другой сетевой организации.

В соответствии со статьей 779 Гражданского кодекса Российской Федерации (далее – ГК РФ) по договору возмездного оказания услуг исполнитель обязуется по заданию заказчика оказать услуги (совершить определенные действия или осуществить определенную деятельность), а заказчик обязуется оплатить эти услуги.

Согласно пункту 1 статьи 780 ГК РФ заказчик обязан оплатить оказанные ему услуги в сроки и в порядке, которые указаны в договоре возмездного оказания услуг.

Для потребителей Пермского края на 2018 год утверждены единые (котловые тарифы) на услуги по передаче электрической энергии.

ОАО «МРСК Урала» в лице филиала «Пермэнерго» является «котлодержателем», в связи с чем необходимая валовая выручка (НВВ) ОАО «МРСК Урала» определена с учетом затрат смежных сетевых организаций. Потребители услуг по передаче электрической энергии, в том числе энергосбытовые организации и гарантирующие поставщики, оплачивают ОАО «МРСК Урала» стоимость услуг по передаче электроэнергии по сетям сетевых организаций по единым «котловым» тарифам, в которые включены затраты на оплату стоимости услуг по передаче электроэнергии по сетям всех сетевых организаций Пермского края.

Стоимость услуг исполнителя по передаче электроэнергии определяется путем умножения объема переданной электроэнергии на соответствующем уровне напряжения и группе потребителя на установленный для исполнителя РСТ Пермского края тариф на услуги по передаче электроэнергии для соответствующего уровня напряжения и группы потребителя (при наличии соответствующей дифференциации тарифов).

Оспаривая требования истца, ответчик указывает на неправомерность оплаты стоимости услуг по передаче электрической энергии в отношении объектов электросетевого хозяйства (ТП № 0323, трансформатор силовой ТМ-560/6/0,4 № 675985, трансформатор силовой ТМ-250/6/0,4 № 1312, оборудование РУ-6 кВ: ячейки КСО-286 с ВН-10 5 шт., МУП «Пермгорэлектротранс»; КТП-630 кВА с отпайкой, КТП-0674, ООО «Фаворит лес»; КТП № 87, ТМ-160 кВА с отпайкой, КТП № 7190, ТМ-63 кВА с отпайкой, ИП ФИО5; КТП № В245, ТМ-400 кВА с отпайкой, ООО «Пекарь»; КТП № 004, ТМ-100 кВА с отпайкой, ИП ФИО6; КТП,

ТМ-160 кВА с отпайкой ИП Горинов А.П.; КТП-7, ООО «Суксун хлеб»; ТП- 00614 (ТМ-315 кВА) с отпайкой, ЗАО «Блок»; КТП № В-674, ТМ-400 кВА с отпайкой, КТП № В-242, ТМ 160 кВА с отпайкой, ООО «Восход»; КТП

№ 44, ТМ-400 кВА с отпайкой, КТП № 269, ТМ 630 кВА с отпайкой ВЛ-10 кВ, ООО «ДСП № 15»; КТП № 36, ТМ-400 кВА с отпайкой, ФИО8; КТП № 117, ТМ-100 кВА, с отпайкой, ИП ФИО9; ТП № Б779, ТМ-63 кВА с отпайкой, ИП ФИО10; КТМ-0402, ТМ 160 кВА с отпайкой, ФИО11; КТП б/н, ТМ-160 кВА с отпайкой ООО «Печатник»; КТП

№ 111, ТМ-160 кВА с отпайкой, ИП ФИО12; КТП, ТМ-250 кВА с отпайкой, ФИО13; КТП, ТМ-25 кВА с отпайкой, ФИО14; КТП 10/0,4 № 144/50; ВЛ-0,4 кВ; ВЛ 5-10 кВ, КТП Чернушка СПК, ТМ-100, ООО «СетьЭнергоТранс»), принадлежащих в спорный период истцу на праве аренды (т.3, л.д. 102-204), поступивших в его пользование в течение текущего периода регулирования.

Общими принципами организации экономических отношений в сфере электроэнергетики, помимо прочих, являются соблюдение баланса экономических интересов поставщиков и потребителей электрической энергии; обеспечение недискриминационных и стабильных условий для осуществления предпринимательской деятельности в сфере электроэнергетики, обеспечение государственного регулирования деятельности субъектов электроэнергетики, необходимого для реализации принципов, установленных статьей 6 Федерального закона «Об электроэнергетике» (далее - Закона об электроэнергетике).

Экономической основой функционирования электроэнергетики является система отношений, связанных с производством и оборотом электрической энергии и мощности рынках электроэнергии. Эти отношения обусловлены технологическими особенностями функционирования объектов электроэнергетики (пункт 2 статьи 5 Закона об электроэнергетике).

В целях реализации указанных принципов правоотношения между субъектами розничных рынков регулируются нормативными правовыми актами и договорами, опосредующими куплю-продажу электроэнергии, оказание услуг по ее передаче и прочих услуг, неотъемлемо связанных с процессом поставки электроэнергии. Законодательством правоотношения урегулированы таким образом, что потребители (покупатели), участвующие в сфере обращения электрической энергии на розничных рынках, приобретают и оплачивают как электроэнергию, так и весь комплекс услуг, связанный с ее обращением.

Так, в частности, приобретая электроэнергию у поставщиков, потребители оплачивают услуги по ее передаче либо поставщикам электроэнергии с последующим расчетом между поставщиками и сетевыми организациями в рамках заключенных между ними договоров (если правоотношения поставщиков и потребителей регулируются договором энергоснабжения), либо непосредственно сетевым организациям по отдельным договорам (если правоотношения поставщиков и потребителей регулируются договором купли-продажи электроэнергии) (пункт 2 статьи 37

Закона об электроэнергетике, пункты 6, 27-30, 40-43, 78 Основных положений № 442, пункты 69, 73 Основ ценообразования).

В договорах, опосредующих правоотношения по поставке электроэнергии, указываются точки поставки, которые являются местами исполнения обязательств и используются для определения объема взаимных обязательств субъектов розничных рынков по указанным договорам (в том числе в части услуг по передаче электроэнергии). По общему правилу места нахождения точек поставки предопределяются условиями технологического присоединения объектов электроэнергетики к объектам электросетевого хозяйства (пункты 2, 40, 41 Правил № 442, пункт 2 Правил № 861).

Оказание услуг по передаче электроэнергии осуществляется на основании договора возмездного оказания услуг, при исполнении которого сетевая организация обязана обеспечить передачу электроэнергии в точке поставки потребителя услуг (потребителя электрической энергии, в интересах которого заключается договор) (пункт 2 статьи 26 Закона об электроэнергетике, пункт 2, подпункт «а» пункта 15 Правил технологического присоединения энергопринимающих устройств потребителей электрической энергии, объектов по производству электрической энергии, а также объектов электросетевого хозяйства, принадлежащих сетевым организациям и иным лицам, к электрическим сетям, утвержденных Постановлением Правительства РФ от 27.12.2004 № 861 (далее - Правила № 861).

В силу естественно-монопольной деятельности сетевых организаций услуги по передаче электроэнергии подлежат государственному ценовому регулированию (пункт 1 статьи 424 ГК РФ, статьи 4 и 6 Федерального закона от 17.08.1995 № 147-ФЗ «О естественных монополиях», пункт 4 статьи 23.1 Закона об электроэнергетике, пункты 6, 46-48 Правил № 861, подпункт 3 пункта 3 Постановления Правительства РФ от 29.12.2011 № 1178 «О ценообразовании в области регулируемых цен (тарифов) в электроэнергетике» (далее - Основы ценообразования № 1178).

Принцип недискриминационного доступа к услугам по передаче электроэнергии предусматривает обеспечение равных условий предоставления указанных услуг их потребителям независимо от организационно-правовой формы и правовых отношений с лицом, оказывающим эти услуги. Для всех потребителей услуг, расположенных на территории соответствующего субъекта Российской Федерации и принадлежащих к одной группе (категории), законодательством гарантируется равенство тарифов на услуги по передаче электрической энергии (пункты 3, 42 Правил № 861).

Реализация этого принципа осуществляется через котловую экономическую модель, в рамках которой денежные средства, оплаченные потребителями по единому (котловому) тарифу, впоследствии распределяются между участвовавшими в оказании услуг сетевыми организациями по индивидуальным тарифам, установленным для пар

смежных сетевых организаций (далее - индивидуальные тарифы) (пункт 42 Правил № 861, пункт 49 Методических указаний № 20-э/2).

При расчетах в рамках указанной модели по принципу «котел сверху» потребитель заключает договор на оказание услуг по передаче электроэнергии с той сетевой организацией, которую регулирующий орган определил в регионе держателем котла, поскольку только для нее устанавливается тариф для расчетов с потребителями услуг (покупателями и продавцами электроэнергии). В этих правоотношениях держатель котла является исполнителем услуг и получает плату от всех потребителей услуг в регионе. Иные территориальные сетевые организации, участвующие в передаче электроэнергии в регионе, не имеют права заключать договоры непосредственно с потребителями и получают оплату за свои услуги от держателя котла по индивидуальным тарифам в рамках исполнения договорных обязательств по передаче электроэнергии, в которых держатель котла является заказчиком услуг (пункт 8, пункты 34-42 Правил № 861).

В соответствии с пунктом 42 Правил № 861, пунктом 63 Основ ценообразования № 1178, пунктом 49 Методических указаний № 20-э/2 расчет единых (котловых) тарифов в регионе производится на основе необходимой валовой выручки (далее - НВВ), определяемой исходя из расходов по осуществлению деятельности по передаче электрической энергии и суммы прибыли, отнесенной на передачу электрической энергии. Для расчета единых (котловых) тарифов в регионе суммируются НВВ всех сетевых организаций по соответствующему уровню напряжения. Индивидуальные тарифы для взаиморасчетов пары сетевых организаций определяются исходя из разности между тарифной выручкой сетевой организации - получателя услуги по передаче электрической энергии, получаемой ею от потребителей электрической энергии на всех уровнях напряжения, и НВВ.

Порядок расчета и исходные данные, на основании которых устанавливаются котловые и индивидуальные тарифы, указаны в разделе VIII и таблице № П1.30 Методических указаний 20-э/2. Размер тарифа рассчитывается в виде экономически обоснованной ставки как соотношение между валовой выручкой, необходимой для качественного и бесперебойного оказания услуг по передаче электроэнергии, и объема этих услуг. При определении НВВ в расчет принимается стоимость работ, выполняемых организацией на объектах электросетевого хозяйства, находящихся у нее на законных основаниях и используемых для передачи электроэнергии.

По общему правилу тарифные решения принимаются исходя из предложений регулируемых организаций о плановых (прогнозных) величинах. В качестве базы для расчета тарифов используются объем отпуска электроэнергии потребителям, величина мощности и величина технологического расхода (пункты 12, 17, 18 Правил № 1178, пункт 81 Основ ценообразования № 1178).

Предложенные регулируемыми организациями величины проверяются экспертным путем на соответствие экономической обоснованности

планируемых (расчетных) себестоимости и прибыли, на обеспечение экономической обоснованности затрат на передачу электроэнергии. Кроме того, учитывается результат деятельности сетевых организаций по итогам работы за период действия ранее утвержденных тарифов. Тариф устанавливается на принципах стабильности и необратимости (пункт 2 статьи 23, статья 23.2 Закона об электроэнергетике, пункт 64 Основ ценообразования № 1178, пункты 7, 22, 23, 31 Правил № 1178, разделы IV, V Методических указаний № 20-э/2).

Из указанных правовых норм следует, что расчеты за услуги по передаче электроэнергии осуществляются по регулируемым ценам, которые устанавливаются на основании прогнозных, однако имеющих экономическое обоснование на момент утверждения тарифа данных (в том числе сведений о составе и характеристиках объектов электросетевого хозяйства, находившихся в законном владении сетевой организации, объемах перетока электроэнергии через эти объекты). Состав объектов электросетевого хозяйства, участвующих в оказании услуг, предопределяется помимо прочего точками поставки конечных потребителей, которые в отношениях между смежными сетевыми организациями в рамках котловой экономической модели по принципу «котел сверху» не могут отличаться от тех, что установлены в отношениях между держателем котла с потребителями услуг. Перенос сетевой организацией точки поставки без согласования с держателем котла не обязывает последнего в безусловном порядке оплатить услугу в этой точке (тем более, если потребитель продолжал принимать и оплачивать электроэнергию в прежней точке поставки).

При расчетах должен соблюдаться принцип компенсации затрат всем сетевым организациям, участвующим в оказании услуг в регионе, который реализуется через распределение котловой выручки посредством применения индивидуальных тарифов.

Тарифным решением, включающим котловой и индивидуальные тарифы и обосновывающие их данные, по существу утверждаются параметры экономического функционирования электросетевого комплекса региона на период регулирования. Участие в регулируемой деятельности всех сетевых организаций и учет их интересов при принятии тарифного решения определяют обязанность сетевых организаций придерживаться в своей деятельности установленных параметров. Следование этим величинам должно обеспечивать как формирование котловой валовой выручки, так и ее справедливое и безубыточное распределение между сетевыми организациями.

Таким образом, для сохранения баланса интересов всех сетевых организаций и потребителей услуг по общему правилу требования сетевой организации об оплате услуг должны основываться на тарифном решении.

Вместе с тем применение котловой модели не исключает риски, связанные с отклонением фактических величин от прогнозных, что может быть связано в том числе с использованием объектов электросетевого хозяйства, поступивших в законное владение сетевой организации в течение

периода регулирования, а также с появлением дополнительных или изменением существующих точек поставки.

Если возникновение новых точек поставки вызвано объективными причинами (подключение новых объектов электроснабжения, изменение схемы энергоснабжения и т.п.) и это повлекло увеличение объема котловой выручки, то сетевые организации, оказывавшие услуги по данным точкам, вправе претендовать на получение дополнительного дохода, который может быть распределен в течение этого же периода регулирования с применением индивидуальных тарифов с последующей корректировкой мерами тарифного регулирования. Так, нормами законодательства о тарифообразовании установлен механизм корректировки выручки, который предусматривает экспертную оценку обоснованности незапланированных расходов (пункт 7 Основ ценообразования № 1178, пункты 19, 20 Методических указаний № 20-э/2). Иной подход означал бы нарушение баланса интересов сетевых организаций при распределении котловой выручки в пользу держателя котла.

Следует иметь в виду, что сети потребителей, находящиеся у них на правах собственности или иных законных основаниях при условии, что содержание и эксплуатация этих сетей производится за счет средств указанных потребителей, не учитываются при определении тарифа на услуги по передаче электроэнергии (пункт 46 Методических указаний № 20-э/2).

Если новые точки поставки или новые объекты электросетевого хозяйства появились у сетевой организации в результате перераспределения точек, учтенных в тарифном решении (при том, что котловая выручка не изменилась), то расчет держателя котла с сетевой организацией должен быть произведен таким образом, чтобы оплата не внесла дисбаланс в распределение котловой выручки и не повлекла с неизбежностью убытки для держателя котла. В частности, не исключается возможность оплаты по индивидуальному тарифу, установленному для расчетов с прежней сетевой организацией. Этот вывод следует из того, что законодательством установлены равные критерии оценки обоснованности затрат на оказание услуг по передаче электроэнергии по одним и тем же объектам электросетевого хозяйства вне зависимости от их принадлежности к конкретной сетевой организации. К тому же законодательством в ряде случаев допускается распределение между сетевыми организациями котловой выручки, при котором не нарушается по существу экономическое обоснование тарифного решения и не применяется механизм корректировки выручки (пункты 6, 18 Правил № 1178).

Кроме того, если действия по изменению точек поставки совершены по соглашению между сетевой организацией и ее контрагентом, то оценке подлежит преследуемая ими цель.

Законодательство гарантирует субъектам электроэнергетики соблюдение их экономических интересов в случае осуществления ими деятельности разумно и добросовестно. В то же время действия, совершенные по воле сетевой организации, направленные на изменение без объективных причин заложенных при формировании тарифа параметров,

влекущие такие последствия, как кратное необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, могут квалифицироваться как недобросовестные.

Вместе с тем, в рамках настоящего дела не установлено, что истцом взяты в аренду объекты электросетевого хозяйства исключительно ввиду подключения новых объектов электроснабжения, или изменения схемы энергоснабжения и т.п., что объективно повлекло бы увеличение объема котловой выручки и не могло быть объективно учтено при утверждении тарифа (часть 3.1 статьи 70 АПК РФ).

Из материалов дела следует, что спорные объекты находились у иных владельцев, которые не обращались в регулирующий орган за утверждением тарифа, и, как следствие, были обязаны лишь не препятствовать перетоку электрической энергии через свои сети.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 ГК РФ).

Формальное соблюдение требований законодательства со стороны истца не является достаточным основанием для вывода об отсутствии в действиях лица злоупотребления своими правами.

В случае если действия, совершенные по воле сетевой организации, направлены на изменение без объективных причин заложенных при формировании тарифа параметров, влекущие такие последствия, как необоснованное увеличение фактической валовой выручки этой сетевой организации по сравнению с плановой НВВ, дисбаланс тарифного решения, убытки одних сетевых организаций и неосновательные доходы других, что не согласуется ни с интересами субъектов электроэнергетики, ни с общими принципами организации экономических отношений и основами государственной политики в сфере электроэнергетики, такие действия должны квалифицироваться как недобросовестные.

Действия сетевой организации могут квалифицироваться как злоупотребление правом, если они направлены исключительно на обход правовых норм о государственном регулировании цен и подрыв баланса интересов потребителей услуг и сетевых организаций.

Подобное действие открывает возможность сетевым организациям неосновательно обогащаться, произвольно принимая объекты электросетевого хозяйства в период регулирования от потребителей электрической энергии и изменяя точки поставки с разными уровнями напряжения. Другие организации в результате указанного действия терпят убытки, недополучая НВВ, и, как следствие, возмещают их за счет конечных потребителей непосредственно либо опосредованно - используя меры бюджетного регулирования.

Закон не предоставляет судебную защиту лицу, пытающемуся извлечь преимущества из своего недобросовестного поведения (статья 10 ГК РФ).

Аналогичные правовые позиции изложены в определении ВС РФ от 26.10.2015 № 304-ЭС15-5139 по делу № А27-18141/2013.

Кроме того, согласно правовой позиции, изложенной в определении ВС РФ от 28.12.2017 № 306-ЭС17-12804, следует, что в условиях котловой модели взаиморасчетов по принципу «котел сверху» все потребители, относящиеся к одной группе, оплачивают котлодержателю услуги по передаче электроэнергии по единому (котловому) тарифу. За счет этого котлодержатель собирает необходимую валовую выручку сетевых организаций, входящих в «котел», и распределяет ее между смежными сетевыми организациями через индивидуальные тарифы, обеспечивая тем самым необходимую валовую выручку каждой из сетевых организаций для покрытия их производственных издержек и формирования прибыли (пункт 3 Основ ценообразования, пункты 49, 52 Методических указаний № 20-э/2).

Таким образом, решение органа исполнительной власти субъекта Российской Федерации в области государственного регулирования тарифов об установлении тарифа (тарифное решение), включающее как котловой, так и индивидуальные тарифы, учитывает экономически обоснованные интересы всех электросетевых организаций, входящих в «котел». В силу нормативного характера тарифного решения оно обязательно для смежных сетевых организаций, а в силу пункта 35 Правил регулирования тарифов оно должно применяться в расчетах по тем же правилам, по которым устанавливался тариф.

Подлежащие судебной защите разумные ожидания сетевых организаций, осуществляющих регулируемую деятельность, сводятся к получению той необходимой валовой выручки и тем способом (то есть посредством использования тех объектов электросетевого хозяйства), которые оценены и признаны экономически обоснованными при утверждении тарифа.

В условиях взаиморасчетов в рамках котловой модели несоблюдение этого правила и использование сетевой организацией по своей воле дополнительных объектов электросетевого хозяйства, не учтенных в тарифном решении, с требованием об оплате дополнительного объема услуг может повлечь дисбаланс в распределении котловой выручки и, как следствие, нарушение прав прочих участников котловой модели.

Использование сетевой организацией дополнительных объектов электросетевого хозяйства (в том числе посредством аренды) после утверждения тарифа само по себе не является противозаконным. Однако, сетевая организация как профессиональный участник рынка электроэнергетики должна соотносить экономические последствия своих действий с правилами взаиморасчетов за услуги по передаче электроэнергии, так как свобода ее деятельности ограничена государственным регулированием, и не должна нарушать права иных участников котловой модели. Риск наступления неблагоприятных последствий экономических

решений сетевой организации, своей волей принявшей в пользование дополнительные сети, должен лежать на этом лице.

Как следует из материалов дела, применяемые ООО «Сетьинвест» тарифы введены в действие Постановлением РСТ Пермского края от 21.12.2015 № 114-э, впоследствии скорректированы Постановлениями РСТ Пермского края от 27.01.2016 № 7-э, от 23.12.2016 № 45-э.

Истец, приобретая по договорам аренды, ранее находящееся соответственно во владении МУП «Пермгорэлектротранс», ООО «Фаворит лес», ИП ФИО5, ООО «Пекарь», ИП ФИО6, ИП ФИО7, ООО «Суксун хлеб», ЗАО «Блок», ООО «Восход», ООО «ДСП № 15, ФИО8, ИП ФИО9; ИП ФИО10, ФИО11, ООО «Печатник», ИП ФИО12, ФИО13, ФИО14, ООО «СетьЭнергоТранс» электросетевое оборудование после тарифного решения, не привел каких-либо объективных предпосылок для таких действий, помимо исключительно извлечения прибыли.

Согласно имеющимся в материалах дела письменным ответам Министерства тарифного регулирования и энергетики Пермского края при утверждении тарифов на услуги по передаче эклектической энергии для истца и иных территориальных сетевых организацией затраты на содержание спорного электросетевого оборудования не учитывались (т.4, л.д. 1255-126, 155).

Принимая во внимание, что в рамках настоящего дела, ООО «Сетьинвест» требует оплаты услуг по передаче электроэнергии по электросетям, не учтенным в тарифном решении; при этом решение об аренде сетей принимал сам истец, в свою очередь, объективных причин, понудивших его арендовать и использовать дополнительные сети, не установлено (статья 65 АПК РФ); экономическая обоснованность использования дополнительных сетей регулирующим органом не проверялась, последствием действий истца явилось увеличение нагрузки на котловую выручку без очевидных дополнительных источников ее пополнения и перераспределение этой выручки в свою пользу вопреки принятому тарифному решению, основания для удовлетворения заявленных требований ООО «Сетьинвест» о взыскании с ОАО «МРСК Урала» задолженности по оплате услуг по передаче электроэнергии, оказанных посредством спорного электросетевого оборудования отсутствуют.

В отношении заявленного истцом требования за период с января по март 2018 года по объекту (КТП-00110, ВЛ-0,4 кВ по адресу: Пермский край,

г. Гари, ул. Долгое поле), переданному по договору аренды объектов электросетевого хозяйства № 03-06/2017 от 14.06.2017 года с СНТ «Новая волна» (т.3. л.д.200-204), судом установлено следующее.

До 01.06.2018 года данное имущество находилось во владении ФИО4 на основании заключенного договора аренды от 10.06.2015 года

(т.3, л.д. 223-224). Ввиду подписания 15.05.2018 года СНТ «Новая волна» и ИП ФИО4 соглашения о расторжении договора аренды объекты

электросетевого хозяйства возвращены арендатором арендодателю по акту приема-передачи от 01.06.2018 года (л.д. 225).

06.08.2014 года между ОАО «МРСК Урала» и ИП ФИО4 заключен самостоятельный договор оказания услуг по передаче электрической энергии № 07-285/2014 (т.3, л.д. 207-222).

Затраты на содержание указанного имущества были учтены при установлении тарифа для ИП ФИО4 на 2018 год, что подтверждается письмом РСТ Пермского края от 19.02.2018 года № СЭД-46-06-09-114 (т.3, л.д. 205-206).

Услуги по передаче электрической энергии, оказанные в период с января по март 2018 года посредством КТП-00110, оплачены ОАО «МРСК Урала» ИП ФИО4, что подтверждается подписанными актами об оказании услуг от 31.01.2018 года, ведомостями объемов передачи электрической энергии, платежными поручениями (т.3, л.д. 227-249).

С учетом указанных обстоятельств оснований для повторной оплаты ОАО «МРСК Урала» оказанных услуг по передаче электроэнергии в пользу ООО «Сетьинвест» не имеется.

В соответствии с частью 1 статьи 110 АПК РФ судебные расходы по уплате государственной пошлины по иску в сумме 33 442 руб. 00 коп. подлежат отнесению на ответчика.

Излишне оплаченная истцом платежным поручением № 210 от 07.08.2019 года государственная пошлина по иску в сумме 2 700 руб. 00 коп. (36 142 руб. 00 коп. – 33 442 руб. 00 коп. = 2 700 руб. 00 коп.) подлежит возврату ООО «Сетьинвест» из федерального бюджета на основании подпункта 1 пункта 1 статьи 333.40 Налогового кодекса Российской Федерации.

Руководствуясь статьями 104, 110, 167-170, 176 Арбитражного процессуального кодекса Российской Федерации, Арбитражный суд Пермского края

РЕШИЛ:

В удовлетворении иска отказать.

Возвратить обществу с ограниченной ответственностью «Сетьинвест» (ОГРН <***>, ИНН <***>) из федерального бюджета 2 700 (две тысячи семьсот) руб. 00 коп. государственной пошлины по иску, уплаченной платежным поручением № 210 от 07.08.2019 года.

Решение может быть обжаловано в порядке апелляционного производства в Семнадцатый арбитражный апелляционный суд в течение месяца со дня его принятия (изготовления в полном объеме) через Арбитражный суд Пермского края.

Судья Ю.А. Хохлова